Другой

На поле неподвижно стояли тела Пэйна и человек в маске. Два ниндзя неспешно изучали друг друга, обстановку и сопоставляли с тем, что им было известно. Пэйн получал отчеты от Дейдары, Итачи и остальных о внешнем виде, характере и силе джинчурики сильнейшего биджу. И стоящий перед ним брюнет никак не соответствовал портрету Узумаки Наруто. Ну а сам Узумаки испытывал озадаченность иного рода — он не понимал, где оказался. Точнее, где именно, было достаточно очевидно, но вот почему Коноху сравняли с землёй, почему это сделал Пэйн, почему его путают с Наруто, он не понимал. Были подозрения на гендзюцу, но он уже сделал всё что мог, чтобы выбраться из гендзюцу. И либо он был в чрезвычайно мощной иллюзии, которую нельзя было снять даже хаотичным впрыскиванием инородной чакры Къюби в чакроканалы головы, либо в совсем другой реальности. Ещё совсем недавно он бы даже не задумался о втором варианте, но недавняя история с его двойником из параллельной вселенной была хорошим доказательством, что другие миры существуют. Тем более все путали его с Наруто Узумаки, против которого он лично сражался один на один. За неимением иных вариантов, Менма сделал вывод, что каким-то образом попал в мир своего двойника или похожий на него, ведь где один, там и другой. Строго говоря, чего-то такого даже следовало ожидать, ведь даже если его двойник и вернулся обратно, это никаким образом не гарантировало, что других переносов не случится. Хорошо это или плохо, пока оставалось непонятно, да и думать об этом было не время. В своём мире Менма встречался с членами организации «Рассвет» и с их лидером в том числе. Пока отличий было очень мало, пара несущественных, которые можно было объяснить тем, что и оригинального “Бога” он не знал достаточно хорошо. Тем не менее чакра друг друга для них была знакомой — Менма Узумаки запомнил обладателя риннегана, а официальный лидер Акацуки чётко чувствовал искрящуюся ненавистью чакру Девятихвостого внутри его нового противника. Оба были далеко не худшими сенсорами своих стран, поэтому ошибиться на таком расстоянии они не могли. Пауза в реальном мире заняла от силы две секунды. После чего Пэйн сделал первый ход, переместив тела по той же схеме, которую помнил человек-кицуне. Они не атаковали, но замерли в готовности: путь Нараки в самом конце, Тендо посередине, остальные трое спереди. Видя это, брюнет в удовлетворении приподнял уголки губ. Делать выводы было преждевременно, но, похоже, силы этого Пэйна как минимум были схожи с силами своего оригинала. Можно было начинать бой. Но сначала надо было убрать тех, кто мог ему помешать. – АНБУ, отведи госпожу Цунаде в безопасное место. Вы тут бесполезны, не хочу, чтобы мне мешали. И передай это остальным. Выполнять. – Хорошо, – со слабым удивлением ответила Хокаге. Засунув руку в подол своего халата, она вытащила оттуда свой призыв. – Но возьми Кацую, она тебе пригодится. У неё есть вся доступная информация о противнике. Брюнет быстро оценил ситуацию — он был достаточно хорошим сенсором, как и отец, поэтому прекрасно чувствовал чакру окружающих его людей. И среди них было много шиноби из клана Хьюга, и, судя по характерной активности их очага чакры, они сейчас использовали бъякуган, наблюдая за ним. Поэтому ещё один зритель не играл никакой роли — сохранить свои возможности в тайне у него всё равно не получится. Особенно если у неё есть информация о Пэйне этого мира. К тому же кто сказал, что он, Менма Узумаки, покажет все свои козыри? Молча кивнув, он взял маленькую слизь-улитку и положил её во внутренний карман своего плаща-балахона. АНБУ подхватил Хокаге и быстро отступил. Сразу же после этого Пэйн заговорил: – Я представлял тебя несколько другим, Узумаки Наруто. Отвечать Менма не видел смысла — разговор уместен, когда он несёт практическую пользу или хотя бы приятен, но Пэйн не был ему ни другом, ни приятелем, да и в число кумиров никогда не входил. Отвечать же банальными фразами ради того, чтобы просто отвечать, было не в его правилах. Вместо этого он сложил печать Тигра. – Кучиёсе но Дзюцу: Кьюменджу! Чакроканалы напряглись от колоссального количества чакры, которое он выпустил. Воздух потяжелел, от сильных ветров поднялась пыль. Перед ним появились девять печатей, объединенные в одну. В каждой были кандзи — от одного до девяти. Внутри него, в той части, где был запечатан биджуу, он привычно почувствовал вспышку боли и огромную ненависть. Разрыв чакры все еще был болезненным для его хвостатого, при возможности надо было доработать технику. Не то чтобы он так уж сильно заботился о своем сожителе… Кандзи вспыхнули голубым светом, и оттуда начали выходить его создания. Пять зверей Шинджу и четыре жреца Шинкан. – Начнём, если ты не против, – обронил Менма в окружении лисоподобных существ. Простая провокация, чтобы противник начал действовать первым. Бросаться в бой сломя голову тоже было не в привычках Узумаки — даже первый стиль тайдзюцу, который он изучил, базировался на контратаках, а не на грубом натиске, хотя, с возможностями его тела, второе казалось напрашивающимся. На этот раз не стал отвечать Пэйн, продолжая сверлить его немигающим взглядом, но в то время Путь Зверя вышел вперёд. Сложив несколько печатей, он призвал группу искажённых существ: трехглавая собака, носорог, птица, буйвол и хамелеон. Все прошиты имплантированными в плоть штырями, подобно основным телам Пэйна, и у всех в глазах горел риннеган. Однако животные были живы и обладали собственной чакрой, хоть и сильно разбавленной чакрой Пэйна, а не являлись анимированными трупами. Это было любопытно, как и то, что, едва звери появились, Путь Нараки залез в рот хамелеона и они исчезли. В том числе и из восприятия чакры. Остальные звери тем временем уже пошли в атаку… «Если я правильно помню, то каждое из человеческих тел обладает только одной способностью, кроме центрального. У него был контроль гравитации и защита от любых дзюцу. Какие техники у остальных? Будет интересно узнать… Но сначала надо убрать этих». Один из Шинкан ринулся в сторону носорога и буйвола, спеленав их с помощью своей козырной способности. Техники этого жреца были особенно ценны, так как были способны сдержать Двуххвостую без особых проблем. По расчётам Менмы, сдерживать можно было даже Пятихвостого — над этой своей «куклой» Узумаки работал долгое время. Идеей для него послужила техника цепей чакры его матери. Другой же полетел в сторону птицы и начал сражение в воздухе. Звери в масках были намного слабее жрецов, поэтому сразу пятеро ринулись в сторону трехглавой собаки. Размениваться или как-то долго тянуть бой оинин Листа не планировал, это было не в его стиле. Нужно было закончить всё как можно скорее. Менма сорвался с места, решив завязать бой в тайдзюцу. Два оставшихся Шинкана также последовали его примеру — оба были созданы для сражений в тайдзюцу. – Наруто-кун, дзюцу не работают на Пэйне прямо перед тобой, он способен поглощать любое ниндзюцу, – предупредила Кацую, выйдя из-под его плаща. Это было новостью, ведь он был уверен, что поглощение дзюцу принадлежит главному телу, вместе с гравитацией, поэтому информация была полезной. Но это не поменяло его действия — между ними завязался бой в тайдзюцу. Путь Преты был быстрым и достаточно ловким, несмотря на свою тучную комплекцию. В технике тайдзюцу он также был неплох — он успевал парировать и уклоняться от ударов двух Шинканов, правда, Менма так и не понял, как он предсказывал их действия, когда не мог их видеть. Ещё одна способность Риннегана? – Их обзор связан, Наруто-кун. То, что видит один из них, видят все. Если хочешь попасть по ним… – Надо сделать так, чтобы они этого не увидели. Интересное дзюцу, – закончил за неё Менма. Он был уже поглощен всецело сражением, поэтому особо сильно не раздражался из-за глупого имени “Наруто”. В своей реальности ему не приходилось сражаться со всеми шестью “Богами” Амегакуре но Сато, из-за чего он не знал полный спектр возможностей его Пейна, но у этого… связанное зрение по сути тот же обзор на триста шестьдесят градусов Хьюга, в чём-то даже лучше. Сможет ли он сделать так же с его Кьюменджу? «Потом об этом ещё подумаю, идея перспективная, хоть и сложная в реализации, ну а сейчас… сейчас мне надо разобраться с Гакидо. А кто справится с призраком лучше, чем его природный палач, Шинигами?» После мысленной команды один из сражающихся Шинканов немного замедлился и специально атаковал воздушным потоком, чтобы “Голодный Дух” поглотил технику. Сразу же после этого оба жреца отступили от своих противников. Шинджу в это время тоже разобрались с призывами Акацуки и вернулись к человеку в маске. «Этот жрец не так быстр, как остальные трое, но вот его чакра очень губительна даже для привыкших к токсичной чакре джинчурики. Он вышел не таким, каким я изначально планировал, но Янь-энергия Къюби, смешанная с капелькой духовной силы Шинигами, оказалась смертельной для многих сильных нукенинов. Что странно, на силу и особенно скорость его дзюцу это влияет крайне негативно. Интересно, как на неё отреагирует изначально мёртвое тело? Перестанет функционировать или доберется до главного?» Ответ не заставил его ждать. Поглотивший технику стихии Ветра Гакидо начал стремительно стареть, терять цвет волос и дёргаться, как будто главный Пэйн старался задавить “заразу”, но у него ничего толкового не получалось. Тело продолжало отмирать, даже металлические штыри немного изменили цвет, став похожими на ртуть. А потом тело упало, как будто кукольнику отрезали нити. На поле боя оба противника снова посмотрели друг на друга. – Ты не такой, каким мне тебя описывали, Узумаки Наруто, – вновь начал разговор Тендо, он же главное тело Пэйна, склонив голову набок и уставившись на черноволосого ниндзя. – Ты очень силён и ты научился контролировать силу своего зверя на совершенно другом уровне, чем любой другой сосуд биджу. И ты отлично держишь себя для того, кто видит убийцу собственного учителя и убийцу твоих товарищей. – Ты меня тут хвалить собрался? – вздёрнул бровь под маской Менма, достаточно довольный тем, как избавился от весьма проблематичного противника, поглощающего дзюцу, чтобы поддержать беседу. Теперь можно было переходить на совершенно другой уровень техник. Долго рассусоливать с противником он не собирался. – Джирайя-сенсей хорошо тебя обучил, Узумаки Наруто, я признаю тебя и твою силу. Но всё это бесполезно, сдавайся ради мира. Как его ученик, ты должен был меня понимать. Я прошу тебя не сопротивляться, твоя смерть принесёт всеобщий мир. – Не сопротивляться? Сдаться ради мира? Смотрю, ты просто обожаешь нести всякий бред, – пронзительный гул одной из его мощнейших техник с каждой секундой становился всё громче, в его вытянутой вперёд руке вращался Расенринг. Одновременно держать в узде чакру Девятихвостого и контролировать настолько закрученную чакру было сложно, обычно он был способен на гораздо большее, но в этот раз, кажется, это был его предел. Похоже, перемещение в мир его двойника испоганило контроль над биджу. Надо было поскорее решить это, пока подчиняющая печать окончательно не сломалась. Это было ещё одной причиной закончить все здесь и сейчас. – Расенринг! С размаху Менма отправил технику S-ранга в сторону своего врага. Главный, через которого Пэйн разговаривал с ним, успел уклониться, а вот скорость двух оставшихся была на более низком уровне — Акацуки пришлось пожертвовать длинноволосым, чтобы спасти того, кто мог призывать разных существ. Это было уже минус три, остались ещё трое. – Кацую-сан, на что способен тот, кто скрылся в начале? – спросил Узумаки, всё ещё не найдя третье тело с помощью своих сенсорных способностей и даже способности Къюби ощущать эмоции окружающих. Либо ещё одно свойство додзюцу, либо способность призыва. Скорее второе, чем первое — стоящих перед ним Пэйнов он ощущал прекрасно. – Он может возрождать тела других Пэйнов с помощью своего призыва, – сообщила слизь. – Но несмотря на это, больше всего проблем приносит тот, что слева. Он обладает способностью отбрасывать любые техники и влиять на силы притяжения. – Спасибо за полезную информацию, Кацую-сан. И всё же надо разобраться с тем, кто умеет воскрешать, — сделал вывод Менма, хотя он сомневался в том, что Пэйн успеет возродить кого-либо. Два демона Кьюменджу сейчас были свободны и могли помешать возрождающему применять свою технику. Победа над Пэйном была делом времени — тот был достаточно истощён битвой с деревней и к тому же лишён своей главной атакующей способности. Сила, скорость, выносливость, количество чакры — всё было на его стороне. На равных условиях Узумаки пришлось бы призывать полноценного Къюби, чтобы разобраться с ним. Как бы то ни было, план боя был готов. – Похоже, Дейдара был прав. Ты не из тех, кто слушает, – выбравшись из-под удара и разогнувшись после прыжка, заметил Тендо. «Хоть что-то у нас общее с этим идиотом Наруто», – мысленно усмехнулся Менма. Два жреца отправили в сторону Пейна киндзюцу, поглощающее чакру и немного истощающее физически — Кетчура, но тот легко уклонился. Не то чтобы Узумаки этим хотел добиться чего-либо серьёзного, но вот подметить кое-что, а именно то, что скорость оставшихся тел стала намного выше, у него получилось. В принципе логично, действие призывов Кьюменджу было чем-то схожим с дзюцу марионеток Пэйна, хоть и было более автономным на его субъективный взгляд. В общем, выходило, что Пэйн стал немного сильнее, чем десять минут назад. С другой стороны, и обзор у него стал куда меньше. – «Хотя если угол обзора призывов также связан, то он видит так же хорошо, как вначале. Как бы то ни было, техники Пэйна поражают своим разнообразием. Если это сила риннегана, то он будет моим». – Могу я задать вопрос? – спросил Менма и, дождавшись двухсекундного молчания от своего противника, которое можно было принять за согласие, продолжил. – Ты не настоящий. Твоя техника марионеток очень необычна, я бы даже сказал уникальна, но для такого управления телами управляющий должен быть рядом, я прав? Твоя личная техника или это возможности глаз бога шиноби? Пэйн не ответил и продолжил наблюдать за ним. По его равнодушному, безжизненному виду нельзя было многое сказать, но похоже, он не мог понять, о чём думает его враг. Как человек, с некоторых пор постоянно ощущающий негативные эмоции окружающих и потому волей-неволей очень хорошо разбирающийся в людях, Менма примерно догадывался, что непонятно главе Акацуки. Тот не мог понять, почему Наруто Узумаки, человека, который прыгает без раздумий в ловушку врага ради товарищей (по крайней мере, ради Сакуры из своего мира он сделал именно это), волнуют сейчас особенности техник врага, а не состояние родной земли и состояние своих друзей? Кажется, Пэйн был даже немного разочарован его действиями. Вообще, Менма поступал сейчас немного неразумно, ведя себя как обычно. По-хорошему, надо было прикинуться своим двойником и выяснить, в чём отличия этого мира. Тот идиот Наруто, с которым он сражался, был достаточно силён, особенно если учитывать его скудные умственные способности. Возможно, шиноби тут были сильнее или искуснее, чем в его родном мире. Хотя, с другой стороны, Лист, сильнейшая скрытая деревня шиноби, побеждена одним ниндзя-кукольником и в данный момент лежит в руинах. Конечно, тот был главой организации, состоящей исключительно из ниндзя S-ранга, но всё же Менма за время боя не заметил в нём какого-то особо неодолимого могущества, коего можно было ожидать от победителя поселения заметно более сильных шиноби, нежели жители его родного мира. Ну да ладно, у него всё равно не вышло бы долго изображать из себя крикливого, экспрессивного барана. Конечно, не скрывая свою личность, он осложнит себе сбор информации, но это не катастрофа. — Ты следующий, — указав пальцем на Путь Зверя, сказал масочник. И не медля более ни секунды, сорвался с места в сторону указанного тела. Он надеялся одолеть его благодаря своему полному превосходству в физической силе и скорости, чтобы наконец выкурить воскрешающего. Тут главным было сделать это так, чтобы не слишком выдать реальные возможности джинчурики Къюби, которого половину жизни готовили стать вместилищем биджу и другую половину учили контролировать силу своего монстра. Менма никогда не любил пристальное внимание от кого бы то ни было. К сожалению, со скрытностью у него всю жизнь были некоторые проблемы.