хроники декаданса

тонкие пальцы, голубая кожа, мелкие ранки в уголках губ. чувство пресной тревоги, отпечатавшееся в мелкой, отражающей свет киосков плитке на грузных туловищах панелек, изрезанных грубыми швами. самыми страшными частями этих домов являются их бока, где нет окон. задрать вверх голову и смотреть, как эти грязные плиточки на сером монолите упираются в вырезанную темноту. и тут как будто стерта реальность, о которой не знают люди внутри этого дома. они стирают вещи, смотрят на влажные обои и, возможно, только догадываются об этом. сладкая газировка царапает розовое, нежное детское горло. страх самого лучшего друга, стыд за то, какой ты. лидер вашей компании сидит в углу за кроватью в страхе себя самого. тянущий, жеванный мотив твоего любимого трека штампованного абстрактного рэпа. ветер разъест недоспавшие глаза. мысли только об одном, это обсессия. пугающая взрослость всех вокруг, они все знают, они все видели, а ты китайская пародия на человека, перевернутая вверх ногами, пахнущая дешёвым пластиком, с прилепленной зачем-то надписью «адидас». лицо такое же кривое, как у таких подделок. никчёмность собственного непрошенного бытия. родился ты для того, чтобы остановить рождение подобных тебе. храп за стенкой разъедает остатки нервных клеток, зудом ползёт по барабанным перепонкам. морозный ледяной воздух колышет грязные волосы, пока ты посасываешь фильтр сигареты, несанкционированно высунув тулово в обшарпанное общажное окно туалета. коже так спокойно. никого нет. дым из трубы от котельной разрезает ночное статичное небо. гудят поезда и заводы, постоянное это гудение, ставшее частью тишины и спокойствия. острые звёздочки колют небо. чувствуешь в воздухе особую странность момента. наблюдать за миром, чувствовать что-то, сокрытое между его слоями, что-то тревожно-прекрасное. какая-то прослойка с отдельным миром. тонкие поцелуи больной кожи. горячие здоровые пальцы и добрые глаза, которые не понимают. испуганный, виноватый взгляд, от которого горло резко перекрывает, и ком привычно собирается. хочется покрывать поцелуями все это доброе лицо, чтобы оно больше тебя не боялось. в очередной раз обещаешь себе никогда больше не причинять ему боль, и это ложь. хочется быть странным, чувствовать себя таковым и делиться собой, говорить странные вещи, рассуждать о странных вещах. быть на одной волне, зависнуть в той секунде ночи, когда открывается прослойка того самого скрытого мира. и он у тебя внутри, ты должен обнажить его. чтобы его увидели. это единственная цель. чтобы его увидели так, как его видишь ты.