Хогвартс времён Мародёров читает книги о Гарри Поттере

Толпа взъерошенных учеников ввалилась в тихое Больничное Крыло. Чуть позже зашли и взрослые, уже давно перестав одергивать юных слушателей за их несдержанность. Регулус Блэк, вид которого был весел и свеж, спокойно лежал, пока Гермиона с жаром рассказывала ему что-то. - Ты посмотри только! - зашептал Крауч. - Он даже не перебивает, он просто лежит! - Регулус был весьма взбалмошной натурой, не способной долгое время концентрировать внимание на чем-то одном. Парочка оглянулась на незваных гостей, Гермиона недовольно поджала губы, вероятно, ее прервали на самом интересном моменте. Она махнула рукой, подзывая друзей, а сама встала с края кровати. - Нам никто ничего не сказал дельного, - сразу начал Сириус, - только то, что этот, - он ткнул пальцем в брата, - снова упал в обморок. Вальбурга аккуратно раздвинула детей, подходя ближе к сыну, становясь практически у изголовья кровати. - Да, мне тоже хотелось бы услышать всю историю, - подтвердила она, - конечно, если вы сами не против ее нам поведать. Гермиона оглянулась на Регулуса, молчаливо спрашивая разрешения. Тот, немного поколебавшись, кивнул и сам начал рассказ: - Все проходило довольно-таки хорошо и спокойно, мы с Гермионой, - он буквально выделил ее имя интонацией, - смогли многое обсудить, начиная кулинарией и заканчивая маггловскими штучками, которые, спасибо Гермионе, оказались очень занятными, - признал он. - Как-нибудь я расскажу о них. А потом, ну-у-у, - Регулус все же запнулся, умоляюще глядя на Грейнджер. Барти цокнул, едва ли сдерживаясь от комментариев. - А потом, - подхватила Гермиона, - мы решили что-нибудь станцевать, у нас тогда речь как раз зашла за искусство танца. Честно говоря, танцевать я не особо люблю, да и не умею. - Ага, не умеет она, - опроверг Гарри, - умеет, еще как умеет! Гермиона залилась краской, отмахиваясь от друга. - Так вот, мне в голову пришел лишь один танец - вальс, - продолжал Регулус. - Спасибо, что не танго, - язвил Рабастан, моментально выслушивая от Блэка о том, какой он ужасный и вообще, пусть не перебивает! - Но тут выяснилось, что мы оба совершенно не умеем танцевать! - вновь заговорила Миона. - Кое-как мы попытались, куда без этого, но я кажется оттоптала Регу все ноги, - смущённо добавила она. - Нет! Нет, это было приятно, - невпопад отвечал он, на что немедленно среагировали другие, посмеиваясь над Блэком. - Потом, когда мы уже изрядно устали, я решила просто кружиться по комнате, грубо говоря, изобрести свой вальс, - произнесла Грейнджер, - но Регулусу внезапно стало плохо, благо, что я его удержала и смогла положить на диван, оказав первую помощь. Потом вызвала лекаря и леди Блэк, все-таки непонятно, что произошло с Регулусом. Его отправили в Больничное Крыло, а дальше вы все знаете, - она окончила свой рассказ. Вальбурга потрепала сына по голове и уточнила, как он себя чувствует. В итоге, он принял решение вернуться к чтению, так как состояние его пришло в норму. - Вы хотите сказать, что не умеете вальсировать? - когда ребята вышли в один из коридоров Хогвартса, спросил Барти. - Что ж тут сложного, сейчас научим! Он притянул к себе опешившего Рабастана, прижав его чуть ли не вплотную к себе. Тот быстро сориентировался и велел Регу запоминать. - Необходимо быть крайне близко друг к другу, так танец уж точно получится! - раздавал советы он, пока Барти наглядно все показывал. - Запомните движения ногами, тут ничего сложного нет. Вообразите себе невидимый квадрат на полу, по углам которого вы должны двигаться, внимание, против часовой стрелки. Парочка сделала пару движений, позволяя все рассмотреть. - На каждой стороне квадрата нужно делать один большой шаг и два маленьких, легче, если вы делаете это под счет, по типу "раз-два-три", - пояснял Лестрейндж. - Не торопитесь сразу, мы вам показываем Бостонский вальс, который исполняется медленнее, чем остальные, - произнёс Барти. - На «раз» ведущий партнер, хотелось бы мне сказать, что это Гермиона, но пусть будет все же Регулус, - лукаво улыбнулся Рабастан, - шагает вперед с левой ноги, немного согнув колени, и в конце слегка приподнимается, на полупальцы. На «два» шагает вправо, с точно таким же подъемом на полупальцы. На «три» левая нога, все так же на полупальцах, приставляется к правой и опускается на всю ступню целиком в самом конце такта, - рассказывал он. - Понятно? - уточнил Барти, глядя на зрителей, которых собралось достаточно много. - Давайте наглядно теперь, - пара исполнила несколько движений, сначала медленно, а потом чуть быстрее. - Второе движение точно такое же, только с изменением положения ног — партнер шагает назад с правой ноги, приставляя ее к левой, а партнерша шагает вперед с левой ноги, приставляя ее к правой. Вот у нас и получился квадрат, - пояснил Крауч. - К слову, партнёр выполняет точно такие же движения, только "зеркалит" их, - добавил Лестрейндж, вновь демонстрируя танец. Присутствующие были немало обрадованы таким внезапным уроком, прося показать еще что-нибудь. - Не думаю, что это вам нужно сейчас, - просиял Барти, явно довольный собой и Лестрейнджем, - необходимо закрепить это все, чтоб после двинуться дальше. - Повторение - мать учения! - хлопнул в ладоши Рабастан, вспомнив пословицу. - Если кто-то захочет научиться вальсу полностью - можете подойти сегодня вечером, - Барти хотел было возмутиться, мол, у нас планы, но гордость за партнёра не дала ему это сделать. Наконец все добрались до Выручай-комнаты. Желание прочесть главу сегодня изъявила Минерва. По настоянию мадам Помфри Гарри пролежал в больнице все выходные. Он ни на что не жаловался, не спорил, но не позволил ей выкинуть щепки и прутики, оставшиеся от «Нимбуса». Он знал, что это глупо, что метлу не починить, но ничего не мог с собой поделать: как будто потерял самого лучшего друга. - Плохи наши дела, - произнес Джеймс, понимая, что, лишившись такой метлы, можно и лишиться места победителя матча. Гарри навещали друзья, старались приободрить. В субботу вечером Хагрид прислал охапку желтых цветов, похожих на кочаны капусты. - Как... мило, - запнулась Лили, осознавая, что лесничий всего лишь хотел порадовать ее сына. Джинни Уизли, отчаянно краснея, подарила самодельную открытку с пожеланием скорейшего выздоровления. Открытка сама собой раскрывалась и пела истошным голосом, так что Гарри пришлось придавить ее вазой с фруктами. - Неплохо, - оценил Фабиан. - Вероятно, за истошный крик отвечали именно близнецы, - добавил Гидеон. Он никому не рассказал о Гриме, даже Рону с Гермионой. Рон испугается, а Гермиона фыркнет: она не верила предсказаниям профессора Трелони. Но никуда не денешься: Грим уже дважды являлся, и дважды Гарри едва не погиб. Первый раз чуть не попал под волшебный автобус, теперь вот упал с такой высоты. Похоже, призрак пса не отстанет, пока Гарри не свернет себе шею. - А ты весьма заботливый, - прошептал Ремус. - До тебя мне далековато, - так же тихо отвечал Сириус. Когда дементоры приблизились к нему, он услышал последние минуты ее жизни; она пыталась защитить его от Волан–де–Морта, а тот, убивая ее, смеялся. Гарри задремал, но ему снились полусгнившие осклизлые руки и отчаянная мольба; Гарри проснулся, но в ушах снова стоял крик матери. - Уф, даже представить такое боюсь, - с сочувствуем сказала Лили. - Ничего, это уже давно позади, - заверил ее Гарри. Малфой был на седьмом небе от счастья от того, что гриффиндорцы проиграли матч. Он снял бинты и на радостях, что обе руки здоровы, вдохновенно изображал, как Гарри упал с метлы. - Ничего удивительного, - произнесла Нарцисса, порядком уставшая от выходок нерожденного сына. На уроке зельеварения Малфой развлекался тем, что изображал дементора. Рон не выдержал и запустил ему в лицо огромное влажное крокодилье сердце. Снейп вычел у Гриффиндора пятьдесят баллов. - Ну а что ещё можно было ожидать, - хмыкнул Люциус. Ученики первым делом стали жаловаться на Снейпа. — Это нечестно, он ведь только заменял вас, а задал такое домашнее задание! — Мы ничего не знаем об оборотнях... — ...целых два свитка! — Нужно было сказать профессору Снейпу, что вы еще оборотней не проходили, — Люпин слегка нахмурился. Класс загалдел громче: — Да мы сказали, а он говорит, мы очень отстали… — Он и слушать ничего не хотел… — Целых два свитка!!! Общее возмущение было велико, но Люпин только улыбнулся. — Ничего, я поговорю с профессором Снейпом. А его задание можете не делать. - Роль Сатаны отдали мне, я понял, - покивал Северус. — Ну, вот! — огорчилась Гермиона. — А я уже сделала. - Кто бы сомневался, - зацвел Регулус, - ты такая старательная и упорная! Урок прошел замечательно. Люпин принес стеклянный ящик с болотным фонарником. Это хрупкое и безобидное на вид одноногое существо, казалось, было составлено из струек дыма. — Заманивает людей в болото, — диктовал Люпин. — Видите у него в руке фонарь? Он с ним прыгает по кочкам, путник идет на свет, он все дальше… А с трясиной шутки плохи… При этих словах фонарник изо всех сил скребнул ногой по стеклу, не хуже чем ножом, так что весь класс передернуло. - Какое интересное существо, - заинтересовалась Вальбурга, записывая себе напоминалку на пергаменте: Болотный фонарник. Купить. Прозвенел звонок. Собрав сумки, все двинулись к выходу. — Одну минуточку, Гарри, мне нужно тебе что–то сказать. Гарри вернулся, Люпин накрыл тряпкой ящик с болотным чудищем. — Слышал о вашем матче, — Люпин стал запихивать в портфель книги. — Жаль твоей метлы. Ее можно починить? - Да там же только щепки остались от нее! - с сожалением произнес Родольфус. — Нет, — ответил Гарри. — От нее только щепки остались. Люпин вздохнул. — Гремучую иву посадили в тот год, когда я поступил в Хогвартс. Помню, мы придумали игру: кто первый подбежит к ней и коснется ствола. Одному мальчику, по имени Дэйви Гаджен, она чуть не выбила глаз, и нам запретили к ней подходить. Ее лучше не трогать. Никакая метла бы не уцелела. - Да, помним такое, - кивнул Джеймс. - Опасное дерево, ничего не скажешь, - согласился Сириус. — Вы и о дементорах слышали? — с трудом проговорил Гарри. Люпин бросил на него внимательный взгляд. — Да. Профессора Дамблдора в такой ярости еще не видели. Дементоры уже давно проявляли недовольство... разъярились, что их не пускают на территорию школы... Ты из-за них упал? — Да, — признался Гарри. И, сам того не ожидая, спросил: — Но почему? Почему из–за них я падаю в обморок? Я что... Люпин словно прочитал его мысли. — Нет, ты не трус. Дементоры так сильно действуют на тебя, потому что ты пережил такое, чего другим и в страшном сне не снилось, — сказал Люпин. На его молодое, хоть и в глубоких морщинах лицо, обрамленное седыми волосами, упал косой луч зимнего солнца. - Седые волосы? - ужаснулся Ремус. - Морщины? Какой ужас! — Когда они рядом, — Гарри опустил глаза, в горле у него стоял комок, — я слышу, как Волан–де–Морт убивает маму. Рука Люпина дернулась, будто он хотел взять Гарри за плечо, но передумал. - Соглашусь. Это было бы странно, - произнес Гарри, - я ведь не знал, что вы друг отца. — В Азкабане, должно быть, ужасно, — глухо сказал Гарри. - А это уже вопрос к Сириусу, - Джеймс ткнул локтем друга. - Эй!!! Люпин нахмурился и кивнул. — Да, крепость стоит в море на маленьком островке, но дементорам не нужны ни толстые стены, ни вода, узники и так не сбегут: они заточены в темнице собственных мыслей. Почти все очень скоро сходят с ума. — Но ведь Сириус Блэк сбежал... Портфель Люпина соскользнул со стола, и Люпин поймал его на лету - Да, вообще не представляю, в каком я состоянии мог бы быть, - кивнул Ремус. — Да, сбежал, — ответил он, выпрямившись. — Блэк, похоже, нашел способ с ними бороться. Ни за что бы не поверил... Дементоры высасывают из волшебника магические способности, если он надолго остается в их власти... - Это почему бы ты не поверил? - оскорбился Блэк, недовольно глядя на Ремуса. - Ты что, не веришь в меня?! - Верю, верю конечно, - поспешил заверить его Люпин, еле скрывая тяжелый вздох. - Ты меня не любишь! - вдруг заявил Сириус, демонстративно отвернувшись и пряча хитрую улыбку. - О Боже, - теперь Рем не скрыл своей усталости, - естественно, я люблю тебя, что за вопросы такие? - он насильно развернул друга обратно, дав слабый подзатыльник для профилактики. — А ведь вы прогнали дементора тогда, в поезде, — вспомнил вдруг Гарри. — Есть... особые приемы... Да и потом, в поезде был только один дементор. Чем их больше, тем труднее с ними бороться. — Научите меня этим приемам. Пожалуйста. — Я, Гарри, вообще-то не мастер сражаться с дементорами... — А вдруг они снова придут на матч? Люпин нерешительно поглядел на умоляющее лицо Гарри. — Ну ладно, — сказал он. — Я тебе помогу. Только, боюсь, придется подождать следующего полугодия, у меня очень много дел. И угораздило же меня заболеть в самое неподходящее время! - Тем не менее. Это похвально, что ты согласился на такое, - одобрил Орион. Удивительно, но чета Блэк имела особо хорошее расположение к Ремусу. Студенты в предвкушении каникул обсуждали, что будут делать дома. Рон и Гермиона решили остаться в замке. Рон клялся, что не вынесет две недели дома с Перси, а Гермиона уверяла, что ей нужно порыться в библиотеке, но Гарри–то отлично понял, что они остаются ради него, и был им за это благодарен. - До сих пор умиляюсь с этого, - признался Гарри, приобнимая друзей. - Да-а, это очень мило! - согласилась Лили. К радости всех кроме Гарри, объявили, что последний выходной семестра можно провести в Хогсмиде. — Вот здорово! — захлопала в ладоши Гермиона — Там и запасемся подарками к Рождеству. Мама с папой очень обрадуются волшебным гостинцам! Гарри снова весь день предстояло быть в замке единственным третьекурсником. Чтобы убить время, он взял у Вуда каталог «Выбери себе метлу». Он тренировался сейчас на допотопной школьной метле — медленном, тряском «Метеоре» - и понимал, что нужна собственная новая метла. - Ой, какой кошмар! - вообразил Родольфус, с ужасом вспоминая школьные метлы. — Гарри, — кто–то тихонько позвал его, когда он шел по коридору четвертого этажа. Гарри обернулся и увидел за статуей горбатой одноглазой ведьмы Джорджа и Фреда. — Почему вы здесь? — удивился Гарри. — Я думал, вы ушли со всеми в Хогсмид. — Мы хотим сделать тебе праздничный подарок, чтобы ты не скучал, — ответил Фред и лукаво подмигнул. — Иди сюда... — И он кивнул на открытую дверь пустого класса - Так-так, и что же там такое? - заинтересовались близнецы Пруэтт. — Вот тебе наш подарок на Рождество. — Он вытащил из–под мантии большой квадратный лист старого пергамента и торжественно протянул Гарри. Пергамент был совершенно чист, на нем не было ни единой строчки, и Гарри решил, что это очередная шутка близнецов. - Думается мне, что это вовсе не шутка, - задумчиво произнёс Ремус, вспоминая название главы. — И что же это такое? — Это, Гарри, секрет нашего успеха, — ответил Джордж и нежно погладил пергамент. — Нелегко с ним расстаться, — сказал Фред. — Но мы решили, что тебе он нужнее. — Мы-то его наизусть знаем, — прибавил Джордж. — Поэтому и вручаем тебе. Нам он больше ни к чему. — И что я буду делать с куском старого пергамента? — С куском старого пергамента?! — Фред зажмурился и скорчил рожу, как будто Гарри смертельно его обидел. — Объясни ему, Джордж. — Когда мы учились на первом курсе, Гарри, мы тогда были совсем еще зеленые, беззаботные и невинные... - Гарри хмыкнул. — Во всяком случае, более невинные, чем сейчас. Ну так вот, мы как–то рассорились с Филчем. — Взорвали в коридоре грязевую бомбу, а Филч почему-то на нас разозлился… — ...затащил в свой кабинет и, как водится, стал грозить... —... наказанием... — ... четвертованием... — ... мы слушали, слушали и вдруг заметили особый ящик с табличкой: «Конфисковано, очень опасно». — Только не говорите... — улыбнулся Гарри. — Ну, а как бы ты поступил на нашем месте? — пожал плечами Фред. — Джордж кинул еще одну бомбу, и, пока Филч суетился, я открыл ящик и взял вот этот кусок пергамента. — Что тут плохого? — прибавил Джордж — Филч не знал, как с ним обращаться. Хотя, раз отобрал его, наверное, догадывался, что это такое. — И вы знаете, что с ним делать? — Знаем, — Фред самодовольно улыбнулся. — Этот свиток научил нас такому, чему не научит ни один учитель. - Интересно, чему же? - нахмурилась Минерва, уже подозревая авторов данного пергамента. — Ого! — Что, здорово? То–то! Фред достал волшебную палочку, слегка коснулся ею пергамента и произнес: — Торжественно клянусь, что замышляю шалость, и только шалость. - Наверное, сейчас самое время раскрыть все карты, - произнес Джеймс. - То, что это ваше изобретение, - Макгонагалл выразительно посмотрела на Мародёров, - меня не удивит. Теперь я хочу услышать из книги весь рассказ, вот тогда и поговорим с вами. Тотчас на пергаменте, в том месте, которого коснулся Джордж, одна за другой стали появляться тоненькие чернильные линии. Линии соединялись, пересекались, расползались как паутина по краям пергамента, и скоро наверху распустились, как цветы, выведенные зелеными чернилами слова: Господа Лунатик, Бродяга, Сохатый и Хвост! Поставщики вспомогательных средств для волшебников-шалунов с гордостью представляют свое новейшее изобретение — КАРТУ МАРОДЕРОВ. - Это еще что за хрень? - удивился Поллукс, глядя на Сириуса. - Дед! - отмахнулся он. - Давай ты хоть дослушаешь? - Так вот что у вас за ролевые игры! - осенило Регулуса, который никак не мог понять, откуда пошли прозвища. - А кто из вас кто? Мародеры представили друг друга под всеобщее негодование от выбора кличек. На карте были видны все до единого закоулки замка и территория на много миль вокруг. Но, что самое удивительное, по ней двигались крошечные чернильные точки, каждая была подписана. Гарри в восхищении склонился над картой. В левом верхнем углу профессор Дамблдор вышагивал в своем кабинете; миссис Норрис, кошка завхоза, кралась на четвертом этаже, полтергейст Пивз носился в Зале почета. Были там еще закоулки и потайные ходы, где он никогда не был. - Я даже не представляю, как вы до этого додумались, - вздохнулаМакгонагалл, - получается, от вас даже секретов нет никаких? - Получается, - произнес Сириус. - Да ни черта не получается! - возмутилась Вальбурга. - Когда я тебя прошу что-то сделать по дому - так это все, сразу он ничего не знает и не умеет! А как волшебную карту создать - так это делов на одну минуту, - негодовала она. Некоторые из ходов вели... — Прямо в Хогсмид. — Фред указал один из них. — Таких ходов семь. Филч знает об этих вот четырех, об остальных — только мы. В тот, что за зеркалом на пятом этаже, можешь не ходить. Мы сунулись было прошлой зимой, а там потолок обвалился. И вот сюда тоже лучше не ходить: прямо над выходом Гремучая ива. Зато этот ведет прямо в подвал «Сладкого королевства». Мы этим ходом частенько лазим, он, кстати, начинается в горбу старой карги за дверью. - То есть теперь Гарри может попасть в Хогсмит и без разрешения? - Джеймс забыл о том, что нужно хотя бы попытаться изобразить раскаяние. - Круто! - Джеймс! - отдёрнула его Юфимия, вовсе не разделяя радость сына. - Лучше помолчи сегодня. — Спасибо нашим предшественникам, — вздохнул Джордж и дружески похлопал по названию карты. — Благородные, славные помощники новому поколению проказников, — провозгласил Фред. - Вот чему вы научили детей! - не сдержалась Минерва. - Профессор, но ведь карта и впрямь полезное изобретение, - попытался защитить ребят Гидеон. - И не менее опасное. — Верно. Да, Гарри, не забывай стирать карту... — предупредил Джордж. — ... а то кто-нибудь еще узнает ее секрет, — закончил за Джорджа Фред. — Дотронься до нее волшебной палочкой и скажи: «Славная вышла шалость!» — и карта исчезнет. - Получается, теперь все знают наш секрет, - расстроился Питер. - Надеюсь, что это ваш последний секрет, - повысила голос Минерва. Мародёры переглянулись, не зная что им делать: хоть плачь, хоть смейся! Гарри вынул карту из-под мантии и с удивлением обнаружил новую фигурку с подписью: «Гарри Поттер». Фигурка стояла как раз в том месте, где стоял сам Гарри, — посредине коридора на четвертом этаже. Фигурка малюсенькой палочкой стукнула статую. Гарри торопливо сделал то же, но ничего не произошло. Он снова поглядел на карту. У головы фигурки появилась надпись: «Диссендиум!». — Диссендиум! — прошептал Гарри и снова тронул статую. Горб старухи открылся, и появилось отверстие, как раз такое, чтобы в него пролез мальчик. Гарри огляделся по сторонам, спрятал карту и нырнул в статую вниз головой. Каменный склон скоро кончился земляной площадкой, и Гарри встал на ноги. Темно, хоть глаз выколи. Гарри достал палочку, произнес «Люмос!» , и холодное пламя осветило низкий и узкий земляной коридор. Гарри поднес пергамент к глазам, тронул кончиком волшебной палочки, сказал: «Славная вышла шалость!» — и карта исчезла. - У нас будет очень серьёзный разговор с вами, - сощурилась Минерва, глядя на Мародёров. - Полностью солидарна, - кивнула Юфимия, ожидая слов Вальбурги, но та отрицательно покачала головой, как бы говоря, что воспитывать Сириуса - дело неблагодарное и крайне бесполезное. Наверху отчетливо слышались голоса, скрип входной двери и звон колокольчика. Гарри не решался идти дальше, но вдруг дверь в подпол распахнулась, и кто–то стал спускаться. — И не забудь коробку желатиновых червячков, дорогой... — крикнул кому–то вдогонку женский голос. Гарри притаился за большой корзиной, кто-то прошел мимо и стал передвигать ящики в дальнем конце подпола. - Ладно, получилось, - нехотя признала Юфимия, - поверить не могу! Гарри незаметно подкрался и встал позади. — Фу, — поморщилась Гермиона, — гадость какая! Гарри они уж точно не понравятся. И цвет, и вкус скорее для упырей, чем для людей. — А может, возьмем вот это? — Рон сунул под нос Гермионе банку с тараканами. — Еще чего! — возмутился Гарри. Рон чуть не выронил банку. - Напугал блин! - вспоминал Рон. - Кто так вообще делает? - Если я скажу, что так делаю я, ты удивишься хоть чуть-чуть? - шутливо уточнил Гарри. - Да ну тебя! Гарри рассказал друзьям о Карте Мародеров. — Надо же, мне Джордж с Фредом ни разу ее не показали! — обиделся Рон. — А я им все–таки брат. — Какая разница? — пожала плечами Гермиона. — Гарри все равно не оставит карту у себя, он отдаст ее профессору МакГонагалл. Верно, Гарри? - Нет! - запротестовал Рон, окунаясь в те времена. - Как тебе вообще могло прийти такое в голову? Гермиона развела руками, рассеяно улыбаясь при этом. — Ну нет! — ответил Гарри. — Ты что, спятила? — выпучил глаза Рон. — Отдать такую ценность! — Если ее отдать, придется объяснить, откуда она у меня, — сказал Гарри. — И Фреду с Джорджем влетит от Филча. - Выкрутился! - прикусила кончик языка Лили, втайне радуясь сообразительности сына. — А вдруг Сириус Блэк знает тайные ходы в замок? — не унималась Гермиона. — Нужно предупредить учителей! - Да, ведь Сириус как раз их и наносил на карту, - усмехнулся Ремус, - но, если смотреть на это все вашими глазами на тот момент - стоит предупредить профессоров, это и впрямь опасно. Рон важно кашлянул и указал на объявление на двери магазина: ПО УКАЗУ МИНИСТЕРСТВА МАГИИ: Сообщаем покупателям, что дементорам приказано каждую ночь после заката солнца обходить улицы Хогсмида. Эту временную меру предосторожности отменят после поимки Сириуса Блэка. Советуем покупателям после захода солнца оставаться дома. Счастливого Рождества! - Ты портишь людям не только жизнь, но и Рождество, - по-доброму язвил Ремус, едва ли хмурясь. Рон с Гермионой заплатили за сладости, и друзья вышли на завьюженную улицу. Хогсмид походил на рождественскую открытку. Сказочные домики под соломенными крышами, магазины в снежных шапках, на дверях венки из остролиста, кроны деревьев украшены гирляндами волшебных свечек. - Какая же чудесная атмосфера стоит! - восхищалась Пандора, погружаясь в воспоминания. - Люблю Рождество. — Пойдемте лучше в «Три метлы», выпьем сливочного пива, — предложил Рон, стуча зубами от холода. Гарри обрадовался: дул пронизывающий ветер, и у него совсем закоченели руки, было бы очень кстати посидеть в тепле - Да, ты ж еще и без мантии, - кивала Лили, представляя как было холодно Гарри. Рон принес три кружки пива - Эх, помню, как Долохов угощал меня русской выпивкой, - мечтательно произнёс Рабастан. - Тебя хоть чем угости, все равно нажрёшься, прямо как свинья! - возразил Барти, помня, что Лестнейнджа лучше не допускать до алкоголя. - Вы даже не представляете, какой кошмар происходил в прошлый раз! Нет, ну начиналось все культурно, обычные посиделки в поместье Лестрейнджа. Семья Рабастана давно знала Барти, даже пару раз на ночевку у них оставался. Сегодня компания отмечала возвращение родителей Баста с отдыха, те пригласили домой только самых близких, в число которых входили и Барти с Регулусом. - Думаю, вы уже достаточно подросли, чтоб продегустировать вино, - произнёс Рейнольф**, отец Рабастана. - Мы привезли один из самых популярных сортов вина в Испании - Сангрию, нам очень понравился, - добавила миссис Лестрейндж, ставя на стол бокалы и разливая жидкость в них. Ребята учтиво кивнули, дожидаясь, пока мама Баста сядет за стол. Рейнольф произнёс подобие тоста и немного пригубил напиток, впрочем, как и остальные гости. Но не Рабастан. Тот выпил бокал залпом, нелепо вытирая рот рукавом пиджака. Матушка его, хорошенькая изящная дама, удивленно округлила глаза, с недоумением глядя на мужа. - Рабастан? Сынок? - все же спросила она, переводя взгляд то на Рейнольфа, то на Барти с Регом. Крауч пнул ногой недогадливого друга, ведь тот, как оказалось, ничего не понял. - Розалия? Матушка? - окончательно растерялся он. Миссис Лестрейндж моментально превратилась в подобие фурии, начав нарезать круги по тёмной столовой. - Да где это видано! Чтоб так себя вел не абы кто, а мой сын! Откуда ты такого вообще понабрался?! - негодовала она. - А ты что сидишь? Почему я одна бьюсь тут как рыба на суше? - обратилась она к притихшему Рейнольфу. - Это и твой сын тоже! Или, быть может, ты считаешь, что это нормально?! Рейнольф растерянно осматривал присутствующих, пытаясь оправдаться (за что?), пока жена всё так же металась по комнате. - Теперь я понимаю, почему Темный Лорд отказывается заходить к нам в гости, - прошептал Родольфус, подливая друзьям еще вина. Чета Лестрейндж решила выяснить отношения сразу, чтоб не затягивать, приплетая сюда и другие проблемы. Речь зашла и за здоровье Рудольфуса, который сразу же предпочел удалиться из комнаты. Пока семья решала свои дела, Рабастан уверенно наливал себе бокал за бокалом, а Регулус втихаря фотографировал это на память. Барти с недоумением смотрел на действия Баста, краем глаза следя за его родителями. - Не дай Мерлин, если миссис Лестрейндж сейчас обернется и увидит это! - он указал на пустую бутылку Сангрии. - Не переживай, Барти! - отмахнулся веселый Рабастан. - У нас еще две бутылки есть, как раз меня дожидаются! Вечер закончился плачевно. Розалия все же заметила это форменное безобразие, переключив свой гнев с мужа на сына, который уже ничего не понимал. Как оказалось, кроме Сангрии на столе присутствовал и другой алкоголь, гораздо крепче вина, естественно, остановить Рабастана в любом случае было невозможно. Крауч и Блэк остались с ночевкой, спя в одной комнате с Лестрейнджем, которого любезно уложили на кровать, а потом полночи пытались усыпить, ведь энергии в друге было хоть отбавляй. Регулус по настоятельной просьбе Баста на ходу сочинял сказки, в которых обязательно бы присутствовали они втроём, пока Барти занимался их визуализацией, играя всех героев сразу. Около 5-ти утра Лестрейндж всё-таки вымотался и уснул, плотно закутанный в несколько одеял сразу. Гостям ничего не оставалось, кроме как лечь на полу. - Тут твердо и холодно! - моментально жаловался Регулус, нервы которого изрядно сдали за эти пару часов. Барти открыл шкаф Рабастана, буквально скидывая все на пол. - Если этот пидор посмеет хоть что-то сказать на утро, - Крауч не договорил, и отчаянно зевая, повалился на пол, прямо на парадную мантию Лестрейнджа. В бар вошли МакГонагалл и Флитвик, за ними — Хагрид с министром магии Корнелиусом Фаджем, толстячком в темно–зеленом котелке и полосатой мантии. Все четверо увлеченно о чем–то беседовали. - Подождите, так там же Гарри, - опасался Фрэнк, - надеюсь, тебя не заметят. В мгновение ока Рон с Гермионой оба нажали ладонями на макушку Гарри. Гарри соскользнул со стула и очутился под столом, вылив на себя остатки пива. - Оперативная работа, - оценила Лили, - не сказать, что чистая, но все же. У Гарри сердце ушло в пятки: как это он забыл, что у учителей сегодня тоже выходной? - Удивительно, да? - цокнула Минерва, порой удивляясь логике учеников. - А что? Мы привыкли видеть вас только в роли профессора, - пояснил Фабиан. — Каким ветром вас сюда занесло, господин министр? — спросила мадам Розмерта. - О, только вот его туда не надо! - сразу же открестился Артур. — Ясно каким. Сириуса Блэка, дорогая моя, ищем. Вы ведь слышали, что он учинил в школе на Хэллоуин? - Да я звезда! - пытался сохранять спокойствие Блэк, хотя все понимали, как ему тяжело это дается. — Они охраняют вас от злодея. Блэк способен на все... — А мне как-то не верится, что Сириус Блэк мог переметнуться на сторону Темного Лорда. Это на него не похоже... — задумчиво сказала мадам Розмерта. — Помню его студентом Хогвартса... Скажи мне тогда кто–нибудь, что из него выйдет черный маг, я бы подумала, что этот человек выпил слишком много медовухи. - Да, полностью согласна, - кивала Беллатрикс, решив поддержать брата, - вы ж только посмотрите на него! Какой из него последователь Тёмного Лорда? Не поверю даже под медовухой! - отрезала она. — Вы, Розмерта, и половины всего не знаете, — угрюмо ответил министр. — Люди не знают самых страшных его дел. — Что может быть страшнее убийства невинных людей? — удивилась хозяйка. — Кое–что может. — Сомневаюсь. — Вы, Розмерта, говорите, что помните его студентом, — заметила профессор Макгонагалл. — А помните, кто был его лучший друг? - Ещё бы не помнить, - усмехнулся Джеймс. — Ну как же? — Розмерта усмехнулась. — Два неразлучных приятеля. Они часто бывали здесь. Столько от них было веселья! Друзья — не разлей вода. Так и стоят перед глазами — Сириус Блэк и Джеймс Поттер. - Да, вас друг без друга представить невозможно, - улыбнулась Юфимия, радуясь такой дружбе. — Верно, — подтвердила МакГонагалл. — Блэк и Поттер. Зачинщики всевозможных проказ. Оба блестящие ученики, на редкость блестящие, но отчаянные сорвиголовы! Таких ни раньше, ни позже не было! - О, как о нас красиво говорят! - приободрял Джеймс друга. - Вот какими мы войдем в историю! - Ну а у меня ещё и Азкабанское прошлое, лучше не придумать! - отмахнулся Блэк. — И они были как братья, — вставил Флитвик. — Как два неразлучных брата. — Именно, — подтвердил Фадж. — Поттер никому не доверял так, как Блэку. Они и после школы дружили. Блэк был шафером на свадьбе Джеймса и Лили. Потом родился Гарри, и Блэк стал его крестным отцом. Гарри, конечно, ничего об этом не знает. Узнает, будет очень страдать. - Так вот оно что! - немного воспрянул духом Блэк. - Это очень классно, еще бы Азкабан ликвидировать как-нибудь... — Из–за того, что Блэк стал сподвижником Сами–Знаете–Кого? — прошептала мадам Розмерта. — Хуже... — Фадж понизил голос. - Куда еще хуже? - нахмурилась Трикс, не понимая, что хочет сказать министр. — Не многим тогда было известно, что Поттеры знают: Вы–Знаете–Кто за ними охотится. У Дамблдора, который, разумеется, всегда боролся против Вы–Знаете–Кого, было много тайных агентов, и один из них сообщил, что Джеймсу и Лили грозит опасность. Дамблдор тут же дал им знать и посоветовал спрятаться в тайном укрытии. А для верности подсказал воспользоваться заклятием Доверия. - Знаете, я бы не слушал ваши советы, господин директор, - прохрипел Поллукс, понимая к чему все клонится, - это заклятье вовсе не гарантирует безопасности. — Заклятие Доверия — одно из самых сложных, оно запечатывает тайну в сердце человека. Хранителя Тайны, как его называют. Эту тайну раскрыть невозможно, разве что сам Хранитель ее выдаст. Вы–Знаете–Кто мог годами искать Лили и Джеймса и не нашел, даже если бы сунул нос в окно их дома. — Значит, Блэк был Хранителем Тайны Поттеров? — догадалась мадам Розмерта. — Да. Джеймс Поттер говорил Дамблдору, что Блэк скорее сам погибнет, чем их выдаст, что он и сам подумывает об укрытии, — ответила профессор МакГонагалл. - Вот именно! - воскликнул Сириус. - Вы же все знаете меня! Что могло измениться за такой короткий срок? <b— Заклинание Доверия применили, а две недели спустя... — Блэк предал их? — выдохнула мадам Розмерта. </b> - Нет-нет-нет, - отрицал Джеймс, не способный поверить в такое, - такого и в страшном сне не увидишь! — Да. Ему надоело быть двойным агентом, он хотел открыто объявить, на чьей он стороне, потому и выдал Поттеров. А дальше вы знаете: Тот–Кого–Нельзя–Называть убил Джеймса и Лили. Хотел убить и малыша Гарри, но лишился волшебной силы. Мощь его исчезла, и он бежал. Блэк остался ни с чем: его патрон сгинул как раз, когда предательство его обнаружилось. Оставалось только спасаться бегством... - Не-е-ет! - севшим голосом возражал Регулус, обеспокоенный таким рассказом. - Сириус никогда-никогда бы не перешел на сторону Темного Лорда, я даже и представить такое не могу. - Да, я тоже не могу и думать таком, - поддерживала Андромеда, твердо веря в невиновность двоюродного брата, - тем более, Сириус далеко не трус, он никогда бы не спасался бегством. — Я тогда его видел. — Хагрид понизил голос. — Наверное, самый последний перед тем убийством. Это я спас Гарри, вынес его из развалин, Лили–то с Джеймсом уже погибли. Я его тогда вытащил, а у него на лбу рана... а тут этот... Сириус Блэк на своем мотоцикле. Я–то тогда не знал, чего он явился... что он Хранитель Тайны. Я подумал, он... э–э... прилетел помочь. Бледный как смерть, весь трясется. А я–то, я–то! Я его утешать стал! — Хагрид разрыдался. - Какой ужас! - воскликнула Марлин, бросившись обнимать Сириуса. - Ты никакой не предатель! Тут явно какая-то ошибка, Сириус, слышишь меня? Тот кивал, пряча мокрое от слез лицо в волосах девушки. — Откуда мне было знать, что ему наплевать на Лили и Джеймса, что он шпион. А он еще говорит: «Я крестный Гарри, отдайте его мне, я, мол, о нем позабочусь...» Ха! Я Гарри не отдал, Дамблдор велел мне отвезти его к тетке. Блэк поспорил–поспорил и согласился. И дал мне свой мотоцикл отвезти Гарри: «Мне, говорит, он больше не нужен». И как это я не догадался! С чего это он отдает любимый мотоцикл? И как это он больше не нужен? Эх, дубина я, дубина! Дамблдор–то знал, что Блэк — Хранитель Джеймса. Блэк думал улизнуть в ту ночь, думал, у него есть часа два, пока Министерство узнает. А отдай я ему Гарри!.. Он бы повез его на мотоцикле да и кинул бы в море. Сына–то лучшего друга! Да чо уж там, переметнулся волшебник на сторону темных сил, нет для него ни свата, ни брата... - Бред! - отчаянно произнёс Сириус, не зная, как правильно реагировать. - Я бы никогда... Ни за что! Джеймс крепко обнял названого брата, давая понять, что безоговорочно верит ему. - Допустим, а где были мы? - задумался Орион. - Где были Флимонт и Юфимия? Они ведь самые близкие к нему, а мы Гарри тоже родственники. Зачем надо было отдавать ребенка в маггловскую семью, где не любят волшебников? — Но далеко он не убежал, — произнесла удовлетворенно мадам Розмерта. — Министерство магии сцапало его на другой день. — Увы! — вздохнул Фадж. — Не мы его нашли, к сожалению. Его нашел друг Поттера Питер Петтигрю. Он чуть с ума не сошел от горя. Знал, что Блэк — Хранитель Тайны Поттеров, и сам стал искать Блэка. - Я?! - пискнул Питер, удивленный таким поворотом событий. - По всей видимости, - хмыкнула Беллатрикс, с сомнением глядя на парня, - ой, как не сходится все! - качала головой она, думая о чем-то своем. - А где я был? - рассуждал Люпин. - Если уж и Сириус убийца, чисто гипотетически, - он повысил голос, - тем более такой опасный, я бы не пустил Питера в одиночку. - И то верно, - неуверенно кивал Блэк, не готовый к таким поворотам сюжета. — Он души не чаял в Блэке и Поттере. Он им был, конечно, не ровня, не те способности, а я была чересчур строга с ним. Как я теперь раскаиваюсь... — МакГонагалл всхлипнула. - Я ничего не понимаю, - тихо негодовал Питер, словно боясь комментировать услышанное, - разве так вообще может быть? - Ни за что! - качал головой ошарашенный Джеймс, не зная, кого идти успокаивать. — Ну будет, будет, Минерва, — похлопал ее по плечу Фадж. — Петтигрю умер как герой. Очевидцы, маглы — мы потом стерли им память, — уверяли, что Петтигрю со слезами укорял Блэка: «Как ты мог, Сириус! Лили и Джеймс наши друзья!» Потянулся за волшебной палочкой, но Блэк, разумеется, опередил его. От Петтигрю почти ничего не осталось - Как так? Как так вообще могло произойти!? - искренне недоумевал Питер, горестно глядя на Сириуса, который крепко взял Петтигрю за руку, решив, что это лучше всяких слов. - Не могло так произойти! - горячо возражала Марлин, чуть ли не вставая с места. - Ни за что не поверю! — Схватить его могла бы только полиция магглов. Я в те времена был заместителем главы Департамента чрезвычайных ситуаций и прибыл на место происшествия одним из первых. Никогда не забуду того, что я там увидел: посреди улицы глубокая воронка, всюду искореженные трупы, магглы кричат, а Блэк стоит и хохочет над тем, что осталось от Петтигрю — кучкой окровавленной одежды и... и... каких–то фрагментов... - Какой кошмар! - тихо комментировала Алиса, прижав руки ко рту, будто боясь, что это все говорится вслух. - Не верю! - резко отрицал Люпин, знавший Сириуса лучше всех, ведь видел его и в слезах, и с улыбкой на лице. - Не могло так быть! Сириус вовсе не убийца, тем более когда речь идет о друзьях, - он с сочувствуем посмотрел на Питера, на лице которого отражался весь ужас, словно и вправду все это было в реальности. — Блэка забрал оттуда патруль волшебной полиции, Петтигрю посмертно получил орден Мерлина первого класса — слабое утешение для его бедной матери. А Блэка упрятали в Азкабан. Мадам Розмерта протяжно вздохнула. — А правда, что он лишился рассудка? — По–моему, нет, — ответил министр, растягивая слова. — Могу одно сказать: поражение хозяина временно помутило его рассудок. Убийство Петтигрю и всех тех магглов, жестокое, бессмысленное, было действием отчаявшегося, загнанного в угол человека. Но недавно я был в Азкабане и разговаривал с ним. Все заключенные там явно безумны, сидят в темноте, что–то бормочут, а Блэк... он выглядит и говорит как нормальный. Даже мурашки по коже. Вид у него человека, которому все надоело. Увидел у меня газету, спросил, прочитал ли я ее и не могу ли дать ему, сказал, что соскучился по кроссвордам. Дементоры круглые сутки дежурят у двери, а ему хоть бы что. - Это очень странно! Буквально невероятно, - поражался Артур, встречавшийся уже с дементорами. - Вот-вот! Тут подвох, говорю же, - заверяла всех Беллатрикс. — Как по вашему, господин министр, зачем он сбежал из тюрьмы? — поинтересовалась мадам Розмерта. — Уж не хочет ли он вернуть Вы–Знаете–Кому силы и примкнуть к нему? — Думаю, что это его... э–э... конечная цель, — уклончиво ответил Фадж. — Но мы надеемся поймать Блэка раньше. Вы–Знаете–Кто сейчас один, но... дайте ему преданного и способного слугу… Подумать страшно, что будет... - Гарри! - взмолилась Вальбурга, немало напуганная услышанным. - Пожалуйста, прошу тебя, скажи всю правду! Я ни за что не поверю в это! Поттер растерялся, так как впервые видел леди Блэк в таком состоянии. - Миссис Блэк, простите меня, но я дал слово ничего-ничего не говорить заранее, - осторожно, но твердо отвечал он под согласный кивок Гермионы. Вальбурге ничего не оставалось, кроме как согласиться и слушать дальше. Слышно было, как открылась входная дверь, в бар ворвался вихрь снега, и вся компания вышла. — Гарри! Рон с Гермионой заглянули под стол, все трое молча смотрели друг на друга, не находя слов. - Конец главы, - дрожащим голосом объявила Минерва, за все время ничего не прокомментировав. Она немедленно закрыла книгу и отложила ее подальше от себя, будто чувствуя опасность. Комнату заполнили жаркие споры, кто-то в то же время успокаивал перенервничавших слушателей, заверяя, что это - всего лишь книга, и вовсе не обязательно воспринимать все всерьёз. - Что ж, пожалуй, следующую главу прочту я, - утвердил Дамблдор, который был относительно спокоен.