Практика невероятности

Решив, что нужно быть готовым к любому развитию событий, Тэхён ещё ночью завёл будильник на десять утра, решив пару часов выделить себе на просмотр информации о том, как делать минет. Ким прекрасно понимал, что в постели должно быть хорошо в первую очередь именно Чонгуку, а уже потом – ему. Выгуляв Суншима, Тэхён нашёл видеоурок, в роли члена в нём был банан, и мужчина послушно взял себе из корзины с фруктами такой-же, включив ролик прямо во время завтрака, первый раз решив просмотреть, а уже при втором просмотре повторять за девушкой. Конечно, Ким не раз участвовал в минете, но раньше для этого дела он предоставлял именно «банан», а не рот и губы с языком. В отличии от своей «учительницы», он прекрасно представлял, что при том или ином действии будет чувствовать обладатель члена, но всё же несколько полезных советов получил. А также опытным путём понял, что заглотить глубоко банан не может: рвотный рефлекс мешает. Уж точно Тэхён не хотел облевать Чонгука, если тот позволил бы прикоснуться к себе, трогать, ласкать. А вот сами мысли о том, что, возможно, Чон даст себе отсосать, возбуждали, к удивлению Кима. Раньше, удовлетворяя себя, он всегда представлял, как трахает парня, мучая поцелуями, не часто вспоминая о том, что у Чонгука есть член и его стоит приласкать, руками, ртом. Увлёкшись роликами, статьями о сексе между мужчинами и невольными фантазиями по поводу того, как теорию можно превратить в практику с Чоном, Тэхён пропустил полдень и только поэтому позвонил Чонгуку лишь в полпервого. Слушая гудки, где-то в глубине души Ким уже принял как данность, что ему просто не ответят. — Привет, прости, голову мыл, — радостно отозвался голос Чонгука. — Привет. Ты не против, если я за тобой в четыре часа заеду? — спросил Ким. — Не против, я тебе адрес в вотсап скину, — пообещал Чон, решив, что в крайнем случае можно всегда снять другую квартиру, и да, в тот раз Тэхён больше в кафе не заходил, после первой же просьбы. — Отлично. Ты ведь себя хорошо чувствуешь? Прогулка тебе понравится, или лучше выбрать более спокойное место для свидания? — уточнил Ким, расслабляясь. — Нет, лучше прогулку, я уже настроился, — рассмеялся Чонгук. — Только вот я последний и первый раз верхом ездил лет в десять. — Я вообще никогда, — в тон ему ответил Тэхён. — Будем страдать и учиться вместе. Попросим самых спокойных лошадок и будем надеяться на лучшее. Поговорив еще пару минут, Ким попрощался и положил трубку, решив, что пора себя приводить в порядок. Он должен быть максимально собранным и красивым именно на этом свидании, но не выглядеть глупо. Деловой костюм уж точно не подходил для конной прогулки, пусть Тэхён и выглядел потрясающе в пиджаках. К сожалению, личного Мин Юнги у него не было и пришлось решать самому, крутясь у зеркала, пытаясь убедиться, что задница отлично смотрится в тёмно-синих джинсах. Для того, чтобы в голову Чонгука вкрались мысли о сексе, близости и поцелуях, Ким всем своим видом должен был наводить на подобные мысли. А джинсы всё же просто джинсы, правда, надеть мини юбку и чулки в сеточку – то, что ассоциировалось у мужчины с откровенно-сексуальным нарядом – смелости и отчаянья пока не хватало.

***

— Почему ты тут? — спросил растерянно Риан, рассматривая Милаана, которого впихнули в его камеру. Правда, камерой назвать место заключения муза можно было бы только условно: не было решёток на окнах, вместо нар – удобная двуспальная кровать, своя ванная, шкаф с одеждой, рабочий стол. — По тому же делу, — кивнул амур. — Как? Почему? Я ведь никому ничего про тебя не сказал, клянусь. Я никогда бы не сдал тебя, не предал. Ты оказал мне огромную услугу, и подставлять тебя я бы не стал… — Я сам сказал, — перебил Милаан, садясь на постель. — Знаешь, я слишком устал быть тем, кем был. Думаю, я не только пожалел твоего подопечного, но и себя. Муз непонимающе нахмурил брови, но расспрашивать не стал, решив, что раз амур сам начал говорить, то и продолжит так же сам, всё равно больше, чем хочет, амур бы не сказал. Риат не ошибся, и молчал Милаан не долго. — Я устал от однообразной бесконечной жизни и хочу побыть человеком, испытать радость и горе, любить, ненавидеть, ошибаться и ценить короткую, оттого такую важную жизнь. И… я хочу разделить с тобой твою судьбу, — выпалил амур. — Почему? — только и смог в ответ спросить муз. — Не знаю, — растерянно улыбнулся Милаан. — Может, потому, что меня восхищает твоя преданность подопечному? Может, я тоже хочу, чтобы кто-то мои интересы и моё счастье поставил выше своих? Не знаю… Раньше я такого не чувствовал, и мыслей таких не было. Ты перевернул моё представление о благе и милосердии.