Интернет обезличивает

Время близится к полуночи, я как всегда не сплю. Телефон подмигивает желтым светодиодом. Там беззвучный. Уже очень давно. Это количество уведомлений меня когда-нибудь сведет в могилу. Или батарею моего смартфона, хотя иногда мне кажется, что это одно и то же. Мы заряжаемся с ним по ночам. Впрочем, он чуть чаще, от розетки, а я от кофе или энергетиков. И уже очень давно не от тебя. «Ты знаешь, меня всегда интересовала эта тема…» Мы переписываемся уже некоторое время, а я все не могу понять… Она пытается меня расколоть? Или я параноик? А может просто интересуется, как и положено девушкам? Но намеков на то, что меня не существует, слишком много, чтобы не обращать на это внимания. Мы живем в мире интернета. И она права… Эта тварь обезличивает. Здесь ты можешь придумать себе любую жизнь, скрыть все проблемы, оставаться для своих читателей терпеливым, логичным и черт знает каким еще… Дальше каждый додумает сам. Моя проблема в том, что я это умею. Я умею собрать все, что производит команда, разложить в нужном порядке и красиво преподнести. Только жилетки и бабочки не хватает для полного сходства с каким-нибудь официантом. Жаль, что это работает только в сети. Потому что в обычной жизни куда сложнее производить должное впечатление. Особенно с тобой. Быстро отвечаю на сообщение: «Тут еще шизофрению предлагают. Будто оба героя — один и тот же человек!» Я не сплю уже больше тридцати шести часов. Работа, личная жизнь и курирование этого аккаунта скоро сделают шизофреника из меня. Жара добивает еще больше, превращая мозг в вещество с низкой температурой плавления. Нормально соображать получается только сидя на балконе среди ночи. Чем я, собственно, и занят. «Это не шизофрения. Здесь многие с собой общаются. И не только здесь. Я прям читала это в писательских советах: заведите другой аккаунт и хвалите себя с него. Но это будет оригинальная идея. Мне нравится!» В моей голове пространство занято уже совершенно другой информацией. В браузере открыты десятки вкладок. Наиболее активны как минимум три. Нужно закончить работу и внести все необходимые данные в отчетные таблицы, общий диалог проекта сейчас молчит. Периодически кому-то нужен и тот… другой я. Пробегаюсь по нескольким предыдущим сообщениям, чтобы въехать в диалог. «Подожди, сейчас найду. Я знаю похожий рассказ…» «Слушай, ты со сколькими людьми кроме меня сейчас общаешься?» Что мне ей ответить?.. — Я иду спать, — ты заглядываешь на балкон со стаканом воды в руках, держась за него, как за какую-то опору. — Хорошо. Я еще поработаю и тоже лягу. — Понятно, — прекрасно слышу разочарование в твоем голосе, но никак не реагирую. — Скинула тебе материал для новой статьи. Обработаешь? — Если найду время. Время находится уже глубокой ночью. «Всем привет! С вами Макс!» После этого приветствия слова складываются в емкую мотивирующую статью. Я ложусь спать с рассветом, понимая, что вставать мне уже через несколько часов. Замотивируйте уже кто-нибудь меня… *   *   * — Ты же мебель, — твердишь ты, зацикливаясь на этом определении. — Как же ты не понимаешь, что живем мы с тобой как соседи! Что я смотрю на тебя и думаю, а ведь мне совсем не обязательно с тобой жить, чтобы спать. Да и засыпаю я все чаще одна, будто соломенная вдова… Чего ты молчишь-то опять? А мне и ответить нечего. Эти ссоры становятся отвратительной традицией. — Не хочу бросаться взаимными обвинениями. Ты же знаешь, что это ни к чему не приводит. — Ты всегда молчишь! Я поднимал на девушку руку всего один раз в жизни. Каюсь, но все равно думаю, что она этого заслужила. И ты, обладая каким-то странным внутренним механизмом, говоришь иногда странные слова о том, что лучше бы я тебя бил, чем вот так… А я все еще пытаюсь определить для себя, а «так» это как? — Какая разница, ты все равно перевернешь все сказанное против меня же. — Так докажи мне обратное! Мне совсем не хочется причинять тебе боль, даже когда ты бесишь до скрежета в зубах, когда выносишь мозг, как этого никто не делал до тебя. Мне кажется, что после нашей встречи я повзрослел на несколько десятков лет, и от инфантильного мальчика, который уходил от тебя в тот самый первый раз, когда я даже не нашел в себе смелости сказать об этом в глаза, не осталось и следа. Люди, что встречали меня через полгода наших отношений, с удивлением говорили, что я возмужал, стал серьезнее, тверже. Но почему-то все еще не перерос тебя. И поэтому мне не ударить хочется, а отключить мозг. Мы оба знаем, как это работает. Работало когда-то… Я все еще физически сильнее, но ты не боишься. Никогда не боялась. А потому проще подмять тебя под себя и преобразовать злость в возбуждение и страсть. — Если я уйду, ты даже не заметишь. — Почему? Замечу. Места больше станет. — Завтра я соберу свои вещи, — слова срываются быстрее, чем я осознаю их смысл. — Делай, что хочешь… Мы докатились до уровня, когда подобное произносится не с горечью, а с облегчением. Уже не кажется, что что-то обрушилось. Жизнь идет своим чередом. Без лишних эмоций улаживаются общие вопросы. Я оставляю тебе некоторые вещи, черновики, пароли. Это обговаривалось с самого начала, когда ты только завела ту страницу. «Я убила Макса», — пишешь ты через пару дней. «Он всегда принадлежал тебе», — отвечаю я, возможно, подразумевая нечто другое. *   *   * Интернет обезличивает. Ушел Макс, но не я. Есть профили, за которыми все еще интересно наблюдать. Невидимкой. За тобой тоже. Но ты все чаще молчишь. И хочется говорить стихами, да только своих строк почему-то больше не приходит на ум. Все цитатки, чужое рвется… Я даже сажусь как-то писать, в комфортное кресло сажусь, с чашкой ароматного кофе. Передо мной смартфон, клавиатура и блокнот, изуродованный беспорядочными записями с чужими рифмами, услышенными где-то на улице, а может быть найденными на просторах интернета, но так и не нашедшими места в моем лексиконе; теми самыми строчками, которые я отдавал людям без зазрения совести, потому что они тоже не приживались ни в строфах, ни даже в скобках; гадкими стихами, что выплевываются в порывах злости, а потом не находят места. Куда их девать-то? Отдельным сборником выпускать? У меня огромный выбор новых профилей. Впрочем, они не новые. Их осталось несколько от различных проектов. Многим даже больше года. Простые истины даются сложнее всего. До них порой доходишь через такие дебри… Я просыпаюсь утром с четким осознанием собственной тупости и резким недостатком тебя. «Ты хоть скучаешь?» Сообщение долго остается без ответа. Я же тихо поедаю себя на работе. Перечитываю твои стихи, понимаю, куда делась моя муза. Говорят, талант не пропьешь. Кажется, я смог. Все в который раз идет по кругу. Новые условия, новые договоренности. Как у тебя вообще фантазии хватает на все новые испытания? — Это дорого обойдется тебе. — Я готов. Веришь? — Нет… А потом настаивать на новой встрече. Вспоминать все твои предпочтения. Дарить столь ненавистные мною цветы, смотреть, как ты разбираешь их на лепестки и складываешь в скетчбук. Гулять с тобой в парке, держать за руки, целовать под фонарем у подъезда, а утром проснуться в одной постели и вместе ехать на работу, пусть по пути только до определенной станции. И чувствовать себя счастливым… Интернет обезличивает. В нем можно придумать себе любую жизнь, скрыть часть себя, заработать определенную репутацию. Только это никогда не будет стоить всей этой реальной, пульсирующей и все же прекрасной жизни. — Спасибо тебе, что всегда идешь мириться первым. — Спасибо тебе, что еще ни разу не оттолкнула.