Под толщей воды

      «Привет! Ты кто?» — к художнику из воды с улыбкой выплыл русал.       В ответ Рохан истошно закричал, едва не уронив альбом для рисования в воду.       «Чего разорался? Я не съем тебя!» — русал улыбался.       — Ты… ты вообще кто?! Что тебе надо от меня?! — Рохан вскочил и попятился.       «Трус! Я тебя увидел и решил познакомиться. Ты забавный, хоть и шумный», — морской житель улыбнулся ещё шире.       Рохан Кишибе только презрительно сморщился и, собрав вещи, убежал. Русал обиженно посмотрел ему в след и крикнул, что тот трус.       Но парню повезло — у него был друг. Японский мальчик по имени Коичи. Тот рассказывал ему про человеческий мир, что знал из школьной программы, о странной девушке, что постоянно помогает ему с домашней работой.       — Она жуткая! Постоянно ходит за мной, улыбается, иногда следит из-за угла. Что с ней такое? — Коичи нервно сжал ткань форменного пиджака.       «Либо у неё проблемы с головой, либо она очень влюбилась в тебя, дружище! А может всё сразу», — русал смеялся.       Но потом поставил себя на место этой Юкако. Он ведь тоже так следит за тем художником. Точно, художник!       «Коичи, ты знаешь местного художника? В белых тряпках ходит, на голове тоже какую-то тряпку носит. Лицо вечно недовольное. А глаза зелёные такие, как… как ваши растения, вот!» — вопросительно смотрел русал.       — Ты знаешь Рохана-сенсея?!       «Его зовут Рохан? Приятно узнать это, спасибо!» — ответил парнишке, широко улыбнувшись.       После очередной дружеской встречи русал бороздил морские просторы. Если посчастливится, то он встретит какую-нибудь хищную рыбу и сразится с ней. Для него в море нет других развлечений. Только драки с заплутавшими акулами, плавание, разговоры с Коичи и наблюдение за его драгоценным художником, чьи глаза напоминают ему о прекрасных растениях. Жаль, тот не хочет с ним даже парой слов перекинуться. Только истерично кричит и ругается. До недавнего случая…       Он однажды осторожно наблюдал за тем, как Рохан рисовал, его сердце трепетало. Русал был счастлив. Но случайно уронил крупный булыжник. Тот, ударившись о другие камни, громко рухнул в воду. Русал, вдобавок к этому, шумно выругался.       — Кто зде… Снова ты?!       «Прости-прости! Я не хотел тебя…» — морской житель не успел закончить предложение. Его душераздирающий крик раздался по всему побережью. Художник от испуга воткнул тому в руку перьевую ручку. С такой силой, что она прошла сквозь ладонь и воткнулась в каменистую почву. Рохан понял что натворил, но было поздно. Русал истошно кричал и плакал. Ручка была в чернилах и опилках от карандаша, чувствительный к незнакомым вещам организм был заражён инфекцией. Вокруг раны появилось пятно. Это причиняло ещё больше боли. Но больнее всего было от самого поступка.       «За что?! Почему?!» — кричал русал.       Испуганный художник схватил сумку и убежал. Только у своего дома он очнулся. Ему стало очень стыдно. Он бросил раненое существо мучиться от боли. Слёзы заструились по щекам. Но когда он вернулся, русала уже не было. Только подсыхающая лужа крови. Как Рохан не звал, тот не появлялся.       Томоко Хигашиката прогуливалась по берегу. Недавно она потеряла своего отца — Рехея Хигашикату. Теперь она осталась одна. Когда-то у неё был сын Джоске, но он умер от болезни совсем маленьким. Тогда была зима, снега выпало так много, что скорая приехать не могла, а машина женщины застряла. Мимо проходящий парень очень помог, толкая машину. Но было поздно — мальчик погиб. Когда в больнице ей сообщили о смерти сына, весь её мир рухнул. Но от дальнейших мыслей Томоко отвлеклась. На берегу лежал юноша: полностью обнажённый и без сознания. Женщина перепугалась и вызвала скорую. Парень не был ранен, травм тоже не наблюдалось. Лишь мелкая ранка на ладони. Когда он пришёл в себя, то ничего не помнил. Ни имени, ни кто родители. Вообще ничего. Так он сказал. Черноволосый парень решил не говорить, что раньше жил в море и вообще не человек. Томоко приютила этого юношу. Заявила о найденном парне в полицию, но пока никто не откликался.       — Мальчик мой, ты так и не вспомнил имя? — женщина помогала обустроиться новому жильцу.       — Неа. Вообще никак, — у него его и не было.       — Я буду называть тебя Джоске? Так звали моего сына, — с тёплой улыбкой сказала Томоко.       — Конечно! Мне нравится! А можно называть вас мамой?       — Называй конечно!       Так Томоко и Джоске обрели семью.       Джоске Хигашиката стал ходить в школу. В ту, где учится его друг Хиросе Коичи. Позже он нашёл ещё друзей. Но не переставал думать о Рохане. Ради него он стал человеком. Он всё ещё любит его. Но его поступок причинил ему боль, не только физическую. Хотелось поговорить с ним. Джоске решился.       — Коичи-кун, ты можешь передать это Рохану? Он забыл это… на берегу.       — Конечно, я верну ему это. А почему ты не хочешь? — мальчик вопросительно посмотрел на друга.       — Не думаю, что он захочет меня видеть. Но если он что-то скажет или спросит, то передай, что я его буду ждать вечером на берегу. Ну, где мы с тобой тусили, — Хигашиката улыбнулся.       Когда Коичи вернул ручку своему наставнику, тот побледнел.       — Откуда это у тебя?! — дрожащими губами спросил Рохан.       — Ах, её мой друг нашёл! Говорит, на берегу подобрал. Больше не знаю, спросите сами, сенсей. Он вечером будет гулять у моря.       Кишибе Рохан пришёл вечером на берег. У самой воды стоял школьник с нелепым помпадуром, но когда тот обернулся…       — Привет, Рохан, — широко улыбнулся Джоске.       — Ты… Но… как… — севшим голосом начал Кишибе.       — Неважно, как это произошло. Главное, что я встретил тебя снова, пугливый придурок.       — Я же тебя тогда!.. — договорить не успел.       Джоске крепко его обнял. Его любимый зеленоглазый и ворчливый художник рядом с ним. Он обнимает его, прижимая к себе.       Джоске ещё никогда не был так счастлив.