Узник Дурмстранга

За некоторое время до описываемых ранее событий.

      – Авада Кедавра.       Непростительное заклятие слишком легко слетает с губ. Зеленая вспышка мощным потоком вылетает из палочки и врезается в грудь ненавистного слизеринца. Тот успевает лишь метнуть взгляд, полый ненависти. Но Гриммджо в ответ широко усмехается, глядя, как враг мертвой тушкой падает на землю.       Никто не смеет переходить ему дорогу.       Из горла сам вырывается хриплый, ненормальный смех. Истерика накрывает с головой, и Гриммджо смеется в голос, не боясь потревожить злых тварей Запретного леса. Запрокидывая голову и раздирая горло торжествующим хохотом. Насмехаясь над поверженным врагом. Упиваясь собственной силой. Невероятной мощью, что струится в его венах. Силой, катализатором которой послужило Непростительное заклятие.       Всего лишь одно проклятие отрывает дверь в мир темнейшей магии.       – С Антенором покончено, – тихо произносит Айзен, когда безумный смех наконец стихает. – Поздравляю, Гриммджо. Как похвально для пятикурсника.       Айзен выступает из тени, холодно улыбаясь. Тупой Люппи даже не почувствовал и грамма магии этого «сквиба». Впрочем, Айзен сейчас совсем не похож на того, кем прикидывается. Снял свои дебильные очки да зализал волосы. А из глаз исчезает мнимая теплота, сменяясь ледяным холодом.       Настоящее лицо самого темного мага Хогвартса.       – Плевать мне на него! – Рявкает Гриммджо, взмахивая рукой. Брезгливо отворачиваясь от валяющегося трупа. – Он получил по заслугам. Нехрен так близко подбираться к нам. Да и сам идиот, приперся на явную ловушку в Запретный лес! Теперь сгниет здесь совсем один!       Он говорит слишком нагло, да и плевать! Сила… какая потрясающая темная сила струится в его теле! Айзен был абсолютно прав – переступая черту дозволенного, получаешь то, о чем не смел и мечтать! Теперь Гриммджо открыты самые темные секреты неукротимой магии!       Впервые за несколько лет погиб ученик Хогвартса. Четверокурсник из Слизерина – кто будет грустить о нем?! Но такое точно не оставят без внимания. Если его тело найдут…       – «Если», – усмехается Айзен, так некстати используя легиллименцию. – Теперь им займутся акромантулы, с которыми он был так близок.       И точно – из лесной чащи раздается гулкое, противное чавканье паучьих жвал. Гриммджо морщится, круто разворачиваясь и уходя прочь. У него есть алиби на эту ночь – Шаолонг не зря принял оборотное зелье. А об Айзене не стоит и волноваться. Его уровень магии настолько высок, что обычные люди ничего не чувствуют, принимая темного волшебника за простого сквиба.       Тем же хуже для них. Гриммджо остается учиться в Хогвартсе чуть более двух лет. А до конца этого срока они точно что-то сделают с Воскрешающим камнем. Сколько Айзен уже ищет его? Ничего, теперь у Гриммджо есть эта чертова сила. Ему теперь никто и ничто не страшно!       Пальцы увереннее сжимают палочку, а с лица не сходит безумная ухмылка. Эта ночь разделила все на «до» и «после».