Свет в океане

3 марта Регулус ещё раз перечитал письмо Нотту. Отправляя к нему Афину, он надеялся, что информации хватит, чтобы Теодор нашёл для себя что-то полезное — хоть какую-то зацепку. Сэмвелл Нотт, видит Мерлин, заслужил гореть в аду за всё, что делал при Тёмном Лорде. Но и он, и Волдеморт были неразумными детьми в глазах старца с вековым посохом. Герпо не напоминал о себе — Регулус заходил к нему пару раз, чтобы дать колдуну понять — он не передумал, он ищет решение. Обещал Бони, что мертвецы останутся в прошлом. Вот только прошлое кусало пятки… Долго так продолжаться не могло, но для начала стоило разобраться с делами насущными. Регулус нашёл в Лютном волшебника, приторговывающего мантиями-невидимками. У них был маленький срок действия. Пошиты кое-как. Нитки торчали. За одну мантию пришлось отдать целое состояние, но Регулус ни о чём не жалел. Чем скорее он разберётся с делами, тем быстрее уедет отсюда. Его часть сделки будет исполнена. Андромеда поймёт, не попрекнёт его. Она знала, знала, что он не хотел возвращаться. В доме было тихо. Нуар куда-то пропал — третьи сутки не появлялся. Пупо дрых, а Кричер сопровождал Андромеду и Тедди в Хогсмиде. Если они зайдут в «Зонко», то раньше обеда не покажутся. Регулус сверился с часами. В полдень Габриэль будет ждать его в чайной. Наверное, она его проклянёт. Он вспоминал, как гостил в шато Делакуров, а Габриэль возилась с собаками, пока Зое кружилась вокруг, изображая фею цветов. Он любил её, как любят вкусную еду, мягкую постель, кино или музыку. Кто-то скажет: этого достаточно, чего тебе ещё надо, красавчик? Слишком многое. Регулус прошёлся по дому и заглянул в кабинет деда — место, которое он недолюбливал с детства. Здесь давно не было чучела квинтолапа, как и кованой люстры, размозжившей когда-то череп домовихи тёти Элладоры. Теперь тут был склад барахла, который Гарри переправил из дома Блэков на Гриммо. Портреты предков, посуда, мантии, дырявый гобелен… Кричер трудился над ним без устали. Регулус развернул тяжёлую ткань и невольно улыбнулся, встретившись взглядом с братом. Его задорная улыбка была тут как тут. Всё готово. И всё же это был «мёртвый» кусок материи. Тедди на фамильном дереве так и не появился, а годы жизни Регулуса так и не изменились. Он сунул руки в карманы брюк и почувствовал боль. Заколка. Регулус повертел её в пальцах и посмотрел на портрет матери. Она молчала. Теперь она всегда молчала. — Я был идеальным сыном, — сказал Регулус, — но не был собой. Простите. Захотелось услышать Бони. Возможно, в последний раз. Регулус накинул мантию, как вдруг в комнату ворвался Кричер. Это было нереально. Дежавю. Чёртово дежавю! Он уже видел эльфа таким — в ночь, когда тот вернулся из пещеры, полной инферналов. — Госпожа… мистер Тедди… — содрогался домовик. — Пропали! В душном стоячем воздухе Регулус не мог сделать вдох. — Рассказывай! Кричер, тараторя с немыслимой скоростью, протянул ему смятый, мокрый от слёз клочок бумаги. «Малфой-мэнор, — было выведено на нём. — Никому ни слова». И больше ничего. Пора платить по счетам.

* * *

Забини не улыбался, только расхаживал по комнате туда-сюда, потом остановился и наконец сказал: — Кто ещё в курсе? — Флетчер, но я огрел его Конфундусом и отправил немного полежать. — Почему Малфой-мэнор? — Не знаю. Регулус сцепил ладони вместе и поднёс к губам. Они теряли время. Драгоценные минуты утекали, а в голову всё равно не приходило ничего умнее, чем ворваться в поместье Люциуса и раскидать врагов Авадами. Он не мог думать. Мозг отключался из-за тревоги. Регулус был пружиной, которой не давали распрямиться. — Пойдёшь со мной? — без обиняков спросил он, посмотрев на Блейза. — Ты мне нужен. — Я думал, ты не спросишь. Регулус слабо улыбнулся в ответ. — Хорошо. Ты единственный, кому я сказал. — А Тео? — Я отправил ему письмо полчаса назад. Птица до сих пор не вернулась. Его нет дома. — Отправь ещё одну сову, — предложил Забини. — У меня тут не совятня! Блейз притих, нервически покусывая губу. — Так мы не будем его ждать? — Нет времени, — сказал Регулус. — Вот увидишь, мистер ботаник и в ус не дует — протирает штаны в какой-нибудь читальне времён Мерлина, — процедил Блейз. — Ты лучше пораскинь мозгами и скажи, как мы попадём в мэнор? — Через главные ворота. Как же ещё? Меня пригласили. С нетерпением жду встречи. Забини сделал большие глаза. — Умом тронулся? Этот мишка проглотит тебя и не подавится, а потом примется за твою кузину и ребёнка. Регулус покачал головой. — Ему нужен я. Падди нужны такие, как мы — сторонники Волдеморта, избежавшие Азкабана. Регулус молился, чтобы выводы оказались верными. — Та-ак, — протянул Забини, — я же не иду туда только затем, чтобы стать свидетелем твоего самоубийства? Какова моя роль — постоять в сторонке, пока ты будешь вести переговоры с огромной мохнатой тушей? Что я тебе — размазня беспомощная? Регулус подхватил со стола мантию-невидимку и бросил Блейзу. Тот поймал её и недоумевающе развернул по ширине. — Что за тряпка? — Побольше уважения. Эта тряпка дороже, чем всё, что на тебе надето. Да, Забини, ты будешь стоять в сторонке. Скрытый и вооружённый, чтобы подкараулить и в нужный момент нанести удар. Блейз, как умудрённая опытом матрона, которой подсунули бракованный товар, зацокал языком, критично осматривая мантию-невидимку. Результат его в целом удовлетворил. — Это похоже на план. Дурацкий план. И мантия дурацкая. Ты её точно не в «Твилфитт и Таттинг» покупал. Нитки торчат. Маму бы удар хватил, если бы она увидела своё солнышко в этой ветоши. — Увидела? Это мантия-невидимка, Блейз. Тот бросил на Блэка негодующий взгляд. — Не имеет значения. — Хозяин должен сообщить мистеру Гарри, — пролепетал Кричер. — Вдруг с мистером Тедди и госпожой Андромедой случится беда. — Беда уже случилась, Кричер. Этот анимаг их не тронет, если я окажусь послушным мальчиком. Они ни при чём. В послании чётко сказано: никому ни слова. Я не могу рисковать жизнями Андромеды и Тедди. Нет… Я буду выполнять требования. Почти. — Тогда хозяин подвергнет опасности себя! Регулус сжал переносицу. Он не имел права рисковать родными. Он и так доверился Блейзу. Интуитивно полагался на него — фигляра, балагура, болтуна. Было что-то ещё в Забини, что порой проступало в нём через завесу шуточек и театральщину. — Так и быть, Кричер, договоримся следующим образом, — распорядился Регулус, — если к ночи мы не вернёмся, то ты отправишься к Гарри Поттеру и расскажешь ему о случившемся в Хогсмиде. Гарри сделает всё ради Тедди. Я верю ему безоговорочно. — К ночи?! — эльф задрожал. — Хозяин вообще не должен отправляться туда один! — Я вообще не в счёт, да? — хмыкнул Блейз. — Вроде мантию не успел надеть, а меня уже не замечают, — несмотря на шутку, уголки его губ опустились вниз. Он переживал, пусть и не показывал. — Так было в прошлый раз, — заплакал эльф. — Хозяин велел проводить его к пещере и показать, куда тёмный волшебник поместил медальон, и Кричер показал. Кричер привёл хозяина Регулуса к озеру и поил отравой, поил, хотя сердце разрывалось. Хозяин велел молчать, велел уходить… — Я и сейчас прикажу то же самое. Кричер ахнул. — Не беспокойся обо мне. Не стоит. Я запрещаю тебе рассказывать кому-либо, куда мы отправились, раньше оговорённого срока. Мы вернёмся, — дал обещание Регулус. — И Андромеда вернётся. И Тедди. Только истерики Кричера ему не хватало, благо тот с громким хлопком исчез. Может, стоило взять его с собой? Нет: Регулус убил мысль в зародыше. Кричер уже стар, и, увидев Андромеду или малыша, он непременно себя чем-нибудь выдаст. Бони? Позвать Бони Эм? Его ещё искать по всей Британии… — Тогда отправляемся, — сказал Блейз. — Да, — подумав немного, согласился Регулус. — И перед выходом набери побольше перчаток. — Где же я их возьму? Мы не в бутике мадам Малкин, а я не подпольная швея. — У Андромеды полно рукавиц в шкафу с садовым инвентарём. Уже на границе парка, откуда они могли аппарировать к мэнору, Регулус повернулся к сыну Сирены и спросил: — Почему ты мне помогаешь, Блейз? — Я же сто раз тебе втолковывал, что помогаю исключительно со скуки, иногда, бывает, это ещё и выгодно. — И только? Блейз ухмыльнулся. — Опять задаёшь неправильные вопросы. — Ты же знаешь, о чём я. — Знаю, — без обиняков сказал Забини. — Ну что ты несешь-то, а? Вопросы всякие на грани приличия. Я прикрою тебя. Я с тобой. Сматываться отсюда и бросать вас в кипящем котле… В общем, это унизительно. Пойми меня правильно — я не герой, но чувство гордости есть не только у Избранных, знаешь ли. Я уже давно всё решил. Радуйся, что я у тебя есть, «Ван Хален». Ничто не вечно. Излагай по-быстрому свой план.

* * *

— Вот о чём я подумал, — проговорил Блейз, когда впереди между стволами показался огромный особняк — покрытые копотью стены на фоне пасмурного неба. — Как ты попадёшь внутрь? — Через ворота, — нетерпеливо отозвался Регулус, оглядываясь по сторонам на случай засады на подступах к поместью. — Я это слышал, но на воротах мэнора волшебный замок и чары, защищающие его от вандалов. Их могут накладывать и снимать только авроры. Ты соображаешь, что это значит? Регулус притормозил. Он был полностью сосредоточен на том, как будет приканчивать безумца, вознамерившегося угрожать его семье. — Да, поэтому я не могу идти в Министерство. Убийца как-то связан с Авроратом… Блейз сплюнул, а Регулуса захлестнуло жестокое веселье: — И Кричер ещё хотел сообщить о похищении властям, — он не видел Забини под мантией, но тот наверняка испытывал те же чувства. Они не знали, кому можно доверять. — Внутри тебя ждёт ловушка, — прошептал Блейз. — Поэтому ты со мной. Они остановились неподалёку от ворот с оскалившейся пастью. Малфой-мэнор. Гордость Люциуса. Сокровище Нарциссы. Ставка Тёмного Лорда. Адский котёл, почерневший на горелке. Тюрьма для призраков прошлого. Перед воротами возвышались деревья, царапающие прутья ветвями, будто тоже рвались попасть на другую сторону — к уродливым розовым кустам. Красивая птица, похожая на ястреба-перепелятника, сидела на ветке. Её светло-жёлтые глаза смеялись. Забини положил на землю четыре трансфигурированные перчатки. Засылать в мэнор большее число шпионок было рискованно. То ли пауки-выродки, то ли рваные куклы… перчатки проскользнули между прутьями и слились с садовым мусором. Регулус напряжённо ждал. Забини хранил молчание. Что он видел? Нашли ли его разведчики Энди? — Мои крошки добрались до выбитого окна, — через минуту доложил Блейз. — Внутри тьма тьмущая. Почти всё сгорело. Вижу метлу Драко и что-то, похожее на ночной горшок. Мерлинова борода, тут мышиный скелет размером с гору прямо у меня перед глазами! — Ищи живых, а не мёртвых, — прошипел Регулус, пригнувшись ещё ниже к земле. — Ничего не слышно и не видно, — уныло сообщил Забини. — Большинство окон заколочено. Мне жаль. Но я ещё не всё осмотрел… Регулуса не очень привлекала идея сдаваться на милость врагу, но деваться-то некуда. Он шёл в западню, но он был не один. На этот раз нет. — А смысл? Действуем по плану. — План мне не очень-то нравится. — Придумай другой за полторы минуты. — Удачи, — пожелал Блейз. Регулус почувствовал его прикосновение к плечу и, больше не скрываясь, зашагал к ограде. Жуткая металлическая пасть ожила, клацнула зубами и растворилась. Два года назад Блэк демонстрировал ей Чёрную метку, чтобы попасть в ставку Лорда и иметь честь лицезреть Его Темнейшество. По заржавевшим воротам прошла рябь, прутья стали полупрозрачными — путь в мэнор был свободен. Регулус вошёл в парк. В тот же миг ястреб вскрикнул, снялся с ветки и скрылся между деревьями заброшенного сада. — Будем надеяться, что это не дурной знак… (1) Впрочем, Регулус не был рабом суеверий и обрадовался бы даже Нуару. Вдруг кот внезапно появится? Регулус мог бы перечислить тысячу причин, почему ему не нравился мэнор, но первой в списке числилось подземелье — запутанные ходы и безликие камеры. Одна мысль о том, что Энди с ребёнком сейчас в одной из них, приводила его в ужас. Он оставил позади аллею длиной примерно с поле для квиддича и поднялся на парадное крыльцо. Массивная двустворчатая дверь была гостеприимно открыта — входи, путник, но помни, что из чертогов дракона дороги уже нет. Внутри царил беспорядок. После пожара никто не занимался зданием. Обвалившиеся балки торчали под всевозможными углами, вонзившись в каменное крошево пола, балюстрада была выщерблена и щедро разукрашена пятнами копоти. Теперь это место — жилище крыс и летучих мышей со всего Уилтшира, паучье пристанище — было трудно назвать домом волшебников. Некоторое время Регулус привыкал к полумраку, разбавленному светом из дверного проёма. Куда идти? — Я здесь! — громко произнёс Регулус. Оглянувшись, он увидел, что двери медленно сами по себе закрываются. В вестибюле дома стало темно, как в склепе. Сзади Блэка схватили за мантию и несколько раз слабо дёрнули ткань перед тем, как отпустить. Блейз. — Люмос! — Регулус вызвал огонёк. Он взлетел вверх, его свет лизнул по стенам и потолку, выхватив невысокую фигуру посреди лестницы. Неужели этот тщедушный волшебник, скрывающийся в тени верхней площадки, и есть жуткий убийца-анимаг? По крайней мере, он был вооружён и направлял палочку прямо на Регулуса. — Где они? Убийца молчал, лишь наблюдал, держась на расстоянии. Регулус надеялся, что Блейзу хватит ума не трогать его, пока тот не скажет, где держит Андромеду и Тедди. Всего этого не должно было случиться. Нельзя было возвращаться в страну… о чём он только, чёрт побери, думал? Убийца указал на палочку в руке Блэка. — Я понял, — Регулус положил её на пол и оттолкнул от себя ногой. — Что дальше? Кто ты? Только не говорите, что это вы, господин аврор. Я буду разочарован. В следующее мгновение волшебник перед ним вскинул палочку и ударил. Заклинание угодило Регулусу в грудь. Он ожидал чего-то подобного. По телу в одночасье разлился сковывающий мышцы холод. Начало клонить набок. Ноги казались ватными, ненадёжными. Только бы Блейз не торопился себя раскрыть… Вестибюль Малфой-мэнора поплыл перед глазами, но всё же Регулус услышал, как убийца произнёс: — Гоменум Ревелио. (2) В тусклом свете Люмоса по пыльному полу пронеслась золотая нить заклинания, а следом за ней молниеносно в том же направлении полетел Ступефай. Раздался звук падения. Стоя на коленях, Регулус из последних сил повернул голову и увидел лежащего на пыльном паркете Забини. Регулус попытался сфокусировать взгляд на Блейзе — тот был без сознания. Мантия сползла с него при падении, открыв взору голову и левую руку. Но как?! Чем они себя выдали? Регулус больше не мог держать глаза открытыми. На этот раз он действительно влип.