Под небом Берлина

Мелодия пространная звучит, берет надежду и дает отчаянно, пытаясь скрасить будни. Забыв про боль, ты слушаешь ее. И в этом мире больше ничего не надо... Музыка к главе - Poets Of The Fall – Morning Tide Endless Melancholy – You Are The Moonlight POV Arthur Никогда еще не чувствовал себя так. Мне до безумия хотелось продлить свою жизнь. Только бы видеть ее улыбку, слышать смех, смотреть в ее глаза. Но, нет. Я знаю – смерть все ближе ко мне. Каждый новый день приближает ее. Хотя последнее время голова не так часто болит, но я полагаю, что это затишье перед бурей. Перед концом. Закрываю глаза и содрогаюсь от этой мысли. От моих невеселых мыслей меня отвлек робкий стук в дверь. -Да, войдите,- ответил я и сразу собрался. Теперь я снова серьезный адвокат, делаю вид, что занят кучей бумаг на моем столе. -Мистер Мирроу, я могу же идти,- это Эстер – мой секретарь. Я смотрю на часы половина девятого – она все еще здесь. -Эстер, а ты до сих пор здесь. Уже поздно. -Просто ты не давал распоряжений идти домой. Эстер работает на меня уже пять лет, а все еще ждет разрешения, чтобы уйти домой. Образец идеального сотрудника, на которого можно положиться и довериться. -Конечно можно. -Доброй ночи, Артур. -Доброй ночи. Дверь за ней закрылась. Вообще по образованию она тоже юрист, но должности адвоката, предпочла должность моего личного помощника. В завещании я указал, что после моей смерти контрольный пакет юридической фирмы будет принадлежать именно ей. Тут уже не отвертится от ответственности. Я устало потираю глаза. Завтра два тяжелых слушания в суде, нужно отправляться домой и попытаться отдохнуть. На стоянке уже нет автомобилей. Да, Мирроу – ты трудоголик. Выезжаю из гаража и откидываю верх автомобиля, чтобы наслаждаться вечерним воздухом. Каждый раз, как в последний раз. Потому что вдруг. Последние полтора года так и живу, каждый день, как последний. Врач и так говорит, что я почти медицинское чудо. По-хорошему давно уже должен сыграть в ящик. Ведь я отказался от бессмысленной, на мой взгляд, химеотерапии и тяжелых препаратов. Мое скромное мнение заключается в том, что это лечение превращает последние мгновения жизни человека в сущий ад. Я так не хотел. И не хочу. Тем более сейчас. Ночной ЛА прекрасен. Он сияет тысячами огней, неоновыми вывесками. Толпы молодежи в поисках развлечений. У каждого своя судьба, своя жизнь. Никто не знает, что ждет нас завтра. По крайней мере, я не знаю, хоть и подозреваю. Я научился быть сильным и не включать механизмы отрицания, которые свойственные всем людям, уже довольно давно. Дело в том, что мозг человека так химерно устроен, что перед лицом реальной угрозы, с которой человек заведомо не справится, сознание переключается на другие проблемы, менее важные и сложные. Но с которыми человек однозначно может справиться. Я не такой. В лицо угрозе, какой бы она не была, я привык смотреть прямо и не юлить. Смерть – не минует никого. Рано или поздно, ее дыхание коснётся каждого. Вопрос времени. Мы не бессмертны. Более того мы смертны внезапно. И даже не так страшно умирать, когда знаешь, что ты умрешь в определенный срок. Ты можешь спланировать все и рассчитать свои дни. Сделать программу максимум. Принести пользу. Страшно умереть внезапно. От пули, под колесами автомобиля, при взрыве на заводе или в конце концов отравиться в ресторане не свежими мидиями. Но это я так, шучу, конечно. Свою программу я выполняю каждый день. Неожиданно частью этой программы стал маленький и дорогой мне человечек. Нэсси пропала бы без меня. Я знаю, это звучит довольно самонадеянно, но так оно и есть. Я могу заставить ее забыть обо всех бедах, который были в ее жизни. Заставить ее смеяться и радоваться жизни так, как умею это я. А после моей смерти, она сможет продолжать радоваться этой жизни, в статусе довольно обеспеченного человека. Родным и близким нет нужды не в моем банковском счете, ни в недвижимости, впрочем, ей тоже. Но, все- таки. Я так хочу. Подъезжаю к своему дому, в окне зала горит свет. Меня это не удивляет. Нэсси там. Она почти всегда там, особенно последние два месяца, пока Адам разъезжает с концертами по миру. Быстро поднимаюсь по ступеням на крыльцо, открываю дверь и замираю. Замираю от того, что вижу. Старый рояль остался от прежнего хозяина. Я никогда не умел играть на нем. Но от чего-то оставил здесь. Он неплохо сочетался с остальным интерьером дома. Нэсси сидела и играла на нем. Девушка-сюрприз, за год я так и не узнал, что она умеет играть. Она играла. Нет, даже не играла, а колдовала. Мелодия, которая раздавалась из- под ее пальчиком, заставила меня забыть даже собственное имя. Я стоял очарованный и слушал. Даже, начинавшая было болеть голова, неожиданно перестала болеть. Впервые без обезболивающего. Все растворилось в звуках музыки. Перестал существовать весь окружающий мир. -Нэсси,- я закрыл глаза и прислонился к дверному косяку. Забыв обо всем. Она играла с закрытыми глазами. Ее тоненькие, но длинные пальчики знали, как играть. Они порхали туда-сюда, а музыка лилась и заполняла собой пространство. Музыка стихла, а я продолжал стоять, как привороженный. Только звук знакомого голоса вывел меня из транса. -Артур? -Я не знал, что ты играешь… -Прости, я без спроса…просто… -Не говори глупостей. Тебе не нужно разрешения, малышка. -Спасибо,- я открыл глаза. Нэсси слабо улыбалась. -Это было волшебно, малышка,- я притянул ее к себе – ты сыграешь мне еще, потом, может, когда будет совсем плохо. -Не говори так! -Нэсси, смерть неизбежна для всех. Рано или поздно,- тут я понял, что не стоило начинать этого разговора с ней. Ее глаза вспыхнули. В них загорелась злость. Она резко отстранилась от меня. -Как ты можешь!- ее голос сорвался на крик – как можешь так легко принимать смерть! Без борьбы! Не смей просто так сдаваться!!! -Нэсси, ничего не изменить. -Я тебя ненавижу!!!- прокричала она – ненавижу за то, что ты так легко сдаешься. Нэсси подошла ко мне и продолжала истерить, ударяя меня своими маленькими кулачками. Крича и еле сдерживая рыдания. Я знал ее, как уравновешенную, сдержанную и сильную девушку. А она сейчас походила на обезумевшего человека. Она громко плакала, пытаясь ударить меня снова и снова, при этом повторяя, как мантру: -Я тебя ненавижу! Ненавижу!!! Я схватил ее руки, крепко сжимая запястья. Прижимая к себе и обнимая. В желании успокоить ее, хотя успокоительное и мне не помешало бы сейчас. -Нэсс, успокойся, малышка. Все будет хорошо. Она затихла, тихо всхлипывая. Подняла свои серо-зеленые глаза: -Я тебя не отдам, слышишь? -Бросаешь вызов смерти,- я улыбнулся, хотя по сердцу полоснуло, как ножом. -Да, да,- сказала она твердо. Стала на кончики пальцев и потянулась за поцелуем. Я прекрасно понимаю, что она это делает с целью отвлечь меня от моих мыслей. И черт меня подери! Ей это удается. Ее поцелуй уносит меня отсюда, ее руки расстёгивают пуговицы моей рубашки. Я не заметил, как она сняла с меня ее. Пальцы ловко скользили вниз к застежке брюк. Это невозможно. Меня накрыло волной возбуждения. -Нэсси, что ты со мной делаешь? Что ты творишь? Она тяжело дышала. Глаза горели вовсе не жалостью. Страстная и нежная. Невероятная девушка. Мечта любого мужчины. И моя… -Ничего особенного. Не думай о плохом,- она на несколько секунду задумалась – знаешь, ты можешь, сделать все, что хочешь. Со мной…- она выдохнула. Фраза, заставившая меня, воскресить самые смелые фантазии. -Ты уверена, в том, что предлагаешь? -Да,- твердо сказала она. Я прижимаю ее к стене, поменяв нас местами. -Я спрашиваю, ты серьезно? -Да, я же сказала. -Нэсси,- я целую ее, одновременно снимая с нее футболку и стаскивая шорты, оставляя ее в нижнем белье. Лилейная кожа, благородно белая. От моих поцелуев остаются следы, а мне нравится оставлять эти метки на ее коже. Я хочу ее, забывая обо всем. Обо всем на свете. Если именно это она ставила целью, то ей прекрасно удавалось заставить меня забыть. -Пойдем,- я беру ее за руку и увожу в спальню. Аккуратно усаживая на кровать. Снимаю атласную ленту со штор. -Приляг, пожалуйста. Она кивает молча. Я продеваю ленту через спинку кровати, а другую сторону ленты связываю руки Нэсси. Привязывая ее руки к кровати. -Атлас,- я низко наклоняюсь на ней, обжигая шею, своим дыханием, наблюдая ее реакцию на мои прикосновения. Она вздрагивает и прикрывает глаза – он не оставляет следов, он скользит по коже, дополняя спектр ощущений. Частичная беспомощность усиливает удовольствие, превращая каждую клеточку тела в источник наслаждения. Нэсси глубоко вздохнула. POV Nassy Я запуталась. И то, что делаю, в корне не правильно. Я не люблю его или люблю. Сама не понимаю. Но Артур другой. Он не боится говорить о любви. Не боится ее выражать, но меня бесит то, что он смирился с неизбежностью своей смерти. Он продолжает целовать меня, не пропуская ни миллиметра кожи. Мне тяжело дышать, я судорожно делаю вдох и забываю выдыхать. Что такое со мной? Я никогда так не хотела этого. Он сводит меня с ума, действительно, заставляя чувствовать такое, что было неведомо мне ранее. Невозможность пошевелить руками, создает ощущение тотального контроля его надо мной. Но, странно, я не против этого контроля. Ибо в нем он не навязчив, он предлагает, и я соглашаюсь. Раскаюсь ли я потом? Нет. Может я превратилась в развратную, пошлую личность. Что с того? Минуты счастья, это все, что я могу дать ему. Он заслужил это. -Нэсси, я люблю тебя. Я люблю тебя, малышка,- шепчет он, обжигая горячим дыханием кожу на моей шее. Внутри меня все сжимается. Я хочу большего. Просто хочу чувствовать его и переживать эту гамму эмоций, смешавшихся с чувственными ощущениями. Я выгибаю спину, чтобы прижаться к нему. Это все, что я могу. Я сама на это согласилась. Пожалела? Ничуть. Обездвиженные сначала руки, а затем и ноги – делают ощущения вершины наслаждения невероятно, тягостно сладким, долгим и уносит тебя за пределы сознания. Оно затуманено, способность четко мыслить отказывает тебе. Все, что ты чувствуешь, все что переживаешь – безграничную свободу, фантастичную смесь эйфории и отчужденности. Каждое его движение во мне, то более резкое, то совсем, плавное. Все призвано, чтобы свести меня с ума. Я кричу его имя, мне кажется, я уплываю куда-то вдаль, где тепло, надежно и так легко. Мне с ним так легко… POV Author Неяркое, утреннее солнце освещает побережье. Сапфировые волны лениво шлифуют золотой песок. Легкий бриз шевелит шифон и шелк штор. Приносит запах моря и нового дня в комнату. Артур нехотя открывает глаза, с тяжелой мыслью о предстоящем дне. Бросает взгляд на девушку, спящую рядом. Парень улыбается и нежно проводит рукой по ее щеке. -Малышка,- тихо произносит он, чтобы не разбудит ее – как я буду без тебя. Артур тихонько поднимается с кровати, напоследок поправляя, сползшую простынь, с плеча девушки. Безупречный костюм и внешний вид серьезного человека, маска непроникновенного служителя Фемиды. Пламенная речь, допрос с пристрастием, ворох доказательств. Обращение к судье, итог – его клиентка получает развод и большую часть состояния, как компенсацию за неверного мужа. День, еще один день жизни, неумолимо летящей в черную пропасть. Пульсирующая головная боль начинает мучать усталого парня. Он прикладывает руки к висками и закрывает глаза. По телу начинает расползаться слабость, он отводит руки от лица и смотрит, как мелкая дрожь сотрясает пальцы. Артур откидывает голову на кресло и делает глубокий вдох. Работа забрала особенного много сил, не только сегодня. В его жизни вообще. Он от многого отказался за возможность стать одним из самых успешных адвокатов в своей области. Неустанно также работая в муниципальной практике, а мимо проходила жизнь. Боль усиливалась, распространяясь по всей голове. Артур слегка застонал. Привычные прикосновения нежных и прохладных пальцев заставили его вздрогнуть. -Нэсси,- девушка провела рукой от его лба до щеки и наклонилась, целуя его. -Привет,- сказала девушка – болит, да? -Уже, нет,- выдохнул он, отвечая на ее поцелуй, беря ее за руку и усаживая себе на колени – что ты здесь делаешь? -Мне стало скучно самой. -Хочешь поужинать? -Ага, с утра ничего не ела. -Какой кухне отдашь предпочтение, Мисс Хеллер?- бодро сказал Артур. -Японской пожалуй. -Японской, значит японской. Поехали? -Поехали. Белая тень скользнула вдоль улицы, обминая и оставаясь незамеченной для людей. Она следовала за парнем в куртке с капюшоном, который шел по улице, закрыв уши наушниками с бесстрастным выражением лица. Парень остановился на углу Вильгельм-штрассе и устало оглядел пространство. Снова поссорился с Киро и Дэйвом, устроил скандал в клубе. Напился и стал приставать к какой-то девчонке. С позором был выгнан из клуба, повезло, что полицию не вызвали. Кай остановился в нескольких метрах от него и тяжело вздохнул. -Совсем парень катушек слетел. Ах, Нэсси, Нэсси. Как же ты ему нужна, девочка моя. Только вот боюсь, что он тебе совсем не нужен уже. И я не могу винить тебя в этом.