Хогвартс времён Мародёров читает книги о Гарри Поттере

- Ура, мы наконец-то узнаем, кем является наследник Слизерина! - раздался голос Алисы. - Я буду рыдать от смеха, если им окажется Люциус, - добавил Родольфус, - или Северус. Те синхронно показали весьма неприличный жест и скривили лицо. Гарри запрокинул голову, гигантское лицо над ним с обезьяньими чертами и длинной жидкой бородой, ниспадающей почти до самого подола каменной мантии, принадлежало древнему старцу. Из-под мантии виднелись две громадные серые стопы, подпиравшие гладкий пол. А между стоп лежала ничком маленькая, облаченная в черное фигурка с огненно-рыжими волосами. — Джинни, — прошептал Гарри и, бросившись к ней, упал рядом на колени. — Джинни! Только не умирай! Пожалуйста, не умирай! - Жуть! - воскликнула Молли, едва ли слезу не пуская. - Что ж за кошмар там происходит! - Подумать только, Джинни на первом курсе, и с ней уже произошел этот ужас, про Гарри я вообще молчу, - отвечала ей Лили. Он отбросил в сторону волшебную палочку, схватил Джинни за плечи и перевернул. Лицо ее было белое, как мрамор, и такое же холодное, глаза закрыты — значит, она не окаменела. Но тогда она… — Джинни, пожалуйста, очнись, — отчаянно шептал Гарри, тряся ее. Голова безжизненно моталась из стороны в сторону. — Она не очнется, — произнес тихий голос. Гарри выпрямился и, как был на коленях, круто обернулся. - Это и есть наследник? - спросила Марлин. - Очевидно, - со вздохом отвечала Беллатрикс, уже начиная догадываться о личности незнакомца. Высокий темноволосый юноша стоял, прислонившись к ближайшей колонне, и наблюдал за ним. Контуры его фигуры были странно расплывчаты, словно Гарри видел его сквозь мутноватое стекло, однако ошибиться было невозможно. — Том? Том Реддл? - О мой Мерлин! - подскочила Пандора. - Это же было и так понятно с самого начала, как мы могли не догадаться?! Беллатрикс сидела же смирно, лишь пару раз кивнув головой. Он указал на огромный палец стопы. Рядом с ним на полу лежал открытый маленький черный дневник — тот самый, что они нашли в туалете Плаксы Миртл. На миг Гарри изумился, увидев его, но сейчас его занимали более неотложные дела. — Помоги мне, Том. — Гарри снова поднял голову Джинни. — Давай унесем ее отсюда. Василиск где-то здесь, не знаю где, но он может появиться в любую минуту. Пожалуйста, помоги… - Бедный, бедный Гарри! - покачала головой Вальбурга. - Он еще не понимает, что Том ему вовсе не друг. - Поймет, он сообразительный, - заверила ее Юфимия, - и про дневник все поймёт, чуть-чуть осталось. Улыбка скривила углы рта Томаса Реддла. Он продолжал смотреть на Гарри, лениво крутя палочку. — Послушай, — под тяжестью Джинни у Гарри сводило руки, — надо скорее уходить отсюда! Появится василиск, и тогда… — Он не появится, если не позвать, — равнодушно бросил Реддл. Гарри опустил Джинни на пол, не в силах больше держать ее. — Объясни, что происходит! И пожалуйста, верни мне волшебную палочку. Она может скоро понадобиться. Улыбка на лице Реддла стала шире. — Она тебе больше не понадобится. — Почему не понадобится? У Реддла едва заметно раздулись ноздри. - Ах, он злится! - гневно бросила леди Блэк. - Отродье.., - едва слышно прошипел Поллукс, щуря глаза. — Я долго ждал этой минуты, Гарри Поттер. Возможности увидеть тебя. Поговорить с тобой. — Том, — Гарри начал терять терпение, — нет у нас этой возможности. Мы в Тайной комнате. Давай поговорим в другом месте. — Мы будем говорить именно здесь, — промолвил с той же улыбкой Реддл, пряча волшебную палочку в карман - Опасается того, что Гарри может победить? - спросила Трикс. - Вероятно, - кивнул ей Орион, - слабак и трус, что с него взять. Гарри растерянно смотрел на него. Творилось что-то неладное. — Что случилось с Джинни? — произнес он медленно. — Интересный вопрос, — любезно ответил Реддл. — Но это длинная история. Причина ее нынешнего состояния в том, что она открыла сердце и свои маленькие секреты некоему невидимому незнакомцу. — Ничего не понимаю! О чем ты? — Дневник, — пояснил Реддл. — Мой дневник. Малышка Джинни писала в нем много месяцев, поверяя мне свои ничтожные горести и печали: ее дразнит брат, ей приходится носить поношенную мантию, учиться по старым учебникам. — Тут глаза Реддла сверкнули. — Как слаба ее надежда понравиться знаменитому, прекрасному, великому Гарри Поттеру… - Подлец! - всплеснула руками Лили. - Как он может так манипулировать чувствами маленького ребенка? - ужаснулся Фабиан. - Ему плевать, кем управлять, - пояснила Августа, - такие нелюди никогда не задумываются о других, а тем более об их чувствах. - Именно, - холодно подтвердила Вальбурга. Реддл расхохотался леденящим хохотом, дико не соответствующим облику шестнадцатилетнего подростка. От его хохота у Гарри на голове зашевелились волосы. — Если уж я решил, Гарри, то непременно очарую того, кто мне нужен. Джинни изливала душу, а мне как раз ее душа и была нужна. Я впитывал ее глубинные страхи, самые потаенные секреты и наливался жизненными соками, становился крепче, сильнее. Моя мощь так выросла — куда там маленькой мисс Уизли. У меня накопилось столько энергии, что я начал обратное излияние — напитал мою маленькую подружку моими собственными секретами — секретами теперь уже моей души - Получается, что он питался ее жизненной силой и сам набрал мощь? - уточнил Крауч. - Да, все верно. Он отдавал ей весь негатив, обмен энергией, грубо говоря, - отвечала Юфимия. - А учитывая то, сколько у Реддла было негатива, - добавила Вальбурга, - тут и до смерти недалеко, а юная Джинни и подавно не смогла бы вынести такое. - Она умрет? - испуганно взглянула на леди Блэк Молли. - Не думаю. — Какой-то бред! — У Гарри пересохло во рту. — Так ты еще ничего не понял, Гарри Поттер? — вкрадчиво спросил Реддл. — Это ведь Джинни Уизли открыла Тайную комнату. Это она передушила школьных петухов и малевала на стенах угрожающие послания. Она натравила змею Слизерина на четырех грязнокровок и на кошку этого сквиба. - Но как?! - поразился Артур. - Мог ли Том вселиться в Джинни и управлять ей? - вторила ему Лили. - Да, думаю, что он способен на такое, - согласился Орион. Августа была весьма огорчена положением дел и поэтому немедленно возмутилась: - Как же мы могли просмотреть такого монстра? Неужели никто не мог понять, кто из него вырастет, глядя на то, что он делал в молодости? - Не забывай, что Том был под моим покровительством и хотя бы из-за этого к нему никто не лез, - горестно вздохнула Вальбурга. - А я, влюбленная дура, не только покрывала его, но и сама участвовала во многих злодеяниях. Она предупреждающе подняла руку вверх, тем самым останавливая любые попытки задать ей вопрос, показывая, что эта тема давно закрыта. — Правда, — невозмутимо сказал Реддл. — Естественно, поначалу она не понимала, что делает. Ах, как это было забавно! Вот послушай ее последнюю запись в дневнике. «Дорогой Том, — стал он читать вслух, поглядывая на искаженное ужасом лицо Гарри. — Мне кажется, что я теряю память. Вся моя мантия в петушиных перьях, а я понятия не имею, откуда они взялись. Дорогой Том, я не могу вспомнить, что делала в ночь на Хэллоуин. Тогда кто-то напал на кошку, а светящейся краской была перемазана я. Дорогой Том, Перси постоянно твердит, что я стала бледная и сама не своя. Думаю, он подозревает меня… Сегодня было еще одно нападение, и я опять не помню, где была. Том, что мне делать? Мне кажется, что я схожу с ума… Похоже, это я нападаю на всех, Том!» - Я боюсь представить ее состояние в те дни, это же просто ужасно! - негодовала Лили. - Мне очень жаль, что нашим детям пришлось пережить весь этот кошмар, - добавил Джеймс, - и не просто пережить, так еще и справиться с ним. Гарри так сжал кулаки, что ногти глубоко впились в ладони. — Дурашка Джинни очень нескоро усомнилась в своем дружке-дневнике. Но постепенно она стала что-то подозревать и попыталась избавиться от него. Тут-то ты и явился на сцену, Гарри. Ты нашел мой дневник, и это был подарок судьбы. Из всех на свете людей нашел его именно ты, человек, с которым мне так не терпелось встретиться… — Почему же ты так желал встретиться со мной? — Гарри кипел от гнева, и ему стоило больших усилий говорить спокойно. — Ну, видишь ли, Джинни мне многое о тебе поведала — твою захватывающую историю. — Взгляд Реддла скользнул по шраму в виде молнии на лбу Гарри, и алчность в его лице усилилась. — Я захотел разузнать о тебе побольше, познакомиться с тобой. Чтобы приобрести твое доверие, решил воочию показать тебе мой «легендарный» подвиг — разоблачение этого идиота Хагрида - Это омерзительный человек, - сощурила глаза Марлин. - Его-то человеком сложно назвать, - подметил Сириус. - И то верно. — Да, — кивнул Реддл. — После исключения Хагрид устроил за мной настоящую слежку, — насмешливо заметил Реддл. — Я понимал: пока я в школе, небезопасно еще раз открывать Комнату. Но и отступать так просто не собирался. Не хотел пустить на ветер годы, потраченные на ее поиски. И я решил оставить дневник, хранящий на своих страницах меня самого — такого, каким я был в шестнадцать лет. Тогда при счастливом стечении обстоятельств я смог бы направить кого-нибудь по моим стопам и закончить великое дело Салазара Слизерина. - Глупец! - просипел Поллукс. - Его цель - совершенная утопия. Безумец, гонящийся за властью.. - А с чего он вообще считает себя наследником Слизерина? - задалась вопросом Андромеда. - У него были все основания так считать, тут уж не прикопаешься, - пожала плечами леди Блэк. - А знаешь, я ведь рассматривал и тот вариант, что Том смог бы стать кем-то похожим на аристократа, даже помочь ему хотел порой, - начал вспоминать Поллукс, обращаясь к Вальбурге. - Но, слава Мерлину, вовремя отбросил эти пустые мечтания. Кто знает, к чему бы это привело. Однако Реддл ничуть не смутился. — Как, разве я не сказал, что убийство грязнокровок потеряло для меня смысл? Уже много месяцев моя новая цель — ты. Гарри посмотрел на него с изумлением. - Мерлин, мне так жутко думать о том, что чувствовал тогда Гарри, - искренне призналась Цисси. - Да, мисс Блэк, - сочувственно кивнула Минерва, - мне очень жаль, что моим ученикам пришлось пережить этот ужас. — Представь себе мою злость, когда в дневнике снова стала писать Джинни. Она увидела дневник у тебя — понимаешь? — и затряслась от страха. Что, если ты догадаешься, как он действует, и я выдам тебе все ее секреты? Или еще хуже — открою тебе, кто передушил петухов? Эта дурочка дождалась, пока у вас в спальне никого не будет, и выкрала дневник. Но я уже знал, что делать. Было ясно, что ты в двух шагах от разгадки тайны наследника Слизерина. Из всего, что Джинни поведала о тебе, я понял: ты не остановишься ни перед чем, но тайну раскроешь, тем более что нападению подвергся твой друг. Джинни мне описала в красках, как вся школа гудела, обнаружив, что ты знаешь змеиный язык. Короче, я внушил Джинни написать на стене собственное прощание, а самой отправиться сюда вниз и стал тебя ждать. Она тут билась, брыкалась, кричала — словом страшно мне надоела. Но в ней уже маловато оставалось жизни — слишком много сил она вложила в дневник, то есть в меня, зато я благодаря этому смог покинуть его страницы… Я жду твоего появления с первой минуты, как мы с ней вошли сюда. Я знал, что ты придешь. У меня к тебе много вопросов, Гарри Поттер… — Каких же? — Гарри по-прежнему с яростью сжимал кулаки. — Первый вопрос. — Реддл располагающе улыбнулся. — Как это вышло, что ребенок, не обладавший особенными чарами, смог одолеть величайшего в мире волшебника? Как ты спасся, отделавшись только шрамом, а лорд Волан-де-Морт утратил всю свою мощь? В его алчущих глазах загорелись странные красные огоньки. — А почему это тебя так волнует? — тихо спросил Гарри. — Волан-де-Морт был несколько позже тебя… — Волан-де-Морт — это мое прошлое, настоящее и будущее, — произнес с расстановкой Реддл. - Вот и все, - испуганно прижалась к Джеймсу Лили, - теперь начнётся самый страшный момент, как мне кажется. - Уверен, что Гарри переживет это, а Джинни и Рон будут в безопасности, - Джеймс тоже был встревожен, но уж точно знал, что сын его сможет справиться со всеми трудностями. Он достал из кармана волшебную палочку Гарри и стал чертить ею в воздухе, написав три мерцающих слова: Том Марволо Реддл Затем взмахнул палочкой, и буквы его имени сами собой перестроились в другом порядке: лорд Волан-де-Морт - Изящный ход, признаю, - недовольно кивнула Августа. - Это была моя идея, - скучающе ответила Вальбурга. - Только Том присвоил её себе. Гарри ошалело смотрел на Реддла, на мальчика, осиротевшего сразу после рождения, который вырос, затем чтобы убить родителей Гарри. И наверное, еще многих… В конце концов преодолев отвращение, он сумел выдавить из себя два слова: — Не стал. — Не стал? — рыкнул Реддл. - Ой, а вот тут мне уже самой становится не по себе, - признала Беллатрикс. - Всё-таки очень хорошо, что мы не стали его слугами, - нашёл положительный момент Родольфус. - Мерлин, я ведь только сейчас осознаю, что могла бы быть на побегушках у какого-то жалкого полукровки с манией величия! - негодовала Трикс. Многие согласно кивнули. Улыбка сползла с лица Реддла, ее сменил взгляд, полный ненависти. — Дамблдора выдворило из замка всего-навсего мое Воспоминание! — прохрипел он. — Не так далеко он ушел, как ты думаешь, — возразил Гарри. Он сказал это наобум, чтобы только задеть Реддда, скорее желая, чем веря, что это правда. Реддл открыл было рот, но замер. Откуда-то донеслась музыка. Реддл оглядел пустынную комнату. Музыка становилась громче. Она была жуткой, потусторонней, от ее звуков волосы на голове Гарри встали дыбом, а сердце словно выросло раза в два и ему стало тесно в грудной клетке. Когда звук достиг такой силы, что Гарри всем телом ощутил его колебания, с вершины ближайшей колонны рассыпались во все стороны огненные брызги. И неведомо откуда тяжело впорхнула под своды малиновая птица величиной с лебедя, поющая фантастическую песнь. У нее был сверкающий золотой хвост, длинный, как у павлина, и блестящие золотые лапы, которые сжимали какую-то ветошь. - Феникс? - тихо удивился Дамблдор. - Похоже на то, - ответила Макгонагалл. - Хорошо, что догадались хоть птицу отправить, потому что вы сам невесть где пропадаете! Реддл опять залился своим диким смехом, отчего зазвучала и зазвенела вся огромная сводчатая комната, как будто смеялись одновременно с десяток Реддлов. — Так вот что Дамблдор прислал в помощь своему соратнику! Певчую птичку и древнюю Шляпу! Ну как, Гарри Поттер, ощущаешь прилив храбрости? Чувствуешь себя в безопасности? - Вот именно! - резко заметила Юфимия. - Что должен делать Гарри, учитывая, что он остался один на один с Волан-де-Мортом? А тот ещё и смеется! Гарри отступил назад, чтобы получше разглядеть верх статуи; Фоукс качнулся на его плече. Гигантское лицо Слизерина пришло в движение. Гарри отчетливо различал, как раскрывается каменный рот, образуя черное жерло. Что-то во рту шевелилось, выползало наружу из чрева. Гарри попятился назад и стукнулся о стену; глаза его были плотно сомкнуты. Фоукс слетел с плеча, и Гарри ощутил, как перья скользнули по его щеке. Гарри хотелось крикнуть: «Не покидай меня!» — но что феникс мог поделать с королем змей. - Это просто страшно читать, а не то, что там присутствовать, - утвердил Ремус. Исполинская змея — блестящая, ядовито-зеленая, толщиной с колонну — высоко поднялась на хвосте, беспорядочно вертя тупой треугольной головой. И как Гарри ни дрожал, готовый зажмуриться, он увидел, что отвлекло чудовище: над василиском кружил Фоукс — змея в ярости пыталась схватить его узкими, как сабли, клыками. Фоукс спикировал, его длинный золотой клюв сделал несколько едва уловимых движений, и на пол хлынули струи темной крови. Удар змеиного хвоста чуть не задел Гарри, и не успел он зажмуриться, как василиск обернулся. Гарри взглянул прямо в его морду: змеиные глаза — оба громадных круглых желтых глаза — были выклеваны фениксом; кровь хлестала на пол, чудовище свирепо шипело и плевалось от боли. - Ладно, птичка оказалась не такой уж и бесполезной, - нехотя признала Минерва. - А для чего же Гарри нужна шляпа? - поинтересовался кто-то из присутствующих. - Есть одна легенда, но думаю, что сейчас мы и сами все узнаем, - немного погодя, отвечала профессор. Змеиный хвост снова метнулся по полу. Гарри успел отпрыгнуть, и что-то мягкое прошуршало по его лицу, Василиск хвостом подцепил Волшебную шляпу и кинул ее прямо в руки Гарри. Гарри судорожно вцепился в нее, точно ожидая от нее спасения. Нахлобучив Шляпу на голову, Гарри бросился на пол — хвост василиска опять взметнулся. «Помоги… Помоги мне… — думал Гарри, глаза его под шляпой были крепко зажмурены. — Пожалуйста, помоги!» Шляпа вместо ответа сжалась, как будто ее стиснула невидимая рука. Какая-то тяжесть ударила Гарри в макушку, да так, что из глаз посыпались искры. Гарри схватился за Шляпу, хотел снять ее, но пальцы ощутили что-то холодное и длинное. Под Шляпой оказался отливающий серебром меч, его рукоять сверкала рубинами величиной с голубиное яйцо. - Так это не легенда! - поразилась Минерва. - Это правда! - Подождите, что за легенда? О чем речь? - спросил Регулус. - Мистер Блэк, я как-то давно еще услышала один миф про то, что только истинный храбрец сможет достать меч Годрика Гриффиндора, - пояснила Макгонагалл, - получается, что Гарри и есть тот герой. - Ах, так это настоящий меч Гриффиндора?! - воскликнул Фрэнк. - Гарри можно назвать наследником нашего факультета, так? - Тут уже я ничего сказать вам не могу, мистер Лонгботтом. Василиск сделал слепой бросок. Гарри уклонился, и голова змеи врезалась в стену. Еще бросок, и раздвоенный язык стегнул Гарри по боку. Обеими руками Гарри поднял меч. Василиск атаковал снова и на сей раз не промахнулся. Но и Гарри по рукоять всадил клинок в нёбо змеиной пасти и всей тяжестью навалился на эфес. Горячая кровь залила руки Гарри, он ощутил жгучую боль выше локтя. Один из длинных ядовитых клыков вонзился ему в плечо, и в тот же миг василиск в конвульсиях рухнул на пол, сломав свой клык. - У меня нет слов, - ошарашенно произнесла Лили, - я в шоке просто сейчас. - Да, понимаю, - потрясенно кивнула Алиса. - Если у Гарри уцелеет психика после такого - это будет настоящее чудо, - добавил Ремус. - Боюсь, но психика уже и так сломана, хоть бы из-за того, что мальчик жил с Дурслями, - возразил Сириус. Гарри сполз вниз по стене. Схватил клык, вливавший яд в его тело, и выдернул из руки. Но было поздно: вокруг раны медленно расползалась боль, точно к руке прикоснулись раскаленным железом. Он выронил клык, увидел свою кровь, пропитавшую мантию, и зрение у него затуманилось. Сумрачная комната расплылась, стала вращаться. В глазах вспыхнуло что-то красное, и Гарри услышал рядом тихое постукивание когтей. — Фоукс, — язык ворочался с трудом. — Ты молодчина, Фоукс. Птица приблизила красивую голову к кровавой ране на руке Гарри. - Он может излечить такую рану? - спросила Минерва. - Да, Фоукс справится с такой задачей, - спокойно кивнул Альбус, уверенный в своем питомце. Но может, это не смерть? Комната приобретала четкие очертания. Гарри легонько потряс головой: вот он, Фоукс, все еще припавший к руке, жемчужная лужица слез затопила рану. Но где же она? Никакой раны на руке не было. — Убирайся прочь, феникс! — неожиданно загремел Реддл. — Убирайся сию же минуту! Гарри поднял голову. Реддл направил на Фоукса его волшебную палочку, что-то грохнуло, как пистолетный выстрел, и феникс взлетел, закружившись в красно-золотом вихре. — Слезы Феникса, — протянул Реддл в задумчивости, глядя на руку Гарри. — Ну, разумеется, как я про них забыл. Но это мало что меняет. На самом-то деле я предпочитаю единоборство — только ты и я, Гарри, ты и я… - Ага, честный бой - это не про Тома, - мрачно кивнул Орион. - Честность - это вообще не про него, если уж мы начали об этом, - заверила Вальбурга. Реддл поднял волшебную палочку. Мощно взмахнув крыльями, Фоукс стремительно пронесся над головами противников, и что-то упало к Гарри на колени — дневник! Какую-то долю секунды оба, и Реддл, и Гарри, смотрели на него. Затем, не раздумывая, как бы по наитию, Гарри схватил лежавший на полу клык василиска и воткнул его прямо в сердцевину дневника. - Умница! - воскликнула Вальбурга, мгновенно воспрянув духом. Да и в комнате будто всё оживилось, словно после долгой и холодной зимы наконец-то растаял снег. Грянул долгий, продирающий до мозга костей вопль. Чернила потоком хлынули из дневника, по рукам Гарри потекли ручьи, заливая пол. Реддла корчило и выворачивало, он бился и визжал, а потом… Потом он сгинул. Волшебная палочка Гарри со стуком упала на холодные плиты, и наступила тишина. Полная тишина, нарушаемая лишь упорным «кап, кап, кап» — это чернила все еще сочились со страниц дневника: яд василиска прожег в нем шипящую сквозную дыру. Гарри с трудом унял сотрясавшую его дрожь. - Он умер? - тихо спросил Питер. - Нет. У Тома есть тысяча и один способ по возвращению к жизни, - отвечала Вальбурга. В противоположном конце комнаты послышался слабый стон. Джинни пошевелилась, Гарри бросился к ней, но она уже села. Ошеломленный взгляд обежал колоссальных размеров мертвого василиска, Гарри в намокшей от крови мантии, черный дневник. Она глубоко, судорожно вздохнула, и по лицу ее заструились слезы. — Гарри… Гарри, я пыталась все рассказать тебе за завтраком, но я не могла говорить в присутствии Перси. Это была я, Гарри, но, правда, правда, я не хотела… Реддл заколдовал меня, командовал… А как ты убил эту… эту зверюгу? Где Реддл? Последнее, что я помню, как он вышел из дневника… — Все хорошо, Джинни. — Гарри показал ей дыру в дневнике от клыка василиска. — Видишь? С Реддлом покончено — и с ним, и с василиском. Пойдем отсюда. — Гарри помог ей подняться на ноги. — Меня исключат, — плакала Джинни. — Я так мечтала поступить в Хогвартс — с тех самых пор, как в школу пошел Билл. А теперь мне придется уйти. Что скажут папа с мамой? - Мерлин, и это все, что ее заботит? - удивилась Молли. - Тема исключения из школы должна быть вообще последней! - Здесь вообще не должно и речи быть о ней, - согласилась Минерва. А через несколько минут они уже слышали звуки передвигаемых камней. — Рон! — крикнул Гарри, ускоряя шаги. — Джинни жива! Она здесь, со мной рядом! Рон что-то воскликнул в ответ, и за следующим поворотом они увидели его горящее нетерпением лицо в изрядных размеров проеме, который он ухитрился проделать в завале. - Он проделал тоже отличную работу! - обрадовался Джеймс. - Да, тут любая помощь важна, а тем более такая, - кивнула Лили. Вслед за Фоуксом, чьи широкие крылья испускали в темноте мягкое золотое сияние, они скоро добрались до устья трубы, где сидел с самым добродушным видом Златопуст Локонс и что-то безмятежно мурлыкал себе под нос. — Ему отшибло память, — объяснил Рон. — Его заклятие Забвения ударило, как бумеранг, по нему самому. Нам ничего, а он понятия не имеет, ни кто он, ни где находится, ни кто мы такие. Сам для себя опасен. Я велел ему идти и ждать нас у выхода. - Мистер Лестрейндж, ваш выход, - произнесла Макгонагалл, видя, как Рабастану не терпится сказать очередную пословицу. - Не рой другим яму, сам в нее попадешь! - чуть ли не светился он. - И еще! Еще! Не плюй в колодец, сам же из него и пить будешь! - Баст был невероятно доволен собой. Барти задрал голову от гордости за партнера и потрепал возлюбленного по кудрявым волосам, параллельно притягивая к себе для поцелуя в очаровательный носик. Миртл не верила своим глазам. — Ты жив… — буркнула она разочарованно. - Вот сучка! - праведно возмутилась Меда. - Мисс Блэк! - всплеснула руками Минерва. - Ну а вы-то куда? Та лишь отмахнулась. — Не огорчайся, — посочувствовал ей Гарри и стал протирать очки от крови и грязи. — Конечно, не буду… Я просто подумала, вдруг ты умер и мы бы разделили с тобой мой туалет… Я была бы очень этому рада! — сказала Миртл и смущенно засеребрилась - Не дай Мерлин, - едва слышно прошептал Родольфус, содрогаясь от одной мысли. Трикс пихнула его в бок: - Ты о чем думаешь, негодник! О других девках? - ревность была одной из негативных черт характера прелестной Беллы. - Да ты чего, любовь моя! - мгновенно сориентировался Лестрейндж, целуя невесту. - Я лишь думаю о том, как мне повезло, что ты - моя судьба! - Ладно, живи пока что, - вздохнула Блэк, видимо, не найдя больше поводов для ревности. По лицу Джинни по-прежнему катились слезы. Рон встревоженно посмотрел на нее, потом обернулся к Гарри: — Куда теперь? Гарри кивнул на Фоукса — тот полетел вперед, заливая все вокруг золотистым светом. Они пошли за ним и через минуту оказались перед кабинетом профессора МакГонагалл. Гарри постучал и толкнул дверь. - Ого, спустя целую книгу они всё-таки дошли до меня, спасибо, - закатила глаза Минерва. - Мистер Люпин, у нас осталась еще одна глава? - Да. - Ладно, мы прочтем ее сейчас, а потом уже устроим праздничный обед, идет? Присутствующие согласно кивнули головой. - Что ж, тогда пусть читает Питер, надо же отвлечься от мыслей о еде, - с этими словами Ремус протянул книгу другу.