We are the stars - книга 5

Рэдо никогда не подумал бы, что в больнице может быть столько людей. Он побывал везде, пробежал все лестничные пролеты, палаты, пока Рио искала там, куда вход посторонним воспрещен. Но рыжей не было нигде. Она словно провалилась сквозь землю. А еще не было ее вещей… Об этом Рэдо догадался спросить не сразу, но, как только узнал, вылетел на улицу. Кай и Нэнси, конечно, тоже искали. Только не в больнице, а там, куда она, по их мнению, могла пойти. Выбежав на улицу, Рэдо оглянулся. Куда она могла пойти? Это же опасно! На улице начинал накрапывать мелкий дождик, а парень оглядывался по сторонам и все думал, куда она могла пропасть! Однако, Рэдо был человеком весьма удачливым, и уже в следующий момент, облегченно выдохнув, он рванул через дорогу, по пути доставая телефон. — Алло, отбой, нашел, — быстро буркнул он. — Где?! — слышится взволнованный голос Рио, а Рэдо тем временем добирается до дверей небольшого кафе и влетает внутрь. — В кафе напротив. Я сейчас ее приведу, — и парень, оглядываясь, вешает трубку. Он был прав, когда заметил рыжие волосы в окне кафе. Это была Нарей. Сидела на диванчике, обняв руками колени, и неотрывно смотрела в окно, словно завороженная дождем… Рядом на столике стояла кружка остывшего шоколада, недоеденный десерт, открытый скетчбук, а Рэй словно бы просто забыла обо всем этом. Рэдо не сразу понял, что с ней что-то не так. — Рыжая, — выдал он, облокотившись о стол и попытавшись отдышаться. — Господи, вот ты где!.. А девушка, ни капли не напуганная его появлением, заторможено повернула к нему голову. И только тогда парень подумал, что она ведет себя как-то странно. Ее глаза были широко раскрыты, и даже на Рэдо она смотрела так, будто бы он был прозрачным. — Рэдо?.. — тихо шепнула она и парень нахмурился. — Эй, ты что? С тобой все в порядке? — спрашивает он, стаскивая с себя куртку, накидывая ее поверх тонкой куртки девушки, прикладывая ладонь к ее лбу. — Ты вся горишь, черт возьми. Ну нельзя же так! Пойдем. — А… — она опустила голову, просидела так некоторое время, пока парень засовывал в ее рюкзак скетчбук и пенал. — Да… И Рэй, закусив губу, поднялась на ноги. Парень быстро окинул ее взглядом. Одетая в пижаму, в развязанных ботинках, заторможенная, усталая, с температурой, кутающаяся в его и свою куртки… Парень что-то недовольно ворчит, обнимает ее одной рукой за плечи и выводит из кафе, быстро доводя до больницы. И ведь рыжая даже не сопротивлялась… — Господи, Нарей! — встречает их в холле Рио и тут же стаскивает с девушки куртки, просит медсестру забрать ее вещи. — Какого черта ты творишь вообще?! — Рио, у нее температура поднялась. — Еще бы не поднялась! Веди ее в палату, я сейчас! Рэдо кивнул, словно бы под конвоем довел девушку до ее палаты, помог забраться в кровать. Он надеялся, что тут, в теплой больнице, на мягкой кровати она придет в себя. Но этого не происходило. Она сидела на кровати, сцепив пальцы и не сводя с рук взгляда. И чем дольше она пребывала в этом странном состоянии, тем сильнее Рэдо начинал волноваться. — Нарей, — он коснулся ее плеча, попытался заглянуть ей в глаза. — Что с тобой? Тебе плохо? — Конечно ей плохо! — с этими словами Рио заявилась в палату, притащив с собой раствор для капельницы. — Кому было бы хорошо! О чем ты вообще думаешь, Нарей?! — рявкнула она, принимаясь за работу, вешая капельницу, снова бережно устанавливая катетер. — Ты сбегаешь второй день подряд!!! Ты хоть понимаешь, что больница, это тебе не отель?! Тебя положили сюда, чтобы вылечить, а не чтобы ты себя окончательно угробила! А знаешь, что с тобой могло случиться?! Рио злилась. И, слушая сестру, Рэдо недовольно хмурился. Она отчитывала Нарей, а он чувствовал себя так, словно это на него катят бочку. Рэдо терпеть не мог, когда сестра злилась, хорошенько вынести мозг было ее главным умением, иначе бы не пошла она врачевать. Даже его коробили ее гневные тирады. А вот рыжая ее как будто бы не слышала. Расфокусированным взглядом она смотрела перед собой, на свои руки, не скривилась даже тогда, когда игла катетера протыкала вену. И почему-то парню казалось, что дело было вовсе не в ее самочувствии. Пока Рио возилась с девушкой, Рэдо сидел на краю ее кровати с телефоном в руке. Он успел написать Каю и ребятам, что Нарей нашлась и сейчас, когда его заваливали вопросами, он едва успевал отвечать. Понимал, что друзья волнуются. — Сиди здесь! И если еще хоть раз исчезнешь из палаты — привяжу! Клянусь! — вставила свое веское слово Рио. — У меня еще есть больные, я пошла. Вернусь через полчаса, помни! Девушка, громко недовольно бормоча, покинула палату. И только когда она ушла, Рэдо, вновь взглянув на слишком тихую рыжую, наконец решил узнать, что происходит. Что-то случилось. И что — он не знал. — Нарей, — зовет он подругу и та поднимает на него усталый потерянный взгляд. — Что происходит? Где ты была и что случилось? — парень хмурится, когда вместо ответа рыжая снова опускает взгляд. — Все хорошо, — отвечает она через некоторое время. — Я просто безумно устала. — И ты ждешь, что я тебе поверю? — фыркнул в ответ Рэдо. — Я видел тебя уставшей. Так, видимо, мне ты говорить не хочешь, поэтому, я звоню Каю. Судя по всему, у него куда лучше получается вытягивать из тебя информацию. — Рэдо, — устало и умоляюще произносит девушка и кидает на него совсем растерянный взгляд. Словно просит не звонить. И если прежде Рэдо был уверен, что она либо начнет ругаться, либо спросит, а придет ли Кай вообще, то сейчас ее реакция не нравилась ему совершенно. — Не звони никому. Не надо, — она опускает голову. — Все… Все правда хорошо, просто… — Просто что? — парень все-таки спрятал телефон в карман. — Рыжая, я, вообще-то, тоже твой друг, а не только Джи и блондинка. Ты хоть в курсе, что мы все как на иголках сидим последнее время, пока ты себя так изматываешь? И Нарей кивает в ответ, поджимает губы, словно готова расплакаться. Рэдо вздыхает. Все-таки, с сестрой они очень похожи, отчитывать и давить парень умел не хуже, но сейчас осознал, что этого делать не стоит, если он не хочет получить по башке за то, что довел подругу до слез, и хочет узнать, что же произошло, в конце-то концов. Слишком странным было ее поведение. Он вздыхает. — Прости, — куда мягче произносит он. — Не хотел тебя расстроить, я… — Эй, — вдруг прерывает его девушка. — Рэдо… Я так поняла, что вы, все-таки, подписали контракт?.. Парень удивленным взглядом окинул подругу. К чему вдруг такой вопрос? Так он подумал сперва прежде, чем кивнуть. Наверняка Нарей просто попыталась перевести тему. — Да. Теперь мы тоже в Мarity. Слышала? Наша студия — соседняя от SID. — Правда? — рыжая с трудом натягивает на лицо едва заметную улыбку, но сама отводит взгляд. — Наверное, Нэнси была в ярости. — Не сказал бы, — улыбнулся парень. — Я рада. Будем чаще видеться. И снова тишина. Нарей переводит взгляд в окно, пальцами едва поглаживает кожу на сгибе локтя, там, где стоит игла. Рэдо видит это жест. Рэдо старается не смотреть. Слишком знакомый, слишком неприятный, Кай делает точно так же всегда. Его плохая привычка. Разговор оказался коротким. Они снова молчали и снова Рэдо просто пытался придумать, как ее разговорить и как узнать, что с ней не стряслось за эти несколько часов, как вдруг Нарей снова тихо-тихо спросила. — Рэдо, скажи, — произнесла она, не сводя взгляда с окна, за которым накрапывал дождь. — Этот контракт… Он для вас очень важен? — О чем ты? — слишком быстро и удивленно переспросил парень. — Конечно! У нас наконец-то запись, Най запланировала кучу концертов, нам есть, куда прибиться и мы можем быть уверены, что будем зарабатывать музыкой. Это наш шанс, да еще и Най избавилась от травли начальства. Слушая его, Нарей улыбалась, это Рэдо несколько успокаивало. А может успокаивало то, что он абсолютно не видел сейчас ее глаз. В ее взгляде все еще ничего не изменилось. Та же растерянность пустота, и чем дольше парень говорил, тем хуже становилось. И все, что смогла Нарей, это тихо прошептать, улыбаясь: — Я за вас так рада… Полчаса назад: В кафе было шумно, пахло кофе и выпечкой, мягкие диваны создавали уют… Но все это исчезло, стоило этой девушке сесть напротив. Сперва Нарей подумала, что это все температура, что ее просто глючит, и она была бы несказанно счастлива, если бы все было именно так… Но напротив нее действительно сидел ее бывший кошмар. Сидела эта девушка. И так бессовестно улыбалась. Крепко стиснув руки в кулаки, рыжая оглядела ее оценивающим взглядом и сквозь зубы прошипела. — Ты что, заблудилась? Могу подсказать, где дверь. — Фи, как грубо, — пожимает плечами Анеко и делает глоток кофе. — Ты что, не рада встрече, милая? — О, я настолько рада, что сейчас просто лопну от счастья, Анеко. Поскорее уходи, чтобы тебя не забрызгало кровью и кишками. — Мда, а ты была такой милой девочкой. Ну же, Рэй, ты же можешь и лучше посылать, — хмыкает Анеко, удобнее устраиваясь на стуле. — Что ж ты сразу прогоняешь-то? Давай поболтаем, расскажи мне о своей жизни. Ты что, заболела? Меня вот в один журнал взяли. А если выпущу несколько ну очень взрывных статей, то возьмут в штат. Неплохо, а? — Слушай, что тебе надо? — грубо прерывает ее Нарей. — Очередная попытка подлизаться не сработает, ты же сама прекрасно понимаешь. — Ну вот опять! — всплеснула руками девушка. — Почему все думают, что мне обязательно ото всех что-то нужно, что за несправедливость! Все ждут от меня подвоха! — Интересно, почему? Как несправедливо. Вот бывают же нехорошие люди, которые подло крадут чужие песни и продают их за деньги, пользуются чужим доверием… Но это же совсем не про тебя, да? — А кто пользовался доверием? — фыркнула Ане. — Наой сам в меня влюбился, я его не просила. И тот блондинчик тоже. Кстати, неужели вы с ним все еще общаетесь? На этих словах Рэй замерла. Еще крепче стиснув кулаки и сузив глаза, мысленно она всеми силами уговаривала себя не прикончить Анеко прямо сейчас и прямо здесь. И если бы сорвалась, то избавила бы мир от очередной сволочи, но Рэй была тихой и мирной девочкой, ну, или просто хотела такой казаться. Поэтому, решила поступить по-умному. — С меня достаточно. Не рада была увидеться, я пошла, — хмыкнула она, поднимаясь с дивана, выходя из-за столика и собираясь уже запихнуть в рюкзак вещи и уйти, но голос Анеко заставил ее остановиться. — Слышала, они подписали контракт с Marity. — Это не твое де… — Я могу его похоронить. Вот и все, что произнесла Анеко, а Рэй уже широко распахнутыми глазами смотрела в стол. Одна фраза. А внутри все замерло и перевернулось. Она застыла, крепко сжимая в руках рюкзак, и честно говоря не знала, что сейчас должна сделать. Повернуться и уйти? Нет, она не может. Не может теперь. Что Анеко только что сказала?.. Похоронить? Их контракт?.. Горький опыт научил Рэй, что Анеко не шутила. Что бы сейчас Анеко не сказала, что бы не сделала, каждое ее слово и действие надо было проверять, такие, как она, были способны на любую гадость и подлость ради собственной выгоды. И, кажется, сейчас был точно такой же случай… — Я смотрю, ты поумерила свой пыл, — глядя на притихшую девушку, улыбается Ане. — Верно. Я не шучу и ты знаешь об этом, как никто другой. С огромным трудом Рэй выдавила из себя усмешку. — Мстишь мне за то, что не дала тебе три года назад и дальше грабить SID и раскрыла брату глаза? Так мсти мне, не приплетай сюда ребят. — Понимаешь ли в чем проблема, рыжая, — задумчиво отзывается девушка. — Не ты одна тогда попортила мне жизнь. Сядь. Поговорим. Нарей не сдвинулась с места. Все еще колебалась. Собиралась уйти, и, возможно, лучше бы поступила именно так, но слова Анеко… А та вновь взглянула на рыжую. — Сядь, — уже в приказном тоне произнесла она. Снова тишина. Рэй косится в сторону дверей, и Анеко это злит. — Сядь, я сказала. Ты же понимаешь, что может случиться, если ты уйдешь. Она внимательно наблюдает за рыжей. Специально натягивает на лицо усмешку, следит, как Рэй смотрит то на нее, то на двери. Как кусает губу… И, наконец, медленно опускается обратно на диван. Нет, причина была вовсе не в тоне Анеко, не в ее взгляде, это все напротив только бесило. Причина была в том, что Рэй боялась… Боялась за друзей. И только поэтому она снова опустилась на диван и настороженно уставилась на девушку. — Хорошая девочка, — довольно усмехается та. — Ну правда, ты же не думаешь, что мы случайно тут встретились? — Уже нет, — сквозь зубы отзывается Нарей. — Умница. Ну, а теперь, давай поговорим, — и Анеко подперла рукой голову, с улыбкой уставилась на рыжую и задумчиво протянула. — Как тупо. Ты совсем не изменилась. Малышка Нарей идет на все, лишь бы помочь так называемым друзьям. И не надоело?..

***

Глядя на толпу друзей, завалившихся в палату, Рэдо все сильнее и сильнее хмурится. Они завалились сюда десять минут назад, пришли Джи, Джун, Лео, Кейт… И Нарей будто бы ожила, стала улыбаться, а Джи отвлекла ее какими-то разговорами. Но снова не пришел Кай. И, признаться честно, Рэдо не знал, сколько еще отговорок у его друга в запасе. Да и что с ним происходит? Кай всегда не прочь был повидаться с рыжей, но сейчас… Наверное, Рэдо догадывался. Знал-то Кая, как облупленного! Только в голове никак все не мог нормально уложить. — Рэдо, — коснувшись его плеча, Рио привлекла к себе внимание брата. Он один стоял в коридоре, наблюдая за друзьями через открытую дверь, вышел сюда по просьбе сестры. — Идем… Поговорим, — тихо просит та и кивает в сторону. Вдвоем они дошли до ординаторской, и Рио, убедившись, что внутри никого нет, заперла дверь. — Это что это ты делаешь? — изумленно поинтересовался красноволосый, а Рио, бросив на стол несколько папок, обернулась к брату. — Рэдо, у меня к тебе серьезный разговор. — Да я уже понял… — растерянно пожимает плечами тот, поглядывая в сторону закрытой двери. — Насчет Кая. — Рио, я не тупой. Девушка тяжело вздыхает. — Рэд, эта рыжая… Кай приходил сюда ночевать дважды из-за нее. Кто она такая? — О боже, — парень закрывает глаза рукой, качает головой. — Все-таки приходил. Я догадывался, но… — Рэдо, — еще строже произносит девушка. — Рэдо, я ведь все правильно понимаю?.. То, что он поступает с ней именно так. Приходит ночью, чтобы не видела!.. Рэдо… Неужели он настолько смирился?.. Он избегает меня, он не ездит к родителям! Он только тебя и ребят из группы подпустил к себе! Он так сильно хочет, чтобы дорогим людям не было больно! Неужели он так же поступает с Нарей?.. — Зачем тебе это знать, Рио? — вместо ответа хмурится парень. — Я же тебя знаю, ты никогда не спрашиваешь о чем-то просто так. — Черт тебя дери, ответь мне! — Только после того, как скажешь, что ты задумала. Рио хмурится. Опустив голову и скрестив руки на груди, она исподлобья взглянула на Рэдо, словно размышляя, а стоит ли ей… Стоит ли? И в итоге Рио признается. — Быть может, — тихо произносит она. — Из-за нее он согласится пройти лече… — О господи, Рио! — закатив глаза, выдал парень. — Прекрати ты уже! — Но Рэд! — Прекрати!.. — снова просит Рэдо. — Мы просили тебя много раз! Он не хочет! Ты разве не помнишь? Каким он был! Ты разве не помнишь, как мы оба боялись, что он снова попытается наложить на себя руки?! Да посмотри ты на него! Он сейчас ожил! Он сейчас абсолютно не такой, каким был и в пятнадцать, и в семнадцать, а ты хочешь вернуть все обратно?! Господи, к черту, Рио. Я ухожу. И Рэдо направился к дверям, поймав со стола ключ. — Но Рэдо! — слышится за спиной голос сестры. — Я не хочу возвращать все обратно!.. Я просто не хочу его терять! Красноволосый замер в дверях, крепко стискивая пальцами ручку двери. И когда он оглянулся, то посмотрел на сестру совсем измученным и усталым взглядом. — Я знаю… Я не хочу этого так же сильно. Не будь эгоисткой… Позволь ему хотя бы рыжую от этого желания избавить. — И ты веришь, что он сможет?! Да ты посмотри на него, Рэдо!.. — отчаянно выкрикивает Рио, в ответ Рэдо снова качает головой. — Нет. Вот и все, что он ответил, прежде чем покинуть ординаторскую, а Рио, крепко стискивая кулаки, раздраженно шепчет в ответ. — Тогда в чем проблема, идиоты несчастные!.. Спелись!.. Да черта с два я вас послушаю!..

***

Ну вот она и нашлась. Сидит теперь под одеялом в палате, а Кай и рад, что в этот момент оказался далеко от больницы. Они с Нэнси рванули в разные стороны, искать ее там, где она могла бы, по их мнению, находиться. И, к счастью, оба ошиблись. Медленно шагая в сторону студии, Кай курил, слушал музыку и думал о том, какой втык устроят ему друзья, когда поймут, что он и не собирался появляться в больнице. Зато не надо было придумывать отговорок. Пока. Погода сегодня отвратная, накрапывал мелкий дождь, было прохладно, и Кай все думал, что одна из капель обязательно затушит сейчас ему сигарету, поэтому усиленно прятался под деревьями, благо, шел по небольшому парку. В один из таких моментов, забегая под очередное укрытие, чтобы проверить телефон и сделать очередную затяжку, а не прятать сигарету, Кай вдруг подумал… А Рэй бы не пряталась. Прошла бы мимо, взглянула бы, как на слабака, показала язык и продолжила мокнуть. Как сделала во Франкфурте. Блондин усмехнулся. Ну конечно. У нее же нет чувства самосохранения. Вот и сбегает из больницы, но ничего, Рио на нее управу найдет. Кай вздыхает, качает головой, и, переводя взгляд в телефон, читает сообщение. «Куда пропал?!» — гласило одно из них, отправленное Джи, а вместе с ним и прикрепленная фотография. Наверное, это должно было разбудить в Кае совесть, но, глядя на селфи, где Джи старательно корчила грозную мину, а на фоне, кутаясь в одеяло сидела рыжая и болтала с друзьями, даже не замечая, что ее фотографируют, Кай лишь облегченно вздохнул. Дождь усилился. Спиной прижавшись к стволу дерева, блондин скучающим взглядом наблюдал за бегающими под зонтом людьми. Пора бы и ему носить с собой зонт… Да вот будет ли? Очередное грозное сообщение от Джи заставило перевести взгляд на экран телефона. Он усмехнулся, начал печатать ответ, а потому абсолютно не обратил внимания на девушку, держащую над головой свое пальто. Она влетела к нему под дерево, случайно задевая локтем. — Ой, я прошу прощения! — виновато улыбнулась она. — Можно я с вами тут постою? — Без проблем, — отзывается блондин, даже не отрывая взгляда от экрана телефона. Он был слишком занят. Придумывал, как бы ему отвязаться от Энги. А может вообще не отвечать?.. — Погодка кошмар, не правда ли? — девушка накинула пальто на плечи, стряхивая с себя капли дождя и поправляя намокшую челку. — Ага, — безразлично отозвался блондин, а сам нахмурился, читая сообщение от барабанщицы, поклявшейся заменить его головой бас-бочку, если он сейчас же не появится здесь. — А вы даже без зонтика? Не боитесь намокнуть? — не унималась девушка, и Кай, пусть и не был человеком раздражительным, нахмурился. — Я потому здесь и стою, — уже менее вежливым тоном отозвался он, надеясь, что на этом внезапные расспросы незнакомого человека прекратятся, но он ошибся. — Чтобы не промокнуть. — Вот как. Промокнуть боитесь, все-таки. А подмочить чужую репутацию, нет? — с улыбкой произнесла девушка, и Кай замер. Сперва он решил, что ему послышалось, ну не станет же обычный прохожий так болтать? А потом он подумал… А что если нет? И только эта мысль заставила его взглянуть на девушку. И тогда Кай замер, уставившись в большие, холодные, серые глаза. Он узнал ее не сразу. Сперва подумал, что чем-то знакомы черты лица, глаза, темные волосы, и только потом осознал, кто именно стоит рядом с ним. Но блондин не стал закатывать истерики, не стал ругаться, материться, не стал делать ничего, что могла бы ожидать Анеко. Вместо этого он лишь спрятал руки в карманы джинсов, окинул девушку внимательным взглядом и тихо хмыкнул. — А, это ты. Конечно же, Кай не знал, какую бурю эмоций вызвало это безразличие у Анеко, но все это она сдержала в себе, лишь приторно-мило улыбнувшись. — Давно не виделись, Кай! Ты так изменился! — Ага. Ты тоже. Это я про внешность. — Да ну брось, просто отрастила волосы! — заулыбалась Анеко, перекидывая темные волосы с одного плеча на другое. — А я сразу тебя узнала! Поэтому и подошла! — Очень смело, — вскинув брови, отозвался Кай. — Я воспитанный мальчик, девушек не бью, но тебе лучше держаться подальше. Память мне пока еще не отшибло. — О, ты про это, — рассеянно отозвалась девушка, грустно и виновато отводя взгляд. — Знаешь, я же поэтому и решила к тебе сейчас подойти, как только увидела, — бормочет она. — Так неудобно тогда получилось, да?.. — Неудобно? — Кай едва сдержал смешок. — Если так можно сказать. — Я очень хотела перед тобой извиниться все эти годы, — Анеко продолжала улыбаться, виновато отводя взгляд. — Прости. Ну, понимаешь… Мелкая была, глупая, деньги были позарез нужны. — Знаешь, что люди делают, когда им деньги нужны? — недовольно усмехается блондин. — Впахивают на трех работах в поте лица. — Ну… у меня были свои причины, — виновато бормочет девушка. — Хотел бы я о них знать. Хотя нет, — хмыкнул Кай, наблюдая за тяжелыми каплями дождя, обрушившимися на город. — Пожалуй, наоборот. Мне безразлично. — Я изменилась, правда! — прерывает его Анеко. — Я работаю сейчас в очень популярном журнале. Выпускаю статьи. Еще чуть-чуть, и возьмут в штат. Но те мои ошибки… — Ох, забудь, — не желая продолжать разговор, Кай тушит сигарету о ствол дерева и кидает окурок в полупустую пачку. — Раз тебя это так мучило, то забудем. Я пошел. И блондин, даже не попрощавшись, засунул пачку сигарет в карман и направился под дождь. — Постой! — зовет его Анеко. — Может, еще как-нибудь увидимся?! Когда Кай оборачивается, то видит ее радостное лицо. Смотрит на красивую девушку с большими серыми глазами, смотрит на ее улыбку, полный надежды взгляд. И тихо хмыкает. — Да не дай бог. Он уходит. Жмурится от дождя, ежится под курткой, быстро шагает по мокрым дорогам, шлепая прямо по лужам. И в тот же момент Анеко стирает с лица улыбку, ехидно фыркает. — Ну здрасте. Какие мы недоверчивые. Кай же быстро направился к студии. Он попытался, конечно, выкинуть эту не самую приятную встречу из головы, но это получилось далеко не с первого раза. Что за день такой?! То Нарей, не жалея себя, сваливает из больницы, то появляется… она. О нет, конечно же, Кай не забыл этот мерзкий поступок. Да и прощать за это не очень хотелось. Но что куда сильнее волновало Кая — почему вдруг эта Анеко объявилась? Какое-то нехорошее предчувствие мучило парня, от него хотелось поскорее убежать, а об этой встрече просто забыть. Когда блондин вернулся в студию, то там, конечно же, оказался абсолютно один. Все поголовно перебрались в больницу, но, раз их вещи кинуты здесь, значит, как минимум, за ними они вернутся, а, как максимум, получится порепетировать еще парочку часов. Но пока что Кай только и мог, что взять гитару, да попытаться добить новую песню. Вот только даже этого не хотелось. Слишком много неприятных мыслей. Промаявшись несколько долгих минут, блондин прислушался к звукам из-за стены. Кейт ушла к рыжей, а Ёго и Наой остались репетировать? Звучала гитара, барабаны, они что-то отыгрывали, прерывались. Звукоизоляция была хорошая, разобрать было сложно, что происходит, даже несмотря на то, что они находились через стенку друг от друга. Осознав, что ни поиграть, ни послушать у него не получается, Кай снова схватил пачку сигарет, и вышел в коридор. Это была третья сигарета за сегодня. Больше нельзя… А лучше и вовсе не курить больше одной, но Каю сложно было удержаться. Из-за открытого окна было прохладно, но это хотя бы успокаивало, как и едкий дым, впитавшийся в его волосы, кожу, одежду, легкие… — Еще один курильщик, — вдруг слышится за спиной насмешливый голос, и Каю не надо было оборачиваться, чтобы узнать, кто это говорит. Вариантов было немного, а последнее время помучить его любили именно рыжие. Наой, улыбаясь, подошел к Каю и хлопнул его по плечу. — Ну здравствуй, сосед. Теперь и ты надоедать будешь? — усмехнулся он и облокотился на подоконник рядом с блондином, поставив перед ним банку энергетика. — Угощайся, Ёго целый ящик притаранил. — Спасибо… Целый ящик? — Кай несколько рассеянно взглянул на черную банку. — На кой-черт вам столько? — А. Мы часто репетируем по ночам. Особенно, если репетиция с Нэнси. Без энергетиков никак, — улыбается парень в ответ. — Ну, чего сам-то такой хмурый? Что, не рад меня видеть? — Господи, вы с Лео точно спелись бы, — с усталой усмешкой Кай качает головой, делает очередную затяжку. — Да я просто устал. Не выспался. — Понимаю, — в ответ Наой пожимает плечами. — Сам едва высыпаюсь, дома без сестры жесть какая-то. Ты представляешь, прихожу я домой, а дома ни ножей, ни столовых приборов, и даже банку с кукурузой не открыть! Вот это я охренел. А в холодильнике знаешь что? Ледовое побоище! Это потом я понял, что у нас Кейт побывала, пришлось в круглосуточный тащиться. Господи, когда же рыжая поправиться, я скоро загнусь… — Ты загнешься?!! — из студии выглянул Ёго, как всегда взъерошенный и недовольный. — Ты ко мне переехал, пока она в больнице! Это я с тобой загнусь, валенок несчастный! Привет, Кай. — брюнет махнул Каю рукой, а сам направился в сторону уборных, что-то бормоча на ходу про беспомощных оленей, а сам олень грустно посмотрел вслед другу, тяжело вздохнул и снова взглянул на Кая. — А если она к парню когда-нибудь съедет?.. А если замуж выйдет? Это я что, один останусь?.. Это мне что же, готовить учиться надо?.. Я же кухню спалю… — Вот несчастный какой, — вслух пожалел Наоя блондин, а мысленно еще трижды пожалел Нарей. Это ж как ей с братом возиться приходится? Все равно, что Рэдо с ним, с Каем. Идеальное сравнение. -Ты навещал ее? — тихо интересуется Кай, пока Нао не успел найти еще тему, чтобы пожаловаться. — Спрашиваешь меня, навещал ли я свою младшую сестренку в больнице? Сам больной что ли? — А, ну да, — пожимает плечами Кай. — И что говорят врачи? — Что она ненормальная, — фыркнул Наой. — Хотя, эта девушка-врач сама на нормальную не похожа… Ты бы ее видел! — рыжий развел руками, но в ответ получил усмешку. — Я с ней рос. Лицо парня приобрело весьма странное выражение, что-то среднее между удивлением, недоумением и сожалением, а Кай, не дожидаясь ответа, просветил барабанщика: — Это старшая сестра Рэдо. — А, — Наой удивленно захлопал глазами, притих, отвернулся к окну. — Тогда это все объясняет… Сочувствую. Она какой-то монстр, раз Рэй ее почти слушается… Каю только и оставалось, что тихо рассмеяться. Сочувствовать тут было чему. Парни снова замолчали. Прошедший мимо них в студию Ёго даже на пару секунд остановился, чтобы удивленно на них посмотреть, выразить одним взглядом сожаления в счет их идиотизма и скрыться в студии, откуда послышались звуки его гитары. — Слушай, — нарушил тишину Кай, неотрывно глядя в окно. — Анеко ведь… Твоя бывшая девушка? — Ого, — присвистнул парень. — Чего это ты вдруг вспомнил? — Да так… — пожимает плечами блондин. — Просто встретился с ней только что… Едва услышав эти слова, Наой замер. Он перестал пить энергетик, удивленно уставился на блондина и некоторое время молчал, будто пытаясь собрать воедино целую кучку мыслей. — Видел? — удивленно переспросил он. — Нехорошо… Я был рад, когда узнал, что она переехала в другой город… Так выходит, Анеко вернулась? — Выходит так. — Ох… — Нао качает головой. — Лишь бы она не узнала, что рыжая в больнице… Зная ее… Злопамятная она. Я — дурак наивный. Влюбился, когда она корчила из себя паиньку, а нажил дикого врага, получается. — А Рэй тут причем? — удивленно интересуется блондин, тушит сигарету, выкидывает в специально принесенную пепельницу. — Как причем? Это же она спалила, что Анеко песни крала и продавала. Не знаю, изменилась ли Ане, но будь все это дело тогда, три года назад, она бы нашла способ подгадить. Надеюсь, за эти три года она повзрослела. Повнимательнее быть, что ли… Сейчас, — и Наой полез в карман, достав телефон и найдя номер сестры. Он приложил трубку к уху и еще несколько секунд слушал долгие гудки, Нарей ответила не сразу. Как будто специально помучила брата. — Рэй, — наконец, произнес он в трубку, косясь на Кая. — Слушай, тут дело такое… Кай тут рядышком. Говорит, Анеко встретил. Тебе такое счастье не перепало? Наой затих, слушай ответ. И пока он молчал, Кай внимательно наблюдал за его лицом, словно бы по одним лишь эмоциям хотел заранее узнать, все ли в порядке. Но вот он что-то произносит в трубку, скидывает вызов, и, выразительно посмотрев на Кая, сообщает: — Тебя просят достать кардан, убрать бас-бочку и встать на ее место… Ты что натворил? — Не важно, — смеется блондин, но тут же быстро замолкает. — Ну? И Наой пожимает плечами. — Наверное, я зря переживаю. Анеко не появлялась.

***

С тех пор, как Нарей оказалась в больнице, прошла уже целая неделя. И Лео казалось, что, несмотря на соседство студий, Кейт он видит только там. Когда они вместе целой компанией заваливаются навестить подругу. Что-то странное произошло между ними после той ночи. Неприятное… При друзьях они вели себя так, словно ничего не случилось, словно бы они просто расставили все точки над «и» и успокоились. А на деле… На деле все катилось к чертовой матери. И Лео винил в этом себя. Не надо было соглашаться, не надо было, спустя все эти годы, вестись на ее просьбы, не надо было! И тогда не было бы этих сухих переписок, неловких взглядов при встрече… Сегодня утром в огромной квартире Лео проснулся один. И если где Лили было и без того понятно, то куда делся Джун Лео не знал. Несколько долгих минут он бесцельно бродил по квартире с зубной щеткой во рту, ероша и без того всклокоченные после сна волосы, и только когда выбрался на кухню, то нашел записку от брата, придавленную тарелкой с бутербродами на завтрак. «Джи разбудила и попросила съездить с ней за новым крешем*, хай-хэтом* и рабочим*, приедем сразу в студию. P.S. Клянусь, просто музыкальный магазин». — Да-да, верю, — бормочет беловолосый, а сам, вздыхая, тащится одеваться. Брата нет, но репу никто не отменял. Покопавшись в поисках свежей футболки, Лео оделся, захватил гитару и вышел из дома, на ходу натягивая кожаные митенки. Их он носил часто, иногда даже вовсе не снимал. И объяснение этому было вполне обычное. За перчатками не было видно шрамов. До студии теперь надо было добираться чуть дольше, чем прежде, но это мало волновало. Пара станций на метро, и вот он уже почти на месте, заодно зайдет за кофе для ребят. Так он и сделал, купил сразу шесть стаканчиков, заодно коробку вафлей. И вот таким вот нагруженным поплелся в студию. Все равно сегодня была его очередь платить за все удовольствия друзей. Он рассчитывал спокойно добраться до студии, возможно даже первым, не спеша подключить инструменты, поставить греться микшерный пульт… Но все его планы рухнули в один момент. Стоило только взглянуть на дорогу и увидеть далеко впереди знакомую фигуру. Черные волосы были прижаты тяжелым бордовым шарфом, она куталась от холода промозглого утра, пряча руки в карманах кожаной куртки. Мерзлячка. Мерзлячкой была, ей же и осталась, Лео знал ее, как облупленную. И он ускорил бы шаг, догнал бы, может даже отдал бы свой кофе, малая цена за возможность спокойно поговорить… но Кейт была не одна. Высокий молодой человек шел рядом с ней, нес ее гитару в черном чехле, обшитом нашивками. И Лео видел его впервые в жизни. Они о чем-то говорили, несмотря на немалое расстояние до Лео доносились звуки их голосов. А он так и стоял, смотрел. А потом что-то сильно вдарило в голову. Эти двое направлялись прямо к нему. И даже не замечали. Вернее не так, направлялись-то они ко входу в студию, что находилась прямо между ними. И Лео, нахмурившись, ускорил шаг. Отпустить ее? Господи, да он же попытался, это была ее просьба, Кейт явно дала понять, что ей это нужно. И Лео думал, что это просто. Так сильно он еще никогда не ошибался… Такого раздражения, что охватило его сейчас, он еще не испытывал. И парню это не нравилось абсолютно. Он специально остановился перед входом, не сводя с них взгляда, ждал, когда его заметят, и вот это случилось. Кейт сначала бросила на него быстрый взгляд, даже не сразу узнала, но когда поняла, то тут же уставилась на парня широко распахнутыми глазами. Ее спутник даже не понял, что произошло, и почему Кейт вдруг замолчала, только удивился, когда стоящий на лестнице к студии странный беловолосый парень широко улыбнулся и поздоровался. — Доброе утро. Не думал, что мы встретимся. Кейт нахмурилась. Обернулась к парню. — Спасибо, что проводил, — девушка забрала у него гитару. — Мы пришли. — А… Да… — рассеянно хмыкнул парень. — Ну, до встречи тогда?.. Кейт кивнула, попрощалась и, снова взглянув на Лео, подошла к нему. — Что ты тут делаешь? — Как грубо, — улыбнулся парень, заходя вместе с Кейт в студию. — У нас репетиция, вообще-то. — Господи, никак не могу привыкнуть к тому, что вы теперь рядом, — бормочет брюнетка, забирает ключ от студии и они вместе идут к лифту. В лифт они зашли в полном молчании. Даже на их этаж первые несколько секунд они ехали молча. — Свидание с утра пораньше? — Мы просто случайно встретились, — фыркнула Кейт. — Вот как. Это тот парень, с которым ты переписываешься? — А ты откуда знаешь? — девушка резко взглянула на все так же беспечно улыбающегося Лео, тот в ответ только пожал плечами. — Тебя Нэнси спалила. Двери открылась, Лео шагнул в коридор, там ему пришлось поставить на подоконник все стаканчики с кофе, коробку и все лишь ради того, чтобы открыть дверь в студию. — Нэн, — тем временем бормочет Кейт. — Как обычно… — Он ей не нравится. — Ей и Кай не нравится, но тебя это не сильно волнует. В ответ Лео смеется, открывает пошире обе двери студии, а Кейт останавливается на пороге своей. Некоторое время она наблюдала за беловолосым. — Лео, — тихо зовет она, а когда парень оборачивается, опускает голову. — Извини. Я не хотела, чтобы ты знал. И девушка скрывается в студии, захлопнув за собой дверь. А Лео так и остался в коридоре. Простоял так еще несколько секунд, пытаясь понять, что девушка имеет в виду, и только потом, подняв стаканчики с кофе, специально подписанные именами его друзей, и коробку с вафлями, зашел в студию, закрывая за собой двери. Друзья начали подтягиваться минут через пятнадцать. Сначала пришли Джи и Джун, действительно притаранив крэш, хай-хэт и новый рабочий барабан, за ними приехал Рэдо, недовольный и усталый, ехал от сестры, завезя ее на работу. Следом пришла Най. Специально для того, чтобы сказать, что к двум часам дня им всем нужно быть в студии звукозаписи, чтобы прописать ритм-секцию. Не было только Кая. И куда он делся, черт его знал. — Эй, блондинка, — спустя час ожидания, Джун не выдержал и первым позвонил другу. — Где тебя носит? Кай, кажется, не сразу даже сообразил, кто именно ему звонит. — Что?.. Джун?.. — слышится в динамике его хриплый сонный голос. — «Что Джун»?! — повторяет басист. — Ты что, дрыхнешь?! — А, я… я нет… я… — растерянно бормочет Кай, а после совсем виноватым голосом спрашивает. — А сколько времени?.. — Твою мать, — устало вздыхает в трубку Джун. — Ты дрыхнешь… — Ну простите, — продолжает бормотать Кай. — Ну проспал… Не выспался. Так сколько времени-то?.. — Уже полдень. — Ну очень проспал! — возмутился Кай. — Без меня не поиграете что ли? Я сейчас буду… Через час… Может, два… — В два нам надо быть в студии. — Ну, еще лучше. Приеду сразу туда… Простите, разыграйтесь чуть-чуть. — Господи, да что с тобой такое… — Джун покачал головой. — Смотри не вырубись хотя бы сейчас. Он скинул вызов. Конечно же, Джун не понимал, почему вдруг Кай умудрился проспать. А как тут встанешь в десять утра, когда всю ночь провел не дома? У Рио снова два дежурства. И блондин это не собирался упускать. Честно признаться, Кай сам не совсем понимал, почему приходит ночевать в больницу, но только там он мог спокойно, не ворочаясь, уснуть. Ни совесть, ни всякие неприятные мысли не лезли в голову. И пусть в больнице он не высыпался ни черта, зато не чувствовал себя последним уродом. Зато не очень-то и переживал. Да, вел себя, как эгоист. Но иначе не мог. Почти без сил он поплелся собираться в студию. Слава богу сегодня ему не придется петь. Долго Кай старался не мешкать, сгонял в душ, на ходу позавтракал бутербродами, залпом выпил чашку кофе, схватил на всякий случай гитару и рванул в дорогу… Уже тогда, когда ему оставалось проехать несколько остановок метро, его телефон снова зазвонил. — Да, Рэдо, я уже недалеко. Рядом со станцией, где наша реп-точка. — Молодец, что сразу сказал, — вдруг с напряжением в голосе произнес парень. — Выметайся из метро. Тебе ближе. — Что? — Кай удивленно уставился на свой телефон. — Ты чего это? — недоуменно поинтересовался он, и тут же получил весьма лаконичный ответ. — Не поверишь… Она опять…

***

Комната отдыха в больнице была теплой, светлой, просторной, с удобными мягкими диванами, кулером, кофемашиной и телевизором. Прекрасная комната, уютная. Рио никогда в ней не была. У девушки порой тупо не было времени. А сейчас его было еще меньше, потому что любую свободную минуту она без вопросов тратила на то, чтобы прийти в эту палату. — Как дела у нашей страдалицы? — почти бесстрастно интересуется она, кинув взгляд на Нарей. Та сидела в постели с ноутбуком на коленях, кутаясь в теплое одеяло. Левая рука, как всегда, была занята капельницей. — Пора убирать? — она улыбнулась, кивнув на катетер, и Рио кивнула, снимая с держателя пустой пакет. — Пора, пора, — тихо подтвердила она, бережно вынимая катетер. — Ну нифига себе у тебя кожа чувствительная. Синяки какие остаются… — Ничего, не сахарная, заживут, — пожала плечами Нарей. — Уже время обеда, хочешь сходить со мной в кафетерий? — Нет, только не туда, — пробормотала девушка. — Вас там кормят какой-то отравой? — Отравой?! — воскликнула Рио. — Замечательная рисовая каша, а чаи-то какие! Тьфу, не понимаешь ты ни черта. Интерн тяжело вздохнула, покачала головой, присела на край кровати. — Еду, что тебе приносят медсестры, ты ешь кое-как. В кафетерий ты не хочешь, а между прочим, там полезная еда! Ну не силой же тебя кормить?.. В ответ рыжая пожимает плечами. — Не такая уж я и привереда, — буркнула она. — Ага, как же! Будешь голодать — не поправишься! Когда ты последний раз нормально ела?! — Ну… — и Рэй отводит в сторону задумчивый взгляд. — Когда сбежала в кафе. Нарей подозревала, что этот ответ нисколько Рио не устроит. И она была права. Девушка тяжело вздохнула, опустила голову и задумчиво уставилась в пол. Сейчас в ней боролись две ее личности: обычный вменяемый человек и врач, интерн. И если первая охотно согласилась бы на одну небольшую интрижку, то вторая — наоборот. — В кафе, говоришь, — задумчиво произнесла Рио, поглядывая на часы. — И что, если ты там снова окажешься, то мне не придется переживать за твой желудок? — Это смотря что я решу там купить, — несколько удивленно отозвалась рыжая. — А к чему такие вопросы? Покосившись на настороженную девушку, интерн вздыхает. — Ладно, черт с тобой. Пойдем. У меня перерыв. Посижу как раз с тобой. Тоже перекушу. — Правда?! — девушка тут же резко выпрямилась, полными радости глазами уставилась на интерна, а та в ответ только устало закивала. — Да, да, — тяжело вздыхает Рио. — Пойдем. Только тихо. Рэй, с трудом сдерживая радостный визг, захлопнула ноутбук, откинула в сторону одеяло и вскочила на ноги, из-под кровати доставая свои ботинки и надевая их прямо так, даже не подумав забрать у медсестер свои вещи. — Ты так и пойдешь? — Рио удивленно уставилась на девушку. — Да, какая разница-то? Все равно в том кафе много людей из больницы, они там точно в таком же виде сидят. Рио только и оставалось, что смириться с ее поведением, забрать свое пальто и, чуть ли не силой заставив девушку его надеть. Сама же она закуталась в свой халат, накинула сверху длинную кофту и они вдвоем покинули больницу через выход для персонала. Лучше быть чуть более осторожными, спали их заведующий отделением, то обеим бы не поздоровалось. В кафе людей было не очень много. Удалось занять свободный столик у окна, заказать горячий кофе, салаты, сладкое. Рио с трудом задушила в себе не только врача, но еще и личность, выросшую в семье двух хирургов, и все ради того, чтобы «бедный ребенок» не голодал. Глядя за тем, как Нарей с удовольствием ест несчастный салат, который точно не купила бы в больничном кафетерии, Рио улыбнулась и тихо произнесла. — А я и не ожидала, что с твоим появлением в больнице станет так шумно. — М? О чем ты? — О том, что к тебе постоянно припирается эта компашка, — задумчиво отозвалась Рио, а про себя добавила, — «И не только компашка». — А, ты про ребят. Я тоже не ожидала, — широко улыбнулась Рэй. — Почти каждый день приходят. — Переживают? — Наверно. Это приятно. Знать, что даже полудохлой я кому-то еще нужна. — Ох, я тебя умоляю, и не таких на ноги ставили, всего лишь ангина и твое чертово переутомление. Детка, чем ты таким занимаешься? Я, конечно, еще интерн, но мне еще никогда не попадали в руки настолько вымотанные семнадцатилетние дети. Смолчав на тему о детях, рыжая тихо фыркнула. — Работаю, — отозвалась она, пожимая плечами. — Раз ты сестра нашего фрика, наверняка должна знать, кто такая Нэнси? — М? Да, слышала о ней. — Я ее гример. Изумленно изогнув брови, девушка окинула Нарей внимательным взглядом. Нахмурилась. — Ты? — произнесла она с явным недоверием. — В семнадцать? — Возраст — не главное. Я закончила курсы. Да, и к тому же, Нэнси не хотела, чтобы кто-то другой знал о ее внешности. А я вполне способна с помощью макияжа чудовищно изменить лицо. — О, — слышится задумчивый ответ. — Так ты одна из тех, кто знает о ее внешности. Ну, в принципе, логично. Не с закрытыми же глазами ты работаешь. Что ж, — Рио вздыхает. — И прежде не была о ней самого лучшего мнения, а теперь… Выходит, здесь ты из-за нее. — Какая-то у вас мания нападения на Нэнси, — фыркнула рыжая. — Все всем промывают мозги тем, что она не самый лучший человек. — Ну, ты права, говорить о ней плохо напрямую я не могу… Но по словам Рэдо. Да и Кай ее не очень-то любит. Кстати, — и Рио, подперев голову рукой, внимательно уставилась на Нарей. — А почему он не приходит? Рио не знала, чего она ожидала после этого вопроса. То ли обычного ответа, то ли какой-нибудь ядовитой гадости в его адрес. Но на ее глазах Рэй притихла и отвела взгляд. — А я откуда знаю, — бормочет она. — Видимо, не желает меня видеть. — Поссорились? — не унималась интерн, не без удивления наблюдая за тем, как вдруг сменилось настроение девушки. — Нет. Наверное… — снова буркнула она. — Не важно. Кай пришел бы, если бы хотел. — Странные у вас отношения, — задумчиво хмыкнула Рио, доставая телефон. — Вроде бы, все ребята тебя так любят, — и интерн открыла переписку с братом. Пока Рэй честно пыталась перевести тему разговора, пока пыталась найти, что ответить Рио, та совершенно спокойно написала Рэдо одно единственное сообщение: «Я задолбалась ее искать. Сами сбагрили — сами с Каем этим и занимайтесь.» В тот момент, когда Рио отправляла это сообщение, она не имела понятия, кто именно сюда придет. Надеялась только лишь на то, что в одном чокнутом блондине проснется совесть, и тогда все было бы именно так, как девушка и задумывала. И просто по какой-то счастливой случайности Рэдо и вся остальная компания из музыкантов распаковывали в студии инструменты, настраивали для Энги барабанную установку, а Кай проезжал мимо ближайшей к больнице станции метро. У Рио был план. Рио была уверена в том, что сейчас творит. Может, она поступала и плохо, но сейчас это волновало ее в меньшей степени. А потому, когда пришел ответ на сообщение, Рио едва сдержала ликующую улыбку. «Кай сейчас будет. Если ты не проверяла кафе, то скажи об этом ему». Еще пара сообщений, на этот раз кинутых в адрес блондина, и, как бы иронично это не прозвучало, дело было в шляпе. Рио снова взглянула на свою подопечную, смущенно пялящуюся в собственную тарелку и с трудом улыбнулась. И все-таки… Это сложнее, чем Рио думала. Сейчас, глядя на девушку, она думал о том, что Рэй оказалась несправедливо замешанной во всю эту историю. Но теперь, возможно, она могла стать той, кто помог бы Рио вбить в голову двум идиотам очень нужную ей вещь. Единственной, кто смогла бы невольно заставить Кая пойти на то, на что даже не собирался решаться… И ее было жаль. Потому что только сейчас Рио поняла, что-то, что она испытывала последние шесть долгих лет, каждый раз глядя в синие глаза блондина, возможно, будет испытывать и Нарей. Но только, если Рио не ошибается… Рио больше не удивляется, что он не приходит ее навестить. Рио его даже понимает в некоторой степени, понимает его переживания, волнение. Но и сидеть сложа руки она не может. Почему она была так уверена, что-то, что она творит, может сработать? А как часто вы тайно приходите к кому-то ночами в больницу, чтобы меньше переживать?.. — Милая, — Рио коснулась руки девушки. — Прости, мне надо отойти, срочный вызов. — А, да, конечно, — быстро закивала Нарей, улыбаясь, а интерн, от внезапного приступа совести, отвела в сторону смущенный взгляд. — Я заплачу за нас. — Что? Но… — Не переживай! Считай, что проставляюсь! — девушка поднялась с места, захватила свой стакан кофе. — Кстати, — она остановилась у столика, поправляя на себе кофту. — На счет Кая… Может, ты просто его не видела в больнице?.. Покидала кафе Рио под удивленным взглядом Нарей. Рыженькая смотрела ей вслед и просто пыталась переварить полученную информацию. Однако, в итоге Рэй просто выкинула эти слова из головы. Рио казалась ей немного странной. Мало ли, что она может ляпнуть?.. Доедала свой обед она в полном молчании, лазая в телефоне. Время тянулось медленно, но Нарей была рада, что наконец смогла выбраться из больницы, где все пропахло лекарствами, а стерильные иглы для капельниц — обычное зрелище. Здесь, в кафе, было спокойнее… Вернее, было бы, не сиди она за тем же самым столиком, за которым сидела и в прошлый раз… Тем столиком, за которым ее нашла Анеко. Воспоминания об этой встрече больно врезались в голову, девушка недовольно скривилась и, чтобы поскорее выбросить из головы все мысли, с удвоенной скоростью принялась доедать салат, пирожное и допивать горячий шоколад, абсолютно не подозревая, что ее сейчас ждет… После ухода Рио прошло не больше пятнадцати минут. Нарей собиралась еще с полчасика посидеть в кафе и вернуться, но ее планам сбыться было не суждено. Дверь кафе распахнулась. Несколько особо внимательных человек подняли головы, удивленно уставившись на запыхавшегося блондина, остановившегося в дверях. Он обвел быстрым взглядом кафе, остановился лишь на одном объекте и, стиснув руки в кулаки, быстро направился к столику в углу, по-пути громко выкрикнув: — Рыжая! Нарей чуть ли не подпрыгнула на месте от этого голоса, прозвучавшего так громко и так близко. Резко подняв голову, она пораженно уставилась на блондина, что подлетел к ее столику, скинул на свободный диван гитару и облокотился о столешницу, переводя дыхание. — Кай?.. — слышится ее слабый и все еще чуть хриплый голос. — Какого черта?! На этот раз на них оборачивается уже все кафе, но Каю, кажется, было просто плевать. А вот Нарей, удивленно оглядев людей в кафе, исподлобья недоверчиво взглянула на блондина. — Ты что тут делаешь? — За тобой, черт возьми, пришел! Ты что опять вытворяешь?! — и вот на девушку смотрят его внимательные и немного разозленные синие глаза. А что Рэй? А Рэй просто не понимала, что успела натворить. Вроде бы просто вышла с Рио в кафе… А в итоге случилось что-то, что аж Кая заставило сюда прибежать?.. Лихорадочно подыскивая объяснение столь внезапному появлению блондина, Нарей все еще удивленно смотрела на Кая. Вот и появился… Слишком внезапно, резко и по совершенно непонятной причине. Взъерошенный, запыхавшийся… Недовольный. Вот так встреча. — Что я снова натворила?.. — осторожно поинтересовалась девушка, непонимающе глядя в его глаза, и совсем не ожидала, что ее ответ вызовет недовольную и даже несколько пугающую усмешку на губах Кая. — Да ты что, издеваешься что ли? Больная, с температурой, снова сбегаешь из больницы, а потом спрашиваешь еще? Господи, ты что, совсем не понимаешь, что мы за тебя переживаем?! Кажется, сейчас для Нарей все встало на свои места. Она смотрела на Кая, что все никак не мог перевести дыхание, понимала, что видит его первый раз за неделю при обстоятельствах далеких от тех, что она себе представляла… И догадывалась, что он, скорее всего, просто увидел в окне ее рыжую голову, решил, что она снова сбежала из больницы. Вот только девушка оправдываться перед Каем не собиралась. И даже не собиралась объяснять ему, в чем именно он ошибся. Просто взглянула на блондина, скрестила на груди руки, и с вызовом в голосе поинтересовалась: — А что, для того, чтобы ты пришел меня навестить, мне надо несколько раз подряд сбежать из больницы? На этот раз была очередь Кая замереть на месте и удивленно уставиться на девушку. Насупившись, Нарей смотрела на него внимательными глазами, и во взгляде ее читались такие обида и недовольство, что ему даже стало не по себе. Только сейчас он понял, что это было ошибкой, так бездумно рвануть помогать Рио искать Нарей. Появился так внезапно! Да еще и с наездом, но… Остановило ли Кая осознание неправильности своего поступка? Да нихрена. — Нарей, ты серьезно? — он нервно улыбнулся. — Из нас двоих здесь тебе оправдываться надо! Собирайся, пошли в больницу. — Никуда я с тобой не пойду, — вдруг надменно фыркнула Нарей, поймав на себе изумленный взгляд блондина. — Это ты так представлял встречу спустя неделю? Прибежал, отвел в больницу, и побежал дальше? Да при таком раскладе я с места не сдвинусь, а то снова придется убегать от Рио, чтобы ты появился! — гордо заявила она, чувствуя, как внутри нарастает чувство ужасной обиды на Кая. Неделя! Прошла целая неделя с их последнего разговора, последней встречи! И он появляется так, как будто ничего и не случилось! И будто не было того разговора. А сейчас Нарей лишь могла продолжать загибать пальцы, считая, сколько раз он вот так вот бросался помогать. И чем больше подобных поступков он совершал, тем менее значимыми становились все те его слова, сказанные серьезным, ледяным тоном. Обидные слова. Едва подавив в себе раздражение, Кай выдавил из себя какую-то чудовищно пугающую улыбку. — О, да неужели ты все это время полоскала Рио мозг только потому, что ты по мне соскучилась? — Да какого ж ты о себе мнения! — воскликнула девушка, вскочив из-за стола. — Посмотри-ка, с места все-таки сдвинулась! — победно выдал блондин. — Посмотри-ка, все-таки пришел! — громко передразнила его девушка, уже абсолютно не обращая внимания на пялящийся на них народ кафе. — А я-то уже подумала, что мы играем в игру «кто кого дольше избегает»! — Избегает?! — возмущенно выдал блондин, хотя, если бы он мог себе честно признаться, то так он и делал. — С чего ты взяла?! — С чего?! Хочешь сказать, что если я сейчас продолжу наш разговор недельной давности, то ты не найдешь повод свалить?! — Нарей развела руками, уставившись на блондина внимательными глазами, наблюдая, как он вдруг затихает, как подается назад, но вместе с тем абсолютно не замечая чужую фигуру, что вдруг направилась к ним. — Черт подери, рыжая, — сквозь зубы прорычал блондин, едва осознавая, откуда такая злость. — Я опаздываю на запись, рванул сюда только ради того, чтобы тебя обратно в больницу привести! Я не подписывался на разборки! — Хочешь сказать, что вот так вот ты не сбегаешь?! — возмущенно воскликнула девушка, не сводя взгляда с его глаз, словно только взглядом пыталась внушить ему всю свою обиду, все те неприятные чувства, что сейчас она испытывала, но Кай будто бы не понимал. — Да в смысле! Ты лучше многих понимаешь, о чем я, Нарей! — К сожалению! — Ну вот раз так, то пойдем отсюда, я отведу тебя в больницу и со спокойной душой пойду на запись! — Лишь бы душу успокоить?! — усмехается девушка. — Да господи, Рэй, — и Кай закатывает глаза. — С каких пор ты ведешь себя, как ребенок?! — А ты не знал? Болеющие люди имеют право поистерить, когда злятся на друзей! — последнее слово Нарей специально выделила, подчеркнула. И Кай знал, что из всех этих людей в кафе только он понимает, почему она произнесла это слово именно так, и только он собирался ответить, как рядом послышался мягкий тихий голос. — Ой, а она ведь права. Возможно эта перебранка двоих обиженных и обделенных продолжалась бы очень и очень долго, если бы не этот голос, не эти слова, вставленные, как комментарий. И вот они оба оборачиваются, все еще немного разозленные друг на друга, а сейчас еще и готовые накинуться на того, кто помешал им поорать. Вот только накидываться никто не стал. Оба удивленно уставились на отстоящего перед ними человека, вернее, стоящую… Тот мягкий и тихий голос принадлежал абсолютно незнакомой Нарей девушке, и она оглядывала ее с нескрываемым интересом. Высокая, выше Нарей. Очень худая и хрупкая, такая, что казалось, если она упадет, то непременно что-нибудь себе сломает, и эта худоба казалась болезненной, не нормальной, так же, как и слишком бледный цвет ее лица. И что-то в ее внешности тоже было странным, не таким, как у нормальных людей. То на Кая, то на Нарей, смотрели улыбающиеся светлые глаза непонятного цвета, то ли голубого, толи серо-зеленого, да и сама девушка широко улыбалась. Она словно бы светилась… Несмотря на худобу, бледность кожи, резко контрастирующую с темными прямыми волосами средней длины, девушка притягивала к себе взгляды, но Нарей все еще никак не могла понять, почему. Как не могла понять, почему она кажется ей такой неестественной, непонятной, что в ней не так?.. Но не была бы рыжая хорошим гримером, не будь она такой внимательной, поэтому, следующее ее наблюдение в один миг заставило сердце болезненно сжаться. Красивые темные волосы были не настоящими. И бровей у нее не было. Так же, как не было и ресниц… А объяснение подобной внешности было лишь одно. Химия. Нарей не знала, кто эта девушка, не знала, откуда она появилась, почему вдруг подошла к ним и влезла в их разговор, почему улыбалась, но ей было уже жаль ее, уже было не по себе. Но еще страшнее стало тогда, когда она перевела взгляд на Кая. Прежде раздраженный парень, что готов был вступить в ней в любую перебранку и точно не собирался проигрывать, сейчас стоял, будто в воду опущенный. Широко распахнутыми глазами он смотрел на девушку, и, кажется, не мог даже слова произнести, побледнел, поэтому, вместо Кая заговорила она. — Что ты на меня так смотришь? Ты, между прочим, сам так говорил Рэдо, когда мы лежали в больнице, и он исчез на неделю. Я-то помню! Нарей снова удивленно уставилась на Кая. Да, она не знала, кто эта девушка. А Кай, видимо, знал. Может, именно поэтому сейчас он, судорожно выдохнув, протянул к девушке руки и, притянув ее к себе, крепко, чудовищно крепко обнял. Теплая. Такая же теплая, как и пять лет назад. Он узнал ее сразу. Узнал, несмотря на то, что не видел так долго. — Ой, да ты меня помнишь! — смеется девушка, похлопывая блондина по плечу. — Ты так изменился! Вырос! Так ты действительно бло… — Майя, — вдруг зовет ее по имени Кай, словно бы прерывает, не дает договорить. — Я очень рад тебя видеть, — тихо произнес он, и совсем шепотом, специально ей на ушко едва слышно добавляет. — Она не знает. Вот и все, что он произнес, а Майя, еще шире улыбнувшись, отстранилась от блондина и взглянула на стоящую в рядом с ними девушку. — Привет, — она схватила Нарей за руки, крепко сжала ее пальцы в теплых ладонях. — Я Майя! А ты? — А… э, я… — замешкалась рыжая, удивленно глядя то на девушку, то на Кая. — Нарей, — за нее произнес блондин. — Это Нарей. — Нарей! — с улыбкой выдала Майя. — Какая ты милая! Правда, когда злишься, то выглядишь еще милее. — Эй, не говори ей этого, — возмутился блондин, но его старую знакомую, кажется, было уже не остановить. — Что, испугался? — усмехнулась она, вновь обернувшись к Каю, и теперь ее улыбка была не столько радостная, сколько спокойная и очень добрая. — А я же говорила, что у тебя все будет хорошо! Эй, вы же… — она отступила на шаг, многозначительно посмотрела на стоящих перед ней. — Ну… А Кай и Нарей в непонимании переглянулись и только лишь через пару секунд чуть ли не хором выдали. — Нет, нет! — Боже, Майя, нет, — вздохнул блондин. — Чтооо, — рассеянно тянет та в ответ. — А ругаетесь, как парочка. Хотя, с Рэдо ты ругался так же… — Ты ни черта не изменилась, — и Кай, усмехаясь, качает головой. — О, ну конечно, куда уж мне, — фыркнула девушка в ответ. — Боже, я так рада тебя видеть, даже не думала, что мы снова встретимся, когда я вернусь в этот город. — Я тоже, — улыбаясь, отзывается блондин. — Ты… — Снова по врачам, — прерывает его Майя, а сама тянется за телефоном. — Оставь мне свой номер телефона? Давай встретимся еще как-нибудь? Я хочу и Рэдо увидеть! — Да, без проблем, — и блондин быстро продиктовал свой номер. — Отлично! Боже, как неожиданно… — произнесла она, и хотела было уже произнести что-то, но громкий голос ее прервал. — Милая, нам пора, — мужчина лет пятидесяти показался на пороге кафе, помахал Майе рукой. — Да, сейчас! — отозвалась та, и снова обернулась к Каю и Нарей. — Папа зовет, я пойду. До встречи! Нарей, была очень рада познакомиться! — девушка сделала несколько шагов назад, остановилась и нахмурилась. — И чтоб больше не ругались! Понятно?! Я слежу за вами. Ребята растерялись, ничего не ответили, только заторможено кивнули. Они проследили за тем, как Майя подобрала со стула пальто, сумку, рванула к двери, но остановилась на самом пороге. — Я тут подумала, — позвала она Кая и Нарей, и те вновь обернулись на ее голос. — Нарей, — и Майя широко и счастливо заулыбалась. — Влюбись в него. Ему это нужно. Сколько же растерянности было в тот момент во взгляде Нарей. Она удивленно уставилась на девушку, и сейчас, должно быть, она ждала, что та рассмеется, покажет язык, сделает что-нибудь еще, хоть какой-нибудь жест, из-за которого ее слова можно было бы списать на шутку. Но этого не случилось. Все с той же спокойной и доброй улыбкой Майя исчезла так же внезапно, как и появилась. Оставила парня и девушку стоять вдвоем посреди кафе, наблюдающего за этим представлением, совсем одних, под взглядами десятков посетителей кафе. Кай опомнился первым. — Не слушай ее, Майя всегда такая, — произнес он, поднимая с дивана пальто, накидывая его на плечи Нарей и беря в руку ее рюкзак. — Пойдем, на нас уже косо смотрят. Опустив голову, Рэй кивает. Она позволяет Каю вывести ее из кафе, довести до больницы. — Кай, — тихо шепнула она, когда они вдвоем зашли в лифт на пятый этаж. — М?.. — Она… Больна? — Ты же видела, — с усталой улыбкой отозвался блондин. — Лейкемия. Нарей еще ниже опустила голову, крепко стиснула пальцы. — И… Как ты… — Как я с ней познакомился? Лет в шестнадцать загремел в больницу, там и познакомились. Ей было восемнадцать… — Кай усмехнулся, засунул руку в карман, нащупав пачку сигарет. — Она с одиннадцати лет по больницам. Мы дружили пару лет, пока она не переехала. Если честно… — и блондин, отчего-то бессильно и очень устало усмехнувшись и закрыв одной рукой глаза, произнес. — Я не ожидал, что снова смогу ее увидеть. За этими словами крылось нечто большее, чем Кай произнес вслух. И Рэй казалось, что она прекрасно это понимает. До палаты они дошли молча. Нарей боялась что-то говорить, пыл от ссоры уже остыл, уступая место неловкости и какой-то апатии. И Каю это не нравилось. — Больше не будешь сбегать? — нагло просил он, помог Нарей снять пальто. — В следующий раз обязательно предупрежу, чтобы искать посылали не тебя, — беззлобно огрызнулась девушка, забираясь под одеяло. — Правильно сделаешь, а то я снова решу, что ты просто пытаешься привлечь мое внимание, — усмехнулся он. — Знаешь, да век бы тебя больше не видела! Я… Я же не просила сидеть со мной двадцать четыре часа в сутки! — то Нарей из шутливого внезапно перешел в совершенно серьезный, она обиженно взглянула на парня, закусила губу. Но в ответ на нее смотрели абсолютно холодные глаза Кая. И она не хотела видеть этот взгляд. — Эй, — вдруг произнес он, а Нарей почувствовала, как на ее щеку опустилась чужая ладонь. Горячая, немного шершавая, в отличии от ее нежной светлой кожи. Кай повернул к себе ее голову, заставил ее вновь взглянуть на него, посмотреть в его глаза. — Ты же помнишь, — спокойно произнес он. — Наш разговор. У меня в квартире. — Про красивых людей? — с трудом выдавила из себя усмешку девушка, на что блондин лишь устало вздохнул. — Ты не могла забыть, что я говорил, — и, подумав, Кай добавил. — Чем дальше от меня, тем лучше. Его большая теплая рука растрепала рыжие волосы, снова беспорядочно вьющиеся и лезущие ей в глаза, а после Кай встал и покинул палату. Нарей устало проследила за ним, тихо хмыкнула и завалилась на подушки. — Чем дальше, тем запутанней, — передразнивает она, с головой накрываясь одеялом. Устала… Возможно, и вправду сказывалось переутомление, голова тяжелела, веки опускались, а голове беспорядочно возникали странные картинки, и в этой полудреме, прежде, чем совсем уснуть, Нарей думала о происходящем. И думала она об этом так часто, что уже порядком устала. Да вот отказаться от этих мыслей никак не могла. В постели, тихо и послушно она провела весь день. Почти не двигалась, дремала, набиралась сил. Скоро ее выпишут, она надеялась на это, а пока просто хотела ни о чем не думать, ни о чем не переживать, не беспокоиться, и начинала медленно проваливаться в сон, даже не обращая внимания на то, как Рио время от времени шуршит в ее палате. Настроение было испорчено абсолютно, и не хотелось ничего, кроме как вот так вот лежать под одеялом. Не хотелось ничего, кроме как просто провалиться в сон и забыть обо всем, что происходило на этой неделе, забыть о болезни, о Кае, об Анеко. И не думать о новой знакомой. Это прежде ей не хотелось опускать руки и доказать Каю, что он творит какую-то чушь, отогнать от себя Анеко, не чувствовать боли в горле, голове, всем теле… Ей хотелось распутать этот непонятный колтун из отношений, слов, действий, понять, что происходит и зачем, ей хотелось бы и вовсе вернуться куда-нибудь далеко назад, где не было ничего из того, что ее беспокоило, чтобы не было этого противного чувства внутри. Но, как ни прискорбно, именно с мыслями обо всем об этом, девушка провалилась в долгий глубокий сон, чтобы в следующий раз проснуться посреди ночи, в большой, теплой, темной палате, освещаемой лишь светом фонарей за окном, экранчиками аппаратов… и тусклым светом от экрана чужого телефона, доносящегося со стороны дивана и едва выхватывающего из темноты усталое сонное лицо и светлые-светлые волосы. И Рэй, улыбнувшись и не издав ни единого звука, чтобы не выдать себя, снова закрывает глаза. Чем дальше, тем…