We are the stars - книга 5

Наблюдая за тем, как в увесистую сумочку одна за другой отправляются тушь, подводка, палетки и прочая ерунда, название которой Кай даже не попытался бы запомнить, блондин думал, как, черт подери, это возможно. Как возможно с помощью всей этой типично женской ерунды сделать лицо человека почти неузнаваемым? Да, лицо выглядело, как нарисованное. Но это абсолютно не важно, если тебя фиг узнаешь. То, что он не смог отличить друг от друга двух девушек, Кая до сих пор не слабо волновало. Но ладно бы только та ситуация на улице перед машиной!.. Но ведь блондин до сих пор не был уверен в том, с кем именно он говорил… — Я, вроде бы, все… — голос Нарей отвлек блондина от раздумий, он, словно бы очнувшись, оторвал глаза от косметички. Нарей оглядывалась по сторонам. Проверяла, не забыла ли чего. — А… Вот, — наконец, растерянно произнесла она и подобрала небольшую упаковку шпилек. — Идем? — на блондина взглянули ее темные глаза, взглянули с неким беспокойством. — Кай? Блондин смотрел сквозь нее слишком странным задумчивым взглядом, даже не отвечал некоторое время. А потом как-то задумчиво произнес. — Помнишь, я обещал сводить тебя в бар за то, что ты пыталась нам помочь? Нарей неуверенно кивнула. — Эм… Кажется, было такое, — тихо протянула она, и Кай взглянул в ее глаза. — Давай свалим?.. Скинем гитару парням, и свалим… И вот они сидят за небольшим столиком. В этот бар они пришли одни. Вдвоем. Друзья звали их с собой, Джи клялась, что видела крутой бар по пути к клубу, но что блондин, что рыжая, оба отказались. Под удивленные и настороженные взгляды они вдвоем спокойно двинулись вниз по улице, искать спокойное место, где могли бы посидеть, и Кай готов был поклясться, что он чувствовал, как в его спине просверливают дыру. Но вот они сидят здесь. Бар был большим и далеко не самым спокойным местом, тем более и располагался он не так уж и далеко от клуба. Львиная доля фанатов двинула после концерта по ближайшим местам, где можно было бы выпить и продолжить веселье, и Каю казалось, что на весь этот огромный бар не пили только они. Сидящая напротив него рыжая девушка улыбалась. Покручивала пальцами трубочку в безалкогольном коктейле. Нарей что-то ему рассказывала… Кажется, она говорила о том, как они готовились к концерту, и как сложно было все это безупречно провернуть, но блондин почти ее не слушал. Ему было важно другое. Каждую секунду, каждый гребаный момент он всматривался в ее лицо. Еще в гримерной при нем девушка смыла с лица толстый слой макияжа. Нарей была настолько измотанной и усталой, что почти полное отсутствие на лице косметики ее мало волновало, зато Кай без труда мог разглядеть на ее лице веснушки. Нарей улыбалась. Не только ее губы, но и глаза тронула милая улыбка, Кай следил за каждым ее жестом, за каждым изменением в ее лице. Кай пытался ее запомнить. Ему казалось недостаточным знать ее привычные жесты, понимать, что она может чувствовать, узнавать ее по походке или оглядываться по сторонам, едва услышав ее голос. Иметь бы под рукой фотоаппарат, чтобы фотографировать каждую ее эмоцию, которые, играя с девушкой, Кай так старательно пытался вызнать, рассмотреть. Но сколько бы она не находилась рядом, сколько бы не злилась, улыбалась, радовалась, ругалась, сколько бы раз Кай не смотрел на нее, почему он не смог ее узнать, а Джун смог?! Что Джун смог разглядеть в ней такого, что с легкостью, не задумываясь, отличил от Нэн? — Ну и… зачем ты решил меня сюда позвать? — вдруг прозвучавший вопрос заставил Кая отвлечься от своих мыслей. Он коротко пожал плечами, а сам лихорадочно придумывал в голове ответ. Не говорить же Нарей, что главной причиной стало желание просто ее рассмотреть, чтобы больше никогда не путаться? — Ну, я ведь обещал. А сходить куда-то после концерта всегда интересно. — А ребята? — А ребята пошли бухать, — отрезал блондин. — Тем и удивительнее, что ты не с ними, — усмехается Нарей, а сама кивает на стакан сока в руке блондина. На весь бар они были в числе тех немногих, кто не собирался заказывать алкоголь, и если Нарей вполне ожидала, что Кай не даст ей пить, она не ожидала, что блондин и сам забудет про выпивку. — Если я буду пить, то кто будет следить за тобой? — А то за мной так сильно нужна слежка, — вмиг фыркнула Нарей. На это Кай только довольно улыбнулся, вскинул брови и, подняв руку, принялся медленно загибать пальцы, перед этим заявив. — Давай-ка вспомним, к чему приводила тебя выпивка. Во-первых… — Заткнись, — обиженно хмыкнула девушка. — Если так, то я вообще не понимаю, почему согласилась пойти сюда с тобой, — заявила она, уткнувшись взглядом в свой стакан, а Кай примирительно улыбнулся в ответ. — Не злись, — мягко произнес он, переключая тему. — Лучше расскажи, как тебе на сцене? Нарей тут же изменилась в лице. Ее словно бы больше не напрягало то, что впервые она сидит один на один с Каем в баре, впервые они просто пытаются говорить на самые обычные темы. Кай видел ту радость, что промелькнула в ее глазах, когда девушка начала рассказывать про всех этих людей в зале, про то, как она пыталась подражать Нэнси. И Кай слушал. По крайней мере, пытался слушать, но каждый раз мысленно уносился в тот разговор с Нэнси, (а может быть и не с ней?), каждый раз отвлекался на ее внешность, ее улыбку, сейчас казавшуюся настолько наивной… Ну не мог же он сказать Нарей настоящую причину, по которой вместо виски перед ним стоит апельсиновый сок? Ему не позволила бы совесть. Да, за Нарей он тоже собирался приглядывать, в конце концов, он все еще хорошо помнил того крашенного ублюдка и сногсшибательный коктейль, на который Нарей так удачно напоролась, как помнил и ту ночь на улице с бутылкой виски и грандиозной ссорой. Но настоящая причина была в том, что всего пару часов назад пришлось принять очередную дозу… Алкоголь и морфин никогда не были лучшими друзьями, и даже пытаться их как-то совместить Кай не горел желанием при всей своей любви к выпивке. Кай задумчиво усмехнулся. Ему казалось, что в груди до сих пор ноет, ему казалось, что вот-вот из легких вырвется очередной приступ кашля, и он просто молился, чтобы этого не случилось, пока он сидит здесь и смотрит в улыбающиеся карие глаза. — Я вам даже завидую, — Рэй склонила в бок голову. — Каждый раз вы выходите на сцену и играете для всех этих людей… Это ведь так… Потрясающе! — Я видел, — Кай облокотился на столик и наклонился к девушке чуть ближе. — Как ты смотрела на Нэнси из-за кулис, — уточнил он. — Ты бы хотела выступать на сцене? — Конечно, — девушка пожимает плечами. — Это очень страшно, вплоть до того, что подгибаются коленки, но когда выходишь и слышишь весь этот рев, знаешь, что тебя хотят тут видеть… — Рэй задумчиво пожала плечами. — Жаль, что я не умею ничего. — Ничего? — переспросил блондин, удивленно вскинув брови. — То есть, нарисовать человеку новое лицо так, что хрен его отличишь потом, это ничего? — Я не это имела ввиду, — бормочет девушка в ответ. — Одно дело уметь гримировать, мне понадобилось на это всего-то год курсов. Но со всей моей любовью к музыке я не умею ничего из того, что умеете вы: ты, Нэнси, брат, Энги, Кейт… Ребята… Нарей тяжело вздыхает, принимается помешивать трубочкой свой коктейль, как вдруг голос Кая заставляет ее замереть. — Ты поэтому плакала? Нарей уставилась на блондина. Через секунду она прищурилась, сомкнула губы в тонкую линию. — Видел, да? — коротко бросила она, и Кай быстро кивнул в ответ. — Ты… Ты так переживаешь? — Я переживал, что что-то стряслось, — не сводя с девушки внимательного взгляда заявил Кай. Ему была интересна ее реакция на его слова. Интересно, что она сделает. И Рэй, поджав губы, отводит взгляд. — Все в порядке, — пробормотала она. — Расчувствовалась и все тут. С кем не бывает. Подперев голову рукой, Кай растерянно кивнул. — А ты… — тихо начал он. — Никогда не хотела петь? Рэй оглянулась на него резко и удивленно. — С чего такие вопросы? — Рэй хмурится, но в глазах Кая она почему-то видит искреннюю заинтересованность, он смотрел так внимательно и вместе с тем настолько по-доброму, что Нарей несколько смутилась. — У меня нет голоса. — -Не правда, — тут же отвечает блондин, а Рэй не сводит с него взгляда. — Я же не глухой. У тебя очень красивый голос. Стоило Каю это произнести, как выражение лица девушки сменилось растерянным, она смущенно отвела взгляд, и Кай был собой доволен. Забавно. Нарей никогда не трогали комплименты в адрес ее внешности, но сейчас, стоило ему похвалить ее голос, так она тут же смутилась? Но недолго Кай праздновал. Недолго рыжая и смущалась. В очередной раз бросив на Кая внимательный взгляд, она вдруг тихо хмыкнула, и, прищурившись, заявила. — Красивый голос, говоришь… Когда ты сказал так о моей внешности, то пытался оправдать этим свои поступки. В этот момент Кай понял, что он прокололся. Желание посидеть с рыжей в баре, просто поговорить и как следует запомнить ее внешность, так, чтобы каждая черточка въелась в память, вмиг испарилось. Разговор зашел о том, о чем Кай ни под каким предлогом не желал с ней говорить. Зашел опять. А Нарей, кажется, ждала его реакции и его ответа, хотя мысленно понимала, что ничего хорошего из этого не выйдет. Кай сбегал всегда. И Нарей не понимала, почему. Но вот он тяжело вздыхает, качает головой. — Рэй… Давай не будем, — тихо просит он, но эта просьба только сильнее раззадоривает девушку. — Ну почему же. Я уже долго жду объяснения всем твоим поступкам. Когда же завести об этом разговор, если не сейчас. Не сбежишь же ты из бара, оставив меня один на один со счетом? Кай тихо устало смеется. — А ты куда менее наивная и куда более хитрая, чем кажешься, — отзывается он, безнадежно пытаясь развеять накалившуюся обстановку, но вместо этого он только роет себе яму. Это Кай понял, стоило только посмотреть на ее лицо. Она неловко улыбалась. Но вместе с тем смотрела на Кая тем самым взглядом, что мог бы прошибить до костей. Ну конечно, как еще смотреть на человека, когда на самом деле хочешь сказать ему: «Да твою мать, ну прекрати выкобениваться, я устала, запуталась и хочу услышать правду». Если бы она только знала, почему он молчит… — Ты опять хочешь услышать, почему я, такой злой и нехороший, никак не могу от тебя отстать? А почему ты сама это мне позволяешь? — ехидно спрашивает блондин, откидываясь на стуле и скрещивая руки на груди. Он надеялся, что Нарей растеряется. Надеялся, что она сама еще раз задумается над всем произошедшем между ними и с этих пор перестанет пытаться добиться ответа от него, а подумает о себе… Но ее ответ заставил Кая вздрогнуть и остекленело уставиться перед собой. — Я скажу. Если ты скажешь. Слова Нарей прозвучали спокойно и уверенно, словно бы она точно знала, о чем говорит. Но она и не подозревала, что стоило ей это произнести, как сердце блондина пропустит удар, и где-то там, в районе груди, ощутимо заноет. Медленно и настороженно он поднял на нее взгляд, но Нарей скучающе смотрела куда-то в сторону, все так же помешивая коктейль трубочкой. Вмиг стало интересно, что бы она могла сказать, но вместе с тем что-то подсказывало Каю, что он не хочет слышать ответа. А вот Нарей его ждала… Вмиг та легкая атмосфера, что царила между ними первые полчаса пребывания в баре, исчезла, словно они вдвоем могли быть абсолютно разными друг для друга людьми. В одно время улыбаться и смеяться над шуточками или воодушевленно что-то обсуждать. А в другое вот так вот косо смотреть друг на друга, словно бы сдернув маски, и думать о том, что тяжелым грузом недосказанности лежало на их плечах. Они оба понимали, что происходит что-то странное, что-то, что не должно происходить между друзьями. И в то же время оба молчали, как идиоты, упрямо дожидаясь, когда все само собой образуется. Кай ждал, что Нарей надоест, что она отвернется, что махнет рукой на все произошедшее и будет спокойно жить дальше. Нарей ждала, когда ей разжуют и положат в рот объяснения, и не желала самой себе признаваться в том, что она может быть права в своих догадках. Но надо же было обоим родиться упрямыми ослами, которых с чудовищной силой тянет друг ко другу, и этому невозможно сопротивляться. Это же и медленно рушило им жизни… — Нарей, — начал вдруг блондин. — Нарей, я… — О боже!!! Послышавшийся со стороны визг прервал Кая, заставив блондина и рыжую замереть, а царившую напряженную атмосферу превратиться в атмосферу полной неловкости, шока и удивления. Ровно в следующий же миг оба перестали друг друга видеть по одной простой причине. Между Каем и Нарей вдруг возникли две головы, и Кай так и отпрянул назад, когда на него уставились две пары глаз. Честно говоря, блондин даже не сразу понял, что произошло. Просто вдруг две абсолютно незнакомые девушки возникли прямо перед ним с выражением безумной радости на лицах, и загородили своими длинными волосами сидящую напротив Нарей, как ширмой. — Это же ты!!! — выкрикнула одна из них. — Точно, точно ты! — она повернулась к подруге. — Я тебе говорила, что я видела его на концерте! Кай еще даже не осознал, что произошло, а к столику, где они с Нарей сидели, вмиг придвинули два стула, на столик опустили два огромных алкогольных коктейля, и вот их здесь сидит уже не двое, а сразу четверо. Кай и три девушки, на одну из которых, ту, что была рыжей, Кай смотрел абсолютно ошарашенным взглядом. — Прошу прощения, — хмурится Нарей. — А какого чер… — Привет, ты же Кай, да?! — полностью проигнорировав рыжую, одна из девушек даже не дала ей договорить. — Солист NON?! Кай, все еще пребывающий в состоянии легкого шока, медленно кивнул. — Я же говорила!!! — воскликнула вторая из весьма наглых особ, откинув за плечо мешающуюся прядь длинных темных волос. — Мы видели тебя на концерте Нэнси! — Эм… Ну, я очень рад, — начал блондин. — Только вот… — Дашь автограф?! — в очередной раз прерывают Кая, заставляя блондина еще сильнее удивляться складывающейся ситуации. — Э… Могу, конечно, но… — Каю под нос тут же сунули пару блокнотов. Кажется, из них двоих, Нарей первая пришла в себя. Она подперла голову рукой, вскинула брови, заинтересованно глядя на Кая. — Ну же, — хмыкнула она. — Распишись, это же твои фанаты. Кай слегка недоуменно нахмурился, но, все-таки, оставил в блокнотах собственную подпись. Однако, надежды на то, что обе девушки уйдут, как только получат желаемое, не оправдались. С их стороны тут же посыпались вопросы. — Я слышала, вы записываете альбом! — начала одна. — А когда выход? — У вас будет презентация?! — вторила ее подруга. — Я бы так хотела сходить! Блондин рассеянно улыбнулся. — Я прошу прощения, но…- как можно спокойнее начал он. — Вы несколько… Не вовремя. — Ну-у-у, — протянула одна из девиц. — Не жадничай! Выпей с нами, и мы уйдем! — К сожалению, сегодня я не пью, — улыбнулся Кай. — Если только сок. — Сок это не дело! — к его удивлению выдали девушки, и Кай снова взглянул на Нарей, но на этот раз уже с мольбой во взгляде. Кай прекрасно умел завлекать девушек, Кай всегда мог обеспечить себя компанией на вечер или даже на ночь. Но вот как от этой компании отвязаться?.. К такому жизнь Кая не готовила. — Официант, — крикнула одна из девушек прежде, чем Кай понял. — Принесите текилы! Блондин вылупил на незваных девушек глаза, снова уставился на Нарей ошалелым взглядом, но та только пожала плечами. — Еще раз, — спокойно заявляет блондин. — Я не пью. Автографы я вам дал, а теперь, пожалуйста, оставьте нас вдво… — Да ну что-ты! — снова ноют весьма подвыпившие подруги, а одна из них кокетливо пихает Кая плечом. — Давай поговорим, нам так нравится ваша музыка! — для таких как эти двое, алкоголь снимал любые ограничения. Предела своей наглости они не видели, а когда официант принес бутылку текилы, они только сильнее обрадовались, а вот Кай занервничал. Одна лишь Нарей все это время молча спокойно наблюдала за происходящим. Но когда Кай в очередной раз взглянул на девушку и одними губами вдруг прошептал: «Спаси», Нарей почему-то усмехнулась. — Пожалуй, я отойду. В дамскую комнату, — спокойно заявила она, и Кай аж опешил. Ему-то в этой компании девушек находиться не хотелось совершенно. В любой другой ситуации он был бы рад, две довольно красивые, подвыпившие девушки клеятся к нему! Но только не сейчас. Только не тогда, когда здесь же сидит Нарей. Вернее, сидела… Со стороны подвыпивших дам сыпались вопросы о жизни группы. Кай и не знал, что такие настырные девушки в принципе существуют. Им еще даже не было выгодно вешаться на него, ни особой славы, ни денег, но обе они продолжали впихивать Каю налитый шот. Блондин отказывался, как мог. В его голове не укладывалось, как вообще ситуация вдруг стала… вот такой вот? Как вообще возможно, чтобы такая нелепость прервала серьезный разговор?! Возвращения Нарей Кай ждал, как манны небесной, вот только рыжая, кажется, не собиралась возвращаться. Это он понял, когда заметил ее шевелюру у бара. Тяжело вздохнув, он уставился на наполовину пустую благодаря двум девушкам бутылку. — Я ненадолго отлучусь, — с наимилейшей улыбкой на лице заявил блондин, поднимаясь со стула и шагая к бару, а за спиной слыша недовольный пьяный бубнеж. Да, Нарей действительно стояла у бара. Скучающе смотрела на еще один заказанный сок и даже не думала, что ей надо бы вернуться. — Как ты могла так со мной поступить? Ты бросила меня, — фыркнул блондин, встав рядом с ней. — Я дала тебе возможность поболтать с фанатами, — отозвалась девушка, тут же к нему обернувшись — Пожалуйста, избавь меня теперь от нее, — Кай вздыхает, косится на Нарей. — Ты же не могла обидеться на меня за то, что появились эти двое… Они пьяные. Я их даже не знаю, Рэй. — Я не обижалась, — четко и спокойно заявила рыжая, но, притихнув, вдруг добавила. — Ты просто… Ты же не подумал о том, что пока эти двое там, не будет и этого разговора?.. Или, все-таки, подумал? Кай хмурится. — С чего ты так решила? — недовольно спрашивает он, но Нарей молчит. И тогда блондин, хмурясь еще сильнее, протягивает руку. Когда на горячую щеку опускается холодная ладонь, Нарей вздрагивает, а Кай заставляет ее повернуть голову к себе. Синие глаза смотрят внимательно, холодно, Кай ждет ответа, и Рэй, кусая губу, отзывается. — Боже, ты же всегда умудрялся вытаскивать меня из всяких передряг, в Германии морды набивал, ругался с кем-то… Неужели от двух девушек не можешь отвязаться? Или ты намеренно тянешь?.. Кай хмыкнул. — Это прозвучит смешно, — скептично усмехнулся он. — Но я действительно не имею понятия, как это сделать. Рэй неверящим и полным скептицизма взглядом уставилась в его глаза. — Ты что, серьезно? — Серьезнее некуда, — нервно отзывается блондин. — Ты посмотри, — он снова кивнул в сторону их оккупированного столика. — Даже я так не напиваюсь, они сейчас прикончат целую бутыль текилы. Давай просто сбежим?.. — Сбежим?.. Опять? — переспрашивает Нарей. — Ага. У меня больше нет вариантов. Бегать, понимаешь ли, люблю, — Кай неловко улыбается. — Видишь, не со всем могу справиться. На девушек не наорешь, и морду не набьешь. Поэтому, давай сбежим? К черту бар. Найдем, где остановиться. Просто пройдемся, в конце концов. Ты не услышишь ничего нового, и я не отвечу тебе на твои вопросы. Но зато, хотя бы не будет таких неловких ситуаций. И Нарей ему верила. Она смотрела в его глаза и невольно верила каждому его слову. Сбежать из бара? Да она с удовольствием. И даже если не услышит ничего нового от него, она согласна. Вот только сама не понимала, почему. — Забери вещи. Я расплачусь, — Кай кивнул на столик, где продолжали без них выпивать приставучие девицы. — Ты что, специально отправляешь меня к ним? — хмыкнула девушка. — Если я туда пойду, то я уже не вернусь, — Кай усмехнулся, подтолкнул Нарей к столику, а сам позвал бармена с просьбой рассчитаться. Нарей же двинулась к их вещам. На диванчике, на котором некоторое время назад Рэй сама и сидела, остались лежать два их рюкзака, кофта Кая. Их надо было забрать, хотя Нарей совсем не горела желанием. Когда она подошла, две особы с бутылкой текилы на пару посмотрели на нее полными презрения и раздражения взглядами. В это время сама Нарей мысленно умоляла их не раскрывать рты. К числу робких Рэй никогда не принадлежала, могла и ответить, а ругаться ей сегодня не хотелось ни с кем. К сожалению, мольбы девушки не были услышаны. — А, ты еще здесь, — фыркнула одна из девиц, деловито покручивая тарелочку с солью и лимонами. — О, не волнуйтесь, — натянула на лицо улыбку Рэй. — Я уже ухожу. И оставляю вас двоих в гордом одиночестве, — с этими словами девушка закинула за плечо свой рюкзак и взяла рюкзак и серую кофту Кая в руку — А ты что, эта? — снова слышится недовольный голос. — Из группы Нэнси? — Рада, что вы меня, наконец, заметили, — хмыкнула Нарей. — Это чего, с тобой, что ли, и с Каем фотка в газете была? — одна из девушек откидывается на спинку стула, оценивающим взглядом смотрит на рыжую. Нарей тут же помрачнела. — А что, завидно? — раздраженно бросила она. Рэй никогда не испытывала теплых чувств к пьяным, вызывающе одетым девушкам, ведущим себя столь нагло. Они раздражали ее до безобразия, а потому и сдержаться она не смогла. — Мне-то не надо напиваться и влезать в чужой разговор ради привлечения внимания. Услышав ответ Нарей, обе незваные гостьи пораженно переглянулись. — Ты что позволяешь себе, малолетка?! — выдала одна из них, и у Нарей в голове даже возник прекрасный ответ, если б не подоспевший Кай. — Идем? — хмуро поглядывая на девушек, спросил он, и очень надеялся, что сейчас они смогут спокойно уйти, но не тут-то было. — Кай, ты уже уходишь?! — слышится расстроенный голос, и брюнетка вскочила с места. — Боюсь, что да, — снисходительно улыбается Кай, а Рэй, вздыхая, падает на диванчик. Что-то ей подсказывало, что они тут еще задержатся. — Но ты обещал с нами выпить! — ноют девушки, Рэй с усмешкой наблюдает за тем, как Кай закатывает глаза, снова кидает на нее умоляющий взгляд, но девушка только пожимает плечами. Она и сама не имеет понятия, как отвязаться от столь странных особ. — Хорошо, давайте так, — Кай ловит мешающую ему уйти девушку за плечи и усаживает на стул. — Я с вами выпью, и вы отпустите меня, окей? — Текилы? — Нет, сок, — вздыхает блондин. — Я же вроде бы сказал, что не пью. — Да, вы встретились очень не вовремя, — пробормотала себе под нос Рэй, но пока Кай говорил с этой странной девушкой, краем глаза рыжая заметила странную движуху с другого края стола. Когда Рэй повернула голову, вторая из двух подруг сидела, как ни в чем не бывало. Но Нарей была готова поклясться, что что-то произошло. Она внимательно глянула в чужие темные и абсолютно наглые глаза, остекленело-пьяные, в таком состоянии люди, еще не особо сильно напившиеся, но сбросившие все ограничения, могли начинать творить все, что угодно. А тем временем шоты двух девушек снова наполнились текилой. Кай отыскал взглядом на столе свой стакан с соком. Чокнулся. Залпом допил до дна, и потом вдруг поморщился, недоуменно взглянул на стакан. С трудом Кай выдавил из себя улыбку. — А теперь вынужден откланяться, — быстро произнес он пьяно улыбающимся девушкам, кинул взгляд на Нарей. Странно, но Рэй с подозрением поглядывала на эту парочку. Даже не сразу поняла, что они действительно уже могут свалить, пусть им в спину и будет слышаться нытье. Каю пришлось поймать ее за руку, чтобы Рэй пришла в себя. — Идем, — коротко кинул он, напоследок вновь улыбнулся девушкам, а Нарей утянул за собой. Настолько нелепая ситуация могла произойти только с ними. — Это сто процентов твое «везение», — вздыхает блондин, но Рэй в ответ ему только улыбается. — Понравилось общаться с фанатами? — Фу быть такой злой, рыжая, — фыркнул блондин, пробираясь через толпу тусующихся в баре людей и выходя в светлый, хорошо освещенный холл, где располагался небольшой гардероб. Именно там, стоило только кинуть на диван рюкзак и наклониться к наружному карману за номерком, чтоб забрать свою куртку, Кай почувствовал, что что-то не так. Почему-то, как накатывающим приступом, в глазах помутнело и снова прояснилось. Кай удивленно замер. Годы, проведенные в борьбе с болезнью и желанием с этой же болезнью ужиться, научили Кая внимательно относиться к подобным странным проявлением, и на этот раз не зря. — Давай, я возьму куртки, — Рэй выхватывает номерок у него из рук, ищет в кармане свой, а Кай даже не сразу понимает, что в его руках больше ничего нет. Вместо этого Кай обратил внимание на то, что следующий же вдох дался с трудом. А Нарей тем временем протянула номерок гардеробщику. — Ну и куда мы пойдем? — звучит ее усталый голос, Кай снова с трудом вдыхает воздух. Ее вопроса он, словно бы не услышал. Происходящее уже начинало блондина неслабо пугать, потому что… В груди вдруг начало невыносимо ныть. На секунду Кай задержал дыхание. «Пройдет. Сейчас все пройдет, — мысленно принялся убеждать себя парень. — Я сделал укол. Ничего не должно болеть». Так он уговаривал себя, и мысленно прокручивал, как совсем недавно делал инъекцию. Но ничего не проходило. Боль и затрудненность дыхания никуда не уходила, наоборот, следующая попытка вдохнуть и Кай понимает, что просто не может этого сделать. Легкие ныли. Легкие не наполнялись воздухом. В горле застыл ком. Ошалелыми глазами Кай уставился прямо перед собой, схватился за шею рукой. Он не понимал, что происходит. Снова попытка вдохнуть. С тяжестью и хрипом он втянул горячий воздух, но это оказалось лишь жалким недостаточным глотком. Такое происходило впервые. И Кай не знал, что это. Это отличалось от боли в груди, которую он обычно испытывал. Это отличалось от того, что день за днем Кай старался заглушить обезболивающим. Это было что-то другое. И блондин догадывался, что. Ему же не показалось? В том стакане сока он так явно ощутил горечь алкоголя… В голове перепутались все мысли, все это происходило одну или две несчастных секунды, но Каю казалось, что прошло не меньше минуты. И только тогда, когда третий вдох не дал достаточного количества кислорода, Кай отчетливо начал понимать. Он задыхается. Это осознание с силой ударило в голову, вмиг вызывая мощнейший приступ паники, и блондин покачнулся на месте. Чтобы не упасть, он протянул руку и схватился за высокую столешницу перегородки, отделяющей небольшой гардероб бара от посетителей, и только тогда Нарей, оглянувшись, заметила происходящее. Она не сразу поняла, что стряслось. Просто Кай вдруг схватился за перегородку рядом с ней, а когда Рэй внимательнее взглянула в его лицо, то поняла, что что-то не так… Полные паники на нее смотрели испуганные синие глаза. — Кай?.. — заторможено произнесла девушка и, лишь осознав, что творится что-то неладное, уже громче выкрикнула его имя. — Кай! Кай, что с тобой?! Куртки выпали из ее рук, Нарей быстро подступила к блондину. Парень не ответил. Он даже не ощущал ее тонкие руки, схватившие его за плечи, но когда он встретился с ней взглядом… Когда он встретился с ней взглядом, Каю показалось, что именно в этот момент, когда он не мог нормально дышать, когда его охватывала паника и ужас, он соображал как никогда хорошо. Он смотрел в ее глаза и думал — вот так выглядит страх. Вот так она боится. «Не смотри… Черт возьми, не смотри, ну почему ты рядом!..» — подумал он, но деваться от взгляда карих глаз ему уже было просто некуда. — Кай, что такое?! — звучал ее громкий голос, и девушка, в панике оглядевшись и заприметив диван, быстро толкнула парня в его сторону. — Сядь. Сядь! Что происходит?! Чем дольше Кай не отвечал, тем сильнее Нарей начала бояться. Он тяжело упал на мягкий диван, схватился за ее руку, словно бы не отдавая отчет своим действиям, а Рэй с ужасом наблюдала за его тщетными попытками вдохнуть воздух. Это удавалось. Но удавалось настолько тяжело, что сердце начинало бешено колотиться, а здравый рассудок подсказывал, что так можно и откинуть коньки. Кай стискивал в кулак футболку на груди. — Кай, пожалуйста, ответь! — теплые руки ловят его лицо, щурясь от света ярких ламп, Кай задирает голову, смотрит в ее глаза и понимает, что перед ним все начинает плыть, и вот ее четкий силуэт превращается в цветное пятно — Кай, прошу тебя!.. — полный отчаяния голос отдается в ушах. — Что происходит, ты не можешь дышать?! Собирая всю силу воли в кулак, блондин с огромным усилием делает очередной хриплый вдох, глотает воздух, как оказавшаяся на суше рыба. — Кажется… Я, кажется… Алкоголь выпил… — с трудом произносит Кай, понимая лишь то, что должен попытаться объяснить происходящее. — Нельзя было, — продолжает он, и, борясь с подступающей паникой, одновременно соображает, как оправдаться. — Я на лекарствах… — Врача! Вызовите врача, пожалуйста! — даже не дослушав, Нарей обращается к начинающему паниковать гардеробщику. — Кай. Кай, посмотри на меня! Что это за лекарства?! Сквозь боль, страх и тяжесть в груди Кай едва ощущает горячие руки и пальцы, гладящие его по щекам. Пусть в глазах все плывет, это рыжее пятно, маячившее перед ним, он узнает из тысячи. Мозг, поддающийся психическим атакам, начинает соображать хуже. Каю хотелось просто забыть обо всем происходящем и думать лишь о том, как привести в порядок дыхание, но сейчас он этого не мог себе позволить. — Нет, не надо врача, — тяжелый хриплый вдох, блондину хочется упасть, но он с трудом сидит. Однако, даже в таком состоянии Кай понимает, что если сюда приедет врач, то все будет потеряно. Абсолютно все. — Пожалуйста, Нарей, не врача. Голос звучит тверже, чем блондин надеялся. Хороший признак. Но только лишь твердым голосом ее не убедишь. — Ты сдурел?! — рявкнула Нарей. — Пошел к черту! — она оглянулась на гардеробщика, уже вызвавшего на помощь менеджера бара. — Не слушайте его, он же задыхается! Вызывайте… — Такси, — с трудом прерывает девушку блондин. — Нарей, нельзя врача. Пожалуйста, поверь мне. — Какое такси?! — злится и паникует Нарей. — Тебе надо в больницу! — Там мне ничем не помогут!.. Позвони… Рэдо… Господи, рыжая, я умоляю тебя, не вздумай звонить в больницу, это плохо кончится… Длинная фраза далась Каю с невыносимым трудом. В ушах отчётливо отдавался стук сердца, а Кай не прекращал новых и новых попыток наполнить кислородом ноющие до безумия легкие. — Ага, разбежалась и прыгнула, — упрямо отвечает девушка и, понимая, что молоденький паренек-гардеробщик действительно мечется и не понимает, кого из двоих ему слушать, сама достает телефон, не убирая второй руки с лица блондина. Она уже начала набирать номер, как Кай опустил руку на ее запястье. — Рэй… — на нее слишком уверенно смотрят синие глаза, Кай дышит поверхностно и часто, его голос хрипит, но он все равно пытается как можно спокойнее произнести. — Пожалуйста, послушай меня… Не вызывай… Оставалось нажать зеленую трубку. Нарей не решилась сразу. Она смотрела то на телефон, то в глаза Кая, снова на телефон, а когда опять перевела на Кая взгляд, он не удержался и закашлялся, опустив голову и закрыв рукой рот. — Кай! — девушка тут же заблокировала телефон и подхватила блондина, когда он начал заваливаться вперед. Все так же с хрипом делая каждый вдох, Кай уткнулся лбом девушке в плечо. Состояние ухудшалось. Никогда прежде Кай не испытывал подобных отвратительных ощущений, когда легкие едва наполнялись воздухом, с трудом подавлялся кашель, темнело и плыло в глазах. Он вдыхал спертый воздух душного помещения и мечтал оказаться где-нибудь на северном полюсе, чтобы казавшийся горячим воздух не обжигал глотку, но единственное, что не давало Каю отключиться — осознание того, что Нарей была рядом. Он чувствовал запах ее цитрусовых духов, тепло ее кожи и пальцы, перебирающие его волосы. Голос прибежавшего администратора бара слышался отдаленно и приглушенно, Кая мало волновало, о чем они там говорили, но голос Рэй произнес его собственный адрес. Кай выдохнул. Все-таки, домой. Не в больницу. Хорошо. Но так думал только он. Нарей не знала, как умудрялась оставаться более или менее спокойной. Она чувствовала дыхание Кая на ключицах, это успокаивало, но, стремясь успокоить и Кая, девушка перебирала пальцами пряди его волос. Руки дрожали. Нарей не знала, что произошло, но точно четко понимала одно — она знает, кто виноват. — Кай, мы вызвали такси, — тихо шепчет девушка, наклонившись к его уху. — Все хорошо, сейчас мы поедем домой, я позвоню Рэдо. Даже ее голос звучит словно бы отдаленно, блондин едва контролирует каждый свой вдох. — Кай. Ты пьешь антибиотики?.. — снова шепчет Нарей, и даже сквозь боль, приступ паники и тяжесть в груди Кай усмехается. Какая же она наивная. Если бы только это были простые антибиотики… — С ними нельзя пить. Они, да? — не унимается Нарей, хотя на самом деле ей просто было важно, чтобы Кай отвечал. Чтобы давал возможность понять, что он тут, и блондин кивает, а Нарей с силой прикусывает губу. Она точно не знала, что творится, если принять антибиотики вместе с алкоголем. Она, как и многие вокруг нее, просто были с детства научены простому правилу — лекарства с алкашкой не мешать, но сейчас, глядя на то, что всего за пару минут произошло с Каем, ей становилось просто страшно. Вот, почему он не пил. Но почему не давал вызывать скорую? Пока Нарей размышляла над этим, рядом нервно расхаживал из стороны в сторону менеджер бара, дожидающийся такси, уходящие гости удивленно поглядывали на странную парочку на диване, но рыжую это абсолютно не волновало. Не волновало ровно до тех пор, пока одними из покидающих бар не оказалась парочка девушек. С хохотом, едва стоя на ногах, они вышли в холл и тут же замерли. — О! Вы еще не ушли! — обрадовались девушки, продолжая пьяно посмеиваться, и теперь уже очередь Рэй была окидывать их настолько презрительным взглядом, что только мертвый не понял бы, что что-то натворил. Мертвый, но не пьяный… — А что вы тут сидите?! — Что-то случи… — Что вы добавили в сок? — чересчур жестким и серьезным голосом прерывает девушек Нарей. Те замирают. Переглядываются. — Да всего один шот текилы! — радостно заявляет одна из них, осознав, что оправдываться-то и смысла нет. — Да, а то чего он, не пьет, да не пьет, все пьют! Нарей чувствует, как ее начинает переполнять ярость. Они обе заявили это настолько обыденным тоном, обе тут же захохотали, абсолютно не подозревая, что натворили! Дурацкая выходка каких-то незнакомых «фанаток», и Нарей не может найти себе места и успокоить ноющее от страха сердце, когда слышит, с каким трудом, с каким хрипом Каю дается каждый вдох. А девицы, ничего не понимающие, уже двинулись к ним. Не вовремя. Нарей успела спохватиться. — Еще шаг, — остановил их громкий голос рыжей. — И я повыдергиваю всю вашу нарощенную волосню, обещаю. Обеим. Вы меня поняли? Девушки недоуменно замерли. Сделали они это скорее от удивления, что кто-то может с ними так говорить, чем из-за предупреждения Нарей. Рэй смотрела на них исподлобья таким взглядом, что любому страшно было бы подойти. Глядя в ее глаза, можно было поверить, что девушка обязательно исполнит свое обещание, но у пьяни отсутствовал инстинкт самосохранения. — Да что ты себе позволяешь! — воскликнула одна из пьяненьких девушек. — Как ты говоришь со… Договорить девушке Нарей не дала. От злости и раздражения стиснув зубы, Рэй прорычала в ответ: — Идите куда шли, иначе, клянусь, я за себя не отвечаю. — Девушки, — нервно встрял администратор бара. — Давайте не будем затевать разборок… — А кто затевает? Я как раз предлагаю их избежать, — отчеканила Нарей, не сводя настороженного, а вместе с тем несколько презрительного взгляда с девушек. — Вы же не хотите вызывать кроме такси еще и скорую? На этот раз вовсе не для Кая. Хотя, даже в больнице этим двоим, судя по всему, уж никто уже не поможет. Меньше всего ей сейчас хотелось продолжать ругаться. Почему она должна уделять внимание каким-то пьяным швабрам, когда буквально сходит с ума из-за состояния Кая? — Девушки, девушки, на выход, — умоляющим тоном произнес администратор, как можно аккуратнее выпроваживая ругающихся и начинающих буянить пьянчужек, но перед тем, как выйти, они в очередной раз оглядываются. — Строит она тут из себя, — надменно фыркают они, и Рэй все сильнее хочется выполнить обещание. Останавливало только то, что голова Кая все еще покоилась на ее плече, и уж его тревожить девушка не хотела никак, а потому только вздернула руку и выставила средний палец. — Нахер идите, — бросила она, а администратор поспешил закрыть за девушками дверь, молясь, чтобы те не услышали и не вернулись разбираться. Вот уж чего-чего, а женской драки у гардероба этому бару не хватало для полного счастья. — Я что… ха-ха… не ослышался? — с трудом шепчет Кай, и все равно из последних сил давит улыбку. — Рыжая, это точно ты? — Ослышался, — фыркнула Нарей, и, в очередной раз ласково проведя пальцами по светлым волосам, прошептала. — Как ты себя чувствуешь? Но Кай не ответил. Он попытался только мотнуть головой, и Рэй этого хватило, чтобы понять, все отвратительнее некуда. Пусть Каю она старалась не показывать, но конкретно сейчас, именно в этот момент, от паники и страха рыжей безумно хотелось разреветься. Она не имела ни малейшего понятия о том, к чему может привести смешение алкоголя и «антибиотиков», не знала, будет ли Каю хуже, чем сейчас, но ей было страшно от того, что он задыхался, от того, с каким хрипом он втягивал воздух, какой бледной была его кожа, и все это произошло спустя каких-то две минуты после выпитого стакана, где и алкоголя было наверняка «на донышке». Нарей не понимала и того, почему она согласилась не ехать в больницу, и это пугало еще сильнее. Что, если, согласившись с Каем, она ему смертный приговор подписала?! Да он даже говорил с трудом, соображал, может, и того хуже! Когда на плечо опустилась чужая рука, Рэй вздрогнула. Это был администратор. — Ваше такси приехало. Вам помочь? В ответ Нарей только кивнула, в очередной раз ласково провела рукой по волосам блондина и сделала шаг назад. Она боялась увидеть его бледное лицо. Думала, а что, если от нехватки воздуха у него начнут синеть губы, и это происходит прямо сейчас? Тогда она бы точно повезла его в больницу. Но мечтам ее не суждено было сбыться. Администратор помог блондину дойти до стоявшей у бара машины, пока Нарей бежала позади с вещами. Их усадили в такси. Машина тронулась, и Рэй снова встревожено смотрит на навалившегося на оконное стекло блондина. Словно бы пытаясь его поддержать, девушка мягко опускает ладонь на его руку, а сама быстро достает телефон.

***

Когда в кармане зазвонил телефон, Рэдо только-только подошел к кассе круглосуточного магазина и выложил на прилавок пару двухлитровых бутылок газированной воды. — Ну кто там еще, — вздыхает парень и быстро достает телефон. Первое же, что Рэдо серьезно напрягло, так это имя рыжей на экране. — Нарей? — он приложил трубку к уху. — Что случилось?.. Последовал быстрый и сбивчивый ответ. Уже в следующую минуту, даже думать забыв про бутылки воды, брошенные на кассе, Рэдо несся к припаркованной у магазина машине. На ходу он набирал совсем другой номер, уже не принадлежащий Нарей. Трубку взяли не сразу, только тогда, когда Рэдо уже выехал на дорогу, оно и неудивительно, в полночь-то. — Пап, — быстро начал парень, нервно стискивая руль. — Что делать, если ты набухавшийся дебил на морфине?!.. Нет, пап, вариант «пристрелить, чтоб не мучился» нам не подходит, и я сейчас серьезно… — Рэдо выехал на полупустой проспект и выдавил газ, попутно слушая сонные расспросы отца. — Алкоголя мало. Говорят, дышать не может… Хорошо, понял. Маме не говори, я отзвонюсь. Даже с учетом остановки у круглосуточной аптеки, у дома Кая Рэдо был раньше. Он нервно расхаживал из стороны в сторону, поджидая такси. Хорошо, что он был рядом. Ехал не домой, ехал к Рио, так бы не успел. Ждал Рэдо всего пару минут, но ему казалось, что прошла целая вечность. Но вот машина останавливается у тротуара, парень быстро подходит к дверям. Рыжая выскочила первой. Полной безысходности взгляд был брошен в сторону Рэдо, и большего ему не надо было, чтобы понять — все плохо. — Эй, — Рэдо распахнул дверь машины и тут же подхватил под руку Кая. — Эй, жив? — он похлопал Кая по щекам, и только тогда блондин приоткрыл глаза. — Жив, жив… — тихо прохрипел он. — Встать помоги… — О, соображаешь даже, — скептично фыркнул Рэдо, закинул руку Кая себе через плечо и вытащил из машины. Едва Кай встал на ноги, как тут же громко закашлялся. Из-за затрудненного дыхания кашель приносил куда больше проблем, чем обычно. Облокачиваясь на друга, как на единственное, что помогло бы ему сейчас просто стоять, Кай тщетно пытался откашляться, с хрипом втягивая холодный ночной воздух, но даже вечерняя прохлада, как бывало обычно, Каю не помогала. — Почему ты не повезла его в больницу, Рэй?! — парень недовольно зыркнул на притихшую девушку. — Он не дал… — пролепетала та. — А ты слушай его больше! Идем, — Рэдо похлопал его по плечу, потянул за собой. — Рэй, найди ключи. — В кармане… — снова шепчет блондин, и Нарей, быстро кивнув, достала из наружного кармана рюкзака ключи и быстро открыла дверь. Следующим же препятствием оказалась лестница. В доме старого типа, где жил Кай, лифт был просто не предусмотрен. Для него стало настоящей пыткой просто дойти до квартиры. Но вот Нарей отпирает дверь. Пропускает парней внутрь. — Рэй, бегом заваривай чай, — кидает красноволосый. — Сахара туда ложек пять, в аптечке ищи уголь. — Сейчас! — даже не разувшись, Нарей бежит на кухню, а Рэдо, пинком открыв дверь в комнату блондина, скинул Кая на кровать. На кухне начинала греметь посуда, Рэй пыталась отыскать аптечку, а Рэдо, кинув взгляд на вновь закашлявшегося друга, поджал губы. — Что ты ей сказал? — понизив тон, произнес парень, и Кай, в очередной раз с трудом вздыхая, выдает. — Антибиотики… — его губы растягиваются в ухмылке, блондин издает что-то похожее на смех, но снова кашляет и корчится от боли. — Чувствую себя отвратительно… — Молчи, по тебе видно, — кинул Рэдо. — Меньше бухать будешь, — он скинул с плеча свой рюкзак, отыскал купленные в аптеке лекарства. — Сейчас станет легче. Ну не идиот ли?! — парень злился. — Ты не поехал в больницу тупо потому, что Рэй могла узнать, что ты на морфине?! Пытаясь подавить очередной приступ кашля, Кай кивает. — Она не должна знать, — шепчет он. — Не говори, Рэдо, пожалуйста. А Рэй тем временем на кухне думала о том, что еще никогда в жизни она не заваривала чай настолько быстро. Чайник, казалось бы, закипал целую вечность. Рэй вообще не знала, зачем она делает этот чертов чай, разве он может помочь?! Но Рэдо она слушалась. Он наверняка знал, что делать. С кружкой и таблетками активированного угля девушка быстро вбежала в комнату, чудом не расплескав горячий чай. — Сахар положила? — уточнил Рэдо. — Да, пять. — Отлично. Эй, блондинка, чтоб все залпом выпил, и вот это вот все сожрал, понял? — всучив блондину кружку и уголь и заставив пить, Рэдо с сожалением взглянул на Нарей, на коленях примостившуюся у кровати и взволнованно наблюдающую за Каем. «И как она вообще поверила в эти «антибиотики»? — думал красноволосый. — Не бывает же такого». Но Рэдо прежде не видел и людей, попавших в такую ситуацию, как Кай. Это была какая-то странная реакция, Рэдо точно мог предположить, что такого происходить не должно. Когда лекарства начали действовать, Рэдо смог спокойно выдохнуть. Пустая кружка стояла на столе, опустела половина блистера с углем, в полусознательном состоянии в пустой комнате Кай лежал на кровати и хрипло дышал. На кухне горел свет. Рэдо заваривал травяной чай. Понимал, что горячий напиток должен помочь и успокоить и их. Разлив ароматно пахнущий чай по двум кружкам, Рэдо взглянул на Нарей. Обняв руками колени, девушка сидела на диване и смотрела куда-то в пустоту. Выглядела она не многим лучше того же самого Кая. Страх, волнение, все это сказалось и на ней. Грустно улыбнувшись, Рэдо присел рядом и протянул девушке кружку. — Держи, выпей. Рэй вздрогнула. Сперва она непонимающе взглянула на кружку, потом на парня и, словно бы опомнившись, быстро кивнула и обхватила кружку руками. — Спасибо, — тихо пробормотала она. — Ты расскажешь мне, как это произошло? Рэй снова заторможено кивает. — Он не виноват, Рэд, не ругай его. Он не хотел пить. — И, тем не менее, теперь он валяется в отвратительном состоянии у себя на кровати, — мрачно усмехается парень. — Он бы не пил, — снова бормочет Нарей. — К нам в баре две идиотки прилипли. Фанатки ваши. Им, видимо, так претила мысль, что они не побухают с Каем, что незаметно подлили ему в сок текилу. Он выпил залпом, чтобы отмучиться и свалить… Может, не заметил… Рэдо тяжело вздыхает. — Удачник гребаный. Сам напоролся и тебя напугал. Ладно, не переживай, — Рэдо протянул руку и потрепал девушку по голове. — Он живучий. Больше ничего страшного с ним не случится. Кусая губу, Рэй кивает. — Ты уверен? — Уверен. Уже поздно. Кай утром придет в себя, ничего страшного, мы можем поехать домой. Давай я отвезу тебя? — предложил парень, и тут Рэй словно бы подменили. Вмиг из растерянной и напуганной девочки она стала кем-то другим. На Рэдо уставились недовольные темные глаза. — Я не поеду, — отрезала Рэй. — Я останусь. Рэдо недоуменно нахмурился. — Рэй, тебе не обязательно… — Я останусь, Рэдо, — повторила девушка, глядя парню прямо в глаза. — Ты можешь поехать, я останусь. Присмотрю. Парень настороженно склонил голову. — Мне надо было к сестре, она ждет, — тихо произнес он. — Я бы действительно не хотел этого идиота оставлять одного, поэтому, если ты можешь остаться… — Все в порядке, — кивнула девушка и не без усилия выдавила из себя улыбку. — Нам обоим так будет спокойнее. — Да? — Рэдо сузил глаза. — Ну, хорошо, — наконец, нехотя согласился он, но с Нарей не сводил внимательного и почему-то довольно печального взгляда. — Ты… Ты так за него переживаешь, что хочешь остаться? — Конечно, — тихо отозвалась Нарей, и тут же в лоб прилетел вопрос от парня. — Почему? Девушка оборачивается на Рэдо. Смотрит на него большими карими глазами, а потом вдруг спокойно отзывается. — Мы же друзья. Не так ли? Этот ответ Рэдо не слишком-то и устроил, но он смолчал. Выпив чай и еще раз заглянув в комнату к Каю, чтобы убедиться, что тот точно не отбросит коньки, Рэдо собрался, взял рюкзак и отпер дверь. — Звони, если что-то случится, — строго произнес он. — Я сразу приеду. Нарей грустно кивнула и Рэдо вздохнул. — Все будет хорошо, — подбадривающе произнес он, снова растрепав рыжие волосы. — Не помрет. Парень махнул Нарей рукой, зашагал вниз по лестнице. Она заперла за ним дверь. И только когда ключ последний раз повернулся в замке, она осознала, что осталась в этой квартире одна. Об ноги терся черный кот, с кухни все еще тянуло ароматом травяного чая, черт знает откуда взявшегося в шкафчике Кая. А сам Кай медленно приходил в себя в комнате. Первые несколько минут Нарей не могла решить, что должна делать. Она слонялась туда-сюда по маленькой пустой квартире и никак не решалась заглянуть в комнату блондина. Но вот она погасила везде свет, чтобы зря не тратить электричество и, остановившись у двери, пару раз стукнула в косяк. Конечно же, ответа она не получила, но это словно бы очистило совесть перед тем, как сделать шаг в комнату. Здесь было не так темно, как во всей остальной квартире. Уличная гирлянда, висящая на стене вместо прикроватной лампы, тусклым рыжим светом освещала кровать и часть комнаты. Кай спал. Даже здесь, у порога, Нарей слышала, насколько тяжелым было его дыхание, будто что-то ему до сих пор мешало. Несмело Нарей двинулась к кровати и присела на край. Рядом с Каем становилось спокойнее. Спокойнее, когда она может видеть, что все медленно налаживается, а не ходить из стороны в сторону по коридору и гадать, что происходит. Кай вздохнул. — Ты спишь? — Рэй протянула руку, коснулась его плеча, но ей не ответили. Девушка вздохнула. Поджав губы, она осторожно прилегла рядом на край кровати, не сводя с Кая внимательного взгляда. «Так мне будет спокойнее», — убеждала она саму себя, и, может, в чем-то была права. Сейчас лицо Кая не было искажено гримасой боли, он не пытался с шумом вдыхать воздух, остался только хрип и тяжесть дыхания, но на сердце девушки все равно было неспокойно. «Вот и посидели в баре, — мрачно усмехнулась она. — Так, видимо, только со мной можно. Моя «удача». Подумав так, Рэй вдруг ощутила себя в чем-то очень виноватой. Не она притащила Кая в бар, не она подлила ему алкоголь, но чувство вины почему-то все равно не давало покоя. Придвинувшись чуть ближе, Рэй сама не поняла, как уткнулась лбом ему в плечо, ощущая жар его тела из-за поднявшейся температуры. Нарей не хотелось спать. Ей хотелось вот так вот лежать, встревожено прислушиваться к его дыханию, а от скуки в полумраке рассматривать причудливые узоры татуировок, покрывшие руки блондина, проводить по ним пальцами. Спустя несколько минут на кровать запрыгнул Сатана. Он свернулся клубочком в ногах, а Рэй все думала об этом дне, о концерте, о произошедшем, все пыталась избавиться от чувства вины… Пока сама не заметила, как провалилась в сон.

***

В клубе было жарко, громко и очень душно. Такие места ребята не очень-то и любили, но здесь можно было нормально и не очень дорого выпить. Вчетвером они сидели за баром, о чем-то переговариваясь и потягивая коктейли. Джи заказала свой любимый «Лонг айленд», Джун пил виски со льдом, и они вдвоем внимательно наблюдали за Лео и Кейт. Перед ними стоял целый набор разнообразных шотов на двоих. Пили они их по очереди, по принципу: «Бухает проигравший», а в качестве игры выбрали всем известную: «Камень, ножницы, бумага». От Кейт Лео отставал всего на три шота. — Я никак не пойму, — задумчиво произнесла Энги. — Он неудачник, столько не пить, или продуманный? — Не ломай голову, я это двадцать лет понять не могу, — Джун отвернулся к своему стакану. Понизив тон и поближе придвинувшись к Джуну, Энги произнесла. — Между ними же нихрена не изменилось, это нормально? — Я думаю, они оба этого и хотели… — задумчиво пожимает плечами Джун. — Оставь их. Дай им побухать. И сама не отвлекайся. Джи вздохнула, навалилась на Джуна плечом и задумчиво повертела в руках полупустой стакан. — Что, девушку ищешь? — пробубнила она. — Не знаю. Может быть, — Джун пожал плечами, продолжил вглядываться в толпу, а Джи снова вздохнула и подняла на Джуна взгляд. После концерта они все слегка подустали, им не хватало этой легкомысленной обстановки, что царила в клубах и барах, и вот они все здесь. А Джи, почему-то, не спокойно. Конечно, она привыкла к тому, что часто причиной их прихода в клуб или бар является поиск связи на ночку. Джи никогда не видела в этом ничего страшного, опасного или противного, переспать с едва знакомым человеком и разойтись, как в море корабли. Но почему-то сейчас ей было неспокойно… И еще хуже становилось, когда она смотрела на Джуна. Джи до того сильно погрязла в собственных мыслях, что когда ее плеча коснулась чужая рука, она чуть ли не подпрыгнула на месте. — Кейт, ты чего?! — воскликнула она, а брюнетка, остановившаяся за ее спиной, взглянула на Джи серьезными глазами. — Девочки должны держаться вместе, — заявила она, а Энги на ее слова только недоуменно изогнула брови. — Плаксу Миртл убили. — Чего?.. — На Гермиону напал тролль. — Эм… — Джинни похитили. — Господи, Кейт, неужели нельзя просто человеческим языком сказать, что ты не хочешь идти одна в дамскую комнату! — возмутилась Джи, слезла с высокого табурета и, поймав Кейт за руку, потянула за собой. — Иногда я просто уверена, что ты — женская версия Лео с серьезным лицом. Следующая за ней Кейт лишь пожала плечами. — Все так говорят, — фыркнула она, а Джи в ответ поджала губы. Тем временем Лео, уже слегка пьяный после семи шотов, подсел к брату. — Почему девушки всегда ходят в туалет парами? — пробормотал он. — Ты же сам слышал, — Джун усмехнулся. — Миртл убили, Джинни похитили… — Но она же Кейт! — возмутился Лео. — Я никогда не слышал, чтобы тролли убивали Кейт!!! Джун вздыхает, с улыбкой качает головой. — Чувак, не обидишься, если я брошу тебя до того, как девочки придут? — спросил он, и Лео тут же поднял на брата заинтересованный взгляд. — Чего, увидел любовь всей жизни на одну ночь? — Как правильно ты выразился, — усмехнулся Джун. — Вон, стоит, — парень кивнул на другую сторону округлой барной стойки. Лео недоуменно изогнул брови. Да, девушку-то он увидел. Высокая, стройная, с темным коротким каре. Одета она, кажется, была в обычные такие черные джинсы и футболку, а сама стояла, облокотившись о барную стойку, потягивала крепкий алкогольный коктейль и скучающе разглядывала людей. Едва ее рассмотрев, Лео решил, что-либо он очень пьян, либо эта девушка действительно кого-то ему напоминала. Ей только выбритого виска, да палок барабанных не хватало… Он недоуменно взглянул на брата. — Ты серьезно? — А чего нет-то? — А она никого тебе не напоминает? Джун удивленно уставился на Лео. — Кого? — пораженно выдал он. — Ты уже видел ее? Думаешь, я с ней уже как-то, ну… встречался? Лео нервно хихикнул, в очередной раз припомнив, что они с братом идиоты на пару. — Джунни… Она выглядит так, будто бы скорее вставит тебе звездюлей, нежели согласится на ночь в койке. — Ну вот и проверим, — усмехается басист и, похлопав брата по плечу, удаляется вместе со стаканом виски. Лео смотрел ему вслед усталым и полным скептицизма взглядом. Все, что ему оставалось, так это дожидаться Джи и Кейт. Но они не появились ни через пять минут, ни через семь, ни даже через десять. — Может, действительно тролль напал? — пробубнил себе под нос беловолосый и решил, что будет даже лучше, если он их поищет. Лезть в женский туалет Лео, конечно же, не собирался, но рядом с туалетом девушек не было. Их не было и у бара, Лео бы заметил. Не было за столиками. «Неужели танцевать пошли?» — удивленно думает про себя парень, поглядывая в сторону хаотично двигающейся толпы, но стоило только ему об этом подумать, как за спиной послышался громкий голос Джи. — Эй! Эй, крольчатины кусок! — Энги пробиралась к нему через мешающихся людей. — А ну за мной, бегом! Лео изумленно уставился на подбирающуюся к нему барабанщицу. — Чего случилось-то? — выдал он, но Энги ему не ответила. Вместо этого барабанщица крепко схватила его за руку и потащила куда-то в сторону. К выходу. — Да что происходит-то, — недоумевал Лео, когда его вытащили на улицу, и там Энги и замерла. — Чтооо? — уже раздраженно тянет Лео, глядя в голубые глаза подруги, пока вдруг не понимает, что совсем недалеко от себя, за спиной, слышит такой знакомый голос Кейт. А вместе с тем и совсем чужой, мужской. — Да уж, видел я, как вы выступаете, — недовольный тон напрягает беловолосого, и он удивленно смотрит на Джи, но не поворачивается. — Он увел ее пять минут назад, — понизив голос, произнесла барабанщица. — Я искала тебя. Это же не тот, с которым она… Лео Энги не дослушал. Все его внимание было приковано к тому, что творилось за его спиной. Он слушал. — Ты пришел на выступление? — хмыкнула Кейт. — Зачем? — Стало интересно, чего ради ты постоянно сбегаешь. — А тут как оказался? — Случайно, — тут же фыркнул парень. — Увидел тебя. Решил поболтать. — Поболтать он решил, — пробормотала Джи, вытаскивая сигарету и недовольно поглядывая в сторону разговаривающих. — Нахрена? Лео не ответил. Хмурясь, он смотрел перед собой. Слушал все внимательнее. — И как тебе выступление? — тихо спрашивает Кейт. — Честно? — голос парня звучит крайне недовольно. — Я всегда считал, что девушкам с гитарами на сцене не место. Ты меня в этом не разубедила, вообще не имею понятия, что ты в этой группе делаешь. — Да как он!.. — Энги поперхнулась сигаретным дымом. — Вообще охренел! С кем она там знакомства заводит?! Эй, Лео, ты куда?! — Джи удивленно вылупилась на беловолосого, двинувшегося обратно в помещение бара. — Лео! — громко зашипела Энги, но в ответ послышался спокойный голос. — Меня это не касается. Кейт сама в силах справиться с такими дебилами, — хмыкнул парень. Его слова настолько удивили Энги, что сперва она и не знала, куда податься. То ли бежать за другом, то ли стоять и слушать разговор Кейт и ее ухажера. Она-то думала, что Лео вмешается! Как это понимать вообще?! Кинув в сторону Кейт потерянный взгляд, Джи, все-таки, двинулась за другом, быстро затушив сигарету. Раз Лео сказал, что Кейт справиться, значит, ему можно поверить… Но поведение парня Энги действительно удивило. Помещение бара встретило девушку привычной духотой и шумом музыки. Бормоча себе что-то под нос, девушка двинулась к бару. Ей хотелось поговорить об этом с Джуном, может, хоть он объяснил бы поведение Лео, но за баром Джуна она не нашла. Их места уже не пустовали, их смело заняли, Лео вообще затесался куда-то к самому краю бара. А Джуна не было. Джи хмурится. Внимательным взглядом она окидывает бар, не мог же этот патлатый свалить? Не мог. Энги наткнулась на него взглядом, нашла совершенно с другой стороны от барной стойки, а стоило его найти взглядом, как Джи тут же замерла. Нахмурилась. — Какого черта… — пробормотала она, но этот риторический вопрос относился вовсе не к Джуну, а к самой себе. Джи рассеянно сжала в кулак край майки. Это Джун там с девушкой стоял? Ну стоит там Джун, пусть себе стоит, нашел компанию на вечер, может, на ночь. Но какого черта сейчас в грудь ударило какое-то странно знакомое чувство? Чувство, что она испытывала год за годом, максимально неприятное, раздражающее, липкое, такое, что от него совсем не избавиться… Джи фыркнула. Снова кинула на Джуна взгляд. А после решила, что раз уж она пришла в бар, то ни Джун, ни идиот Лео, ни даже Кейт не должны помешать ей прекрасно провести время. А заодно и кое в чем убедиться…

***

Голова раскалывалась, впрочем, Джун к этому привык. Домой он вернулся рано. Очень и очень рано. Часа в четыре утра, при этом поставив будильник на девять. Как бы они не провели эту ночь, в одиннадцать быть на репетиции Джун был обязан, иначе, рисковал по полной отхватить от менеджера, а заодно и от слишком принципиального в этом вопросе Кая. Встал Джун с трудом, проклиная последствия попойки, полез искать обезболивающее. Для него вставать в такую рань было хоть и привычным делом, с их-то любовью проводить на реп-точке часов по пятнадцать начиная с самого утра, но каждый раз это давалось с трудом. Выпив обезбол, натянув тренировочные штаны, майку, толстовку и завязав в хвост длинные волосы, Джун готов был выйти на пробежку, даже уже затягивал кроссовки, как вдруг в замочной скважине послышался скрежет. Парень недоуменно взглянул в сторону входной двери. Вариантов того, кто в такую рань мог заявиться, было ну просто дофига, начиная от Лео, потому что Джун не был уверен, что брат дома, заканчивая любым из его друзей. В конце концов, еще с тех самых пор, как они жили здесь вместе, у ребят оставались ключи. Подумав про друзей, Джун оказался прав. Через пару секунд на пороге показалась стройная фигура в спортивном топике, оголяющим плоский живот, расстегнутой толстовке и тренировочных бриджах. — Опа, а я думала, ты уже убежал, — Энги спрятала ключ в спортивную сумку на поясе. Джун недоуменно уставился на подругу. — Ты чего это? — удивленно выдал он, а Энги только закатила глаза и всунула Джуну в руки три стакана кофе. — Най до тебя все утро дозвониться не может. Позвонила пару часов назад Лео, он сказал, тебя дома нет и дальше задрых. Даже не знаю, почему, но потом Най позвонила мне. Я как раз проснулась для пробежки, поэтому решила заглянуть. До тебя вот добежала, — Энги плюхнулась на пуфик и принялась расшнуровывать кроссовки. — Пожрать чего есть? Все еще недоумевающий от происходящей ситуации Джун заторможено кивнул. — Есть… Э, так, погоди, у меня теперь есть вопросы. — Даже знаю какие, — Джи откинула в сторону кроссовки и зашагала на кухню, по-хозяйски залезая в холодильник. — Ты же с бабой из бара уходил. Я решила, что раз тебя нет дома, ты хорошо провел ночь и вернешься домой утром за вещами и гитарой, как минимум, и для пробежки как максимум. Ты всегда по вторникам бегаешь. Трубку-то что не берешь? — Черт, наверно в куртке телефон оставил, — желая убедиться, что телефон вовсе не посеял, Джун полез в куртку и, достав мобильник, устало взглянул на несколько пропущенных от Най, брата, Рэдо и Джи. — Господи, что за кипишь?! — возмущенно пробормотал он, шагая на кухню за Джи. — Что я успел пропустить за ночь?! — Рэдо отменил репетицию, — послышался быстрый и спокойный ответ. — Я пришла, чтоб ты один на реп-точку не тащился, раз на звонки не отвечаешь. — Отменил? — за сегодняшнее утро Джун охренел уже второй раз. — Рэдо? Ты не ошиблась? — хмурится он, но Энги, кидающая на кухонный стол овощи для салатика, вдруг у этого же самого стола и замерла. Помрачнела. Притихла. — Да… — тихо ответила она, упершись взглядом в столешницу черного цвета. — К сожалению… Джун встревожено взглянул на подругу. Он попытался заглянуть ей в лицо. Когда Энги вела себя так, когда Рэдо, именно Рэдо, а не кто-то другой просил отменить репетицию, это могло означать только одно. — Что случилось? — с напрягом в голосе спрашивает Джун и видит, как Энги кусает губу. Ее ответ расставляет все точки над «и». — Каю плохо… Больше Джуну ничего не требовалось, чтобы сердце болезненно сжалось, и где-то в груди появилось отвратное тянущее чувство. Одна лишь фраза, которую обычные люди могут воспринимать лишь с легким волнением, эти пятеро воспринимали совсем иначе. Каю плохо. Никто не думал, что он мог простыть за ночь, никто не думал, что у него просто болит горло или поднимается температура, а может отравился или мучается от похмелья. Все мысли сразу были совершенно о другом… — Но… Но все в порядке, — Джи натянула на губы нервную улыбку и следующие слова постаралась заявить с уверенностью. — Рэдо сказал, что он к утру оклемается и ему просто надо отдохнуть. — Рэдо с ним? — встревожено интересуется Джун, даже не подозревая, что его вопрос заставил Джи напрячься. Внимательным, но вместе с тем странно замученным взглядом Энги смотрела ему в глаза. Думала. Она ведь знала правду, знала, что в ту ночь Кай ушел с рыжей, знала от Рэдо, кто именно остался с блондином в эту ночь, желая присмотреть, волнуясь. Но для Джуна все равно выдавила: — Да, вроде бы. С ним. — Ну слава богу, — Джун облегченно выдохнул. — Ты переживаешь?.. Джи коротко кивнула. — Послушай… Наверняка все будет хорошо. — Конечно. Сегодня — да, — быстро отреагировала Джи и тут же поспешила перевести тему. — Слушай, а соуса у тебя никакого нет? Я сделаю нам салатик. — А побегать со мной ты не хочешь? — хмыкнул парень. — Дай сначала пожрать, — отмахнулась девушка. — Потом побегаем, — и Энги потянулась к чайнику. — Сядь и не возникай. Джуну ничего не оставалось, кроме как развести руками и, отойдя на пару шагов, присесть на краешек подоконника, внимательно наблюдая за Энги. Джун настолько привык, что Энги нагло хозяйничает на его кухне, что у него даже возражений не было. Это уже была чуть ли не традиция, пить заваренный Джи чай и есть, что она приготовит, все-таки, готовить Энги любила. Зачем Джи ставит чайник, Джун не знал. Он вытащил из подставки один из стаканов с кофе, сделал глоток крепкого черного напитка. — Фу блин, жарко у тебя тут, — возмущенно бормочет Джи и скидывает с себя толстовку. Тогда-то Джун и поперхнулся кофе. Он быстро подступил к Джи. — Это еще что такое? — тихо засмеялся он, и прежде, чем Джи поняла, о чем он говорит, парень ткнул пальцем ей в заднюю часть шеи. Энги словно разрядом тока прошибло. Вскрикнув, она резко отскочила от Джуна и опустила руку на шею, ошарашено уставившись на парня. Немая сцена. И вот Джи настороженным голосом с нотками испуга спрашивает. — Что, черт возьми, там?.. — Ты что, не видела? — Нет, блин, у меня глаза на затылке есть, конечно видела, у меня прекрасная спина, каждый день на нее в зеркало смотрю! Не дебильничай, что там?! А Джун, тихо посмеиваясь, отозвался. — А ты тоже ночь прекрасно провела, а? — Что, засос?! — воскликнула девушка. — Да ладно?! — Да ладно. — Ты не стебешься?! — Да уж над чем тут стебаться, — усмехается парень. — Засос на задней стороне шеи. Я, почему-то, думал, что ты любишь быть сверху. — Да пошел ты, — фыркнула Джи. — Все вы, мужики, одинаковые, черт бы вас побрал, — бормочет она, растирает шею, а Джун почему-то хмурится. Удивленно и настороженно смотрит на Джи. — Ты что, вчера парня подцепила?.. — Не напоминай, — Энги отмахнулась. — Такого короткого секса у меня в жизни не было. Таких засосов, черт возьми, тоже!!! Как ему в голову пришло! Джи ругалась. И за всей своей руганью и недовольством словно бы отказывалась замечать, что Джун вдруг помрачнел. — Почему ты так возмущаешься? — тихо хмыкнул он. — Почему?! Потому что засос — это что-то интимное! А я даже имени его не помню. Буду дебилоидом звать. — Почему ты решила переспать с парнем?.. — не особо слушая ругань барабанщицы, Джун внимательно уставился на нее, на то, как она потирала шею. — В смысле почему? Захотелось, — Энги пожала плечами, но следующий вопрос Джуна ее несколько ошарашил. — Почему ты не позвонила мне? Брюнетка замерла. Нахмурилась. Обернувшись к парню, она внимательно взглянула в его глаза. — Прости? — недоуменно выдала она. — А почему должна была? — окинув парня внимательным взглядом, Джи фыркнула. — Странный ты сегодня. И, между прочим, хочу тебе напомнить, что ты тусовался с какой-то бабой. — Энги достала из кармана телефон. — Слушай, сфоткай, а? Я хочу знать, какая жесть у меня на шее. Черт, и я так бежала сюда?! На. — Джи сунула телефон с открытой камерой в руки Джуну. Но парень, кажется, абсолютно не собирался выполнять просьбу подруги. Еще раз он окинул Энги внимательным и крайне недовольным взглядом, выключил телефон и засунул себе в карман. Джи молча ждала, когда ее друг-балбес поможет ей и сфотографирует, но вдруг по обе стороны от нее на столешницу опустились руки. Джи не сразу поняла, что произошло, когда вдруг на шее так явно ощутилось чужое горячее дыхание. Она дернулась. — Джун? — его имя, произнесенное напряженным голосом, сорвалось с ее губ. Энги постаралась повернуться к нему, но Джун не дал, и вот Энги, совсем растерявшаяся и напряженная Энги, вдруг чувствует, как тяжелая рука парня скользнула от ее ключиц к шее, заставив ее наклонить голову. Абсолютно не понимая, что происходит, Джи слепо подчинялась сильным рукам, когда вдруг горячие губы прочертили влажный след вверх по шее, а теплое дыхание заставило волны мурашек пробежаться по всему телу. Энги снова дернулась. — Джун, твою мать, что ты… — воскликнула девушка, и тут же проглотила собственные слова. Широко распахнув глаза, Джи чувствовала, как к темному следу на задней части шеи вдруг прижимаются чужие губы. От слабой, но крайне неприятной боли, Джи могла только прорычать какие-то ругательства и жалобно пискнуть, вцепившись руками в край стола. — Джун!.. — она рвано выдыхает, все еще пытается оттолкнуть парня, но куда ей против Джуна? Эта ситуация ей кое-что очень сильно напоминала. И кухня, пусть в тот раз другая, и Джун, почему-то крайне раздраженный и опять вытворяющий неведомую фигню. В тот раз это был безобидный поцелуй. Но сейчас… Всем телом прижимая девушку к столешнице, так, что Энги бы точно не смогла вырваться, без малейшего зазрения совести Джун прикусывает кожу поверх оставленного кем-то другим синяка и девушка тихо шипит, продолжает ругаться, но он не слушает. Довольный своей работой, поверх укуса, совершенно точно перекроющего синяк, Джун оставляет мягкий поцелуй, и вроде бы он хотел на этом остановиться. Но не смог… Цепочка влажных мягких поцелуев спускается с шеи на плечо. Джун оттягивает лямку спортивного топа, медленно, дразняще скользит вниз по ее руке, переходит на плоский подтянутый живот, чувствует холод ее кожи, пробежавшуюся по телу дрожь. — Джун, прекрати!!! — ее голос звучит совсем надрывно, под напором его тела, Энги падает на локти, и тогда парень мрачно усмехается. — Еще есть вопросы, почему ты должна была звонить мне? — горячо шепчет он ей на ухо. — Уж с девушками-то я конкурировать не способен. Но если тебе нужен парень, то нехрен искать скорострелов на стороне. Поняла? — Джун, твою мать, отпусти меня сейчас же! — вместо ответа громко отозвалась Джи, и лишь тогда, тихо хмыкнув, Джун сделал шаг назад. Следующим же делом прямо в лицо Джуну прилетела неслабая пощечина. Честно говоря, этого парень ждал и нисколько не удивился, даже звука не издал, а Джи, развернувшись к нему лицом, совсем раскрасневшаяся от смущения, зло смотрела в его глаза. — Что ты, черт подери, устраиваешь?! — рявкнула она. — Как это понимать?! Второй раз! Джун не ответил. Как недовольный ребенок он сверху вниз смотрел на разозленную девушку, смотрел на ее покрасневшее лицо, и понимал, что как-то вроде бы и надо себя оправдать… Но он не хотел. Вместо этого он смотрел на покрасневшее лицо девушки и думал, что покрасневшая Джи — это дорогое зрелище. Да и оправдаться его удача ему не дала. — Чего вы орете тут с утра пораньше? — в коридоре слышится сонное шарканье. — Вот уж поверьте, не велико счастье от ваших оров просыпаться. Зевая, на кухню плетется Лео. Едва он сделал шаг на кухню, как Джи кинула на Джуна испепеляющий взгляд и, быстро схватив толстовку, натянула на себя, с целью скрыть шею. — Извини, малыш, — притворно мило улыбается девушка, а на Джуна все так же поглядывает со злостью и недовольством, и Лео, кажется, замечает воцарившуюся напряженную атмосферу. — Я купила кофеек и готовлю завтрак. Лучше скажи спасибо и садись есть.

***

В ушах гудело. Грудь ломило. Из легких, кажется, рвался кашель, а в голове крутилась одна единственная адекватная мысль: «Идиот, ты забыл принять таблетки!». Именно таким стало пробуждение Кая этим утром. Он просыпался не медленно, как это бывало обычно. Нет. Сегодня он резко распахнул глаза, ощутив, как по всему телу словно бы разряд тока прошелся, и уставился в потолок ничего не видящим взглядом. Сперва Кай даже не понял, где он находится. И только когда помутнение в голове, в мыслях, слегка рассеялось, уступив место здравому смыслу, начали всплывать в памяти обрывки вчерашнего дня. Кай на автомате опустил руку на грудь. Он мог дышать. Каждый вдох уже не давался с безумным трудом, не было ощущения, что в грудь швырнули наковальней, все прошло. Только привычно ныло от каждого вздоха. Боль, страх, паника, все то, что вчера Кая так сильно угнетало, сейчас казалось просто страшным сном, к которому больше никогда, ни в коем случае не хотелось возвращаться. В мыслях все путалось и казалось замутненным. Кай уже не помнил, как добрался до дома, как оказался в постели. Зато одно он помнил совершенно точно. Все это время из поля его зрения не исчезало рыжее-рыжее пятно. Едва вспомнив о Нарей, Кай тут же попытался припомнить, куда она могла исчезнуть потом. Он бы сейчас же подорвался в кровати, он бы принялся ей звонить, писать, узнавать, что произошло, как добралась она до дома, но это не потребовалось, ведь Каю нужно было лишь повернуть голову, чтобы увидеть копну рыжих волос. Нарей все еще была здесь. Кости ломило, поэтому голову Кай повернул с трудом, но это того стоило. То, что он увидел, заставило блондина замереть, он даже не сразу поверил своим глазам. Рэй спала рядом. Ее волосы разметались по соседней подушке, сбилась совсем неудобная для сна одежда. Она лежала с самого края, так и норовила свалиться на пол, если вдруг перевернется на спину, но она, кажется, и не собиралась вертеться… Теплыми… нет. Горячими руками она крепко обнимала во сне его руку. Глядя на нее растерянными глазами, Кай начинал чувствовать исходящее от ее тела тепло. Тепло ее рук, сжимающих его запястье. Тепло на плече от ее щеки, которой во сне она прижалась к парню. Рыжая спала рядом на его кровати, потому что не могла оставить Кая одного, и то недоумение, удивление от увиденного, все это выражалось в одном лишь его взгляде. Девушка, которая так часто старалась его избегать, так часто злилась на него, сейчас старалась обнимать его так крепко, как могла, потому что просто боялась, что за ночь он может куда-то исчезнуть. Когда секунды первого шока прошли, Кай бесшумно перевернулся на бок, стараясь не выдергивать руку из ее объятий. Он замер почти напротив ее лица, насколько позволяла совсем неудобная поза, и, опустив голову на подушку, Кай все тем же удивленным взглядом принялся внимательно рассматривать ее лицо. То ли он не мог поверить, что рыжая действительно спит сейчас рядом с ним, то ли он не упускал возможности даже сейчас, едва проснувшись, попытаться изучить каждую ее черточку. Из ревностных побуждений заучить каждую едва видную веснушку на ее лице. Кай не удержался. Понятие двухметровой дистанции, кажется, абсолютно испарилось из их лексикона, из их поведения, и Кай даже не заметил, как. Нежно, едва касаясь кожи, он провел тыльной стороной ладони по ее лицу, заправил за ушко прядь волос. Неужели Нарей оставалась здесь все это время?.. Сидела тут? Вслушивалась в его дыхание? Но зачем? Ответ пришел сам собой. Она что, действительно так переживала? Одно лишь осознание этого факта заставило Кая поджать губы. Она переживала. Она боялась, что с ним что-то случится. Ей было за него страшно. Обычно это ему, Каю, приходится вытаскивать девушку из всяких передряг. На его памяти этих самых передряг было столько, что можно было бы сбиться со счета, Кай даже не знал, что случилось бы, не оказывайся он постоянно рядом! А сейчас рядом оказалась она. Лучше бы это был кто-то другой. Рэдо, Джун, Джи, Лео, да хоть Най, кто угодно из них, но не Нарей! Если из-за дурацкого приступа удушья, случившегося как последствие смешения сильного наркотического обезболивающего и крепкого алкоголя, она так испереживалась, что осталась присматривать за ним всю ночь, то, что будет, если когда-нибудь случится то, от чего Кай так пытался ее оттолкнуть? Что, если когда-нибудь она узнает правду? Закрывая глаза, Кай шепотом матерится. С этого момента все. Абсолютно все в его планах шло по звезде. По той причине, что он не мог сейчас перестать перебирать пальцами и ласково гладить ее волосы, не мог разбудить, нагло выбесить и выставить за порог, что следовало бы сделать, раз уж так сильно ему не хотелось оставлять ее рядом и оградить от происходящего. Он просто не мог. Просто больше не находил в себе силы. Кай и не знал, что к человеку можно испытывать нечто подобное. Он даже не знал, почему именно Нарей, почему именно она! А может, просто плохо задумывался? В любом случае, сейчас, глядя на ее спящее лицо, Кай плохо осознавал собственные мысли. Ему мешало кое-что другое. Одно безумное желание, которому он никогда не мог сопротивляться. — Вот черт… — шумно выдыхает он, и хочет уже сесть на кровати, оставить переволновавшуюся, уставшую за вечер Рэй досыпать, но стоит ему кинуть взгляд на дверь из комнаты, и он снова возвращается к ее лицу. К ее губам. «Ладно, — думает блондин. — Те два раза же прокатили?» И тогда, стоило ему поддаться самому себе, Кай решительно подается ближе к ее лицу. Первые пару секунд, замерев в паре сантиметров от ее лица, на своих губах он ощущал лишь теплое дыхание. А потом подался вперед, всего на пару секунд легко прикоснувшись к ее губам. После этого он сразу же отстранился, сел на кровати, и, стараясь не смотреть на девушку, бесшумно спустился с постели. Игнорируя ноющую боль в груди, Кай огляделся в поисках пледа. Вещица нашлась на компьютерном кресле. Двигаясь максимально бесшумно, он взял в руки плед и, вернувшись к кровати, сначала укрыл девушку, а потом удивленно уставился на те десять сантиметров пространства, отделяющие ее от падения на пол. — Вот же блин рыжая, — он тяжело вздохнул, покачал головой. — Ты даже когда спишь, заставляешь за себя переживать. Снова оглядевшись, Кай стащил с кровати пару подушек, на всякий случай кинул их на пол под кроватью, и только тогда, немного успокоившись, он медленно поплелся на кухню, где ждал его еще один сюрприз. С кухни тянуло запахом травяного чая. Одного этого Каю хватило, чтобы понять, что в квартире они с Рэй находились не вдвоем. Этот чай Рэдо приволок ему когда-то и оставил тут специально для себя любимого, заместо зеленого, а потому, едва почувствовав приятный запах с кухни, Кай абсолютно не удивился тому, что Рэдо сидел на его диване и пялился в открытую книгу. — Доброе утро, — пробормотал блондин, проходя к плите и заново ставя чайник. — Ты тоже тут ночевал? Рэдо поднял на друга глаза. — Очухался, значит, — хмыкнул он. — Нет, я недавно приехал. Минут тридцать как. — Ясно, — коротко бросил Кай, заварил себе кофе, разбавил молоком. Рэдо наблюдал за каждым его действием. За тем, как Кай плюхнулся на стул с другого конца стола, как сделал большой глоток. Кай выглядел ужасно. Все еще несколько бледный, с темными кругами под глазами. Но не одна его внешность заставляла Рэдо переживать. За столько лет практически досконально изучив своего друга, парень мог с ледяной уверенностью предположить, что Кая до безумия что-то волновало. Слишком замученным он был уже с самого утра… — А рыжая?.. — Осталась с тобой, — Рэдо отставил кружку и, облокотившись о стол, подпер рукой голову. — Как ты? Кай снова сделал глоток кофе. — Морально или физически? Рэдо вздохнул. — Ясно, можешь не отвечать. По тебе видно, что и то, и то — отвратно. — Догадливый ты мой, — жалостливо протянул Кай, и, фыркнув, снова уткнулся взглядом в кружку кофе. — Рыжая ничего не знает? — Она в полной уверенности, что антибиотики способны такое натворить. — Тогда, пусть и дальше будет в этом уверена, — как можно тише отозвался блондин. — Отвезешь меня в больницу? Рэдо тут же вылупился на друга. — Тебе что, вчерашняя взбучка мозги вправила? — быстро выпалил он. — Конечно отвезу! — Я просто хочу убедиться, что эта хрень ни на что не повлияла… — Просто ради того, чтобы ты сгонял в больницу, я не буду тебе говорить, на что мог повлиять алкоголь, кроме твоего мозга и печени. Они у тебя и так отбитые. — Вот спасибо, — недовольно фыркнул Кай, но стоило ему это сказать, как из комнаты тут же послышался грохот. Рэдо чуть ли не подскочил на месте, ошарашено выглянув в коридор, а Кай только грустно вздохнул. — К слову, об отбитых, — тихо пробормотал он, наблюдая, как из его комнаты пулей выскакивает нечто рыжее и ошарашено замирает на пороге кухни, не переставая потирать ушибленный локоть. Нарей, что было очевидно, проснулась очень неприятным способом. И первым же делом, осознав, что в комнате одна, девушка рванула на поиски пропажи. А пропажа сидела на кухне, держала в руках горячий кофе, улыбалась и смотрела на нее, чуть склонив голову в бок. Глядя на нее, ошарашенную, растерянную, растрепанную и помятую после сна, Кай даже не сдерживал улыбку. Слишком уж забавное зрелище. — Доброе утро, рыжая, — усмехнулся он, а Нарей, будто бы очнувшись, тут же в несколько шагов оказалась перед блондином. Кай даже несколько растерялся, когда его лицо заключили в ладони и задрали голову к верху. Он растерянно вылупился в карие глаза, так внимательно изучающие его лицо, а Рэдо, полностью проигнорированный, тем временем заинтересованно наблюдал за этой парочкой. Такое ему казалось покруче любых сериалов. — Эм… — после секунд десяти молчания, Кай нервно нарушил тишину. — Рэй… Если ты просто хочешь полюбоваться моим прелестным лицом, то… — Какое нехрен: «Доброе утро, рыжая», — прерывает его девушка, и блондин снова замирает, понимая, что его шутка не пришлась к месту. Глаза Рэй продолжали изучать его лицо так внимательно, будто у Кая было что-то длинное и занимательное написано прямо на лбу. — Ты… Да ты хоть в курсе, как я за тебя переживала?.. Ты хоть представляешь?.. Да я места себе не находила! Рэдо ушел, и я готова была опять врачам звонить! А ты мне — доброе утро?!.. Говорила она заторможено. Словно поверить не могла, что действительно сейчас разговаривает с Каем, и он не задыхается, не бледнеет, не валится с ног. А что Кай? А он смотрел в ее глаза. Молчал. В его голове, возможно, сейчас роились десятки тысяч мыслей, но он молчал и все никак не мог подобрать ответ, пока, наконец, не сообразил ее успокоить. Теплая рука легла поверх ее ладони. — Все в порядке, — он снова улыбнулся, не отводя от девушки слегка рассеянного взгляда. — Я жив и здоров. Я обещаю, больше такого ни за что не повторится. Рэй поджала губы. — Я обещаю, — снова повторил блондин, попытался выдавить из себя как можно более дружелюбную улыбку, легко поглаживая ее руку, и только тогда Нарей, напоследок тихо хмыкнув, отпустила его и отвернулась, кажется, все еще дуясь. Кай не знал, о чем она сейчас думала, но смело мог предположить, что мысленно его уже закапывают в лесу под дубом. Испереживавшись вчера, сейчас Нарей могла только злиться. Злиться на Кая за все то, что вчера он заставил ее испытать. — Доброе утро, Рэдо, — пробормотала она и тут же шагнула к горячему чайнику. — О, заметила-таки, — добро усмехнулся красноволосый. — Выспалась? — А по мне не видно? — обиженным тоном бормочет девушка, а на Кая больше старается не смотреть. Едва вспомнив о присутствии Рэдо на кухне, Рэй тут же показалось странным то, что она выкинула всего полминуты назад. — Это я из вежливости. Тебе тут, кстати, раз двадцать звонили, — парень кивнул на оставленный на столе телефон, и тогда Нарей, буквально подорвавшись на месте, кинулась к мобильнику. — Вот черт! — с паникой в голосе выдала она. — Наой!.. Я… Я предупредить забыла, блин, всю ночь же дома не было! — она принялась листать пропущенные вызовы. — Двадцать один от Нао, шесть от Кейт, даже Ёго звонил… — -Расслабься, — Рэдо усмехнулся. — Мне надоело смотреть на то, как до тебя пытаются достучаться и я ответил. — Серьезно?! Что он сказал?! — Нарей в панике уставилась на друга, а тот только пожал плечами. — Всего ничего. Сказал, что тебе конец, если в двенадцать тебя не будет дома. — А сколько времени?.. — Одиннадцать двадцать. — Ох, ну шикарно! — девушка всплеснула руками. — Я валю, — и Рэй тут же кинулась в прихожую. — Эй, ты даже чаю не попьешь? — Кай тут же поднялся со стула и быстро зашагал за девушкой в коридор, где она уже натягивала кеды. — Нет. Меня всю ночь не было дома без предупреждения, он серьезно меня прикончит, если я не успею, если уж он Рэдо это сказал. И тебя заодно! — Я могу поехать с тобой. Это же из-за меня, я все объясню. Рэй скептично взглянула на блондина. Ему она не ответила. Вместо этого она взглянула на подошедшего Рэдо. — Отвези этого идиота в больницу, раз мое мнение ему по барабану вчера было. Будет он еще перед Нао оправдываться за меня… — Не поверишь, но именно это я и собирался сделать, — усмехнулся Рэдо. — Могу и тебя подвезти. — Не надо, я на метро, — Рэй благодарно улыбнулась красноволосому, быстро подошла к парням. На прощание она крепко обняла обоих. Только Кая обнимала, наверно, чуть дольше, и, уходя, кинула на него все тот же взволнованный, жалостливый и немного испуганный взгляд. — Точно обещаешь? — тихо переспросила она, и Кай быстро кивнул. — А ты обещаешь больше не вляпываться в передряги? — усмехается он. — Да иди ты к черту, — устало кидает девушка, и только тогда, снова поджав губы, она схватила рюкзак и вылетела на лестничную клетку. Дверь за ней закрылась. Щелкнул замок. Во всей квартире воцарилась полнейшая тишина, только Сатана все так же терся об ноги Каю и тихо мурлыкал. А Кай… А Кай, все это время сверлящий взглядом дверь, вдруг прислонился спиной к стене, зарылся руками в свои короткие волосы и медленно сполз вниз по стенке. — Эй! Эй, ты чего? — Рэдо взволнованно присел перед другом, опустил руку ему на плечо. — Плохо? Эй, отвечай, плохо? — Просто отвратительно, — голос Кая звучит странно. Хрипло, надрывно, и Рэдо начинает переживать еще сильнее. — Что болит? В больницу поехали, Кай. — Ничего… Ответ Кая ввел красноволосого в ступор. Он смотрел, как Кай крепко сжимает в кулаки пряди волос, как напрягаются его руки, он слышал, как странно звучал голос блондина и никак не мог понять… раз ничего не болит, почему Кай так себя ведет?.. — Отвратительно… — повторил блондин. — Кажется, я начинаю сдаваться… — О чем ты? — О Рэй… Рэдо замолчал. Груз облегчения вовсе не свалился с плеч Рэдо, стоило Каю это произнести. Наоборот. Рэдо напрягся сильнее. Он недоуменно смотрел на друга, но молчал и тот. Просто сидел на полу, зарывшись руками в свои светлые волосы, и смотрел в пол, словно бы собирался с мыслями. — О Нарей?.. — тихо переспросил парень, и Кай в ответ кивнул. — Я… Рэдо, я сказал Джуну, что влюбился в нее. — Ты что сказал? — настороженно переспросил красноволосый. — Погоди, ты что, правда? — Я в заднице, — вдруг усмехнулся блондин, и поднял на друга взгляд. — Я в такой заднице, Рэдо. Ты просто не представляешь… Парень хмурится. — О чем ты говоришь? — О чем? — Кай смотрит на друга, недоуменно разводит руками. — Ты что, не видел ее? Ты не видел Нарей? — голос его звучал как-то странно. Так, как звучал бы голос разозленного человека, но при этом совсем обреченного. — Ты не видел, как она переживала? Черт возьми, Рэдо, она осталась со мной на ночь! Я такое выкидывал, что ей бы избегать меня впору, валить куда подальше, а она осталась тупо потому, что переживала, а с утра готова была, кажется, меня прикончить за то, что не лежал и не отсыпался, за то, что заставил ее переживать. Боже, я же так рехнусь… — он снова тяжело вздыхает и снова опускает голову, тихо матерится. — Рэдо, я же рехнусь… Эй, знаешь… Я сейчас скажу вещь, за которую ты, возможно, захочешь меня ударить. Рэдо хмурится. Крепко сжимает руку, все еще лежащую на плече Кая. — Постараюсь этого не делать, ты натерпелся, — произносит он, тщетно пытаясь скрыть проскальзывающее в голосе волнение. — Вот спасибо, — Кай измученно рассмеялся, запрокинув голову, и тут же тяжело вздохнул. — Сегодня утром, когда я проснулся, я увидел ее рядом. Черт подери, я ненавижу каждое чертово утро. Не важно, бухал я вчера, или лег спать пораньше, забыл ли принять таблетки или впаял на ночь двойную дозу кодеина. Каждое утро ноет в груди. Иногда едва заметно, иногда так, что я готов на стенку лезть от боли… Но каждое утро одно и то же. Я встаю, принимаю, если надо, обезбол, открываю окно, дышу холодным воздухом и думаю. Думаю, как сильно хочу, чтобы это поскорее закончилось… Но не сегодня. Сегодня впервые за пять чертовых лет я проснулся и мне было абсолютно срать на боль. Твою мать… рыжая лежала рядом и мне было плевать, что больно дышать. — Дебил, и я должен тебя ударить за то, что ты влюбленный придурок? — горько усмехается Рэдо. — Ну, давай тогда ты тоже меня за это ударишь, раз так, по-твоему, принято. — Да не за это, — все так же давя из себя усмешку, отмахивается Кай. — Не за это… — повторил он, только на этот раз гораздо тише, гораздо более вымучено. — Просто… Черт, она лежала со мной рядом, а потом еще выбежала за мной на кухню, так смотрела мне в глаза, так переживала… Я же не смогу сказать ей правду, понимаешь? Если она переживала из-за этой тупой ошибки с алкоголем, если она не находила себе места даже сейчас, как я ей, блин скажу, что умираю? Рэдо, как? Это была всего одна ночь, когда она за меня переживала! А рак — он, черт подери, не на одну ночь болезнь! От него не избавишься углем и сладким чаем! — Кай тяжело и нервно выдохнул, понизил тон. — Черт, а кто будет за ней присматривать? Сегодня ночью она помогла мне, но десять или двадцать предыдущих раз это была моя работа… Она же ходячая проблема, даже с кровати сегодня свалилась! Черт, Рэд… Блондин поджал губы и закрыл ладонью глаза, запрокидывая голову. Снова шумный выдох. Рука на автомате сжимает в кулак футболку на груди, словно это поможет избавиться от подступающей пульсирующей боли. — Ну что?.. Все еще не бить? — вздыхает красноволосый, и Кай отвечает. — Бей, — уверенно отзывается он. — Бей… Потому что сегодня я жалею, что не продолжил лечение.