Хогвартс времён Мародёров читает книги о Гарри Поттере

— Ну что? — тихо спрашивал Рабастан. — О чем был разговор? — Да не важно, — лениво отвечал Барти, — забей. Она снова завела речь про учебу. — Что ты слишком много проводишь за книгами? — уточнил Лестрейндж. — Да, наверное. Минерва всерьез стала волноваться за физическое и душевное состояние Крауча-младшего после того, как тот свалился в обморок прямо на уроке Зельеварения. Она бы не узнала об этом инциденте, если б пара учеников с Гриффиндора не проболталась ей об этом. Так как профессор Слагхорн сейчас в отъезде, Макгонагалл решила взять ситуацию под контроль, наблюдая за учеником. — Так она права, — произнес Регулус, сидевший рядом. — Можно же с ума сойти с этой учебой! — последовал горестный вздох. — Мы не учимся сейчас вообще-то, — недоуменно поднял брови вверх Барти, — к сожалению, конечно же. Рабастан закатил глаза, показывая всем своим видом то, как ему наскучила учеба и разговоры о ней. — Что ж! — неожиданно хлопнул в ладоши Фабиан. — Сегодня читаю я, а то Гидеон уже прочел, а я — нет. — Пф, больно надо, — отвечал брат-близнец. — Держи! — Несколько дней Гарри старался не попадаться на глаза Златопусту Локонсу, и это ему удавалось. Труднее было избежать встреч с Колином Криви, который, похоже, выучил наизусть расписание уроков Гарри. Колин был на седьмом небе от счастья: раз десять в день он произносил: «Как дела, Гарри?» — и слышал в ответ: «Нормально, Колин», пусть даже говорились эти слова с нескрываемым раздражением. — Представляю, как ему это надоело, — произнес Сириус. — Ты так говоришь, как будто у тебя толпа фанатов, — закатила глаза Вальбурга. — Букля всё ещё сердилась на Гарри за злосчастный полёт на фордике, а волшебная палочка Рона до сих пор работала из рук вон плохо. Утром в пятницу на уроке заклинаний она превзошла себя: вырвалась у Рона и ударила хрупкого старого профессора Флитвика в лоб, где у него вскочил огромный зелёный фурункул. Гарри с облегчением вздохнул, когда наконец наступили выходные. Друзья все вместе собирались сходить в гости к лесничему Хагриду. Но в тот день кто-то разбудил его ни свет ни заря. Он разлепил глаза и увидел Оливера Вуда. — Что… что такое? — сонно пробормотал Гарри. — Тренировка! — решительно заявил Вуд. — Вставай! Гарри поглядел в окно. Золотисто-розовое рассветное небо подёрнуто лёгкой дымкой, оглушительно гомонят птицы — как это они его раньше не разбудили. — Я знаю, на кого это похоже, — недовольно проговорил Сириус, косо глядя на Джеймса. — Нужны постоянные тренировки, — с готовностью отвечал Поттер, — только так мы сможем достичь успеха. — Но не рано утром в воскресенье! — жалобно протянули близнецы Пруэтт. Джеймс лишь презрительно скривил губы и тряхнул головой на эту реплику. — Надев алую форму и накинув сверху мантию — утро было прохладное, — Гарри нацарапал Рону записку: пусть тоже идут с Гермионой на стадион. Закинув на плечо свой «Нимбус-2000», он спустился в Общую гостиную и уже готов был выйти в коридор, как вдруг наверху послышался шум. По винтовой лестнице, сжимая что-то в руке, скатился Колин Криви; висевшая у него на шее камера болталась из стороны в сторону. — Кто-то произнёс твоё имя, Гарри! Смотри, что у меня есть! Я напечатал их, хочу тебе показать… Гарри ошеломлённо уставился на фотографию, которую Колин держал у него перед носом. На ней чёрно-белый Локонс изо всех сил пытался втащить кого-то за руку в кадр. Гарри узнал на снимке собственную руку и с удовольствием отметил, что оказал Локонсу достойное сопротивление. Локонс скоро сдался и устало прислонился к белому краю фотографии. — Подпишешь? — с надеждой спросил Колин. — Нет, — отрезал Гарри и быстро оглянулся по сторонам. В гостиной, к счастью, ещё никого не было. — Извини, Колин, я тороплюсь. У меня сейчас тренировка. — Вот и правильно, — утвердила Беллатрикс. Многие согласно кивнули, радуясь тому, что Гарри наконец-то смог сказать «нет». — В раздевалке все уже были в сборе. Фред и Джордж Уизли, заспанные и взъерошенные, сидели рядом с четверокурсницей Алисией Спиннет, которая дремала, откинувшись назад. Напротив них зевали два других охотника — Кэти Белл и Анджелина Джонсон. Вуд же был бодр и энергичен — сна ни в одном глазу. — Ого, — удивился Гидеон, — у них в команде аж 3 девушки. Круто! — Да, это ж команда будущего, — усмехнулся Сириус. — Вуд прикрепил к доске большой лист пергамента, где было изображено поле для квиддича, испещрённое разноцветными линиями, стрелочками и крестиками. Достал свою палочку, постучал по доске, стрелки ожили и стали ползать по схеме как гусеницы. Пока Вуд пространно излагал новую тактику, Фред Уизли уронил голову на плечо Алисии и явственно захрапел. — Я правда веду себя так же? — неловко усмехнулся Джеймс. — Да, — подтвердил Фабиан. — Именно так, — мрачно добавил Гидеон. — Ладно… — протянул Поттер. — Возможно, мне стоит сменить тактику. — Ну и затянул же Вуд изложение своей тактики! Солнце успело подняться, хотя на траве всё ещё слоями лежал туман. Выйдя на поле, Гарри увидел на трибуне Рона и Гермиону. — Вы что, ещё не закончили? — удивился Рон. — Ещё и не начинали, — буркнул Гарри, с завистью глядя на тосты с джемом, которые друзья прихватили с собой после завтрака. — Вуд объяснял нам новую тактику. Он оседлал метлу, оттолкнулся от земли и взмыл в небо. Холодный воздух хлестнул по лицу и разбудил куда быстрее, чем нудные объяснения Вуда. Какое счастье снова оказаться над полем! Гарри на полной скорости облетел стадион, обогнав Фреда и Джорджа. — Да, — улыбнулся Родольфус, — чувство полета — лучшее чувство на свете. — Ну не знаю, — задумчиво произнес Люциус. — Ветер бьет прямо в лицо, потом прическу замучаешься поправлять. — Конечно, ты же наша местная Рапунцель! — с этими словами Нарцисса потрепала Малфоя по волосам, чем крайне возмутила его. — Джордж указал на игроков в зелёной форме, которые с мётлами на плечах выходили на поле. — Откуда они взялись? — сжал кулаки Вуд. — Я же забронировал стадион на сегодня! Ладно, сейчас разберёмся! Разозлившись, он так резко пошёл вниз, что приземление оказалось весьма чувствительным. Его слегка пошатывало, когда он двинулся к слизеринцам вместе с Гарри и близнецами. — Не особо честно, — осторожно заметил Сириус, кидая взгляд на брата. Учитывая то, что Рег уже довольно долго был капитаном, он успел натворить столько дел, что просто кошмар. Особенно, когда был в ссоре с братом. Что Блэк-младший только не вытворял: и пытался сломать метла соперников, и подстраивал ловушки (в которые сам же и попадал), и чуть ли не насылал проклятья на команду Гриффиндора во время матча. Все бестолку. Чуть погодя, года так через 3, Регулус смог преодолеть этот период жажды крови и мести. — Да ладно тебе, — отмахнулся Рег. — Это было давно, нашел, что вспоминать. — Это вы о чем сейчас? — угрожающе поинтересовалась леди Блэк. — Ни о чем, — в один голос ответили братья, натянув приветливую улыбку. Поллукс зашелся в приступе смеха, что после перешел в сухой кашель, и пригрозил пальцем внукам. — Мерлин, отец! — раздосадованно всплеснула руками Вальбурга. — Я тебе говорила, что тебе нужно срочно что-то делать со своим горлом, нельзя же так! Поллукс лишь отмахнулся. — — Но я забронировал стадион! — крикнул Вуд. — Забронировал! — Ты забронировал, — возразил Флинт, — а у меня письменное разрешение от профессора Снейпа. Вот, читай: «Я, профессор С. Снейп, разрешаю команде Слизерина провести тренировку на поле для квиддича в связи с тем, что им необходимо опробовать нового ловца». — У вас новый ловец? — спросил Вуд. — Это новость! Откуда вы его взяли? Из-за спин шестерых игроков вышел седьмой, чуть не на голову ниже остальных. На его бледном, заострённом лице играла самодовольная улыбка. Это был Драко Малфой. — О нет, — огорчился Люциус. — Это полный провал. — Да уж, — поддержала его Нарцисса. — Вот какой ему квиддич? Малфои же никогда не участвовали, так ведь? Люциус угрюмо кивнул. — Вдруг у него талант? — предположил Родольфус. — Вдруг он правда хорошо летает? Будущие супруги предпочли культурно промолчать. — — Ты, случайно, не сын Люциуса Малфоя? — спросил Фред, неприязненно глядя на Драко. — А ты не зря упомянул его отца, — заявил Флинт, и ухмылки на лицах слизеринцев растянулись ещё шире. — Он сделал нашей команде щедрый подарок. Посмотри сам! Все семеро вытянули вперёд свои мётлы. Отполированные до блеска, абсолютно новые, с золотыми буквами «Нимбус-2001», они ослепительно сверкали в лучах утреннего солнца. — Какой кошмар! — воскликнул Малфой. — Чем я только думал? — укоризненно спрашивал он сам себя, держась за голову. —  По полю к игрокам бежали Рон с Гермионой, решившие выяснить, в чём дело. — Что происходит? — спросил Рон у Гарри. — Почему вы не играете? А этот тип что тут делает? Он удивлённо разглядывал Малфоя, одетого в спортивную форму Слизерина. — Я новый ловец сборной Слизерина, Уизли, — самодовольно заявил Малфой. — Мы любуемся мётлами. Их купил мой отец для всей нашей команды. Рон не мог отвести восхищённого взгляда от семи великолепных скоростных мётел. — Хороши, а? — невинно поинтересовался Малфой. — Не расстраивайтесь, соберите с болельщиков деньги и тоже такие купите. Или выставьте на аукцион свои «Чистометы-5». Музеи всего мира из-за них подерутся, — издевался он. Сборная Слизерина разразилась дружным хохотом. Вся сборная Слизерина была крайне огорчена, предпочитая опускать глаза вниз, лишь бы не сталкиваться взглядом с Гриффиндорцами. Те понимали неловкое положение соперников, но предпочли никак не реагировать, чтоб не смущать их еще сильней. — — Зато ни один игрок нашей сборной не покупал себе место в команде, — отчеканила Гермиона. — Все они попали туда благодаря таланту. Самодовольное лицо Малфоя исказила гримаса ненависти. — А твоего мнения, грязнокровка, никто не спрашивает! — выпалил он. Все удивленно распахнули рты, не зная, как реагировать на реплику Драко. Нарцисса застыла с полным изумлением на лице, часто моргая, стараясь осмыслить услышанное. — Да как он посмел! — очнулся Регулус, подскакивая с дивана. — Это же возмутительно! — Какой позор… — причитал Люциус, усаживая Блэка на место. — Какой стыд! Нарцисса рассыпалась в извинениях и обещаниях, понимая, что ни за что не допустит такого поведения сына; Регулус, насилу удерживаемый Краучем и Лестрейнджем, грозился выкрасть маховик времени, чтоб объяснить правила хорошего тона младшему Малфою; Лили же и остальные маглорожденные (и не только!) довольно шумно и нецензурно обсуждали поступок Драко, пытаясь представить реакцию Гермионы на его слова. Чуть погодя, когда все немного пришли в себя и выпили чашечку ромашкового чая, чтение решили продолжить. — Гарри понял: Малфой сказал что-то ужасное, потому что не успел он закрыть рта, как поднялся невообразимый шум. Флинт метнулся прикрыть собой Малфоя от кулаков Фреда и Джорджа. Алисия кричала: «Да как ты смел такое сказать!», а Рон с воплем: «Ты заплатишь за это, Малфой!» — выхватил из кармана волшебную палочку и, просунув её под руку Флинта, направил прямо в лицо Малфою. По стадиону разнеслось эхо от громкого хлопка, из другого конца палочки вырвался зелёный луч и ударил Рона в живот. Рон упал и покатился по траве. — Это было благородно! — восхитилась Алиса. — Но как опасно! — возразила Августа. — И безрассудно, ведь у него сломана палочка. — Рон хотел ответить ей, открыл рот и… оглушительно рыгнул. К ужасу гриффиндорцев, из его рта посыпались слизняки. — Полный провал, — покачала головой Молли. — Кто-нибудь знает это заклятье? — Вероятно, — ответила Беллатрикс, — это заклинание «Слагулус эрукто», но, — резко запнулась она, — я могу ошибаться, может быть, что это какое-нибудь самодельное колдовство. — А контрзаклятье есть к нему? — интересовался Артур. — Можно попробовать «Финита», оно универсальное. — Благодарю, — улыбнулась Молли, на что Белла приветливо кивнула. — — Отведём его к Хагриду, это недалеко, — обратился Гарри к Гермионе. Та храбро кивнула, друзья подхватили Рона под мышки и поставили на ноги. — Что случилось, Гарри? Что случилось? Он заболел? Но ты ведь сможешь его вылечить, правда? — тараторил Колин, который сбежал с трибуны и сейчас приплясывал вокруг Гарри и Гермионы. Рона в очередной раз вывернуло наизнанку, у него изо рта посыпалась новая порция слизняков. — Ого! — восторженно воскликнул Колин и поднёс камеру к глазам. — Гарри! Подержи его секундочку! — Уйди с дороги, Колин! — рассердился Гарри. Поддерживая Рона, они повели его со стадиона в сторону Запретного леса. - Колин раздражает, - поджала губы Марлин. - Слишком он уж надоедлив, постоянно таскается за Гарри, - согласно кивнула Алиса. - Лезет вечно не в свое дело, - поддержал Ремус, - будто своей жизни у него нет. - Гарри и Гермиона втащили Рона в единственную комнату Хагрида, которая служила и спальней, и гостиной, и столовой. У одной стены стояла огромная кровать, в камине весело потрескивал огонь. Усадив Рона в кресло, Гарри принялся торопливо рассказывать Хагриду, что случилось с их другом, но великана эта история со слизняками, похоже, не обеспокоила. — Лучше пусть лезут наружу, чем сидят внутри, — жизнерадостно заявил он, поставив перед Роном большой медный таз. — Давай, Рон, не стесняйся. Минерва недовольно цокнула: - Конечно, лучше пойти к леснику и попросить помощь у него, чем у нас, профессоров. - Боюсь, - возразил Артур, - ребятам было бы крайне неловко. - Какая разница! - отрицала Макгонагалл. - Здесь речь идет о здоровье, а не стыде. - — Это самое подлое оскорбление. — Голова Рона снова высунулась над столом. — Грязнокровками называют тех, кто родился в семье маглов. У кого родители не волшебники. Среди волшебников есть такие, кто считает себя лучше всех. Например, Малфои. Они хвалятся, что у них в жилах течёт самая чистая кровь. — Рон странно всхлипнул и плюнул в подставленную руку маленького слизняка. Бросил его в таз и продолжал: — Вообще-то почти для всех волшебников это ничего не значит. Какая разница — маг ты или магл! Взять хотя бы Невилла Долгопупса: уж куда чище кровь, а даже котёл не может ровно установить. - Ладно, правду нельзя отрицать, - произнесла Августа. - Что есть, то есть. В комнате тем временем велись обсуждения по поводу речи Рона. - Идеология чистой крови рано или поздно изживет себя, - заметил Флимонт. - Соглашусь, - нехотя подтвердила леди Блэк. - Но сейчас, да и на тот момент, она играет важную роль в нашем мире. С места поднялся Поллукс, не сумевший воздержаться от обсуждения столь противоречивой темы: - Бред все это! - проскрипел он. - Чистота крови была, есть и будет! Не позволю смешать нашу кровь с нечистокровками, - грозно произнес он, глядя на Регулуса и его мечты о Гермионе. Тот залился краской и отвел глаза, словно речь вовсе не про него. Поняв, что у каждого свой взгляд на чистоту крови, присутствующие решили, что спорить бесполезно и решили продолжить чтение. - У стены Гарри заметил розовый зонт Хагрида. Очевидно, это не совсем простой зонт. Он был уверен, внутри безобидного на вид предмета скрыт обломок школьной волшебной палочки Хагрида. Хагрид не имел права прибегать к магии. Его исключили из Хогвартса на третьем курсе, но Гарри пока не удалось выяснить за что. Стоило заговорить об этом, Хагрид начинал кашлять с отсутствующим видом, как будто оглох, пока Гарри не менял тему. - О, я вроде поняла, - задумалась Юфимия. - Ты же про это мне рассказывала? - Да, - отвечала Вальбурга, чуть понизив голос. - А вы все потом узнаете! - шикнула она на учеников, которые уже были готовы засыпать леди Блэк вопросами. - Едва переступив порог холла, они услышали свои фамилии. — Явились наконец-то, Поттер, Уизли. — К ним приближалась профессор МакГонагалл. Вид у неё был весьма суровый. — Вечером будете отрабатывать свои наказания. - Я ни капли не удивлен, - хмыкнул Джеймс. - Да, никакого разнообразия, профессор! - поддакнул Сириус. Макгонагалл лишь махнула рукой на их фразы. - Субботний день растаял быстро. Не успел Гарри оглянуться, как часы уже показывали без пяти восемь. Едва переставляя ноги, он брёл по коридору второго этажа к кабинету Локонса. Перед дверью на мгновение замер, сжал зубы и решительно постучал. Дверь тут же распахнулась. Локонс при виде своего помощника широко улыбнулся. — А-а, вот и наш нарушитель! — воскликнул он. — Заходи, Гарри, заходи. Кабинет был освещён множеством свечей. Стены сплошь увешаны фотографиями Локонса, так что самих стен за ними не видно. На столе высоченная стопка конвертов. — Будешь писать адреса! — торжественно произнёс Локонс, не сомневаясь, что это доставит Гарри огромное удовольствие. — Та-ак, вот письмо Глэдис Гаджен, дай ей бог здоровья, одна из самых преданных моих поклонниц. Минуты ползли не быстрее улиток. Гарри не слушал Локонса и только время от времени произносил: «м-м-м», «точно!», «да». Кое-что, однако, достигало его сознания: избитые фразы, вроде «Слава — неверная подруга, Гарри» или «Знаменитость складывается из поступков, которые эта знаменитость совершает». - Если бы эти фразы произнес кто-нибудь другой, - заметила Беллатрикс, - может, я бы и прислушалась к ним. - Но из его уст они звучат смешно, - кивнула Андромеда. - И в этот миг он вдруг что-то услыхал. Какой-то звук, непохожий на потрескивание догорающих свечей и разглагольствования Локонса о поклонницах. - А вот это уже интересно, - воскликнул Фабиан, - слушайте: — Иди… иди ко мне… дай мне схватить тебя… разорвать… убить… - У него уже галлюцинации, - ужаснулась Лили. - Нет, - сомнительно протянула Пандора, - здесь дело в другом. - Думаешь? - Белла быстро пересела к подруге, начиная новое расследование. - Уверена. - Гарри ушёл к себе потрясённый. В этот поздний час Общая гостиная Гриффиндора была почти пуста. Гарри поднялся прямо в спальню. Рон ещё не вернулся. Гарри натянул пижаму, залез в постель и принялся терпеливо ждать. Прошло полчаса, и наконец Рон ввалился в комнату, поддерживая правую руку левой. В нос Гарри ударил сильный запах средства для чистки серебра. — Руку свело, — простонал он, падая на кровать. — Он заставил меня четырнадцать раз натирать Кубок по квиддичу! А когда я чистил Кубок «За особые заслуги перед школой», из меня снова полезли слизняки, и я целую вечность оттирал потом с него слизь… А как у тебя с Локонсом? Понизив голос, чтобы не разбудить Невилла, Дина и Симуса, Гарри сел в постели и рассказал Рону о голосе. — И Локонс сказал, что ничего не слышал? — спросил Рон. Гарри в лунном свете увидел, как его друг нахмурился. — Думаешь, он соврал? Но я не понимаю… ведь даже невидимки открывают двери! — Да, конечно, — ответил Гарри, опускаясь на подушку. — Я тоже ничего не понимаю. - Вот и мы тоже ничего не поймем, - устало вздохнула Трикс. - Милая, - улыбнулся Родольфус, - даже не переживай по этому поводу, - заверил он. - Я же знаю, что у тебя и Пандоры все получится, мы верим в вас. С этими словами он пихнул в бок Люциуса, который мгновенно согласно закивал. Белла, немного повеселевшая от слов жениха, быстро чмокнула Лестрейнджа в щеку. Народ начал медленно расходиться, условившись, что продолжат чтение уже вечером.