Тонущий в боли

А ведь не зря говорят «Никто не умрет девственником. Жизнь выебет каждого».

      Кто бы знал, что весной 2016 жизнь обычного журналиста, работающего в «New York Times», может так резко изменится. Все перевернётся с ног на голову, и мир, полный счастья и любви, просто рухнет. Кто бы только знал...       Прошло уже более трёх лет, а он так и не смог смирится с болью утраты. Он все так же ходил к своему психологу по имени Гарт, все так же принимал седативные, все так же засыпал под утро и просыпался в агонии. 3 мая, 2019 год       Впервые он посетил этот кабинет спустя два месяца после несчастного случая. Сэмми, его младший брат, не мог смотреть, как Дин погибал на глазах. Сэм привык видеть в нем борца, героя, который всегда был сильным. Они с братом воспитывались, считай, сами по себе, и Дин делал все для того, чтобы его младший брат стал полноценным человеком, порой лишая себя всех прелестей жизни. И вот, когда искра в глазах Дина Винчестера потухла, Сэм не смог сидеть сложа руки. — Моя очередь выручать тебя, – с этими словами он провёл Дина в этот кабинет, который был наполнен запахом герани и старых книг. Дин даже не понимал как, когда и с какой целью он оказался здесь, но сопротивляться не было смысла. Он понимал, что брат заботится о нем, примерно так же, как сам Дин делал это раньше.       — Мистер Винчестер?.. – осторожно проговорила стоявшая сзади девушка, дотрагиваясь до плеча мужчины. Дин часто «выпадал» из настоящего мира, погружаясь в воспоминания, даже столь незначительные. Услышав тихий голос помощницы Гарта, он распрямился и посмотрел вдаль, в окно, расположенное прямо перед его глазами. Он с самого начала невзлюбил эту девушку, она была для него слишком...женственна. Любая женская фигура почему-то вызывала тупую боль в его груди.       — Мистер Винчестер, – вновь заговорила она, тихо вздыхая.       — Я слышу Вас.       — Доктор Фицджеральд попросил передать Вам, что вашу встречу с ним стоит перенести в другое место.       «В другое место» – повторил в своей голове Дин, глядевший на проплывающие тяжелые тучи. «Будет дождь. Поеду на такси. Она любила дождь...» – в горле вновь образовался тошнотворный ком, заставивший его вернуться в реальность и воспринять слова девушки. «В другое место?!»       — Что значит перенести? – не скрывая раздражительности пробурчал Дин, поворачиваясь к собеседнице. Стоит отметить, что он лишь однажды смотрел ей в глаза, - во время первой встречи с ней, три года назад. Поэтому даже сейчас, повернувшись телом к девушке, он внимательно рассматривал книжные полки Гарта.       — Он назначил встречу в ресторане «Le Bernardin». У входа ожидает такси.       Дин молча встал с кресла, накинул на себя тяжелое пальто чёрного цвета и вышел из кабинета.       — Дин, я прошу прощения! – поднимаясь с бархатного кресла, заговорил Гарт.       Винчестер старший подошёл к столику, за которым сидел его психолог, и обратил внимание на сидящую рядом девушку.       — Не стоит. Могу ли я задать вопрос? – не без стервозности произнёс Дин, пожимая руку доку. — Добрый вечер, – сказал он, обращаясь к даме.       — Конечно!       — Какого черта, Гарт?! Мой брат, догадываюсь, отстегивает тебе круглые суммы каждый месяц не для того, чтобы мы устраивали посиделки в дорогущем ресторане Нью-Йорка. Он посчитал, что мне нужна блять помощь! И если бы не его обеспокоенность, я бы рад был не видеть тебя каждые сутки через двое. Ты ведь знаешь, я запросто могу сорваться. И к тому же... – не став договаривать, Дин опустошил бокал вина, стоявший рядом.       — Ты закончил?       — Именно.       Гарт был его врачом. Он не мог злиться на Винчестера и уж тем более обвинять его в чём-то. То, что он пережил, разрушило его. И сейчас он собирался заново по кусочкам. Когда жизнь ломает тебя, ты имеешь возможность восстановиться, но сам процесс может принести тебе лютую боль. А боль, как правило, сопровождается слезами, криками и гневом. Гневом, который заполняет каждую клеточку твоей никчемной души. Ты начинаешь злиться на всех, начинаешь всех ненавидеть. Но больше всего ты ненавидишь себя.       — Познакомься, это Чарли. Чарли, это Дин Винчестер, мой пациент и в какой-то степени приятель. Так ведь? – Гарт обратился к Дину с ожидающим видом. Тот вскинул брови, испепеляя собеседника взглядом, и кивнул.       Дин не был злым или слишком самовлюбленно-гордым. Он взаправду считал Фицджеральда своим приятелем или даже другом, отчасти. Но боль, бьющая по всем внутренностям, не позволяла ему быть слишком дружелюбным. Если он не будет сильным - он не оклемается.       — Дин, у меня есть для тебя некое предложение... – многозадачная улыбка на лице Гарта ничуть не радовала, — Чарли продает плавучий домик в Сиэтле, и я хотел бы, чтобы ты на какое-то время пожил там.       Дин непонимающе посмотрел в панорамное окно, наблюдая за тем, как ливневые капли дождя бьют по асфальту. «Плавучий домик. Сиэтл. Одиночество.» Он поднял глаза на Гарта и молча сверлил его взглядом.       — Если честно, я знал, что это предложение обречено на провал, – психолог Винчестера тяжело вздохнул и скрестил пальцы.       — Я согласен.       — Что?       — Я куплю этот дом.       Вот так, сам не понимая своей удачи, Дин решает приобрести домик в пасмурном городке на Лодочной улице, а вместе с ним и своё счастье.