Дистанция к счастью

      Для большинства населения планеты самым страшным в жизни становится осознание, что вся жизни уходит на работу, колоссальный труд за малую плату забирает у человека самого себя. Люди не жалеют своё здоровье в попытке заработать лишнюю сотню зелёных, которая, с первого дня было понятно, уйдёт на оплату ренты жилья или других благ, без которых мы уже не умеем жить. Ещё тяжелее осознавать, что эта «бедность» передается по наследству. В таком случае дети с ранних лет ищут способ заработать, чтобы облегчить дни родителей. Некоторым из них везёт, и к более поздним годам жизнь налаживается, намекая даже на счастливую старость. Но некоторые теряют всякую надежду на хорошее образование, поэтому отправляются за деньгами к работодателям, которые совсем не стесняясь проявляют неуважение к их труду. Американская мечта уже давно перестала считаться признаком счастья. Ты попадёшь в эту сказку, если у тебя есть деньги, связи, правильное семейное древо или ты готов идти по головам других, наплевав на моральные принципы. В противном случае, ты загинаешься на окраине провинциального городка, ночуешь, в прямом смысле, в гнилых апартаментах, на ужин ешь замороженные полуфабрикаты за доллар, но при этом, как настоящий американский гражданин, ты платишь многотысячные налоги.       Топаз была из тех людей, кто основательно вкусила действительную реальность положения дел в стране. Каждый день ей приходилось преодолевать порядка десяти километров, чтобы получить самую минимальную степень образования, вечером она без перерыва работала на заправке, мило улыбаясь каждому входящему, хотя в душе она ненавидела всех до одного. Тони душила обида на такую несправедливость. Деньги, которые она отчаянно пытается накопить, чтобы поехать на соревнования, в тот же момент являются ее последним шансом. Потому как если один из агентов заметит ее на соревнованиях, есть шанс получить приглашение в университет.       А ведь так живут большинство сегодняшних подростков. Для многих из них образование возможно в случае, когда учебное заведение, проанализировав успехи ребёнка, соглашается на стипендию. Многие из подростков берут кредиты, чтобы заплатить за учебу. Средняя цена обучения в университете около сорока тысяч долларов в год, следовательно, чтобы пройти полную программу, нужно, как минимум, полторы сотни тысяч баксов. От таких цифр у Тони голова шла кругом.       И сейчас, в вечер пятницы, когда другие школьники отдыхают после тяжелой недели и набираются сил для новых дел, Топаз медленно плелась по пути домой. Хоть сегодня она и закончила смену раньше, поработать ей пришлось много, ведь многие семьи уезжали из городка или же наоборот, приезжали из Нью-Йорка в пригород, чтобы отдохнуть на воздухе. У девушки болело все: от макушки до пяток. Как бы не было физически подготовлено ее тело, перенапряжение ещё никто не отменял. Единственное о чем шатенка сейчас мечтала, так это принять расслабляющий душ и поскорее лечь спать.       Войдя в дом, Тони услышала шум от работающего телевизора, значит отец дома. Очень часто по вечерам он выпивал в баре Белый Змей, который принадлежал Банде Змеев. В такие дни Свит Пи оставлю смс для подруги, предупреждая, что у неё появилась возможность провести спокойный вечер в стенах своего дома. Сейчас же, девушке оставалось надеяться, что отец не обратит внимания на возвращение дочери, так шатенка избежит очередного бесполезного разговора с ним. Топаз тихо прошла в гостиную, пространство которой освещалось картинкой на экране. На диване спал отец, рядом на маленьком столе стояла пара бутылок пива, в пепельнице дотлевал окурок. Подобная картина уже давно перестала удивлять Тони, ещё чуть позже она перестала чувствовать отвращение ко всему, сменившись с тем, что ей нужно просто перетерпеть это время и дождаться окончания школы.       До смерти миссис Топаз, глава семейства был известнейшими человеком в городе. «Он сантехник с золотыми руками» кричал каждый горожанин. И это действительно так, мистеру Топаз было под силу исправить поломку любой сложности. Потеряв свою любовь, отец перестал следить за дочерью, с каждым днём тратя все больше заработанных денег на выпивку и все сильнее отталкивая от себя Тони. На сегодняшний день реальность такова, что девушка лишний раз не пользовалась душем или электричеством в доме, потому что отец обязательно устроит скандал из-за больших квитанций. Поэтому сейчас шатенка аккуратно подошла к телевизору и тихо повернула рычаг выключения, который все же предательски захрустел.       - Я тебя не просил об этом, - Тони вздрогнула от грубости голоса за спиной.       - Скажешь потом спасибо, что электричество не накручивалось просто так, - девушка шагнула в коридор, ведущий к ее комнате.       - Ты хочешь поспорить со мной? - оскалился мужчина, приподнимаясь в сидячее положение.       - Нет, спи дальше, - с отвращение сказала она.       - Тебе не стыдно? Я сутками пропадаю на работе, оплачиваю счета, а от тебя даже «спасибо» не услышать! - мистер Топаз встал на ноги. - В доме грязь, гора нестиранной посуды, в холодильнике шаром покати. Очнись! Больше не получиться жить на готовеньком! - он приближался все ближе, размахивая указательным пальцем перед смуглым лицом. Тони почувствовала едкий запах алкоголя, донёсшийся от отца.       - Мне должно быть стыдно, за то что ты обязан заботиться обо мне, потому что я твой ребёнок? - Топаз не выдерживает и начинает кричать, в глубине души осознавая, чем это снова закончится. - Я убираюсь в доме, стираю твои вонючки шмотки, - девушка кричал, смотря прямо в лицо отца, - работаю каждый вечер, учусь в этой школе, а ты пропиваешь все деньги в баре!       Топаз-старший схватил шатенку у основания шеи, сдавливая ключицы до посинения пальцев. Его глаза наполнены яростью, которая видна даже в кромешной темноте. Ссадины по всему телу и разбитая бровь не успели зажить с момента прошлой ссоры, Тони понимала, что сейчас ей также не избежать новых увечий.       - Ты... Неблагодарная! - брызжа слюной орал он.       - Я ненавижу тебя! - Тони была практически прижата к стене, но все равно продолжала говорить. - Ненавижу за то, что ты не стал мне настоящей поддержкой после смерти мамы, за то, что я должна голодать сутки напролёт, пока ты блюёшь где-то в загаженном переулке! Ненавижу за то, что я каждый день терплю на себе десятки взглядов из-за твоих избиений! Ты убил во мне все живое, растоптал мое детство, загубил мои шансы на счастливую жизнь!       С каждым словом мужчина скалился все шире, дышал чаще, вжимал девушку в стену, сдавливая плечо дочери так сильно, что его пальцы уже онемели. Он неожиданно левой рукой перехватил середину смуглой шеи, переместив правую кисть в тоже место, Топаз-старший начал душить девушку.       - Чего медлишь! Дави сильнее! Давай же!       Тони ударила отца кулаками в плечи. Смуглое лицо залилось неестественным цветом с оттенком синевы, по щекам текли слёзы, внутри бушевали злость, ярость, отчаяние, обида. Ее терпение лопнуло, кончились силы бороться за место под солнцем, наступил момент безразличия.       - Ты даже не представляешь, как я была счастлива этим летом! Я ненавижу тебя! Слышишь? Убей меня! - голос Топаз сорвался, превращаясь в хрипы. - Может, смотря на мое спокойное лицо в гробу, ты поймёшь в какого урода ты превратился! И какого человека из меня ты тем самым сотворил!       Последние слова будто отрезвили мужчину. Его хватка на шее дочери ослабла. С глаз спала пелена, ярость превратилась в презрение к самому себе. Топаз-старший попятился назад, с ужасом смотря на свои трясущиеся руки.       Тони упала на колени, из ее груди вырвались всхлипы. Девушка жадно хватала воздух, вздрагивая от ощущаемой боли в горле. Холодными пальцами она осторожно коснулась горящей кожи.       - Тони... Дочь... - еле слышно шептал отец.       Шатенку заполнило чувство ужаса. В этот раз она, по ощущениям, была в паре многовентильный от того, чтобы ее жизнь окончилась навсегда. Топаз торопливо попыталась встать с колен. Увидев, что отец делаешь шаг навстречу ей, девушка попыталась бежать, но тело, все ещё находясь в стрессе, отказывалось слушаться, она упала на живот.       - Нет! Даже не подходи ко мне! - каждое слово приносило ей непередаваемую боль.       Тони поднялась на ноги, опираясь о стены, она добралась к своей комнате. Захлопнув дверь за спиной, шатенка спустилась на пол, обхватывая себя руками. Девушка продолжала жадно хватать воздух, пытаясь справиться с образовавшейся внутри... Паникой? Чтобы она не кричала там в коридоре, умирать Топаз не хотела. Тони закрыла замок в комнате, и осторожно легла на холодный пол, это всегда помогало ей восстановиться. Шатенка закрыла веки и начала медленно вдыхать и выдыхать.       В следующую секунду, Тони ощутила подступающую тошноту от одной лишь мысли, что после произошедшего, ей придётся провести ночь в этом доме. Нет, ей нужно уйти, после она, конечно, вернётся, как всегда это бывает, потому что у неё нет выбора. Но сейчас Тони хотела уйти, совершенно не волнуясь о том, где собирается ночевать и что будет делать. Шатенка дрожащими руками закинула первые попавшиеся вещи в сумку, взяла из отложенных денег две десятки и подошла к окну. Октябрь почти подошёл к своему завершению, но сегодня было необычайно тепло. Топаз ощутила неожиданное желание пробежать несколько километров, поэтому она быстро накинула кофту с высоким горлом, о чем немного пожалела, ощутив неприятно чувство в области шеи, и вылезла через окно. Захватив сумку, она прикрыла его и направилась к школе.       - Тони, я... Мне нет прощения... Тони?       Но Топаз уже не слышала очередных пламенных речей отца.       Шатенка и не помнит, каким образом случилось так, что директор Везерби сделал для неё дубликат ключа от запасных ворот, ведущих на стадион. Кроме того, мужчина договорился с охранниками, чтобы они не выгоняли ее с территории, если девушка вдруг захочет потренироваться. Время только перевалило за седьмой час вечера, поэтому по улице сновали подростки и семейные парочки, выгуливающие собак. С такой обстановкой особо не побегаешь по улицам, да и атмосфера стадиона больше успокаивала мысли шатенки. Доступ к территории не впервые выручал ее, каждый раз помогая справиться со стрессом и привести мысли в порядок.       На всю огромную территорию стадиона вечером работали только два фонаря, установленные по обе стороны у входов в раздевалки и подсобные помещения. Атмосфера пугающей темноты вселяла в эту пробежку какой-то странный вид романтики. Полуночных монстров Топаз не боялась, поэтому оставив сумку на сидении трибуны, отправилась на первый круг.       Иногда ее пробежки сопровождались музыкой в наушниках, пару раз из них звучал аудиоформат книги, которую им задали в школе. Но сейчас девушка предпочла естественный звук от подошвы кроссовок и шум ветра в ушах, будто надеясь, что он выгонит из ее воспоминаний произошедшее сегодняшним вечером.       Тони не хотелось ничего: ни плакать, ни молотить кулаками стену, ни пинать, что первое попадётся, даже кричать желания не было. Внутри пустота и ничего более.       Раньше отец мог позволить себе толкнуть дочь, дать пощечину, ударить в плечо, схватить за руку. Тони молчала, не потому что боялась, а потому что он ее отец. Прошло не так много времени, чтобы шатенка была способна забыть моменты из детства, время проведённое с семьей, которое скорее напоминало клише, но тогда Топаз все же была счастлива. Наверное, где-то там внутри маленькая Тони все ещё надеялась вернуться в те времена.       Из-за наполнивших ее голову мыслей шатенка не заметила, как сильно она разогналась. Замешкавшись, Тони споткнулась о свою же ногу и упала на прохладный газон.       - Блять!       От неожиданного крика девушка вздрогнула. Она подняла свою голову, ее глазам понадобилось несколько минут, чтобы привыкнуть к темноте. Через время Шерил заметила лежащую у дорожки Тони.       Сегодня рыжеволосая как-то особенно была отстранена от всех. Ее настроение было плохим с самого утра, внутри чувствовалась какая-то апатия. Блоссом сама того не заметила, как что-то извне привело ее на стадион сразу после окончания занятий в кружке рисования. Здесь она уже почти час сидела с альбомом в руках и, слушая звуки тишины, рисовала все, что посещало ее голову.       Шерил сложила все вещи в рюкзак и спустилась с трибуны, направившись к шатенке.       - Даже не пытайся сказать, что я тебя преследую, - сказала рыжеволосая, не давая начать Тони.       - Ладно, не буду, - шатенка сказала это тихо, поднимаясь с газона.       - Что произошло? Ну, то есть, почему ты лежишь на холодной земле?       - Потеряла контроль и упала, как ты можешь догадаться, - Топаз направилась к другой трибуне, пытаясь избежать разговора.       - Уже поздно для пробежек.       - Хм, мое присутствие здесь более оправдано, чем твоё, - протянула шатенка, намекая на своё занятие.       - Я здесь тоже не просто так, - Шерил наблюдала за девушкой, поджав губу.       - И зачем же?       - Секрет, - кокетничала Шерил.       - Ну, да, точно. У меня не тот уровень секретности.       Топаз достала из сумки одну из футболок, чтобы вытереть пот с лица. Следом оттуда выпал шоколадный батончик, которые она иногда покупала на заправке, потому что там они стояли по пятьдесят центов или же ей их постоянно таскал Свит Пи.       - Это что-то вроде моей мотивации, - слегка улыбнулась шатенка.       - Родители говорят, сладкое вредит здоровью и фигуре.       - Послушай...       Топаз вдруг ощутила скопившееся внутри чувство вины перед рыжеволосой. Ей, однозначно, нужно было извиниться.       - Я... Мне не стоило так с тобой разговаривать. Я вроде как была не в духе. Но... Это все равно не даёт мне права так себя вести. Ты была добра ко мне, а я....       Перед Блоссом появилась девушка, из которой улетучилась вся дерзость и смелость, что были в ней ранее. Шерил видела, как сильно шатенка сожалела о своём поведении.       - Да, ничего. Мы все время от времени бываем не в духе, - рыжеволосая посмотрела на смуглые руки , которые нервно перебирали пальцами упаковку конфеты.       - Возьми, - заметив взгляд девушки, Тони протянула ей сладость. - Я не пытаюсь так загладить вину. Просто...       Шерил взяла презент и принялась сразу же вскрывать упаковку, следом спросив:       - А как же ты?       - Нет, не нужно, - улыбнулась Тони, сложив вещи в сумку.       - Я поделюсь, - Блоссом сильнее раскрыла упаковку, чтобы разломить конфету пополам.       - Шерил, - сказала мягко она, заглянув в глаза напротив, - не нужно. Тем более, сама говоришь, это вредно для фигуры, а мне нужно держать себя в форме, - усмехнулась Тони, вызывая тем самым улыбку у рыжеволосой. - Мне пора.       - Могу подвезти тебя.       - Я хочу ещё прогуляться, но все равно спасибо, перекинув сумку через плечо, Топаз направилась к воротам.       - Спокойной ночи, - тихо пожелала Блоссом, мило улыбнувшись.       Неожиданно для рыжеволосой Топаз остановилась и через несколько секунд обернулась.       - Доброй ночи, Шерил.       Имя одноклассницы шатенка произнесла осторожно и ласково, медленного протягивая каждую букву, словно смакую его на вкус.