Глава 1. Искусство соблазнения
11 июня 2020 г., 13:27
Позднее лето в северной Италии сильно отличалось от лета в Палаване. Яркое солнце, пробивающееся через окна монастыря, уже не согревало, а скорее угнетало, поглощая остатки энергии из каждого живого существа. Это чувствовал каждый, находившийся в классе. Найроби интенсивно потряхивала сложенным вдвое листом бумаги, Денвер тоскливо поглядывал на зелень на улице, Палермо каждые две минуты глотал воду, пытаясь утолить жажду, да и все остальные едва могли сосредоточиться на том, что говорил Профессор. Даже сам Серхио, который заявил во время завтрака, что жара не помешает ему преподавать, сбросил свой любимый пиджак и стянул галстук, время от времени терял концентрацию.
Единственным собранным человеком в классе оставалась стоявшая за спиной Профессора Ракель. Хоть она давно уже не могла понять, о чем он говорил, даже не могла вспомнить, как его правая рука, какую именно часть плана он рассказывал в тот день, ее внимание было полностью сконцентрировано на нем. Она влюбилась в Серхио, в доброго и сострадательного умника, укравшего ее сердце менее, чем за неделю, предложившего бросить все и начать совместную жизнь в раю. Но она не могла отрицать, что было что-то в Профессоре, таинственном преступном вдохновителе, что зажигало в ней огонь. Она рассматривала его накаченные руки, которые отлично просматривались через закатанные рукава рубашки, его темные волосы, которые вились больше, чем обычно из-за повышенной влажности, на его широкие плечи, которые всегда давали ей почувствовать себя в безопасности, когда он держал ее в своих объятиях ночью. Но именно его уверенность действовала на нее сейчас. Даже тогда, когда она знала его только в качестве искаженного на том конце провода голоса, ее влекло к его решимости и убежденности. Профессор был ее тайной фантазией.
Внезапный хлопок прервал ход ее мыслей.
— Внимание, группа, на этом закончим. Можете отдохнуть оставшуюся часть дня, — громко объявил Серхио, привлекая внимание группы. Те практически пулей вылетели из кабинета, даже не оглянувшись.
Не было смысла продолжать лекцию, когда все равно никто не слушал, и Ракель увидела в этом отличную возможность провести время наедине с человеком, который привлек ее интерес. Прикусив губу, она подошла к нему сзади, обхватила руками его талию и мягко прикоснулась к его выпуклости на брюках, лаская его шею нежными поцелуями. Она знала, что он улыбается, хоть и не могла видеть этого. Но вдруг Серхио прервал ее, обернулся и с сожалением взглянул.
— Ракель, мне нужно уйти на полдня, — заявил он, беря ее за руку в попытке хоть как-то уменьшить ее разочарование. Она нахмурилась, удивившись, что он не упомянул об этом раньше.
— Куда ты собрался?
— Я должен забрать кое-какие вещи в соседнем городе. Я не мог доставить их прямо сюда, чтобы никто не мог раскрыть наше местоположение. А это будет легко сделать, учитывая, что полиция знает наши лица.
Ракель поняла, почему он должен был это сделать, но очень переживала за него. Выдавив из себя улыбку, скрывая свое волнение, она прошептала:
— Пожалуйста, будь осторожен, — нежно поглаживая его по щеке.
— Буду.
Они подарили друг другу быстрый, но нежный поцелуй, и Ракель позволила ему уйти, наблюдая за тем, как Серхио покидает комнату. Вкус его губ заставил ее жаждать большего, но ей не оставалось ничего другого, кроме как набраться терпения.
«Всего несколько часов», — подумала она.
Ее планам на полдень не суждено было сбыться. Ракель попыталась чем-то занять себя, чтобы скоротать время. Сначала она решила прибраться на кухне после того срача, который оставили там Богота и Денвер, готовя для банды утром завтрак, но вскоре сдалась — это была невыполнимая задача в такую знойную жару. Приняв освежающий душ, она пыталась почитать книгу из монастырской библиотеки, но и от этого занятия пришлось отказаться — большинство из них было написано на латыни. И даже медитация не смогла спасти положение дел.
В конце концов, она просто бесцельно бродила по зданию, рассматривая старинные картины и даже слушала григорианские песнопения. Проходя через главный коридор, она вдруг услышала какую-то техно музыку, доносившуюся из одной из деревянных дверей, и решила проверить, что происходит внутри. Это явно не могли быть монахи. Аккуратно открыв дверь, она заглянула внутрь и увидела Токио, Найроби и Стокгольм. Они распивали спиртные напитки в винном погребе, танцуя и куря. Не зная, как на это реагировать, Ракель просто прислонилась к дверному проему и наблюдала за женщинами, скрестив руки на груди.
На них были легкие летние платья, кружившиеся вместе с ними, когда они двигались в такт музыке, и почему-то ей захотелось присоединиться к этому веселью.
— Черт, здесь коп! — пошутила Найроби, вызвав смех всех девушек, кроме Ракель, которая решила пропустить комментарий мимо ушей.
— Чем занимаетесь? — наконец, спросила она, продолжая стоять на том месте, где ее застали.
Токио покрутила в руке полупустую бутылку виски.
— Заливаем это в себя. Хочешь немного?
Ракель на секунду задумалась. Вряд ли идея напиться была хорошей, особенно, когда Серхио мог появиться с минуты на минуту, но ей нужно было отвлечься, так что это вариант казался привлекательным. К тому же, это поможет ей сблизиться с командой. Решившись, наконец, она вошла в комнату с застенчивой улыбкой и взяла бутылку. Это был бурбон двадцатилетней выдержки. Его мягкий золотистый цвет контрастировал с резким вкусом. Сделав большой глоток, Ракель почувствовала жжение в горле, но тем не менее, испытала удовольствие.
— Где вы это раздобыли?
— Токио нашла эту винодельню, скорее всего, она принадлежала Берлину, — объяснила Стокгольм. Ракель не удивилась этому нисколько. Судя по тому, что рассказывали про этого мужчину люди, стоило ожидать, что у него имелось скрытое хранилище алкоголя в монастыре.
— А где парни? — спросила Ракель, расхаживая по комнате и рассматривая старинные деревянные бочки, наполненные тосканским вином, задаваясь вопросом, знает ли кто-нибудь еще об этом месте.
Найроби пожала плечами, усмехнувшись.
— Какая разница?
Девушки согласно кивнули и наполнили бокалы янтарной жидкостью, начав болтать обо всем на свете. Их заплетающиеся языки говорили о степени опьянения. Находясь с ними здесь, рассказывая про свою жизнь до приезда в Италию, Ракель впервые почувствовала себя комфортно в их присутствии. Три года назад она хотела посадить их за решетку, но теперь это ее семья. На самом деле, эти ребята были лучше, чем большинство людей, с которыми она работала в полиции, как бы нелепо это ни звучало.
— Знаете, чего нам не хватает? Игры с выпивкой! — выдала вдруг Токио, послав дьявольскую улыбку.
— Что ты задумала? — подозрительно покосилась на нее Стокгольм.
— Что насчет правды или действия?
— Не думаю, что это хорошая идея, — скептически ответила Ракель, надеясь, что девушки не вовлекут ее в это. Зря надеялась.
— А я думаю, что это отличная идея. Я начну, — настояла Токио. — Лиссабон, правда или действие?
Закатив глаза, она поняла, что сопротивляться бесполезно.
— Правда.
По блеску глаз короткостриженой девушки, она уже знала, что этот вопрос заставит ее почувствовать себя неловко, и оказалась права.
— Какой Профессор в постели?
Ракель едва сдержала смех.
— Я не буду отвечать на этот вопрос, — пробормотала она.
— Будешь. В этом суть игры, — сказала Найроби.
Ее щеки покраснели. Конечно, они не позволят ей съехать с темы, учитывая, что они с любопытством уставились на нее, предвкушая веселье. Ракель сменила позу в плетеном кресле, в котором расположилась, пытаясь найти подходящий ответ, в то время как в ее голове мелькали картинки каждой ночи, проведенной с Серхио.
«Он чертовски сексуальный бог», — хотела ответить она, но прикусила губу и глубоко вздохнула. — Скажем так, комментарий о десяти оргазмах был взят из личного опыта, — наконец, произнесла она. Три женщины обменялись впечатленными взглядами и даже начали хихикать. — Токио, твоя очередь, — прервала она их, прежде чем все ее лицо стало пунцовым.
— Действие.
Ракель не растерялась, придумав отличный вызов девушке.
— Надень нижнее белье на голову и не смей снимать его до конца вечера.
Токио удивленно вскинула брови, но не послала ни единого намека на смущение или колебание.
— Без проблем, — ответила она, вставая, чтобы снять нижнее белье из-под платья с леопардовым принтом, и надела его на голову, как шляпу.
Все расхохотались, но вскоре их смех заглушила новая быстрая песня. Латиноамериканская мелодия заполнила собой маленькую комнатку, и девушки стали танцевать. Изысканное вино лилось рекой. Ракель даже решилась попробовать какой-то странный напиток, который они отыскали в ящике стола из красного дерева, стоящего у окна, к своему удивлению обнаружив, что он оказался приятным на вкус. Все мышцы ее тела были расслаблены, она едва стояла на ногах. Кто бы мог подумать, что планирование ограбления может быть таким веселым?
Громкий стук заставил их замереть на месте. Музыка тут же стихла. Ракель перевела взгляд на дверь, и ее улыбка тут же исчезла, когда она увидела того, кто стоял там.
— Ой, вы только гляньте, кто к нам пожаловал! — радостно завопила Найроби, разрядив неловкое молчание своим звонким голосом. Серхио уже переоделся в пижаму, и теперь, нахмурившись, осматривал комнату. Тем не менее, злым он не выглядел, скорее пораженным.
— Профессор, не желаете к нам присоединится? — спросила Токио, икнув и сделала несколько неуклюжих шагов в его сторону, чтобы предложить бутылку, которую держала в руке. Однако он лишь сурово покачал головой.
— Дамы, вы не должны быть здесь.
— Ух ты, я думала, что Вы спросите нас, знаем ли мы, который сейчас час, Профессор, — произнесла удивленно Найроби, что сделало ее комментарий еще более забавным. — Разве мы не должны отправиться по кроваткам?
— Сейчас только начало одиннадцатого, так что технически вы можете пока не отправляться спать, — ответил он несколько смущенно.
Услышав это, Токио повернулась к дамам с широкой улыбкой.
— Вы слышали, да? Ночь еще не наступила, так что давайте продолжим вечеринку! — воскликнула она и уже собиралась включить музыку, но Серхио не позволил сделать этого. Он быстрым шагом дошел до радио и отключил его, вызвав стон разочарования у девушки.
— Нет, вечеринка окончена. Вы должны сосредоточиться только на наших уроках, у нас не так много времени, чтобы учиться, как в прошлый раз. Отправляйтесь в свои кровати немедленно!
— Простите, — извинилась Стокгольм, чувствуя себя немного виноватой, но даже она не смогла сдержать смешок.
Молчание повисло в воздухе, никто не смел пошевелиться. С каждой секундой Серхио становился все более раздраженным.
Прижав пальцы ко лбу, он повторил:
— Немедленно!
Никто и не думал подчиняться. Наконец, его темные глаза остановились на Ракель, и она резко почувствовала прилив желания, которое испытала недавно в кабинете. Сейчас перед ней снова был Профессор. Его плечи были напряжены. Глубоко вздохнув, он обратился к ней серьёзным тоном:
— Лиссабон, тебе нужно спать.
Возможно, это был алкоголь, дурманящий ей голову, или сильное желание, которое она испытывала к этому мужчине, но она не смогла сдержать того, что крутилось у нее на языке.
— О, да. Мне нужно спать с тобой, — ответила она, вскинув брови и поднося бокал к губам.
Женщины понимающе посмотрели на нее и замолчали, ожидая реакции Серхио.
Он побледнел.
— Ну, мы будем спать рядом друг с другом, — ответил он, пытаясь отмахнуться от ее комментария.
— Я бы предпочла быть сверху, — снова поддразнила его Ракель.
На этот раз Токио фыркнула.
— Лиссабон! — взмолился мужчина.
— Думаю, у кого-то проблемы, — прошептала Найроби себе под нос, но все услышали ее.
— У всех вас скоро будут проблемы, если вы немедленно не прекратите все это и не отправитесь по кроватям.
Ракель бросила на него вызывающий взгляд.
— У тебя тоже будут проблемы, если ты не избавишься от этой дурацкой пижамы в ближайшее время.
— Хватит, мы уходим, — со вздохом заявил он и пересек расстояние между ними, чтобы взять ее за руку. Она послушно последовала за ним, подмигнув девушкам напоследок, считая, что ее методы соблазнения сработали. Когда они шли по коридору, Ракель несколько раз пыталась прижать его к стене и поцеловать, но вместо этого она лишь несколько раз споткнулась, едва не завалившись, и сделала бы это, если бы не железная хватка Серхио. Только закрыв за ними дверь, войдя в их спальню, он отпустил ее.
— Что это было? — потребовал он объяснений, стиснув зубы, изо всех сил стараясь звучать строго. Однако ее игривость никуда не исчезла.
— О чем ты? Разве мы не можем немного повеселиться? — спросила она.
Выражение его лица осталось прежним, но что-то в его глазах изменилось.
— Конечно, но не тогда, когда мы готовимся ограбить гребаный Банк Испании!
Сердце Ракель забилось быстрее, и она шагнула к Серхио, чтобы почувствовать его теплое дыхание на своей шее.
— Хочешь наказать меня? — прошептала она, всматриваясь в его серьезное лицо. На долю секунды она заметила, что его контроль рухнул, и он готов был уже прикоснуться к ней, толкнуть ее к двери, чтобы показать ей, как она воздействует на него, насколько его жизнь стала лучше с ее появлением, но уже через мгновение он зажмурился и восстановил
самообладание.
— Не знаю. Послушай, я рад, что ты ладишь с остальной частью команды, но ты моя правая рука, поэтому мне нужно, чтобы ты была сосредоточена и отдыхала.
Она не слушала его. Ее пальцы начали расстегивать кнопку за кнопкой на его рубашке, и он напрягся.
— Прекрати.
— Прекратить что? — невинно спросила она, продолжая свое занятие.
— Мы не будем этого делать, пока ты пьяна, — возразил он как-то не слишком убедительно.
— Это еще почему?
Он смог ответить только через пару минут, потому что ее руки, бродившие по его оголенной груди, не способствовали нормальной мыслительной деятельности.
— Потому что я чувствую, что использую тебя.
Наконец, она остановилась.
— Как ты можешь использовать меня, когда я раздеваю тебя? Серхио, разве ты не хочешь повеселиться?
— Ракель, — ее имя прозвучало как мольба или молитва, тихо сорвавшаяся с его губ, но следующее слово было произнесено так, будто оно было необходимой и естественной потребностью дышать. — Ложись.
К его удивлению, она сделала так, как он сказал. Покрывала были такими мягкими, что ей казалось, что ее обнимает плюшевый мишка. Она растянулась во весь рост на кровати под пристальным взглядом его глаз, которые горели чистым желанием и нуждой.
— Мне нравится такое развитие событий, — усмехнулась Ракель, наблюдая за тем, как он небрежно бросает свою рубашку на пол. Она одобрительно кивнула. — Ты очень сексуален.
Серхио не стал тратить время на избавление от своих штанов, вместо этого он забрался на кровать и навис над Ракель, помогая ей снять верх, и оставил нежный поцелуй на ее лбу. Однако когда она наклонила голову, чтобы встретиться с его губами, он резко отстранился.
— Закрой глаза.
Несколько растерявшись, Ракель все же исполнила его приказ, позволив своим векам закрыться. Она с волнением ожидала дальнейшего развития событий, улыбаясь в предвкушении, но к ее удивлению, Серхио просто лег рядом с ней и стал ласкать ее живот. Его пальцы воздействовали на нее как колыбельная, и довольно скоро она заснула. Его план сработал.
— Спокойной ночи, mi amor, — прошептал он ей на ушко и выключил свет. Повернувшись к ней лицом, Серхио положил руку на ее бедро и придвинулся ближе к ее теплому телу. В их взаимодействии не было ничего сексуального или кокетливого, но сам факт того, что они были вместе, расслаблял больше всего на свете. В таком положении он и заснул, зарывшись носом в ее волосы, держа ее в своих объятиях.
* * *
— Доброе утро, — приветствовал ее знакомый голос, и Ракель лениво взмахнула ресницами, убирая остатки сна со своих глаз, чтобы увидеть, как Серхио приземлился на кровать рядом с ней, протягивая ей чашку кофе и даря веселую улыбку, на которую она тут же ответила. — Который сейчас час? — спросила она и тут же пожалела об этом, почувствовав внезапную пульсирующую боль в голове. Пытаясь заглушить это, она сделала глоток кофе. — Почти десять. Ракель поперхнулась горячим напитком. — Что? Ты позволил мне спать так долго? Урок должен был начаться час назад! — Я отменил его. Сегодня слишком жарко, да и тебе нужно немного отдохнуть. Хочешь, я принесу тебе аспирин? Его предложение было слишком заманчивым, чтобы отклонить его, но также Ракель не хотела отпускать его. Да и сама вставать не хотела. Все, чего она желала — это, чтобы он вернулся в постель и держал ее в своих надежных руках до конца дня. Но головная боль просто убивала ее. — Да, пожалуйста, — застонала она с неохотой. Серхио поднялся с кровати и вышел из комнаты, заставив Ракель жаждать его. Он был таким вдумчивым, заботился о ней и делал все возможное, чтобы она чувствовала себя лучше, чтобы она чувствовала себя любимой. Чем она заслужила такого человека? Она уставилась на дверь, с нетерпением ожидая его возвращения. К счастью, он не заставил себя долго ждать. Вернувшись обратно с таблеткой и стаканом воды, Серхио протянул их Ракель. — Держи. Она села, чтобы проглотить аспирин, и сразу же снова опустилась на мягкую подушку, пытаясь расслабиться. Она редко страдала от похмелья, обычно она довольно легко справлялась с опьянением, но предыдущей ночью они выпили слишком много. Пока Ракель пыталась успокоиться, Серхио устроился с ноутбуком на стуле напротив кровати, еще раз просматривая план, время от времени поглядывая на нее. Она хотела сказать, что ему не обязательно нянчиться с ней, что он может провести некоторое время с другими, обсуждая план побега, но она была слишком слаба, кроме того его присутствие влияло на нее благотворно. Поэтому Ракель молча лежала, уставившись, пытаясь вспомнить события прошлой ночи. Все, что она помнила — это как обнаружила в винном погребе трех женщин, которые были на веселе, и присоединилась к ним. Ничего странного не случилось, так ведь? Не в состоянии ответь на этот вопрос, она стала нервничать. — Как ты себя чувствуешь сейчас? — спросил он примерно через час, вероятно, заметив ее нервозность. — Намного лучше, — ответила она, размышляя над тем, должна ли она спросить его, взволнованно наматывая простынь на руку. В конце концов, она решилась. — Я сотворила вчера вечером что-то такое, о чем сегодня должна сожалеть? Серхио поднял голову, встретившись с ней взглядом, и ухмыльнулся. — Ну, ты напилась и попыталась соблазнить меня в присутствии Найроби, Токио и Стокгольм. — Прости, Серхио, — извинилась она, испытывая стыд. — Но это не сработало, не так ли? Он закрыл свою книгу громким хлопком. — Ну, должен признать, что сопротивляться тебе очень трудно, на самом деле практически невозможно, но я не смог воспользоваться тобой, пока ты была в состоянии алкогольного опьянения. Ракель покраснела. — Иногда ты слишком правильный, cariño. Она заметила стопку бумаг, документов, разбросанных вокруг него, ослабленный на его шее галстук и его прищуренные глаза, изучающие ее. Моментально она ощутила знакомое покалывание между ног, и прикусила губу, резко отбрасывая простыни и подходя к нему. Его взгляд задержался на ее груди, прикрытой только бюстгальтером — он снял ее верх прошлой ночью? Ракель села на колени, оседлав его, его руки автоматически опустились на ее бедра. — Вы не возражаете, если я сделаю кое-что для Вас, Профессор? Он напрягся в одночасье. Слова, легко срываемые с ее губ, словно грех распространялись по его жилам, пробуждая в нем что-то новое, что-то опасное. — Вовсе нет, Лиссабон. Она улыбнулась, прижавшись своим лбом к его, их носы встретились. — Знаешь, мне действительно нравится, когда ты преподаешь. Слова вырвались из нее сами собой, еще до того, как она успела это понять. Уже через секунду она поцеловала его, вкладывая в этот поцелуй все обожание и страсть, испытываемые к этому человеку. Серхио немедленно отреагировал, сделав то же самое, запутавшись одной рукой в ее золотистых волосах. Это ощущалось так правильно — его прикосновения, что ее соски моментально напряглись под лифчиком, и все ее тело выгнулось навстречу ему. — Уверена, что чувствуешь себя лучше? — спросил он, на что Ракель ответила еще одним поцелуем, обхватывая руками его лицо. Поднявшись со стула, он отнес ее на кровать. Его сильные руки осторожно положили ее на простыни, затем он легко раздвинул ее бедра, будто они были его обителью. Приподняв ее ноги, он завел их за свою талию и заблокировал ее лодыжки. Его язык играл с ее, борясь за господство. Он жадно целовал ее, отстранившись только для того, чтобы позволить ей вздохнуть, но не прекратить свою сладострастную пытку. Его рот скользнул по ее щеке к шее, затем спустился к ключице. Он посмотрел на нее сквозь свои очки с черной оправой, и она тут же сорвала их с его носа, прежде чем они успеют их сломать. — Скажите мне, чего Вы хотите от меня, Профессор? Серхио опустился на колени, ее ноги все еще крепко держались за него, пока он голодным взглядом осматривал ее. Через некоторое время он тяжело выдохнул: — Закрой глаза. Его глаза были черными. Чернее, чем когда-либо до этого, что вызвало в ней новую волну возбуждения. Закрыв глаза, она не смогла сдержать смешок, вспомнив, что именно это он сказал ей прошлой ночью. — Не смей оставить меня снова ни с чем, — тихо предупредила она, извиваясь от желания. — Обещаю, что не буду. Он положил ладони на ее живот, медленно продвигаясь вверх вдоль нежной кожи. Нависнув над ней, он путешествовал пальцами по ее телу, пока не достиг ее груди и не обхватил своими ладонями. Как и ожидалось, из ее груди вырвался протяжный стон, что заставило Серхио моментально ослабить свою хватку. — Шшшш…. Не забывай, что нас могут услышать, — напомнил Серхио, лаская пальцами ее соски. В тот момент, когда она замолчала, он резко собрал ткань ее бюстгальтера в свою руку, продолжая мять ее грудь, вырывая из нее стон за стоном. — Ты же не хочешь быть плохой ученицей, не так ли? Конечно, он был прав. Но Ракель было также любопытно узнать, что ее ждет, если она окажется плохой ученицей. Она громко ахнула, когда он натянул ее бюстгальтер на твердые соски, и на этот раз ему было все равно на шум, издаваемый ею. Наклонившись еще ниже, он взял один из напряженных пиков в свой теплый рот. Он кружил вокруг него своим языком, слегка прикусывая, затем снова начинал ласкать, не обращая никакого внимания на ее протяжные стоны. Возможно, это был его план. — Ох, блядь… — простонала она, приподнимая бедра. Теперь застонал он. Она распахнула глаза, понимая, что именно спровоцировало его реакцию — она терлась о его эрекцию. Ракель чувствовала его твердость между своими ногами, что заводило ее еще больше. Огромные руки Серхио обвились вокруг ее талии, и одним быстрым движением он притянул ее себе, прижимая настолько близко, насколько это возможно. С каждым трением, создаваемым движением бедер Серхио, ее тело пульсировало все больше, а стоны становились все громче. — Тихо, — приказал он, и она подчинилась, целуя его, чтобы заглушить свои стоны. Вскоре он оторвался от нее, но только для того, чтобы избавиться от лифчика, мастерски расстегнув его и отбросив на пол. Когда он осторожно толкнул ее, заставляя лечь, она схватила его за шею и притянула к себе, прижимаясь своей голой грудью к его. Ей нравилось то, как его рубашка создавала восхитительное трение о ее напряженные соски. Он улыбнулся в ее плечо, пытаясь восстановить самообладание, а затем снова потянулся к ее губам. — Тебе придется отпустить меня, или я не смогу делать то, что хочу, — проворчал Серхио, хотя, казалось, ему нравилось то, что она цепляется за него так, будто никогда не хотела отпускать. Ее пальцы гладили его волосы. — Дай мне еще минутку, — выдохнула она в его губы. Его глаза закрылись, а дыхание ускорилось. Она восприняла это как «да» и обрушилась на его губы голодным поцелуем, не теряя времени даром, зная, что он обязательно выполнит свое обещание. Серхио отвечал ей тем же, и она была рада, что он ценил их близость так же, как она. Одна из его рук покоилась на ее спине, вторая запуталась в волосах, пока он терзал ее рот. Его грудь соприкасалась с чувствительными пиками ее сосков, вырывая из нее мягкие вздохи. — Не думала, что ты такой сговорчивый, — прошептала она. Он хрипло рассмеялся, опуская голову до уровня ее груди. — Несмотря на то, у меня в планах было кое-что другое, — всосал он кожу ее шеи, — то, что предложила ты, было восхитительно. Он вернулся к своему занятию, его борода царапала ее нежную кожу, и на секунду она задумалась над тем, как будет завтра маскировать следы его ласк, но она быстро откинула эту мысль подальше, крепче прижимая его голову к своей шее, позволяя ему продолжать. — Серхио, — простонала она, изогнувшись дугой, когда его свободная рука достигла резинки ее штанов. — Профессор, — поправил он ее. — Я всегда буду для Вас Профессором. Он расстегнул кнопку, затем молнию. Ракель практически дрожала от предвкушения, когда он расположился между ее ног. Настала ее очередь наблюдать за ним горящими желанием глазами. Его волосы были взлохмачены, глаза дикими, а губы опухшими, что свидетельствовало о многочисленных поцелуях. И хотя он все еще был полностью одет, твердый бугор в его брюках наглядно демонстрировал, что он был возбужден не меньше ее. Он схватил ее за колени и дернул ее на себя, спустив ее ноги с кровати, а затем снова занял место между ее ног, быстро избавляя ее от брюк и трусиков, бросая их на пол. Если бы ее лицо не залилось краской до этого, это произошло бы сейчас. Его руки принялись исследовать ее тело, уделяя особое внимание бедрам, лаская их внутреннюю сторону, но он никогда не касался ее самой чувствительной точки. Она заскулила, приоткрыв губы, когда он сделал это в третий раз, именно в этот момент он поднял голову, встречаясь с ней взглядом. На его лице была ухмылка. — Не дразни, — умоляла Ракель, и Серхио кивнул ей, положив руки на ее бедра, провел несколько раз по ним круговыми движениями. Затем он приподнял их выше, лаская большим пальцем каждый дюйм шелковистой кожи, плавно опуская на свои плечи. Вот он, мужчина из ее фантазий, исполняющий ее самые сокровенные желания, стоя на коленях между ее ног. Без предупреждения он еще шире раздвинул ее бедра и резко вонзил в нее язык. От неожиданности ее бедра приподнялись, а со рта слетел стон удовольствия, вызвав у него усмешку. Он раздвинул ее складочки, проникая еще глубже. Его рот был прижат к ее клитору, и все, что она могла сделать, это лежать там и держаться за его плечи. Серхио тщательно исследовал ее, погружаясь языком внутрь, чередуя нежные ласки с прикусыванием, позволяя языку гулять повсюду, вырисовывая незамысловатые узоры. — Ох, блядь! — снова воскликнула она, и он усилил хватку на ее заднице. Ракель была уверена, что он что-то сказал, но мозг настолько был задурманен тем, что он делал с ней, что она не разобрала его слов. Она потеряла способность думать, и, возможно, это было хорошо, потому что то, что он делал с ней, было незаконным. Он прикусил ее клитор снова, и она выкрикнула его имя, стараясь изо всех сил продолжать смотреть на него. Собрав его волосы в кулак, она резко дернула и потянула его голову на себя. Должно быть, ему это понравилось, потому что он забрался на нее так быстро, как мог, что было только на руку ей, потому что долго она бы не продержалась. Серхио застонал, вибрация его голоса отдалась дрожью между ее ног, вынуждая свести их вместе. Чувствуя, что она на грани, он вонзил в нее два длинных пальца и начал активно трахать ее. Ракель была так близко, что когда он согнул их внутри нее, она содрогнулась и, с диким криком, словно дикое животное, достигла пика, зарываясь лицом в его шею. Он крепко прижимал ее к себе, оставляя поцелуи на разгоряченных участках ее кожи, продлевая ее оргазм. Задохнувшись от переполнявших ее ощущений, Ракель ошеломленно уставилась в потолок. Придя в себя, она облизала пересохшие губы и, откинув влажные волосы с лица, посмотрела вниз. Он самодовольно улыбался, удобно расположившись головой на ее животе, его губы и подбородок блестели от свидетельства ее возбуждения. — Добро пожаловать, — лениво провел он пальцами по ее бедрам. — Готова ко второму раунду? Ракель дотянулась до него, схватила руками воротник его рубашки и потянула на себя. Его губы встретились с ее, и он тихо хмыкнул в поцелуй. Дегустация его губ посылала по всему ее телу приятные импульсы, равно как и осознание того, что он испытывает к ней глубокие чувства. Каким бы волшебным ни был оргазм, которым она только что наслаждалась, этого все равно было мало. Ее руки нащупали его рубашку и галстук. — Я думал, что это я сегодня отдаю приказы… — Сделка окончена, — твердо заявила она. — Профессор, ты мне нужен. — Вижу, мы можем выдавать только простые выражения, — поддразнил он ее, и она откинулась на подушки, рассмеявшись. — Заткнись и раздевайся. — Как скажешь, Лиссабон, — ответил он, прежде чем сделать, как она сказала, явно взволнованный тем, что они мыслили одинаково. Серхио быстро сорвал с себя рубашку, скинул на пол галстук, в то время как руки Ракель нашли пряжку его ремня и расстегнули ее без особых проблем. Он положил руки на ее колени, позволяя ей делать то, что она хотела. Ухватившись за ремень, она подтянула себя в сидячее положение, он все еще стоял на коленях на полу перед ней. Они тяжело дышали, уставившись на ее руки. Расстегнув пуговицу и молнию, она стянула штаны с его бедер и взяла его эрекцию в свою ладонь. Он издал низкий гортанный звук, наполненный похотью. Ракель слышала его тысячи раз, но каждый раз это вызывало озноб на ее спине. Как и его нагота и возбуждение. Его член был твердым и толстым. Упав на простыни, Ракель потянула Серхио за собой. — Профессор, пожалуйста, — сглотнула она. Это все, что он хотел услышать в этот момент от нее. Расположив ее ноги на своих плечах, он без лишних вопросов одним резким движением вошел в нее, полностью заполняя. Оба ахнули от изумительного ощущения, на некоторое время остановившись, затем их тела начали двигаться в едином ритме. — Ох, мать твою, — выкрикнула Ракель, вызвав смех Серхио. Он толкнулся еще глубже, заставляя ее стонать. Все ее тело будет болеть завтра. Он поцеловал ее с жадностью. Он был так близко, что его бедра и пах соприкасались с ее ягодицами. — Счастлива? — спросил он ее, притягивая к себе. Она закусила губу, что Серхио расценил как положительный ответ. Он растягивал ее складочки, это ощущалось так восхитительно. — Я думала об этом моменте постоянно на протяжении последних нескольких дней, — сообщила она ему. Он сбился с ритма. Восстановив самообладание, он вернулся к медленным толчкам, которые заставляли ее тело трепетать, дрожать и просить большего. Выйдя из нее, он снова вошел, вырвав из ее груди очередное непристойное восклицание. — Ты плохая ученица, Лиссабон, — выдохнул он, увеличивая темп. — Возможно, мне придется наказать тебя. Когда он сказал это, она закатила глаза, удивившись тому, как простая фраза может воздействовать на нее так. Она сходила с ума от него — от того, как он двигался внутри нее, от его прикосновений, его голоса. Она знала, что он хорош в постели, но это… Она до сих пор не пришла в себя после недавнего оргазма, которого достигла благодаря его рту, но уже чувствовала в животе зарождение нового, более мощного оргазма. После нескольких минут сладких пыток он раздвинул ее бедра еще шире, коснувшись пальцами ее внутренней стороны бедра. Достигнув центра ее наслаждения, он прикоснулся к нему, вырывая из Ракель очередной стон удовольствия… — Это то, чего ты хочешь? — промурлыкал он, снова набирая темп, и она зажмурила глаза. — Боже… Так хорошо, так хорошо, так хорошо, — она застонала ему на ухо, убеждая его продолжать. Ее тело напрягалось под его руками, ее шелковистые стенки приближались к его паху, и они оба знали, что она была близка к следующему оргазму. Скрутив ее соски, Серхио уткнулся лицом в ее шею, всасывая ее нежную кожу. Она хотела отругать его, зная, что он оставит следы, которые потом придется маскировать, но как только он начал трахать ее еще жестче, она забыла обо всем. — Ты ужасный ученик, но богиня в постели, — прорычал он ей в горло, и она вздрогнула под ним, чувствуя, как все тело напряглось. Он тоже это заметил. — Тебе нравится, когда я шепчу пошлые вещи тебе на ухо, Лиссабон? — спросил он. Она едва кивнула, находясь на грани. О, да, ей нравилось это. — Ну, mi amor, — начал он, когда ее стенки сжались вокруг него. — Я собираюсь показать тебе, что такое хороший трах. Я собираюсь убедиться, что каждый ублюдок в радиусе двадцати миль знает, кто находится между этими прекрасными бедрами. — Серхио! — громко закричала она. Настолько громко, что могла бы выбить окна этим звуком. Он улыбнулся. Но его самодовольная улыбка была стерта с лица в тот самый момент, когда она прижалась к нему еще крепче. Он сделал еще несколько резких толчков, ощущая ее оргазм, уже находясь на пути к собственному освобождению. Ее руки бродили по его спине. Остановившись, Ракель вонзила ногти в его кожу, и этого было достаточно, чтобы он пришел следом за ней, прокричав ее имя также громко, как она несколько секунд назад кричала его. Он продолжал входить в нее снова и снова, пока они обессиленные не рухнули на кровать. Переглянувшись, оба рассмеялись. «Что это было?» — подумала Ракель, жадно глотая воздух, пытаясь восстановить дыхание. Он все еще находился внутри нее. Она боялась даже подумать о том, что может лишиться всего этого, если только хотя бы малейшая часть плана пойдет не так, как они задумывали. Но пока она была здесь, лениво поглаживая его плечи, чувствуя себя счастливее, чем когда-либо прежде. — Я, наконец-то, соблазнила Профессора, да? — улыбнулась она. — Он всегда соблазняется тобой, Ракель. PS: mi amor — моя любовь, cariño — дорогой.
