Higanbana

— Ты паразит!.. — ворчала и ругалась в подушку Хина, уткнувшись в неё лицом, и не хотела даже смотреть на довольную морду Чуи. — Придурок! — Ну, ты чего? — довольно, точно лис, хитро спросил в ответ у девушки Накахара, поглаживая её попку, что так аппетитно смотрелась и была предоставлена ему. — Тебе же было приятно. Или хочешь сказать, что эти сладкие стоны из твоего ротика мне только почудились? — Я просила тебя остановиться и притормозить. А теперь ног свести не могу, — продолжала причитать Хина, едва имея силы шевелить ножками, после очередного сильного оргазма. — Так это же хорошо, — уверенно заявил Чуя с самодовольной улыбкой и опустил свою ладонь между ножек любимой, чувствуя, как там всё ещё мокро и мягко. — Хочешь, я сделаю так, что ты вообще ног чувствовать не будешь? Возьмёшь выходной на сегодня. — Нет уж. Руки прочь, — потребовала девушка, чуть сжавшись от ощущения пальцев любимого. — Будет крайне странно, если я не появлюсь на работе. Это, во-первых. А во-вторых, я обещала Гин-чан, что во время перерыва схожу с ней в пекарню, и мы вместе выберем много разных вкусных пирожных. Она пригласила меня к себе домой на чай со сладостями, — стала рассказывать парню о своих планах на день Хина, кое-как поднявшись с кровати. Ножки откровенно дрожали и едва держали после горячего утреннего секса, которого девушка совсем не ожидала. Когда она проснулась, Чуя уже был в хорошем настроении и начал их общее утро с горячих поцелуев в шейку. А затем, негодяй, пустил в ход свои пальцы и обаяние, став говорить столько приятностей на ушко, что все протесты были слишком неубедительными даже для самой Хины. — Тю-ю-ю! Какая скука! Лучше б это время со мной провела, — точно капризное дитя, недовольно произнёс парень, всё ещё валяясь на кровати, и наблюдал за тем, как неуверенно стояла на ногах девушка, после его горячей любви. А устоять перед такой красотой, что лежала рядом, уткнувшись носиком в его грудь и так мило сопела, он просто не смог. Слишком долго Накахара держал эти чувства в себе под замком. И теперь, когда все запреты были сняты, никаких сил и желания сдерживать свои порывы совершенно не было. Хина была его кошечкой, которую не хотелось выпускать из рук. Да и зачем, когда та сама наслаждалась их близостью и тянулась к нему. — Ты конечно крутой поц, но мой мир не крутится вокруг тебя одного, — хмыкнув, с маленькой издёвкой произнесла девушка любимому, чтобы тот поумерил свой пыл. Утро началось слишком быстро и неожиданно для Хины, которой требовалось время, чтобы всё обдумать, осмыслить произошедшее и просто принять тот факт, что они с Чуей вместе. Но данный паразит совершенно не желал давать ей такой возможности, а только требовал любви и внимания, как эгоистичное дитя. На самом деле, девушка крайне удивилась, что Накахара мог быть таким. Но эта его сторона ей тоже нравилась. Хотя и надеялась, что парень не станет уходить в крайности. — Хорошо, крутая девчонка, тогда, может, объяснишь мне, что это такое? — в тон девушке отозвался Чуя, лёжа на боку, и, подперев голову рукой, продемонстрировал мизинец, на котором была тонкая красная нить. — Снова твои штучки? Хина не поверила своим глазам, удивлённо хлопнув ресницами, после чего глянула на свою руку, где обнаружила такую же красную нить на мизинце, что была соединена с той, что у Накахары. В голове сразу всплыла история, которую ей рассказала когда-то Коё о «Красной нити судьбы» и двух влюблённых, что предназначены друг другу. — Это!.. Это значит, что мы не ошиблись! — не сдержав радости, восторженно воскликнула Хина, бросившись к любимому, и крепко его обняла за шею, повалив на спину. — А ты ещё сомневалась? Дурочка, — нагло и самодовольно произнёс Накахара в ответ, обнимая свою кошечку и прижимая к себе. Но на самом деле парень лукавил, так как сам всё ещё находился в раздумьях, хоть и не подавал виду. Но, когда утром обнаружил эту нить и вспомнил о рассказе сестрицы, то у самого все сомнения отпали. Да, можно было сослаться на то, что это всего лишь легенда. Однако, Чуя не хотел сомневаться в себе и Хине, в их решении. Поэтому и поверил в данный фольклор и силу девушки, которая, наконец, раскрыла себя. — Дурак, — буркнула в шейку парня Хина и, приподнявшись на руках, желанно поцеловала парня в губы, прикрыв глаза на пару секунд. — Ох уж эти тупые деффки, — картинно произнёс Накахара, перед этим ответив на поцелуй любимой. — А ничего остроумнее придумать никак? М? Соображалка не работает? Нет бы, назвать меня своим «принцем» или ещё как. А то всё «дурак-дурак». — А у самого фантазия так и прёт из всех щелей, «принц», — ехидно отозвалась в ответ на ворчание Чуи девушка, шагая пальчиками по его груди. — Ничего оригинальнее сам придумать не смог, а на меня ещё бочки катишь. Вот включи воображение и предложи мне парочку вариантов, а я уж выберу что-нибудь из предложенного. Довольно произнесла Хина и получила в ответ звонкий шлепок по попке, от чего тихо охнула и надула губки. Накахара же самодовольно беззлобно ухмылялся, глядя в зелёные глаза любимой, и уже бережно поглаживал её ягодицу, по которой пришлась воспитательная мера. Данное общение было для них, можно сказать, в новинку. Девушка и раньше не особо стеснялась в выражениях, когда они были наедине, и в порыве эмоций могла даже матом начать ругаться. Но всё равно Чуя не мог отделаться от ощущения, что между ними произошли перемены. — Ладно, малая, дуй в душ. А то потом опоздаешь, а крайним буду я, — сжав напоследок мягкую попку девушки и горячо поцеловав её в губки, скомандовал Чуя и всё же выпустил любимую из своих объятий. — Пф! По-любому крайним будешь, — хитро мурлыкнула Хина и ловко улизнула в душ приводить себя в порядок. Накахара лишь цокнул и ушёл на кухню, чтобы сварганить завтрак для себя и своей кошечки. Вообще, парень был рад своей привычке просыпаться рано. На пробежку уже, увы, собираться поздно, но зато есть возможность без спешки позавтракать с любимой. Правда, готовить Чуя так и не научился нормально, пропустив момент, когда стоило снять омлет со сковороды, от чего дно подгорело. — Бля… — тихо ругался себе под нос парень, пытаясь аккуратно посмотреть, насколько всё плохо, предварительно открыв окно, чтобы Хина не почувствовала запах палёного и ни о чём не догадалась. — Может быстро ещё раз приготовить?.. — Да брось, и так хорошо. Ты же старался, — быстро приняв все необходимые водные процедуры и почувствовав запах кулинарных изысков любимого, мягким тоном промурлыкала Хина, обняв того со спины. — Иди умойся, а я приготовлю нам по чашечке кофе. — Только попробуй потом сказать, что было невкусно, — проворчал Накахара и ушёл. А через десять минут они оба сидели за столом и принимали пищу, обсуждая всякую ерунду. Утренний душ взбодрил их обоих, чуть остудив и поумерив пыл. Хотя чувство некой эйфории всё ещё охватывало молодых людей. Казалось, они уже так давно знакомы и не первый день живут вместе, и всё же эмоции переполняли их. — Чуя, ты же любишь котиков. Может, заведём одного? — подняла очередную тему Хина, кушая без лишних слов подгоревший завтрак, ведь его приготовил Чуя. — Ага, щас-с-с! Хочешь, чтобы я кони двинул? Или уже забыла, что у меня аллергия на кошачью шерсть? — выразительно посмотрел на любимую Накахара, что даже не морщилась от горечи, хотя спалил он омлет знатно. — Нет, я против. — Но есть же кошки без шерсти. Специально выведенные для тех, у кого аллергия, — не отступала девушка, мечтая завести домашнего питомца, и что бы это был не безмозглых хомяк, цель которого показать детям смерть, и не псина, коих на работе было полно. — Ну, пожалуйста. — Ты моя кошечка, а лысое чудовище мне точно не нужно, — категорично заявил Чуя и кое-как сам доел то, что приготовил, активно запивая каждый кусочек кофе. — Ну, блин, — надула губки Хина, но тему всё же не стала продолжать. Комплимент, конечно, был очень приятен, но завести котика — эта мечта, которая появилась у девушки ещё с тех пор, как она жила на улице. И отступаться так просто Хина не собиралась. Чуя не железный и не бесчувственный камень, поэтому рано или поздно согласиться на ещё одного маленького сожителя. В мыслях и мечтах девушки, это было вовсе не «лысое чудовище», а комочек счастья и любви, который обязательно подарит им кучу незабываемых моментов и сплотит.

***

На работе всё было довольно тихо и спокойно. Люди работали в штатном режиме и отходили от корпоратива, который всем очень даже понравился. У некоторых сотрудников наблюдался перегар, но таких быстро отправили в порт на дежурство трезветь. Рюноскэ, как и обычно, молча работал у себя за столом, разбирая бумаги и отчёты. Увидев Хину, что шла неестественно аккуратной походкой, лишь ехидно хмыкнул, прекрасно понимая, как та провела оставшийся вечер. — Доброе утро, Рюноскэ, — поздоровалась с напарником девушка, от которой не ускользнул его смешок. — Опаздываешь, — с упрёком отозвался Акутагава, но всё же затем добавил. — Утро. — Да, меня немного задержали. Зато я не забыла взять твои таблетки, — с толикой злорадства улыбнулась и, налив из графина в стакан воды, протянула его вместе с пилюлями парню, который привычно презренно смотрел на её руку. — Хина, доброе утро. А что это? — занеся документы в архив и вернувшись, спросила Гин, увидев таблетки, которыми давился Рю, но всё же глотал. — О, Гин-чан, доброе утро. Ты как раз вовремя. Это лекарства, которые нужно пить твоему братику, чтобы он кони не двинул раньше времени. По две таблетки утром и вечером. Запиши названия и купи в аптеке. А то Рюноскэ любит прятаться от меня на дежурствах или дома, как маленький ребёнок, и пропускает приёмы лекарств. Позаботишься о его здоровье? — с мягкой улыбкой спросила у девушки, с победной издёвкой глядя на Акутагаву старшего, что пытался испепелить её взглядом. — Не стоит всё сваливать на меня. Я не виноват, что график дежурств такой. Это стечение обстоятельств - не более, — врал, как дышал Рюноскэ, но должен был попытаться защититься от слов напарницы, не желая быть таким жалким безвольным слабаком перед сестрой. — Конечно, я прослежу, чтобы он принимал их каждый день, — пообещала Гин, не поверив словам брата, и сфоткала баночки с названием лекарств. Девушки слишком хорошо знали Акутагаву старшего. Хина, со свойственной себе проницательностью, видела, когда тот врал или пытался её обмануть. А Гин знала брата всю свою жизнь, и тот слишком любил её, чтобы врать глядя в глаза, от чего постоянно отводил их и смотрел в пол или куда-то в сторону. Сам же Рюноскэ ругал напарницу на чём свет стоял, так как та имела удивительное влияние на сестру и на него самого, раздражая своим упорством и целеустремлённостью, но в то же самое время и восхищая этим. Во время обеденного перерыва девушки, как и планировали, направились в пекарю. Гин не могла сдержать своего любопытства и деликатно поинтересовалась у подруги, как та добралась вместе с Накахарой домой. В это же время из окна офиса за ними наблюдал Осаму, думая над сложившейся ситуацией. Собственные задетые чувства и гордость начинали успокаиваться, а мысли о мести посещали его головушку всё реже. Как бы его ни бесил открытый протест неповиновения Хины, но это нормально, что есть кто-то, кто не согласен быть его игрушкой и имеет силы сопротивляться его воле. Так даже интереснее. Однако… — Рюноскэ, скажи, что ты думаешь о Хине? — не глядя, обратился к только что вошедшему ученику Дазай, стоя у окна, и продолжил наблюдать за городом с высоты своего непревзойдённого ума. — Она раздражает. Слишком назойливая и правильная. Но… — подбирал слова Акутагава, раскладывая бумаги по стопочкам, которые необходимо было просмотреть учителю. — Она сильная духом и волей. И я её уважаю. Осаму лишь хмыкнул на эти слова, чего-то такого как раз и ожидая от своего ученика. Ему тяжело быть честным с самим собой, но он делал завидные успехи. И во многом благодаря знакомству с этой девушкой. Хина не делала ничего, чтобы намеренно улучшить отношение бешеного пса к себе. Напротив, она играла с огнём, затеяв эту забаву с приёмом таблеток. Но делала это девушка исключительно по доброте душевной, не ища выгоды для себя. И это подкупило Акутагаву, предрасположив его к доверительным отношениям с данной особой. — Ещё один вопрос. Исключительно гипотетически. Если бы Хина стала предательницей, ты бы выполнил приказ и убил её? — повернувшись к Рюноскэ и глядя в его глаза, задал вопрос Дазай, припав спиной к окну. — Да. — Ясно, можешь идти, — спокойно велел молодой человек, краешек губ которого дёрнулся и пополз вверх, а сам он сел за стол и занялся работой. Рэноскэ покинул кабинет учителя, снедаемый изнутри странным чувством тревоги, подозрения и ожидания чего-то нехорошего. Этот вопрос был задан не просто так и имел под собой какой-то скрытый смысл, который парень никак не мог понять. Точнее он не хотел думать, что его учитель может пойти на такую низость и намеренно оболгать девушку, которая, бесспорно, была очень полезна мафии и предана ей, выполняя свою работу честно и без колебаний. У Хины не было ни одной причины, чтобы намеренно предавать организацию и подписывать себе смертный приговор. Да и Дазай, неглупый человек и не стал бы совершать поступков, что могли навредить Портовой Мафии и ослабить её ряды. «Тогда почему меня не отпускает чувство тревоги?» — мысленно задавался этим вопросом Акутагава, возвращаясь на своё рабочее место и непроизвольно глянул на стол напротив, за которым обычно сидела напарница. А ответ на все вопросы и предчувствия Рюноскэ был совсем близок. Он сам не заметил, как буквально на мгновение отвёл взгляд, когда произносил своё холодное «да». Но Осаму всё заметил и понял, что ученик, по меньшей мере, в сомнениях. Он не готов убить напарницу, которой только научился доверять, ведь для Акутагавы это был большой шаг — доверить кому-то свою спину и стать частью команды, пусть даже состоящей из двух человек. Сам Осаму долгое время размышлял над судьбой девушки, что завладела его вниманием и мыслями. Вечер корпоратива, танец с Чуей и их долгожданное воссоединение в полноценную пару… Всё это заставило Дазая испытывать доселе незнакомые чувства, которые можно было бы описать, как зависть и ревность. Чуя ничего не сделал, чтобы заслужить такой подарок судьбы. Он лишь псина, которую они с Огаем подобрали и отдали на воспитание Озаки. Рыжий карлик с симпатичной мордашкой, который ещё не научился вести себя достойно как член исполнительно комитета Портовой Мафии. А тем, кто нашёл девушку, научил её быть сильной и раскрыл её потенциал — был он, Осаму Дазай. Так почему Хина досталась не ему? Почему игрушка, которую он подобрал с улицы, оказалась у другого? «Вор!» — презренно выплюнул в Чую своё негодование Осаму, откровенно завидуя его удаче. «Только потому, что ты придумал ей имя и был чуточку добр — эта дурочка упала к твоим ногам. Она такая же блядь, как и все остальные. И скоро, очень скоро ты это поймёшь», — обещал он напарнику, становясь мрачным одноглазым дьяволом, который мог превратить жизнь любого человека в ад. Но вскоре, через минут десять мрачных мыслей, во время которых его неистово бесоёбило, Дазай успокоился и анализировал ситуацию с другой стороны. Чуя с Хиной недавно сошлись и только начали притираться друг к другу. Как только конфетно-букетный период пройдёт — они станут ругаться, а вся их счастливая жизнь пойдёт прахом. Накахара всё ещё отравлен общением и дружбой с Осаму, и восприимчив к его словам и уловкам. К тому же, пусть девушке и удалось заставить мёртвое сердце Чуи вновь забиться, но его душа всё ещё была черна и полна пороков, с которыми Хине предстояло столкнуться. И если она не справится, не выдержит, не сможет смириться с ними, то сама разорвёт данные отношения. И как только это случится — он, Осаму, будет рядом и заберёт то, что по праву принадлежит ему. Ещё где-то через час размышлений за скучной писаниной и разбором отчётов, что принёс Акутагава, Дазай решил оставить ненужную эмпатию и начал рассуждать логически. Хина была полностью натренированным сотрудником, умела работать с бумагами и знала множество секретов Мафии. К тому же девушка являлась эспером и напарницей бешеного пса, прикрывая все его слабые места. Её склад ума, природная внимательность и развитая интуиция были сильным оружием, которым она регулярно пользовалась. А способность Хины в предстоящей битве с Мимиком и непосредственно Андре — это главный козырь со стороны Мафии. Вместе с Одой, у них есть все шансы одолеть вражескую способность, не потеряв при этом Сакуноскэ. «Но если решать между тем, кого отправить на смерть, то выбор очевиден», — хладнокровно заключил Осаму, закрывая для себя эту тему рассуждений. Всему своё время, и сейчас ему стоит проявить терпение. Жизнь сама расставит всё на свои места, а он ей поможет, чтобы всё вышло именно так, как хочет Осаму Дазай. — Эм, можно? — постучалась в кабинет начальника Хина, робко заглядывая внутрь. — Чем обязан данному визиту? — спокойно отозвался молодой человек, лениво откинувшись на спинку стула и прикрыв на пару мгновений уставший глаз. — Мы тут с Гин ходили в пекарню и решили купить сладостей на всех. Это, в общем, вам. Вот, — поставила на стол начальника картонную коробочку с парочкой вкусных пирожных девушка, отмечая, что бумаг хоть и было достаточно, но, мало-помалу, работа шла и отчёты сдавались. Осаму посмотрел сперва на коробочку, а затем на девушку, которая его совсем не боялась. Тут же хотелось позлорадствовать и пошутить, что Накахара плохо постарался ночью, раз уж она сумела встать и прийти на работу, и предложить свою кандидатуру, пообещав девушке, что после ночи с ним она даже встать не сможет. Но не стал. Это было слишком низко и недостойно его, от чего он бы упал в глазах ученицы ещё сильнее. Нет уж. Пусть лучше эта дурочка ослабит свою бдительность. Это сыграет ему на руку куда больше в его долгоиграющих планах, чем ложка яда, которая лишь испортит Хине настроение на сегодняшний день и всё. — И ты думаешь, что я стану есть то, что ты принесла? А вдруг там яд? — ехидно поинтересовался Дазай у девушки, с любопытством открывая коробочку, и достал от туда два пирожных с пышным кремом и клубничкой сверху. — Значит я исполню ваше заветное желание и подарю вам «ваш яд». Но если не хотите… — Хина потянулась за сладостью, которую Осаму тут же поспешил убрать в сторону, чтобы она не смогла забрать. — Кыш отсюда. Это моё, — шикнул на ученицу Дазай, точно малое дитя, и поспешил снять с кондитерского изделия клубничку, закинув её в рот. — Да-да, уже ухожу, — с усмешкой отозвалась девушка, покидая кабинет дьявола, искренне надеясь, что тот немного подобреет от сахара.

***

— Я буду спокоен и спрошу всего раз. Что. Это. Такое? — срываясь почти на рёв, спросил Накахара свою девушку, глядя на то, что она держала в руках. — Это — котёнок. И теперь он будет жить с нами, — с улыбкой ответила Хина, прижимая к груди маленькое лысое чудо, которое само к ней жалось и, судя по всему, боялось кричащего рыжего парня. — Я тут много всего накупила сразу: корм, наполнитель, лоток, игрушки. Можешь помочь? — протянула любимому увесистый пакет, который тяжело было нести самой, да ещё и в одной руке, так как второй придерживала сфинкса. — Нет. Нам это не нужно. Как и это лысое чудовище. Я тебе сказал, что мне это не нужно. Верни его туда, где взяла, — потребовал парень, принципиально не забирая тяжёлый пакет из рук любимой, так как данный разговор у них уже был, и он ясно обозначил свою позицию. Девушка лишь тяжело разочарованно вздохнула и чмокнула дрожащее чудо, без лишних слов проходя мимо Чуи. Если не хочет помогать, то не надо. Она достаточно прочла в интернете информации об этой породе и уходу за ними. А любимому нужно время, чтобы остыть. Пакет с покупками немалыми усилиями был поднят на стол. За всем этим цирком уродцев наблюдал Накахара, сложив руки на груди. Поступок Хины его откровенно взбесил, но устраивать истерику не хотелось. Он учился работать над собой и над своими эмоциями. — Если оно нассыт в углу, насрёт мне в тапки или начнёт драть мебель — я выкину его в окно, — сразу предупредил парень, уже представляя, как вышвырнет своей способностью это чудовище из своего дома. — Чуя, он ещё совсем маленький и всякое может случиться. Это нормально, — спокойно объяснила любимому, доставая все покупки на стол, после чего чмокнула малыша в макушку. — Не слушайте его, всё будет хорошо. Вы ведь умничка. — Я тебя и его предупредил, — хмуро произнёс Накахара и картинно расположился на диване в гостиной, врубив телик. Нет, поступок Хины был вообще верхом наглости и самодурства. Квартира была его. Он чётко дал понять, что никаких питомцев не хотел, что ему достаточно кошечки в лице любимой. А та спустя пару недель отколола такой номер. И ни грамма сожаления, раскаянья и ещё хоть чего-то помимо уверенности в собственной правоте. Да ещё и такого задрота взяла! Его же в руки брать страшно — все кости переломать можно. «А если наступить? Всё. Сразу смерть. И зачем такое счастье нужно?! Правильно — не нужно, но Хине захотелось живой игрушки, и она пошла и купила это чудовище!» — ворчал и ругался мысленно парень, чувствуя, как закипал, а реклама по телику начинала бесить в пять раз сильнее. Девушка тем временем отнесла лоток в туалет и насыпала в него наполнитель, помыла мисочки и наполнила одну водичкой, поставив котёнка на пол. Вторую она оставила на столе, чтобы приготовить вкусной сытной еды для своего любимца, ну и заодно для Чуи чего-нибудь вкусного, чтобы он подобрел и перестал злиться. Да, она знала, что поступила неправильно, купив котёнка без разрешения любимого, но Хина не смогла пройти мимо, когда увидела его. Это был зов сердца, который девушка никак не могла проигнорировать. К тому же, если Чуя её правда любит, а он правда её любит, то простит и примет нового члена семьи. Весь вечер Хина провела на кухне за готовкой, периодически приглядывая за котёнком, что расположился на своей новой мягкой тёплой лежанке и спал. Чуя, как упрямый осёл, так и не заговорил с ней, делая вид, что всё его внимание было приковано к телевизору, хотя это не так. Пару раз девушка замечала любопытные и недовольные взгляды любимого на себе и новом жильце. И Хина знала, что на самом деле Накахара добрый парень и животных любит, просто боится причинить им вред и не знает, как найти к ним правильный подход. Но это дело поправимое. — Ужин готов, — сообщила Хина, подойдя к любимому со спины, и, обняв его за шею, чмокнула свою буку-злюку в щёчку. — Идём кушать. — Я всё равно на тебя всё ещё сержусь, — ворчливо пробурчал Чуя и поймал губки девушки, целуя и уходя мыть руки. Девушка успокоилась и мягко улыбнулась, так как любимый всё же немного отошёл и успокоился, простив её за этот своевольный поступок. Он мог сердиться, но это были уже сущие мелочи. И Чуя сам это понимал, от чего злился ещё и на себя. Слишком быстро он простил Хину. А ведь та даже не извинилась. «Дурак!» — ругал сам себя парень, возвращаясь на кухню, и с любопытством глянул на то, как девушка тыкала в кончик носа котёнка, пытаясь его разбудить. — Ваше Превосходительство, пора вставать, — с нежностью и любовью звала малыша Хина, таки разбудив, и отошла к мисочкам с едой и водой, чтобы тот дошёл сам. — Сюда, здесь можно кушать. — Чего блять?! — выйдя из шока, посмотрел на любимую ахуевшим взглядом Чуя, сидя уже за столом. — Ты нахрена так кота назвала? — Но ему же идёт, — возразила девушка, видя, с какой скоростью малыш прибежал к ней, когда парень повысил голос. — Надеюсь, Вам понравится эта пища. — Ещё бы ему не понравилась твоя стряпня! — задрал нос Накахара, высоко оценивая кулинарные способности любимой, отдав предпочтение с недавних пор домашней пище, питаясь в ресторанах только на деловых встречах по работе. — Вон как уплетает, животное, — хмыкнул, наблюдая за котёнком, что жадно кушал и громко чавкал. — Вот и хорошо, — с улыбкой произнесла Хина и села за стол, приступая к еде. — Приятного аппетита. — Приятного, — отозвался Чуя и приступил к ужину, косо поглядывая на маленького зверя. — А ты подумала, кто за ним будет присматривать, когда мы оба будем на работе? Кто его будет кормить? — Всё хорошо. Коты — самостоятельные животные. Хотя Ваше Превосходительство ещё маленький котёнок, но мы сможем о нём позаботиться. Я буду готовить отдельно еду и для него. Утром и вечером кто-то из нас обязательно дома бывает, так что голодным он не будет. Главное не обижай его, — убедительно попросила с нежностью в голосе девушка, хотя не думала, что Накахара способен обидеть такого малыша. — Не, в жопу эту кличку. Я его так точно звать не буду, — твёрдо заявил Чуя, смотря на толстенькое объевшееся создание, и ловко подхватил его, рассматривая ближе и внимательнее. — Шашлык. Буду звать тебя так. Ты меня понял, м? Котёнок даже ёкнул от того, что непонятный человек с незнакомым запахом взял его в руку, когда он только покушал. Тон этого неизвестного ему был неприятен, от чего в ход пошли и маленькие молочные зубки, и коготки, что впились в палец парня. Для Накахары это стало знаком, что они с этим существом явно несовместимы. Но нежные руки Хины забрали чудовище прежде, чем случилось что-то непоправимое. — Тише-тише, всё хорошо. Вы просто испугались, но этот человек Вам не враг. Тише, — успокоила малыша и положила его на свои коленки Хина, где котёнок свернулся в клубочек и тихо замурчал, чувствуя приятный запах хозяйки. — С ним нужно быть нежнее. — Почему ты к нему обращаешься на «Вы»?! — искренне не понимал этого заскока Накахара, продолжая кушать и мало-помалу добреть, ведь вкусная пища всегда предрасполагала к хорошему настроению. — Ну, я прочитала на одном форуме, что коты говорят о себе во множественном числе и к ним нужно относиться соответственно, — пояснила Чуе девушка, хотя понимала, что он не поймёт этого и будет звать кота так, как сам захочет. — Пиздец, и зачем заводить такое животное? Лучше уж собаку. Хоть с ней и гулять нужно, зато псины верные и без памяти тебя любят, — уверенно заявил парень, хотя именно вот эта безудержная собачья радость Накахару и бесила всегда. — Недели две пройдёт, и ты сама сдашь его в приют, устав о нём заботиться и убирать. Так и знай. — А вот и нет. Не дождёшься, — показала язык и тихо рассмеялась Хина, заканчивая кушать и убирая посуду в мойку, а котёнка переместила на лежанку, где он продолжил спать. — Вот упрямая! — Ну, я ведь тоже кошечка, — усмехнувшись и помыв посуду, весело произнесла девушка и, забрав лежанку с котёнком, увела любимого в спальню. — И да… прости, что взяла его без твоего разрешения, хоть ты и был против. — Ну, — зазвучало подскочившее чсв парня, который был доволен тем, что любимая всё же извинилась за свой поступок и понимала, что виновата. — Думаю, если твой ротик хорошенько постарается, то великий я — прощу тебя и приму это убогое создание в свой дом. — Пф-ф-ф! Пошляк! — не сдержалась девушка и громко рассмеялась от слов Чуи, который и не шутил, но говорил это с таким пафосом, что воспринимать серьёзно его нельзя было, учитывая, что он просто пользовался моментом, чтобы получить свою дозу любви. — Хорошо. Хотя я не слишком хороша в этом. — Вот и будешь тренироваться. Набираться опыта, — самодовольно хмыкнул Накахара, утаскивая Хину на кровать, где они уже множество раз придавались горячей страстной любви.