Отчаянная

Свадьба Софи и Виктора прошла тихо, без лишних гостей и пиршеств. На берегу поставили беседку, пригласили двух музыкантов. За свидетелей выступал персонал гостиницы, в которой они остановились. От лазурного моря веяло прохладной свежестью. Солнце уже начало прятаться за горизонт, когда Виктор увидел миниатюрную фигурку. Сердце его замерло, дыхание участилось. Скрипачи заиграли известную всем мелодию. Сонечка была особенно прекрасна в тот день, может ещё и оттого, что накануне венчания они с женихом не виделись. Короткое белое платьице с открытыми плечами доходило ей до колен, кружевные митенки подчёркивали тонкий изгиб её запястий. Она шла босиком, аккуратно ступая своей маленькой ножкой на бархатный песок. Повинуясь лёгкому ветру, за плечами девушки развивалась полупрозрачная фата. В руках она держала букетик светлых розочек, нежнейшего оттенка. Они были также свежи, невинны и искренни, как её трепещущее юное сердечко. Из-под опущенных ресниц глядели глубокие серые глаза, робко поднимающие свой пламенный и красноречивый взгляд на будущего супруга. Её путь до «алтаря» не занял и пяти минут, но для юноши они показались вечностью. Он завороженно смотрел на свою красавицу, как будто кроме неё, этой застенчивой улыбки сейчас ничего не существовало, да и вряд ли в целом мире ещё будет благоухать что-нибудь более прекрасное… Для него точно нет… Его горячее сердце до краёв заполнилось благодарной всепоглощающей любовью к этому милому созданию, и укрепившись в нём навсегда. Вот она плывёт, едва касаясь ступнёй накатившей шипящей волны. Такая близкая, родная… Его и только его… Навечно. В висках застучало от накатившей страсти, разум затуманился. Сейчас он самый счастливый на земле, и ничего ему больше не надо. Виктор поклялся, что всегда будет рядом с этой очаровательной нимфой, чтобы не случилось, никто не сможет обидеть её, и на прекрасном личике никогда не будет слёз, кроме слёз радости. Он готов измениться! Работать над своим ужасным характером! Всё ради неё! В эту минуту Родин сильнее, чем обычно осознавал, КАК сильна и тверда его любовь! Наверное, никто так не может любить…ну. может быть лишь за одним сероглазым исключением… Юношеская кровь бушевала в нём, на щеках выступил румянец, глаза горели преданно, страстно и мужественно, но вместе с тем Софи прочла в них чувство великой благодарности. Она так любила этот румянец, эти отважные глаза, которые дарили столь откровенные взгляды лишь ей одной, это лицо, обрамлённое каштановыми кудрями, с которыми сейчас играл летний ветерок. Девушка почувствовала, что начала задыхаться от непомерного счастья, окутавшего её своими волнами, и смущённо опустила голову. Волнуясь всем существом, она встала рядом с Виктором. Началась свадебная церемония. Софи думала, что голос будет дрожать, но ошиблась, её клятвенные обещания были чистой правдой, что придало произносимым словам необыкновенной силы и твёрдости. Лучи алого заката расползались по горизонту и, утопая в море, смешивались с его водами, окрашивая гребни тихо вздымающихся волн в розовый цвет. Казалось, всё смолкло, чтобы не мешать им. Морской шум слышался как будто издалека. Сознание полностью отключилось, утонув в аромате знакомого парфюма. Ласковые касания. Влажный пламенный поцелуй на её губах. Сколько они простояли так?.. Вскоре девушка почувствовала, что воздуха стало не хватать, в глазах темнело, но отрываться не хотелось. Обессилевшая и покорная, она упала в его тёплые объятия, уткнувшись носом в загорелые ключицы; от смуглой шеи веяло пламенем … Любовно подхватив свою новоиспечённую супругу на руки, молодой человек понёс её прочь от берега, поминутно награждая горячими поцелуями, и что-то еле слышно шептал на ухо, слегка прикасаясь к коже губами, отчего по ней пробегали мурашки. Внутри Родина зародилось страстное, неизъяснимое желание, с каждой секундой разгоравшееся всё сильнее… Этот волшебный месяц молодожёны провели уединенно. Они наслаждались друг другом, забыв обо всём на свете и окончательно потеряв счёт времени. Сомнений не оставалось, они просто созданы друг для друга. Оба чувствовали, что внутри у каждого прорастает что-то большое, важное и, сливаясь, соединяет их в единое целое. Наверное, эту точку следует считать началом новой совместной жизни. Супруги вступили в неё уверенным шагом, крепко держась за руки и оставляя позади всё, что было раньше. В какой-то степени они сами изменились, повзрослели. Впереди их ждёт длинный, порой тернистый путь, который им предстоит преодолеть, не потеряв друг друга в изредка набегающем тумане. Решение вернуться к работе пришло обоим почти одновременно. Просто проснувшись в обнимку одним прекрасным утром, пара почувствовала прилив новых сил и непреодолимую жажду действия, выводящую их из длительной, пусть и сладкой апатии. Будто открылось второе дыхание. Оставаться на острове дольше было решительно нельзя, и новоиспечённые супруги, радуясь, как дети, начали носиться по комнатам, собирая вещи, весело переговариваться, шутя и заливаясь лёгким непринужденным смехом. Через два часа они были уже в аэропорту. Проходившие мимо с улыбкой оборачивались на двух счастливых молодых людей, обсуждающих что-то с горячим интересом. Разумеется, они строили планы, которые им не терпелось осуществить по возращению домой. Надо отметить, что влюблённые красиво смотрелись вместе, они словно оттеняли, но тем самым дополняли друг друга. К тому же, что может обладать таким пленительным обаянием, как живость ума и неисчерпаемая энергия? Неудивительно, что пассажиры подолгу заглядывались на них, забывая куда шли, а потом, вздыхая, погружались в свои приятные воспоминания о прошедших временах, а кто-то только о будущих. Виктор и Софи стояли в очереди на регистрацию. Южный климат явно пошёл им на пользу. Даже у обычно всегда беленькой Софийки бархатная кожа приобрела оливковый оттенок, что уж говорить о Родине, который, и без того имея от природы некоторую смуглость, теперь стал гордым обладателем шоколадного загара! Когда он говорил, с его лица не сходила улыбка, обнажающая белоснежные зубы. Не прерывая рассказа, юноша то и дело рассеяно запускал руку в непослушные кудри, как бы ловя внезапно проскользнувшую в его гениальной голове идею. Вглядываясь в распахнувшиеся синие глаза, Софи думала, что, наверное, Виктор должен был стать всеобщим эталоном красоты. И не только она одна так считала… В её душе возникло некоторое самодовольство, когда девушка стала замечать восхищённые взгляды со стороны лиц женского пола, обращённые к её спутнику. Как будто она, сама того не заметив, выиграла всеми желанный приз! Засмеявшись от собственных мыслей, Софи поднялась на цыпочки и прикоснулась к мужским губам, продолжив затем, как ни в чём не бывало, с хитрой улыбкой отвечать на его восторженные предложения. Такой поступок ввёл молодого человека в некоторое замешательство, придав удивленному лицу особой притягательности, но через секунду он уже был полностью поглощён обсуждением. Тем временем подошла их очередь. -Так, Аверина София Кирилловна — произнесла себе под нос молодая девушка, быстро пробегая взглядом документы, — пожалуйста, проходите! Через минуту к ней подошёл Виктор. Во взгляде читалась лёгкая, но всё же заметная досада, возникающая всякий раз, когда он вспоминал об отказе возлюбленной взять его фамилию. Та мигом уловила это настроение и попыталась игриво заглянуть в синие глаза, но юноша с наигранной обидой отвернул голову, едва сдерживая ухмылку. -Пошли. Нам пора на рейс…-протянул он. -Ну уж нет, ты ведь уже не дуешься! — девушка обвила руками его шею. -С чего ты взяла? — Родин из последних сил старался не выходить из роли. -А если так? — Софи обхватила Виктора за плечи, ловко запрыгнув к нему на руки, и накрыла его губы своими в долгом поцелуе. Они находились среди оживлённой толпы людей, которые не могли оставить такой расклад без внимания. Послышались шепотки и хихиканья, которые лишь поддразнили и совершенно раззадорили парочку. -Ммм…- наконец простонал супруг, — куда делась та скромная девушка, которую я брал себе в жёны? Ай-ай-ай! — и он иронично покачал головой, хотя его лицо просто светилось самодовольством. Софи неопределенно пожала плечами и экранно отвела глаза. Её губы всё ещё горели и слегка припухли, став при этом более привлекательными и манящими. -Пойдём, — повторил он, — я едва сдерживаюсь, чтобы не сказать пару ласковых тем наглецам, которые на тебя палятся! И правда, за спиной девушки стояли двое насмешливо ухмыляющихся парней. -Вот только этого нам не хватало! — она взяла молодого человека за руку, и они отправились на посадку. Самолёт пролетал над розовыми облаками, на которые Софи никак не могла налюбоваться. Виктор, в свою очередь не сводил с неё глаз. -Что может быть прекраснее? — завороженно пролепетала она. -Только ты…- раздался над самым ухом голос Виктора, который привлёк девушку к себе, оставляя свой влажный поцелуй на её макушке. Прилетев, они первым делом вызвали такси и отправились к друзьям, которые, как и ожидалось, проводили время в лаборатории. -А знаете, что, господа? — бойкий голос Виктора послышался ещё раньше, чем распахнулась дверь, — мы с вами всё-таки сделаем это! — закончил тот, свою фразу, влетая в комнату, — все вместе! Решено! Следом показалась Софи. Их появление было настоящим сюрпризом. Все вскочили со своих мест и наперебой бросились к вошедшим. Что тут началось! Смех, слёзы, крики! Упрёки и поздравления, приветствия и объятия! В суматохе из дальней комнаты возник молодой человек, весь в веснушках и с копной огненно-рыжих волос, хаотично разбросанных по голове. Его зелёные глаза с едким жёлтым отливом смотрели хищным цепким взглядом, который можно было сравнить с проходом в пещеру. У самого входа приветливо распустился жёлтый аконит, завлекая войти внутрь. Сначала дорога залита тёплыми лучами, а по каменным стенам скачут солнечные зайчики. Но вот, путь заводит всё дальше, становится всё темнее, незаметно стены сужаются, и ты оказываешься в ловушке, в полной темноте, без малейшей надежды на свободу или спасение. Именно такая тьма поглотила душу Алберта и затаилась на самом дне его зрачка. К сожалению, любое зло умеет мастерски скрываться под льстивой маской любезности, доброжелательной улыбкой… Ему это просто необходимо, потому что любая тьма начинается с маленького грязного сгустка, которому приходится прятаться, чтобы сохранить своё мерзопакостное существование, и он растёт, питаясь доверием обманутых людей. Но если его разоблачить раньше времени, кислород будет перекрыт и зло постепенно сгинет, сварившись в собственной алчности и ненависти ко всему живому. Но почему-то люди в упор не видят эту черноту, пока она сама не сорвёт маскарадный костюм и не постучится в их двери, объявив, что бал окончен. И даже после этого многие отказываются верить в происходящее, отчаянно пытаясь найти прежние черты и знаки, которые прежде казались им светлыми и благородными, хотя на самом деле никогда такими не были. Но и в этот момент ещё не поздно отвернуться, бежать от тьмы, но некоторые продолжают идти у неё на поводу, окончательно погибая или, обольстившись на уговоры, темнеют сами. Алберт был лучшим другом Виктора, наверное, поэтому тот не замечал мелькавшей в глубине глаз своего приятеля искры деспотизма, одержимости и непомерной жажды власти, которые в любой подходящий момент готовы вспыхнуть и поглотить всё на своём пути, разрастаясь в настоящий пожар. Но стоит отдать ему должное, не он один оставался слеп. Никто не замечал этого. Кроме проницательной Софи. Она не успела близко познакомиться с Албертом и попасть под действие его «чар». Вероятно, девушка смогла различить в нём ту безумную жестокость и фальшь, скрывающуюся внутри. С первого дня их знакомства подсознание подавало ей тревожные звоночки. Аверину бросало в озноб от одного пристального взгляда. Но рыжий был всеобщим любимцем, Виктор якобы «многим обязан ему», в чём сам признавался, а с его непростым характером это что-нибудь да значило. В присутствии дружеской компании, а тем более Родина, Алберт вёл себя с Соней очень галантно и учтиво, но она чувствовала, как каждое слово в её адрес отдаёт неистовым холодом. Он дико невзлюбил девушку с первой встречи. Признаться, положение Софи становилось довольно опасным, она ни разу не осталась с этим человеком наедине, но всё не решалась обсудить ситуацию с супругом, боясь ранить его чувства. Все перечисленные факты путали её интуицию. Напрасно. Когда зеленоглазый вошёл в помещение, девушка внутренне напряглась и тихонько дотронулась до плеча мужа. -О, Алберт! Здорово, дружище! — лицо Виктора засветилось от радости, и он по-приятельски хлопнул «товарища» по плечу. Тот вроде ответил тем же. Софи искоса наблюдала за каждым их движением. Неожиданно она встретилась с желтоватыми глазами, которые впились в неё с холодной яростью. -А что ж ты, приятель, не пригласил лучшего друга на свадьбу? — произнёс тот с мягкой иронией, придав голосу шелковистые нотки, — такое событие знаешь ли…- он всё ещё не отводил мстительного взгляда от бедной девушки, которая стойко выдерживала его. Что же она ему сделала? Виктор слегка смутился, не найдя, что ответить. Они ведь изначально не планировали гостей и, помнится, даже упоминали об этом, поэтому он никак не ожидал подобного вопроса, поставившего его в неудобное положение. Насладившись произведённым эффектом, собеседник, мягко улыбнувшись, разразился своим особенным переливающимся смехом, придававшем ему некоторого шарма и так легко пленяющего наивных людей. Это было одно из главных орудий манипуляции. Стоит отметить, в дружном коллективе молодых учёных, Алберт отвечал за область психологии. Причём проявлял к ней «нездоровый интерес», в особенности, когда дело доходило до практических опытов. Он с самого начала загорелся идеей Родина о создании «микрочипа», поддерживал напарника и проявлял большой энтузиазм, чем заслужил необходимое себе признание. Правда, тот никогда не упоминал о личных целях, которых хотел бы достичь благодаря данной затее. -Да я шучу, — он дружески обнял Виктора, ловко сымитировав растроганный вид, — разумеется, это был ваш день! Поздравляю, старик! — Алберт будто от души пожал ему руку, вызвав в синих глазах скупую слезу. На запястье рыжеволосого красовался чёрный браслет с шипами. По телосложению юноша был очень схож с Виктором, но выше ростом и бледнее кожей, что компенсировалось обилием веснушек, заполнявших практически каждый миллиметр тела. Что касается возраста, то он был ненамного старше Родина. Отметим, что Алберт был бы очень красив, если бы не тот грозный отпечаток, тенью ложившейся на всю его натуру. -А где же прекрасная невеста? — снова полюбопытствовал Альберт. Охаживая Виктора, он совсем потерял её из поля зрения. -Я тут, — звонко откликнулась Соня, твёрдо решив переменить тему, так как направление разговора нравилось ей всё меньше, — и мы с Виктором хотели сообщить вам всем кое-что очень важное! Тот обернулся на свою избранницу. Её губы растянулись в лукавой и в то же время таинственной улыбке. Собравшиеся тут же вспомнили первую фразу, прозвучавшую, как только эти двое гениев успели влететь в лабораторию, развеяв её скучающее молчание. Все замерли в щекотливом ожидании. -Мы набираем команду! — торжественно произнесла девушка, выдержав интригующую паузу. В эту минуту стоящему на улице человеку могло показаться, что в здании произошёл мощнейший взрыв. Звуковая волна, состоящая из бурных аплодисментов и безудержных криков, которые сопровождались топотом и прочими шумовыми эффектами, казалось, прокатилась по всему переулку. Пару подхватили на руки и стали подкидывать вверх под всеобщие одобрительные возгласы. Весёлый кавардак продолжался около получаса, пока взбудораженные коллеги и друзья не были успокоены наскоро заваренным чаем с тортом, купленным новобрачными по дороге в лабораторию. Прошло не так много времени, как уже во всю кипела работа. Слышался стук компьютерных клавиш, щёлканье мыши, телефонные звонки, шелест бумаг, беготня и прочий гам. На следующий вечер все газеты, журналы, телеканалы, социальные сети и другие источники информации оповещали только об одном. О формировании команды «носителей» с Виктором Родиным и Софией Авериной во главе.