Sweet boy

В новеньких беспроводных наушниках играет музыка. Походка расслабленная, мышцы немного ноют после тренировки. Чонгук чувствует себя уставшим и по-настоящему вымотанным, но отметка настроения не падает. Послезавтра состоится церемония вручения аттестатов и всё — здравствуй, свобода! Непонятно каким чудом он защитил свой проект… Вернее, отмучился, ведь пыхтел над работой весь месяц. Без помощи Юнги, конечно, не обошлось. Даже не верится, что нудные лекции и бессонные часы за домашкой остались позади. Как он может быть грустным, когда учебный ад наконец-то закончился? Теперь можно работать со спокойной душой. Не по специальности, конечно же, хах. Да он бы ни за что не поступил на экономический, если бы не Юнги… Ладно, он бы вообще не пошёл учиться, начнём с этого. Зато теперь есть хоть какое-никакое образование, уже не так страшно думать о пенсионном возрасте. Не всю жизнь же он будет сильным и красивым, — рано или поздно придётся устроиться на скучную работу и сдохнуть на ней же. А хотя, подождите. У него есть богатый парень, который не позволит ему вкалывать за копейки. Чонгук довольно улыбается, вышагивая под музыку. Идёт, хмыкая своим мыслям, будто выиграл в лотерею — какой радостный, вы только посмотрите на него! Улыбка быстро исчезает с губ, когда на периферии мелькает чёрный мерседес. Тачка останавливается напротив него, переднее стекло медленно опускается и из него вываливается рука. Водитель высовывает голову из окна и, опустив солнцезащитные очки на кончик носа, улыбается. Из салона орёт музыка. Причём итальянская… «Guè Pequeno, Geolier — Cyborg». — Эй, красавчик! — незнакомец нелепо играет бровями. — Познакомимся? Чонгук щурится. А после, поправив лямку рюкзака со сменной одеждой, задирает подбородок. — Вы не по адресу. — Чон Чонгук, верно? Парень одного красавчика по имени Ким Тэхён? — Нет, — Чонгук усмехается. — Одного придурка по имени Ким Тэхён. — Полегче, зай, я и наказать могу. Чонгук, взглянув на него, фыркает. Прям он испугался, ага. Дрожит от страха, обходя авто и садясь на пассажирское сидение спереди. Рюкзак кидает назад, а сам, облизнув губы, цепляет Тэхёна за воротник рубашки и притягивает к себе, чтобы сладко поцеловать. — Почему не сказал, что прилетишь сегодня? — с возмущением звучит от бармена, когда он отстраняется. Тэхён, бросая взгляд в зеркало дальнего вида, трогается с места. — А что? Не побрился к моему приезду? Да ладно, не переживай ты так. Дам тебе время и побриться, и подмыться. — Одна его ухмылка, играющая на губах, глупая фразочка, и у Чонгука улыбка до ушей. Чувствует себя дебилом: сидит, улыбаясь, тянется к чужой ладони, чтобы переложить её с руля к себе на колено. Дурак, зато счастливый! Он, вообще-то, скучал! Отношения на расстоянии — это вам не шутки, всё серьёзно и сложно. И дело не в том, что Чонгук не имел возможности обнять любимого человека, а в том, что им обоим было некогда не то чтобы видеться — даже болтать по Фейстайму. Тэхён, оказывается, не раздолбай, как некоторые, и к учёбе относится не спустя рукава, пускай Чонгук и не понимает, зачем тому учиться, если у него уже есть недвижимость на круглую сумму, с которой он получает доход. Он как-то раз высылал фотографии своего университета, так Чонгук назвал свой колледж дырой. Ну да, куда ему до топовых университетов страны, и так с горем пополам закончил свою шарашку… Ещё и ныл, как ему сложно учиться. Что он узнал о Тэхёне за полгода отношений? Многое. Например, что Тэхён умный… Чонгук, разговаривая с ним по телефону на отдалённые темы, прям знатно прихуел. Кто же знал, что Тэхён шарит в экономике и не только. Он, кстати, помогал несколько раз с рефератами, ориентировал, давал советы, как лучше раскрыть выбранную тему. Чонгук не запомнил, но, вроде бы, уклон специальности у Тэхёна как раз таки на экономику и бизнес. Позже выяснилось, что такой упор сделан неспроста: его отец — какая-то важная шишка в городе, бизнесмен и все дела, хочет, чтобы Тэхён пошёл по его стопам, потихоньку осваивал данную сферу. Сам Тэхён признался, что пока что не планирует ударяться в бизнес, но посчитал нужным на всякий случай получить диплом, а там уже видно будет, что дальше делать. А ещё Тэхён, если долго разговаривает или чем-то возбуждён, частенько переключается с английского на корейский, чтобы выразить свои эмоции в полной мере. Чонгуку это показалось забавным. Удобнее, конечно, было общаться на втором родном языке, но иногда, например, когда вокруг находились люди, корейский очень выручал. Так и болтали на двух языках одновременно, периодически Чонгук спрашивал те или иные слова — всё-таки со временем лексика забывается. Он один раз назвал Тэхёна хёном, ну так, по приколу, а тот чуть ли слюной его не забрызгал. Сказал, пусть лучше папочкой зовёт или деткой — у него реально раздвоение личности. То он дует губки и, лёжа в пижаме, говорит, что соскучился и хочет на ручки, то Чонгук нервно сглатывает, краснея от поступивших предложений. Ох, Тэхён умел быть и мягким, и напористым, и Чонгуку это нравилось. Он открыл для себя новые грани. Вы только не смейтесь, но Чонгука прям вставляло, когда Тэхён говорил своим баритоном, нарочно снижая тембр голоса. Первое время, конечно, стеснялся признаться в этом, но потом просил назвать его как-нибудь ласково и отправить пару фото интимного характера. Ну, а что в этом такого? Они виделись всего четыре раза за шесть месяцев — да, Чонгук считал. Обычно прилетал Тэхён, потому что у Чонгука, помимо учёбы, была ещё работа, да и тратить деньги на перелёты не хотелось. Один раз он всё-таки сделал сюрприз на его день рождения, — Тэхён тогда чуть не расплакался, кстати, но об этом никто не должен знать, так что тс-с! Как часто они ссорились? На удивление, немного. Разговаривали-то через день, и то оба были уставшие, там уже не до недовольств и претензий — отвлекались от рутины и старались поднять друг другу настроение. Раньше Чонгук думал, что это у него хандра по жизни, а оказалось, Тэхён гораздо чаще него бывает без настроения. Молчал, отказываясь делиться проблемами, — Чонгук не давил, узнавал Ви, которого любил не меньше; рассказывал о чём-нибудь сам. А ещё у Тэхёна есть собака! Маленький шпиц: пушистый и смешной. Диалог тогда получился забавным… — Хочешь, покажу своего дружочка? — Конечно, давай. Ага, Тэхён не был бы самим собой, если бы вместо обещанной собаки не скинул фото своего члена. Он-то посмеялся, а Чонгук закатил глаза. Больше напрягало, что у Тэхёна миллион знакомых. То на фоне мелькает чья-то смазливая мордашка, то он запостит селфи с каким-то парнем. Чонгук ревновал. Люто ревновал. Обещал приехать и набить морду всем, кто посягает на его имущество, а он, вообще-то, мог. Тэхёна он уже приватизировал, даже в шутку (нет) написал договор, где чётко указано, что Ким Тэхён, родившийся в городе Тэгу в тысяча девятьсот девяносто пятом году, целиком принадлежит Чон Чонгуку, то есть — ему. Разрыву договор не подлежит, условия не обсуждаются, в случае неисполнения начисляется штраф. Какой? Ох, лучше вам не знать. В Чонгуке проснулся собственник. По секрету: Тэхёна это возбуждает. Никто никому не изменяет, конечно. Тэхён всегда общался с большим количеством людей, и Чонгуку надо было с этим смириться. Вот и сейчас, слушая о том, как Тэхён на днях тусовался в клубе непонятно с кем (вообще-то, со своими друзьями из универа, но Чонгуку поебать, для него все представители мужского пола не старше сорока пяти лет — это потенциальные соперники), он сцепляет руки на груди и мрачнеет. Грозовая тучка во всей красе. Кстати, об этом… Чонгук ревновал к парням, Тэхён — ко всем подряд, и это было нечестно. Оба с характером: Чонгук бывает вспыльчивым, а Тэхён — любитель острых ощущений. Короче, сошлись два берега, нашли они друг друга: один мастерски провоцирует, другой поддаётся эмоциям. Но всё в меру, черту Тэхён никогда не переходил, всего лишь добавлял огонька в отношения, чтобы уж совсем не было скучно. Он ведь обещал не давать скучать. И всё же только Чонгуку он позволял видеть себя любым: и грустным, и весёлым, и растерянным, и счастливым. Потому что знал, что его обязательно попытаются понять. С ним не чувствовалось напряжения, он мог сказать полную ерунду, а после рассмеяться вместе с Чонгуком. И как же Тэхён благодарен за возможность быть самим собой. — Нет, просто я работаю вечером, — бубнит Чонгук. — Не можешь поменяться? — Не-а, Крис сам попросил забрать его смену. — Печально… — Тэхён пару минут молчит, следя за дорогой. — Я рассчитывал пожамкать тебя сегодня ночью. — Ты же обещал прийти на мой выпускной. Не останешься до послезавтра? — А можно я приеду на байке и сделаю вид, что я типа твой папик? Поржём с реакции твоих знакомых. Чонгук, хмыкнув, взмахивает рукой. Ему, если честно, уже всё равно — больше не стесняется показываться на людях со своим парнем. — Ну так что? Останешься на пару дней? — Ладонь ползёт по бедру, и Тэхён, опустив взгляд, вскидывает брови. — Ты это от меня научился таким приёмчикам? — Ага. — Чонгук останавливается на ремне и дотягивается до скулы, чтобы коротко поцеловать. — Умеешь ты уговаривать. Конечно, умеет. Пообщайся с Ким Тэхёном — ещё не такому научишься. А общаются они, мягко говоря, очень близко. Настолько, что Чонгуку не стыдно сжать чужой пах, а после по-быстрому подрочить прямо в машине. Приходит в Рэд довольный и счастливый — после минета жизнь кажется веселее, что ли… Прям хочется делиться хорошим настроением с окружающими. Тэхён приезжает ближе к пяти утра, чтобы забрать его с работы. Всё это время торчал у Чимина и совершенно случайно заметил маленькую татуировку в виде солнца. Правда, какую-то корявую… Ну, не в этом суть. Чимин, правильный мальчик номер один (даже Чонгук вне конкуренции), набил татуху, охренеть. Вот у кого жизнь пошла в гору! Неужели Тэхён дожил до этого момента? Аж всплакнул (понарошку, конечно) и похлопал по плечу. У них там с Юнги, вроде как, всё шоколадно, судя по довольной улыбке Чимина. Чонгук переодевается со скоростью света, спешит к своему принцу на чёрном мерсе, а тот почему-то останавливает, говоря, что можно немного задержаться. — Я думал, у нас там кое-что намечается, — хмурится бармен. Тэхён загадочно улыбается и смотрит на барную стойку. Есть у него одна давняя мечта… — Нет, — догадавшись, о чём тот подумал, мотает головой Чонгук. — Ну за-а-ай, — Тэхён подходит ближе и надувает губки, оборачивая руки вокруг чужой талии. — Это запрещённый приём, — щурится Чонгук. Тэхён знает, хе-хе. Ну не умеет Чонгук отказывать, когда тот тянет это ласковое «зай» и льнёт к нему, целуя за ухом. Блять. Он точно об этом пожалеет. Мозги выключаются, в работу вступает половой орган. Тэхён — чертёнок, и это факт. Всё-таки уговаривает потрахаться прямо здесь, на стойке, он ведь когда-то обещал это сделать. Лучше поздно, чем никогда, да? Чонгук закрывает дверь на ключ, все посетители ушли ещё сорок минут назад, благо на окнах имеются шторы. Единственное, что напрягает, так это камеры, висящие под потолком. — Они давно не работают, — успокаивает Чонгук, прижимаясь губами к шее. Полностью раздеваться не стали. Тэхён сбегал до машины, принёс смазку и один презерватив. Чонгук вздохнул — понятно, сегодня он в пролёте. Пытается, конечно, добраться до чужих джинсов и приспустить их, но Тэхён расстёгивает ширинку, жирно намекая, что подставлять свой зад придётся Чонгуку. Будто у него есть выбор, блин. Тэхён настойчивый, уже не впервые добивается своего: в тот день, когда они помирились, Чонгук согласился попробовать быть снизу. Конечно, возмущался поначалу, а потом растёкся как желе по кровати и разрешил делать с собой всё что угодно. Ну Тэхён и сделал, хах, — кончил прямо в него. Ой, какая истерика была… Извинялся долго, отсасывал старательно, обещая больше так не делать. Чонгук пыхтит, кусая губы, пока Тэхён, развернув его спиной к себе, растягивает на скорую руку и отвлекает горячими поцелуями. Стоически терпит, даже не ругается, если только говорит, что трахнет его, когда они приедут домой, вернее — в квартиру Тэхёна. И пофиг, что на часах пять часов утра и он не спал сутки, они видятся не так часто, чтобы жаловаться на усталость. Тэхён ничего не имеет против — он не привередливый и, в отличие от Чонгука, с лёгкостью подстраивается под ситуацию. — Наклонись, — просит он, надавливая на поясницу. Чонгук слушается и тут же жмурится, ведь Тэхён медленно входит. — Нормально? — Да… Приходится ухватиться за столешницу — Тэхён, сделав пару пробных толчков, двигает бёдрами ритмично. Всё-таки осторожничает, время от времени останавливаясь и проверяя, что Чонгук не сцепил зубы от дискомфорта. Странная у него политика, конечно: молчит, даже если ему больно, пускай Тэхён и просит говорить о своих ощущениях в такие моменты. В первый раз, кстати, так и было: Чонгук до последнего терпел, думая, что если ты снизу — в любом случае будет неприятно. Ладно хоть, Тэхён это понял и отстранился, чтобы добавить смазки. Когда Тэхён усаживает его на стойку, меняя позу, Чонгук сразу же тянется к губам, поднимая колени. С Тэхёном, наверное, не бывает плохо, даже в роли принимающего. Если привыкнуть и приноровиться, можно получить удовольствие. К тому же Тэхён не оставляет его без внимания: обхватывает член пальцами, выбивая задушенные хрипы. Темп не сбавляет, иногда прерывается, чтобы поцеловать, а после, выпрямившись, продолжает толкаться. Чонгуку душно. Он не знает куда себя деть, голая задница трётся о деревянную поверхность, ноги затекают, ибо их приходится держать на весу, поясница болит, поэтому он спрыгивает на пол и поворачивается спиной, выпячивая зад. Тэхён сминает ягодицы в руках, даже шлёпает пару раз, ещё и низко стонет… Чонгук весь красный, дышит через раз, упираясь лбом в сгиб локтя. Дрочит себе, прикрыв глаза, и сам не замечает, что начинает хрипло стонать. Тэхён, вогнав член до конца, довольно улыбается, делая резкие толчки. Позор года: Чонгук кончает первым, то ли от своей руки, то ли от того, что Тэхён, падла такая, нащупал нужное место и старался проехаться по нему. А всё, теперь хрен чего докажешь. Тэхён, улыбнувшись в ответ, утыкается взмокшим лбом в его грудь. Делает ещё несколько движений, а после, удовлетворённо промычав, отстраняется, бросая взгляд наверх. Чонгук сказал, что камеры не рабочие, тогда почему у тех мигает красная лампочка… — Чтоб у тебя хуй отвалился, — бубнит Чонгук, садясь в машину. Весь растрёпанный, исцелованный и выебанный в прямом смысле этого слова. Поправляет футболку, ёрзает, а Тэхён, наблюдая за ним, не сдерживает улыбки. — Просто признай, что ты способен кончить от моего члена в заднице. — Чё сидишь? Заводи двигатель, давай-давай, я покажу, как надо трахать, а то чуть не помер на этой стойке. Тэхён смеётся. Вот вечно Чонгук выпендривается. Нет, чтобы хоть раз согласиться с ним! Вредина. — Ты невыносим, зай. Кстати, я купил тебе подарок на выпускной. Можем прямо сегодня открыть. — Тэхён, пристегнув ремень безопасности, зевает. — Ну, или потерпим до завтра. — А что там? — любопытствует Чонгук. Тэхён хитро улыбается. — Полазил в интернет-магазине и заказал несколько прикольных штучек. Сначала хотел купить тебе кляп, но потом подумал, что ты обидишься, и взял кольцо и вибратор. — Блин, он в любом случае, получается, обидится… — Какое кольцо? Обручальное, что ли? Ты совсем дурак? Не буду я за тебя замуж выходить… Или что там делают с другим мужиком?.. По салону прокатывается смех. Тэхён так сильно смеётся, что успокаивается только спустя несколько минут. — Сам ты дурак. Эрекционное кольцо, зайчик мой. — Зачем? — Ты слишком быстро кончаешь, а я соскучился по тебе. Ну, если хочешь, потом можешь надеть его на пальчик, но лучше не надо. Я тебе с камушком куплю, только не в этом году, дай хотя бы доучиться, — ласковый тон Тэхёна, его ладонь на бедре, и Чонгук перестаёт дуться. Вот и вся формула любви. — Попробуй только, я тебе это кольцо в жопу засуну. — Ути, какие мы злые. Ты уже определись, что там собрался засовывать в меня: член или обручальное колечко, — по-доброму смеётся Тэхён и гладит по колену, как бы успокаивая. — Всё вместе, — бурчит Чонгук и отворачивается к окну, чтобы скрыть улыбку. Тэхён включает музыку, чтобы не заснуть в дороге. Едут молча, всё время поглядывая друг на друга и улыбаясь. Чонгук (слава богам) перестаёт кукситься и пододвигается к нему, укладывая голову на плечо. — Ты, кстати, не думал поменять работу? — осторожно интересуется Тэхён, сдерживаясь, чтобы не засмеяться. Чонгук хмурит брови. — Зачем? — Ну… — Кажется, камеры всё-таки были включены и запечатлели, как бармена, лучшего работника, трудолюбивого мальчика и дальше по списку, трахнули на рабочем месте… Упс. Тэхён ведь не знал. Заметил, что их спалили только тогда, когда они уже закончили. Вот босс обрадуется такому видео... — Стремиться надо к большему, всю жизнь будешь в баре обитать? — Рассказывать Чонгуку о своих предположениях он, конечно, не будет — самоубийца, что ли? Тот его точно сожрёт со всеми потрохами. — Мне там нравится, — признаётся Чонгук, водя ладонью по чужому бедру. — Переезжай ко мне, — вот так вот просто. А что тянуть? Тэхён уже предлагал перебраться к нему в Лондон. Учиться тот закончил, а работу можно найти и в другом городе. Чонгук поднимает голову и смотрит с удивлением в ответ. — Но жить вместе будет трудно… — Не считая регулярного секса и прочих приятных плюх, конечно. — Могу сначала познакомиться с твоей мамой, попросить у неё благословения и только потом забрать к себе. — Вроде шутит, а вроде даже не улыбается. Тэхён бросает на него беглый взгляд. — Не хочешь? Хорошо, не будем торопиться. Чонгук, кусая губы, улыбается. — Давно планировал переехать. — Вот и замечательно! Завтра напишешь заявление на увольнение, а лучше я тебя сам отвезу. Надо будет ещё Намджуну позвонить, чтобы урегулировать один вопрос. — Какой? — недоумевает Чонгук. Тэхён, изобразив замочек на рту, улыбается. Лучше Чонгуку не знать — вдруг у него случится нервный срыв... The 1975 — Sex