find your treasure

Billie Eilish – no time to die       Прошло шесть дней с того момента, как Сонхва разорвал совместную фотографию, разбил рамку и выкинул все стекла в ведро, вместе со своими чувствами. Слишком больно. Слишком больно сделать вздох, потому что легкие царапаются об раздробленные ребра. Разумеется, он до сих пор с нежностью хранит память о своем любимом, это не ангина и пройти за неделю не может, она еще даст осложнения, если правильно лечить не будешь, но дышать стало как-то по-другому. Учиться жить заново спустя столько времени оказалось сложнее, чем можно подумать, тем более, когда ты выпадаешь из нее на шесть долгих дней.       И осложнения были серьезные: первый день – отчаяние. Оно подкралось незаметно и обрушилось всей силой на парня, припечатывая бетонной плитой к холодному полу, и Сонхва, действительно лежал на полу, после того, как отвез Хонджуна и съездил к родителям. Свернувшись в позу эмбриона, топил себя в слезах и боли из-за содеянного. Поступил совершенно неправильно, оборвав все ниточки к своему любимому, хоть его не вернешь, но все равно должен был любить его до конца, даже если придется остаться одному всю жизнь. Мысли о том, что лучше бы он никогда его не встречал, потому что не видит своего будущего без парня, преследовали на каждом шагу, разрушая до хлипкого основания. И ко всему прочему, закралось сомнение, что его хоть кто-то в этой чертовой жизни полюбит так же сильно: до боли в сердце и нехватки кислорода на двоих. Сонхва готов был возложить свое тело, душу и сердце во имя любви, а сейчас просит отчаянно вернуть все обратно.       Второй день – ярость. Луни забился под диван, когда увидел, как его хозяин разбивает кружку об стену. Тогда Хва пытался попить кофе, но трясущимися руками не получалось даже чайник поставить. Злость сразу же накатила на самого себя, схватил первое, что попалось под руку, и со всего маха кинул в противоположную стену. Крича, что лучше бы никогда его милый не появлялся в жизни и лучше бы Пак вышел замуж за того, кого предложили родители, не пришлось бы проходить все эти круги ада. Гнев – это всего лишь эмоция, которая в мгновение ока сменится на другую. Так и произошло, спустя минуту омега собирал осколки и самого себя с пола, рыдая в голос из-за жалости к ничем не повинному предмету. Успокаивал себя мыслями о том, что если бы все в его жизни было бы иначе, то это был бы уже совершенно другой человек, и вечно же он не будет болеть им. Всему же должен быть предел. Просидел на диване весь вечер, смотря в одну точку пустым взглядом, прислушиваясь к внутреннему голосу, который спал, совершенно игнорируя парня. Остался замерзать в огромной квартире совершенно один.       Третий день – отрицание. Паку кажется, что он просто спит: его любимый рядом на кровати, как всегда прижимается к спине сильнее, согревая своим теплом, проснется скоро по будильнику ровно в восемь часов и разбудит сладкими поцелуями в шею. Почему-то этого не происходит. Сонхва проходит в гостиную, ища глазами белую рамку на центральной полке, которая всегда стояла на одном месте, а там только пустота. На кухне спит безмятежно Луни, дергая забавно ушками, но нет привычного аромата вкуснейшего завтрака, который альфа обожал готовить для своего любимого. Его снова бьет по голове осознание, что это все давно в прошлом и его больше никто не поцелует в висок, покачивая в объятиях, чтобы облегчить боль. Ревет от боли кровоточащего сердца так, что Луни снова носится, не зная, куда спрятаться от своего поехавшего хозяина, а Сонхва пытается на четвереньках поймать котенка, чтобы успокоить его, хотя кто бы его самого успокоил. Руки опускаются, и с засохшими дорожками соленых слез ложится под одеяло, закутываясь в кокон собственных мыслей и горя.       Четвертый день – хандра. Омега не находит сил подняться с кровати, тупя взгляд в потолок, не замечая тихого мурлыкания Луни и игнорируя оповещения на телефоне, который закинул куда подальше, чтобы разобраться в себе без лишней помощи, правда, выходит херово. Такое ощущение, что выплакал все океаны слез, голос сорвал в криках признаний, ненависти и боли. Никаких эмоций не осталось, а только всепоглощающее одиночество, что гуляет по комнате, тихонько посмеиваясь над Сонхва изрисовывая все стены серыми и бурыми кляксами. Душа вся в таких же цветах, но добавляется литр черного – цвет отречения от чувств, миллилитры красного – упрямство и разрушение самого себя, капля синего – печаль и новое духовное начало. Все смешивается на чистой белой палитре и размазывается жесткой кистью. Хва дышит размеренно через силу, чувствуя, как горят легкие от нехватки запаха его любимого альфы, наконец-то, просыпается омега внутри парня и ненавязчиво шепчет, что сейчас бы подошел кто-нибудь другой, но Пак только мысленно просит заткнуться. Покидает кровать только ближе к вечеру, когда вспоминает о своем драгоценном Луни.       Пятый день – смирение. Утро начинается ровно так же, как и день назад, только сегодня в голову неожиданно врезается мысль, что он никогда не вернет своего любимого, которого нужно сделать раз и навсегда бывшим. Поблагодарить тихо за все, что было и ничего не стало, отпустить спокойно, начиная дышать без запаха почти позабытого. Сонхва несколько дней назад сжег мосты за собой, поэтому возвращаться никак нельзя, если повернуть, то только падать, без шанса на спасения и выбраться по острым выступам обратно. Даже если никто больше не полюбит, если все будут восхищаться только внешней оболочкой, без интереса узнать, что под ней скрывается, и если суждено быть в одиночестве, то пусть так будет. Хва смирится со своей участью, примет свою новую жизнь, которую построит по кирпичикам окровавленными руками, а если и нужно, то будет выдирать свои чувства на живую. Он уже зашивал ржавой иголкой свое сердце, не впервой страдать, но сейчас так хочется, чтобы кто-то заботливыми руками обработал рану и поцеловал напоследок для лучшего заживления. Несмотря на все отвержение, омега хочет быть просто счастливым и влюбиться снова, только без такого финала, но страшно невероятно. Подобного он, Сонхва, не переживет ни физически, ни морально.       Шестой день – зима. Лучший способ избавиться от своих ядовитых чувств – это заморозить их в вечные льды превратить, только бы никогда о них не вспоминать. Надевает свою дражайшую маску, в которой так комфортно существовать, впервые за шесть дней берет кисти для макияжа и подходит к зеркалу. Сам себя не узнает в огромном стекле темной ванной комнаты, кажется, что он похудел еще на пару килограмм и становится страшно: острые скулы, бледные губы и черные глаза выделяющиеся еще сильнее. Это не тот Пак Сонхва, в которого влюбился его теперь уже бывший, не тот, которого записывали в идолы поклонения, называли эталонами изящности и красоты. Совсем другой, с другими мыслями, возможно, с другой жизнью. Теперь, правда, не вычеркнешь два года, в которых кроме страдания не было ничего хорошего: замкнулся в себе, отказывался от помощи папы, забывая о брате, посвящал все время своему горю и, создавая образ некого идеала, к которому стремился всегда, губил душу. За все нужно благодарить Вселенную: за все падения, взлеты, слезы и счастливые моменты. Может, он никогда бы не решился что-то поменять, пока в его жизни не появился Хонджун, о котором старался не вспоминать.       Легким движением прозрачной руки наносит светло-бежевые тени и широкой кистью с румянами проводит по щекам, добавляя хоть какого-то цвета бледному лицу. Смотрит из под прикрытых век на отражение, понимая, что больше нельзя так жить. Проходит в гостиную, обнимает себя за плечи, почти трясется от холода, а во всем виновата быстрая потеря веса. Включает отопление на максимум и ищет забытый телефон, с которым на диване спит Луни. Слабая улыбка появляется на губах, присаживается рядом, сразу же ставит айфон на зарядку и ласково поглаживает котенка, который натерпелся не меньше Хва за это время. Наконец, заходит в инстаграм. Уже как неделю ничего не публиковал, а это заметили многие - завалили сотнями комментариями и сообщениями в директ, но ищет сейчас только единственный чат.

***

      В тот день, когда омега довозил Хонджуна домой, они почти всю дорогу обсуждали песни, что играли по радио. Спорили из-за одной и восхищались другой, как оказалось, у них не такой уж и разный вкус в музыке. Джун открывался совершенно с другой стороны: он не такой уж холодный, как кажется на первый взгляд, а достаточно веселый со своими странными шуточками, но от них Пак смеялся искренне и замечал, как альфа смотрит с горящими глазами на него, хотя это могло показаться. Ким выглядел отдохнувшим и совершенно живым со счастливым блеском в глазах, когда рассказывал о том, как папа подарил ему плеер на рождество и диск группы Queen, мальчик заслушивал до дыр каждую песню и может с точностью вспомнить каждое слово спустя столько времени. Хва восторженно заново изучал парня и не понимал, как он раньше называл его «животным», ладно, уж это было вполне заслуженно.        Тогда омега и проболтался, что окончил музыкальную школу, а Ким, открыв рот, долго не мог поверить, что младший умеет играть на пианино. Сонхва только тихо хихикал над реакцией альфы и на мольбы, когда-нибудь сыграть для него, отвечал отказом. Тот только обиженно дул губы, совсем как ребенок – это умиляло. Вообще, есть достаточно серьезная причина, по которой Пак уже долгое время не садился за свой любимый инструмент, который стоит в доме у родителей, и опять же, эта причина – его любовь.       Он до безумия любил смотреть, как Сонхва длинными пальцами пробегается по клавишам и напевая слова какой-нибудь английской песни, перевода которой не знал. Омега писал только для него свои мелодии и с покрасневшими щеками играл их, но получал лишь только восторженные возгласы и нежные поцелуи в качестве благодарности, но взамен ничего не требовалось, кроме радостной улыбки любимого. Когда они расстались, Хва на заднем дворе сжег всю свою музыку, глядя на дикий огонь, он решил, что больше не притронется к инструменту ни за что в своей жизни. Папа умолял хотя бы с музыкой не заканчивать, но парень был непреклонен в своем решением. Сейчас уже как-то отпустило и стало легче, но по прежнему боится сесть и за пианино и сыграть даже простой «собачий вальс». Кажется, что пальцы с прежней легкостью не смогут нажать на клавиши и голова откажется соображать вовсе.       Когда остановились у подъезда Кима, Хва взял с него обещание, что альфа будет ложиться спать раньше двух и хоть иногда высыпаться, тот только с теплой улыбкой на красивых губах молча слушал, а потом и вовсе рассмеялся, когда омега нахмурившись, протянул мизинчик для закрепления обещания. Его смех, взгляд, руки да во всем нем, прослеживаются маленькие лучики солнца вперемешку с нежностью и властностью. -Хорошо, Пак Сонхва, - мурашки по спине, стоит назвать парня полным именем, - только я буду очень занят работой до воскресенья, так что буду редко писать. -А кто сказал, что я буду ждать от тебя СМС? – смотрит куда угодно, только не в темные глаза, а скрещенные пальцы так и не расцепляет. -Да ладно тебе, - голову по-птичьи склоняет, - сам себе не ври. -Все, Ким Хонджун, покинь мою машину, - отдергивает руку, вцепляясь мертвой хваткой в руль. -Спасибо, Сонхва, - так тихо и с такой мягкостью, что омега плавится, как масло на солнце.       Кто же знал, что писать из них двоих не будет именно Пак. Находит чат, открывает и замирает от многочисленных сообщений. Понедельник @good_lil_boy 21:30 Я только проснулся, потому что как попал домой, снова вырубился на несколько часов. Что ты наделал со мной? Мой организм теперь сломан? Вторник @good_lil_boy 23:11 Привет, Сонхва, я только освободился, дико устал. Ты умеешь делать массаж? Хотя, о чем это я? Ты можешь все, но лучше всего у тебя получается меня игнорировать. Среда @good_lil_boy 2:05 Я обещал ложиться раньше, но я не могу уснуть, может, мне не хватает тебя? Ты снова так жесток ко мне. @good_lil_boy 15:45 Чтоб ты знал, я теперь доставку еды не так часто заказываю, потому что твое мясо не сравнится ни с чем:((( И что мне делать теперь? Надеюсь, тебе стыдно, Пак Сонхва, что я теперь голодаю. @good_lil_boy 22:55 Если ты так меня хочешь проучить, то у тебя получилось. Хватит меня игнорить, это уже не смешно. Или я просто блять для тебя клоун? Четверг @good_lil_boy 14:10 Пак Сонхва. Я тебе заказал букет цветов, но ты даже курьеру не открыл дверь. Я требую моральную компенсацию в виде совместной прогулки, ну или хотя бы напиши мне. Я волнуюсь, между прочим -.- Бессовестный изверг. Пятница @good_lil_boy 13:45 Пью кофе в пекарне и замечаю, что ты с воскресенья не заходишь в инстаграм. Я идиот. Ты заболел? Может, мне приехать? И почему мы с тобой не обменялись телефонами? Отправь хотя бы точку, пожалуйста? Суббота @good_lil_boy 23:58 Тебе очень повезло, что я не могу вырваться и приехать к тебе. Мне писал Уджин, позвал на его игру в воскресенье и сказал, что его любимый Хва-я тоже придет, но хен, почему-то выключил свой телефон и брат не может тебе дозвониться. Надеюсь, что тебя убили или есть очень серьезная причина, по которой ты НИКОМУ не отвечаешь, потому что я тебя убью, Пак Сонхва. Позвони родителям. Минхо и Уджин волнуются. @good_lil_boy 23:59 Я тоже.       Сонхва хочется разреветься от этой заботы, а в груди сердце быстро бьется от волнения. Он слишком плохой сын, брат и друг. Набирает номер папы, спустя два гудка слышит родной голос. -Пак Сонхва, я постарел из-за тебя на лет пять, - вместо приветствия, - я собирался звонить в полицию и заявлять о пропаже сына. -Пап, все в порядке. -Замолчи, - с нотками стали, - почему твоему брату пишет какой-то «топовый хен» и говорит о том, что Сонхва не выходит на связь? Ты взрослый человек, делаешь со своей жизнью все что захочешь, но не заставляй беспокоиться людей, которым ты не безразличен. Я уже не стал названивать по поводу синеволосого пьяного мужчины, думал, ты все сам расскажешь. Он тебя подсадил на наркотики? Втянул в плохую компанию? Я узнаю о нем все и подвешу на его же яйцах вниз головой. -Оставьте яйца в покое, - закатывается хохотом омега, - что ты, Уджин пытается уже их лишить. -Не съезжай с темы. -Пап, - резко выдыхает, собирая мысли в кучу, - у меня просто было такое состояние, как тогда в августе. -Боже, почему ты не позвонил? Как ты сейчас? – обеспокоенно спрашивает Минхо, а у Хва сейчас сердце разойдется по кривым швам. -Все закончилось почти за неделю, а не как тогда – за полгода, - лучше рассказать все сейчас и разделить свое состояние с самым близким человеком, - только не перебивай меня, хорошо? Я разорвал последнюю нашу фотографию и решил начать жить по-другому, без него. Мне нужно было переболеть и все осмыслить, я просто боялся полюбить другого и что меня больше никто не полюбит, как он это делал, но, пап, - пытается унять дрожь в руках, - я устал винить себя каждый раз, когда просто с кем-то общаюсь и устал жить им. -Сонхва, мальчик мой, - меняет гнев на милость, - как себя чувствуешь? -Я сейчас в порядке, два года страдал и по сравнению с неделей – норма. -Ты все равно мог подать какой-нибудь знак, что все в порядке, - расстроено говорит папа, - и что на тебя повлияло? Или кто? -Скорее всего, я сам захотел, - если это не скажет, то будет считать себя вруном, - ну, и еще кое-кто. -Я хочу все знать, - требовательно. -Давай в другой раз, я чувствую себя, будто по стенке размазали, но могу сказать одно – синеволосый алкаш, на чьи яйца вы покушаетесь, хен, который понравился Уджину и который, возможно, является причиной моего желания вернуться к нормальной жизни – один и тот же человек. -Пиздец, - пораженно говорит Минхо, а Хва со смеха чуть ли не падает с дивана. -Папа, прошу не выражаться. -И он пойдет завтра на матч? -Наверное, я не знаю. -Тогда ты отвозишь брата к одиннадцати на стадион, а потом приезжаешь домой вместе с этим парнем, возражений даже не принимается, - очень убедительно. -Если Хонджун согласится еще. -Хонджун, значит, - задумчиво протягивает Минхо и ничего хорошего эта интонация не предвещает, - знаешь, Хва, ты молодец, что решился на перемены. -Спасибо, пап, - на душе становится спокойнее в сотни раз теплее, - я пойду, мне еще Луни надо покормить. -Хорошо, мой хороший, береги себя.       От разговора с папой былая буря утихает и появляется солнце сквозь тучи от того, что хоть с кем-то поделился своими мыслями, но парень не идет кормить котенка, а заходит в инстаграм снова и прикусывая губу пишет Киму. Как-то слишком волнительно и стыдно за это отсутствие, тем более он заставил волноваться не только родителей, но альфу тоже. Может быть, Хва не так уж ему безразличен? @seonghwa_treasure 13:05 Привет, Хонджун. Мне так неловко, что тебе пришлось беспокоиться, прошу прощения за это. Сейчас все хорошо, просто нужно было время. Мне жаль.       Ответ приходит почти моментально. @good_lil_boy 13:07 Ты пиздец как меня напугал. Что с тобой было? @ seonghwa_treasure 13:08 Ну, можно сказать, эмоциональное выгорание. @good_lil_boy 13:08 Почему ты не мог мне об этом сказать? Родителям? Мы бы помогли. @ seonghwa_treasure 13:08 Тут никто бы не помог, все в порядке, правда. Ты как? @good_lil_boy 13:10 Не хочется признаваться, но сейчас уже лучше. @ seonghwa_treasure 13:10 Потому что я написал?       Сонхва просто хочется дурачиться и надеется на какую-нибудь дерзкую фразу, как обычно, но улыбка спадает, когда получает ответ. Уж слишком он скучал по пререканиям с Джуном. @good_lil_boy 10:11 Да, Сонхва. @ seonghwa_treasure 10:12 Воу, кто-то скучал по мне?)       Пытается все в шутку перевести, даже ставит эту чертову скобочку в конце, которую терпеть не может, но сглаживать углы как-то нужно. Не то чтобы ему неприятно было, что о нем заботятся и волнуются, наоборот – это льстит и заставляет чувствовать себя нужным, но от альфы подобных знаков он не ожидал и не надеялся на подобное. Слишком отвык от чувственных слов. @good_lil_boy 10:16 Сонхва, мне не до шуток сейчас. Это дико бесит – мы, вроде бы, с тобой нормально общаемся, но потом ты тупо пропадаешь, ничего не говоря, и хрен знает, что случилось. Я был все время занят, чтобы приехать к тебе, курьер не мог достучаться до тебя полчаса, но будь моя воля, я бы простоял сутки, долбясь, чтобы ты открыл блядскую дверь. Забьем на меня, но Уджин и папа тоже не находили себе места. Мы с твоим братом перебрали кучу вариантов, где, с кем и что происходит. Если тебе станет легче, то да, я скучал и волновался. Мне сейчас нужно снова идти работать. @ seonghwa_treasure 10:21 Да тебя никто и не просил волноваться обо мне! Мы просто знакомые, окей? И не надо на меня напирать и чтобы я еще больше чувствовал вину на себе, ты не знаешь, что со мной происходило, а начинаешь кидаться нравоучениями. Да, давай так и сделаем – забьем на тебя и все. Спасибо за заботу. И можешь не приходить завтра к моему брату на матч, там тебя никто ждать не будет. @good_lil_boy 10:22 Я понял, Сонхва, но решу сам, что мне делать. @ seonghwa_treasure 10:23 Удачи. Прочитано       Сонхва откидывает телефон от себя, от досады хочется разреветься, но хватит с него слез, тем более плакать из-за Хонджуна он точно не собирается. На ровном месте обрывает тонкие ниточки, что начали появляться между парнями, так жалеет об этом, но связать обратно не получится. Нервы натянуты, как струны, губу сильнее прикусывает, трезво мыслить не может в данной ситуации, считая слова альфы совершенно необоснованными и с каких пор должен вообще перед кем-то отчитываться? Он сам в состоянии решить все сам и чья-либо помощь не поможет решить душевные терзания. Папа еще хочет, чтобы это животное появилось на пороге их дома, ну уж нет – такого не будет. Чем мог понравиться Уджину этот придурок? Невероятно раздражающий, нахальный и беспринципный.       Злость доходит до высшей точки, резко встает и идет на кухню тяжелыми шагами, хватает корм, рассыпая половину мимо чашки, а Луни даже не собирается заглянуть на кухню, будто чувствует, в каком состоянии хозяин. -Блять, - видит бардак, который он устроил, присаживается на корточки и собирает по одному шарику сухого корма, считая их вслух, чтобы успокоиться.       Уже в который раз, Ким выводит омегу из хлипкого равновесия, заставляя принимать гнев столовыми ложками, не запивая водой. Дико хочется покурить, хотя никогда этого не делал, потому что терпеть не может табачный дым, но, кажется, что никотиновые палочки смогли бы уменьшить напряжение и снять легкий спазм в мышцах. Садится за барную стойку и лицом падает на холодную поверхность. Если так посудить, то может быть, Хонджун в чем-то прав, как ни хотелось бы это признавать. Стоило выйти из своего шара насилия собственной души и хотя бы написать пару строк – «я в порядке, скоро выйду на связь», но он снова поступает, как эгоист и думает только о собственной сохранности сердца, а не о том, что испытывают другие. Эгоизм – это хорошо, но в меру. Его не было в социальных сетях с воскресенья по субботу, а раньше каждый день кидал какие-нибудь сториз или вел трансляции. Почему папа волновался – понятно, Пак его ребенок и они созваниваются не так часто, а в этот вовсе не подходит к телефону, но альфа… Сонхва только сейчас осознает, что это он, совершенно необоснованно нагрубил единственному человеку, далекому от его семьи, который волновался. Даже цветы прислал, писал каждый день и готов был стоять сам под дверью…       Как сам Хва повел бы себя, если бы с его близким знакомым произошло подобное? Прикрывает устало глаза и представляет, как бы обрывал телефоны всех больниц, и не дай Бог, моргов, метался бы по всем возможным местам, где можно было бы найти друга и альфа имеет полное право сейчас злиться, а Хва, как всегда, повел себя по идиотски. Ему было незнакомо и непривычно принимать эту заботу со стороны Джуна, словно вообще забыл, что такое трепетное обращение к себе. -Какой же я долбоеб, -хнычет омега, понимая, что следует извиниться за свои слова, но неприятный осадок остался, поэтому лучше пусть отойдет сам парень и Ким тоже.       Осознание своих ошибок – половина пути к их решению. Что поделать, если Вселенная наградила красотой, но не умом?

***

ATEEZ – one day at a time 16:05       Парень стоит возле зеркала, рассматривая слегка отросшие корни светлого цвета. Стоит покраситься вновь в черный или вернуться к своему прошлому, когда он был так счастлив? По-разному перекладывает прямые пряди и все ему не нравится: их длина, цвет да в целом хочется себя всего перекроить заново. Вообще он благодаря Хону начал своими маленькими шажками идти навстречу новой жизни. Почему? Тут все просто - не появись альфа когда-то в пекарне, пугая своим взглядом (что и делает это до сих пор), если не вносил бы хаос своим присутствием в бесконечный день сурка, то омега бы и продолжал так жить в водовороте из собственной крови и криков, проваливаясь все глубже, но легкое прикосновение к руке, когда они лежали в полном вакууме, глядя друг другу в глаза, помогло вынырнуть на поверхность. Не только чувство тепла на прозрачных ледяных пальцах заставило пересмотреть собственные приоритеты, нет. Хва понял, что постоянная боль его быстро сожрет, если так и не оставит свое прошлое там, где его место. Ему всегда не хватало того самого пинка в противоположную сторону, чтобы учиться не существовать ради него, а полноценно жить для себя. Нехотя признает, что Хонджун подтолкнул его на перемены. Возможно, ему симпатизирует Ким в малой степени, возможно, поэтому Сонхва берет телефон и набирает номер Сана.       Трубку берет почти сразу. -Алло, это кто? -Привет, это Пак Сонхва, - нервно сжимает край домашней кофты и ходит кругами по комнате. -О, здравствуй, Сонхва, - уже более радостно произносит альфа. -Как твои дела? – начинает издалека. Очень неудобно о чем-то просить старшего, но раз решился на изменения, то пусть они будут кардинальные. В конце концов, когда мы разрываем отношения с парнями, то хочется что-то поменять, например, цвет или длину волос и не важно, что после расставания прошло уже чуть больше двух лет. -У меня все чудесно, у тебя как? Как прошла встреча с Минги? -Минги, - он снова о нем забыл совершенно – все из-за Хонджуна, да и неудобно за тот случай в ресторане, чтобы писать ему, - у тебя есть свободные минут пятнадцать? -Если это долгая история, то лучше расскажешь мне ее потом, - слышится смех. -У меня есть небольшая просьба, ты бы не мог меня в светлый перекрасить? -Светлый? Да без проблем, я сейчас отвезу своего знакомого и буду свободен, можем в шесть часиков встретиться у меня на студии, адрес сейчас скину.       Боже, храни Чхве Сана. -Серьезно? – вздох облегчения срывается с губ, - сколько будет стоить? Ты знаешь, что можешь просить любые деньги. -Какие деньги, я тебя умоляю. Лучше возьми парочку бутылочек красного вина, - вновь смеется. -Хорошо, значит, придется ехать на такси, - смотрит в окно, наблюдая за быстрым движением облаков, - тогда до шести часов. -До встречи, Хва.       Сан так легко согласился и кроме вина ничего даже не попросил, так мило с его стороны. Настроение Хва немного поднялось вверх, где-то между отметкой «Ким Хонджун – я тебя терпеть не могу» и «я унылое дерьмо, которое все испортило». Он обязательно поговорит с Джуном, точно, но гораздо позже.

***

      Огромное стеклянное здание освещают близстоящие фонари белого холодного цвета. Пак поднимает голову и присвистывает, думая, что неплохо Чхве устроился, раз может позволить снимать себе студию в одном из престижнейших бизнес-центров Сеула. Пока ехал в такси, почитал пару статей в интернете об этом альфе, как оказалось, Сану двадцать шесть лет, хотя по нему и не скажешь, что одну четверть века прожил, но по проницательным глазам можно сказать, что прошел огонь, воду и все дерьмо мира. Еще в колледже создавал собственные коллекции одежды, позже его заметили модные дома и понеслось. О жизни до учебного заведения ничего не написано, но и Пак не какой-то сталкер, чтобы все разнюхивать, и так понятно, что Чхве достаточно успешный человек со своим огромным внутренним миром, которому хочется доверять.       Лифт останавливается на четырнадцатом этаже, омега еще раз проверяет сообщение Сана, поворачивает направо и сразу видит дверь с номером тысяча четыреста один. Тихо стучит два раза, а затем нажимает на ручку двери, аккуратно просовывая, пока еще, черноволосую голову. -Проходи, я сам только что приехал, - откуда-то из глубины зала слышит приятный голос альфы. Время 18:03.       Сонхва идет по дубовому ламинату, осматривая все вокруг: слева стоит небольшой темно-бордовый диванчик с какими-то бумажными пакетами, рядом два огромных серых матовых шкафа. Напротив справа огромное зеркало, почти во всю стену с множеством подсветки, дальше всех стоит парикмахерское кресло такого же цвета, как диван, ровным рядом расположены обычные высокие стулья, скорее всего для того, чтобы делать макияж и рядом с каждым стоит квадратный столик. Все просто, но с другой стороны очень изысканно и современно смотрится. Сан выходит из какой-то белой двери, недалеко от шкафов, держа в руке два пузатых бокала. -Куртку можешь повесить слева на вешалку, ты что-нибудь покупал к вину? – два стола совмещает в один и снова уходит в загадочное помещение. -Ага, фрукты и сет суши, надеюсь, ты их любишь, - чуть громче говорит, снимая верхнюю одежду, оставаясь в черных обтягивающих джинсах и кожаной свободной рубашке такого же цвета. -Воу, круто выглядишь, - глазами пробегается по фигуре омеги, - ты доставай все, а я пока посмотрю краску.       Хва, как заботливый хозяин, моет фрукты в мойке для волос (не говорите Сану), раскладывает по тарелкам, открывает суши, ставит сразу бутылку на стол и любуется своей сервировкой, еще свеч не хватает, ага. Пак готов сам с себя посмеяться, но усаживается в удобное кожаное кресло и достает телефон, совершенно не замечая, как подходит альфа, запуская руки в черные волосы, немного оттягивая их. -Светлый, значит? – Сонхва чуть ли не подпрыгивает на месте. -Не пугай так, - смотрит через зеркало на мужчину, - да, я всегда был блондином, но потом начал краситься и сейчас хочу вновь светлым быть. -Началась черная полоса в жизни? После этого перекрасился? – кажется, что он мозг видит и каждую мысль, но Хва старается этому не удивляться. -Можно и так сказать. -Полностью белым стать не получится, понимаешь, да? – с каким-то сожалением в глазах, - могу осветлить и затонировать, чтобы не совсем как тряпка санная был. -Ну, спасибо, - содрогается от смеха, - делай что хочешь, только можно, я выйду в прямой эфир? -Да без проблем, - пожимает плечами и начинает рыться в высоком шкафу.       Сонхва задерживает дыхание, когда нажимает кнопку «начать трансляцию», с привычным холодом и ухмылкой смотрит в камеру. Он решил менять, но для своей аудитории так и останется холодным с пуленепробиваемой оболочкой, титановым сердцем и острым языком. Ни за что на свете не покажет им свои слезы или обрушенные стены своего замка, только ту маску, которую все восхваляют, принимая за настоящую сторону омеги. Пусть так и будет, он согласен. Улыбка растягивается сильнее, когда видит многочисленные лайки и комментарии по типу: «я так скучал», «где ты пропадал?», «наш Сонхва снова с нами, мы дождались этого!». Тем временем Сан открывает бутылку вина, разливает по бокалам и протягивает один из них парню. -Привет, мои хорошие! Я вас так давно не баловал фотографиями, тем более трансляциями. Всем нужно отдыхать и мне тоже, но теперь я снова с вами. Давайте за это выпьем, - чокается с экраном, а затем с Саном, который неотрывно смотрит за Паком и его движениями, - сегодня я со своим другом Саном, решил поменять немного образ, позже выложу фотографии. «Скажи, что это будет светлый!» «Мой Бог - Сонхва задает тренды чек» «Пиздееец, какой ты красивый, тупо ловлю краш на омег»       Сан не спеша наносит осветляющий раствор на волосы Пака и понимает одну простую истину – Сонхва невероятно одинок. Он готов заливать свою пустоту восхищениями других людей, но от этого дыра меньше не становится, а наоборот все сильнее рвется. Он не такой плохой и закрытый, как хочет показаться для других, но Чхве не скажет об этом вслух. Кажется, что младший кого-то ждет, постоянно проверяя, кто зашел на трансляцию, порой забывая отвечать на вопросы и отвлекаясь на собственное отражение в зеркале.       Спустя минут сорок трансляция заканчивается и Хва заметно расслабляется, устало улыбаясь Сану, но тот отпивает вино и не выдерживает. -Ты всегда такой? -Какой? – заинтересованно. -Со всеми лапушка, а стоит камере включиться, как у тебя защитная реакция срабатывает? -Ага, - с легкостью отвечает, холодные руки прикладывает к покрасневшим от алкоголя щекам. -Ты выглядел напряженным, - задумчиво закидывает виноград в рот, устраиваясь на стуле удобнее. -Если честно, то я поругался со своим… другом? Да, другом, - неуверенно продолжает, - он всегда заходит на мои трансляции, а тут его не было, хотя может я пропустил его ник. -Из-за чего поссорились? -Я просто дурак, - горько усмехается, сильнее сжимая ладонь на своей коленке, - он обо мне волновался все время, пока меня не было в инстаграме, а я только разозлился, нагрубил и почти послал. Завтра матч у моего брата и он тоже должен придти, а у нас билеты рядом. Не знаю, как себя с ним вести после этого. Но он, чтобы ты знал, тоже не подарок: обломал свидание с Минги, а потом еще начал на меня наезжать, что я виноват и заставил беспокоиться всех. -Знаешь, - спустя минуту молчания начинает Сан, отставляя бокал на стол, и смотрит прямо в глаза, - можно сделать несколько выводов: первый – ты ему не безразличен. Ни один альфа бы не стал рвать жопу из-за омеги, на которого плевать, уж поверь мне. Можно и объяснить его гнев, потому что мы не сильно любим показывать свою заботу полностью и бесимся, когда не получаем за это благодарность. -Мой бывший не был таким. -Я тебе говорю, как это бывает в основном, а не гребу всех в одну кучу, - снисходительно улыбается, - просто пойми, ты сильно его задел этим ответом на его чувства. Ты можешь завтра и извиниться, поговорить, чтобы не было больше обиды друг на друга. -А остальные выводы? -Тебе тоже на него не все равно. -Нет, это неправда, - трясет головой, - ты ошибаешься. -Может, я ошибаюсь, но оно, - показывает указательным пальцем в сторону груди, - никогда не ошибается. Вы еще сами не совсем понимаете, что вам нужно, но я думаю, разберетесь со временем. Могу посоветовать, не бояться говорить то, о чем думаешь, но старайся контролировать свои эмоции, а то получится только хуже. -А ты сам когда-нибудь любил? – тихо спрашивает. -Только своего папу, - с нежностью в голосе, - но сейчас появился один омега, которого хочется узнать получше. Я сегодня его довозил до дома, и он милый, но меня шугается, как будто сатану. -Почему? -У него есть уже альфа, который нравится, - открывает вторую бутылку вина. -И тебя это вообще никак не заботит? – искреннее удивляется Сонхва, округляя глаза. -У меня есть предчувствие, что этот парень разобьет Уену сердце, а я просто буду рядом в нужный момент. -На скамейке запасных, получается. -Можно и так сказать, - поднимает бокал и произносит тост, - давай за то, чтобы мы любили и сами стали любимыми. -Ну, просто до слез, - улыбается ярко Пак, - мне кажется, было бы всем легче, если бы мы друг в друга влюбились. -Это точно, - грустно усмехается Сан, крепче сжимая ножку бокала.

***

Время 23:20.       Сонхва делает уже двадцать седьмое селфи и все налюбоваться своим новым цветом не может. Сан сделал его светлее, затонировав в слегка серо-фиолетовый, Пак, увидев результат, готов был составить фотографию альфы в рамку и молиться на нее, а мужчина только тихо смеялся. Они долго не могли разойтись болтая обо всем на свете, даже вспомнили о Минги и испорченном «свидании». Обстановка была невероятно уютная и домашняя, как раз для подобных откровенных разговоров. Омега считает, что за все двадцать два года у него никогда не было таких понимающих друзей, как Сан. Они выпили не так уж и много, но приятная легкость в голове оставалась даже тогда, когда они минут десять прощались, обнимаясь и благодаря друг друга за это время, а таксист молча ждал, прикидывая сколько содрет с омеги за ожидание.       Наконец, выбрав одну из многочисленных фотографий, где на глаза спадают свежевыкрашенные волосы, губы приобрели розоватый цвет, а кожаная рубашка не так сильно открывает вид на ключицы. Нажимает «опубликовать» с подписью: «сейчас в темноте не так хорошо виден мой цвет волос, но @san_sun сделал что-то невероятное! Спасибо еще раз, люблю». Выдыхает резко, чувствуя, как потеют ладошки, места найти себе не может. Луни устраивается рядом и пухлые губы растягиваются в нежной улыбке от любви к этому пушистому комочку. -Почему всем так нравится Хонджун? – шепотом произносит, - даже тебе, маленький предатель.       Котенок только подставляется под ласку, прикрывая глазки от удовольствия, а Хва продолжает обновлять страничку в десятый раз, пробегаясь глазами по комментариям, лайкам и подпискам, но не находит ничего от Кима. Он же всегда одним из первых ставил, теперь такое желанное, «сердечко». Так сильно обиделся? В груди неприятно скребет, а внутренний голос осуждающе цыкает и не понятно, то ли от того, что Сонхва вспылил и наговорил такой ерунды или потому что ждет хоть какого-то действия от альфы. -Может, он занят, а, Луни? – но котенок только во сне переворачивается на другой бок.       Но не через полчаса, не через час и даже не через пять, на телефон так и не проходит оповещение от короля пиратов.