Часть 4
21 июля 2020 г., 16:16
Судя по тому, что Ронону удалось увидеть, прежде чем их с Поттером любезно сопроводили в медицинский отсек с вооруженной охраной, следящей за ними на каждом шагу, место было впечатляющим — именно этого и стоило ожидать от города Предков. А вот количество людей, обитающих на Атлантиде, действительно удивило. Особенно, когда Ронон понял, что все они были из мира Поттера. Они нашли Атлантиду и сделали ее своим командным пунктом. По крайней мере, так сказал Шеппард, прежде чем поспешить на встречу со своим руководством и остальными людьми, с которыми встречались Ронон и Поттер.
— Это было примерно год назад, — рассеянно сказал Беккет, изучая шею Ронона. Видимо, всех посетителей Атлантиды сначала проводили через медотсек. Во время осмотра Беккет краем глаза поглядывал на не-поедателя-рейфов — Форда, — которого привязали к койке и поставили рядом двух вооруженных охранников. — Тогда город находился на дне океана и дико напугал нас, когда вдруг поднялся на поверхность. Так, а теперь открой рот...
— Вы только сюда переехали? — спросил Поттер с соседней кушетки, где его осматривал другой врач.
В процессе он снял свою меховую накидку и куртку, обнажив спину, на которой красовались страшные застарелые шрамы от когтей и напоминания о нескольких попытках кормления рейфов. Врач ахнул. Поттер мрачно посмотрел на него в ответ, а потом и на всех остальных, когда заметил, что не только врач в шоке разглядывал его спину.
Даже Беккет пялился.
— Боже, что с тобой случилось?
— Кошки, — пробормотал Поттер и резко обернулся к Ронону, который подавил улыбку. Раздраженно хмыкнув, Поттер опять посмотрел на Беккета, спросив: — Почему вы пришли на Атлантиду?
— Сначала для исследования, — ответил тот, неловко посмотрев на Поттера. Он повернулся обратно к Ронону и махнул на куртку, молча прося снять. — Я хочу послушать сердце и легкие, — пояснил он, достав странное устройство и приложив его к ушам. — С помощью врат мы исследуем территории, — Беккет опять глянул на Поттера. — Именно этим мы занимаемся на Земле. Путешествуем на другие планеты, изучаем, обмениваемся знаниями, заводим друзей и врагов. Попадаем в кучу неприятностей. С учетом того, что здесь есть рейфы, все стало немного иначе.
— У вас там нет рейфов? — удивленно спросил Ронон, нахмурившись.
— Нет. К счастью или к сожалению, рейфы обитают только в галактике Пегаса. Конечно, у Млечного Пути есть свои проблемы, но… — Беккет пожал плечами, прикладывая странное устройство в нескольких местах на груди и спине Ронона. — Похоже, что все идеально, — резюмировал он. — Так, хорошо. Мне еще надо взять немного крови, а потом мы пропустим тебя через томограф. И можешь быть свободен.
Ронон поднял на него мрачный взгляд, и Беккет поспешил объяснить:
— Не в смысле «пропустим», а просто просканируем с помощью него твое тело, — он указал на большой аппарат, стоящий рядом. — Но сначала образец крови.
— Ладно, — пробормотал Ронон, вытянув руку.
— Эм, — замялся Поттер, когда врач стал слушать его спину. — Так вы пришли из другой галактики? — он казался немного смущенным. Не то чтобы Ронон мог его за это винить.
— Так и есть, — отозвался Беккет. Он обхватил бицепс Ронона жгутом, достал иглу, нашел вену и стал цедить кровь. Ронон все это время молчал, лишь наблюдая. — Кто-то может назвать нас немного странными, но мы слишком любопытны, чтобы упустить такую возможность. Когда мы узнали, где сможем найти Атлантиду, то… объединились в небольшую группу и просто пришли сюда. Мы тогда были уверены, что это дорога в один конец. На контакт с Землей мы вышли только месяц назад или около того.
— Хм. — Поттер отвернулся и, похоже, полностью потерялся в мыслях. Ронон еще какое-то время понаблюдал за ним, а потом решил оставить все, как есть. Все-таки не каждый день узнаешь, что твоя родная планета находилась в другой галактике.
— Хорошо, теперь томограф, — заявил Беккет, направив Ронона к аппарату. — Просто ляг и постарайся не двигаться, — четко сказал он. Раздраженно хмыкнув, Ронон подчинился. Беккет какое-то время что-то настраивал на экране, а потом томограф начал движение. — Похоже, ты и правда очень любишь свои ножи, да?
— Ты их можешь видеть с помощью этой штуки? — раздосадованно спросил Ронон.
— Абсолютно каждый из них.
Ронон вздохнул. Прекрасно. Ему придется их все перепрятать, когда появится шанс.
Как только Ронон прошел сканирование, с Поттером, который все это время бросал на томограф опасливые взгляды, проделали то же самое. Поттер послушно лег и замер, а Ронон вытянул шею, уставившись на интерфейс, с которым работал Беккет.
— Ты прошел через мясорубку? — вздохнул Беккет, а Ронон вздрогнул от многочисленных шрамов и старых травм, которые показал томограф. Беккет едва заметно хмурился, набирая что-то на экране. — В самом деле. Количество шрамов просто поражает... Какие-нибудь из них доставляют тебе неудобство? — просил он. — Болят или тянут? Может, мешают двигаться?
Поттер нахмурился, задумавшись, а потом пожал плечами.
— Меня ничего не беспокоит, — сказал он. Ронон прекрасно знал, что это была ложь, но предпочел промолчать. Если Поттер хотел сам разобраться со всеми своими многочисленными болячками, то вмешиваться Ронон не собирался.
— Ладно, тогда можешь встать, — разрешил Беккет и посмотрел на другого врача, который занимался Поттером: — Закончил?
— Почти, — кивнул тот и передал планшет, в котором вел записи. — За исключением миопии и шрамов, кажется, все в порядке.
— Ага-а, — протянул Беккет себе под нос, просматривая файлы, а потом поднял взгляд на Ронона с Поттером. — Ну что же. Видимо, мы закончили. Сержант… — Беккет позвал одного из вооруженных охранников, которые молча ждали завершения проверки.
— Если пройдете с нами, — солдат выступил вперед, — мы проведем вас в подготовленную комнату.
Ронон посмотрел на Поттера, который опять натянул свою меховую накидку и, бросив на Беккета последний взгляд, спросил:
— На вашей… Земле всегда были врата Предков?
— А? Ну да, только они долго были потеряны. Думаю, их нашли лет восемь назад, разобрались, как ими правильно пользоваться и начали исследования, — рассеянно отозвался Беккет.
Поттер нахмурился и вышел из медотсека вслед за Рононом, который решил пока не выдергивать его из размышлений.
— Галактика Пегаса, — пробормотал Поттер, когда они оказались в довольно маленькой комнатке, у двери которой стояли два охранника. Он беспокойно ходил из угла в угол, а Ронон наблюдал за ним, устроившись на краю одной из кроватей. — Этого… я не ожидал.
Ронон хотел спросить, что творилось у него в голове и знал ли Поттер что-нибудь о галактике Пегаса. А еще, что такое Млечный Путь и почему он был так важен. Но Ронон не хотел говорить о таких вещах прямо перед посторонними, хоть те более чем уверенно притворялись, будто им не было до них никакого дела.
— Это имеет какое-то значение? — все-таки спросил он.
Поттер замер, обернувшись на Ронона. А потом со вздохом опустился рядом на кровать.
— Я не знаю, — тихо сказал он, уставившись на свои ладони и выглянувший кончик волшебный палочки, оставшийся незамеченным для охранников. Лантианцы почему-то до сих пор не забрали у них оружие. Они даже оставили Ронону его пистолет. Но если бы они все-таки решили это сделать, то о палочке Поттера они не знали, хоть и думали, что причиной его способностей было какое-то устройство.
— Это просто так далеко, — вздохнул Поттер и поднял глаза. — Нет. Это не имеет никакого значения.
Ронон удовлетворенно кивнул. Было немного трудно беспокоиться о тех проблемах, которые возникли у Поттера с расстоянием между Атлантидой и Землей, когда он сам ждал новостей из своего мира. Ронон дал адрес Сатеды Шеппарду, и тот сказал, что постарается установить контакт. В любой момент — или в любой момент после собрания Шеппарда, сколько бы времени это ни заняло — он мог узнать… насколько сильно пострадал его дом из-за рейфов.
Ронон глубоко вздохнул и медленно выдохнул. Он ненавидел ждать.
Ожидание закончилось с приходом Шеппарда.
— Ну что, как вы тут? — спросил он, неловко улыбнувшись.
Ронон посмотрел на Поттера — тот, похоже, наконец-то выплыл из своих мыслей.
— Это место впечатляет, — сказал Ронон.
Шеппард теперь уже открыто улыбался, оглядывая комнату, словно сам ее обставил.
— Ага, Предки умели строить.
Ронон кивнул и тоже улыбнулся. Ему все еще было немного странно видеть высокопоставленного военного командира вроде Шеппарда — особенно отвечающего за базу, подобную Атлантиде. Большинство из тех, кого знал Ронон, были напряженными и грубыми, а иногда даже жестокими, учитывая практику диктаторского режима на Сатеде. Когда твой ранг был достаточно высок, никто не ставил под сомнение твои действия, и в конце концов ты мог делать практически все, что хотел — именно так думало командование Сатеды.
Шеппард же... может быть, конечно, их военные методы были другие, но Шеппард был настолько непривычно... небрежен в отношении себя и своего окружения, что было трудно не расслабиться в его присутствии. Но он был такой не один — такой была вся команда. Ронон взглянул на охранников, зависших у двери, и покачал головой. Они были здесь не для того, чтобы держать их здесь против воли. Да они бы в любом случае не смогли бы этого сделать, даже если бы Поттер с Рононом оказались вдруг безоружны. Шеппард явно не питал ложных иллюзий, что сможет заставить их сделать что-то, но вот охранников все-таки оставил у двери. Что же, Ронон не мог не оценить этот ход.
— Вам удалось связаться с моим миром? — не выдержав, спросил Ронон.
Шеппард поморщился.
— Я поэтому и пришел, — сказал он и, кивнув в сторону выхода из комнаты, добавил: — Пойдемте.
Переглянувшись, Ронон и Поттер встали с кровати последовали за Шеппардом. Охранники молча шли сзади. Ронон их игнорировал, и Поттер, вероятно, попытался сделать то же самое. Немного напрягшись, что заставило Ронона приготовиться к худшему, Шеппард повел их обратно в большой зал, где находились врата и центр управления с множеством интерфейсов.
— Покажи им, — сказал Шеппард одному из мужчин, сидящих за огромной клавиатурой.
Мужчина кивнул и что-то сделал, отчего ближайший к нему плоский кристалл вдруг засветился и на нем растянулось изображение. Это были разрушенные здания на фоне серого неба. Ронон сглотнул. Самое высокое наполовину разрушенное строение, у которого практически отсутствовала крыша, было очень похоже на Конгресс-центр.
— Я… не понимаю, — запнувшись, сказал Ронон. Он не хотел понимать.
— У нас есть МАЛЗы (п/п: Мобильный аналитический лабораторный зонд). Они способны передавать обратно изображения и информацию с других планет, — объяснила сидящая рядом женщина. Шеппард представил ее как гражданского руководителя Атлантиды. — Мы… послали один на адрес, что вы нам дали.
— Это Сатеда? — у Ронона вдруг перехватило горло. Он узнавал здания, но верить в то, что видел, не хотел. Здание Конгресс-центра, рядом — Научно-исследовательский институт. Мелена работала там какое-то время. Справа Ронон увидел характерную спираль Главной академии высших наук, Храм Огня… Он учился там. Семь лет назад он стоял там, в тени огромной передающей вышки, в ожидании первой волны рейфов...
Сейчас все лежало в руинах.
— О, нет, — ошеломленно прошептал Поттер, шагнув к Ронону.
Ронон тяжело сглотнул и удержал рвущийся наружу рык или отчаянный вой. Его планета, его город… Он знал, он подозревал, но... но город не просто выглядел разрушенным — он казался совершенно пустым.
— Мне жаль, — тихо сказал Шеппард. — Похоже, что во время последней атаки никто не выжил.
Ронон резко посмотрел на него, едва не огрызнувшись. Он не был слепым или тупым, чтобы понять, что никто не выжил. Ему не нужно было тыкать в это носом. Стиснув зубы, Ронон снова сглотнул и повернулся к Поттеру, который стоял рядом с ним, пристально глядя на него и ожидая его реакции. Только из-за его взгляда Ронон понял, что плачет.
— Пойдем, — тихо сказал Поттер.
Никто даже не думал их останавливать, когда он потянул Ронона от жестокого изображения на кристалле и повел его мимо людей в выделенную им комнату. Он мрачно посмотрел на охранников, которые явно поняли намек, потому что молча вышли, прикрыв за собой дверь.
— Ронон, — позвал Поттер, сев с ним на одну из кроватей. Не вплотную, даже не касаясь, но он все равно был рядом, предлагая молчаливую поддержку. Как и всегда. Ронон уставился на него в ответ, а затем провел ладонью по своему все еще грязному после Солнечной Планеты лицу и с полузадушенным вздохом позволил себе оплакать дом, который потерял семь лет назад.
* * *
Атлантида была… невероятной. Когда несколько лет назад Ронон впервые начал мечтать о возвращении к цивилизации, он думал о деревне, где жили бы люди, была бы мягкая постель, теплая пища и возможность мыться хотя бы раз в неделю. Он даже и помыслить не мог, что получит целый плавающий в океане город, полный солдат и ученых, и настолько чистую кровать, что та даже ничем не пахла. А еще еду в любое время дня и ночи и шанс мыться каждый день — каждый час каждого дня в теплой воде, — и ему даже не нужно было что-то для этого делать. Ронона немного нервировало то, что на Атлантиде все было так просто и эффективно устроено. Они почти не ходили — везде были транспортеры и лифты. Одежду стирали специальные машины, а еду готовили другие люди, причем для всех в городе. Автоматический душ в их с Поттером комнате был снабжен пятью разными бутылками, предназначенными для мытья, но ни на одной из них не было пометки «мыло». Не то чтобы Ронон это не оценил. Все-таки он уже долгие годы не чувствовал себя настолько чистым — о, душ по праву можно было считать изобретением богов — и сытым. Поттер, похоже, тоже устроился, но вот как был нечесаным, так и остался. Его длинные волосы, которые отросли до самой талии, уже было просто невозможно распутать. Впрочем, не Ронону с его дредами стоило тыкать в кого-то пальцем. — Почему бы тебе их не отрезать, — заметил он, когда Поттер пытался что-то сделать с очередным колтуном. — Я буду чувствовать себя голым, — ответил Поттер. В итоге он сдался и со вздохом откинул копну волосы назад. Но каким бы хорошим местом ни была Атлантида, кое-что все-таки вызывало беспокойство. Прошло не больше суток с тех пор, как Ронон и Поттер с комфортом разместились в комнате, а люди в городе уже начали проявлять к ним нездоровое любопытство. Первым был Шеппард, который всякий раз, когда у него было свободное время, показывал им все вокруг и рассказывал об Атлантиде, словно город был предметом его личной гордости. Ронон подумал, что, может, так оно и было. Судя по рассказам, Шеппард так часто рисковал жизнью ради Атлантиды, что вполне обоснованно мог считать это место своим. В любом случае, его намерения были более чем очевидны. — Ну, что думаете? Симпатичное местечко, да? — возмутительно откровенно спросил Шеппард, что Ронону показалось, будто ему одновременно подмигнули и толкнули локтем, хотя, естественно, ничего подобного не произошло. Вторым был тот самый громкий человек в оранжевом костюме — МакКей, — который оказался главным научным советником и ведущим экспертом по Атлантиде. Однако все его внимание было направлено на Поттера. Он выпытывал у него информацию об устройстве, существование которого Поттер все никак не хотел признать. МакКей постоянно просил показать это устройство, объяснить принцип его работы, да хотя бы просто посмотреть. Потому что источник энергии таких масштабов должен был быть невероятным. А еще у Атлантиды был щит, у которого кончился заряд, и если бы они лишь взглянули на работу устройства Поттера, то, возможно, смогли бы починить и щит… и все в таком же духе. Ронон вдруг внезапно обнаружил, что Поттер стал использовать его в качестве… убежища, все время стараясь аккуратно встать так, чтобы Ронон оказывался между ним и МакКеем. Это было довольно забавно, хоть и раздражало, потому что МакКей говорил ну очень много. Потом была Эммаган — Тейла, как она попросила себя называть, потому что так ее называли все. Она, как успели выяснить Ронон и Поттер, пришла не с Земли, а с планеты под названием Атос, которую прибрали себе рейфы. Лантианцы приняли всех оставшихся людей с Атоса, и с тех пор Тейла помогала в исследовательских экспедициях. С ней было… легко. А еще, по мнению Ронона, она была слишком понимающей. Она спокойно объясняла то, о чем они даже не спрашивали, и сглаживала все тревоги, о которых они и не подозревали. Тейла, толком ничего не сказав, намекнула, что прекрасно знает, что в способностях Поттера было виновато вовсе не устройство. — У нас у всех есть свои таланты и секреты, — задумчиво протянула она, проигнорировав напрягшегося Поттера. — И мы не делимся ими с теми, кого не знаем. Возможно, однажды. Эти трое были не единственными такими любопытными. Люди пялились на них — много пялились, — кто-то даже шептался и сплетничал за спиной. Некоторые, похоже, нервничали в их присутствии, но большинству все-таки было любопытно. От Ронона не укрылись взгляды, которыми его провожали женщины. Когда-то давно, еще до рейфов и Мелены, ему бы это польстило, но сейчас он, скорее, чувствовал себя неловко. Поттер тоже не остался без внимания, но оставался в блаженном неведении, либо просто мастерски умел притворяться. Но вероятней всего был именно первый вариант, учитывая плохое зрение Поттера. Шеппард хотел, чтобы они остались в городе. Он показывал им Атлантиду, как будто хотел продать ее, и Ронон должен был признать, что это было заманчивое предложение. Но… Поттер был прав. Они просто не вписывались в это место. Десять лет изгнания сделали из Поттера нелюдимого одиночку, а Ронон за семь лет, проведенных в бегах, уже просто не мог усидеть на месте. Ко всему прочему, они были слишком грубыми в сравнении с людьми на Атлантиде с их деликатностью и манерами. И дело было даже не только в употреблении пищи — в бегах ни Ронон, ни Поттер не особо-то заботились о манерах за столом, и сейчас, держа столовые приборы, они чувствовали себя немного неловко, а это, видимо, напрягало находящихся рядом людей. Основная проблема была в их силе, и, очевидно, то, как они ее применяли, многих беспокоило. Шеппард — раз уж это была его работа — все-таки начал проводить свои тесты. Сначала это был рукопашный бой. Якобы для поддержания формы он предложил им воспользоваться удобным спортзалом, где тренировались солдаты и атосианцы. Ронон провел там примерно полчаса, с удовольствием скидывая все накопившееся недовольство с людьми Шеппарда, пока сам Шеппард вместе с Поттером наблюдали со стороны. — Хочешь попробовать? — спросил Шеппард у Поттера, когда Ронон уложил всех своих соперников на пол. Солдаты сразу же протестующе застонали, предложив Шеппарду попробовать самому. — Давай, — немного дико ухмыльнулся Ронон. Закатив глаза, Поттер вышел вперед, игнорируя солдат. Ронон буквально набросился на него, зарычав, но тот поднырнул ему под руку и два раза резко ударил в бок. Поттер все же был меньше Ронона и всегда будет физически слабее, но с годами он окреп и все-таки был довольно быстр. Бой был быстрым и жестоким: Ронон наносил один удар, но всегда получал два взамен. В конце концов Поттер проиграл, потому что Ронон был выносливее и сильнее. Все закончилось тем, что Поттер тоже оказался на полу, как и солдаты до него, пропустив удар в живот. Ронон удовлетворенно хмыкнул — слишком уж редко им выпадал шанс без опаски провести честный спарринг. — Ты в порядке? — Ронон протянул Поттеру руку. — Если бы мы дрались на ножах, ты бы уже был мертв, — простонал Поттер, приняв помощь и позволив поднять себя. — Может быть, — опять ухмыльнулся Ронон. Они оба знали, что он победил бы в любом случае. Потому что несмотря на скорость, когда дело доходило до ловкости, у Поттера сразу обнаруживалось по паре левых рук и ног. Шеппард немного удивленно покачал головой, а потом коснулся наушника. — Ага, в чем дело, док? — спросил он. — Да, я с ним прямо сейчас. Ты хочешь?.. Ладно, зайдем, — он опустил руку и улыбнулся солдатам, которые после боя решили ретироваться из зала. — Думаю, мы закончили, — сказал он. — Пойдемте. У дока есть для тебя подарок, Поттер. Подарком оказались стеклянные линзы в темной металлической оправе. — Я попросил доктора Мора сделать их, — сказал Беккет, надев линзы на нос Поттера и заправив дужки за уши. — Они исправят твою миопию — плохое зрение. К сожалению, это не идеальный вариант, но, по крайней мере, видеть ты должен лучше. Если останешься на подольше, достанем тебе с Земли нормальные очки. Поттер моргнул и огляделся. — Все выглядит совсем иначе, — пораженно пробормотал он. Он немного прищурился, опять моргнул, на мгновение уставился в окно, прежде чем повернуться к Ронону. Он выглядел... по-другому со слегка изогнутыми стеклянными прямоугольниками, прикрывающими его глаза, но Ронона это едва ли волновало. Если благодаря этим линзам Поттер видел лучше, то самого Ронона все устраивало. — Больше не будешь ни обо что спотыкаться, — хмыкнул он. Поттер в ответ прищурился, направил на него руку и что-то пробормотал. Невидимый удар словно выбил из Ронона весь дух и отбросил его на полфута назад так, что он едва не налетел на стол. Придя в себя, Ронон сразу же наткнулся на широко распахнутые глаза Шеппарда, Беккет вообще отпрыгнул в сторону, а Поттер самодовольно улыбался. — Больше мне не придется находится рядом, чтобы попасть по тебе, — ухмыльнулся Поттер. Через час Шеппард отвел их на стрельбище под довольно нелепым предлогом — хотел научить их пользоваться земным оружием. Только вот взгляды, которые он продолжал бросать на Поттера, явно говорили о другом. Как и Маккей, он хотел выяснить, какое устройство тот использует, только вот давить не хотел, боясь потерять его дружеское расположение. На стрельбище довольно быстро выяснилось, что целился из оружия Поттер просто отвратительно — мишень он поражал с огромным трудом. Но вот стоило ему вытянуть пустую руку — со спрятанной палочкой, естественно, — он тут же попал в яблочко, разрезав бумагу четко пополам сначала по вертикали, а потом, чуть повернув кисть, — по горизонтали. — Хвастун, — хмыкнул Ронон, подтолкнув Поттера плечом. — Ну да, ну да, — ответил Поттер, демонстративно окинув взглядом бумажную мишень Ронона, в которой тот проделал дыру своим пистолетом. — Хех. — Шеппард недоуменно покачал головой, смотря на теперь уже использованные листы с мишенями. Потом он посмотрел на Поттера и его вытянутую руку, которая все еще была направлена в сторону цели. — Знаешь, я тут думал… Ты ведь не захотел связаться со своим родным миром. А еще я был впечатлен, что ты знаешь о Земле. — Да? — немного напряженно спросил Поттер. Шеппард смерил его задумчивым взглядом. Взмахом руки он отослал наблюдающих за их разговором солдат. Как только за последним закрылась автоматическая дверь, Шеппард вытащил из своего пистолета обойму и положил ее на стол, пытаясь показать, что он желает никому зла. — У тебя ведь нет никакого устройства, так ведь? — спросил он. Поттер ничего не ответил, лишь напрягшись еще сильнее. Ронон вскинул брови, молча переводя взгляд с Шеппарда на Поттера и обратно. — Кажется, ты не сильно-то удивлен, — все-таки сказал он, когда Поттер продолжил молчать. — Я такое встречаю не впервые. Правда, тот раз не был настолько креативным. В конечном итоге ее выдало использование молнии, поддержание здоровья на оптимальном уровне и внешнее совершенство, — ответил Шеппард. Он скрестил руки на груди и окинул Поттера взглядом с ног до головы. Хорошо, что сейчас я сообразил раньше, чем МакКей. Тогда у него немного крыша поехала. Я вот одного не пойму — зачем вознесенному жить вот так? Поттер недоуменно моргнул, а Ронон нахмурился. — Что? — почти одновременно спросили они. — Вознесенный. В смысле, ведь только они могут… о, — Шеппард замолчал, заметив их неприкрытое удивление, и нахмурился. — Подожди-ка, ты разве не один из вознесенных? — Ты имеешь в виду, один из Предков? Нет, — ответил Поттер. Он почему-то казался возмущенным и смущенным одновременно. Он беспомощно посмотрел на Ронона, который тоже был сбит с толку этими непонятными обвинениями. — Ох, — пробормотал Шеппард. — Эм, так как тогда ты все это делаешь? — Просто делаю, — Поттер неловко пожал плечами и медленно скрестил руки на груди в бессознательной попытке спрятать палочку. — Я просто… делаю это. — Подожди-подожди. Если ты не вознесенный, то как узнал о Земле? Ты не просто что-то слышал о нашей медицине, ты знаешь о ней куда больше, — уверенно заявил Шеппард, посмотрев на Ронона, а потом опять на Поттера. — Как это вообще может быть? Поттер промолчал, тяжело посмотрев в ответ. Затем он повернулся к Ронону, который лишь пожал плечами. Все-таки сейчас они обсуждали не его способности, поэтому и решение должен был принимать не он. Хотя сам Ронон предпочел бы, чтобы Поттер ничего не говорил. Если судить по тому, что он знал о Земле, то такие возможности, что были у Поттера, там не приветствовались или вообще не принимались. Сейчас проблема была в том, что если они ничего не скажут... Шеппард прищурился. — Ты читаешь мысли? — спросил он. — Хотел бы, — ухмыльнулся Поттер и отвернулся, покачав головой. — Спроси меня позже, когда я буду знать, стоит мне рассказывать обо всем или нет. Шеппард замялся, прежде чем пожать плечами. — Вполне справедливо. Хочу только предупредить вас кое о чем: то, что ты умеешь, — он кивнул Поттеру, — будет недолго оставаться тайной. МакКей в итоге выяснит, что ты не обладаешь никакой сверхмощной технологией, и начнет требовать ответы.* * *
— Они хотят, чтобы мы остались, — сказал Ронон позже, когда на Атлантиду опустилась ночь. Он скручивал свои дреды у основания, тем самым помогая им формироваться. У него уже давно не было возможности как следует заняться волосами, поэтому дреды немного растрепались. Поттер, зашивающий одну из своих рубашек, поднял голову, но Ронон пожал плечами. — Наверняка думают, что мы поможем достижению их целей, — предположил он. — Хм, — промычал Поттер, опустив рубашку и иглу и вздохнул. — Это место немного нервирует. — Ага, — хмыкнул Ронон. В этом он с Поттером был полностью согласен. Дело было не столько в самом городе, сколько в живущих здесь людях. Ронон не был идиотом, но вот на Атлантиде почти все были гениями. А еще был Поттер со своими способностями и связанные с этим риски. Ронон поежился. — Как думаешь, что будет, когда они… узнают? Поттер покосился на закрытую дверь. — Я… не знаю. С тех пор, как меня изгнали с Земли, она могла измениться, ведь прошло уже десять лет и… — он замолчал. — Тогда мой мир был на пороге войны, и я не знаю, как она закончилась, если вообще закончилась. Врата нашли, когда меня уже не было на Земле. Такие вещи многое что меняют. — Выходит, местные могли бы ничего не делать, а могли бы отправить тебя обратно на Землю? — спросил Ронон. — Ну пусть попробуют. — Поттер со вздохом отложил рубашку, а затем улегся на кровать, закинув руки за голову. — Вдруг и в самом деле захотелось уметь читать мысли. Тогда бы мы знали, можно ли доверять этим людям, — пробормотал он и посмотрел на Ронона, спросив: — Что думаешь? Ронон нахмурился, смерив Поттера взглядом, а потом посмотрел на свои руки. — С тех пор, как Сатеда… я вроде как знаю, что рейфы… что люди не могут им противостоять. Я думал, что так будет всегда и везде. Что именно так был устроен мир, — он посмотрел в окно, из которого открывался потрясающий вид на город. — Здесь я этого совсем не ощущаю. Люди на Атлантиде были немного странные. Они жили в городе Предков, словно они изначально были отсюда, а не так, как если бы они его заняли на время. Они чувствовали себя здесь как дома, а не как на временной базе. Для людей, которые пришли из совершенно другой галактики — мирной галактики, — это был серьезный шаг. Они добровольно взвалили на себя столько неприятностей, тогда как других в это втянули насильно. Это было странно, но в то же время... они были очень уверены в себе и очень талантливы. К тому же, у них были ресурсы, и, насколько Ронон успел понять, они были довольно находчивы и изобретательны, а этих качеств не хватало большей части галактики. Они не только хотели или могли противостоять рейфам — они уже это делали и все еще были живы, чем вряд ли могли похвастаться все остальные миры. Ронон помрачнел. Сатеда продержалась несколько дней, Атлантида же была цела уже несколько месяцев. Он вдруг почувствовал поднимающуюся волну гнева — как эти чужаки смогли противостоять рейфам так долго, тогда как Сатеда сильно пострадала. Но все-таки по большей части Ронон испытывал странный восторг. А еще ему было спокойно. Всего лишь пребывание на Атлантиде стерло это постоянно ноющее чувство, что рейфы были непобедимы. Поттер какое-то время просто смотрел на него, а потом уставился в потолок. — В том-то и дело, — пробормотал он и опять перевел взгляд на Ронона. — Если ты останешься, то останусь и я, — просто и уверенно сказал он. Ронон обернулся. — Серьезно? — спросил он, не став добавлять что-то вроде «ты сделаешь это для меня, даже несмотря на все возможные риски?». Если они останутся, Поттеру нужно будет рассказать лантианцам, кто он и откуда. А еще, как он оказался так далеко от Земли. Ему просто придется это сделать, да, может, без мельчайших подробностей, но все же, даже если эта информация и может оказаться опасной. Это знал и Поттер, и Ронон, поэтому озвучивать эти слова смысла не было. — Ага, — отозвался Поттер, поднимаясь с кровати. — Пойду в душ, — сказал он. — Реши что-нибудь, пока меня не будет. Ронон хмыкнул и бросил в Поттера подушку — которую тот поймал в воздухе и кинул обратно, — прежде чем устроиться на кровати, рассеянно теребя дреды. Услышав шум воды из душевой, он закрыл глаза и начал сравнивать два имеющихся у них варианта. Первый заключался в том, что они остаются в Атлантиде, чтобы присоединиться к людям Шеппарда в их исследованиях и во всем, что они делали. Они бы смогли использовать свои навыки и умения, получив возможность противостоять рейфам, отплатить им за все, что они сделали. Такая перспектива казалось Ронону очень привлекательной, учитывая еще тот факт, что у людей, живущих на Атлантиде, были все шансы навсегда покончить с рейфами. Но… но. Был еще Поттер, его способности и связанные с этим проблемы. А еще были люди Шеппарда, которые были чужими не только Ронону, но и Поттеру, хоть и пришли из его родного мира. Конечно, нельзя была забывать про Тейлу и атозианцев, но те в основном жили на материке и тоже были другими. Вписаться в Атлантиду… будет сложно. Второй вариант был куда проще и грубее. Они просто уйдут и начнут путешествовать, только вот уже без рейфов за спиной. Однажды они найдут место, где смогут осесть. Ронон как раз знал несколько населенных людьми планет — они могли подыскать себе одну из таких… Ну а дальше что? Построят дом? Найдут работу? Откроют магазин, займутся фермерством или торговлей. Или вообще пойдут в телохранители к каким-нибудь богатеям… Ронон поморщился от таких идей. Он не знал, как смог бы жить такой жизнью даже спустя семь лет бегства. Да и Поттеру точно пришлось бы хуже, чем ему. Может, если они продолжать путешествовать… только вот не продолжат, не так, как раньше. У них ведь теперь не было для этого никакой мотивации или нужды, и на самом деле… хоть они уже привыкли находиться в постоянном движении, им обоим это не нравилось. Сложно что-то полюбить, когда тебя так долго заставляли это делать, даже не давая толком отдохнуть. Бесконечный бег из мира в мир… не так Ронон хотел прожить остаток своей жизни. Все эти мысли казались такими простыми, когда он мог лишь мечтать о том, что когда-нибудь станет свободным. Тогда он по-настоящему хотел лишь крышу над головой и возможность нормально поесть, потому что именно по этим двум вещам он скучал больше всего. Но вот сейчас, когда у него появилась возможность подумать… Поттер был прав. Он не сможет вписаться в стабильную мирную жизнь — она была не для него. Он этого хотел, но… в конце концов, мы часто хотим то, чего не можем получить. Так что же он хотел на самом деле… Ронон нахмурился. Он не знал. Конечно же жилье, место для сна, еду — с этим все понятно. Ну а дальше что? Ему мало что было нужно: отомстить рейфам, чуть-чуть побольше комфорта и… остаться вместе с Поттером. Звук воды в душе прекратился, и с тихим свистом дверь автоматически отъехала в сторону. Поттер, нацепив на себя лишь свои новые очки, вышел наружу, залив пол водой. Лениво вытирая полотенцем спутанные волосы, он совершенно не беспокоился о собственной наготе. — Должен сказать одну вещь, — начал он, совершенно не замечая взгляда Ронона, который скользил по уродливым шрамам вокруг его шеи и плеч. — У них там на Земле просто отличные бритвы, — он провел ладонью по гладкой щеке. — Я бы не отказался от такой, когда мы были в бегах. Поттер опустил полотенце, позволив взъерошенным волосам опуститься на спину — длиной они были до самой талии, — и обернул его вокруг бедер, став при этом выглядеть еще худее. — Что? — спросил он, когда Ронон так ничего и не сказал. — Ты решил? — Ага, — Ронон кивнул. Он вдруг подумал, как же Поттеру удалось прожить на планете с кошками целых шесть лет и не заполучить ни одного шрама на лице. Не считая зигзагообразного шрама на лбу. Ронон нахмурился и качнул головой, убирая лишние мысли. Сейчас это было неважно. — Ты хочешь остаться или уйти? — спросил он. — Почему ты спрашиваешь меня, если уже принял решение? — спросил Поттер в ответ. — Потому что я хочу знать. Поттер какое-то время молчал, а потом вздохнул, скрестив руки на груди. — Остаться, — все-таки сказал он. Он посмотрел на окно, перевел взгляд на пол и стены, а затем на потолок. — Если не брать во внимание мои способности и другие трудности, мы можем быть здесь полезны. И… это немного напоминает мне одно место. Школу, — он пожал плечами. — Тот… Хогвартс? — задумчиво уточнил Ронон, тоже оглядываясь по сторонам. Он понимал его — Атлантида чем-то была похожа на огромный замок со всеми ее величественными башнями и парадными залами. — Да. В общем, я в любом случае не останусь здесь, если ты уйдешь, — сказал Поттер. — Нет смысла. — Нет смысла? — повторил Ронон, сбитый с толку. Что это вообще значило? Поттер посмотрел на него внимательно пару секунд, а потом вздохнул. — Нет смысла жить здесь без тебя, — медленно сказал он, словно объяснял младенцу очевидные вещи. — Сколько еще раз я должен это повторить? Ронон моргнул, и тут его брови поползли вверх, когда до него наконец-то дошел смысл слов — Поттер всегда пойдет туда, куда и Ронон. Поттер молча ждал ответ, уперев одну руку в бедро, поддерживая полотенце. Он был весь покрыт шрамами и рубцами, тощий настолько, что под натянутой кожей были видны острые коленки. Кто-то назвал бы его уродливым, нелепым. У Ронона всего на мгновение промелькнула мысль, как же сильно он на самом деле любил этого человека. — Ну? — нетерпеливо позвал Поттер, когда молчание затянулось. — Что? — спросил Ронон, прежде чем вспомнить, что они вообще-то о чем-то говорили. Только вот о чем? Поттер вздохнул, проведя ладонью по лицу, чтобы смахнуть воду, и чуть не скинул с носа очки. — Что ты решил? Мы остаемся или уходим? Ронон встряхнул головой, загнав мысль подальше, чтобы сейчас она ему не мешала. — Остаемся. По крайней мере, пока мы не сможем сказать, стоит ли это того. — Хорошо, — ответил Поттер. Он сел на кровать и предпринял очередную бесполезную попытку распутать свои волосы. — Мне надо придумать, как объяснить мои способности Шеппарду, — пробормотал он, резко потянув за один из колтунов, отчего его голова немного дернулась. Вздохнув, он высвободил руку из волос. — Может, ты и прав, и я должен все это срезать, — грустно буркнул он, посмотрев на колтуны. Ронон же, наоборот, улыбнулся. — Если ты не хочешь их срезать, я могу сделать их такими, как мои, — он качнул головой. — Тогда они останутся длинными. Хотя твои наверняка будут торчать в разные стороны. — Может быть, — ответил Поттер и посмотрел на дреды Ронона, задумавшись. — Знаешь, да. Должно сработать. Ронон кивнул. Тогда решено. — Но не сегодня. На это нужно время, а я бы хотел поспать, — сказал он, потягиваясь. Он с удивлением понял, что ему было, о чем подумать. Ронон еще раз взглянул на обезображенную шрамами грудь Поттера. Как долго он любил его и почему, черт побери, не заметил этого раньше?* * *
Узнав, что и Шеппард, и МакКей оба отправились на очередную миссию или вроде того, Ронон с Поттером большую часть утра провели в спортзале, знакомясь с лантианским оружием для тренировок. Это были деревянные муляжи, у которых, по-мнению Ронона, был отличный баланс, несмотря на простоту. Не то чтобы им прям нужно было заниматься чем-то подобным, просто в зале они чувствовали себя спокойнее в окружении вещей, которые они знали и понимали. Остальная часть города и его люди казались им слишком продвинутыми, но в зале они знали, чем себя занять. В итоге они собрали вокруг себя небольшую группу зрителей. Ронон заметил, что некоторые из них даже делали ставки на исход их спарринга, когда попытался достать Поттера. Тот как всегда резко ушел в сторону и ответил двумя быстрыми ударами и пинком ноги. Конечно, никто из зрителей не знал, что ни один из них не пытался победить — они просто тренировались, — но Ронон не собирался им об этом говорить. Особенно сейчас, когда Поттер, игнорируя зрителей, работал в два раза усерднее. Их тренировка была прервана женщиной, которая руководила городом. Ронон смутно припомнил, что звали ее Вейр. Когда он заметил, как солдаты мгновенно перешли в состояние боеготовности — некоторые из них даже чуть не отдали честь, — он подумал, что, видимо, она была не просто руководителем. Это было немного странно, потому что он был уверен, что командную должность занимал именно Шеппард, а Вейр была кем-то вроде лидера. Именно так было на Сатеде — ни один гражданский никогда не обладал большей властью, чем военный офицер. На Земле дела велись по-другому. — Ронон, Поттер, — позвала Вейр, зайдя в зал. — Могу ли я поговорить с вами двумя? Ронон посмотрел на Поттера, который молча дернул плечом, прежде чем отдать тренировочное оружие стоящим рядом солдатам, которые быстро расступились и отошли, дав возможность им подойти к Вейр. Та смерила их взглядом, довольно успешно скрыв нервозность. — Как я понимаю, полковник Шеппард пригласил вас присоединиться к Атлантиде, — уверенно сказала она. — Так и есть, — кивнул Ронон, посмотрев на Поттера, который опять пожал плечами, пытаясь, наверно, скинуть напряжение. Ронон знал, что из-за шрамов у него иногда сводило плечо, что доставляло определенные проблемы во время сражений. — Сначала он должен был спросить об этом меня, — сказала Вейр, нахмурившись. — Вас это не устраивает? — спросил Поттер. Он расслабился было, но потом опять поднял руку и стал массировать плечо круговыми движениями. — Дело не в этом. Я не сомневаюсь, что вы двое можете внести свой вклад, если или когда присоединитесь к нам, и я не говорю, что не доверяю вам, — дипломатично ответила Вейр. — Просто это решение, которое он не должен был принимать без моего согласия, — она задумалась на пару секунд, прежде чем добавить: — Вы уже приняли решение? Ронон посмотрел на Поттера, который колебался, задумчиво глядя на Вейр. Когда он наконец-то опять обернулся на Ронона, тот кивнул ему, предлагая действовать самому. Сам он уже сделал выбор, но у Поттера все еще были проблемы с этими людьми, и с ними нужно было разобраться. Поттер вздохнул, сразу же поняв, что хотел от него Ронон. — Вы лидер этого места? — спросил он. — Да, — ответила Вейр, бессознательно выпрямившись. — Тогда мне нужно с вами кое-что обсудить, — немного неуверенно сказал Поттер, а Ронон вдруг успокоился. Он не знал, почему, но желание Поттера все-таки работать над имеющейся проблемой развязало напряженный узел где-то внутри. Но в то же время затягивая другой. — О? — Вейр выглядела удивленной и немного растерянной. — Если вы не против, — добавил Поттер. — Эм... да, конечно. — Вейр огляделась по сторонам, сглотнув. — Можем поговорить у меня в офисе. Поттер посмотрел на Ронона, который сделал шаг назад, полагая, что Поттеру будет легче раскрыть свои секреты Вейр без лишних ушей. Разговоры о Земле и магии все равно вызывали у него головную боль. — Я еще немного потренируюсь, — сказал он. — Найдешь меня здесь, когда закончишь. — Ладно, — Поттер кивнул и последовал за Вейр в сопровождении одного вооруженного солдата. Ронон бросил на них последний взгляд, прежде чем развернуться и опять взять в руки учебное оружие, что лежало поблизости. Он направил его в сторону наблюдателей и стоял так до тех пор, пока наконец-то не вышел один из солдат, приняв вызов. Сражение, практика и в конечном итоге инструктаж солдат о том, как лучше вести бой — их было слишком легко уложить на лопатки, даже когда они нападали на него группой, — помогли Ронону приятно провести время и отвлечь его от тягостных сомнений. Поттер сказал, что не заинтересован в возвращении на Землю, но Ронон все равно не мог не волноваться. Но не потому, что Поттер мог передумать, — его слова наконец-то дошли до Ронона, и он понял, что теперь застрял вместе с Поттером. Не то чтобы Ронон имел что-то против. Тем не менее, если эти люди обнаружат, что Поттер был одним из них… Ронон знал их слишком плохо, чтобы предугадать их возможную реакцию. Черт, даже Поттер этого не знал. Вероятность принудительного разлучения с Поттером беспокоила Ронона куда больше, чем прежде, потому что он, похоже, теперь не знал, как сможет жить без этого человека. Когда очередной солдат, застонав от боли, упал на мат, Ронон со вздохом задумался о том, когда же его жизнь стала такой сложной. Поттер вернулся примерно через час в сопровождении вооруженного эскорта. Судя по выражению его лица — практически нечитаемому, но явно смущенному, — было понятно, что разговор пошел не так, как он ожидал. На этом тренировка Ронона закончилась. Уверенно проводив Поттера обратно в комнату, он выгнал охранников и запер дверь, чтобы спокойно поговорить наедине. — Она знает, — сказал Поттер, не дожидаясь вопроса. Он провел ладонью по растрепанным волосам, убирая их с лица. — В смысле, не обо мне, а о таких людях, как я. — И это хорошо или плохо? — спросил Ронон, сев рядом с ним на кровать. — Хорошо, наверно, — Поттер нахмурился. — Она собирается рассказать обо мне Шеппарду, МакКею и Беккету, потому что они руководители подразделений. Может быть, и Тейле. В целом она совсем не против, если я останусь, даже очень не против, когда узнала, что я с Земли. Просто… — он замолчал, отвернувшись. — Она немного в курсе того, что случилось в моей стране, когда я ее покинул. Как война… закончилась. Ронон молча посмотрел на него пару секунд, а потом подтолкнул плечом, вынуждая продолжить. Поттер прочистил горло. — Он победил. Человек, который убил мальчика, в чьей смерти винили меня. Волдеморт победил, — он немного истерично хохотнул. — Он победил. Всего лишь через два года, как меня изгнали. Ронон не знал, как реагировать. Какое-то время они сидели молча. — Это имеет значение? — все-таки спросил Ронон. Поттер сдавленно засмеялся, и похоже это было больше на всхлип. — Десять лет незнания, — пробормотал он и покачал головой. Когда он опять посмотрел на Ронона, на губах его застыла кривая ухмылка. — Нет. Нет, это не имеет значения. Однако Ронон прекрасно видел, что это было не так. Он мог почти дословно описать все мысли, что крутились в голове у Поттера, потому что сам думал о том же, когда был беглецом. О друзьях, о знакомых. О том, что они, скорее всего, уже умерли. Но Ронон не был так жесток, чтобы заставлять сейчас Поттера говорить об этом. Поэтому он просто обнял его за плечи и притянул к себе. — Со временем станет легче, — сказал Ронон. — Ага, — пробормотал Поттер, благодарно прильнув к чужому плечу. — Все казалось так просто, когда мы были всего лишь двумя беглецами, — добавил он, на что Ронон согласно фыркнул, и со вздохом отодвинулся. — Может, займешься моими волосами? — спросил он, потянув за спутанную прядь. — Они мне уже порядком надоели. Он явно хотел сменить тему, но Ронон не стал противиться. Поттеру наверняка нужно было время подумать, а самому Ронону, в принципе, заняться сейчас было особо нечем, если только вернуться обратно в зал, но ему стало там скучно. Развлечение было так себе, когда твои оппоненты были просто ужасны. — Мне нужна расческа и немного воска, — сказал Ронон. — Второе есть, а первое могу сделать, — с этими словами Поттер превратил в металлическую расческу один из своих ножей, а потом достал из сумки баночку с воском. Убедившись, что воск подходит для его целей, а расческа достаточно прочная, Ронон потянул Поттера обратно на кровать, начав укладывать волосы. — У тебя всегда была такая прическа? — спросил Поттер, когда Ронон зачесал почти все его волосы на макушку, оставив лишь небольшой участок у самой шеи. — С восьми лет, — ответил Ронон. Он взял расческу и стал медленно начесывать прядь к корням. — Моя бабушка начесала мне дреды, когда закончила с моей тренировкой. — Хм, — Поттер понятливо кивнул. — Это было что-то вроде церемонии? — Да, вроде того, — Ронон улыбнулся воспоминанию. На Сатеде несколько столетий назад был клан воинов, где все носили определенную прическу. Они верили в единство с природой. Даже спустя годы их философия о том, что люди теряли часть себя, если не хранили связь с окружающей их природой, была хорошо известна в Сатеде. Бабушка и дедушка Ронона были убежденными сторонниками этой философии. Еще задолго до того, как родился отец Ронона, его бабушка уже носила дреды. — Думаю, это был ее способ отметить мое становление мужчиной. Когда Поттер заговорил, Ронон услышал в его голосе улыбку. — Твои дедушка и бабушка научили тебя охотиться и сражаться, так? Значит ли это, что я тоже завершил свою тренировку? — весело спросил Поттер. — Теперь я мужчина? Ронон хмыкнул. — Не думаю, что в этом тебе нужна была моя помощь, — ответил он. Взяв немного воска, он втер его в начесанную прядь, а потом принялся за другую, начав процесс с начала. — Да и если судить по стандартам моей бабушки, то мне давно стоило выгнать тебя как плохого ученика. — В охоте я лучше тебя. — Но ты жульничаешь, а еще я могу надрать тебе задницу с закрытыми глаза и завязанными за спиной руками, — в тон ему ответил Ронон. — Расслабься немного. Это займет время, и если ты продолжить так напрягать шею, то ее точно сведет, — он коснулся костяшками пальцев шеи Поттера. — Просто не привык, что кто-то трогает мои волосы, — признался Поттер, прежде чем немного поерзал, попытавшись расслабиться. Ронон улыбнулся и продолжил работу над плетением. Несмотря на некоторую внезапность ситуации и тот факт, что во всем этом не было какого-то сакрального смысла или особой философии, ему казалось правильным делать это для Поттера. Вряд ли во вселенной нашелся бы кто-нибудь еще, кому он согласился бы сплести дреды. Он был уже на полпути этого утомительного процесса, когда по комнате разнесся стук, а затем открылась дверь, явив собой Шеппарда, который, видимо, только вернулся с миссии. Едва он вошел, как сразу замер на месте, увидев, чем они были заняты. — Я вам помешал? — неловко спросил он, кашлянув. — Да не особо, — не глядя на него, ответил Ронон, опять потянувшись к воску. — Что ты хотел? — Элизабет сказала, что вы поговорили, — сказал Шеппард, подходя ближе и с интересом разглядывая работу Ронона. — Вы решили остаться. — Ага, — отозвался Ронон. Он втер воск в очередной начесанный локон, покрутил его между пальцами и отвел в сторону, взяв еще одну прядь волос. Поттер скосил взгляд на Шеппарда и пожал плечами. — Я рассказал ей о своих способностях. Она говорила об этом? — Упоминала, да, — кивнул Шеппард. — Похоже, она уже не против того, чтобы вы остались, и это хорошо, — добавил он, немного неловко почесав шею. — Хотели еще обсудить это на собрании, но… на миссии произошел инцидент, поэтому пришлось все отложить до разрешения вопроса. — Ясно, пробормотал Поттер. — Тогда зачем вы здесь? — Эм, я тут просто подумал… раз уж вы решили остаться, то, может, у вас уже есть мысли, чем бы вы хотели заниматься на Атлантиде? Не то чтобы те спарринги в зале прошли даром — некоторые из моих людей сказали, что научились кое-чему новому, — но… — Шеппард замялся, подбирая слова. — Так уж вышло, что мне бы пригодился новый член команды, и я... — Так разве тот Форд был не с тобой? — перебил его Ронон. Шеппард нахмурился. — Верно, но… Беккет пытается выяснить, как ему помочь, но в голове у Форда сейчас творится такой бардак, что, как бы он мне ни нравился, вряд ли я смогу доверить ему спину в ближайшее время. Черт, да я даже сомневаюсь, что он вдруг не начнет в меня стрелять, — пробормотал Шеппард. — До тех пор, пока не выяснится, как вывести из Форда фермент рейфов, он останется в медотсеке. — Поэтому ты хочешь, чтобы один из нас присоединился к тебе, — понимающе сказал Поттер. Он обернулся через плечо, посмотрев на Ронона, который ответил ему напряженным взглядом. — Была такая мысль, да, — кивнул Шеппард. — Мы работаем вместе, — довольно резко ответил Ронон, повернувшись к Шеппарду. — Без вариантов. — Поттер согласно кивнул и чуть откинулся назад. Шеппард какое-то время молчал, засунув руки в карманы и задумчиво покачиваясь с пятки на носок. — Выходит, вы идете в комплекте? — пробормотал он, улыбнувшись. — Думаю, мы сработаемся. — Отлично, — хмыкнул Ронон. Он немного отодвинулся, дойдя до особенно проблемного колтуна на голове Поттера. — Вот это придется срезать, — он потянул за комок волос, — он слишком большой. Но могу разрезать вертикально, чтобы получилось несколько дредов. — Давай, — ответил Поттер, и Ронон вытащил один из своих самых острых ножей. — Нам нужно что-то знать об этой... команде? — спросил Ронон, начав буквально пилить комок волос. — Думаю, вы со всем сами разберетесь, но можем обсудить детали перед следующей миссией. Правда, сначала придется разобраться с тем бардаком, что Родни устроил на последнем задании, — ответил Шеппард, а потом добавил, словно спохватившись: — И еще встретиться с Элизабет. — Хорошо. — Ну тогда ладно, — кивнул Шеппард, опять заинтересованно взглянув на работу Ронона. — Что же, — он кашлянул, отступая к двери. — Пожалуй, оставлю вас заниматься… волосами, — неловко кивнув, он развернулся и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. — Это было интересно, — пробормотал Поттер, улыбаясь. — Да и командир из него тоже будет занятный, — согласился с ним Ронон. Разрубив наконец-то здоровенный узел, он принялся валять дреды. Если не считать узловатых частей, они выглядели довольно симпатично. Даже если бы они были затянуты должным образом, то получились бы почти вдвое длиннее его. Впрочем, все-таки свои он иногда подрезал. — Мне не с кем сравнивать, — Поттер пожал плечами и вдруг повернулся к Ронону, нахмурившись: — Как думаешь, могут возникнуть какие-то проблемы из-за того, что у меня нет военной подготовки? — Вряд ли. Если что, я всегда могу объяснить то, чего ты не знаешь, — ответил Ронон. — И если правила и порядки Сатеды сильно отличаются от земных, то у меня будут такие же неприятности, что и у тебя. — Звучит обнадеживающе, — усмехнулся Поттер, покачав головой. — Расскажи мне о вооруженных силах Сатеды. И Ронон рассказал, параллельно крутя дреды. Он объяснил историю и традиции, а также роль военной подготовки в жизни каждого на Сатеде. Он рассказал об обучении и о том, как оно начинается, как продвижение по карьерной лестнице связано с рангами и званиями. — Я был специалистом. Это был не самый высокий ранг, но и не часто встречающийся, — заметил Ронон, аккуратно втирая воск в последний оставшийся локон на голове Поттера. — Только самые опытные получали это звание, но… если бы я происходил из более знатного рода, то меня бы повысили до командира эскадрильи. — Знатного рода? — Поттер нахмурился. — Да. Простолюдинам вроде меня никогда не отдавали командование. Даже самым маленьким отрядом, — ответил Ронон. — Хотя во время войны я руководил отрядом таких же специалистов как и я, но меня все равно не повысили. — Это нечестно, — пробормотал Поттер, рассеянно потерев шею. — Таков был подход на Сатеде, — Ронон пожал плечами. Он начал методично просматривать все дреды, чтобы убедиться, что сделал максимально возможное в нынешних условиях. Когда он их опустил, длиной они были до локтей Поттера. — Я закончил. — Да, а у меня теперь шея болит, — пожаловался Поттер, коснувшись руками плеч. Это было не удивительно — все-таки он четыре часа почти не двигал головой, держа ее прямо. Ронон подавил смешок. — Дай-ка я, — он подергал Поттера за воротник футболки. — Сними ее, — добавил он, потянувшись к его сумке, где лежала чудодейственная мазь. Как только Поттер сделал, как ему велели, Ронон связал его дреды в пучок на макушке, убирая их со спины. Обмакнув пальцы в мазь, он стал круговыми движениями втирать ее в плечи Поттера, покрытые шрамами. — М-м, так намного лучше, — облегченно пробормотал Поттер, позволив голове расслабленно упасть на грудь, когда Ронон прошелся пальцами по напряженным мышцам. — Но все-таки ты зря тратишь мою мазь. — Уверен, ты сможешь еще сделать, — тихо отозвался Ронон, сильно проведя большим пальцем по краю одного из укусов. Он был уверен, что по ощущениям эти следы будут грубыми и сухими, как свежие шрамы, но это было не так. Некоторые большие шрамы даже казались странно гладкими, почти шелковистыми. — К тому же, с местным медотсеком я сомневаюсь, что она нам сильно пригодится. — Это будет так странно, — прошептал Поттер, со входом облегчения опустив руки на колени. Ронон сглотнул, пытаясь игнорировать реакцию, вызванную этим звуком, и опять сосредоточился на спине Поттера, расслабляя напряженные мышцы. Благодаря массажу в сочетании с мазью ему довольно быстро удалось справиться с поставленной задачей, поэтому он позволил своим рукам опуститься немного ниже вдоль позвоночника, а потом плавно подняться вверх по бокам. Поттер опять вздохнул и выгнул спину под чужими пальцами. Ронон резко поднял взгляд, уставившись на его шею, и только сейчас понял, что вообще-то это был первый раз, когда он видел ее неприкрытой. Под его губами она была совсем худой и такой мягкой. — Ронон? — тихо спросил Поттер, едва заметно вздрогнув от прикосновения. Ронон колебался, не зная, что делать. Наверно, он должен был отодвинуться и извиниться, но что-то его держало. Дрожь чужого тела и тот факт, что Поттер и сам не отстранился. Поэтому Ронон осторожно провел пальцами вдоль худых боков и в итоге обнял его за талию. — Все в порядке? — спросил он после напряженной минуты тишины и опять поцеловал тонкую шею. Поттер вздрогнул и обернулся, чтобы посмотреть на него через плечо. — Да, — выдохнул он, снял очки и нетерпеливо потянулся к Ронону. Ронон сам резко подался вперед, отчего их губы неловко встретились на полпути — слишком быстро, слишком сильно, — и наконец-то, спустя семь лет и нескольких десятков миров, он почувствовал, что вернулся домой. Поттер на вкус и запах был как убежище, как пыль, ветер и бег, и драгоценная целебная мазь, пещеры, поля и кожаные палатки. И когда Поттер полностью обернулся к нему и обхватил его шею руками, Ронон почувствовал его всего — неуклюжего, острого, слишком маленького и такого сильного. Настолько драгоценного, что это было невозможно описать словами. Самого правильного. Но вот поцелуй вышел просто кошмарным, заставив их обоих тихо рассмеяться, когда они оторвались друг от друга, запутавшись пальцами в волосах и сидя теперь щека к щеке. — Это было ужасно, — пробормотал Поттер, облизнув нижнюю губу. Похоже, что Ронон ее случайно укусил, потому что на ней красовалась припухлость. Тем не менее Поттер улыбался, четко отработанным движением оседлав бедра Ронона и с удобством устроившись на них, словно это было в порядке вещей. — Прости, — тихо сказал Ронон, еще раз вдыхая чужой запах: мыло, пот, мазь и травы… Довольно мурлыкнув, он скользнул руками на плечи Поттера, а потом на спину. Она была вся в шрамах и такой худой и тонкой, но Поттер все равно ощущался просто идеально в руках Ронона. — Давно не практиковался. — Ну у тебя хоть какой-то опыт был, — хмыкнул Поттер, пробежав пальцами по дредам Ронона. — Это был мой первый поцелуй. — ...о, — Ронон нахмурился. Наверно, ему стоило стараться лучше. — Мне было четырнадцать, когда меня изгнали, — ничуть не смущаясь, сказал Поттер и пожал плечами, как будто это все объясняло. Он отстранился, посмотрев Ронону в глаза. Выглядел он немного странно с новой прической, но Ронон точно мог к этому привыкнуть. — Это ведь… все по-настоящему, да? — неуверенно спросил он, оглядываясь по сторонам, словно пытаясь в одно предложение вложить все свои мысли: их, поцелуй, эту комнату, Атлантиду — все. Ронон улыбнулся и наклонил голову, коснувшись его губ в легком поцелуе. Он чувствовал себя необычно. Словно бежал, стоял и прыгал одновременно. Сидел и не двигался. Странно. — Ага, — подтвердил он тихим и довольным голосом, несмотря на новое, волнительное возбуждение, горящее в его животе. Он хотел было сказать Поттеру что-то еще — что он любил его и не мог без него жить, — но сейчас это казалось лишним. — Все по-настоящему, — просто ответил он. Этого было достаточно. Поттер вздохнул, расслабляясь в кольце его рук и прижимаясь сильнее, и это было довольно непривычно, потому что обычно он избегал чужих прикосновений. — Да, — прошептал он с довольной улыбкой и, сняв ботинки, подался вперед. Ронон будет вспоминать этот момент еще долгие годы, ведь именно тогда они наконец-то перестали бежать.
