***
Вечером Эррора ждал сюрприз, точнее два: спящий Инк и рисунок, небрежно оставленный на столе. Это был портрет Эррора в три четверти поворота головы. Рисунок был грамотно обрезан руками сдвинутыми вместе уходящими за предел холста. Сам портрет был нарисован с профессиональной точностью и схожестью с оригиналом. Каждая линия, каждый шрам на лице, каждая привычно выбитая волосинка из причёски была повторена. Выбритый весок, уложеные чёрные волосы, покрашеные на концах в синий, густые брови, выразительные глаза, всё было передано на бумаге простым карандашом с ощущением того, что это просто чёрно-белое фото. Но нет. Это рисунок нарисованный человеческими руками, закованными в невидимые оковы владения собой. На протяжении порядком десяти, а может и пятнадцати минут, Эррор стоял и, постепенно краснея, пялился на рисунок себя. — Ну и как это понимать? — Эррор разбудил мило спящего Инка и показал ему его творение. — Ну… Мне было скучно, ты очень хорошо выглядишь для рисования, тем более, что запомнил я больше всего тебя, вот и решил нарисовать. Или плохо получилось? Прости, давно не рисовал. Эррор стоял и мило то ли злился, то ли смущался, смотря то на рисунок, то на пристально рассматривующего его Инка. — Я… Мне нравятся. Нарисуешь ещё? — смущённо отводил в сторону взгляд Эррор. — У? Я рад, что тебе понравилось. Да, конечно нарисую! — Радостно произнёс Инк, подрываясь с кровати. — Не трогай — произнёс Эррор, зная, что сейчас его кинутся обнимать.***
Спустя неделю у Инка появились художественные принадлежности: скетчбук А4, цветные и простые карандаши разной мягкости и твёрдости, акварель, акрил и прочие мелочи. Эррора рисовали и это ему нравилось. И конечно огромным плюсом было то, что теперь Инку будет, чем заняться.***
Спустя примерно месяц у всех жильцов был собственный портрет, который лежал где-нибудь на тумбочке и постоянно поднимал настроение при первом взгляде.