Be my bad boy

      Уён всегда старался держаться подальше от плохих компаний и хулиганов в целом, но как бы он не пытался этого избегать, его сердце почему-то решило выбрать именно такого человека. Чанбин не был таким с самого начала. Он добивался внимания Уёна, делал небольшие, но милые подарки, не позволял никому обижать «своё маленькое солнышко» и всем сердцем любил. Но как и все хорошее, этот период их отношений закончился. Чанбин стал резок, груб, иногда почти доходило до насилия, но слёзы Уёна всегда останавливали того. Долго такое Чон терпеть не смог, поэтому решил прекратить это всё. И сделал это жестоко — по СМС. Если вы сейчас подумали: «Как трус», то Уён даже отрицать не станет. Он, действительно, боялся, что разозлит Чанбина до такой степени, что даже слезы уже его не остановят, поэтому закончил все так. Но он не учёл, что тот вполне может заявиться в его учебное заведение и прилюдно угрожать ему. Он всегда боялся таких людей, но почему-то они чаще всего его и окружали.       Уён плетется за блондином и мысленно паникует, так как заметил в тоне юноши откровенный намек. Он понимает, что должен благодарить Кана как только может, ведь его бывший даже хуже того, но на подобные меры он не готов. Уён видел в таких людях один сплошной негатив, поэтому ему и сейчас страшно. Что задумал Ёсан, никому не известно, но он хочет поскорей со всем этим разобраться и покинуть компанию блондина.       В мед кабинете как всегда пахнет лекарствами и какими-то стерильными средствами. Ёсан уверенно проходит внутрь, мысленно ликуя, что медсестры как обычно, нет на месте и садится на кушетку. Уён робко следует за ним и мнется, когда тот испытывающе смотрит на него. Чон нервно перебирает пальцы и осматривает кабинет в поисках ваты, перекиси и пластырей, а когда онные попадают в поле его зрения, он спешит в их сторону, но его перехватывают сильной рукой. — Погоди, не спеши так, я вообще немного по-другому поводу позвал тебя. — Ёсан быстро отпускает руку Уёна, так как видит, что тому не приятен подобный контакт.       Уён тушуется от слов блондина и испуганно прижимает ручки к груди. Такой зашуганный Чон напоминает Кану маленького ребенка, и он непроизвольно улыбается. — Я…я… вообще не опытен в этом плане! Я целоваться толком только недавно научился! Я девственник, пожалуйста, не делай этого! — на глазах выступают слезы, и Уён шмыгает, подавляя внутреннюю истерику. — Воу, воу, полегче, что ты там себе уже нафантазировал? — по-доброму смеётся Ёсан и демонстративно убирает руки за спину, показывая, что трогать его он не собирается. — Я ничего такого с тобой делать и не хотел…ну фактически. — Фактически? — надломленно переспрашивает Уён, получая в ответ кивок, но все равно не до конца понимая слова блондина. — Видишь ли, у меня в планах добыча по крупнее, я очень сильно хочу приручить одну дикую лисицу, но без твоей помощи у меня это не получится. — с дьявольской улыбкой проговаривает Ёсан, и у Уёна в голове шестерёнки начинают крутиться. — Ты про Сана? — Про него самого. — подтверждает тот, и кивком головы предлагает брюнету присесть на кушетку напротив. — Он тебе не рассказывал, про моё…кхм фиаско?       Немного с опаской спрашивает Ёсан, так как ему бы не хотелось падать в глазах народа из-за одного конфуза, но видя непонимание в глазах напротив, он успокаивается и отмахивается от назревающих вопросов. Конечно, он подозревал, что Сан оставит все это в тайне, но сомнения все же немного его грызли. — Итак, все что от тебя требуется — сказать Сану, что мы переспали. — своим будничным тоном говорит Ёсан, а у Уёна в голове снова шестерёнки крутиться начинают.       К нему медленно приходит осознание какими последствиями это чревато, и он хмурится, не понимая, зачем Кану идти именно таким путем. Ведь Сану, наверное, будет больно и обидно, и он хочет озвучить это вслух, но хитрый огонёк в глазах напротив, говорит о том, что тот уже все решил и отступаться не собирается. — Только пообещай, что не сделаешь ему больно. — Уёну не уютно находится здесь, поэтому он решает поскорее со всем покончить и уйти.       Ёсан вмиг становится серьёзным. Он отводит взгляд и прикусывает губу, сомневаясь в ответе. — Я не могу пообещать… но я постараюсь. — Нет, нет, Кан, ты должен именно пообещать! Сан мой друг, и если он будет страдать из-за тебя, я… — Уён задумывается, как бы пригрозить бесстрашному Ёсану, но как назло в голову ничего не лезет. — Я натравлю на тебя Хонджуна! — Воу, угроза так угроза! — усмехается тот, но все же понимает серьёзность слов Чона. — Ладно, я обещаю, что долго ему не будет больно. — Кан Ёсан! — Послушай, я не говорю о серьёзной боли. Да, ему будет обидно, да он будет на меня зол, но это все маленькие ступеньки, которые приведут и его и меня к осознанию и возможному счастью.       Уён что-то недовольно пыхтит, и хочет послать Кана далеко и надолго, но последние слова не дают ему покоя, и он раздражённо кивает, поспешно отходя в сторону выхода. Но его опять хватают за многострадальную руку, и тут же резко отпускают, когда замечают недовольную морщинку меж красивыми бровями. — Не спеши так, посидим здесь полчасика, а то подумают ещё, что я скорострел. — ехидно тянет блондин, на что Уён лишь закатывает глаза.

***

      Ёсан прогуливает урок и сидит в ближайшем парке, еще раз хорошенько обдумывая свой план. Он не уверен в чувствах брюнета, и не уверен насколько его стратегический ход с ревностью сработает, но попытаться всё же стоит. Сейчас, когда его окутывает такая умиротворяющая тишина его мысли все равно устремляются в русло по имени Чхве Сан. Этот лис, черт возьми, зацепил его, и Ёсан даже не понял, как стал зависим от этой их игры в гляделки.       Возвращается в школу он на любимый обеденный перерыв и первое, что он замечает — максимально недовольный, наполненный обидой взгляд раскосых глаз на себе. От такого мурашки по телу ползут, и он дёргается. Но глаза цепляются за пеструю рубашку, которая слишком выделяется на фоне форменных белых рубашек, и Ёсан спешит к парню, но делает это тихо. — А ты знаешь, что выдавать чужие секреты мерзко? — шепчет на проколотое ухо он, и производит именно тот эффект, которого хотел добиться — Хонджун дёргается и недовольно фыркает в его сторону, отталкивая прижавшегося к спине блондина. Но Ёсан по силе превосходит его. — Тебе ли упрекать меня в мерзости. — Хонджун бросает попытки спихнуть с себя назойливого парня и продолжает выковыривать из своего риса грибы. — Это ещё и подло. Что я тебе сделал, раз ты со мной так? Я был не нежен? — продолжает шептать в чужое ухо Кан, поглядывая в сторону Сана, который поглядывает на них с хищным прищуром. — Хватит дышать мне в ухо! Заслюнявишь серёжки, я тебе твои вместе с мочкой вырву! — Хонджун пихает локтем ребра блондина, и тот, наконец, отстраняется. — Боже, ты такая психичка. — А ты такой мудак. — Продолжишь в том же духе, и я подумаю, что ты в меня влюблён. — Фу, упаси Господи! Я не тот малец, чтобы влюбляться в такого говнюка как ты! — Хонджун отрывается от риса и смотрит на Ёсана своими ехидными глазками, на дне которых черти танцуют. — С чего ты взял, что он в меня влюблён? — пропуская мимо ушей колкости, Кан хватается за такие приятные сердцу слова и немного ерзает на месте, когда Хонджун растягивает свои блестящие от блеска губы в снисходительной улыбке. — Ну камооон, я старше и мудрее, и в делах амурных шарю побольше вашего, и если сначала я думал, что бедный мальчик будет страдать от безответной любви, то сейчас мне остается только пожелать вам счастья, любви и секса побольше! — Ким стреляет глазками в сторону Сана, который напрягается всем нутром, чтобы услышать хоть отголоски "милого" диалога между бывшими партнёрами, но ничего не получается, и он только пилит их своим недовольным взглядом. — А ты можешь обойтись без вознесения себя и нормально ответить на вопрос? — Ёсан хмурит брови и прикладывает все усилия, чтобы не посмотреть сейчас на Сана. — С чего ты взял, что у нас это взаимно? — А с того, что за время нашего не такого большого диалога, меня мысленно убили и похоронили уже несколько сотен раз! Да и к тому же… — Хонджун неожиданно приближается к Ёсану слишком близко и выдыхает следующие слова прямо в губы. — вы слишком очевидны.       Ёсан слышит шум отодвигающегося стула и голос Уёна, который вопрошает, куда уходит Чхве, так и не притронувшись к своему обеду. Он ловит удаляющуюся фигуру взглядом и резко переводит глаза уже на сидящего на своём месте Кима, который с довольным выражением лица наблюдает за недоумением на физиономии Кана и тихо посмеивается над тем, какие же младшие глупые. — Ну что смотришь? Беги за своей обиженной принцессой. — кивает Хонджун в сторону двери, и Ёсан как по приказу подскакивает с места. — Только он не принцесса, он лисичка. — довольно скалится блондин и подмигивает старшему. — Ага, надеюсь эта твоя лисичка вставит тебе мозги на место! — не может обойтись без колкости Ким. — А я надеюсь, ты найдёшь себе того, кто хорошенько тебе вставит! — Ёсан даже поворачивается, чтобы самолично лицезреть гневное лицо старшего и хихикнуть от этого. — Пошел в жопу, Кан! — сердито цедит тот. — Именно туда и собираюсь! — шлёт в ответ он воздушный поцелуйчик и скрывается за дверями, чтобы нагнать своё сбежавшее счастье и, наконец, присвоить его.