Похищенный бог

Изуку не знает, как откуда он появился. Просто однажды Мидория Инко нашла возле реки кричащего младенца и принесла в свой небольшой домик на окраине Фив. С самого начала было понятно, что Изуку не человек — тёмно-зелёные волосы и глаза, цвета листвы деревьев, которые светились во время сильных эмоций, наводили всех на мысль, что он сын нимфы. Из-за этих особенностей многие дети дразнили его, не желая иметь ничего общего со «странным существом». Изуку мог их понять, но он упорно ходил в город, слышал легенды о героях и богах и тоже мечтал когда-нибудь сразить монстра и чтобы его имя прогремело на всю Элладу! Он хотел помогать людям, чтобы они могли отбросить свои страхи зная, что Мидория защищает их, но, несмотря на странную внешность, у Изуку не было больше никаких сил. Всё изменилось в день, когда вулкан неподалёку от Фив, который спал со времён войны богов и титанов, ожил. Тут же царица Фив, Мицуко Бакуго, собрала воинов и отправилась узнать, что происходит. Оттуда она вернулась с красноглазым мальчиком, ровесником Мидории. Самое необычное в нём была не внешность — хотя, он словно светился изнутри, но до зелёных волос Мидории мальчику было далеко — а то, что он умел создавать взрывы. Почему-то Изуку почувствовал с ним странное родство. Он стал следить за странным мальчиком, которого под крыло взяла царица Фив. Однажды, Кацуки не выдержал и, когда Изуку, как и всегда, следовал за ним, развернулся и рявкнул: — Чего тебе надо? Изуку замялся, не зная, как сформулировать ответ: — Понимаешь, я впервые встретил кого-то похожего на себя и… Кацуки презрительно цыкнул, сощурив красные глаза: — Не знаю, что ты там себе надумал, но я бог, который появился из жерла вулкана, — он ударил себя в грудь, солнце путалось в светлых пшеничных волосах. — Когда я обрету достаточную силу, то, наконец, пойму, чему покровительствую и займу своё законное место на Юэй! Не сравнивай меня с собой, сыном какой-то нимфы. Слова другого мальчика не оттолкнули Мидорию, наоборот, его глаза ещё сильнее загорелись любопытством: — Как думаешь, богом чего ты будешь? Взрывов? — За кого ты меня принимаешь! — Бакуго тут же ощетинился. — Я не буду покровительствовать такой мелочи! Я буду очень важным богом, настолько важным, что Эллада не сможет обходится без меня! А так же у меня будет достаточно сил, чтобы с лёгкостью уничтожить целое царство, если я захочу! — Кацуки высокомерно вздёрнул подбородок, развернулся и пошёл прочь.

***

Каждый раз, вспоминая первый разговор с Бакуго, Изуку не мог сдержать улыбку. Кацуки был прав: Эллада не может обойтись без него. После встречи со Всемогущим Мидория пробудился как бог и в его венах потёк ихор, но он не нашёл своё место. Уже много позже Изуку понял, что его желание никогда не сдаваться и идти до конца было большее, чем просто упрямство, он стал покровителем победы. И всего же никто на горе Юэй не знал откуда появился Изуку и почему он так долго оставался богом пустышкой. Бакуго же, в отличие от него, довольно-таки быстро вступил в полную силу и стал слышать молитвы людей. В Элладе были сотни храмов богу любви и безумия, он не зря входил в десятку самых могущественных богов, и всё же Кацуки до сих пор не выбрался из царства Шигараки… Это не могло не настораживать. — Мы вытащим его, — раздался рядом голос Тодароки. Он спокойно вёл свою колесницу по небу, Изуку видел его часть с белыми, как морская пена, волосами, и серым, напоминающим туманные озёра, глазом. На фоне ночного неба и в серебряных отблесках звёзд, ни у кого бы не возникло сомнений, что перед ними бог. Кожа Шото едва заметно светилась, в нём было нечто неземное, не давая отвести взгляд. Через силу Изуку отвернулся на него и посмотрел вниз, где плескался масляно-чёрный океан. Тодороки был сыном Старателя и океаниды, которую бог войны разрушительной взял силой. Мидории всегда казалось, что ему не хватает ауры божественности, которая неизменно окутывала его друзей, а уж что говорить о Всемогущим, чьё присутствие превращало ночь в день… — Нам нужен тот остров! — голос Киришимы резко выдернул Изуку из раздумий. Бог силы и охоты в последние время был непривычно тих и молчалив, с каждым часом он хмурился всё сильнее. Эйджиро держал в руке амулет, который дала ему Яойорозу, тот едва заметно светился. Остров под ним был небольшим, с аккуратной бухтой, окружённой скалами и холмами, которые усыпали густые леса. Где-то далеко, почти скрываясь за горизонтом, вокруг горы Юэй продолжали сверкать молнии. Буря не успокоится, пока идёт суд против Шигараки. Остров же освещал мягкий лунный свет, в его глубине среди леса виднелась стайка факелов. — Наверное нам надо туда, — предложил Киришима. — Возможно, там мы найдём нужный нам монеты, позволяющие скрыть сущность. — Этот остров не похож на остров циклопов, — заметил Тодароки. — Возможно, Сущий Мик играл на монеты, созданный Сотриголовой не только с циклопами, — отмахнулся Киришима. Изуку внимательно вглядывался в поселение. Факелы безобидно сверкали, излучая мягкий тёплый свет, и всё же, его не отпускало чувство неправильности… Что-то было не так на этом мирном острове, конечно, Мидория не ощущал никого божественного присутствия, но, с другой стороны, именно для этого и нужны были монеты, ведь так? — Нам лучше приземлиться где-нибудь в стороне, чтобы нас не заметили, — задумчиво сказал Мидория. — Кто знает, что тут скрывается. Тодароки, согласно кивнув, направил колесницу подальше от поселения. Они приземлились на берег, который омывали мелкие волны, а потом, Шото махнул рукой и колесница исчезла. — Что дальше? — спросил Киришима, нервно водя ногой сандалии по песку. — Найдём местных и будем расспрашивать про монеты? — Если кто-то заполучил их, чтобы скрыться, то он вряд ли себя выдаст, — резонно заметил Тодороки. — Лучше ходить и следить за поведением амулета. — И нам нужно сделать так, чтобы хотя бы не с первого раза было понятно, что мы боги, — решил Мидория, словив недоумённые взгляды, он пояснил: — Нам нужно действовать как можно более осторожно, чтобы приспешники Шигараки не узнали. Кто знает, что они предпримут. Между богами повисло мрачное молчание. Если бы с Каччаном всё было хорошо, он бы давно уже вырвался из подземного царства. Кацуки было не так-то просто сдержать. — Нам будет не так-то просто сойти за людей, — натянуто засмеялся Киришима, неловко почесав затылок. С этим было трудно поспорить. Больше всех на людей походила троица богов любви — Кацуки, Очако и Аояма. Они просто обладали неземной красотой, стоило им уменьшить свою божественную ауру, как они могли сойти за смертных. Зелёные волосы Мидории, красные Киришимы и его острые зубы, а так же половинчатую внешность Тодароки было намного труднее скрыть. К сожалению, никто из богов войны не обладал даром иллюзий. — Тогда я пойду вперёд, — решил Мидория. — Из нас всех у меня самая нормальная внешность. Если что скажу, что я сын нимфы, — он улыбнулся, завидев беспокойство в глазах друзей. — Если станет опасно, я подам сигнал, — Изуку поспешил заверить их. Шото не повелся на его улыбку. Он продолжал напряжённо смотреть на Мидорию своими разноцветными глазами. Сейчас Изуку мог видеть обе его половины и, несмотря на темноту ночи, кроваво-красная половина волос бога войны словно пылала, а лазурный глаз горел, как адский огонь. — Мы будем ждать тебя здесь, — казалось, спустя вечность, ответил Тодороки, он сел на песок и щелчком пальцем заставил костёр вспыхнуть в воздухе перед собой. За ним последовал Киришима, попутно передав медальон для поиска Изуку. — Возвращайся быстрее, — Эйджиро стукнул бога победы кулаком в плечо и опустился на песок. — Хорошо, я быстро, — кивнул Мидория и, развернувшись, побежал в сторону небольшого поселения.

***

Ночь подходила к концу, а Изуку всё не возвращался. Тодароки начинал нервничать. Киришима с деланной беззаботностью рассказывал, как он и Кацуки в былые деньки охотились на монстров по всей Элладе. На самом деле, Тодароки не особо хотелось слушать истории о том, какой Бакуго крутой, сильный и умный, но это позволяло ему отвлечься от беспокойства за Мидорию. Шото твердил себе, что Изуку нужно время, чтобы найти, где скрывается носитель амулета, что нужно быть готовым, что поиски будут не только до рассвета, но и до заката. И всё же, с того самого момента, как Тодароки увидел Шигараки на Юэй, его не покидало нехорошие предчувствие. Конечно, Изуку был сильным богом, но всё же он был слабее основных. С тех пор, как Мидория помог ему, Шото поклялся во что бы то ни стало защитить его и его улыбку. У Изуку была самая солнечная и прекрасная улыбка из тех, кого он видел. Перед глазами невольно всплыл оскал Бакуго и вызывающе поднятые брови, когда по его прихоти и против желаний Тодароки очередная армия отправлялась в поход. — Когда я впервые встретил Бакуго, то думал, что он бог взрывов, — сказал Шото, когда Киришима замолчал. — В этом случае он был бы младшим богом и оказался бы под твоим началом или Старателя, — задумчиво сказал Киришима, а потом тут же рассмеялся: — Кацуки бы этого не пережил! Он бы взбесился, если бы ты оказался главнее его! Тодароки попытался представить реакцию Бакуго и тоже рассмеялся. Тот бы пылал похлеще Старателя если бы узнал, что ему придётся подчинятся «половинчатому ублюдку»! Конечно, Тодароки не считал Мидорию и Киришиму своими подчинёнными, они, скорее, были друзьями, и всё же, у младших богов было меньше сил и власти, чем у основных. Неожиданно, между деревьями что-то мелькнуло. Тодароки резко потушил костёр и обернулся в сторону леса. — Что-то не так, — подозрительно сказал он в сторону Киришимы, который уже встал в стойку, приготовившись к бою. Беспокойство за Изуку ещё сильнее усилилось. Вокруг стояла неестественное тишина, солнце медленно выползала из-за горизонта, вокруг не было слышно ни зверей, ни птиц. Рассвет вытягивал тени деревьев, не давая возможности рассмотреть, что происходит. Киришима уже собирался позвать Тецу-тецу, но Тодароки жестом остановил его. Им действительно стоит привлекать к себе как можно меньше внимания. Неожиданно, из-за деревьев на них кинулся какой-то монстр, но Эйджиро одним ударом ноги снёс ему голову, а потом недоумённо посмотрел в сторону Тодароки. — Это просто земля. Шото нахмурился, а потом выпустил струю огня, опаляя макушки деревьев. Из леса на богов смотрели сотни земляных созданий без глаз. Они были разной формы и размера, некоторые напоминали ужасных химер, которых увидишь только у Шигараки в царстве. — Нам нужно найти Мидорию, — произнёс Эйджиро, а Тодароки согласно кивнул. Боги и земляные монстры одновременно кинулись друг на друга. Шото бежал впереди, льдом и пламенем расчищая им путь, а Киришима прикрывал его сзади. В какой-то момент Эйджиро засвистел и появился железный ящер, объятый пламенем. — Что? Ты более узнаваем, чем Тецу-тецу! — в оправдание произнёс Киришима. На это Тодароки было нечего добавить. Вдвоём, они почти добрались до поселения, но перед ним резко возник странный человек. Это был на первый взгляд мужчина, но почему-то в женской туники. Он встал в странную позу и произнёс: — Негодяи! Вы оказались на острове Лемнос, который под защитой «Диких кошек»! Вы не сможете тут творить всё, что вздумается безнаказанно! Этого хватило, чтобы земляные монстры окружили богов. — Мы мирно сидели на берегу, это вы на нас напали! — с усмешкой, явно предвкушая хорошую драку, Киришима встал с Тодароки спина к спине. — Вы первые появились, чтобы воспользоваться дарами острова Лемнос! — сообщил незнакомец и бросился на них. Прежде, чем Тодароки успел отреагировать, между ними мелькнула зелёная молния и Изуку принял удар. Его лицо было сосредоточено, глаза пылали решимостью и аура чем-то напоминала Всемогущего. В такие моменты Шото мог предположить, что тот является сыном главного бога Юэй. — Произошло недоразумение! Это мои друзья! — воскликнул Мидория. — Они уничтожили пол леса! — возразил его незнакомец. Тодароки оглянулся и с равнодушием заметил островки льда среди леса и пылающие макушки деревьев. — Если вступаешь в бой, готовься нести потери, — Шото пожал плечами. Война всегда была разрушительной, а он являлся её богом. Незнакомец хотел ещё что-то сказать, несмотря на извинения, в которых рассыпался Мидория, но тут перед Тодароки из-под земли резко выросла светловолосая девушка с широкой, но неестественной улыбкой. — Добро пожаловать на остров Лемнос! — громко воскликнула она. — Простите, за такой плохой приём! На нашем острове живут только женщины и многие мужчины желают этим воспользоваться, поэтому мы «Дикие кошки» охраняем их! Мы думали, что вы пришли причинить нам зло! — Не будь к ним так снисходительна, Пиксибоб, — из-за деревьев вышла девушка с короткими каштановыми волосами. — Они уничтожили четверть леса. — Но, Мандалай! Мы ведь действительно на них первыми напали! — протянула Пиксибоб, оборачиваясь к своей напарнице. — Нужно было с самого начала предположить, что Изуку не пришёл сюда один! Он слишком милый что бы путешествовать в одиночку! — девушка подскочила к Мидории и потрепала его по голове. — Вы же необычные люди, — нахмурился Тодароки и, улыбка Мидории обращённая к Пиксибоб, тут была не причём. — Конечно, — кивнула Пиксибоб, а потом появилась откуда-то ещё четвертая девушка и «Дикие кошки» встали в странную позу. — Я Рэгдолл, но вы меня знаете, как Зефир! — широко улыбнулась девушка с зелёными волосами и жёлтыми глазами. — И именно на этом острове находится мой дом! Рядом с Тодароки Киришима удивлённо выдохнул. Зефир, посланник весны и самый мягкий из ветров, был слабым божеством. Аура Рэгдолл была едва различимой, что её можно было легко спутать с тёплым морским бризом. — Меня зовут Мандалай, — холодно представилась девушка с короткими волосами. — Я дочь критского царя Миноса и внучка бога солнца. Сбежала от отца, так как он насильно хотел выдать меня замуж за очередного полубога, — она презрительно прищурилась. — Тигр, — представился незнакомец в женской тоге. — Полубог, мой отец Сущий Миг, а мать была самой талантливой художницей в Афинах, — бодро произнёс он. Почему-то Шото трудно было представить такого потомка у Сущего Мика. И всё же: это женщина или мужчина? — Как вы уже знаете, меня зовут Пиксибоб! — заговорила последние из этого странного отряда. — Но юным богам Юэй я могу больше быть известна, как Рюко Цучикава! — она широко улыбнулась. Тодароки невольно потерял дар речи, во все глаза уставившись на девушку перед собой. Рюко Цучикава — титан, рождённые от Неба и Земли, она, во время великий битвы давным-давно встала на сторону Всемогущего. И что титан забыл на острове Лемнос? Неужели и правда охраняет поселение женщин, которые устали от своих мужей и убили их, или тут есть ещё какая-то тайна? Тодароки сначала посмотрел на Киришиму, который раскрыв рот смотрел на первого титана, которого он видел в своей жизни, а потом Шото перевёл взгляд на Мидорию. Изуку нервно улыбался и теребил край своей туники, многозначительно глядя на Тодароки. Без всяких слов Шото понял, что тот что-то нашёл, нечто, что на самом деле охраняют «Дикие кошки» на острове Лемнос.