blood chase

      В пентхаус медленно забираются лучи солнца, щекоча стопы офицера. Он лениво потягивается и открывает глаза, упирая взгляд в потолок. Под боком слышен негромкий храп Минги, снова утягивающий Хонджуна в царство Морфея. Сон протирается носом о рёбра офицера, заставляя того втянуть живот и сдержать улыбку от мурашек, пробежавших по телу. Младший шумно вздыхает и снова расслабляется, прижимая к себе Кима за талию. Тот пропускает смешок и обнимает парня за шею, повернувшись на бок.       Хонджун решил не отрицать симпатию к Минги, а просто наслаждаться приятными моментами. Нет, конечно, он не готов признаться в этом самому Сону, смотря ему в глаза, но планирует тихонько наслаждаться его компанией, утопая в глубоком голосе и обворожительной улыбке.       Минги вздыхает и сладко потягивается, расплываясь в сонной улыбке, чувствуя приятный аромат Кима. Он не думал, что его хён согласится провести пару ночей у него в кровати. Ему казалось, что старший делает это лишь из-за жалости к офицеру, находящемуся в нестабильном состоянии, но миниатюрные ладошки в его волосах дают повод задуматься о искренности или фальшивости заботы Хонджуна. Минги выдыхает в грудь старшего, что в его руках кажется совсем крохой. В объятиях друг друга они находят ту заботу, поддержку, заполняющих дыру одиночества в груди. Этих дыр не видно, но их можно заметить, влюбившись, узнав настоящего человека, а не искусно созданную маску. — Доброе утро, — бубнит Минги куда-то в грудь Хонджуна, сцепляя ладони у него за спиной. — Доброе, — шепчет Ким, перебирая в руках коричневые пряди. — Как ты спал? — Если ты выспался — я спал спокойно, — он поднимает голову, кладя подбородок на грудь старшего. — Я рад, что тебе перестали сниться кошмары.       На это Минги сонно кивает и снова потирается носом о футболку Кима, вызывая у него смешок. — Ты так вкусно пахнешь, — на выдохе произносит Минги, прикрывая глаза. — И чем же? — Чем-то пряным... и сушеными фруктами. — Но они пахнут не вкусно, — кривится Хонджун. — Мне нравится, на тебе этот аромат чувствуется прекрасно, — бубнит Сон и Хонджун готов благодарить всех героев мифов за то, что он не видит его смущение.

ХХХ

      Второе утро подряд Ёсан просыпается в кровати Сонхва. Глупо ли он поступает, оставаясь у того на ночь? Он не думал об этом, оправдывая себя "Жизнь одна, почему нет?". Но ведь если так подумать, развязность Пака не стала причиной их расставания.       Кан вырисовывает невидимый рисунок на груди спящего офицера. Его сердце стучит у самого уха, успокаивая, обволакивая спокойствием. На полу разбросаны вещи, на кухне гудит холодильник, а за окном кто-то опять задел соседский Ланос. От звука сигнализации Сонхва хмурится, собираясь глубоко вздохнуть, но сразу расслабляется, получая нежный поцелуй между бровей. Ёсан улыбается, утыкаясь носом в щёку офицера. — Решил продлить утро? — нужно признать, что утренний голос Сонхва чертовский сексуален. — Да, типа того, — мурлычет Кан, закидывая на мужчину ногу. — Вчера ты меня разбудил — сегодня я хочу подарить тебе хорошее утро. — Игриво закусывает губу Ёсан. — Разбудить меня уже не получится, — улыбается Пак, разминая шею. — Но я всё ещё могу сделать твое утро "добрым", — говорит блондин, мурлыча и залезает на бедра Сонхва. Тот ухмыляется и кладёт руки на бедра Кана, поглаживая их, иногда заходя на ягодицы. Младший вовлекает шатена в поцелуй, оттягивает нижнюю губу и сплетает языки. Сонхва прижимает блондина к себе за талию, потираясь маленьким бугорком о упругую попку партнёра, но тот нежно отстраняет его, не скрывая хитрой ухмылки. — Что? — В недоумении спрашивает старший, смотря на Ёсана. — Хочу сделать кое-что другое, — закусывает губу Кан и ровняется лицом с пахом Пака. В голову второго сразу лезут картинки губ Ёсана, обхватывающих его член, на что бугорок забавно, для пассива, дёргается. Он проводит языком по губам и принимается целовать живот шатена, иногда поднимаясь к соскам, руками поглаживая орган через два слоя ткани. В груди Сонхва разливается приятная нуга, заставляющая его веки тяжелеть. Через пару минут ласок торса офицера, Ёсан, наконец-то, медленно стягивает с него шорты с бельём. Не успевает он спустить одежду до конца как колом стоящий член шлёпает его по щеке, вызывая у Ёсана смешок. Рука Кана обхватывает орган Сонхва, начиная медленно двигать крайнюю плоть вверх-вниз. Пак вздыхает и начинает подаваться бёдрами вверх, толкаясь в канову руку. Тот довольно улыбается и аккуратно обхватывает головку губами, посасывая самый её верх, пошло хлюпая, как в самой пошлой яой-манхуа. — Хватит меня изводить, — рычит Сонхва, резко толкаясь вверх, но его останавливают сильные ладони. — Не вынуждай меня тебя привязывать, Хва, — невинно говорит блондин. Пак рвано выдыхает и опять роняет голову на подушку, а Кан возвращается к делу:       Ствол всё больше исчезает во рту Ёсана. Юркий язычок обводит орган, вылизывая тонкую кожу, проходится по венам. Глаза Кана непроизвольно закатываются, когда он берёт глубже, расслабляя язык, дабы избежать рвотного рефлекса. Его дырочка ритмично сжимается от резко накатившего лёгкого зуда. Ёсан стонет, пуская вибрации по члену и ведёт ладонью вдоль спины, останавливая пальцы на колечке мышц. Первый палец входит без проблем, заставляя голову чуть закружиться и взять член партнёра полностью. Он начинает двигать пальцем, усердно обводя языком член, желая доставить Сонхва максимальное удовольствие. Сам же Пак запускает пальцы в блондинистые волосы, сжимая у коричневых корней. Он терзает свои губы, напрягаясь, из-за чего окончательно уносит куда-то далеко. Тем временем Ёсан активно имел себя пальцами, разводя их и сгибая. Стоны впитывает в себя паков член, подрагивающий внутри горячего рта. Пальцы Сонхва сжимались всё сильнее, рука давила на голову пассива, на что тот сглатывал, посылая по телу шатена рать мурашек.       До слуха Ёсана долетают стоны и вздохи Пака, а после рот заполняется горячей спермой. Сам же Кан кончает на простыни, так и не прикоснувшись к своему члену.

ХХХ

      Хонджун, Минги и Сонхва заходят в участок, сразу расходясь по местам. Тишину рвёт топот и щёлканье ручки: Сан расхаживает около своего стола, нервно щёлкая ручкой. В другой его руке находится телефон, по которому он истерично пытается дозвониться своему парню. — Да сядь ты уже, — резко говорит Хонджун Сану. Тот блокирует телефон и садится за стол, слабо подрагивая. — Что такое? — Уён не пришёл домой, со вчерашнего вечера он не берёт трубку. Это совсем не похоже на него. Мы всегда говорим друг другу, если собираемся уехать куда-то. — Может он обиделся на тебя? — Предполагает Минги, пожимая плечами. — На что? Я сказал ему, что буду поздно, он сказал, что купит продуктов и поедет домой. У нас не было ссор. — Тогда, это выглядит подозрительно, — поджимает губы Сонхва. — Что за напряжение в воздухе? — В участок входят Чонхо и Юнхо. Чхве вскидывает брови, смотря на офицеров. — Наш программист не отвечает на звонки, — слегка дрожащим голосом говорит Сонхва, прикусывая щеку со внутренней стороны. — Может телефон сел? — Совершенно спокойно отвечает Чонхо, разминая плечи и останавливается у рабочего места Минги. — Со вчерашнего вечера? — Резко отвечает Сан, зло смотря на агента. — Вам нужно подождать два дня, а потом уже объявлять его в розыск. Может он просто... загулял. — Уён не такой, — вспыхивает Чхве, сжимая кулаки. — Он порядочный и добрый человек, в отличии от тебя. — Ядовито выплёвывает Сан, переходя на "ты", показывая неуважение к федералу. — Так, — накаляющуюся перепалку охлаждает низкий голос Юнхо. — Закончили на раз, два. Если он и в правду пропал — нужно использовать некоторые привилегии нашей работы и объявить его в розыск. — Слова Чона звучали больше как приказ. И этот "приказ" понравился всем, кроме его коллеги. — Мы так только потратим силы. — Заканчивай эту херь, Хо, — так же холодно говорит агент, заставляя Чонхо поумерить свой пыл и понять, что поступает крайне подозрительно. — Простите — прочищает горло Чхве. — Сейчас мы всех на нервах, я сказал не подумав.       Офицеры пару секунд молчат, переглядываются и, игнорируя агента, приступают к работе. Чонхо фыркает и выходит на улицу.       Холодный воздух ударяет в лицо, заставляя Чхве замереть на пару секунд, но вскоре он опирается руками о перила. Он начал паниковать, а паника — последнее что ему поможет. В таком расшатанном состоянии он может совершить глупости, а это не есть хорошо для него. Он вздрагивает, когда тяжёлая рука ложится на его плечо. Тут же оборачивается и натыкается на лицо Юнхо — друга детства, коллеги и приятного человека, готового помочь каждому нуждающемуся. Он ради него и пошел на эту специальность. Но было в жизни Чонхо кое-что, что сильно подкосило его. — И что это было? — Укоризненно, но с заботой спрашивает Юнхо. — Не удержал контроль над эмоциями, — опускает голову Чонхо, смотря на свои кулаки. — Если у тебя проблема с контролем эмоций — займись боксом.       Начались поиски пропавшего Чон Уёна. А самое страшное — убийца всё ещё на свободе и, кто знает, а вдруг его следующей жертвой станет именно Уён?       Сонхва откидывается на спинку кресла, наблюдая за выходящими из принтера листовками. Вздыхает и закрывает глаза. Столько всего происходит вокруг, а он не знает за что зацепиться. — Сан, он точно не писал тебе, что поедет куда-то? — Задумчиво спрашивает Хва. — Точно! Я нашел в нашей переписке сообщения, которые я не отправлял, — он разблокировал телефон и протянул его офицеру. Тот внимательно читает текст, сведя брови к переносице. — Он позвал его встретиться, а потом Уён перестал отвечать на звонки, — бубнит Пак. — Можем отследить его айфон? — Я попробую, — кивает Сан и разворачивается к своему компьютеру. — Мы пользуемся одним ICloud, я посмотрю его на карте. — Рассказывает Чхве и замирает. — Его телефон здесь. — Как такое может быть? — Хмурится Хонджун. — Позвоните.       Сонхва берёт телефон и набирает номер. Весь участок затихает, дабы услышать даже вибрацию. Неожиданно все офицера поворачиваются на замершего Минги. Тот медленно переводит испуганный взгляд на свою сумку, из которой доносится знакомый сигнал. Сон дрожащими руками вынимает телефон наружу и бегает глазами по подписи "Сан-и". — Какого чёрта, Минги? — В глазах Хонджуна смешаны злость, отрицание и разочарование, когда они отходят за угол. У Минги сердце сжимается, когда смотрит в глаза, которые ещё утром дарили нежность. — Я не знаю, хён, — дрожа оправдывается Минги, махая перед собой руками. — Это не я... ты же веришь мне? — С надеждой спрашивает Сон, смотря в глаза напротив. — Я уже не знаю во что я верю. Я... только начал принимать мою симпатию к тебе, а теперь у тебя в сумке оказывается телефон пропавшего парня, который связан с серийным убийством тем, что доставал полицейский нужную информацию. А это делает тебя главным подозреваемым. — Зачем мне убивать друзей? — Минги делает шаг вперед, хотя взять офицера за руки, но тот отходит, разводя руки в стороны. — Не трогай меня. — Хён... — Я не знаю, ты просто хороший актёр, либо... я понятия не имею кто ты. — Глаза Кима предательски заслезились. — Просто... оставь меня. — Утирает он слёзы и удаляется в туалет.       Минги тяжело вздыхает, опуская голову. В груди сжимаются узлы страха и боли. Неужто кто-то решил его подставить?       Хонджун приводит себя в порядок, смывая слёзы проточной водой. Почему он плачет? Он и сам не знает. Ким думал, что нашел человека, с которым спокойно, можно заплести идиотский хвостик, но он всё ещё будет называть тебя милым. А теперь его можно подозревать в похищении. — Я не трогал его! — Доносится до слуха офицера, а после следует шум падающих бумаг, канцелярии и крики. Джун срывается с места и выбегает к остальным. Минги повален на пол, а на нём сидит Сан, с размаху ударяя Сона по лицу. Минги пытается противиться, выставляя руки перед собой, но взгляд Сана застелен пеленой гнева. Минги не бьёт в ответ, лишь пытается защищаться. Его сознание норовит отключиться, но офицер не останавливает попыток оттолкнуть блондина.       Сана оттягивают Вонхо, Сонхва и вышедший на крик Исин. В глазах Минги плывёт, он пытается отдышаться, сфокусироваться на хоть чём-то, но лампочка на потолке видна через туман. Сан ещё что-то выкрикивает, обзывая Сона пидорасом и убийцей. Минги ощущает миниатюрные руки на своей ладони и отключается ненадолго.       Сан фыркает и откидывает руки офицеров и капитана с себя. Дёргает плечами и выходит на улицу. Сидящий около медленно приходящего в себя Минги Хонджун проводит его взглядом, и переводит его на окровавленное лицо парня. Сонхва протягивает ему салфетки и Ким принимается крайне аккуратно вытирать кровь с лица Минги. Губы и рот залиты алой жидкостью. Со скулы сочится кровь, а на переносице расцветает тёмный синяк. Минги сжимает челюсть, дабы не издать болезненный стон, когда Ким случайно давит на синее пятно. Когда с кровью покончено — он зачёсывает волосы назад, оголяя лоб. Дыхание Минги всё ещё не стабильно, но он несильно сжимает руку Хонджуна, пряча её в своей.       Минги вздыхает и открывает глаза. В дали он замечает размытые фигуры офицеров, а совсем рядом обеспокоенное лицо Хонджуна. — Можешь встать? — В пол голоса спрашивает Ким, поглаживая младшего по голове. Минги слабо кивает и медленно подается вперед, садясь. Джун помогает ему встать, но его лицо всё ещё изображает неуверенность в действиях. — Пошли смоем остатки крови. — Он придерживает Сона за талию. Они выходят в туалет и Минги принимается смывать кровь. — Ты виновен? — Спрашивает Хонджун, смотря куда-то в пол. Вопрос старшего заставляет шатена замереть, смотря на утекающую воду. — Нет. — Тогда как ты объяснишь телефон? — Я не знаю как мне оправдаться, — поворачивается Сон к Джуну. — А ты не оправдывайся и скажи всё как есть. — Я говорю всё как есть, — он кладёт ладони на плечи старшего, в глубине души радуясь, что тот не оттолкнул его. — Я не убивал никого, не похищал Уёна. Я клянусь тебе, хён. — Пытаясь держать уверенный голос, но тот предательски дрожит, когда он на него смотрит пара глаз, в которых накапливаются слёзы, с усилием сдерживаемые Хонджуном. Минги поджимает губы и медленно убирает руки с плеч старшего. Он вдыхает полной грудью, пытаясь унять навязчивое головокружение. Ким становится на носочки и притягивает младшего к себе за воротник, накрывает губы парня своими, когда тот выдыхает. Минги замирает на секунду, но тут же прижимает старшего ближе к себе за талию. Хонджун горько сглатывает, утопая в губах Сона и прикладывает ладони к щекам Минги. Тот поглаживает его спину, нежно сплетая их языки.       Дверь открывается и Хонджун резко отталкивает офицера, поворачиваясь к ничего не заметившему Сонхва. — Там Ёсан пришел, у него кое-что есть. — Да, хорошо, мы сейчас, — тараторит Ким, пожимая губы. Пак кивает и выходит, а Хон с облегчением выдыхает.       Они с Минги выходят к остальным. Сан стоял поодаль от всех, бессмысленно пробегая глазами по документам. Ёсан поджимает губы, смотря на побитое лицо парня, но немного улыбается в знак приветствия. — Что у тебя? — Спрашивает Минги, садясь на свой стол. — Пришли результаты мазка. — И что там? — Найдено семя. Мы проверили совпадения и в базе никого нет. Если хотим найти её насильника по сперме — нужно брать анализ у всех мужчин, с которыми она общалась. — Если Уёна похитили, и это сделал тот же человек, что и тот маньяк — это бессмысленная трата времени, — обращает на себя внимание Сан, складывая руки на груди и поворачиваясь к офицерам, не смотря на Минги. — Нужно ехать в тот ресторан, может его похитили оттуда.       Ресторан встречает миловидной хостес. Она приветливо улыбается офицерам и собирается вести их к столику, но Сонхва останавливает её. — Меня зовут офицер Пак Сонхва, — он показывает удостоверение. — Это офицеры Ким и Сон — Указывает мужчина на Минги и Джуна. — А почему полиция пожаловала к нам? — Дело в том, что пропал человек, а последняя назначенная встреча у него — в вашем ресторане. — И что я могу сделать? — Она внимательно смотрит на офицеров, подаваясь вперёд, тем самым давая понять, что готова сотрудничать. — Вы видели его? — Пак протягивает девушке телефон с фото Уёна. — Да, он ужинал у нас вчера, — кивает она, внимательно рассматривая фото. — Вы видели с кем он был? — Я не слежу за залом, я встречаю гостей. — А он выходил с кем-то? — Вмешивается Хонджун. — Да, его вывел какой-то мужчина в чёрном пальто. — Этот? — Он неприлично указывает пальцем на стоящего рядом Минги. — Нет, — слабо улыбается она. — Тот человек был ниже. Вот, — она указывает подбородком на Кима. — Чуть выше вас. — Я говорил, — шепчет Минги на ухо Хонджуна, а у того, груз с груди падает. — Можете спросить бармена, может он видел. — Хорошо, спасибо.       При расспрашивании бармена было выяснено, что мужчина подсел к Уёну спустя час после его прихода. Чону стало плохо и тот любезно вывел его из зала.

ХХХ

      Руки Уёна затекли не меньше ног. На губах скотч, а в глазах всё плывёт. Он не до конца отошёл от препарата, но может определить, что находится в толи кабинете, толи в гостиной дорогого дома, интерьер которого выполнен в венецианском стиле. Сбоку стоит книжный шкаф, вдали видна кухня, около шкафа расположено окно. Чон пытается растормошить себя, мотая головой. Он сразу пытается вспомнить слова Сана, которые он говорил ему, рассказывая, как они задержали насильника.       *Сан падает на диван рядом с шатеном, который сразу прижимается к нему. — Как на работе дела? — Тихо спрашивает Чон, вслушиваясь в биение сердца офицера. — Изнасилование, — вздыхает Чхве. — Девушку накачали и изнасиловали. — Задумчиво продолжает Сан, прижимая Уёна к себе ближе. — Почему людей не учат в школе, что если чувствуете, что вам что-то подсыпали — берёте такси до дома и пока ждёте — вызываете рвоту? — Надеются на порядочность граждан.*       Уён облегчённо вздыхает, вспоминая. Напрягается и дотягивается к скотчу, резко срывая. Игнорируя слабую боль, Чон собирается с мыслями и засовывает два пальца в рот, освободив тем самым организм от токсин.       Он выдыхает, прикрыв глаза, но снова напрягается, когда хлопает входная дверь. — Ты наблевал мне в цветок? — Вздыхает Чонхо, бросая ключи на стол. Уён же прижимает руки к груди и молчит. — Даже не ответишь? — Зачем я тебе? — Не поднимая взгляда спрашивает Уён. Чхве вздыхает и падает на диван. — Понимаешь, ты рушишь мой план, — непринужденно говорит Чонхо — План? — Они должны были найти телефон, а ты не должен найти биографию Чхве Хасу. — Я не буду ничего искать, — сглатывает Чон. — Я перестану работать с Сонхва, я уеду. — Он подползает к коленям Чонхо, а на его глазах выступают слёзы. — Пожалуйста, отпусти меня. Я никому не скажу, что видел тебя. — Молит Уён, на что агент с наигранным переживанием вздыхает и поглаживает щеку плачущего парня. — Я тебе не верю, — он толкает его обратно к стене и поднимается. — Нет, пожалуйста, нет, — заходится в истерике Чон, ползя за федералом.       Чонхо уходи на кухню через пару минут возвращаясь обратно. — Ты не ел уже долго, — он присаживается около парня и открывает консервы. Чонхо набирает в ложку немного рыбы в томате и протягивает её ко рту Уёна. Тот подаётся назад. — Можно я сам? — Тихо говорит Чон, смотря на агента с наигранной запуганностью. — Я ничего не буду делать, правда. — Сглатывает Уён, надеясь, что тот поведётся. — Ладно, — кивает Чонхо и поднимается. Через пару секунд в его руке оказывается канцелярский нож, разрезающий скотч на руках парня. Он потирает запястья и начинает есть. Чонхо приземляется напротив него. — Кстати, твой парень здорово разозлился, когда я сказал, что ты, возможно, загулял. — Он обхватывает свои ноги руками, а его слова заставляют Уёна подавиться. — С-сан? — Глаза снова норовят выпустить слёзы наружу. Чхве кивает. — Чонхо... пожалуйста... я не буду ничего делать. — Не переживай, я не буду тебя пытать, — он нежно утирает слёзы с его щеки. — Ты не заслужил этого.       Когда Уён заканчивает с ужином, Чонхо взял ложку и понёс её на кухню, а Уён понял, что сдаваться нельзя. Его ноги связаны — это огромная проблема. Он лихорадочно ищет что-то острое, осознавая, что время идёт на секунды. Взгляд натыкается на тот самый канцелярский нож. Чон хватает его и разрезает скотч на ногах. Голова немного кружится от резкого подъёма, но парень упрямо идёт к окну. Быстро справляется с ручкой и выпрыгивает с первого этажа, слыша шаги сзади. Впереди лес и надежда найти выход. Он срывается на бег, не смотря под ноги. Репейник и прочие колючки впиваются в голые ноги, но не останавливают Уёна. Его глаза начинают блестеть, когда в дали он замечает трассу, а на ней машины. И вот спасение близко, но он не успевает понять как начал катиться вниз по земле.       Чонхо хватает его за чёрные пряди, почти вырывая. В его глазах плещется лава, он зло рычит и тащит сопротивляющегося парня обратно в дом.       Уён скулит, когда полки книжного шкафа больно встречаются с его спиной. Он понимает, что сделал хуже. — Мрази любят убегать, да? — Шипит Чонхо, смотря на опустившего голову Уёна. — Я хотел тебя застрелить, дать тебе быструю смерть, но придётся тебя задушить. — Скалится Чхве и впивается в шею Чона руками. Шатен сжимает запястья агента, пытаясь его оттолкнуть, но понимает, что его руки куда сильнее. Дышать становится тяжело, картинка размывается. В мыслях пролетают все счастливые моменты: как они с семьёй ездили на пикник, когда Уён был только в первом классе, как его пригласили танцевать на школьном балу, как он встретил Сана... Боже, Сан.       Уён чувствует, как умирает. Он понимает, что это неизбежно. Он мысленно прощается с любимыми людьми, но стоит ему смириться, как к слуху затуманено доносится телефонная трель и хватка на шее ослабевает, а потом и вовсе пропадает. Судя по шагам, он ушёл на кухню. — Да? — Слышен голос Чхве, а к Уёну возвращается ясное сознание. Он снова поднимается, приводя дыхание в порядок. Его взгляд упирается в незакрытое окно и он совершает вторую попытку, надеясь, что собеседник задержит Чонхо дольше. Он бежит по тому же маршруту, но уже смотря под ноги. Сзади слышны маты, но Уён не оборачивается. Бежит со всех сил, обминая ту самую яму.       Выбежав с леса он замирает, смотря на огромную луну. Толи спутник приблизился, толи кетамин вышел не полностью. Резко в его слух врезается сигнал машины, а глаза слепит свет от фар. Последнее что слышит перед тем, как его голова соприкасается с асфальтом — визг шин и глухой удар.