petit chou

Дождь обвалился на город стеной, заставая Чимина врасплох прямо под крышей мини маркета. Он садится на корточки, опираясь на зеркальную витрину, и достаёт пачку сигарет с зажигалкой. На входе звенит колокольчик. - Не нравится мокнуть? - вопрос звучит откуда-то сбоку. Чимин оборачивается и видит перед собой продавца из магазинчика. На нём больше нет фирменной жилетки компании, только фетровая красная куртка и черная толстовка. На шее болтаются мониторные наушники, из которых слышатся тихие биты. Чимин отворачивается от него и говорит: - Ну мокнуть может быть и нравится, но не от дождя, - он усмехается и продолжает. - но в любом случае у меня есть время. Ты же Юнки, да? Или Юнши? Юнми? Я Чимин. - Юнги. Мин Юнги, - он говорит это достаточно серьезно, и Чимин не понимает, пытается ли Юнги спародировать Джеймса Бонда или просто ведет себя как дед, представляясь по имени фамилии. Парень неловко перекатывается с носков на пятки и добавляет. - твоё имя похоже на молочные ириски, Чимин. Юнги произносит его имя так, словно и впрямь раскатывает во рту размякшую ириску. Отдаёт чем-то сладким и сливочным. - Спасибо, - Чимин теряется и мнется. - твоё тоже... ничего так. Юнги на это лишь посмеивается, словно неловкий ответ парня не стоит первым в списке "какие фразы убьют флирт напрочь, после чего вы умрете девственником в окружении аквариумных рыбок". Кончики чиминовых ушей краснеют и он снова неловко тянется к пачке, надеясь отвлечься от своего позора. Жизнь учит, что сучье лицо и сигарета способны послать ментальный сигнал "отвали" любому человеку в радиусе десяти метров. Но Юнги стучит пальцем по его плечу, протягивая не распакованную пачку сигарет и чупа-чупс, и Чимин понимает, что кажется Юнги не человек. - Ты не покупал сегодня сигареты и я подумал, - взгляд Юнги опускается в пол, после чего он быстро добавляет. - ну, в общем, да. Вот. Да. Этот парень не человек. Он как минимум ангел. Если очарование — это титул, то Чимин готов присвоить его неловким знакам внимания этого миленького продавца. Его пробирает на смех, но он давит его в себе, боясь задеть, поэтому лишь протягивает ладонь и забирает пачку с леденцом. - Спасибо. - Не стоит. Клиентоориентированность и все дела. Ну знаешь. Всё для вас. - Тогда что насчет прогулки? - Чимин улыбается, а в его глазах горят маленькие искринки флирта. - как клиент я буду очень доволен. А Юнги много и не надо, чтобы зажечься, потому что за месяцы работы в магазине этот розоволосый чертяга обработал его так, что он в жизни не признается, что купил для него эту пачку еще в первую неделю стажировки. Юнги отвечает: - Всё для вас. Гулять ночью под проливным дождем с человеком, с которым ты знаком от силы полчаса, удивительно весело. Нельзя отрицать того, что первые десять минут Чимин опасался и вспоминал все приёмы джеки чана, которые он в детстве повторял перед телевизором. Но все его страхи мгновенно развеялись, когда Юнги начал кричать, что тонет, шлёпнувшись в двухметровую лужу. Тогда он понял, что единственное, что этот парень способен убить, - это собственное достоинство. А ещё с Юнги хорошо. Чимин думает, что этот парень - странная смесь из отца Немо и рыбки Дори. Конечно он не до конца уверен в этом, ибо из мультика помнит только забавную черепаху, но именно такая ассоциация накрепко засела в его голове. Юнги в меру странный и смешной, но при этом осторожный и заботливый. Он не спрашивает ничего лишнего, не пристаёт, стелит свою промокшую куртку перед Чимином на каждую встречную лужу, из-за чего у него складывается впечатление, что он бык, а Юнги блядский тореадор, размахивающий красной тряпкой. Они проводят такие прогулки ещё полтора месяца. Чимин не осмеливается назвать это свиданиями, потому что они просто гуляют по округе, болтая и не переступая за черту немного гейского броманса. Они даже не обменялись номерами или соцсетями для поддержания контакта. Их встречи больше похожи на случайность, если не учитывать, что Чимин знает расписание всех смен Юнги, а тот в свою очередь задерживается в магазине, если Чимин опаздывает. Идеальные случайности иногда требуют совместных усилий. Юнги отпрашивается со смены пораньше, когда Чимин выкуривает вторую сигарету, стоя около витрины. В прошлый раз Юнги обещал показать ему нечто особенно восхитительное. На улице пахнет летней грозой и мокрым асфальтом. Проходя череду небольших двориков со старыми многоэтажками, можно уловить запах свежевыкрашенных детских площадок. Юнги ведет его за руку и Чимин начинает чувствовать себя по-особенному грустно. Это похоже на чувство из времен детского сада, когда тебе очень нравится какая-то игрушка, но ты не можешь забрать её домой, потому что она не твоя. И ты оставляешь её каждый день в дурацком садике, надеясь, что за это время её никто не заберет. Противное чувство необладания. Чимин сжимает ладонь Юнги крепче и говорит: - Знаешь, я начал бить ромашки на ребрах. - Собираешься гадать? - Юнги не даёт ему ответить, открывая дверь дома перед Чимином. - после вас. Заходи. Они едут в лифте на последний этаж, потом выходят на лестничную клетку и поднимаются ещё выше. Юнги открывает балконную дверь, пропуская Чимина вперед и подталкивая его ближе к перилам. Перед ними разворачивает вид ночного города. - Смотри, если не фокусировать взгляд, то огни будут похожи на светлячков, - Юнги говорит это тихо, потом дергается, шарится по карманам и достает телефон. - я недавно нашел песню. И она чем-то напоминает мне тебя. Нежное волнение засело где-то в желудке Чимина, когда ему протягивают наушники. Это первый раз, когда Юнги делится с ним музыкой. Чимин всегда слышал её отрывками, пытаясь уловить чужое настроение, но он никогда не просил разделить эту музыку вместе с ним. Ведь музыка для Юнги — это что-то личное и Чимин не имел право претендовать на неё. Ночью тэгу поглощён тьмой. Редкие фонари внизу тускло освещают улицу, а свет из окон слишком слаб. Но с этого балкона тэгу кажется сияющим. Чимин смотрит на эти огни, но не видит обещанных Юнги светлячков. Музыка в наушниках разгоняется и Чимин чувствует, как блики городского пламени в его глазах расплываются от слез, но он лишь раскрывает их ещё шире, боясь упустить. В груди что-то немного щипет, из-за чего приходится глубже вдыхать. Тэгу начинает гореть, пока голос в наушниках надрывается на высоких нотах. Эта песня не похожа на признание в любви или что-то такое. Для Чимина она звучит как обещание, что Юнги будет зажигать этот город для него вновь и вновь. И Чимин хочет сохранить это в памяти хотя бы на несколько десятков лет. Потому что жизнь — это момент, который никому не суждено почувствовать полностью. Она похожа на ласку убегающей кошки, которая позволяет коснуться лишь кончика своего пушистого хвоста. Чувство от мягкой шерсти задерживается на ладони, но длится лишь мгновение перед тем, как она снова убежит. И ты продолжаешь упорно идти за ней в надежде коснуться вновь. Это вечная игра в догонялки, превращающаяся в цикл. Последовательность приближений и отдалений, где всё вокруг постоянно сменяется друг другом. И в бесконечности данного времени все люди, чувства, ощущения и места соприкасаются с тобой лишь на жалкую секунду. Всё в этом мире приходит и уходит. Приходит и уходит вновь. Чимин снимает наушники и шепчет: - Я не хочу уходить, Юнги. - Тогда давай останемся.