blood chase

      Утро встречает слабым сквозняком из спальни к кухне. Солнце заползает в небольшую квартиру и подбирается к кровати. На ней расположился кокон, из которого выглядывала бордовая копна волос. Кокон немного шевелится, сразу же морщась от ударившего в лицо солнца. Хонджун медленно разлепляет глаза, но мозг зразу пронзает невыносимая боль. Он опять прячет лицо в одеяло, потираясь о него носом. Где-то сбоку слышится тихой смешок, на который Ким дергается и резко поворачивается, игнорируя головную боль. Рядом с ним лежит Минги в одном белье. — Я приготовил яичницу, — Сон улыбается, смотря на растерянное лицо офицера. Тот оглядывается и понимает, что находится в своей квартире, с разбросанными на полу своими же вещами. — Ты голоден? — Ч-что ты тут делаешь? — Запинаясь спрашивает Хонджун. — Ты не помнишь? — Минги вскидывает бровь. Хотя, он этого и ожидал. — Мы пошли в бар, ты выпил. — Игриво начинает Сон, но старший его перебивает. — Не продолжай, — он прижимает к груди одеяло, прикрывая голый торс (и не только). — Уходи. — Строго, спустя после пары секунд заминки говорит Хонджун. — Но… — Без «но», — он быстро надевает нижнее белье и выталкивает что-то говорящего Минги к двери. — М-мои джинсы, — растерянно говорит Сон, когда Хонджун хлопает дверью перед его лицом. — Хонджун, отдай мою одежду!       Ким оседает около двери, закрывая уши ладонями. Он тихо матерится в пол, боль снова ударяет голову, заставляя того зажмуриться. У него никогда не было ни с кем по-пьяни. При каждом акте он был в здравом уме, контролировал ситуацию, а теперь что? Офицер Ким раздвинул ноги перед пижоном. — Хонджун, это уже не смешно, — вздыхает Минги. — Ну спасибо, блять.

ХХХ

      Хонджун заходит в участок и вздыхает с облегчением, замечая, что стол Минги пуст. Как бы он не хотел сейчас остаться в той злощастной кровати, но Исин ударит сильнее чем похмелье. Ким подходит к своему столу, но его хватают за локоть. — Стоять, — Сон отводит офицера в угол. — Какого чёрта, Хонджун? — Для тебя я всё ещё хён. — Какого чёрта это было, хён, — перефразировал Минги, всё ещё держа офицера за локоть. — Я принёс твои вещи. — Ты хоть знаешь как мне пришлось добираться до дома. — Мне не интересно, — Хонджун отводит взгляд и идёт к своему месту, но его притягивают обратно. — Почему ты так холоден ко мне? — Руки Сона оказываются по бокам от головы Кима. — Слушай, — устало начинает Джун. — Это был секс по-пьяни… — Нет. Мы могли просто поговорить и обсудить это, но ты просто выставил меня за дверь в полуголом виде. — Прости, — стыдливо опускает голову Ким. — Просто это был мой первый раз с парнем. И я поступил глупо. — Погуляем сегодня? — Неожиданно говорит Минги. Сейчас он доминантной позиции, так что, самое время сделать первый шаг. — Даже после того, как я выгнал тебя голым на улицу? — Хонджун поднимает голову, смотря в глаза офицера. Тот кивает. — Мне понравилось. Хочу узнать тебя с другой стороны. — Улыбается Сон и уходит на своё место. Ким вздыхает и идёт за ним.       Минги падает в кресло, закрывая глаза. На душе чувствуется приятная тягость вниз. Его покой разрывает шум рации на плечи Хонджуна. — Донос на наркопритон. Район Хонсу*, — шипит рация. — Участок номер пять, приняли, — устало говорит Хонджун и поднимается. Минги встаёт на ноги следом.       От обратной стороны Сеула у Хонджуна пробегает орда мурашек по спине. Воздух пропитан грязью и фастфудом. Он слегка сжимает руль, паркуясь у нужного дома. Они выходят, замечая как какой-то мужчина отходит за угол, видя полицейскую машину и оружие в руках Минги. — Не доставай пистолет просто так. — Мы не в самом лучшем районе, я должен подстраховаться, — объясняет Минги, перезаряжая ствол.       Они заходят в нужный подъезд, держа оружие наготове. Ким аккуратно толкает входную дверь носком туфли и та с лёгкостью поддаётся, приглашая войти. В квартире сыро, тихо, не пахнет большим скоплением людей. Хонджун достает пистолет из кобуры и принимает боевую позицию. Медленно заходит в дом и поднимает руки на уровне глаз. Минги прикрывает его сзади. — Хён, — внезапно прерывает натянутую тишину Сон. — Что? — Тебе понравилось? — Минги улыбается, не теряя внимания. — Я не помню, — цокает офицер. — Проверь там. — Он указывает подбородком на спальню и кухню. Минги кивает и ретируется в нужное место. Сам Джун медленно направляется в ванную. Дёргает ручку и медленно толкает дверь вперёд, держа пистолет наготове. Он осматривает комнату и замирает, смотря на труп, сидящий в ванне. — Минги! — Зовет Ким, смотря на гвоздь, вбитый в лоб убитого парня.       Сон заходит в комнату и выдыхает, пряча оружие обратно в кобуру. — Звони Сонхва и Ёсану…       Через пару часов в квартире собираются полицейские, дом окружают патрульные. — Почему ты опоздал сегодня? — Недовольно спросил Хонджун, глядя на Сонхва. — Я еле глаза открыл, скажи спасибо, что вообще доехал сюда без происшествий, — бубнит Сонхва, отпивая минералку. — Нам поступил донос на наркопритон. Мы поехали на адрес и нашли труп, — пересказывает Минги, вздыхая. — Сон Догван. Двадцать пять лет. Учился в старшей школе Дуата, кабинет 1-Б, — рассказывает Сон, нервно дергая ногой. — Есть цифра? — Тихо спрашивает Ёсан, смотря на офицера. — Шесть на его языке. Я поверхностно осмотрел тело, причина смерти — удушение. Как у двух первых. — Да, он не отходит от своего стиля, — со спины к ним подходят Юнхо и Чонхо, переступая мусор, лежащий на полу. — Он остановится только тогда, мы найдем труп с цифрой один? — Юнхо переводит взгляд на офицеров. — Скорее всего. Но мы не должны довести до того, чтобы всех моих старых друзей переубивали, — Минги потупляет взгляд, смотря на ванну.       Сонхва обходит квартиру, подмечая, что она явно в аварийном состоянии: бóльшая часть обоев сдёрта, в квартире витает запах сырости вперемешку с трупной вонью. Явно видно, что квартира не жилая. — Ну, как твой вечер? — Ёсан появляется из неоткуда, заставляя офицера вздрогнуть. — Что ты имеешь ввиду? — Сонхва приводит себя в порядок, распрямляя плечи. — Как та девушка? — Я не помню, — отвечает Пак, пожимая губы. Он не забивал себе голову именами всех девушек и парней, с которыми был. Он просто пил и забывался в чужом теле, игнорируя ноющую боль в груди. — Она настолько тебя не зацепила? — Усмехается Кан. — Не то что бы, — начинает оправдывается Сонхва. — Просто она не с огоньком… она как все. — А кто же для тебя «с огоньком» и не «как все»? — Спрашивает Ёсан, поворачивая голову на Пака.       Сонхва замирает, всматриваясь в лицо Ёсана, как будто в первый раз. Он помнит как впервые встретил его полицейском участке. Пак работал всего неделю, только медленно вливался в коллектив и однажды к ним пришел парень, над которым начали смеяться из-за того, что «Ёсан так любит свою работу, что халат уже прирос к нему». Тогда-то он и познакомился с Кан Ёсаном — патологоанатомом из больницы, работающей с пятым участком. На нем была синяя рубашка и галстук с незамысловатыми красными линиями. Тот смущенно поправлял очки, мня в руках подол белоснежного халата. Их история началась с тех самых разбитых очков. После этого начался рассказ длиной в три года. Да, после расставания, и за время отношений, они очень изменились — Ёсан стал увереннее, умнее, сильнее морально.       Сонхва открывает рот, чтобы ответить на вопрос, но его перерывает Хонджун: — Сонхва, родители приехали, — голос Кима в последнее время стал обеспокоенным. Происходили ужасные убийства, а они ничего не могли поделать. Ты, вроде бы, полицейский, а такой беспомощный.       Пак кивает и идёт за офицером. Там его уже ждут родители убитого. Женщина еле стояла на ногах, пытаясь успокоиться. — Минги, не могу поверить, что это произошло с Догваном, — плакала женщина, говоря с Соном. — Он ведь хороший мальчик. Кто мог убить его? Зачем? Что он такого сделал… — Я не знаю, тётушка, — горько выдыхает Минги, держа женщину за руки. — Мисс Сон, — начинает Юнхо. — Позвольте задать вам пару вопросов о вашем сыне. — Да, конечно, — кивает она и отпускает руки офицера. — Как давно он пропал? — Знаете, мы редко виделись, он очень много работал. Из-за этого мы виделись раз в месяц. — С кем он общался на постоянной основе и кто мог видеть его в последние дни жизни? — Спросите об этом его девушку. Думаю, он рассказывал ей обо всём. — Хорошо, мы поговорим с ней, — кивает агент. — У него были враги? Он мог перейти кому-то дорогу? — Я же говорю, что он хороший. Он всегда помогал людям, у него доброе сердце, — говорит женщина, вспоминая улыбку сына. Чонхо разминает шею потупляя взгляд, а по спине Минги пробегают мурашки. — Ладно, спасибо, — поджимает губы Чон. — Вам сообщат, когда можно забрать тело из морга. — Что думаешь? — Начинает Чонхо, когда они выходят на улицу, провожая взглядом полицейскую машину. — Да хер его знает, — вздыхает Юнхо, прикуривая сигарету. — Думаю, это мертвое дело. В любом случае, тебе нужно найти пассию этого парня и расспросить о том, хотел ли он встретиться с кем-то.

ХХХ

      Минги всё никак не может привыкнуть к холоду и запаху морга. Нет, в морге Ёсана не воняет трупами, воняет стерильностью и моющими средствами, но от самого осознавания, что ты находишься вокруг мёртвых, безусловно заставляет кожу дёрнуться. — Что тут? — вздыхает Сонхва, подходя к столу. — Итак, — Кан откладывает ручку и поднимается. — Как и сказал Минги, причиной смерти стала асфиксия. В крови я так же обнаружил кетамин. Его мозг был пробит огромным болтом. — Минги передёргивает. — У него переломаны ноги, синяки на руках… а также он был выпотрошен и зашит обратно, — Ёсан указывает на шов поперёк живота. — Разрез был очень аккуратным, что ещё раз доказывает, что убийца терпелив. Даже у меня разрезы кривее. — Ну, прекрасно, — вздохнул Пак. — Он стал ещё хуже и кровожадние. — Могу сказать, что по телам мы его не найдем. Нужно прошаривать их телефоны, знакомых, просто свидетелей. Он не оставляет следов. Совсем ничего.

ХХХ

      Участок понемногу опустевает: Сонхва слинял раньше, Хонджун поехал домой, так как ему нужно подготовиться к свиданию (Минги уже обозначил это как их первое свидание), в участке остались лишь дежурные офицеры, да и те побрели за кофе. Они с Кимом договорились встретиться в шесть, а значит Сону остался час на то, чтобы обзвонить хотя бы половину номеров в телефоне Сонхэ. — Ладно, спасибо, — Минги вздыхает на слова собеседника, что не знал с кем девушка хотела встретиться. Он кладёт трубку и роняет голову на сложенные на столе руки. День задался энергозатратным: ему пришлось обзвонить более ста номеров. Голова Минги пульсирует, но он планирует прийти в себя с помощью кофе. Сон шумно выдыхает и закрывает глаза. — Не помешал? — Минги резко дёргается, поднимая голову на голос. Перед ним стоит Чонхо, держа руки в карманах. — Нет, всё в порядке, — Минги зачёсывает волосы назад, зевая. — Я как раз заканчивал. — Я тоже только закончил. Обговорил с твоим капитаном пару нюансов и готов ехать домой, — Чонхо поджимает губы, смотря на кивающего офицера. — Я не видел твою машину на парковке. — Да, — неловко почесывает затылок Сон. — Произошли кое-какие неполадки, вот я и на ногах. — Ясно, — тянет Чхве. — Хочешь, я могу подвезти тебя? Как раз собирался напрямую ехать домой, а ехать одному — такое себе. — Я только "за", — улыбается Минги и принимается собирать вещи.       В окне мелькает вечерний Сеул. Он медленно загорается огоньками и фонарями. Люди возвращаются домой, неторопливо шагая по парку. Атмосфера в машине спокойная, играет убаюкивающая музыка, сильно влияющая на уставшего Сона. — У меня в кармане кресла пиво есть, — говорит Чонхо, наблюдая за офицером через зеркало заднего вида. — Нет, — смеётся Минги. — Мне нужно быть в трезвом сознании. — Встреча? — Свидание, — улыбается парень. — Вау, и кто она?       Только Минги собирается поправить агента, так телефон в его кармане вибрирует, оповещая о входящем звонке. — Да, пап? — Его голос звучит нежно, тепло. — Сейчас? Пап, уже почти шесть вечера, не думаешь, что уже поздно для посиделок за кофе? Ладно. — Вздыхает Сон. — Хорошо, я буду сейчас. — Он отключается, смотрит пару минут на потухший дисплей. — Резкая смена планов? — Невзначай спрашивает Чхве, сжимая пальцами кожу на руле. — Да, типа того. Закинешь меня в кафе «Эконо»? Оно тут, недалеко.       Кафе окутывает приятным теплом. Минги сразу замечает мужчину с не менее тёплой улыбкой на устах. Сон быстро подходит к отцу и тот заключает его в крепкие отцовские объятия. Они не виделись уже больше недели, так как Шивону нужно было ехать в командировку в Пусан. — Ну как ты? — спрашивает мужчина, когда им приносят кофе. — Всё прекрасно. Я влился в коллектив, у меня есть дело и зарплата. — Я рад, что тебе понравилось у Исина. У него работают неплохие ребята. — Они просто чудо, — улыбается Минги, отпивая кофе. — Но всё же, — голос Шивона становится серьёзнее. — Я хотел поговорить о твоём деле. — Пап, — опережает его парень. — Я не знаю почему их убивают. Я дорогу никому не переходил. Ты же знаешь, что в академии я пахал и зубрил. — Знаю, но тебе всё же нужно быть осторожным. — Я всегда осторожен. Более того, рядом со мной минимум два офицера. И я всегда вооружён. — А если ты не успеешь воспользоваться пушкой или потеряешь бдительность. — … — Вот именно. Не доверяй никому и будь начеку. — Хорошо, папуля, я не буду разговаривать с незнакомыми дядями на улице, — улыбается Минги, на что Шивон усмехается, закатив глаза. — Говоришь как твой дядя, ей Богу.

ХХХ

      Сонхва переступает с ноги на ногу, ожидая своей очереди на кассе. Кассирша, как на зло, вертит в руках мешочек с мандаринами, ища код. Сонхва вздыхает, опуская голову. — Она всегда так, — звучит голос Ёсана за спиной Пака. — У тебя в привычку вошло подкрадываться сзади? — усмехается Сонхва, поворачивая голову на патологоанатома. — Нет, просто судьба таскает нас за друг другом, — пропускает смешок Кан, прижимая к себе сумку. — Давай помогу, — предлагает Сонхва. — Да нет, не нужно, — отмахивается Ёсан и из его сумки доносится стук бутылок. — Важный груз? — смеётся Пак. — У главврача день рождения. Я взял пару бутылочек домой, — оправдывается Кан. Сонхва заливается тихим смехом. — Ладно, воришка, пошли, отвезу тебя домой.       Ёсан закатывает глаза, тихо посмеиваясь и идёт за Паком.       В машине выключен свет, но Кан может разглядеть профиль Сонхва: нос с легкой горбинкой, подбородок слегка вытянут. Его губы поджаты, а брови сведены к переносице, что обозначало его сосредоточенность на дороге. С Сонхва спокойно, его присутствие успокаивает. Ёсан слабо улыбается, смотря на профиль бывшего молодого человека. Их отношения были сказкой. Ёсан мог чувствовать себя защищённым рядом с Паком, ведь тот чуть ли не спал с оружием. После расставания они остались коллегами, не больше. Они не были ни друзьями, ни врагами. Их связывала только работа и общая ноющая боль в груди. — Может, — Ёсан поджимает губы, когда они приезжают к его подъезду. — Разделишь со мной мою добычу? Ты же меня знаешь, меня от половины бутылки сухого вина уносит. — Посмеивается Кан. — Моё похмелье всё ещё не ушло, так что, — он пожимает плечами, мило улыбаясь. — Я только "за".       В квартире тепло, уютно. Витает аромат кофе и печенья. Даже несмотря на то, что Ёсан не очень хорош в готовке и выпечке. Сонхва снимает пальто и идёт следом за Каном по мягкому ковру. Ёсан мог создавать уют буквально за несколько минут. Либо же Сонхва был настолько влюблён, что проваливался в облака из ваты, просто смотря на парня.       Хлопок разносится по кухне и Ёсан, широко улыбаясь, начинает аплодировать Паку. Тот добавляет шуточное «С Новым Годом» и разливает вино по бокалам. Садится с другой стороны столика и берёт бокал в руку, болтыхая спиртное. — Давно мы так не сидели, — вздыхает Ёсан, смотря в бокал. — Да уж, — хрипит Пак, проваливаясь в воспоминания, в те дни, когда они пили, сидя на кухне у открытого окна. Где-то внизу из машины играла попса, но она не раздражала. Они оборачивались в эйфорию и танцевали на кухне, перед незакрытым окном. — Ты чего? Уснул с открытыми глазами? — Смеётся Ёсан, смотря на офицера. — На меня уже вино действует, — усмехается Пак. — Ты даже не выпил, — пьяно улыбается прижавший ноги к груди Ёсан. — А помнишь как мы познакомились? — Мне до сих пор стыдно, — смеётся Сонхва, отпивая вино. — Ты разбил мои очки, — Ёсан потупляет взгляд, нежно улыбаясь. — Наши руки соприкоснулись, я поднял глаза, но увидел только размазанную фигуру со светящимися глазами. — Ты выглядел замечательно в тот момент. — Только в тот момент? — Широко улыбаясь Ёсан переводит взгляд на офицера. — Нет. Ты выглядишь замечательно всегда. И с очками и без. — Да, но после коррекции зрения я стал не таким милым. — Ты? Не милый? — Вскидывает брови Сонхва. — Не смеши меня.       Ёсан тихо смеется и делает глоток вина. В груди что-то приятное тянет вниз, к бабочкам. Сонхва переводит взгляд в открытое окно. Всё как в прошлом. Будто слыша мысли Пака, в квартиру заползает тихая музыка. — Черт, Сонхва, — на губах Кана расцветает улыбка. — Это наша песня. Мы обязаны станцевать. — Он поднимается на ноги и тянет Сонхва за собой. — Сейчас? — Сонхва не может сдержать улыбки, смотря на пьяненького Ёсана. Он всё же встаёт и блондин сразу же прижимается к нему. Песня медленная, но в тоже время заставляет пританцовывать, приобнимая Кана за талию. На припеве Ёсан откидывает голову назад, отдаваясь голосу певца, держа на губах расслабленную улыбку. Он обнимает Сонхва за шею, прижимаясь к нему всем телом. Не хочется его отпускать. Ему больше по душе танцевать с ним до утра под песню молодости. — Ёсан… — Сонхва пьянеет не от двух глотков вина, а от манящего аромата Ёсана. — М? — Кан смотрит затуманено, слегка приоткрыв рот. Они смотрят друг другу в глаза, напрочь забывая о музыке. Сонхва первым подаётся вперёд, накрывая его губы своими. Ёсан берёт лицо Пака в ладони, прижимая офицера ближе к себе. Сонхва прижимает блондина к себе за талию, поглаживая бока. Их языки сплетаются в нежном, чувственном танце. Они пару раз встречаются зубами, но игнорируют это, полностью проваливаясь в поцелуй. — Сонхва… — Ёсан давит на грудь офицера, отстраняясь. — Думаю, это лишнее. — Он поджимает губы, смотря в глаза Пака. — Да, — кивает шатен. — Мы переборщили. — Кивает Сонхва и отпускает Ёсана. — До завтра? — Да, — Пак поджимает губы. — Увидимся завтра. — Кивает Сонхва и уходит. Ёсан выдыхает, опуская плечи. Он садится обратно и залпом опустошает два бокала, выдыхая.

ХХХ

— Ты опоздал. — Сразу начинает Хонджун, как только из Буггати выходит Минги. Руки Кима сложены на груди, брови нахмурены, а губы надуты. — Отец захотел резко встретиться. Мне пришлось брать такси и ехать к тебе домой за машиной, а ты сказал, что хочешь встретиться около кафе… — Ты опоздал. — Непроницаемо говорит Хонджун, смотря на парня. — Прости. Если бы кое-кто не выставил меня из квартиры в одних трусах — я бы приехал быстрее. — … — Прости, — он разводит руками. — Мне жаль, что я опоздал на наше первое свидание, — улыбается Сон. — Это не свидание. — Ага, — тянет нахальную улыбку Минги — Куда поедем? — Садись, — Минги улыбается и открывает дверь офицеру. — Парк аттракционов? Серьезно? — Вскидывает бровь Хонджун. — Тебе не нравится? — Минги отстегнулся и взял кошелёк. — Будем выглядеть как малолетки. — Я хочу увидеть в тебе малолетку, — улыбается Сон и выходит из машины. Хонджун вздыхает и идёт следом, закатывая глаза.       Парк освещён приятным светом фонарей. Под вечер тут собираются парочки, детей совсем нет. Минги закидывает руку на плечи Кима. Тот удивленно смотрит на офицера, разглядывающего колесо обозрения. Хмыкает и складывает руки на груди. — Хочешь сладкую вату? — Спрашивает Сон. — Я тебе что, ребенок? — Хмыкает Хонджун. — Хочешь, — тянет Минги, широко улыбаясь. — Совсем нет, — закатывает глаза Ким, еле заметно улыбаясь. Он покупает Хонджуну вату, всё так же обнимая его за плечи. — На какой аттракцион хочешь? — Минги отщипывает кусочек ваты, получая в ответ шутливо-грозный взгляд. — Игрушку хочу, — говорит Ким, смотря на тир. — Посмотрим, насколько ты был хорош в академии. — Игриво улыбается Хонджун, склоняя голову на грудь офицера. — Я был лучшим, — улыбается Сон и направляется к тиру. Хонджун тянет ехидную улыбку и идёт рядом.       Минги берёт в руки игрушечный автомат и проверяет его на наличие патронов. Облажаться перед Хонджуном — последнее что он хочет. Сбоку стоит ухмыляющийся Ким. Минги понимает, что тот ни капли не верит в него, но Сон дал себе обещание, что растопит этот айсберг.       Первый выстрел выбивает сразу двадцать балов и Минги переводит взгляд на прячущего улыбку в сладкой вате Джуна. Довольно улыбается и целится в мишень на пятьдесят очков. Закусывает губу и попадает точно в яблочко. — Какую хочешь игрушку? — Минги откладывает пластиковую пушку и смотрит на тепло улыбающегося Кима. — Гусеницу, — на лице Хонджуна расцветает детская улыбка, оголяя два ряда зубов и Минги понимает, что первый шаг сделан.       Они поднимаются по лестнице, смущенно улыбаясь. Совсем как дети, ей Богу. — Ну, — Минги почёсывает затылок, когда они подходят к дверям в квартиру Кима. — До завтра?       Хонджун кивает, внезапно целуя Сона в щёку и добавляет "до завтра". Минги опешивает на пару секунд, но расплывается в улыбке и обнимает Кима за талию. Он нежно накрывает его губы своими, а Хонджун кладет руки на его плечи, слабо сжимая их. Они прижимаются друг к другу, сплетая языки. — Пригласишь меня на чай? — Тихо говорит Минги, смотря в глаза старшего. — Нет, ты едешь домой, — голос Кима звучит устало, тихо. — Даже не на чашечку? — Не сейчас, Минги, — мотает головой Хонджун, отстраняясь. — Спокойной ночи. — Устало улыбается он и закрывает за собой дверь.       Минги широко улыбается и выходит из подъезда, продумывая дальнейшие действия.