«Россия — лучшая в мире Родина! Но самое несуразное государство».
М. Н. Задорнов
С неба падают подхватываемые ветром крупные хлопья грязного серого снега. Долетев до земли, они не успевают пролежать на ней и секунды, тут же тая и впитываясь в и так сырую лесную почву.
В чаще раздался выстрел и отборный русский мат. В небо, громко крича и хлопая крыльями, взлетели напуганные птицы. Между стволами деревьев мелькнула и тут же исчезла обратно облачённая в военную форму крылатая фигура с ружьём в руках.
Россия бежит, не разбирая дороги, уже не один километр, знатно устав за это время. А бежит она, потому что крылья отказались её слушаться ещё в начале погони и теперь бесполезным грузом, заодно с длиннющим хвостом, висят по обе стороны от тела, мешая продираться сквозь густую чащу леса, цепляясь за ветки и царапая тонкие перепонки. Хотя хвост, поднятый вверх на манер кошачьего, особо не мешает. Да и чешую на нём поцарапать сложно. А за спиной всё громче слышится хриплый лай этих демонических собак! Федерация уже давно бы отделалась от погони, если бы её преследовали люди, ну или страны на худой конец. С ними можно легко разобраться магией, даже не применяя физической силы. Но, как на зло, это не были ни страны, ни люди. Это были Ярчуки. Псы, охотящиеся на ведьм. На них не действует магия и с ними адски сложно справиться одними только руками. Россия уже имела возможность узнать это на своём опыте. Теперь на её плече красуются рваные раны от когтей. А раны, оставленные Ярчуками не заживают. Она не знает, почему именно её эти псы сочли ведьмой, ведь колдовала она не так часто, чтобы это было заметно хоть кому-то, да и странно, что магические звери напали на неё на её же территории, не приняв за свою, хотя раньше такого не было.
После продолжительного безостановочного бега дыхание России сбилось к хренам, горло начало саднить от жажды, но остановиться и передохнуть она не могла, просто потому что её догонят и порвут как Тузик грелку. Такой участи страна себе не хотела, тем более, что умереть она не сможет, а просто валяться разодранной где-то в лесных ебеннях и истекать кровью, чувствуя как раны медленно пытаются затянуться, но тщетно, ей ой как не хочется. Неприятно это, знаете ли.
Федерация, не останавливаясь, произвела ещё несколько слепых выстрелов себе за спину, впрочем, в данной ситуации, абсолютно бесполезных. Только последние патроны израсходовала.
Впереди замаячил просвет. Стал слышен шум падающей воды.
Из последних сил Россия припустила туда и уже совсем скоро выбежала на совсем небольшую полянку, заканчивающуюся глубоким обрывом и расстилающимся у его основания лесом. Совсем рядом с собой страна увидела реку, вода которой ниспадала прямо с обрыва. Водопад. Вот что это был за шум.
Замешкавшись всего на несколько секунд, Россия чуть не пропустила момент, когда её сзади почти грызанули за шею, но успела уйти в сторону, пропуская лохматое собачье тело перед собой. Животное не ожидало такой реакции, поэтому не успело затормозить и, по инерции пробегая ещё какие-то пару метров, сорвалось вниз с обрыва, громко визжа.
Россия же, не теряя времени зря, побежала прямо к реке, на ходу пытаясь продумать дальнейшие действия. Как на зло, в голове начала крутиться только одна мысль, но Федерации она совсем не понравилась. Она на пробу попыталась пошевелить крыльями, но те так и не пришли в норму.
Остановившись у самой кромки воды, страна оглянулась назад, всё ещё не зная, как ей быть. Из леса тем временем плавно вышли три собаки. По внешнему виду они ничем не отличались от обычных дворняг, разве что были агрессивнее их раз в десять. Оскалив пасти, они начали наступать на Россию, но уже явно не спеша, видимо чувствуя замешательство последней.
А страна полностью повернулась к ним, не рискуя оставлять спину незащищённой.
Подумала.
Глянула вниз с обрыва.
Опять посмотрела на собак.
И, не раздумывая больше ни секунды, наклонилась назад, падая в воду и тут же начиная падать вместе с ней с обрыва.
Перед тем, как вырубиться от удара головой об подводный камень, Россия ни о чём не думала.
***
— Россия!
До ушей России донёсся крик тонким девичьим голосом, но она не обратила на него внимание, продолжая, уткнувшись лицом в подушку, находиться в дремотном состоянии, когда вроде проснулся, но нормально воспринимать окружающий мир ещё не можешь.
— Россия!
Крик повторился, но уже громче. Россия ощутила, как на её спину взобралась настоящая кабанятина, попутно кажется отбив ей коленями почки. Ноль реакции.
— Россия-я-я-я-я-я-я-я!
Раздажитель, поняв, что его упорно игнорируют, вдруг начал скакать, растягивая гласные в слове, дёргая страну за крылья, за хвост, за волосы — в общем, за всё то до чего руки дотянулись. Вот это проигнорировать России было уже достаточно сложно, учитывая, что сейчас её организм достаточно слаб, чтобы воспринимать такие, казалось бы, несерьёзные действия со стороны достаточно болезненно. Поэтому она вынуждена была окончательно проснуться.
— Где у тебя выключатель? — Федерация завела руку куда-то за спину и, нашарив там буйную лохматую голову, ещё больше растрепала и так растрёпанные после сна волосы, как бы ища кнопку выключения. Оттуда же раздалось саркастичное фырчание. — Ладно, Крым, бессердечный ты изверг, слезай, я встану.
Республика ничего не ответила, но с России слезла. Последняя же наконец потянулась всеми своими конечностями, при этом случайно скинув хвостом одеяло, на несколько мгновений становясь похожей на какой-то тропический хищный цветок, притаившийся в тенях густой растительности.
Закончив с потягушками, она лениво села на постели и оглядела стоящую рядом с её кроватью Республику.
На голове той бардак — коротковатые растрёпанные русые волосы примяты на одном боку. Лицо в некоторых местах пересечено полосками от подушки. На теле болтается только большеватая белая, с синими цветами, ночнушка. Из-под её ткани свисает длинный чёрный чешуйчатый хвост. Крылья сложены вдоль спины так, что видно только их края. В целом вид у девочки помятый и даже сонный, но всю картину портят просто лучащиеся бодростью глаза. Всё в ней прямо-таки кричит о том, что Крым только встала и специально пошла будить Россию, чтобы не дай бог нерадивая старша́я не проспала до обеда, а встала вот прямо сейчас. Этим прекрасным воскресным утром. За компанию, так сказать. Просто прекрасно.
Сама же Федерация сейчас выглядела не лучше. Скорее даже похуже. Она себя в зеркало ещё не видела, но уже представила это выражение вселенской усталости и задолбаности на своём лице. А в глазах чёрная дыра. Во-первых, потому что они действительно на неё похожи — радужка цвета пламени и чёрный зрачок. А, во-вторых, потому что просто невозможно описать словами их выражение. Там есть всё, начиная от тёплых чувств к своей Республике и некоторой радости новому дню, заканчивая какой-то опустошённостью из-за состояния своих территорий и настроения народа. И ещё из-за других стран, да. Но это уже довольно привычные ощущения, поэтому Россия внимание на них почти не обращает, разве что следит за изменениями где-то на периферии сознания.
Задумавшись, Россия не сразу заметила приближающуюся к своему лицу руку, а когда заметила, та уже гладила её по щеке.
— Ммм, спасибо. — страна улыбнулась и немного потёрлась о чешуйчатую руку, на что Крым тоже слегка улыбнулась. Даже удивительно, она так нечасто это делает.— Дай мне, пожалуйста, майку.
Республика осмотрела комнату России на наличие майки и нашла её висящей на спинке стула, стоящего за рабочим столом.
— Мерси. — Россия взяла майку и слезла с кровати. Просунув ноги и хвост в основную дырку в одежде, она натянула её на тело, закинув лямки на плечи. Большой вырез на спине позволил сделать это без всяких неудобств, не задевая крылья. Вообще весь гардероб России, да и Крыма, в основном состоит из вот таких вот маек и различных мега лёгких кофт, которые либо имеют очень большой вырез на спине, либо два разреза от основания одежды с молнией, пуговицами или другими застёжками. Бюстгальтеры и топы девушки почти не носят, потому что их сложно застегнуть так, чтобы было удобно, да и держатся они на одном честном слове. С штанами, брюками, шортами и нижним бельём дела обстоят куда проще, потому что хвост находится достаточно высоко для того, чтобы не делать в одежде никаких дополнительных отверстий. А зимней одежды у Федерации и совсем нет, шапка-ушанка и несколько шарфов — не в счёт. Имея очень высокую устойчивость к холоду, Россия может всю зиму расхаживать по улице в одном белье и ни на йоту не приблизиться ни к обморожению, ни к пневмонии, ни к банальной простуде. Зато к поехавшей крыше запросто. Впадать в спячку в холода, кстати, как представитель змеиных генов, она тоже не спешит. Такими же свойствами, к слову, обладают и её города и часть родни. Поэтому носят они все достаточно простую одежду без всяких закидонов. Тело прикрывает и ладно. И да, спит Россия в одних трусах.
А порой и без них.
Исключениями такого «простого стиля» являются пожалуй те случаи, когда стране необходимо присутствовать на каком-нибудь государственном собрании, где одежда должна быть соответствующей. И война. В обоих случаях одежду для воплощения страны шьют на заказ, так, чтобы ей было максимально удобно и выглядело это прилично. В случае с войной — просто удобно и с бронёй в подкладках.
Россия нашарила ногой под кроватью свои лохматые синие тапки. Это почти единственная обувь в доме, которую страна может носить с комфортом. Потому что обычная обувь не подходит из-за различий в строении ног людей и самой России. Её недоптичьи лапы ни в одну пару туфель, сапог или какой-то другой, не её личной, обуви не помещаются. А тапки ей, и Крыму заодно, подарила Япония, у которой с ногами-лапами тоже не всё гладко, поэтому страна решила как-то упростить жизнь своим заморским соседям. Даже если в обуви как в средстве защиты от всяких внешних опасностей страна не нуждается особо — толстая чешуя на ногах покруче любой брони будет — то вот в как в средстве защиты от грязи вполне. Потому что Россия может пройтись по улице и, вместо того, чтобы дома снять обувь, ей приходится хорошенько вытирать ноги. А перед сном вообще мыть их с щёткой.
И это только малая часть всех бытовых трудностей, связаных с нетипичным строением тела, с которыми России и другим подобным ей странам и городам приходится сталкиваться ежедневно. В каком-то смысле это приносит в их жизни разнообразие. Может не особо приятное, но всё же.
Россия вышла в коридор и направилась в ванную. Крым в это время скрылась в своей комнате, видимо решила переодеться.
Пока Федерация телепалась до нужной комнаты, она в голове составляла список дел, которые сегодня обязательно нужно будет сделать и ещё один список с теми, которые ещё могут подождать.
В обязательный список первым пунктом жирным шрифтом было вписано «Уборка». В целом Росия очень чистоплотная страна. Она всегда старается поддерживать в доме порядок, но порядок не всегда хочет поддерживаться.
В последнее время у страны стойко держится какое-то состояние нестояния. Настроения делать что-то совершенно нет, хочется просто лежать и прокрастинировать сутками напролёт. Возможно это связано с тем, что по стране гуляет вирус, но сама Россия больше склоняется к тому, что это от слишком большого количества свободного времени и отсутствия занятости так происходит. Она ни чем не занята, ни к чему ни привлечена, вот и мается от скуки.
Но Федерация пытается, как может, прогнать это состояние и растормошить себя, в чём ей помогает Крым. Полуостров всегда на каком-то движе, в неё будто вечный двигатель запихали. Поэтому Россия довольно часто бывает втянута во что-то, будь то готовка, уборка или строительство огромного моста в гостинной из папье-маше. Весело у них дома, в общем.
Вторым пунктом в списке дел стали «Покупки». Россия и Крым уже давненько не были в магазине, а запасы еды дома почти закончились. Если позавтракать ещё будет чем, то вот обедать будет уже нечем. Причина, по которой Россия делает запасы — город находится довольно далеко от их дома.
А ещё им лень часто куда-то ходить. По просьбе Федерации, ей и Крыму ещё в начале года построили небольшой дом, расположенный на берегу озера, которое своим причудливым расположением устроило на «большой земле» небольшой полуостров. Отличное место, тихое, на всей его территории растёт густой лес. Можно не париться и хоть весь дом туалетной бумагой закидать, кто что скажет. Правда из-за этой своей уникальности полуостров быстро оприходовали люди. Построили санаторий, какой-то детский лагерь и создали заповедник. Да и просто прогулки люди здесь устраивают достаточно часто. Периодически в зарослях камышей и на поваленных в воду деревьях можно увидеть одиноких рыбаков. Но, вопреки всему этому, место так и осталось тихим, поэтому Россия на своих «соседей» внимания просто не обращает. А те, если и набредают на дом, очень удивляются, ведь мало кто знает, что здесь кто-то живёт. Некоторые особо любопытные даже пытались попасть внутрь, но несколько шлепков тряпкой по жопе и другим мягким местам быстро вправили им мозги на место.
Россия дотелепалась до ванной, собрала волосы в гульку, включила воду и начала умываться, рассматривая своё отражение в зеркале. Интересное дело. Страна не так давно подметила, что, как бы у неё ни было плохо с самочувствием — со сном никаких проблем не было вообще. Поэтому под глазами никогда не было мешков. Самое странное, что, чем хуже России становится в физическом или моральном плане, тем крепче и ярче у неё становятся сны. В такие моменты её очень сложно разбудить, она может проспать несколько дней кряду. Может подсознание пытается так компенсировать то, что происходит в реальности? Россия точно не знает, но не особо старается не волноваться по этому поводу, так как вреда это не приносит.
Закончив непродолжительное наведение марафета, страна покинула ванную комнату, которую тут же заняла уже переодевшаяся Крым. Россия зашла на кухню, постоянно потягиваясь. Краем глаза заметила на стене включенный телевизор с трансляцией новостей. Видимо, полуостров уже была здесь. Или не выключила его со вчера.
Главным событием этого утра в новостях стал внезапно выпавший в Москве и ближайших областях снег. Температура воздуха упала до десяти градусов. Такая погода ожидается ещё и в Поволжье…
Снег. В Июне. В Москве. Ничего сверх неординарного. В России летом бывало и град с куриное яйцо шёл, столько машин побил, людей покалечил и прочие пакости натворил. У самой России потом грудина от таких побоев по её земле болела. Такой ноющей болью, которая ещё при сильной нагрузке на мышцы бывает. Особенно с непривычки. В основном в области сердца. Вроде не особо больно, но очень неприятно и раздражающе.
Россия поставила кипятиться чайник, уже не слушая вещания чёрного прямоугольника. Нарезая хлеб, она вспомнила, что не до конца распределила дела, но тут же успокоила себя тем, что важных дел то больше и не осталось. Только второстепенные, которые в принципе можно сделать как-нибудь потом. Их набралось не так уж и много.
Нужно будет разобрать электронную почту, а то Федерация там не появлялась уже так давно, что там сам чёрт ногу сломит, пытаясь разобраться во всём. Наверное ей прислали кучу «важных» файлов с государственными документами, которые она вроде читать и не обязана, но сам факт того, что воплощение страны должно быть проинформировано о делах этой же страны, пусть и не особо серьёзных, имеет место быть. Самой России было на это вроде не всё равно, всё-таки это в её же интересах, но… Ох уж это «но».
Дело в том, что воплощения стран не имеют хоть какой-то власти над правительством и своим народом. Нет у них права голоса на политической и какой бы то ни было арене. Есть связь с территорией и с людьми, но с людьми она односторонняя. Страна чувствует настроения народа и только. Никак повлиять на них она не может. Вот и выходит, что люди заправляют страной, а воплощение остаётся не у дел, терпит на своём теле последствия их деятельности и костерит людской род на чём тот стоит. А информируют страны обо всём просто потому что так положено. Вдруг случится что, понадобится серьёзная помощь, а воплощение вообще не в курсе дел. Всё, хана стране. Поэтому им, например, можно без всяких проблем заходить в различные служебные помещения с ограниченным доступом. Разрешено присутствовать на различного рода собраниях, даже приватных. Они проинформированы обо всех секретных делах и прочем. Но принимать какие-либо решения, связанные с этим, нельзя. Только когда власть лично даст карт-бланш. Вот тогда можно творить что душе угодно. Душе власти, разумеется.
Из всего этого следует, что статус воплощения страны даёт только некоторые материальные блага — часть от годовой прибыли в бюджете, и свободное перемещение куда угодно, когда угодно и почти с кем угодно. Исключения составляют разве что воплощения других стран. С ними можно только в неважные для правительства места, то есть везде, где доступ для «простых смертных» не ограничен.
Внезапно, от своих мыслей Россию отвлёк шлепок рукой по её ягодице. Рукой. С жёсткой. Чешуёй!
— Блядь! — Федерация аж подпрыгнула на месте, уронив нож на пол. — Какого хрена ты творишь?! — она с возмущением посмотрела на свою Республику, которая, ни чуть не смутившись от произошедшего, продолжила сооружать себе бутерброд. Россия потёрла ушибленное место, шипя себе под нос ругательства. Только после этого Крым обратила на неё внимание.
— А что? Я тебя зову, ты не слышишь, руками перед лицом машу, не видишь. Опять ушла в свой астрал. Вон хлеб весь искромсала, смотреть на него больно. — полуостров тыкнула пальцем в раскрошенный мякиш с таким выражением надежды на лице, будто прося его собраться обратно в целый кусочек. А Россия только сейчас обратила внимание на бардак, который она учинила. От булки, которую она резала, целой осталась ровно половина. Остальная половина оказалась многократно четвертована, раскрошена и разбросана по столу.
— Блин, прости. — Крым только вздохнула на это и, ничего не сказав, пошла наливать себе чай. А старша́я не стала никак оправдываться и что-то ещё говорить, потому что подобное «выпадание» у неё происходит уже не первый раз и Республика прекрасно осведомлена о том, что Россия не может это контролировать и, соответственно, не виновата ни в чём. Один раз она «выпала» во время погулки по саду — тогда у неё настроение было паршивое, да и подумать было о чём. Как итог: очнулась где-то на пути к дну озера, на которое сама же и набрела. Уже позже осмотрела там местность и поняла, что навернулась с крутого берега, как раз в том месте, где дно у озера достигает почти максимальной глубины, хотя это не точно, потому что замеры никто не делал.
И вот вроде Россия не контролирует себя в этом состоянии, но после ей становится стыдно. Даже не перед другими, а перед собой. Она даже злится иногда на себя за то, что ей стыдно за то, в чём она не виновата. Но ей постоянно говорят о том, что ничего страшного в её «особенности» нет, всё-таки Россия много чего пережила за всё своё время существования и уже хорошо, что она не впадает переодически в истерики и не нападает на людей или не творит ещё чего похуже. Потому что у некоторых стран есть сдвиг по фазе и вот это действительно проблемы.
Федерация убрала со стола следы своего хлебного преступления и по примеру Крыма соорудила себе бутерброд из оставшихся ещё со вчера колбасы, сыра и огурцов.
Через некоторое время всё же решила начать хоть какой-то разговор.
— В обед есть будет нечего, нужно идти в магазин, — полуостров на это кивнула и поставила на стол две кружки с чаем. В одну фигакнула четыре ложки сахара и пододвинула к России. — Спасибо.
— Ммм, кстати, ты заметила, что у нас забор погнут? — Крым достала из кармана шорт свой телефон, Россия только сейчас заметила, что та переоделась — ночнушку сменили майка и шорты. И мягкие тапки на ногах в виде зебры. На вопрос страна мотнула головой отрицательно, после чего Крым продолжила, видимо листая ленту какой-то соцсети, — Я вчера сидела где-то… до двух, наверное, и ничего не слышала, так что это произошло уже после того, как я легла. И, есть два варианта, либо это ветер нам шлёт неласковый привет, либо кто-то пытался ночью пролезть через забор и оказался слишком тяжёлым и неуклюжим. Оба варианта где-то пятьдесят на пятьдесят, потому что вчера был сильный ветер, даже ночью, в саду у одной яблони ветку отломило, у меня из окна видно, яблок столько попадало, это капец. Думаю, нужно будет ту часть забора перекрыть другим листом, а пока подпереть чем-нибудь.
Россия выслушала всё внимательно, впрочем, совершенно не удивившись погнутому забору — не в первый раз уже такое. А вот яблоню жалко, очень плодовитая она уродилась, да и большая, а тут целая ветка с яблоками в утиль. Они ещё слишком зелёные, да и сложить их сейчас на дозревание негде. Птицам только да зверюшкам всяким на корм пойдут, чего уж теперь.
А полуостров на этом закончила свой монолог, видимо нашла что-то интересное в телефоне. Она вообще довольно часто делает так — сначала молчит какое-то время, потом выдаёт сразу большой объем информации, даже если её не спрашивали ни о чём, а потом опять молчит, потому что собеседник в это время переваривает то, что она наговорила. Сама Россия так тоже делает и в принципе каких-то недопониманий между ними на этой почве не возникает.
Единственное, что иногда вгоняет Федерацию в некоторый диссонанс — это неравное соотношение у Республики внешнего возраста и внутреннего. Никто не знает почему Крым выглядит как подросток. Раньше, во времена СССР или Российской Империи она выглядела намного старше. Даже старше самой России, ну, просто потому что полуостров это не страна, его никто не основывал, соответственно он намного старше страны. А Россия для сравнения выглядит как девушка, которая только-только поступила на первый курс. Определённо не самая подходящая внешность для неё, но кто ж её спрашивал. В целом обе девушки выглядят примерно на один возраст. Правда вот с Крымом произошла какая-то метаморфоза, которой до сих пор все дивятся. Была достаточно взрослая женщина, а тут бац и подросток. Произошло это после её повторного присоединения к России. Сама Республика сделала предположение, что это от таких вот «переходов» от страны к стране её так расколбасило, впрочем опровергать это предположение никто не стал. Мало ли, может так и есть.
И вот вроде уже пора привыкнуть к этому, но Россия нет-нет, да подзависнет, когда Крым начнёт говорить что-то о политике или каких-то других делах своим немного детским голосом и с серьёзным выражением на лице. Кстати они сделали наблюдение — Крым со временем немного подросла. Вероятно в дальнейшем она может вернуться к своему первоначальному облику, но пока ещё точно не понятно, поэтому надежд никто не питает. Хотя Крым как-то сказала, что ей и так хорошо, что внешность вообще для неё не важна.
Кухня погрузилась в умиротворённую тишину, прирываемую только тихим бубнежом телевизора. Обе девушки уже погрузились каждая в свои мысли, но внезапно эту идиллию нарушил скрип тормозов, которые страна и Республика услышали даже с закрытыми на кухне окнами. Удивлённо переглянувшись, они прислушались, расчитывая услышать что-то ещё, но, как назло, с улицы больше не донеслось и звука.
