Когда вкусно - тогда вкусно

      Оказавшись у нужного им дома, незваные гости осмотрелись. Небольшой ряд одинаковых домов, на территории каждого был ровный газон. Ничего интересного. — Ремус, — прошептала девушка. — Да? — отозвался оборотень. — А ты вообще уверен, что медальон здесь, а не в Министерстве? — Нет, но проверить стоит. В Министерство пробраться сложнее, чем в чей-то дом. Поэтому мы и начали отсюда. По крайней мере, я так раньше думал. Ты же всегда всё продумываешь до самой крохотной детали, — странно посмотрел на девушку мужчина. — Да, конечно. Но об этом я как-то не задумывалась. Только сейчас поняла, что Амбридж бывает не только дома, — усмехнулась девушка.       В следующее мгновение Люпин уже прижимал девушку к земле, одной рукой крепко держа её руки над головой, а другой опираясь на землю. — Ты кто такая? Что ты сделала с Гермионой? — по звериному прорычал оборотень. — Я? Я — Эмма, — спокойно ответила девушка поняв, что прокололась. — Что ты тут вообще делаешь? — всё также шипя, спрашивал мужчина. — Мы с Гермионой договорились о том, что я притворюсь ею и отвлеку тебя, а заодно помогу с крестражем, — всё так же спокойно продолжала она. — Гермиона в безопасности. Относительной… — неуверенно улыбнулась Эмма. — Как только мы разберёмся с крестражем, я вас обеих убью, — уже более спокойно прошептал Люпин. — А теперь — где Гермиона? — мужчина с силой сжал запястья. Ещё чуть чуть и кости бы не выдержали. — Мы заслужили. А про Грейнджер тебе лучше не знать. — Если бы у нас было больше времени, то я бы обязательно всё у тебя выпытал, но его у нас, к сожалению, нет. Потом будем выяснять кто виноват, сейчас важнее миссия. Тебе же Гермиона всё рассказала? — Ну да, и кстати, про письмо она тоже рассказала. И я даже уже представляю, кто его написал. Но оставлю свои догадки при себе. Всё-таки я не особо хорошо вас всех знаю, и путать вас было бы глупо, — хитро улыбнулась та. — Тогда — за дело. Мы проникаем в дом, потом обыскиваем его, предварительно наложив заглушающее на её комнату, — рассказывал план действий оборотень. — А если медальон в её комнате? Или ещё хуже — на ней? — поинтересовалась девушка. — Тогда нужно будет просто аккуратно его забрать. Всё не так плохо, как кажется. У нас всё получится, — Люпин улыбнулся, чтобы подбодрить Эмму, и это помогло. — Ладно, пойдём.

***

      После того, как Гермиона поменялась местами с Эммой, а произошло это перед самым перемещением Валенте и Люпина в портал, Грейнджер рванула к корпусу. Две недели — это слишком мало, чтобы успеть собрать все крестражи. Днём ей убегать не получится, профессорам — тем более. А если не спать каждую ночь, то они все просто сойдут с ума. Поэтому новый член в их команде точно не помешает. Гриффиндорка конечно не уверена, что Эмме можно доверять, но она очень хотела это делать. Не понятно почему, но эта девушка вызывает доверие. А своим чувствам девушка привыкла доверять.       Нет, мозг иногда важнее, чем сердце, но бывают такие ситуации, когда нужно просто слепо верить себе, перестав всё анализировать. Гермиона надеялась, что у Эммы и Ремуса всё в порядке.       Сама же она решила отправиться в Хогвартс, чтобы поискать диадему. На это уйдёт много времени, поэтому нужно начать, как можно раньше. Кольцо было при ней, но незаметно ходить по Хогвартсу оно ей не поможет. Для этого нужна мантия. Мантия Гарри. Хорошо, что Гермиона знала, где его комната.       Аккуратно приоткрыв дверь в комнату мальчиков, она автоматически зажала нос рукой. Ну как можно так навонять за один день? По всей комнате пахло потом и едой. По полу были раскиданы грязные носки, а на тумбочках лежали упаковки из-под магловских чипсов. Фу.       «Никогда больше не зайду сюда. И как только Малфой с Забини такое допустили. Ладно, не моё дело».       Быстро отыскав нужную мантию, Гермиона накинула её на себя и повернула змею на кольце. Опять это неприятное ощущение. Как будто тебя сжимает до размера атома, потом кружит так, как не кружила ни одна карусель, а затем резко возвращает твоему телу нормальный размер. Не самое приятное, что было в жизни гриффиндорки.       Гермиона наколдовала в воздухе зеркало и убедилась, что её совершенно не видно.       «Если мыслить логически, то Дамблдор знает о крестражах, так как сам ищет один из них. Зная Волан-де-Морта, не лично конечно, но всё равно, он всегда всему придаёт большое значение. И очень уж любит драматизировать. Поэтому в том, что один из крестражей находится в школе, я просто не сомневаюсь. Хотя и в том странном письме об этом говорилось, но слепо верить неизвестно кому я не собираюсь. Насколько я знаю — директор чувствует замок, именно поэтому он знает обо всём, что творится в Хогвартсе. Предмет, напитанный тёмной магией он явно бы почувствовал сразу. В школе есть всего одно место, которое не относится к школе. Ну как, относится, но не совсем. Вход располагается в замке, а сама комната где-то в другом месте. Я об этом читала в «Истории Хогвартса». В той жизни мы с ребятами так и не добрались до неё, точнее нам этого не дали».       Именно поэтому сейчас Грейнджер уверенным шагом двигалась в сторону Выручай комнаты. В коридорах никого не было, что не странно, ведь сейчас ночь. Тем более — каникулы.       Ходя туда-сюда около заветной стены, она думала о том, что нужно найти спрятанную вещь. Дверь появилась почти сразу, и Гермиона поспешила её открыть. Внутри оказалось не совсем то, что она ожидала. Горы вещей, которым не было конца. Да Гермиона тут до старости не управится. Ей явно не помешала бы помощь. А Люпин и Эмма на задании. Но больше-то никого привлекать нельзя. Снейпу и МакГонагалл лучше не покидать территорию лагеря, и так уже многие ушли. Слишком опасно. Чем больше людей исчезает с территории, тем выше вероятность того, что кто-то это заметит и сдаст их Волан-де-Морту. Выбора нет. Сегодня тут придётся ей одной копаться. Хотя… Можно же попробовать Манящие чары. — Акцио диадема! — крикнула Гермиона.       Зря она это сделала. Очень зря. Со всей комнаты на Грейнджер полетели украшения. И не только. Видимо, что-то зацепилось за диадемы и прилетело вместе с ними. Потому что уже через пару секунд девушка была спрятана под горой всякого хлама. Тут и диадемы, и остатки протухшей еды. Даже школьные учебники. Кое-как прорыв себе путь на свободу, она поняла, что лучше бы осталась стоять в той куче. Из-за шума летящих предметов Гермиона тогда не заметила того, что все остальные кучи начали распадаться. Теперь будет ещё сложнее искать крестраж.       Решив, что для начала нужно разобрать ворох диадем, девушка принялась просматривать каждое украшение. Ей повезло, что она знала, как выглядит нужная вещь, ведь не раз встречала её изображение в учебниках.       Откидывая в сторону одно украшение за другим, Гермиона уже начала отчаиваться, но где-то вдалеке услышала стук. Как будто что-то пыталось вырваться. Подойдя к тому месту, откуда, по её мнению, исходил звук, Грейнджер огляделась. На полу лежала деревянная коробка, о стенки которой что-то билось. Видимо, не смогло прилететь под действием Манящих чар.       На крышке коробки были нарисованы руны, но Гермиона их не знала. Самой её лучше не трогать, вдруг какие заклятия наложены; без руки останется, или вообще умрёт. — Revela mysteria tua, — прошептала Гермиона.       Коробочка вспыхнула. Сначала — синим пламенем, потом — красным. Это означало, что сама коробка не опасна, но то, что находится внутри — очень даже. — Munui, — уменьшила свою находку девушка.       «Надеюсь, что у Люпина и Эммы всё хорошо».

***

      Люпин первый вошёл в дом, предварительно проверив его на Сигнальные чары. — Эта женщина слишком самоуверенна, даже сигнализацию не поставила, — усмехнулся он. — Это её и погубит. Но мы будем не умнее её, если не перестанем так громко разговаривать, — прошептала Эмма.       Люпин кивнул, и они прошли в гостиную. Ей оказалась просторная комната с ужасными розовыми обоями. На стенах висели тарелочки с изображениями кошек. Единственным красивым предметом интерьера был диван. — Я готова оплатить ей курсы по дизайну, потому что это ужасно, — усмехнулась Эмма. — Тише! Оглохни! — Люпин вспомнил о том, что кошки могут разбудить свою хозяйку. — Извини.       Комната Амбридж оказалась на втором этаже. Она спала на кровати. Даже тут всё было розовым. Начиная от постельного белья, заканчивая её пижамой. — А я и не думала, что она настолько страшная, — ужаснулась Эмма. — Поверь, есть и пострашнее люди. Это цветочки, — решил разрядить обстановку Люпин.       Дальше они действовали почти в полной тишине. Профессор наложил Заглушающее на комнату и пошёл на первый этаж, Эмму же отправил обыскивать второй. Час поисков не дал результатов, поэтому пришлось идти в самое сердце логова их врага. — Эмма, останься здесь, вдвоём мы там много шума наделаем. — Ну уж нет. Пришли мы сюда вдвоём, значит и делаем всё вместе! — девушка топнула ногой и только потом сообразила, что это могло испортить им всю операцию. — Ты вообще попала в этот дом случайно, поэтому твой аргумент не считается. Сама пойми, если Амбридж проснётся от шума, то мы оба оттуда уже не выберемся. — Гермиона говорила, что эта жаба не такая уж и опасная. — Она-то нет, вот только на основных сотрудниках Министерства теперь лежит мощная защита. Мы даже обездвижить её не сможем, а значит, что у неё большое преимущество перед нами. — Вот об этом мне рассказать забыли. Тогда ладно, иди. — Спасибо, что разрешила, — усмехнулся Люпин.       Оборотень подошёл к двери и снял Заглушающее заклинание. Сейчас оно бесполезно. — Удачи, — прошептала Эмма и потрясла в воздухе кулаком в знак поддержки.

***

      Гермиона уже вышла из комнаты, когда поняла, что сегодня она возможно в последний раз находится в стенах этой школы. За это лето столько всего произошло и произойдёт, что девушка уже начала думать, что Гарри решил передать свою роль «избранного» ей. Сам он пока что об этом не знал, но будущий «он» очень даже возможно. Ведь по-хорошему, он и сам мог отправиться в прошлое, но не сделал это.       «Так, ладно, нужно собраться. Повернуть кольцо, и я опять окажусь в лесу».       Но… нет. Гермиона не могла. Посмотрев на руку она поняла, что где-то уронила кольцо. Единственный шанс на спасение. Трансгрессировать ей нельзя из-за возраста, а ролики остались в корпусе. Трансгрессию конечно можно попробовать, но на территории замка министерство следило за этим особенно тщательно. Что же делать? Остаётся один вариант. Патронус. Вот только кому его послать? Люпин и Эмма на задании. Остальным членам команды лучше не высовываться сегодня ночью. Из тех, кому Гермиона доверяла, остались лишь мальчишки. Гарри пока что лучше не втягивать в это. Он раздавлен. А бед он в таком состоянии натворит столько, что потом не разгрести будет. Остаётся Рон.       Ещё в прошлой жизни, когда Гарри помогал отряду осваивать заклинание Патронуса, Гермиона поняла, что её самым счастливым воспоминанием является то, как они с Гарри и Роном победили тролля. Ведь именно в этот момент зародилась их дружба. Именно в тот момент у девушки появились первые друзья. — Экспекто патронум! — крикнула Грейнджер.       Из палочки вырвался клубок света, который постепенно приобрёл очертания выдры. — Рон, я в Хогвартсе. Не важно, что я тут делаю, просто помоги мне отсюда выбраться. И постарайся, чтобы об этом никто не узнал. Спасибо.       Теперь остаётся только ждать. Гермиона дошла до Большого зала и села за стол Гриффиндора. Постепенно её начало клонить в сон, а сопротивляться не было смысла. Слишком уж она устала. Возможно зелье так странно подействовало на мозг Гермионы, а может она просто устала, но она даже не подумала о том, что Рон трансгрессировать не может по закону.

***

      Кто-то дёргает девушку за плечо, но ей тут так хорошо. Легко. Спокойно. Пусто. Одним словом, тут есть всё то, чего Гермионе не хватает там, куда её пытаются утащить. — Гермиона, — прошептал Рон. — Да проснулась я, — бурчит девушка. — Давай быстрее! — он поднимает Грейнджер и ведёт к выходу. — А кто ещё тут? — после сна девушка немного заторможено соображает. — Никого, — непонимающе отвечает парень. — Как это? Ты же не мог сам сюда прийти, значит тебя кто-то из взрослых трансгрессировал, — ох, если бы Гермиона не только сейчас включила голову, но и при вызове Патронуса, то проблем бы у неё было в разы меньше. — Остолбеней, — прошептал он.       Гермиона опоздала. Не успела даже палочку достать, когда он уже произнёс заклинание. Ладно, попробуем другим способом. Грейнджер выразительно на него посмотрела, тем самым дав понять, что ждёт объяснений. — Извини, я правда не хотел. Меня заставили.       Как будто ей это чем-то помогло. Он продолжил: — Ещё в начале каникул на мою маму напали, отец был на работе. Я пришёл домой, а там мама и группа Пожирателей. Она конечно же была связана и обездвижена.       «О Господи, это конечно многое объясняет, » — пронеслось в голове Гермионы, но на душе всё равно свернулась горечь разочарования. — Они сказали, что либо я присоединяюсь к ним, либо они убивают всю мою семью.       «Ох, Рон, как ты мог променять нас с Гарри на свою семью. Я понимаю, что для многих их семья значит всё, но Гарри нужно победить Волан-де-Морта. Без тебя ему это не сделать. Но ведь это не ты. В той жизни мы через столько прошли, но ты даже не думал нас предавать».       Рон закатал рукав мантии, под ним оказалась Чёрная метка, которая сейчас почти пылала чёрным. — И вот сегодня меня отправили на первое задание. Не совсем сегодня, мне просто сказали, что нужно схватить первую девушку, которая улизнёт с территории. Лучше бы ты отправила свой Патронус Гарри. Всем было бы лучше.       «Рон, Рон, Рон. А я ведь когда-то была в тебя влюблена. А теперь из-за тебя свои последние часы я проведу в обществе Пожирателей, если конечно не смогу сбежать».       Он схватил Гермиону за руку и крутанулся на месте, утягивая за собой в воронку трансгрессии Гермиону. Опять это неприятное ощущение. Они оказались в каком-то особняке. Рон тут же встал на колено, и отпустил руку девушки. — Закройте ей глаза, — раздался чей-то голос.       На лицо Гермионы тут же опустилась повязка из ткани. Отлично, она ещё и не будет видеть того, кто её убьёт. — А теперь мы выберем того, кто сегодня удостоится чести быть первым, — всё тот-же повелительный голос. Наверно это Волан-де-Морт. За то время, что она здесь, Гермиона уже забыла многие детали её прошлого. — Мой лорд, — кто-то перешёл комнату и со стуком упал на колени. — Это грязнокровка Поттера.       Петтигрю. Девушка везде узнает его противный голос. Голос предателя. Даже годы не помогут стереть его образ из головы Гермионы. — О, это всё меняет, — Лорд рассмеялся. — Северус, это задание для тебя.       «Нет, только не он. Меня не может убить профессор. Все же мне говорили, что учёба до добра не доведёт. Ну вот. Теперь я в это поверила. Хотя, это не худший вариант. Он на нашей стороне, да и с моей историей знаком.» — Мой лорд, если проведёте ритуал между нами, то рано или поздно это кто-то заметит.       Какой ещё ритуал? — Это не обсуждается. В любом случае, кто-то мне говорил, что она очень сильно мешает тебе на уроках. А теперь ты сможешь ею командовать, и при этом у неё не будет шанса тебе не подчиниться. Тем более, у меня всего два Пожирателя, которые действительно смогут укротить её буйный характер. Но, так как Беллатриса полностью подчиняется мне, у неё всё свободное время уходит именно на это. — Хорошо, повелитель. Спасибо за такой подарок.       «Когда-нибудь я говорила о том, что хуже быть уже не может? Так вот, беру свои слова назад. Может, ещё как может.»