А4

С момента, как Хисока подселился к парням, прошло уже больше двух недель. И за это время он успел попробовать всё. Ну, или практически всё. Чаще всего раскладывал карты, которые ему когда-то подарил Иллуми. Он даже помнит, во что они были запакованы. В бордовую обертку, которую Золдик, как он сам признался под страшными пытками в виде различных поцелуев, искал очень долго. Тщательно выбирал, потом так же тщательно заворачивал эти карты, учась через видео. А после подарил. Такой маленький, но такой ценный подарок. Это было важно для Мороу. Особенно сейчас, когда он был готов на стену лезть от скуки по Иллуми. В мыслях было только то, как они в очередной раз ссорятся по разным мелочам. Хотелось бы найти кнопку, которая вернула бы на тот момент, когда пошла инициатива разойтись и разъехаться. Хисока ни за что бы не допустил такого. Никогда. Настолько сильно он был влюблён. Даже нет.. "Влюблён" - слишком слабое слово для такого рода ощущений. Он любил, он был зависим. - Ты уже в сотый раз выстраиваешь этот свой странный дом. Может, возьмёшь трубку и позвонишь брату? Хватит вам двоим игнорировать друг друга. Это глупо, вы не можете больше так мучить себя. И нас, - произнёс Киллуа, присаживаясь с мужчиной рядом и протягивая ему телефон. - О, Килл. Я так понимаю, тебе надоело, что за всё это время Гон обратил на меня больше внимания, чем на тебя? Или я мешаю вам заниматься своими интересными и весьма интимными делишками? - хитро спрашивает Хисока, разрушая свой карточный домик весьма небрежно. Будто вновь руша то, что Иллуми дал ему однажды. Или он просто хотел так думать, что разрушал. - Послушай.. то, чем мы занимаемся вдвоём, это далеко не твоё дело. И да, я устал, что ты живешь здесь, как полноценный член семьи. - Но я и есть ваш полноценный член семьи. Кто защищал тебя, когда Луми хотел тебя выпороть? Это был я. - Это было унизительно. Мало того, что брат хотел меня отшлепать, как пятилетнего ребёнка, так ещё и на твоих глазах! Я думал, что сгорю со стыда. - Но не сгорел, я вступился за тебя. Отобрал ремень, успокоил твоего брата. А ты даже не сказал мне спасибо.. - наигранно грустно ответил мужчина, вставая со своего места, осторожно собирая разбросанные карты в коробочку, - Может, сделаешь чай? Посидим, поговорим как важная родня. - Услышь, Хисока.. - тихо проговаривает Золдик, но всё же встаёт и идёт делать чай. Дурацкая привычка, которая у него выработалась за время, пока он жил с Гоном. Ни в чем не мог отказывать Фриксу, а теперь и вообще всем гостям. Чтобы показывать себя с лучшей стороны, естественно, - Мы не родня. Но можем стать ей. И достаточно легко. Хочешь узнать, как? - Если ты владеешь такой информацией, то очень хочу знать. Ты даже представить не можешь, как хочется поскорее породниться с Гончиком. С тобой тоже, но всё таки меньше.., - мужчина знал толк в манипуляции чужими эмоциями, а потому надавил на самое серьёзное, что есть у Киллуа. Отношения с Гоном. И на то, что сейчас он, приезжий гость, гораздо ближе общается с ним. Не сказать, чтобы отношения Киллуа и Фрикса стали лучше после той ссоры. Да-да, после той самой, с которой и началась их увлекательная история сожительства с Мороу. Гон общался с той поры, чаще всего, лишь с Курапикой по телефону, либо с Хисокой вечером, когда играл с ним в карты. Иногда звонил своей родне. С беловолосым чудом, которое он так сильно любил, он разговаривал.. По мнению самого Золдика, лучше бы никак не разговаривал, чем так, как происходило. И всякий раз, когда разговор вытекал во что-то большее, Фрикс легко прерывался, ссылаясь на занятость, и уходил. Для Киллуа это было более, чем странно, но он не мог поделать совершенно ничего. Как минимум потому что ему просто не давали этого сделать, обрывая. - Так вот.. Чтобы тебе стать моей родней и родней для Гона, тебе нужна самая малость.. - парень ставит чашку перед Хисокой, улыбаясь ему, а после резко хмурясь, - Просто уже помирись с моим братом, твою мать. Поженитесь, помиритесь и поебитесь . Вернее, помиритесь, поебитесь и поженитесь. Этот порядок более правильный. После сказанных парнем слов, Хисока рассмеялся, хватаясь за живот. - Что? Что смешного я сказал? Чего ты ржешь, как конь, придурок? - слегка краснея, спрашивает Килл. - Дети, вы такие простые. Думаешь, если я позвоню ему сейчас, он мне ответит с первого раза и разрешит вернуться? Или ты наивно предполагаешь, что он также сейчас грустит, как я? Если бы он хотел, он бы давно позвонил или написал. Он прямолинейный и не любит утаивания чего-либо. - Это я и без тебя знаю. Я рос рядом с ним, он меня воспитывал. Я представляю, что такое, когда Иллуми злится или рассержен. Он не поддаётся логическим объяснениям.. - Хотя и всегда логичен во всём, это уж точно, - подхватывает Хисока, отпивая чай и морща нос, - А чего так крепко? Я будто коньяк подогретый пью, а не чай. - До этого не жаловался, а сейчас вдруг внезапно перестало нравится? - немного резко спрашивает Килл, ловя себя на слове практически сразу же. - Чего ты так загорелся? - слегка удивленно спрашивает гость, смотря на парня. - А что, если.. Иллуми разошёлся с тобой, потому что перестал видеть твой интерес. Совсем как к моему чаю. До этого ты ни разу на него не жаловался, но что теперь? - Теперь он горький и крепкий. Ты мне такой ещё ни разу не делал. - О том и речь. Что, если ты просто перестал проявлять внимание, и потому он сделал вывод, что больше тебе не нравится? Хисока задумался. Возможно, в словах парнишки проскальзывали крупицы смысла, который был достаточно велик. Ведь Луми всегда отмечал изменения в настроении, даже если они были незначительны. Самый первый замечал. Возможно, заметил и то, что внимание с интересом стали исчезать. Это было бы ответом, почему они так часто ссорились в последний месяц. - И что ты мне предлагаешь? Я не могу заявиться к нему прямо вот так, это очень глупо. Он знает, что я у тебя. И он может подумать, будто ты меня натолкнул на эти мысли. - По сути, так и было.. - немного недовольно подмечает Килл. - И всё же? Предлагаешь мне извиняться? Но если дело не в том, о чем ты тут повествуешь? - О, тогда он обозлится ещё больше, что ты не понимаешь смысла вашей ссоры. Или же.. Ты сможешь нащупать нить, которая приведёт тебя к нужной ситуации, требующей исправлений и решений. - Порой я поражаюсь тому, как умеют соображать Золдики. Не даром вам столько платят за ваши таланты, - произносит мужчина, поднимаясь из-за стола, слегка потягиваясь. После чего подходит к парню, оставляя легкий, но в тоже время звонкий поцелуй на щеке, - Никогда бы не подумал, что ты постараешься меня помирить с Лумичкой. Следует действовать. - Фу! Не целуй меня больше никогда в жизни! - громко вскрикивает парень, подрываясь со своего места и потирая место поцелуя рукавом домашней кофты, смотря вслед Хисоке, исчезнувшему за входной дверью. В квартире без него стало сразу же тихо и спокойно. Молчание. Как долго Киллуа ждал этого момента, чтобы продумать разговор с Гоном и всё же подловить на разговор. Только вот.. подготовиться к такому было невозможно. Сотни мыслей вились в голове, доказывая разные точки зрения и подбрасывая всё новые и новые безбашенные идеи. - Ну почему в этот раз так трудно помириться с тобой, Гон? Почему ты так мучаешь меня своим молчанием, зная, как мне важно тебя слышать? Порой я ворчу, но это лишь.. для приличия. Ты и сам понимаешь. Ну что мне нужно сделать, чтобы ты просто начал со мной разговаривать, как раньше? - причитал Киллуа, закрыв лицо ладонями. - Как минимум, перестать жаловаться на это в пустоту, и попытаться поговорить со мной лично, без твоих попыток оправдывать себя, - строго сказал Гон, который слышал данную речь с самого начала.