Oil and Sugar

Джагхед готовился ко сну, когда раздался стук в дверь. — Открыто, — крикнул он. Дверь распахнулась, и в проёме показалась Тони, прислонившаяся к косяку. — Что случилось? — спросил он. — У тебя внизу небольшая проблема. — Что за проблема? — Полуобнажённая, — ухмыльнулась Тони. — Да какая мне разница, кто и во что одет? У нас нет никакого дресс-кода, кроме как прикрывать свои активы. — Конкретно в этом случае, думаю, тебе будет не всё равно, — сказала Тони с улыбкой и исчезла. Вздохнув, Джагхед встал. Он направился по коридору к лестнице, ведущей в бар. Спустился вниз, подошёл к бару, встал за стойку и взял пиво. Окинув взглядом толпу, он не увидел ничего необычного. Из музыкального автомата гремел классический рок, люди танцевали, играли в бильярд, дартс и пили — всё было в полном порядке. Джагхед вопросительно посмотрел на Тони. Та с ухмылкой кивнула в сторону танцующих. Он обернулся, пригляделся — и замер. Бетти раскачивалась в такт музыке посреди толпы мужчин, которые танцевали вокруг неё, чуть ли не капая на пол слюной. Она была одета в короткие джинсовые шорты, демонстрировавшие великолепные длинные ноги, и джинсовую рубашку, которую она даже не потрудилась застегнуть, — просто завязала под грудью. Тут Бетти заметила его, и на её лице появилась вызывающая ухмылка. Она вскинула руки над головой, подняла волосы и позволила им упасть, покачивая бёдрами в такт музыке. Джагхед окинул её взглядом и почувствовал, как внутри закипает похоть. Она была потрясающей, сексуальной и чертовски голой. Движения Бетти были соблазнительными, её глаза не отрывались от глаз Джагхеда, будто призывая его к действию, — и, когда он увидел пару грубых рук, лежащих на её бедрах, он к этим действиям перешёл. Внутри взревел ревнивый гнев: Джагхеда охватила ярость. Бетти, казалось, вздрогнула, когда её снова прижали к чьему-то телу, а Джагхед со стуком поставил пиво на стойку и направился в её сторону. Люди спешили убраться с его пути, а он, подойдя к Бетти, схватил её и оттащил от лапавших её рук. — Убери от неё свои грабли, — сердито крикнул он, отталкивая мужчину к стене. Потом повернулся к Бетти и сердито потянул её через толпу — той пришлось бежать, чтобы не отстать от его длинных шагов, иначе он буквально потащил бы её. — Кто это, чёрт возьми? — спросил Джус, подойдя к Тони. Она усмехнулась и прислонилась к стойке бара. — Это подруга Джагхеда, — сказала она. — Подруга по траху? Эти двое — приятели по траху? По-моему, они немного больше — учитывая, как он зол. Кого они пытаются обмануть? — Очевидно, сами себя, потому что остальные всё видят, — рассмеялась Тони. === Поднимаясь по лестнице, Джагхед не ослаблял хватки на её руке, и Бетти была уверена: останется синяк. Она на мгновение задумалась, не зашла ли слишком далеко. Он был чертовски взбешён. Протащив её по коридору, он втолкнул её в какую-то комнату, захлопнул за ними дверь и прижал к ней Бетти. — Какого хрена ты там делала? — зарычал он, его глаза полыхнули огнём. — Танцевала, — сказала она с ухмылкой, поднимая подбородок. Джагхед сердито рассмеялся. — Больше похоже на то, что ты просто виляла задницей, ожидая, что кто-то схватится за неё, — возмутился он. — В чём дело, Джагхед? Ты что, ревнуешь? — лукаво спросила она. Его глаза сузились, а гнев усилился. — Ты что, блядь, издеваешься надо мной? Ты пыталась заставить меня ревновать? — И, думаю, сработало, — со смехом сказала Бетти. Джагхед выглядел таким сердитым, что она могла бы поклясться, его веко начало дёргаться. — Странное чувство, правда? Ревность. Просто появляется из ниоткуда, — сказала она, чувствуя, как в ней поднимается гнев. Гнев на эти грёбаные эмоции и чувства, которые её переполняли. Гнев на Джагхеда — за то, что заставлял её чувствовать их. Она отвечала ему взглядом на взгляд. — Никогда больше не оставляй меня в подвешенном состоянии, — отрезала она. Джагхед поднял бровь и рассмеялся. — Серьёзно, Бетти? Вот почему ты здесь? Пришла размахивать своей задницей в баре, чтобы попытаться заставить меня ревновать, потому что я не дал тебе оргазма? — насмешливо сказал Джагхед. Услышав эти слова, Бетти почувствовала себя немного униженной, и это привело её в ярость. — Пошёл ты, — яростно сказала Бетти, повернулась и попыталась распахнуть дверь. Она приоткрылась на дюйм, прежде чем Джагхеж снова её захлопнул. — Я так не думаю, — прорычал он на ухо Бетти, прижимая её к себе. Она повернулась и оттолкнула его — с тем же успехом она могла бы пихнуть кирпичную стену. — Отпусти, — буркнула она, и он тут же отступил назад, тяжело дыша и всё ещё сердито глядя на неё. — Пошёл ты. С меня хватит! — Можешь идти, сладкая, — сказал он холодным голосом. Бетти стояла, сжав кулаки; её грудь тяжело вздымалась, и она смотрела на него, понимая, что последнее, чего ей сейчас хотелось — это уйти. Нет, ей хотелось, чтобы он был на ней и в ней. Бетти провела языком по губам, и взгляд Джагхеда тут же скользнул на её рот. Когда он вновь посмотрел девушке в глаза, гнев в его взгляде мешался с тяжёлым вожделением, и она почувствовала, как между ног у неё всё заныло от возбуждения. Бетти не знала, кто двинулся первым, но внезапно она оказалась прижатой к двери, её ноги обвились вокруг его талии, его руки — на её заднице, а язык — у неё во рту. Бетти застонала и вцепилась в его волосы, впиваясь в него влажным поцелуем и посасывая язык, жадно толкавшийся ей в рот. Джагхед провёл рукой по волосам Бетти и потянул её голову назад, посасывая кожу на её шее, оставляя на ней следы и спускаясь всё ниже. Он повернулся и направился к кровати, которую Бетти заметила в углу комнаты. Она прижалась своим ноющим центром к его твердому, как камень, возбуждению в джинсах и застонала, когда его зубы впились в её плечо. Джагхед бросил её на кровать и стянул с себя рубашку, а она развязала свою и быстро стянула её. Она не позаботилась о лифчике. Его глаза всё ещё были злыми, когда он опустился на неё сверху. Она поднесла руку к его лицу, и он схватил её и швырнул обратно на подушку, не позволяя ей прикоснуться к нему, его губы прижались к её губам в наказывающем поцелуе. Она обхватила его ногами и прижалась к нему, постанывая ему в рот. Он оторвался от неё и посмотрел на неё сверху вниз; их груди вздымались, гнев и похоть кипели. — Чего ты хочешь? — прорычал он, прижимаясь к ней всем телом. — Трахни меня, — горячо потребовала она. Его руки потянулись к её шортам, через несколько секунд он стянул их и уставился на неё, когда увидел, что трусиков нет. — Серьёзно? — он закипал от злости. — Ты, блядь, почти без одежды, и под ней нет нижнего белья? Он снова пришёл в ярость. Её руки потянулись к пуговице и молнии его джинсов. — Заткнись и трахни меня! — снова потребовала она. Он спустил джинсы и боксеры достаточно далеко, чтобы освободиться, и потянулся через неё, обнаружив, что она промокла и уже готова. Он с силой вонзился в неё, и она вскрикнула, царапая ногтями его спину. Он не был нежным, и она не хотела, чтобы он был таким. Он опёрся на руки и начал трахать её, жестко и быстро; застонал от ощущения её тела вокруг себя. Её глаза закатились, и она крепче обхватила его ногами, встречая его толчки, прижимаясь к нему. — Чёрт, да, — закричала она, чувствуя, как её начинает закручивать спираль, и освобождение нахлынуло на неё так же быстро, как и раньше. Он почувствовал, как она напряглась, и вдруг вышел, оставив ни с чем. — Нет, нет, пожалуйста, Джагхед, — закричала она, дрожа всем телом. — Ты хочешь продолжить, Бетти? — спросил он; его голос был тяжёл и полон жара. — Так вот зачем ты сюда пришла? — Да, пожалуйста, я хочу тебя, — умоляла она, пытаясь притянуть его к себе. Он снова зажал её руки над головой, не позволяя прикоснуться к себе. В её глазах было дикое, отчаянное выражение. — Кто-нибудь ещё вызывает у тебя такие чувства, Бетти? — спросил он, прижимаясь к ней. — Нет, — выдохнула она, поднимаясь к нему. — Ты говоришь это только потому, что хочешь, чтобы тебя трахнули? — прорычал он ей в ухо. — Нет, Джагги, клянусь, — закричала она. — Никто никогда не вызывал у меня таких чувств, кроме тебя. Джагхед посмотрел ей в лицо и увидел правду, нужду, желание и отчаяние в её глазах. Он наклонился и просунул в неё два пальца, собственнический и метящий, обхватив её всей рукой. Она ахнула и прижалась ближе. — Позволь мне внести ясность в некоторые правила, — резко сказал он. — Пока я помогаю тебе с, хм, чесоткой — эта чесотка принадлежит мне! Никто не прикоснётся к ней, и никто не прикоснётся к тебе! Ты меня понимаешь? — потребовал он. Она быстро кивнула. — Я скажу тебе, когда у нас всё закончится, а до тех пор ты принадлежишь мне! Она всхлипнула и кивнула, так отчаянно желая освобождения, что согласилась бы на всё. Он дал ей то, чего она хотела, с силой войдя в неё, и она вскрикнула от облегчения. Он завладел её ртом и начал быстро двигаться, отчаянно желая освободиться. Это заняло всего несколько мгновений, и он был потрясён, когда она начала сжимать его, и ему даже не пришлось двигать рукой между ними. Она раздвинулась и сжалась на нём, и он кончил вместе с ней, тяжёлое освобождение пронзило его. Он застонал и затрясся, прижимаясь к ней, их тела были скользкими от пота, их вздохи наполняли воздух. Он упал на неё, и она обвилась вокруг него, её тело всё ещё трепетало вокруг его длины. Через некоторое время он скатился с неё и встал с кровати. Бетти судорожно вздохнула, внезапно почувствовав себя опустошённой и одинокой. Слёзы жгли ей глаза, и она чувствовала себя полной дурой. Она резко села, и он швырнул в неё футболку и спортивные штаны. Она нахмурилась и посмотрела на него. — Надень это и иди домой. И никогда больше не приходи в этот бар в таком виде. — он всё ещё был так зол, что она не осмелилась спорить. Она поспешно натянула одежду, собрала вещи, в которых приехала, и сжала их в руках. Она не смотрела на него, пока шла к двери. — Иди через черный ход, — рявкнул он. Бетти с трудом промолчала и поспешно вышла. Ей удавалось сдерживать себя в руках, пока она не вернулась домой; как только она оказалась в своей квартире, она разрыдалась и упала на диван. Слова Вероники не давали ей покоя. Это превратилось в большой грёбаный беспорядок. Когда Бетти ушла, Джагхед ворвался в бар, не сводя яростных глаз со змея, который осмелился прикоснуться к ней. Мужчина увидел его приближение и сделал шаг назад, подняв руки вверх. — Послушай, Джаг, я понятия не имел, что она твоя… — он не успел договорить, как кулак Джагхеда врезался ему в лицо. Он упал на пол, и в баре воцарилась тишина. — Если кто-нибудь здесь ещё раз дотронется до неё или хотя бы дыхнёт в её сторону, то ответит передо мной. Это ясно? Никто не тронет Бетти Купер! Она принадлежит мне! — яростно воскликнул Джагхед. Все вокруг быстро закивали и согласились. Джагхед поймал понимающую ухмылку Тони и посмотрел на неё, когда она начала смеяться. — Заткнись нахуй! — зарычал он, как будто хотел задушить её. Она была достаточно умна, чтобы послушаться. Джагхед вышел из бара и долго гонял на байке, чтобы прочистить мозги. Он съехал на обочину и закурил, пытаясь успокоить нервы. Он немного потерял голову и теперь гадал, не напугал ли он Бетти. Он не хотел, чтобы это было так грубо, но, Боже, она сводила его с ума. Гнев, ревность, похоть, нужда, голод. Он был так взволнован, что едва мог разобраться в своих чувствах. Он очень надеялся, что не причинил ей вреда. Он так не думал, потому что она довольно громко кричала, когда кончала. Он знал, что она довольна, но он был так зол и резок. Он вздохнул. Она заставила его полностью потерять рассудок во всех отношениях. У него не было ни контроля, ни фильтра, ни здравого смысла. Она словно овладела им. Бетти долго принимала ванну, позволяя горячей воде унять боль в мышцах. Она всё ещё чувствовала себя немного ослабшей после того, что они устроили, и знала, что будет чувствовать это ещё пару дней. Её рука была в синяках, бёдра тоже — там, где он ударил их. Там, где он сжимал её. Она знала, что расцарапала его кожу своими ногтями, она могла оправдать это. Она позволила воде смыть её. Через некоторое время она вылезла из ванной, натянула маленькую майку и удобные шорты и пошла на кухню за водой, когда раздался тихий стук в дверь. Её сердце бешено колотилось, потому что она знала, кто это был. Бетти открыла и посмотрела на него. Джагхед спокойно стоял, не сводя с неё глаз. Он прошёл мимо, снимая на ходу куртку, и едва она успела закрыть и запереть дверь, как он подхватил её на руки и понёс в спальню. Бетти обвила руками его шею и прижалась к нему, уткнувшись лицом в шею. Он осторожно положил её на кровать и опустился рядом, притянув к себе и крепко обняв. — Я сделал тебе больно, — прошептал он ей в волосы. — Нет, — прошептала она в ответ. Он поднял голову и посмотрел на неё. — Что мы делаем, Бетти? — тихо спросил он. — Я не знаю, — сказала она, звуча маленькой и грустной. — Ты хочешь поговорить об этом? — Бетти только покачала головой. Джагхед подвинулся и прижался губами к её губам в нежном поцелуе. Он отстранился, и они уставились друг на друга, она коснулась его лица, и он снова поцеловал её. Медленный, ленивый поцелуй, его язык слегка коснулся её губ, и она открылась ему, её рука скользнула в его волосы. Его язык погладил её, и она вздохнула ему в рот, прижимаясь ближе, её руки обхватили его и прижали к себе. Руки Джагхеда начали двигаться над ней, и она не думала, что после их предыдущего свидания это возможно, — но её тело ожило, и она захныкала, нуждаясь в нём. Это был медленный, нежный, совершенно не похожий на любой другой раз, когда они были вместе с первого дня на её столе. Его руки ласкали её, как будто она была чем-то хрупким, что могло сломаться. Его губы, такие нежные, шепчущие ласки по её коже. Его язык, успокаивающий и теплый, скользил по её груди, кружился вокруг сосков, лизал между бёдер. Его твёрдая длина медленно скользила внутри неё, мягко двигаясь вперед и назад, пока он целовал её. Неторопливый, ленивый, чувственный. Он не трахался, он занимался любовью, и её тело разлетелось на миллион кусочков, когда её охватило облегчение. Её тело порхало вокруг него, уговаривая, обнимая, удерживая, пока он входил в неё. Они заснули, всё ещё прижимаясь друг к другу; слова, которые нужно было сказать, остались на другой день. Бетти проснулась на следующее утро, чувствуя себя опустошенной и всё ещё уставшей. Она встала с кровати, пошла освежиться, сходила в ванную, натянула шорты и футболку, в которых была вчера вечером, и снова забралась в постель. Джагхед лежал на спине, натянув простыни до пояса, и она на мгновение залюбовалась им. Он был подтянут, заметен и красив. Она позволила своему взгляду блуждать по его татуировкам, и её взгляд упал на корону на его сердце. Она никогда не обращала внимания на татуировки, так как была немного занята каждый раз, когда он снимал рубашку, но она наклонилась ближе и осмотрела его, а затем замерла. Ей пришлось приглядеться, чтобы разглядеть его, так как корона, казалось, была сделана из переплетённых колючек и виноградных лоз, но там было то, что всем остальным казалось просто частью виноградных лоз, — её имя. Она почувствовала, как у неё сжалось сердце, и удивилась, зачем он это сделал. У него не было татуировок, пока они были вместе, так что это было явно сделано после того, как они расстались. Бетти подняла руку и провела по ней дрожащими пальцами. Её имя навсегда отпечаталось на его коже. Она вздрогнула, когда его рука внезапно поднялась и накрыла её руку. Она подняла глаза и встретилась с ним взглядом, ярко-синим в утреннем свете. Он ничего не сказал, просто глядел ей в глаза. Она снова посмотрела на татуировку. — Зачем ты это сделал? — спросила она шёпотом, снова поднимая взгляд к его лицу. — Ты заметила, не так ли? — он заговорил, и лёгкая улыбка заиграла на его губах. — Никто никогда не замечал. — Ну, оно довольно хорошо спрятано в завитках виноградной лозы, очень «хорошо сделано» для художника — но почему, Джагги? Почему ты написал моё имя на своей коже? — Это не имеет значения, — мягко сказал он. — Джагхед, ты вытатуировал моё имя на своей груди после нашего расставания. Почему? Джагхед схватил её, притянул к себе и поцеловал, положив руку на обнажённую кожу её спины. Она подняла руку, скользнула ладонью в его волосы и поцеловала в ответ. Боже, она любила его губы. Они были такими тёплыми и мягкими, а от его поцелуев у неё подкашивались ноги. Его рука поднялась и погладила её бедро, большой палец скользнул под низ её шорт, поглаживая кожу. Она уже начала растворяться в нём, когда он отстранился, и она протестующе заворчала. — Перестань меня отвлекать, — наконец сказала она. — Ты не ответил на мой вопрос. — Ты хочешь поговорить о вчерашнем дне? — спросил он. Бетти приподнялась и посмотрела на него сверху вниз. — О чём тут говорить? Я бы сказала, что ты довольно четко сформулировал правила. — И тебя устраивают мои правила? — спросил он с лёгкой усмешкой. — Ты ясно дал понять, что если я хочу удержать тебя в своей постели, то я принадлежу тебе, и никому другому. Хотя на самом деле ты не дал мне возможности «оставить тебя», так как ты сказал, что всё закончится, когда ты решишь, а не я. — А ты хочешь удержать меня в своей постели, Бетти? — тихо спросил он, его рука скользнула ещё глубже под её шорты. — Да, — прошептала она, прижимаясь к нему. — Я бы хотел прояснить ситуацию: сказав, что решаю, когда всё закончится, я не имел в виду, что собираюсь заставлять тебя, Бетти. Если ты когда-нибудь не захочешь, чтобы я прикасался к тебе, просто скажи. Но пока ты всё ещё приветствуешь мои прикосновения, я решаю, когда и когда это соглашение закончится. Ясно? — Если? — спросила она со смехом. — Ты собираешься держать меня своей сексуальной рабыней всю оставшуюся жизнь? — Может быть, — сказал он с самодовольной ухмылкой. — Ты, кажется, совершенно уверен, что я не захочу выходить из этой сделки в ближайшее время, — сказала она решительно. — Ты хочешь, чтобы я перестал прикасаться к тебе, Бетти? — хрипло спросил он, его рука сжала её зад, его возбуждение подтолкнуло ее. — Н… нет… — Она задохнулась, чувствуя знакомую боль в груди. — А что, если… я имею в виду… Вероника пыталась заставить меня согласиться на свидание пару недель назад… — Скажи ей: «Отвали», — ответил Джагхед, его губы скользнули по её подбородку и вниз по шее. Бетти хихикнула и склонила голову набок, чтобы дать ему лучший доступ. — Не думаю, что она это оценит, — вздохнула она, когда он стянул с неё шорты и положил обе руки ей на спину, нежно сжимая. — У тебя классная задница, — пробормотал он ей в плечо. — Спасибо, это всё из-за сидения на корточках рядом с машинами, — сказала она с улыбкой. Некоторое время они молчали, просто лёжа рядом в уютной тишине. Бетти прикусила губу: она не была уверена, что хочет это знать, но всё равно спросила. — Ты когда-нибудь встречался с Тони? — тихо спросила она. — Нет, — честно ответил он. Она была немного удивлена этим. — А почему бы и нет? — Ну, во-первых, она не в моём вкусе… — Почему? — Она стервозная и грубая, — просто ответил он. — А во-вторых? — Она трахалась с моим отцом — сказал Джагхед таким тоном, будто его вот-вот стошнит. — Господи, что? — в шоке спросила Бетти, глядя на него сверху вниз. Он скорчил гримасу и покачал головой. У него явно не было желания говорить об этом. — Почему ты спрашиваешь о Тони? — Ты был прав вчера: я ревновала, когда увидела её. Не совсем насчёт того, что ты, возможно, спишь или, возможно, спал с ней... ну ладно, я надеялась, что ты не спал с ней. Но, я думаю, меня беспокоило, что она всё ещё была в твоей жизни. — Но почему? Бетти пожала плечами и отказалась отвечать. Он не настаивал. — Она змея, или как там её теперь называют, она просто никогда не двигалась дальше. Бетти не сказала ему, что она счастлива, что между ними никогда ничего не было. Она действительно не хотела, чтобы в её голове возник образ Тони в постели Джагхеда. Она посмотрела на него сверху вниз и коснулась его губ. — А что, если всё пойдёт наперекосяк? — спросила она шёпотом. Он проигнорировал её вопрос и завладел её ртом в горячем поцелуе, и она совсем забыла о желании получить ответ, когда он продолжал прикасаться к ней именно так, как ей нравилось. По правде говоря, это уже было грязно, но они были слишком поглощены телами друг друга, чтобы волноваться в данный момент. Позже, когда Джагхед ушёл, Бетти поняла, что он так и не объяснил, почему её имя запечатлено чернилами на его коже. В этом не было никакого смысла. Тяжело переживать расставание — это одно, если у него были трудные времена, но писать имя бывшей на своей коже так, чтобы это было секретом и трудно было даже увидеть, — это совсем другое. Была ли это ''первая любовь, которую ты никогда не забудешь'', или что-то большее? Она решила, что до того, как всё это закончится, она должна это выяснить. В конце следующей недели Бетти просматривала свою банковскую выписку и была сбита с толку, потому что цифры не складывались. У неё было больше денег, чем предполагалось, и через некоторое время она поняла, в чём проблема. Джагхед не обналичил свою зарплату. Она нахмурилась. Она отдала её ему неделю назад, и деньги всё ещё не ушли с её счёта. Она посмотрела на часы и увидела, что пока достаточно рано; натянула рваные джинсы с низким вырезом и обтягивающую майку и улыбнулась в зеркало. С таким же успехом можно сделать это весёлое путешествие. Был вечер пятницы, и она уже давно не напивалась. Пьяный секс с Джагхедом — звучало забавно. Добравшись до «Белого Змея», она припарковалась рядом с неизменным мотоциклом Джагхеда и направилась внутрь. Она заметила, что шум немного изменился, когда она вошла, и что многие люди перестали делать то, что они делали, и наблюдали за ней. Однако никто не подошёл к ней, и она подумала, не имеет ли это какое-то отношение к Джагхеду. Когда один конкретный мужчина с потускневшим чёрным глазом действительно отползал от неё, она знала, что это определённо имело какое-то отношение к Джагхеду. Тони, стоявшая за барной стойкой, ухмыльнулась ей, когда она подошла. Бетти заказала рюмку текилы и подумала, не является ли ухмылка обязательным условием для Змеи. Тони поставила перед ней рюмку и налила яд. Она подняла бровь, когда Бетти отбросила её назад и проглотила, даже не вздрогнув. Она подняла бутылку с вопросительной улыбкой, и Бетти кивнула. — Джагхед здесь? — спросила Бетти, усаживаясь на барный стул. — Джус, — позвала Тони, и мужчина подбежал к ней. То, как он споткнулся, чтобы добраться до неё, заставило Бетти прикусить губу, чтобы не рассмеяться. — Позови Джага. Мужчина быстро кивнул и направился вверх по лестнице. Бетти повернулась к Тони и улыбнулась ей. — Как поживаешь? — весело спросила она, опрокидывая вторую порцию текилы. — Мы вдруг стали друзьями? — спросила Тони со смехом. Бетти жестом велела ей налить ещё, и Тони подняла бутылку. — Хватит, Тони, — вдруг крикнул Джагхед, спускаясь по лестнице. Бетти закатила глаза. Она выхватила у Тони бутылку и налила себе двойную порцию. Она опустошила шот и с грохотом опустила стакан, прежде чем Джагхед успел приблизиться. Он подошёл к ней и швырнул стакан в Тони, которая с ухмылкой поймала его и скользнула на другой конец стойки. — Ты пытаешься напиться? — спросил он, и его взгляд сказал ей, что он не впечатлён. — Да, и, как только выпью три шота, я буду готова. — Три шота? Господи. Что ты, как сто десять фунтов, насквозь промокла? Если это так? Я почти уверен, что вы не можете справиться с тремя стопками текилы в быстрой последовательности. — Ну, тогда ты можешь воспользоваться мной, — хихикнула она. — Что ты здесь делаешь? — спросил он со вздохом, прислонившись к стойке. — У меня есть вопрос получше. Почему ты не обналичил свою зарплату? Джагхед подозвал Тони и заказал себе рюмку. Она оставила стакан и бутылку, а он налил себе и выпил. Он поморщился и посмотрел на Бетти, приподняв бровь. — Как, чёрт возьми, ты пьёшь это дерьмо, не морщась и не кашляя? — Практика. — Ты много пьёшь? — удивлённо спросил он. — Не совсем, просто я всегда выбираю текилу, когда хочу выпить, — через некоторое время привыкаешь. Итак, ещё раз: почему ты не обналичил свою зарплату? — Ты беспокоишься, что у меня кончатся деньги? — спросил он, выпивая ещё один шот. В этот момент подошла Тони и, опёршись руками о стойку бара, уставилась на них. — У нас тут соревнование по выпивке? — Уходи, — сказал Джагхед. — Придурок, — пробормотала она себе под нос, уходя. — У тебя где-то лежат денежные мешки с наличкой? — спросила Бетти со смехом. Из-за того, что она не ела с самого завтрака и, как сказал Джагхед, была маленькой, Бетти начала чувствовать свои уколы, и расслабленное оцепенение, охватившее её, придало ей немного озорной смелости. Она соскользнула со стула и бочком подошла к нему. — Ты сегодня очень хорошо выглядишь, Джагги, — прошептала она ему на ухо, когда её рука дерзко коснулась его брюк. — Ладно, полегче, сладкая, — сказал он, хватая её за запястье и отводя руку. — Ты видела меня весь день, я только сейчас хорошо выгляжу? — спросил он с улыбкой. — О Боже, нет. Ты был так чертовски горяч весь день. Весь в масле и поту, я хотела, чтобы мы снова оказали на верстаке, — призналась она, кусая его за подбородок. — Почему же ты этого не сделала? — спросил он, едва не застонав от этой мысли. — Была слишком занята, — вздохнула она. Он налил себе ещё рюмку и выпил, прежде чем взять её за руку и потащить за собой. Она споткнулась на лестнице, и он помог ей подняться наверх. Он остановился в коридоре, когда она схватила его за руку и прижалась к нему, целуя. Её язык скользнул между его губ, и он застонал, падая на стену, от собственных выстрелов у него закружилась голова. Он никогда не был хорош с крепким алкоголем, и ему следовало придерживаться пива. Он повернул её и прижал к стене, слегка приподняв рубашку, чтобы почувствовать её кожу. — Отнеси её в свою комнату, Джаг! — крикнула Тони, и он отпрянул назад, осознав, что они прошли всего лишь около фута по коридору и теперь были на виду у всего бара внизу. — Ах, черт, — пробормотал он и повел её по коридору. Они ввалились в его комнату, и она толкнула его спиной к двери. — Мне кажется, я пьяна, — заявила она, покрывая его шею небрежными поцелуями. — А ты пьян? Я определённо пьяна, — снова заявила она. — Немного, — простонал он, когда её рука потерлась о его эрекцию. Боже, она всегда заводила его так быстро, даже будучи чертовски пьяной. — Мы занимались сексом только один раз на этой неделе, — пожаловалась она, стягивая его рубашку через голову. Он ухмыльнулся и хмыкнул, когда она укусила его в грудь. — Ты считаешь? — спросил он, смеясь. — Да, — пробормотала она. — А почему ты не набросилась на меня на работе? — Была слишком занята, думаю, ты уже спрашивал меня об этом, — ответила она, поднимая свою рубашку через голову. Да, он уже спрашивал. Она была права, это была очень напряжённая и утомительная неделя, и у них почти не было времени поесть, не говоря уже о сексе. Она отступила назад и заморгала, слегка покачиваясь. — Тебя двое. Мне надо почаще напиваться. Я трахну двух Джагхедов, — радостно сказала она. Он засмеялся и повёл её обратно к кровати. — Ты мне недавно сказала, что я тебе не нравлюсь, — сказал он, стягивая с неё лифчик. Он обхватил руками её грудь — Бетти застонала и пошатнулась. — Я солгала, — выдохнула она, её руки потянулись к его джинсам. — Интересно, о чём ещё ты солгала? — спросил он с улыбкой. Она хихикнула и помогла ему расстегнуть джинсы. Она оттолкнула его и жадно уставилась на его возбуждение. Внезапно она ахнула и нахмурилась. — О чём ты спрашивал? — удивилась она, уже забыв об этом. — Я спросил, о чём ещё ты солгала, — с улыбкой сказал Джагхед, стягивая с неё джинсы. — О-о-о, да, — снова хихикнула она и прижалась к нему. — На самом деле мне не нужна была помощь в магазине, я просто хотела, чтобы ты был рядом, чтобы я могла попробовать тебя на вкус, — прошептала она и прикрыла рот, чтобы скрыть усмешку. Джагхед рассмеялся и толкнул её обратно на кровать. Он опустился на неё сверху, и она обхватила его ногами, выгибаясь дугой, зажав нижнюю губу между зубами. — У меня тоже есть секрет, — сказал он, прижимаясь к ней. Он опустил голову, взял сосок зубами и осторожно потянул. Он успокоил её своим языком, и она застонала и прижалась ближе. — В чём твой секрет? — спросила она, задыхаясь. Джагхед приподнялся на локтях и улыбнулся ей. В пьяном состоянии она была совершенно беззаботна и почти невинна, её зелёные глаза сверкали. Он наклонился так низко, что с её губ сорвался шепот. — Мне не нужна была эта работа. Я — владелец «‎Белого Змея». — он проглотил её вздох ртом, и вскоре её больше интересовало, что делают его руки и рот, чем то, что он сказал.