По ту сторону

Солнце лениво катилось по небосклону, неторопливо завершая свой долгий путь за линией горизонта, а Сара все сидела в парке. Одна, медленно погружаясь в сумерки и ночную прохладу, проникающую своими толстыми липкими лапами под тонкую ткань платья и вызывающую противную дрожь, от которой не спрятаться, не скрыться. Девушка отрешенно кидала хлебные крошки уже отъевшимся до невероятных размеров голубям и невидящим взглядом смотрела прямо перед собой. Нужно собраться с силами и вернуться домой. Только, где теперь он, этот дом? В квартире, где она жила счастливо последние несколько лет теперь никого. Джефф собрал вещи сегодня утром, заявив, что разрывает помолвку и уходит к Софи. Оказывается, они уже около года вместе. Зачем было делать предложение Саре, когда он влюблен в другую, девушка искренне не понимала. Однако, Джефф, помня все то хорошее, чтобы было между ними, позволил бывшей невесте пожить пару дней в его квартире, пока она не найдёт себе новое жилье. Идти туда, навстречу удушающей пустоте, совсем не хотелось, и Сара упорно продолжала мёрзнуть в Центральном парке, даже после того, как булочка закончилась и довольные птицы вальяжно покинули место кормежки, еле унося сытые тушки на гнущихся от излишнего веса крыльях. Мороз пробрался под кожу, заставляя кровь стынуть в венах, и Сара, обняв себя за плечи, медленно поднялась со скамьи, растирая замерзшие руки. Осень вступала в свои законные права, окрашивая постепенно некогда сочную зелень всеми оттенками жёлтого и красного, усиливая с каждым днем ветер, несущий за собой противный моросящий дождь и тоску. Осень — лучшее время для грусти. Свет в окнах не горел, оповещая случайных прохожих, что квартира сейчас пуста или её хозяева давно нежатся в постели, переплетая тела в недвусмысленных позах. Только вот это было далеко не так. Поежившись, Сара проскользнула поскорее в подъезд, словно убегая от кого-то, криво усмехнувшись мысленно тому, что от самой себя не убежишь. Запах одеколона Джеффа наполнял комнату терпким ароматом, нарезая душу тонкими нитями спагетти и, поддавшись эмоциям, заполнившим сердце, Сара выпустила боль наружу, утопая в слезах, солёной дорожкой стекающих по бледным щекам к подбородку. Свернувшись калачиком на кровати, все ещё хранившей тепло тела Джеффа, девушка уткнулась лицом в его подушку, рыдая навзрыд. Обида закралась в сердце, длинными мерзкими когтями впиваясь как можно глубже, проникая в самую глубь иссушенного предательством органа. Как он посмел так ее обмануть, играя её чувствами, словно это было в порядке вещей? Он уничтожил, растоптал, унизил ее! Нет, Сара, ты не должна сейчас плакать по нему, не по этому человеку, без зазрения совести вонзившему нож тебе в спину. Если тебе обломали крылья, собери волю в кулак и научись летать без них! Решительно поднявшись с кровати, Сара направилась на кухню, выискивая заплаканными глазами самую дорогую бутылку виски, надёжно запрятанную за потайной дверцей домашнего мини-бара. Glen Deveron 20-тилетней выдержки. То что надо. Джефф слишком долго хранил её, планируя открыть на свадьбе, но раз та отменяется, то Сара имеет полное право распить эту обжигающую горло жидкость, в надежде, что хотя бы она сумеет на время приглушить боль и непрошенные мысли. Широкое кожаное кресло приняло тонкую фигуру девушки в свои прохладные объятия, помогая расслабить затекшие после долгого сидения на холоде мышцы. Откинувшись назад, Сара медленно отпила виски, наслаждаясь каждой каплей, тонкой струйкой стекающей вниз по гортани. Приятное покалывание в кончиках пальцев вызвало невольный смешок и, смело опрокинув ещё один бокал, девушка поднялась, танцующей походкой направляясь к старому музыкальному центру. Аудиокассеты, аккуратно сложенные в небольшом ящике, маняще пестрили разноцветными надписями и рисунками, призывая выбрать ту, от прослушивания которой станет радостно на душе. Пробежавшись пальчиками, Сара выбрала кассету с заводным диско 70-х. Лёгкое нажатие на кнопку «плэй», и задорные аккорды заполнили собой небольшое помещение, подчиняя тело и разум незамысловатому такту. Сара танцевала. Кружилась с бутылкой виски в центре некогда родной ей квартиры, смеясь громче положенного, подпевая через слово и медленно, но верно напиваясь, сгорая в алкогольном угаре, что взрывал фейерверки под полуприкрытыми веками. Очередной поворот, и она поняла, что дошла до кондиции, до той самой точки, когда нужно с яростью бросить бутылку на пол в горячем порыве, разбивая её на тысячи мелких, блестящих под яркими лампами осколков и завалиться на диван прямо в одежде. Раскидать волосы по подушке, напоследок подумав о том, что неплохо было бы принести тазик, возможно, он пригодится в скором времени, так как мозг уже давно начал свое увлекательное путешествие на вертолетах. Сара падала, не боясь совсем встретиться головой с холодным узором дорогого ламината, потому что даже эта боль, что взорвёт её разум к чертям, сотрясая серое вещество в черепной коробке, не сможет пересилить муки душевные. Время словно замедлило свой бег, давая ей в полной мере рассмотреть момент своего падения, единственным зрителем которого была она сама, занявшая место в первом ряду. Руки нелепо взметнулись вверх, все ещё крепко сжимая полупустую бутылку, из которой завораживающе красивой золотистой лентой полилось виски, попадая в плен земного притяжения и растекаясь потом неровной кляксой по полу. Платье вспорхнуло вслед за руками, и волосы обрамили лицо с обеих сторон. До пола всего ничего. Три, два, один… — Осторожней! — крепкие руки подхватили за плечи, буквально в последнюю секунду спасая от удара, и девушка широко распахнула глаза, вздрагивая от незнакомого голоса. Почувствовав затылком, что голова покоится на чем-то мягком, удивлённо подняла глаза, пытаясь сфокусировать пьяный взгляд на встревоженном лице, смотрящем на неё сверху вниз. Это был неизвестный ей молодой человек с малахитовыми глазами, распахнутыми сейчас от удивления и нескрываемого шока. Непослушные волосы чуть ниспадали за линию бровей, касаясь кончиков ресниц. Встрепенувшись, Сара подскочила, отползая подальше от таинственного незнакомца спиной вперёд, пока не достигла края комнаты и дрожащей рукой провела ладонью по лицу, надеясь, что, когда она откроет глаза, пугающее наваждение само собой исчезнет. Парень едва заметно светился, словно позади него находилась лампа, создающая мягкое сияние вокруг тела, и непонимающе сверлил девушку взглядом. — Ты… Ты… Ты как сюда попал? — взгляд метнулся к закрытой на все замки двери. — Ты… Кто такой вообще? Он нахмурился, сосредоточенно изучая пылинки, поднятые в воздух торопливыми движениями Сары пару минут назад. Смесь страха и непонимания скользнули по его лицу, превращаясь в самую настоящую панику. — Я… — начал он, но вдруг осекся, будто не узнал собственного голоса. — Я… Где я? — Ты в моей квартире… на Даймонд-стрит, — шёпотом ответила Сара, все ещё пытаясь понять, не сошла ли она с ума и для верности незаметно ущипнула себя за ногу, мгновенно поморщившись от боли. — Как тебя зовут? Почему ты… светишься?! — голос перешёл на визг, выдавая внутреннюю панику девушки. — Кто ты, черт возьми, такой? — Понятия не имею, — обречённо выдохнул он с таким же испуганным, как и у Сары, лицом. — В каком смысле я свечусь? — Т-там. Зе-зе-ркало, — кое-как выдавила Сара дрожащим голосом, решив, что она все же допилась до чёртиков и незнакомец просто галлюцинация. Не может человек так светиться, по природе своей не может. Судя по тому, что она ощутила кожей его прикосновение, он не призрак и не дух, значит, просто плод воображения затуманенного алкоголем мозга и ничего более. Парень поднялся с пола, ошарашенно осматривая свои руки. Не заметив ничего подозрительного, обернулся к Саре, махнув ей головой, призывая тем самым пойти вслед за ним. Девушка с трудом встала, пошатываясь, стараясь всеми силами сдержать спазмы в желудке, желающие получить разрядку и вернуть выпитый алкоголь наружу. Настороженно приблизилась к незнакомцу, что стоял перед большим зеркалом в прихожей и беззвучно изучал свое отражение. Сара встала рядом с ним. Внешний вид оставлял желать лучшего: размазанные по щекам слезы, перемешанные с чёрными разводами туши, совершенно косой взгляд, что она так усиленно пыталась удержать в одной точке, и мелко трясущиеся губы. — Видишь, я не свечусь, — спокойно произнёс парень, внимательно глядя в глаза Сары сквозь зеркальную гладь. — Это ты светишься. — Бред, — твёрдо ответила девушка, поворачиваясь к нему лицом. Неловко провела рукой по его груди, чувствуя, как начинает щипать под кожей и тут же отдернула руку. — Я хоть и пьяная, но не слепая… Ты светишься. Ты что призрак? — Давай проверим? — неожиданно весело произнёс он, хватая Сару за руку. — Что чувствуешь? — Тепло, — ответила она, ощущая на своём запястье горячее прикосновение. — А ты? — Тоже самое. Значит мы не призраки, — заключил парень, для верности кивая головой. — С этим разобрались. Второе, почему мы не замечаем собственного… кхм… свечения? — Не знаю, — Сара пожала плечами, на самом деле не понимания, что сейчас происходит. — Ты не помнишь своего имени? Незнакомец поморщился, прижимая пальцы к вискам и помассировав их, создал себе только головную боль, сжавшую черепную коробку терновым венцом. — Хорошо, давай так. Я Сара, — он кивнул, виновато улыбнувшись, показывая, что, не имея возможности представиться, чувствует себя глупо и неловко. — Поиграем в ассоциации. Готов? — Дерево? — Клен. — Цвет? — Красный. — Животное? — Кошка. — Имя?  — Майкл! Победно вздернув подбородок, Сара засмеялась, хлопая в ладоши, как маленький ребёнок. Детский восторг захлестнул с головой, смешиваясь с алкоголем, бурлящим в крови, и девушка не раздумывая прыгнула Майклу на шею. Он растерянно прижал её к себе, осторожно похлопывая по спине, а затем резко отстранился. — Ладно, с именем тоже разобрались, — он задумчиво потер подбородок и вновь принялся рассматривать себя в зеркало. — Ты видишь, как я свечусь, да? Окей. Я вижу, что светишься ты. И мы точно не призраки. Ну и что тогда происходит? — А есть шанс, что я слишком много выпила и ты мне просто привиделся? — Исключено, — уверенно ответил Майкл. — Я же не пил, а все равно вижу тебя. Хотя может и пил. Ничего не помню на самом деле. Как там обычно бывает в фильмах? Если я здесь, то значит есть на то какая-то причина. Мы встречались раньше? — Не думаю, — Сара чуть сощурила глаза, напрягая извилины, но попытка хоть что-то вспомнить, моментально отдалась глухой болью в воспаленном мозгу. Пошатнувшись, она схватила Майкла за руку, стараясь удержать равновесие. Понимающе взглянув на нее, он помог девушке дойти до дивана и мягко усадил, устраиваясь напротив. — Думаю, я бы тебя запомнила, загадочный незнакомец. Майкл улыбнулся и, кажется, немного покраснел. Внимательно осмотревшись, он перевел взгляд обратно на Сару, которая уже тихо сопела, прижимая к груди диванную подушку. Убрав прядку с ее лица, парень нерешительно встал, решив пройтись по комнате в надежде найти хоть какие-то зацепки. Квартира была небольшая и скорее наводила тоску, чем желание изучать бесконечные полки со справочниками, книгами и талмудами по юриспруденции и философии права. Видимо, ее хозяин не слишком-то преуспевающий юрист или адвокат, раз не может позволить себе жилище получше. То, что данной профессией занималась Сара, Майкл почему-то сразу отверг. Она не вязалась в его голове с чем-то серьёзным настолько, что, представляя себе эту хрупкую девушку в строгом костюме и толстой папкой с документами в руках, парень тихо усмехнулся. Ей скорее подходила более творческая работа: может она занималась оценкой произведений искусства или была экскурсоводом в музее. Не найдя ничего, что могло бы привлечь внимание, он вернулся к дивану и задумчиво уставился на новую знакомую. Её голубоватое свечение загадочно переливалось, подобно глади морской воды, и небольшие всполохи то и дело волновали воздух, перемешиваясь с тяжёлым дыханием девушки, наполненным алкогольным парами. Умиротворенное лицо Сары с чуть приоткрытым ртом, вызвало у Майкла улыбку. Покачав головой, словно пытаясь избавиться от ненужных мыслей, он опустился на диван подле нее, сложив руки на груди, откинул голову на спинку дивана, медленно закрывая глаза. Всё происходящее казалось похожим на странный, немного пугающий, но такой реалистичный сон, от которого ни он, ни она не могли проснуться. А что, если они оба сейчас спят в своих кроватях и просто снятся друг другу? Могут ли быть сны настолько осязаемыми, что его кожа до сих пор помнит прикосновение к её руке, а грудь тяжело вздымается от того, что она робко коснулась его тёплой ладонью, стоя перед зеркалом. Распахнув глаза, Майкл покосился на мирно спящую девушку. Она была слишком пьяна и напугана перед тем, как провалиться в тревожный сон, поэтому спала, как убитая, полностью расслабив тело. Всё же боясь разбудить, парень осторожно повернул её голову вбок и пару минут внимательно изучал черты лица, подметив россыпь милых веснушек на носу, несмотря на то, что кожа была испачкана разводами туши. Веки немного припухли, было понятно, что она долго и много плакала. Не просто же так она напивалась одна в пустой квартире. Сочувственно поджав губу, Майкл бережно провел рукой по щеке мелко дрожащими пальцами, чувствуя, как покалывает кожу от прикосновения. Мягкое свечение пошло мелкой рябью, будто он спугнул его своим неожиданным касанием. А что, если… Взвесив все за и против, Майкл наклонился ближе, и, остановившись буквально в миллиметре от её губ, несколько раз глубоко вздохнул, прежде чем начать эксперимент. Едва касаясь мягкой поверхности губ своими губами, осторожно двинул ими, пытаясь изобразить хотя бы жалкое подобие поцелуя, но Сара тут же застонала, опаляя горячим дыханием кожу. Замерев, Майкл затаил дыхание, не отстраняясь ни на миллиметр и едва заметно вздрогнул, когда она ответила на поцелуй по-прежнему не открывая глаз. Осмелев, он переместил руку на шею и чуть ближе притянул девушку к себе, углубляя поцелуй. Сара отвечала с таким же рвением, дыхание стало заметно громче, и она чуть приоткрыла глаза, встретившись с ним взглядом. Парень тут же дёрнулся, отстраняясь. — Ну, и как, получилось? — спросила Сара, чувствуя, как полыхают щеки и неловко улыбнулась. — У меня тоже была такая мысль, но я испугалась, что меня может… Ну… Я немного перепила, понимаешь? — Да, прости, — Майкл виновато отвёл взгляд, отмечая про себя, что, несмотря на жуткий перегар, не очень приятным шлейфом окутавший девушку, поцелуй ему понравился. — Ты есть хочешь? — неожиданно спросила Сара, потягиваясь, вытянула ножки, а затем обернулась к Майклу, замершему с ошарашенным лицом. — Ну, мы уже выяснили, что мы не призраки, значит, можно смело заказать пиццу. Заодно проверим, видят ли наше свечение посторонние. Кстати, а ты не пробовал выйти за дверь? Майкл громко рассмеялся её предложению. Поднявшись с дивана, медленно подошёл к входной двери, обернувшись на Сару и получив от нее утвердительный кивок, щёлкнул замком. Дверь с противным скрипом распахнулась, предлагая выйти в коридор, украшенный темно-коричневой дорожкой и фикусом в огромном потрескавшемся горшке. Сосчитав до трех, Майкл сделал шаг за порог, но его тут же откинуло назад, словно невидимая стена отпружинила его тело. Рухнув в прихожей, парень громко шикнул, поморщившись от внезапной боли. Сара подорвалась к нему, помогая подняться. Виновато заглядывая в глаза, усадила Майкла обратно на диван, опустившись на пол около его ног, чувствуя, как паника накатывает с новой силой. Всхлипнув, девушка мелко затряслась, постепенно переходя в рыдания. Страх невидимой цепью сковал тело, пока Сара, захлебываясь в собственных эмоциях, пыталась унять хоть немного тремор рук, но вместо этого лишь беспомощно заламывала пальцы, ощущая, как разрастается внутри чёрная дыра, рискующая затянуть её в глубины своего космоса навсегда. Майкл соскользнул с дивана, крепко прижал её к своей груди, успокаивая, словно маленького ребёнка, принялся что-то нашептывать, поглаживая ладонью светлую вуаль волос, пока Сара, наконец, не перестала плакать и лишь тихо подвывала. — Ну, все, все, — голос Майкла убаюкивал, проникал под кожу, разливая приятное тепло по всему телу. — Мы во всем разберёмся. Все будет хорошо, Сара. Ну? Девушка вяло кивнула, поднимая глаза. Грустно улыбнувшись, Майкл разжал объятия, однако, она продолжала судорожно сжимать его кофту, не желая отстраняться ни на миг, будто боялась, что если она его отпустит, то страх вернётся снова и накроет девушку с головой так сильно, что уже ни одни объятия в мире не смогут успокоить бушующую внутри тревогу. — Сара, я… Ты не хочешь спать? — Нашёл время, — хмыкнула она, нехотя разжимая пальцы. Майкл выглядел взволнованным, и Сара открыла было рот, но ненужные слова так и остались невысказанными. Беспокоить его ещё сильнее было бы неправильно. Да и кто они друг другу, по сути. — Полежишь со мной? — спросила она, поднимаясь с пола. — Ты ничего не подумай такого. Просто вдруг что-нибудь случится. Не хочу оставаться одна в этой неизвестности. — Конечно. Устроившись на кровати, они синхронно пялились в потолок, пытаясь разгадать эту загадку вселенной, подкинутую им неизвестными высшими силами. Божественное проведение или шутки Сатаны? Ясно одно: они оба здесь неспроста и должны во чтобы то ни стало решить этот ребус. — Расскажи о себе? — попросил Майкл, играясь пальцами с волосами девушки, перебирая их, словно тонкие шелковые нити. Неловкость куда-то исчезла, шаг за шагом отступая в темноту, нарочито медленно, но неумолимо подталкивая их навстречу друг другу, и Сара, положив голову на плечо парня, начала свой рассказ. Вкратце описала свое беззаботное детство, которое она провела с родителями в Балтиморе, потом о юности и переезде в Сан-Франциско. О том, как она встретила Джеффа, и он увёз её в Нью-Йорк. Закончила повествование грустной историей его предательства, в мельчайших подробностях описывая каждую свою эмоцию, вплоть до момента ее встречи с Майклом. — Мне жаль, Сара, — грустно подытожил парень, крепко прижимая девушку к себе. — Если бы я помнил что-нибудь о своей жизни до встречи с тобой… Но, увы. Хотя, если судить по нашему короткому раунду в ассоциации, я люблю кошек и красный цвет. Сара хихикнула. Резко замолчав, подняла голову, встречаясь с его глазами. С Майклом было так тепло и спокойно, будто они знакомы уже тысячу лет, словно давно дружат, знают все секреты и самые грязные тайны друг друга. Ему хотелось довериться, раскрыть душу нараспашку, впуская в самое нутро, поведав о самых потаенных желаниях, не боясь при этом обжечься. Удивительное чувство, не похожее ни на что другое, кружило голову, раскрашивая жизнь в самые яркие цвета. Сара благодарно улыбнулась парню, не сводя с него глаз: — Спасибо, — прошептала она. — Спасибо, что ты сейчас со мной. Даже если мы черт знает где и не по своей воле, даже если не видим выхода, я рада, что я здесь не одна. — Сара, — он выдохнул в сантиметре от ее лица, рисуя на коже горячие всполохи. — Можно я… Немедля ни секунды, девушка первая приникла к его губам жадно, словно они были единственным источником освежающей влаги посреди обжигающей горло пустыни. Целуя губы друг друга словно в последний раз, впиваясь пальцами в кожу до белых следов, они будто вкладывали в этот поцелуй весь страх и непонимание, отпуская боль, скопившуюся на сердце. — Сара… — тяжело дыша, прохрипел Майкл, пальцами бегая по её спине, скользя между лопаток, то поднимаясь выше, касаясь шеи у самой кромки волос, то опасно балансируя в самом низу поясницы, боясь сорваться. — Сара, это какое-то сумасшествие… — Я знаю, прости… — пряча глаза от смущения, девушка уткнулась носом ему в шею, пытаясь утихомирить слишком быстро бьющееся сердце. — Давай просто поспим. На свежую голову будет легче придумать, как нам выбраться из этой ловушки. Если из неё вообще есть выход. — Выход есть всегда, — философски подметил Майкл, погружаясь медленно в расслабляющее небытие. — А если нет… Прорубим его в стене сами. За окном давно уже разливало свой свет солнце, посылая лучи тепла на продрогшую землю, пытаясь согреть её хоть немного в это не по-осеннему яркое утро. Людской поток спешащих по своим делам фигур становился все гуще, словно кто-то подливал ещё и ещё сладкой вязкой карамели, разбавляя его детьми, бегущими в школу, хмурыми джентльменами и весёлыми студентками на высоких каблуках. Вечно бессонный Нью-Йорк стряхивал с себя блестящую мишуру вечеринок и неоновых огней, все больше погружаясь в привычную суету большого города. Сара распахнула шторы, щурясь от слишком яркого света, и тяжело вздохнула. Ужасное похмелье сжимало голову неприятно пульсирующей болью в висках. Во рту поселилась Сахара в миниатюре, а дыханием запросто можно было кого-нибудь убить. Устало потерев лицо, девушка обернулась, в надежде, что Майкл ей не приснился, и облегченно выдохнула, увидев спящего парня на своей кровати. Значит, они все еще здесь, невесть кем запертые с непонятными никому целями. Прошмыгнув в ванную комнату, девушка привела себя в порядок, скептически оглядывая припухшее, помятое лицо с черными кругами под глазами. Проведя подушечками пальцев по губам, невольно вспомнила поцелуй, тут же заливаясь пунцовым румянцем. Безумие, это просто невероятное безумие. Немного подумав, Сара пошла к входной двери, задумавшись о том, что она сама еще не пробовала покинуть пределов квартиры, а затем неуверенно дернула ручку на себя, робко выглядывая в коридор. Вспомнив, как вчера отбросило Майкла от одного прикосновения к невидимой стене, она поежилась, собираясь с силами, и, прикрыв глаза, робко протянула руку. Ладонь уперлась в зыбкое нечто, напоминающее водную гладь, но более плотную, скорее гелеобразную. Рука липла к ней, но оторвать ее от странной субстанции не составило труда. Неожиданная мысль пронзила тело разрядом тока, и Сара рванула обратно в комнату, с разбега прыгая на кровать. — Майкл, проснись! — Ммм, — промычал парень, зарываясь носом в подушку. — Давай, поднимай свою задницу, живо! — прикрикнула на него девушка, больно пихая в бок, но вместо того, чтобы открыть глаза, Майкл притянул ее за талию к себе, заваливая на кровать и уткнувшись в шею, снова засопел. Сара обреченно выдохнула, скидывая с себя его руки, и еще громче принялась будить соню. — Майкл! Прием! Просыпайся же, ну! — Сара… — Давай-давай, мы должны кое-что попробовать! Пожалуйста, Майкл! — Да встаю, — протянул он, недовольно сморщившись. Кое-как оторвав голову от подушки, уставился невидящим взглядом перед собой, пытаясь включиться в реальность, которая кадр за кадром медленно просачивалась в мозг, складываясь в сломанный пазл, в котором будто бы не хватало нескольких деталей. Бросив на Сару осоловелый взгляд, медленно поднялся, поправляя перекрученную от тревожного сна одежду. — Я смотрю, ты полна сил. Выглядишь, правда, хреново, — Майкл улыбнулся, заметив, как девушка недовольно поджала губы. — Вчера я не в полной мере смог рассмотреть, какая ты красивая. Повезло мне, однако, застрять черт знает где с такой девушкой. — Давай комплименты потом, — покрасневшая Сара схватила его за руку и потащила к входной двери. — Смотри, — сказала она, погружая руку в невидимую стену, которая легко пропустила ее ладонь сквозь себя, плотно обхватив запястье девушки гелеобразной субстанцией. — Что, если мы сможем выйти только вместе? — Можно попробовать, конечно, — неуверенно ответил Майкл, не скрывая волнения в голосе. — Надеюсь, меня не треснет током, как в прошлый раз, ну или что это было. Взявшись за руки, они медленно ступили вперед, ощущая, как горят ладони в месте их соприкосновения, в то время как стена была холодной, словно льды Арктики, заставляя каждую клеточку кожи вмиг застынуть от обхватившего ее холода. Майкл сильнее сжал руку Сары, упорно продолжая протискиваться сквозь преграду, едва ли не на себе вытягивая ее в коридор. Еще один короткий шаг — и стена зашлась недовольной рябью, не желая отпускать своих пленников, становясь все гуще и плотнее, сжимая легкие до боли, высасывая из них последние крупицы кислорода. Сара начала задыхаться, чувствуя, как кружится голова, а ноги подкашиваются. Разжав пальцы, она выпустила свою ладонь из руки Майкла и стала медленно оседать, но он снова схватил ее руку, потащив вперед, пусть и сгорая в агонии от катастрофической нехватки кислорода. Последний шаг дался с трудом. Стена, выплюнув их словно кусок поднадоевшей жвачки, завибрировала, покрываясь волнами, и Майкл рухнул на пол, не разжимая пальцев, крепко державших девушку за запястье. Сара упала на него сверху, жадно глотая воздух полной грудью и устало опустила голову ему на грудь. Выбрались. — Ты…как? — спросила она, выравнивая дыхание. — Нормально, — ответил Майкл, закрывая глаза. Давая немного времени организму отойти и привыкнуть к новым ощущениям, опутавшим тело колючей проволокой. Открыв глаза, он посмотрел на Сару, пытаясь понять, что же изменилось в ней, пока, наконец, до его сознания не дошло, что она начала таять, становясь почти прозрачной. Непонятное чувство страха закружило голову, раздражающей пульсацией в висках донося до сознания мысль, что скоро она совсем исчезнет, оставив его одного, и ему очень не хочется терять ее сейчас, когда они смогли преодолеть эту стену, крепко держась за руки и так многого еще не успели сделать или сказать. — Сара! Ты… посмотри на свои руки. Девушка вскочила, с ужасом в глазах наблюдая, как медленно растворяется в воздухе, становясь невидимой, будто и не было ее никогда. Слезы застилали глаза и она, повинуясь внезапному порыву, кинулась на шею Майкла, целуя его в губы. — Не оставляй меня, пожалуйста, Сара, — выдохнул он, открыв глаза, но увидел лишь пустоту перед собой. — Черт!

***

Словно пробираясь сквозь толщу воды, Сара начала медленно приходить в себя. Ресницы дрожали, не решаясь распахнуться, защищая глаза от слепящего света, пробивающегося сквозь закрытые веки. До слуха начал доходить странный, совсем незнакомый звук, раздирающий каждый нерв противным пищанием. — Мисс О’Нил, — позвал чей-то голос, и Сара осторожно приоткрыла глаза. Больничный запах ударил в нос, смешиваясь в дикую какофонию ароматов, вынуждающих ее поморщиться. — Мисс О’Нил, рад, что вы очнулись. Как вы себя чувствуете? — Где… — захрипела она. — Где Майкл? — Кто, простите? — мужчина в белом халате наклонился к ее лицу, извлек из кармана маленький фонарик, по очереди поднеся его к каждому глазу, от чего Сара на пару мгновений практически ослепла. — Мисс О’Нил, вы помните, что с вами произошло? — Я… — неуверенно начала она, пытаясь собрать воедино обрывки воспоминаний, напрягая до боли мозг. — Я была дома… и Майкл… мы не могли выбраться, а потом, — соленая дорожка слез намочила подушку, собираясь в маленькие лужицы, и девушка судорожно всхлипнула, заглядывая в удивленно расширенные глаза доктора. — Он мне приснился, верно? — Мисс О’Нил, понимаю, в вашем состоянии сложно здраво мыслить, и часто обрывки воспоминаний смешиваются в голове в непонятную кашу, но дома вы сегодня не были. Вы попали в аварию, когда перебегали дорогу около Центрального парка. Мужчина на мотоцикле сбил вас. — Он жив? — испуганно спросила она, приподнимаясь на локтях. — Сложно сказать, — неуверенно ответил мужчина, сочувственно качая головой. — Он в коме. — Я хочу посмотреть на него! — Мисс О’Нил, вам нельзя подниматься с кровати, вы еще слишком слабы. — Доктор нахмурился, а затем мягко улыбнулся девушке. — Советую вам еще немного поспать, я зайду позже. Оставив Сару наедине со своими мыслями, он вышел из палаты. Едва дверь за его спиной захлопнулась, девушка поднялась с койки, чувствуя невероятную слабость и головокружение. Мир перед глазами плыл, кружа водоворот черных точек и ослепительно ярких белых вспышек, но, изо всех сил превозмогая боль, она решительно опустила ноги на холодный пол. Держась за все, что могло хоть как-то сойти за опору, медленно двинулась в сторону выхода. Больничный коридор встретил ее неожиданной тишиной. Крадясь вдоль стены, опираясь плечом о холодную поверхность, девушка пошла вперед, останавливаясь у каждой палаты и вчитываясь в таблички с именами пациентов. Ни одного Майкла. Уже отчаявшись, она пошла дальше. Осталась одна палата. Не веря в собственное везение, Сара остановилась напротив двери и, набрав побольше воздуха в легкие, подняла глаза. На маленькой белой табличке красовалась надпись «Майкл Тёрнер». Едва не закричав, девушка дернула ручку, медленно открывая дверь, и проскользнула внутрь палаты. На больничной койке, опутанный десятком разных трубок и проводов, лежал парень из ее видения с совершенно отрешенным выражением лица. Приборы вокруг противно пикали, шипели, выдавая непонятные Саре показания. Осторожно приблизившись, она присела на край кровати, печально глядя в бледное лицо Майкла, покрытое фиолетовыми гематомами разной степени насыщенности и мелкими порезами, похожими на ранения, полученные при столкновении со стеклом или зеркалом. Бережно погладив его по щеке, девушка опустила голову ему на грудь, смахивая непрошенные слезы кончиками пальцев. — Ну, привет, мое личное приведение, — тихо прошептала она. — Значит, ты мне все же не приснился… — Мисс О’Нил, что вы здесь делаете? — строгий голос врача заставил ее вздрогнуть и обернуться. Мужчина стоял в дверях, недовольно поджав губы. — Мистер Тёрнер в коме, вы ничем не можете ему помочь. Вернитесь в свою плату, пожалуйста, и больше не нарушайте больничный режим. — Нет-нет, пожалуйста, можно я побуду с ним еще немного? Пожалуйста! — взмолилась Сара, вцепившись дрожащими пальцами в рубашку парня. Паника сдавила сердце, рискуя порвать его в клочья, отдаваясь липкой болью в груди. — Мисс О’Нил, давайте успокоимся и вернемся в вашу палату… — Нет! Мужчина тяжело вздохнул, потерев переносицу и улыбнувшись Саре, медленно начал приближаться к ней, разговаривая словно с маленьким ребенком: — Мисс… Сара, пожалуйста, давайте не будем усложнять ситуацию. Мистер Тёрнер находится в коме и вряд ли уже очнется. Вам нужно вернуться в свою палату и продолжить лечение. — Но Майкл, — слезы обжигали кожу, скатываясь солеными кристаллами по щекам. — Майкл, он… Доктор опустил взгляд, незаметно для девушки протягивая к ней руку и крепко вцепившись в ее локоть, потянул на себя упирающуюся Сару. Она начала кричать, вырываясь, но крепкие руки мужчины надежно прижали ее к себе. Оторвав девушку от пола, он потащил ее к выходу из палаты, когда за их спинами, раздался тихий, еле различимый хрип: — Сара?..