Потерянный голос

Очередной учебный день. Сегодня учителей было 3, что неудивительно, ведь Антону в этом году сдавать ЕГЭ, а что будет дальше не знает никто. Сам Антон мечтал стать полицейским и творить правосудие, а сейчас, кажется, не хочет совсем ничего. После учёбы, как и у всех у шатена пухла голова от нудных голосов учителей, от переизбытка информации и собственных проблем. Он решил прогуляться, как всегда ни сказав никому о своём уходе. Выйдя с крыльца, он пошёл по давно знакомой тропе, ведущей в небольшой лесок, а оттуда к многоэтажкам и городской суете. Погружённый в себя парень шёл по переулкам, пиная всё, что попадёт под ноги. Совмещать курение и ходьбу он не мог; проблем, как таковых, не было со здоровьем, даже наоборот, но, когда Антон курил во время ходьбы, то лёгкие, как будто отказывались дышать. Ничего страшного и плохого он в этом не видел, разве что место, в котором ему приспичило покурить. Сам того не замечая он зашёл в переулок, где было полно пьяниц, задир и подобного биомусора, этот район считался городской свалкой социальных отходов, в котором за, казалось бы, простой взгляд могут избить, если его обитателям он покажется не таким уж и простым. Ничего не поделаешь, желание курить заставляет подростка остановиться именно там. Быстрым движением руки он достал пачку сигарет из кармана чёрного худи, а из джинс достал зажигалку. Тонкие окольцованные пальцы левой руки вставили в безжизненные, бледные, пухлые губы сигарету, а правой рукой он подкурил её. Сделав затяжку, Шастун осмотрелся по сторонам, когда убедился, что никого нет, выдохнул ядовитый дым, опираясь о стену тоннеля, в котором он стоял, запрокинув голову назад. Он постоял ещё минуты две вот так, продолжая курить, как вдруг послышались голоса, которые приближались. Парень судорожно кинул сигарету на асфальт и начал топтать её. Когда он повернул голову назад в последний раз, то увидел, что пятеро парней уже явно заметили его. Зеленоглазый быстро натянул капюшон и начал передвигать длинными ногами, избегая незваных, так знакомых ему гостей. Тех парней он знал ещё с детства: когда-то (лет 7 назад), всё те же пятеро, избивали Позова, за то что тот носил очки. Они считали его уродом, заучкой и подобные клише, в сторону таких людей. Антон же напротив, посчитал что Диме идёт как в очках, так и без них, какая разница, ведь он тоже был обычным пареньком, как и все. Шастун тогда был своего рода Робин - Гуд; ему не нравилось, когда обижали слабых, он считал, что уж если и хочешь подраться, то найди себе равного. По началу он не знал, что будет дружить с Димой, ведь просто хотел помочь, но тот увязался за ним, точно щенок, жалобно глядя на Антона, когда они расходились домой, как будто очкастый паренёк боялся, что каждая встреча последняя. Но не смотря на то, что Диму с того момента больше никто не трогал (потому что Антон всегда гулял с ним; встречал у подъезда, а потом и провожал до него), Антон заметил, что садины на его лице не проходят, а только ещё больше появляются. — Мне тебя до квартиры провожать? Что б эти дурачки тебя в подъезде не избивали? – Злобного говорил Антон, давая пизды крапиве палкой, что они с Димой нашли. — А вообще, ты чего в такие моменты столбом стоишь? Совсем жить надоело? – он резко остановился и посмотрел ещё более грустные, чем обычно, щенячьи глаза. — Ух ты ж...ё... – шатен сжал палку ещё сильнее. — Отец или мать? — Мать... – опустив взгляд, проговорил Поз совсем тихо. — Ясно. – Антон тоже опустил взгляд. — А папаша что? Ему совсем пофигу? – он нахмурил брови и слегка оскалился, резко подняв голову. — Нет его... Он ушёл от нас, мать после этого и пьёт, а потом меня бьёт. – Димка посмотрел в зелёные глаза напротив, которые, казалось, горят от ярости. Они ещё немного поговорили, попиздили крапиву. Антон как всегда проводил Диму домой, наказывая ему, что даже если его бъёт мать, то он не должен стоять как столб, на что тот лишь кивнул головой и ушёл. — Антоша, ну куда ты! – голос одного из приследующих вырвал Шастуна из воспоминаний. Шатен не ответил, а лишь ускорил шаг. Почему? Он боится? В каком-то смысле да, ведь, семь лет прошло, всё выросли. Для этих парней драки - обыденное дело, а всё, что последние 3 года делал Антон, так это лишь умирал, как личность, никакой физической подготовки к драке с пятью крепкими парнями у него не было и всё что ему оставалось, так это бежать, как жалкому трусу. За это Антон себя ненавидел в тот момент, как ему хотелось развернуться, навалять, пусть и проиграть эту драку, но не сдаться и уж, точно, не убежать, ведь, именно, этому он учил своего единственного друга. — Так и не скажешь ничего, Тошик? – продолжал один из парней. Они перешли на лёгкий бег, дабы не упустить жертву, постепенно разгоняясь. Услышав учащённое шарканье и топот ног Шастун понял, что ему тоже стоит уже бежать. — Упустите его, я с вас шкуру сниму! – рыкнул один из шакалов, наказывая другим догнать и поймать молчуна. Те послушно ускорились, но и Антон был не промах. Что-что, а бегать он умел, ведь до сих пор пинает мяч во дворе, пусть и один, но хоть что-то. Длинные ноги позволяли без труда перепрыгивать заборы, прыгать через несколько ступеней и просто бежать быстрее. У себя в голове парень построил примерный план побега и решил ему следовать. Как и большинство детей до 14 лет он бегал по заброшкам, гаражам, стройкам, что требует чрезмерной ловкости, дабы не свалиться куда-нибудь, что и сыграло большую роль в этом побеге. Хоть сам Антон давно это позабыл, но тело движется само, как будто отдельно от мыслей. Парень ловко перелезает забор, забегая на какую-то стройку. Позволив себе оглянуться на секунду он увидел, что те пятеро ещё не сдались, тогда он рванул, не думая ни о чём, к сооружениям. По прежнему ловко, точно газель, убегая от гепардов, он двигается среди колонн, стен и непонятного хлама. Выбежав на улицу он снова пересёк забор и, уже не оглядываясь рванул домой. Как и ожидалось, те пятеро устали ещё пока перелезали через забор, бегая по стройке уже даже не в пол силы. Поняв, что паренька они упустили, главарь навесил им нагоняев и они поплелись назад на свою свалку. По приходу домой Антон отправился в душ, а после без ужина сразу спать. Родители шатена не тормошили его, зная, что тот всё равно не ответит, а, если захочет, то сам поест, в конце концов ему 17, а не 7. Шастун, как всегда принял таблетки и увалился спать. Утром он бы предпочёл лучше не просыпаться, ведь была середина недели, а - значит, среда. Проделав все утренние операции, включая завтрак он пошёл в гостиную, где, сидя на кожаном диване читал очередную книгу. Когда глаза устали он решил пройтись немного по дому, выйти на террасу, подышать воздухом, возможно, попить чаю и снова читать, дожидаясь учителя. Но не тут то было, парень на столько не уследил за временем, что когда он вышел из гостиной, то его мать уже встречала старого мужчину, который был учителем математики. Антон посмотрел на часы, что были у него на руке, потом поднял взгляд на старика. — Привет, Антон. – с некой улыбкой проговорил мужчина, мягко оглядывая озадаченного подростка. — Вы проходите, я скоро пойду в магазин, поэтому вас не буду отвлекать! – проговорила мать Антона, бережно поглаживая, и, провожая учителя к сыну. — Ничего страшного, вы нам никогда не мешали, в конце концов - это ваш дом и вы тут хозяйка. – проговорил почти хриплым голосом мужчина, идя по направлению к лестнице. Антон шёл впереди, руки потели и тряслись от волнения, хотелось кричать, но он не мог. Вот они уже зашли на второй этаж, как послышался хлопок двери, означающий, что женщина ушла, как и обещала. — Антон, мальчик мой, ты чего так напрягся? – старик подошёл ближе к подростку, положив руку на спину, а потом плавно спустив её вниз, по талии, запуская под футболку, гладя торс парня (мужик стоял, как бы со спины, ну вы поняли) Антону, как и любому бы, это не нравилось, он хотел было дёрнуться, но учитель был бывшим военным, что играло ему на руку. В свои 50 с чем-то лет он имел довольно крепкое телосложение, в отличии от Антона. В пару простых движений он обездвижил шатена и продолжал утешаться. — Только не говори, что тебе не нравится, зайчик. – продолжал мужчина запуская руку в шорты, в сторону паха, начиная поглаживать член Шастуна, через трусы. Антон дёргался, но все тщетно, на глазах начали выступать слезы, а на лице оскал. Как же он ненавидел себя в такие моменты. В конце концов мужчина завёл его в комнату и закрыл за собой дверь. Достал из штанов ремень и связал ими руки парня за спиной. Увалил его на кровать, начиная раздеваться, а попутно с этим и целовать подростка в шею, крепко держа его одной рукой за челюсть, а второй за талию, чтоб не дёргался. — Не плачь, Тош, я же знаю, тебе нравится, иначе бы ты давно всё рассказал родителям. – проговорил старик на ухо Шастуну. Антону блевать от этого хотелось, но он не мог сказать, сам не зная почему, единственная причина, которая ему была известна, так это только то, что он понимал, какой он жалкий и тошнило тогда только от самого себя. После старик начал снимать шорты с ученика, плавно проводя дорожку поцелуев от губ, которые так старательно сомкнул Антон, до самого торса. Как и всегда (да, такое происходило регулярно уже в течение месяца), когда оба уже были без одежды старик вновь прильнул к губам и шее парня, по-прежнему, грубо держа его за челюсть. Второй рукой он нежно водил по члену парня, который всё ещё пытался вырваться. После он поднял Антона за подбородок и встал перед ним на колени, подтягивая того в уровень своего паха. Насильно заставив паренька ему отсосать он перешёл к самой сладкой для него части. Суть в том, что не он трахал Антона, а Антон его, точнее, он просто прыгал на члене бедного парня, пока тот не кончит. После всего этого он шёл с ним в душ, где продолжал заставлять его отсасывать ему. После душа они выходили и занимались математикой, как и полагалось. Мать Антона никогда не догадывалась, что его сына насилуют, потому что в доме была хорошая звукоизоляция и ничего не было слышно, ни звуков воды, не криков удовольствия старика, ни уж тем более мычания сына, молящего о помощи. Пока учитель что-то объяснял, шатен ни думал ни о чём, голова была пуста, а тело переполняла лишь боль и ярость. В конце концов он вскочил, как ошпаренный, схватил кофту и помчался вниз, быстро натянув кроссовки он выскочил из дома и помчался прочь. Старик успел лишь закричать и попытаться догнать паренька, но не тут то было. Впопыхах Антон натянул свитшот, но продолжал бежать, к его несчастью начался дождь, надо было найти укрытие и сигарет, которые были бы сейчас как нельзя кстати. На улице было холодно, а парень щеголял в одних шортах и свитшоте, из-за чего все люди на него странно оборачивались. Он шёл непонятно куда, глядя лишь под ноги. В итоге он ушёл в очередной переулок, где укрытием от дождя служил тоннель в доме. Только было он решил, что избавился от одной проблемы, как тут же появилась другая, а точнее целых пять. Всё те же старые знакомые подходили всё ближе к подростку. — Кого я вижу! – крикнул главарь, гордо задирая голову вверх. Антон хотел было уйти, но был окружён с обеих сторон, тогда он понял, что выход один и - это драка. — Гаси его, парни! – с оскалом сказал Паша, подойдя, почти в плотную к парню. Подростки незамедлительно начали избивать Шастуна, сначала кулаками, когда тот уже валялся на асфальте, то его начали не щадя запинывать ногами. Когда тот потерял сознание, то от него отстали и поспешили удалиться, пару раз плюнув в него. — Хей, парень, вставай! – прозвучал бархатный мужской голос, который разбудил Антона. Шатен развёл руки, и поднял голову, чтоб посмотреть на мужчину, но в глазах лишь всё плыло и он видел лёгкое очертание, которое расплывалось.