Распутье

      — Северус, да вы с ума сошли, если решили, что я соглашусь на это! — в моём голосе уже звенят стальные нотки, и я еле сдерживаюсь, чтобы не начать разносить мебель.       — Гарри, этот вопрос не обсуждается. Вам нужен напарник.       — Ошибаетесь.       — Гарри… — голос Снейпа понижается, а холод в нём заставляет меня усмирить свой гнев хотя бы немного, я знаю, что может последовать за этими интонациями и совершенно не хочу с этим столкнуться. — И вы, и я, и весь ваш отдел прекрасно понимаем, что смерть Диггори в той перестрелке была совершенной случайностью. Вы не могли ничего сделать, вы не могли его защитить.       Сердце болезненно сжимается при упоминании столь дорогой фамилии, я открываю рот, чтобы возразить, но Снейп останавливает меня лёгким взмахом руки.       — Не могли. Прошло полгода. Я не могу больше мириться с вашей утратой и позволять вам выезжать на задания в гордом одиночестве. Вам придётся взять себе напарника. И либо вы сделаете это добровольно, либо я найду другие рычаги давления.       Снейп сверлит меня взглядом, ожидая моего молчаливого согласия, но я не могу так просто сдаться.       — Вы понимаете на что толкаете меня? Его? Он только-только окончил академию. Он совершенно зелёный. Хотите, чтобы его убили в первой же операции?       — Гарри. — Снейп усталым жестом потёр переносицу, явный признак того, что этот разговор его утомил, и что эту битву я уже проиграл. — Он закончил её с отличием, после чего полгода проходил стажировку в одном из лучших отделов и обязательно получил бы место, если бы не вся эта бюрократия. По факту, мы выиграли в лотерею с этим парнем. Ваш тандем должен поднять нашу раскрываемость как минимум в два раза. Я устал спорить с вами.       Снейп вздохнул и посмотрел мне прямо в глаза.       — Твой отец был таким же. Самонадеянный болван, не слушающий никого вокруг. Бога ради, хотя бы ты будь разумней.       Упоминание отца выбивает воздух из моих лёгких, сжимает их, заставляя рот открываться в попытке найти источник воздуха. Не думал, что Северус прибегнет к таким методам.       Моя мама была близкой подругой Снейпа. Они выросли вместе и вместе пришли в академию, надеясь сделать этот мир лучше. Так бы оно, наверное, и было, если бы мама не встретила отца. Он работал в наркоотделе и проводил у них какие-то лекции. Мне рассказывали, что это была любовь с первого взгляда. Тот самый взгляд, искра, буря, безумие, так что начало отношений было вопросом времени. Как они обошли запрет на них между преподавателем и студентом, одному Богу известно.       Через пару лет мама окончила академию, а стажировка в отделе отца помогла им стать напарниками в будущем. Они раскрывали одни из самых сложных дел, годами находясь в самом сердце какого-нибудь из очередных наркокартелей. Где-то между таких операций я появился на свет. И казалось, что жизнь не предвещает ничего ужасного, но главе наркокартеля, над разоблачением которого в тот момент работали мои родители, уже многие месяцы сливалась информация из первых рук. Лучший друг. Моих родителей предал лучший друг. Их застрелили в упор…       Меня воспитал крёстный. Он всеми силами пытался уберечь меня от участи родителей, но талант… он в крови. Я умудрялся ввязываться во все передряги, раз от раза страдая за справедливость. Так что, когда в 17 лет я в очередной раз пришёл с «раскрашенным» лицом, Сириус заставил меня подать документы в академию. И он был прав. Здесь было моё место. Только здесь я чувствовал себя нужным, важным, делающим что-то стоящее.       Смерть напарника подкосила меня. Я понимал, что не виноват, что не мог защитить его от «шальной» пули, но мозг отказывался принять и отпустить это. Меня мучили кошмары, я часто просыпался в холодном поту, прокручивая образы потухших глаз в своей голове. Я так устал… Многие месяцы я не хотел брать на себя ответственность за ещё чью-то жизнь, и сегодня новость о новом напарнике выбила у меня почву из-под ног, а его фамилия просто-напросто добила.       Моим новым напарником был назначен Драко. Драко Люциус Малфой.