Конец спокойного сна

После двух недель, проведенных в лесу нашей области, мы вернулись домой. Мы решили, что после двух недель поисков (если они и были) нас вряд ли уже будут искать в нашем же доме. Это было страшное зрелище. Все окна были выбиты, на полу и стенах были следы от выстрелов. На кухню, видимо, забросили гранату. Сам дом был полностью пустой. Ни одной живой души. Только мы в нашей квартире. Я иду в свою комнату. Ну, конечно, она вся представляет собой одну большую свалку после обыска. Интересно, обворовали все квартиры или выборочно? Родители находятся в неменьшей растерянности, но они, кажется, знают, что делать. За один месяц наш дом изменился до неузнаваемости. Отец создал огромное подразделение из выживших и желающий бороться за свою свободу. Мы Подразделение Бойцов. Папа нашел среди бывших коллег тех, кто тоже не захотел подчиниться и защищать верхушку. Те нашли еще людей в похожем положении и так далее. Естественно, возглавили это подразделение мои родители. Для удобства все стены, кроме несущих, на нашем этаже были снесены. Оставили в сохранности только мою комнату и комнату родителей. Мы жили на четвертом этаже. Здесь же теперь организован этаж для жилья. Все спят где попало и на чем попало. Кто-то нашел пенки, кому-то достаточно просто спальника, кто-то откопал матрас, а кто-то даже умудрился притащить кровать. На этом же этаже находится кабинет для совещаний в бывшем зале. На третьем этаже находится склад с боеприпасами. Пятый этаж является местом тренировок основных отрядов. А на шестом этаже находится тренировочный зал для детского отряда. Туда входят все от 14 до 20 лет. С 21 года оказываются сразу среди взрослых. Поскольку мы придерживаемся политики, что семьи разлучать нельзя, здесь также полно совсем детей и женщин, не способных бороться. Они ведут сад для еды и занимаются всякими хозяйственными делами типа готовки. Живут наши мирные на втором этаже. Детский отряд возглавлять доверили мне. Решили, что им нужен кто-то из сверстников для доверия и полного понимания, а я еще и лучше других подготовлена. Хотя, мне кажется, здесь сыграло и роль то, что я очень сильно упрашивала об этом своих родителей, а, как известно, именно они тут всё решают. Так вот, на десятом этаже (самом верхнем здесь) находятся дозорные. Они следят за обстановкой вокруг базы. Также в их обязанности входит предупреждать об очередном обстреле. Власти так и не успокоились после провалившейся идеи с всеобщей "вакцинацией", полицейские ежедневно проводят обстрелы по всем окнам, убивая, как они думают, последних выживших. Так и живем. *** При мысли о мести в голову приходят самые изощренные идеи. Да, они это заслуживают. Все они. Именно из-за них я потеряла родных. Из-за их глупых навязчивых обстрелов... 5 октября 2020 года Вчера к нам приезжал отряд из Подразделения Разведчиков, хотя мы их называем связистами. Они добывают информацию через определенные каналы связи, то есть через своих людей у правительства. В этот раз они узнали план очередного обхода. Сегодня к нам должны приехать люди из Твери. Там находятся некоторые отряды Подразделения Мастеров. В этом городе отважные люди не дали разгромить оружейнный завод и сами продолжают изготавливать и доставлять остальным подразделениям оружие. Так вот, сегодня они должны нам поставить очередной набор боеприпасов, мы же им должны передать информацию, полученную от связистов. Между подразделениями принято друг другу помогать. - Лиска! - это мое новое имя. У нас уговор, не использовать настоящие имена, только клички. Это необходимо для всеобщей безопасности. - Да, мам? - вот от родства еще никто отрекаться не заставлял. - Сегодня ты передашь записку. - Что? Почему? - обычно этим занимается как раз мама. - А ты разве сможешь проверить оружие и остаться вживых? - смеется она, намекая на тот случай. Две недели назад я нашла во время обхода лежащий на асфальте автомат. Решила его проверить, но это оказалась ловушка. Как только я его взяла в руки, он выстрелил, попав мне в бедро. - Ладно, - сдаюсь я. - А разве не папа должен его принимать? - Он на обходе, забыла? - Точно. - Знаешь, что делать? - Вроде. - Вот и отлично. Мама уходит, оставив мне передачку. Они должны приехать в сумерках. Осталось пятнадцать минут. Иду на лоджию - традиционное место встречи для передачек. Стою, жду. Внезапно слышу женский крик и звуки выстрелов. Успеваю присесть - рефлекс, доведенный до автоматизма. Спиной чувствую, что кто-то вошёл. Кажется, в него попали. Мне все равно, это какой-то чужой мне мужчина. Сейчас война, многих убивают. Все же я разворачиваюсь. Вижу своего отца, истекающего кровью и с застывшим, искажённым от боли лицом. Когда я повернулась, он еще не успел упасть. Я не в силах в это поверить. Меня душат рыдания. Я прижалась спиной к стене, обхватила колени руками и начала содрогаться от плача. Это не может быть он. Нет, не может. Я хочу удостовериться, но не могу посмотреть на него. Я знаю, что этот убитый мужчина - мой отец, но не могу в это поверить. Нет, НЕТ! Еще сильнее вцепляюсь руками в ноги и уже задыхаюсь от рыданий. И тут меня осеняет. Мама! Где она? Она должна была быть на улице и принимать это гребаное оружие. Но если она была на улице, то... НЕТ! В это я тоже отказываюсь верить! Прибегают какие-то люди, осматривают моего отца. Мертвого отца! Женщина пытается меня поднять. Нет! Оставьте меня! Я ничего не хочу! Она что-то говорит. Но я не могу сосредоточиться на ее словах и что-то разобрать. Все же заставляю поднять глаза. И первое, что я вижу, это папа. Это действительно он. И он действительно мертв. Глаза открыты, а в груди зияет рана. Боже. Что мне теперь делать? Что?! Пошевельнуться я не в силах. Но надо узнать, где же мама. Резко отпихиваю женщину, что-то мне говорившую, и бегу на улицу. Мне плевать на опасность. Если я не права, то буду только терзать себя неверными мыслями. Стою на крыльце и медленно по стенке оседаю на пол, закрыв рот руками. Она лежит посреди двора с такой же раной, как у папы. За что?! Почему именно так?! К кому мне теперь прижаться? Кому довериться? Почему они? Почему сразу оба? Нет... - НЕТ! - кричу я уже вслух. 6 октября 2020 года Сегодня я уже не содрогаюсь от рыданий, но на деле мне еще хуже. Чувство полного опустошения не покидает ни на секунду. Ощущение, что я лечу в бездонную пропасть. Ни на чем не могу сосредоточиться. Я заперлась в своей комнате, в своем собственном мирке. Его тоже у меня не могут отобрать. На смену пустоте приходит ярость. Куда смотрели дозорные?! Почему не предупредили об опасности?! Почему информация от связистов оказалась ложная?! Какая дура тогда кричала?! Велено, во время обстрелов сидеть ниже травы и тише воды. Если бы не она, может, по всем окнам и не прошлись бы. Если бы не она, наш дом вообще могли обойти стороной! Они ленивые, и далеко не добросовестно выполняют свою работу. Ведь именно на крик сбежались полицейские. Именно из-за крика начали пальбу. Я вне себя от гнева. Кажется, я могу перевернуть весь дом. Так и хочется найти ту виновницу и убить ее. Если бы не ее глупость, мои родители были бы живы. Вспоминаю слова мамы, что все мы люди и все допускаем ошибки. Ну вот, снова слезы. А мне казалось, что жидкости в организме уже не осталось. Решаю еще раз выплакаться, может, потом станет лучше. 7 октября 2020 года Сегодня похоронили родителей. Да, не спустя три дня, на это нет времени. Ярость на ту неизвестную мне женщину прошла. Появилась непреодолимая злость на полицейских с их новыми обязанностями и на все правительство. Сегодня я начинаю готовить план мести. Они просто не оставили мне другого выбора. Нынешнее время С тех пор не проходило и дня, чтобы я не продумывала, как мне убить хотя бы половину штаба. В своей комнате, единственном нетронутом месте, я прятала необходимые боеприпасы. Сюда никто не имел права входить. Вспоминаю день спустя неделю гибели родителей... 12 октября 2020 года Сегодня должны назначить нового начальника подразделения. Но я уже знаю, кто это будет. Для всех объявят меня главой Бойцов, ведь я дочь предыдущих главнокомандующих. Кроме того, я лучше остальных знаю текущее положение дел и будущие планы. Родители уже не считали меня ребенком и посвящали во все подробности. Однако на самом деле всем управлять будет Роза. Я не знаю ее настоящего имени, знаю только, что родители ее уважали и что она меня любит, как дочь. Все это меня устраивает. Я не способна сама управлять всем огромным подразделением, но проблема в том, что люди больше никому не доверятся. Им известно, как погибли мои родители, поэтому все знают точно, что я не могу быть заодно с властями ни при каких условиях. Более того, я успела зарекомендовать себя как хороший боец. Но Роза куда опытные и мудрее меня. Я рада, что именно она смогла добиться того, чтобы стать в главе. А если у меня появятся сомнения, мне достаточно пальцами щелкнуть и все восстанут против нее. Кажется, она и сама это прекрасно знает, так что зарываться не будет. Мне же останется торговать лицом и по-прежнему возглавлять детский отряд. Пожалуй, меня это устраивает. Итак настал час "коронации". Меня назначают главнокомандующей Подразделения Бойцов. Все радостно кричат и апплодируют. Я ставлю свою подпись в конце листа с назначением. Теперь всё официально. Честно говоря, я немного удивлена, что все действительно рады меня видеть в главе. Я же даже несовершеннолетняя. Наверное, все понимают, что сама я вести дела не буду, а только контролировать деятельность совета. А доверие у всех ко мне железное по известным причинам. Что касается смерти родителей, за неделю плача и затворничества в комнате я почти совсем успокоилась и смирилась. Я решила, что гораздо важнее продолжить их дело, чем сотрясать воздух. Ведь именно это они мне и завещали. У нас принято оставлять свои предсмертные записки под подушкой. Мы живем, как на пороховой бочке. Никогда не знаешь, когда тебя убъют. Поэтому свои завещания все написали уже давно. Правда об этой традиции я вспомнила только в день похорон. Вот, что написала мама: " Лиска, Лизонька, раз ты это читаешь, значит, меня уже нет в живых. Я хочу, чтобы ты знала, что я тебя безгранично люблю. Я тебе полностью доверяю и надеюсь, ты не станешь долго страдать о моей смерти. Знаю, что мы с тобой слишком близки, чтобы ты смогла быстро смириться с моей гибелью, но постарайся быть сильной ради меня. Надеюсь, весь этот кошмар закончится в скором времени, и ты сможешь обрести свое счастье. Я буду любить тебя вечно. Твоя мама." Пробивает до мурашек от каждого слова. Я тоже буду любить тебя вечно! И никогда не забуду! Я уже выучила это послание наизусть. И каждый раз при повторении его слезы катятся по щеке. Решаю окончательно себя добить и вспомнить папину записку. "Лиска, если ты это читаешь, значит, мне не повезло. Я горжусь тобой, твоей смелостью и храбростью. С того самого момента, как ты помогла мне, оглушив офицера СОБР, я понял, что ты папина, моя дочка. Из тебя вышел прекрасный боец. Люблю тебя. Папа " Всегда любила прямоту отца. Приятно осознавать, что он оценил тот мой поступок у больницы. Я всегда знала, но никогда не слышала, что папа любит меня. Только здесь я увидела эти слова. Слезы уже слились в водопад. Как же мне хочется обнять и прижать к себе каждого из родителей. Это невыносимо. Но надо отдать должное своему отряду. Они не забыли обо мне. Некоторые девчонки приходили и пытались утешить. Кто-то приносил вкусняшки, не понятно откуда они их вообще достали, может, из заначек. Другие звали на тренировку, чтобы я развеялась. Вобщем, мы окончательно сбилизились. Я им очень благодарна за поддержку. Нынешнее время - Лиска, пятиминутная готовность. - Наши главные силы уже не справляются? - из меня просто сочится ирония. Было же очевидно, что мы еще недостаточно подготовлены для такого серьезного боя. Но Роза убедила, что нельзя народ больше заставлять ждать, что он и без того на пределе. Под напором и остальных членов совета мне пришлось подписать указ о наступлении, ведь, поскольку официально именно я возглавляю подразделение, без моей подписи ни одно распоряжение не имеет силы. Мне молча вручают автомат. Я встаю и присоединяюсь к отряду. Ну что, сегодня мы повеселимся.