2.
17 июня 2020 г., 09:56
Кастиэль по собственному опыту знает, что секс — самая простая часть отношений. Всё остальное же делает вещи сложнее, хотя в данном случае «сложнее» это, скорее, синоним к «интереснее».
Но что делать, строя отношения с супергероем? Ну, для начала, нужно перестать думать о Дине как о супергерое. Это Дин, всё-ещё-человек, с душой, полной тайн и загадок, что делает его и страшной городской легендой, и ужасным бездельником (что за последние несколько лет стало отличным поводом для Кастиэля пресекать все его попытки флирта).
Разумеется, сейчас у Кастиэля есть шанс получше узнать ту сторону Дина, которой удаётся совмещать две его жизни воедино.
Эта перспектива привлекает, и это то, что заставляет Кастиэля вернуться на работу в понедельник, хотя каждый его мускул ноет, и имитировать свою обычную походку ой как непросто. Сидя с горящей задницей за рабочим столом, Кастиэль думает, что, хоть он и не жалеет о своём выборе, это не помешает ему про себя проклинать Дина во имя всех небес.
Неожиданно Кроули подходит со спины и хлопает Кастиэля по плечу свёрнутой в трубочку газетой, так что тот может переключиться на кого-то другого.
— Да что с тобой не так? — взрывается Кастиэль, — Это что, твой единственный способ привлечь к себе внимание?
Кроули приподнимает брови, его рука с газетой так и осталась занесённой для второго хлопка.
— Кажется, кто-то немного…
— Если ты сейчас скажешь что-то хоть отдалённо неприличное, твоя задница окажется у меня на столе, и не в том смысле, который тебе понравится, так что, будь добр, поговори со мной хоть раз как цивилизованный человек, — теперь Кастиэль чувствует себя намного лучше.
— Эм, — Кроули смотрит на него немного обиженно, — я просто хотел спросить, слышал ли ты что-то о прорыве в деле Рафаэля?
— Рафаэль? — настал черёд Кастиэля вернуться мыслями на Землю, — А что с ним? Он здесь, в Эдж-Сити?
— Нет, я лишь слышал что-то о нём и подумал, что ты захочешь этим заняться, — Кроули ушёл, оставляя Кастиэля в своих мыслях, которые устремляются в одном направлении: Рафаэль.
Кастиэль — журналист с неплохим числом статей и колонок на своём имени, но есть некоторые истории, которые задерживаются дольше, чем другие. Он пытается не смешивать личное с работой, честно пытается, но некоторые вещи просто не поддаются его контролю. И среди них — дело Рафаэля, которое заняло значительное место в истории и мыслях Кастиэля.
Он проводит день, изучая едва-ли полезные зацепки Кроули. После поднятия всех контактов оказывается, что люди шепчутся, пускают слухи о том, что по городу рыскают, что-то вынюхивают отряды Рафаэля, но следов его самого нет и в помине. Кастиэль не уверен, хорошо это или плохо, ведь Эдж-Сити не знаком с Рафаэлем и его грязными делами — в их городе есть своя иерархия злодеев и законов, так что отдалённо знакомое имя мало что для кого-то значит.
Дело в том, что Кастиэль в зоне риска. Здесь могла бы быть статья, и, поскольку город ничего не знает о Рафаэле, пришло время поведать им правду и…
— Хей, Кас!
Кастиэль дёргается, перед его глазами внезапно возникает лицо Дина, его улыбка и стакан с кофе в его руках.
— Ох, — выдаёт Кастиэль, он почти чувствует, как его мысли разбиваются друг о друга, как при столкновении кучи машин, — Дин, я думал… Ох, сейчас же обед.
— Нет, — медленно начинает Дин, — был обед. Ты опять забыл, как и всегда. Вот, возьми, — он протягивает пакет с несколькими сэндвичами и высокий бумажный стакан с чёрным кофе.
— Спасибо, — говорит Кастиэль благодарно, но всё ещё немного растерянно, — эм, Сэм, он…
— Я к тебе пришёл, тупица, — говорит Дин с нежностью, и Кастиэль вздыхает, когда Дин собственнически целует его в губы. Когда Кастиэль отстраняется, он вспоминает про жжение в заднице, что, в свою очередь, напоминает ему о других вещах, мыслей о которых Кастиэль бы попытался избежать хотя бы на работе.
— Что? — Дин немного отходит. За его плечом со взволнованной улыбкой наблюдает за ними Сара, но Дин слишком занят, хмуро глядя на Кастиэля, чтобы это заметить, — Ты что, меня стесняешься?
— Я же на работе, — смотрит на него Кастиэль.
— Ага, и?
Когда Дин садится на край стола Кастиэля, будто так и надо, Кастиэль понимает, что должен был догадаться. Он должен был догадаться, что Дин всегда остаётся Дином, дерзким, вызывающим и самонадеянным. Единственное отличие в том, что сейчас его усмешка смягчается, стоит Дину взглянуть на Кастиэля.
Конечно, теперь у Кастиэля есть привилегия — он знает про тайную жизнь Дина. Учитывая то, как старательно Дин строил свою репутацию в Эдж-Сити, у него должны быть продуманные стратегии к каждому движению, которое он совершает, и каждой маске, которую он надевает.
Кастиэль успокаивается. Это должно быть прикрытие: обаятельный Дин Винчестер всего лишь приходит навестить своего парня-журналиста, и такая показательность на публику по-любому вычеркнет его из списка кандидатов на роль безжалостной, опасной Тени страха.
— Спасибо, — говорит Кастиэль, принимая пакет с обедом, — это очень мило с твоей стороны, правда, я ценю… Кроули, перестань глазеть, пожалуйста, это очень грубо.
Кроули издаёт пренебрежительный звук, но не отворачивается:
— Я просто жду, когда сработает мой рвотный рефлекс. Обычно это случается быстрее.
Потом их закручивает в вихрь событий: приезжает Сэм, и тут же давится кофе, когда видит Дина, Дин его подкалывает и ещё раз целует Кастиэля, из своего кабинета высовывается Захария, чтобы сделать Кастиэлю публичный выговор, впрочем, как и всегда. Единственное различие в том, что сейчас отвлекающим от работы фактором для Кастиэля является Дин.
— Так ты с Дином, — скорее утверждает, чем спрашивает Сэм, после того как Захария наконец-то скрывается за дверью своего кабинета, и работники возвращаются к своим делам. Кастиэль отказывается стыдиться этого, и встречает взгляд Сэма твёрдым кивком, — поздравляю.
Кастиэль слышит осторожность в голосе Сэма, но тот искусно маскирует её под одобрение и поддержку.
— Я сделаю всё возможное.
— Всё… Возможное? — улыбка сползает с лица Сэма, и он приподнимает брови.
— Да, — отвечает Кастиэль. Это не место для обсуждения такой темы, не помогает даже то, что Дин уже ушёл, оставив брата с Кастиэлем, чтобы они могли обсудить личные границы супергеройской жизни, в которые Кас втёрся.
— Итак, Сэм, как продвигаются дела с отчётом про Землю?
Сэма устраивает смена темы, но его взгляд говорит, что разговор ещё не окончен. Это то, что делает Сэма замечательным партнёром, и Кастиэль может увидеть обещание в его серьёзном изгибе бровей — мы ещё не закончили.
И это правда, они не закончат, не до окончания рабочего дня. Потом Дин встречает их обоих в холле, чтобы забрать, и игнорирует протесты Кастиэля и заявления по типу «система общественного транспорта работает отлично».
— Чувак, я-то могу рассказать тебе обо всём, что происходит в туннелях метро, — говорит Дин, активно жестикулируя обоим по направлению к машине, — садитесь и закройте чёртовы двери, я не хочу получить ещё один штраф на лобовое своей Детки.
Кастиэль не хочет знать, как Дин получил парковочное место на территории Хроников Эдж-Сити, может, у него есть ещё какие-то сверхспособности, о которых тот не знает.
— Вау, Дин, похищение вместо переговоров? В твоём стиле, — заявляет Сэм, приземляясь на переднее сиденье, — Хей хоу, Сильвер.
Кастиэль следует его примеру и пристёгивается, как только удобно устраивается на сиденье.
— Почему у этой машины четыре двери? Мне всегда было интересно, но я считал грубым спрашивать.
Дин молчит. На секунду Кастиэлю начинает казаться, что он сказал что-то не так, но потом Дин говорит своим хриплым голосом, который Кастиэль слишком хорошо знает:
— Господи Боже, Кас, почему я не удивлён, что ты это заметил, я же тебе…
— Дин! — начинает ныть Сэм.
— Хах, — Дин выруливает на главную дорогу, его усмешка слегка меняет его профиль, — думаю, ты слышал и похуже.
— Что ж, в таком случае я рад, что мой мозг ещё не вытек из ушей, — парирует Сэм.
Конечно, Кастиэль уже видел такое — Сэм и Дин постоянно переругивались и подкалывали друг друга и раньше, и их слова несли в себе гораздо больше смысла, чем могло уловить чужое ухо. Тогда Кастиэль вежливо оставался в стороне, хотя в начале он прислушивался, чтобы оценить личность своего, тогда ещё будущего, парня. Теперь же он слушал с личным интересом.
— Ах, ну тогда ладно, — говорит Сэм с оттенком воинственности в голосе, — мои поздравления.
— Ой, не вымещай своё разочарование на мне, — говорит Дин, давая Сэму лёгкий подзатыльник, — просто то, что у кое-кого яиц не хватило подкатить к Саре, не оправдывает твоё поведение маленького вредного мудилы.
— У тебя есть чувства к Саре? — встревает Кастиэль.
Дин взрывается смехом:
— Я думал, ты талантливый журналист-следователь.
— Ой, заткнись, — бормочет Кастиэль, хотя сейчас подколы Дина воспринимаются иначе, — я не могу лезть в личную жизнь Сэма.
В разговоре возникает пауза, и Кастиэль думает, что она для Сэма — собраться с мыслями. Он наблюдает за тем, как Сэм медленно разворачивается, вглядываясь в глаза Кастиэля, а потом снова поворачивается к Дину.
— Так… Кастиэль.
— Он знает, — говорит Дин, — поэтому я вас и собрал.
Сэм не может сдержать тихого вздоха удивления. Кастиэль вперивается взглядом в шею Сэма и напряжённую линию его плеч, пока тот пытается сформировать ответ.
— Это не станет проблемой? — спрашивает Кастиэль, легко касаясь локтя Сэма, чтобы привлечь внимание, — Между нами, на работе?
— Нет, Кас, я же тебя знаю, ты разделяешь работу и личное, и довольно благополучно, — говорит Сэм. Внимание Дина полностью на дороге, так что только Кастиэль замечает долгий взгляд, которым Сэм одаривает брата, — я уверен, что это не станет проблемой между нами.
— Эй, — протестует Дин, — Кас умеет хранить секреты.
— Это мне тоже известно, — Сэм прерывисто вздыхает, — всё хорошо. Это твоё решение, и я его уважаю.
— Я никогда не… — Кастиэль знает, что на кону больше вещей, чем просто отношения двух тянущихся друг к другу людей. Он провёл выходные в размышлениях о, кажется, очевидных вещах — он может стать потенциальной утечкой, его можно использовать, чтобы манипулировать Охотником, он может быть хорошим отвлекающим манёвром — но, как и в других делах, Кастиэль знает, что это всё уходит ещё глубже, гораздо глубже, в вопросы, о которых он и не задумывался, —…я никогда не предам твоё дело.
— Ты неправильно меня понял, — Сэм оборачивается, чтобы ободряюще сжать руку Кастиэля, — это хорошо. Я рад, что он открылся тебе.
В его глазах беспокойство; конечно, он волнуется за своего брата. Из-за этой работы Дин уязвим, и нет обещания, в котором Кастиэль может быть уверен на сто процентов.
Несмотря на это, Кастиэль обещает сам себе.
— На самом деле, — сухо говорит Дин, — я и не рассчитывал, что наше небольшое собрание получит твоё благословение. Просто будет проще, если ты будешь рядом с Касом и объяснишь ему основные правила. Сэм такая же часть заданий, как маска с перчатками. А как, ты думаешь, я оказываюсь в нужных местах так быстро? — вопрос адресован Кастиэлю.
Кастиэль посмотрел на своего напарника, сузив глаза:
— Я понял.
— Эй! — Сэм смеётся мягко, лишь с нотками извинения, — Ладно, нет, я не собираюсь оправдываться перед тобой, Кас. Подписываясь на это, ты должен понимать, что тебе придётся врать, окей? Ради безопасности Дина, чтобы защитить то, что он делает.
— Конечно, — тут же заверяет Кастиэль. Его рука дёргается, чтобы прикоснуться к Дину, но он решает подождать, — я смогу с этим справиться.
Правило номер один, это просто.
— Я бы хотел кое-что прояснить, — говорит Дин неожиданно смеющимся голосом, — для вас обоих я хочу, чтобы это было понятно. Кас замешан в этом, но он не часть этого. Это не… Я не хочу, чтоб ты думал, что я пытаюсь вовлечь тебя в это дело, Кас.
— Такого со мной никогда не случалось, если честно, — честно отвечает Кастиэль, — и, несмотря на это, я бы был оскорблён, если бы ты считал, что моё желание быть с тобой обусловлено моим стремлением оказаться в твоей команде.
Сэм посмеивается:
— Так-с, если мы всё прояснили…
Он начинает говорить — и Дин вставляет своё в каждом втором предложении — про других людей, которые знают, про их влияние, про то, как они переставляют фигуры на шахматной доске, чтобы Охотник не попался — и Кастиэль слушает, позволяя братьям расширить его мировоззрение и рассказать о своём.
