Хогвартс времён Мародёров читает книги о Гарри Поттере

Гарри смутно помнил, как добрался до подпола «Сладкого королевства», миновал туннель и очутился в замке. Вот он еще в «Трех метлах», а вот уже вылез из горба статуи. - После таких-то разговоров, - согласился Джеймс, - я бы сам не свой был. Почему Дамблдор, Хагрид, мистер Уизли и Корнелиус Фадж молчали? Почему скрыли, что родителей предал их лучший друг? - К слову, мне кажется, они хотели мне об этом сказать, - неуверенно произнес Гарри, - просто я постоянно перебивал их, либо, нас что-то отвлекало. - Да, тоже так думаю, - согласилась Лили. В спальне присел у тумбочки, вытащил книги и нашел фотоальбом в кожаном переплете, который ему подарил Хагрид два года назад. Там были фотографии мамы и папы. Гарри сел на постель, задернул полог и стал разглядывать снимки... На свадебной фотографии папа машет ему рукой, на лице у него сияет улыбка, непослушные волосы на голове, такие же, как у сына, торчат в разные стороны. Папа держит под руку маму, и она тоже светится счастьем. А рядом — шафер папы... Гарри раньше не обращал на него внимания. Если не знаешь, что это Блэк, то и не догадаешься. На фото он красив и весел, а теперь у него исхудалое, бледное лицо. - О! - немного отошел от шока Сириус. - Меня красивым назвали, - зацепился он хоть за что-то хорошее. - И веселым, - поддержал Питер, стараясь вывести друзей из негативного состояния, - мы ведь и не допускаем мысли, что когда-то это изменится. Неужели он уже тогда переметнулся на сторону Волан–де–Морта? - Не переметнулся! - отчаянно произнес Сириус, глубоко переживая эмоции. И замышлял убить лучших друзей? - И не замышлял! - повторил Блэк. - Моргана, да какой из него Пожиратель Смерти! - проворчал Поллукс. - В нем же столько этого вашего. . как его там... Регулус, подскажи! - забыл лорд Блэк. - Наивности и тупости? - сохраняя серьезное лицо, произнёс Рег. - Да нет же! - Тогда не знаю, дед, - растерялся младший, глядя как Сириус показывает язык. - Идиоты, - вмешался Крауч, - юношеского максимализма, верно? Поллукс радостно хлопнул в ладоши, чуть ли не кидаясь с объятиями к Барти. - Вот! Верно, верно все! А вы, - он обратился к внукам, - болваны! Никакой помощи от вас, тоже мне, - вновь заворчал он. Гарри захлопнул альбом и сунул в тумбочку, снял мантию и очки, плотнее задернул полог и лег. Кто–то отворил дверь спальни. — Гарри, ты здесь? — спросил Рон. Гарри притворился, что спит. Рон вышел, Гарри лег на спину и стал глядеть в потолок. Впервые в жизни он почувствовал ненависть - Мне правда жаль, что заставил чувствовать тебя это, - с горечью произнёс Сириус, - я даже и подумать не мог, что может произойти такое... - Пожалуйста, успокойтесь все! - призвала Гермиона. - Перестаньте себя винить в том, чего ещё не произошло. Сириус, в особенности, ты, - она обратилась к Блэку. - Я же вижу, что сейчас вы все совсем иные, причем, в хорошем смысле. - Именно, - поддержали Рон и Гарри. Изображение Блэка словно вырезали из альбома и наклеили на потолок, и он в темноте смеялся над Гарри. Потом, как на экране кино, Блэк убил Питера Петтигрю (Петтигрю немного смахивал на Невилла Долгопупса). И у Гарри в ушах зазвучал тихий, взволнованный голос (хотя он никогда в жизни не слышал голоса Блэка): «Мой господин, наконец–то я — Хранитель Тайны Поттеров...» Его собеседник пронзительно захохотал, именно этот хохот Гарри слышал всякий раз, когда приближались дементоры. - И вы еще меня называете королевой драмы! - возмутился Блэк. - Ну разыгралась фантазия, что ж поделать, - развел руками Гарри. В гостиной были Рон с Гермионой. Рон жевал мятную жабу и поглаживал живот, Гермиона корпела над домашней работой, разложенной на трех столах. - О Господи! - ужаснулся Регулус. - Вы почему так относитесь к себе? - он обращался к Гермионе, с которой отношения у них явно становились все более дружескими, и Барти. - Ладно Гермиона, она хотя бы никому не мешает своими уроками, а вот этот, - он тыкнул в ребра Краучу, - до четырех утра спать никому не дает! Все бормочет про восстания троллей в 1701 году. - В 1702! - одновременно одёрнули его Барти и Миона. - И, вообще-то, - продолжал Крауч, - никто, кроме тебя не жаловался. - Ага, тебя Розье придушить хочет уже! А Гринграсс так вообще, - понизил голос Блэк, - уже маггловские снотворные пьет, магия против тебя бессильна, Барти! Как ты вообще его выдерживаешь, Баст? - Я же его люблю, - с глупой улыбкой протянул Рабастан, чуть ли не растекаясь в объятиях Крауча. - Разве можно на него вообще сердиться? Присутствующие дружно закатили глаза, а от Родольфуса послышалось нечто недовольное: - У них слезливо-сопливый период на всю жизнь растянулся, что ли? — И что ты задумал? — Рон был явно встревожен. — Хочешь его убить? — Что ты, Рон! — испугалась Гермиона. — Гарри никого не хочет убить, правда, Гарри? Гарри снова промолчал. Он и сам не знал, чего хочет. Одно было ясно: нельзя сидеть сложа руки, покуда Блэк на свободе. - До чего же я тебя довел, ужас! - задумчиво произнёс Сириус. - Так и сойти с ума можно. — А Малфой все это знает, — вдруг сказал он. — Помнишь, Рон, его слова на зельеварении? «Будь я на твоем месте, я бы его выследил... Уж я–то бы отомстил!» — И ты не нас послушаешь, а Малфоя? — рассердился Рон. - О-о-о! - потерла ладони Молли. - А ведь такой прием может подействовать, - уловила мысль Нарцисса, - хорошо сработано. — ... значит, Малфои знали, что Блэк на стороне Волан–де–Морта... — ... и Малфой будет скакать от радости, если Блэк тебя прикончит, как Петтигрю! Пойми ты, Малфою только того и нужно, чтобы тебя укокошили к следующему матчу! - Звучит сомнительно, но как вариант, чтоб образумить Гарри - вполне себе, - раздумывала Трикс. - Хотя, ты не похож на того, кто послушает других, когда сам горит идеей, - добавила она, на что Гарри согласно кивнул. — Послушайте, ведь сейчас каникулы! — воскликнул Рон. — Скоро Рождество. Идемте к Хагриду, мы у него сто лет не были. — Нельзя, — возразила Гермиона. — Гарри не должен выходить из замка... — Идемте, — сказал Гарри, выпрямляясь в кресле. — Заодно спрошу его, почему он, рассказывая мне о родителях, никогда не упоминал Блэка. Разговор о Блэке принимал явно нежелательный оборот. — Может, лучше сыграем в шахматы? — поспешно предложил Рон. — Или в плюй–камни? Перси оставил мне игральный набор... — Нет, пойдем к Хагриду, — твердо решил Гарри. - Да, говорю же, - довольно произнесла Трикс. — Его что, нет дома? — спросила Гермиона, стуча зубами от холода. Рон прижался ухом к двери. — Слышу какой-то странный звук. Кто–то там есть. Может, Клык? Гарри и Гермиона тоже приникли к двери. Внутри слышались глухие рыдания. - Да что там опять стряслось? - не сдержалась Юфимия, которой хотелось поскорее узнать развязку. — Что стряслось, Хагрид? — спросила испуганно Гермиона. Гарри заметил на столе письмо. — Что это, Хагрид? Хагрид подтолкнул письмо к Гарри. Гарри раскрыл его и прочитал: — «Уважаемый мистер Хагрид! Сообщаем, что расследование по делу о нападении гиппогрифа на ученика во время урока закончено. Постановлено принять заверения профессора Дамблдора, что Вы в этом прискорбном инциденте невиновны». - Следовало ожидать, - ровно произнесла Минерва, будто зная исход заранее. «Тем не менее мы обязаны выразить наше беспокойство по поводу вышеупомянутого гиппогрифа. Мы получили жалобу от мистера Люциуса Малфоя и передаем дело в Комиссию по обезвреживанию опасных существ. Слушание состоится 20 апреля. Просим Вас прибыть в указанный день в Комиссию с Вашим гиппогрифом. До начала слушания Вам надлежит держать гиппогрифа на привязи в отдельном помещении. С уважением, Ваши коллеги...» - Ну и куда же без нас! - едва ли не пропел Люциус, уже привыкший к упоминанию семьи в таком ключе. - Это становится даже забавным, неужеле, на нас даже управы нет? — Но ведь ты говорил, что Клювокрыл очень хороший, — вспомнил Рон. — Держу пари, все обойдется... — Нет, не обойдется! Знаю я этих упырей из Комиссии по обезвреживанию. — Хагрид утер рукавом слезы. — У них зуб на самых интересных животных. - Эх, они еще дома не бывали, - невзначай упомянул Сириус. - Таким гадам там запрещено появляться! - отрезала Вальбурга. - Я подумываю над тем, чтоб создать дома питомник, - спокойно произнесла она. - Дома? - повторил Сириус. - Да, дома, - устало отвечала мать. - Питомник? - трагически добарил он, словно не веря в слова матери. - Да, Сириус! Ты меня вообще слушаешь? - вскипела Вальбурга. - Эти два слова не должны быть в одном предложении! - возмутился он, боясь и подумать о таком "счастье". - У нас и так не дом, а зоопарк какой-то! — Тебе надо хорошенько подумать, как его защитить. — Гермиона села рядом с Хагридом и погладила его по огромной ручище. — Необходимо доказать Комиссии, что он неопасен. — Ничего не выйдет! — рыдал Хагрид. — Комиссия в кармане у Люциуса Малфоя. Все его боятся. Я проиграю дело и тогда Клювика... - Не-е-ет, быть не может! - воскликнула леди Блэк. - Необходимо продумать защиту, тогда никого не казнят, Клювокрыл ведь не опасен, - заверяла она, на секунду ощутив себя на месте Хагрида. — Хагрид, нельзя сдаваться, — твердо сказал он. — Гермиона права, надо хорошенько продумать защиту. Мы будем свидетелями... — Я где-то читала о суде над гиппогрифом, его тоже раздразнили, и он напал на обидчика, — задумалась Гермиона. — Того гиппогрифа оправдали. Обязательно найду этот случай. Хагрид только громче зарыдал. Гарри с Гермионой обернулись к Рону, как к якорю спасения. — Заварю–ка я чаю, — сказал тот. Гарри вытаращил глаза. — Мама всегда предлагает чашку чая, когда кому–нибудь плохо, — развел руками Рон. - Мама плохого не посоветует, - подтвердил Рон, горделиво распрямляя спину, последовав примеру Молли. — И чего я расквасился? На себя не похож — Хагрид погладил Клыка по холке, потрепал за ухо. — Сам не свой последнее время... беспокоюсь о Клювике, да и уроки мои никому не нравятся... — Нам очень нравятся! — соврала Гермиона. — Отличные уроки, — поддакнул Рон. — Как, кстати, поживают флоббер–черви? — Все передохли, — сник Хагрид. — Салата объелись. - А...Ого, - не нашёлся с комментарием Фрэнк, - жаль, очень даже жаль. — Да еще эти дементоры... мороз по коже. — Хагрида передернуло. — Как иду в «Три метлы» промочить горло, каждый раз их вижу. Как в Азкабан вернулся. - С одной стороны - это максимально удачный момент завести разговор обо мне, - произнес Сириус. - Но Хагриду-то вовсе не до тебя, - продолжил Ремус. Хотя вечер у Хагрида был не очень веселый, все же он оказал на Гарри то действие, на которое Рон с Гермионой рассчитывали. Гарри теперь лишь изредка вспоминал Блэка и ревностно взялся готовить оправдательную речь для суда над гиппогрифом. - Вы хотите сказать, что променяли меня, только вдумайтесь, меня! - притворно ужаснулся Сириус. - На защиту Гиппогрифа?! Да как вы могли! По замку поплыли ароматы праздничных яств, и в сочельник даже Короста высунула нос из кармана Рона: так вкусно пахло - Сейчас бы тоже не помешало бы покушать, - робко произнёс Питер, оглядываясь на Ремуса, который еще давно начал следить за питанием друга, ведь в рационе у того было много сладкого. - Вот еще эту главу дочитаем, - начал расписывать план Люпин, - и следующую, вот тогда-то и пойдем на обед. Рождественским утром Рон кинул в Гарри подушкой, и Гарри проснулся. — С Рождеством тебя! Смотри, прибыли подарки. Гарри сощурился и потянулся за очками, на полу у кровати в полутьме спальни высилась куча коробок. Рон уже разглядывал свои подарки. — Еще один свитер от мамы... как всегда, темно–бордовый... Тебе она тоже наверняка прислала... - Ты не любишь этот цвет? - встревоженно спросила Молли. - Тогда не любил, - признал Рон, - но... в общем, потом расскажу, - замялся он, не решаясь рассказать, как во время войны таскал за собой мамины свитера, что так вкусно пахли домом и семьей. Отодвинув все это, он увидел на полу длинную плоскую коробку. — Что это? — бросил Рон любопытный взгляд. — Не знаю... Гарри раскрыл подарок и не поверил глазам — это была чудесная новенькая метла. - Метла?! - обрадовался Джеймс, подскакивая с места. - Метла! - поддержал его Сириус, набрасываясь с объятиями на друга. - Мы будем летать! Удивительно, но летать будут не они, а Гарри, но все благополучно опустили этот момент. И не просто метла, а та самая «Молния», которой Гарри каждый день любовался, когда жил в Косом переулке. Он взял метлу в руки. Древко блеснуло, метла задрожала, Гарри отпустил ее, и она повисла в воздухе — садись и лети. На кончике древка золотился регистрационный номер, гладкие прямые березовые прутья были как на подбор. — Кто это тебе прислал? — Погляди, может, в коробке есть записка? Рон разорвал упаковку. — Ничего нет. Потрясающе! Кто же это дарит такие дорогие подарки?.. — Готов поспорить, что не Дурсли. — Гарри налюбоваться не мог на подарок. - А правда, от кого? - нахмурилась Лили. - Кто мог прислать такой дорогой подарок, тем более, зная, что Гарри мечтает о нем? У Сириуса возникали мысли о том, что отправителем вполне мог быть он, но все же Блэк решил промолчать, дождавшись разрешения событий. — Это конечно, но Люпин тебя любит. Он тогда пропустил матч, его вообще не было в школе, но ему, наверно, кто–то сказал о «Нимбусе», и он в Косом переулке купил тебе «Молнию». — Как это не было в школе? Он ведь болел. — Может, и болел, только в больничном крыле его не было - Парам-парам, - забарабанила пальцами по столу Трикс, - вот и не состыковка, - она пристально оглядела Мародёров, пытаясь найти хоть намек на отгадку, но тщетно: лица их остались непроницаемыми. — Над чем это вы смеетесь? На пороге стояла Гермиона в домашнем халате и с рыжим любимцем на руках. На шее у кота красовался бант из мишуры, и Живоглот недовольно ворчал. - Ах, какой кот красивый! - промурлыкала Вальбурга. - Надо бы и наших нарядить на следующий год. — Гарри, кто это тебе подарил? — Не знаю, в посылке не было поздравительной открытки. Гермиона вдруг посерьезнела и задумчиво закусила губу. — Что это с тобой? — удивился Рон. — Странно как–то, — ответила Гермиона. — Это ведь очень хорошая метла, да? — Самая лучшая в мире! — Восторгу Рона конца не было. — Значит, она дорого стоит... — Еще бы! Да она дороже всех метел слизеринцев, взятых вместе. — Кто же это мог подарить Гарри такую дорогую вещь и даже не назвать себя? — Что нам за дело, кто ее прислал? — воскликнул беспечный Рон. — Гарри, дашь полетать, а? — На этой метле летать нельзя! — отрезала ни с того ни с сего Гермиона. - Знаете, а ведь и в этом тоже есть доля правды, - поддержала Грейнджер Лили, - мы ж даже не знаем от кого метла. — И что же Гарри с ней делать? Пол ею мести, что ли? Гермиона раскрыла было рот, но в этот миг Живоглот прыгнул с постели Симуса и вцепился в грудь Рону. — Убери своего кота! — заорал Рон. Кот рвал когтями его пижаму, Короста выскользнула из кармана и взобралась на плечо. Рон ухватил ее за хвост, сбросил кота и хотел было пнуть ногой, но промахнулся, угодил в чемодан у кровати Гарри, взвыл от боли и запрыгал на одной ноге. Тут из старого носка дяди Вернона выкатился вредноскоп, закрутился на месте, засверкал и пронзительно засвистел металлическим свистом. У Живоглота шерсть встала дыбом. - Ужас! - воскликнула Алиса. - Сумасшедший дом, а не Рождество, - чуть погодя добавила она. Обычные крысы живут только три года, вспомнились ему слова хозяйки волшебного зоомагазина. - Маловато, не находите? - сочувственно произнес Сириус, хлопая Питера по плечу. К слову, те быстро перевели ситуацию из будущего в шутку, постоянно подкалывая друг друга, да и вообще захотев разыграть эту сценку. А Рон, хоть и жалуется, что Короста ему надоела и толку от нее чуть, все равно любит ее. - А как иначе-то, все мы любим своих питомцев, - добродушно качнула головой леди Блэк. - Нет! - прошептал Сириус с таким горем на лице, что на секунду его даже стало жалко. За столом уже сидят Дамблдор, МакГонагалл, Снейп, Стебль, Флитвик и завхоз Филч в старомодном поношенном фраке вместо обычной коричневой куртки, двое робких первоклашек и мрачного вида слизеринец–пятикурсник. - Ну и компания, - произнесла Андромеда, - сомнительная, ничего не скажешь. — Нас мало, и мы решили, что глупо сидеть за разными столами. Садитесь, мы вас ждем. Друзья все трое уселись на дальнем конце стола... — Хлопушки! Берите, Северус. — Дамблдор протянул Снейпу большую серебряную. - Мерлин, не надо, - провыл Северус, представляя такую картину. Снейп неохотно протянул руку. Дернул ее за шнурок, хлопушка взорвалась, и в руке у Снегга очутился островерхий колпак на верху которого красовалось чучело грифа. - Оно меня до конца дней будет преследовать? - ворчал Северус, передергиваясь от прочитанного. - Ну, кого чучело грифа преследует, кого Том Реддл, - невзначай протянул Гарри, - хотя, к тебе применимо и то, и другое, - добавил Поттер, слегка улыбаясь. - Еще и это чучело впридачу, - вздохнул понурый Снейп. Гарри и Рон с улыбкой переглянулись. Снейп изобразил корявое подобие улыбки и передал колпак Дамблдору, Дамблдор тут же нахлобучил его вместо своей обычной шляпы волшебника. - Каждый год одно и то же... - проговорила Минерва, закатывая глаза. - Стабильность, профессор, - отвечал ей Альбус. Едва Гарри протянул руку к блюду с жареным картофелем, как дверь в зал снова открылась и вплыла — по–другому не скажешь — профессор Трелони. - Удивительное рядом, - не сказать, что Лили была довольна, - почему она не в своей норе? На ней было длинное зеленое платье, расшитое блестками, в нем она еще больше походила на стрекозу–переростка. - Я уже представляю это мешковатое зеленое платье, - поморщилась Нарцисса, что всегда тонко относилась к моде и стилю, - так там еще и блёстки! — Позвольте начертать вам стул. И директор на самом деле начертал в воздухе волшебной палочкой стул, он медленно завертелся, повисел немного и приземлился между Снейпом и МакГонагалл. - Как я вообще жил в таком дурдоме? - поражался Снейп, даже не представляя это. Трелони, однако, не села, она обвела сидящих взглядом огромных глаз и вдруг вскикнула: — Я не смею, профессор! Если я сяду, нас будет тринадцать. Не забывайте: когда вместе обедают тринадцать человек, кто первый встанет, тот первый умрет. — Давайте, Сивилла, забудем сегодня эту примету, — нетерпеливо ответила МакГонагалл. — Садитесь скорее, индейка остынет. Профессор Трелони немного помедлила, смежила веки, поджала губы и опустилась на стул с таким видом, как будто предвидела — стол сейчас поразит молния. - В чем-то она оказалась права, только сейчас понимаю, - задумался Гарри, тихо обращаясь к Рону и Гермионе. - Давай мы обойдёмся без разговоров о ней? Меня до сих пор нервирует эта дамочка, - высказалась Грейнджер. — А где же любезный профессор Люпин? — Ему опять нездоровится, — ответил Дамблдор и жестом пригласил всех начинать трапезу. — Бедный Люпин, надо же заболеть на Рождество! — Вы, конечно, знали об этом, Сивилла? — спросила МакГонагалл, подняв брови. Трелони бросила на соседку ледяной взгляд. — Разумеется, знала, Минерва. Но не в моих правилах выставлять напоказ всеведение. Обычно я себя веду так, словно у меня нет Третьего глаза. Зачем волновать людей? — Это многое объясняет. — Должна сказать, Минерва, — в голосе Трелони вдруг пропала потусторонность, — профессор Люпин недолго пробудет с нами. И кажется, он сам знает, что время его на исходе. Я как–то предложила ему поглядеть в магический кристалл, так он просто сбежал... — Его можно понять, — сухо отозвалась МакГонагалл. - Да! - воскликнул Ремус, чуть ли не кидаясь с объятиями на Минерву. - Конечно, я бы сбежал от нее куда подальше, как хорошо, что вы это понимаете. До самого конца пиршества Трелони вела себя вполне сносно. Сидели за столом еще два часа, Гарри и Рон в рождественских колпаках из хлопушек перепробовали все кушанья. Они первые встали из–за стола, и профессор Трелони громко вскрикнула: — Мои дорогие! Кто из вас встал первый? - Какая же она нудная! - протянула Лили, поджимая губы. - Какая, к чертовой матери, разница! - Вот именно, - поддержала ее Алиса, - в самом деле: ей, кроме как детей пугать, больше заняться нечем? — По–моему, это не имеет никакого значения, — холодно заметила профессор МакГонагалл. — Если только за дверью не стоит сумасшедший с топором, готовый отрубить голову первому, кто выйдет в холл. - Как хорошо, что вы есть у нас, профессор! - улыбнулась Марлин. - Умеете успокаивать. Вот за это я вас и люблю! - внезапно добавила она, на что Макгонагалл рассмеялась. Марлин была слишком гордой и свободолюбивой, чтоб говорить кому-то о любви, но делала она это всегда ярко и точно. Вероятно, за это Минерва и полюбила ученицу. — Ты идешь? — спросил Гарри Гермиону. — Нет, — буркнула Гермиона. — Мне надо поговорить с профессором МакГонагалл. - Ты явно что-то задумала, - по-доброму сощурилась Пандора, - анализируя твое поведение в предыдущих частях, твои планы не понравятся им, - она указала на Рона и Гарри, на что те согласно кивнули, а Рон прошептал: "До сих пор не понимаю твоих действий!" Гарри поднялся в спальню за новой метлой и набором для ухода за метлами, который Гермиона подарила ему в день рождения. Спустившись вниз, он тщательно осмотрел «Молнию»; нет ни одного сломанного прутика, и древко блестит так, что и полировать не надо. Гарри отложил набор и стал с Роном просто любоваться метлой. Скоро дверной проем отворился и вошла Гермиона, за ней профессор МакГонагалл - Вот! А Пандора говорила! - обрадовалась Белла, но быстро притихла под недовольными взглядами Поттера и Уизли, понимая, что им явно было не до смеха тогда. — Это и есть та самая метла? — спросила МакГонагалл, подозрительно глядя на «Молнию». — Мисс Грэйнджер только что сообщила мне, что вам, Поттер, подарили метлу - Только не говорите, что вы конфискуете ее! - взмолился Джеймс, будто метлу отнимали у него. — Вы позволите? — МакГонагалл, не дожидаясь согласия, взяла метлу и тщательно оглядела. — Если я правильно поняла, ни письма, ни открытки в посылке не было. — Да, не было, — кивнул головой Гарри. — Боюсь, Поттер, что мне придется забрать ее у вас. — Забрать? — Гарри вскочил с места — Почему? — Нужно проверить, не наложены ли на нее чары. Сама я в метлах не разбираюсь, но, думаю, мадам Трюк вместе с профессором Флитвиком сумеют ее разобрать... - Разобрать?! - с ужасом воскликнул Сириус, крайне возмущённый таким ходом событий. - А если метлу и впрямь подарил я? Вы о моих чувствах не подумали? - добавил он трагичности в свой голос. - Вот именно, мистер Блэк, - возразила Минерва, - тем более, если метлу подарили вы, то ее необходимо разобрать и проверить. Я говорю о том Сириусе, что из будущего, - добавила она, - мы ведь до сих пор не знаем всей правды. Профессор МакГонагалл развернулась на каблуках и вышла из гостиной. Гарри глядел ей вслед, сжимая в руке жестянку с полиролью. Рон повернулся к Гермионе. — Кто тебя просил говорить МакГонагалл про новую метлу Гарри?! Гермиона отбросила книгу. Краска еще не сошла с ее лица, но она встала и смело поглядела в глаза Рона. — Потому что я подумала, и профессор МакГонагалл со мной согласилась, метлу мог прислать Гарри Сириус Блэк! - Гермиона точно права! - стал на ее защиту Регулус, решивший действовать по советам друзей, которые твердили одно: ни в коем случае не молчи! - Такие подарки делает только Сириус, больше не кому. Вот, к примеру тот случай, когда ты мне сломал метлу и мне не на чем было летать! Я не забыл, между прочим. - Но я купил тебе новую! - оправдывался Сириус, недовольно глядя на младшего брата. - Ты ее украл! - возмутился Рег. - Шучу-шучу, матушка, - поспешно добавил он, глядя как округляются глаза Вальбурги, но вид его говорил сам за себя: никакие это не шутки. Матушка учтиво промолчала, анализируя и делая выводы. - Что ж, раз уж на то пошло, то следующую главу прочту я, может что-нибудь новенькое о тебе узнаю, Сириус, - произнесла она с нажимом, буквально отбирая книгу у Дамблдора.