От судьбы не убежишь

      Дождливым вечером, утопающим в огромных лужах, стоило бы сидеть дома перед ноутбуком с включённым сериалом, но Тендо считает иначе. Его жёлтые кеды мараются в грязи клумб, по которым парень бежит, чтобы сократить дорогу. Тонкая ткань лёгких джинс неприятно натирает кожу колен при каждом шаге, из-за избытка влаги.       Уже слишком темно, и даже не спасают фонари, а на часах всего лишь седьмой час. Сатори влетает в сырой подъезд, чуть не упав на первой ступеньке. Его волосы полностью вымокли, прилипли к лицу вызывая раздражение. Приходится убрать чёлку, путаясь пальцами в прядях.       Лифт с ярким граффити на задней стенке моргает своей лампой, пока не останавливается на пятом этаже. В конце коридора открыта дверь, и Тендо даже не нужно задумываться о том, что будет дальше. — Я же говорил, что не нужно бежать ко мне во время ливня, — Ушиджима в чёрной пижаме хрипит на пороге собственной квартиры. Его лицо слегка сонное, уставшее и обеспокоенное. Даже сейчас он думает не о себе. — Как же я мог тебя оставить в одиночестве болеть, Вакатоши-кун? Вот тебе фруктики, — Сатори шелестит пакетом и захлопывает за собой дверь, тут же цепляя взглядом свет на кухне — Ушиджима готовил чай. — Переоденься в сухое, — протягивает шатен штаны, кофту и носки тёплые с дурацким изображением смайликов, которые ему подарил Семи.       Тендо стягивает с себя прилипшую к худощавому телу олимпийку и футболку. Его еле виднеющиеся кубики пресса и ярко выпирающие рёбра вызывают у Вакатоши беспокойство, но он молчит, изучает взглядом каждую впадинку. Ключицы лодочками собирают влагу с волос, вода каплями стекает вниз по спине и животу, вниз за джинсы без ремня. Сатори заходит в ванную, даже не прикрыла двери — ни к чему такие мелочи.       Красноволосый возится с одеждой, пытаясь отдышаться — воздуха не хватает в лёгких от заледенелых конечностей. Кажется, кровь в жилах застыла от холода, что пробрался под кожу с тем приятным чувством, что Ушиджима заботится о таком как Сатори.       Такой… Какой? Не в ладах с головой? Неужели есть на этой планете кто-то полностью здоров? Нет.       Тендо фыркает от воды, что попадает в глаза и нос с волос, и, накинув полотенце на голову, тихо выходит на кухню к Ушиджиме. — Ча-а-ай, — тянет Сатори. Его взгляд беззаботно гуляет по фигуре капитана Шираторидзавы, отмечая излишнее напряжение. — Что-то случилось? — Ты заболеешь, — недовольство. — А ты уже заболел, так что не тебе говорить, Вакатоши-кун. — Я ведь волнуюсь. — Я тоже.       Тоже. Нет такого чувства «тоже», но Ушиджима понимает весь смысл, осознавая ценность скрытого посыла. — Не бережешь ты себя, — вздыхает Вакатоши. — Ты ведь такой же самый. Вот говорили мы с Цутому тебе: «Не пей холодную воду после пробежки». И? У кого ангина теперь?       Крыть нечем. Шатен слегка ухмыляться, осознавая абсурд всего, что происходит в его жизни. Забылся, оступился и не послушал свой разум — Тендо. Так уж вышло, о себе думает в последнюю очередь, на первый план команду и учёбу ставя. Сатори не лучше ни на грамм, приходится Вакатоши следить за всем.       «Ты поел?»       «Оденься, а то простудишься».       «Хватит есть столько сладкого».       «Доделай уроки, а потом играй в приставку».       «Ложись спать раньше полуночи».       И ещё сотни-тысячи фраз, что кричат лишь об одном: «Береги себя, дурак!» — Сильно замёрз? — Ушиджима тихо отпивает чай, морщась от привкуса шиповника, что не по душе ему. — Да нормально всё, — беззаботно, игриво. — Я, кстати, нашёл один прикольный сериал. Хочешь посмотреть? — Только для начала допей чай. И печенье возьми, — Вакатоши глупо улыбается, пододвигая вазочку с овсяным печеньем.       Дождливым вечером, утопающим в огромных лужах, стоило бы сидеть дома перед ноутбуком с включённым сериалом, но Тендо предпочёл посмотреть сериал с Вакатоши. С тем, о ком хочется заботиться. С тем, кто заботится о нём.