Изенгрим

Ши-Гэ и Эд-Рэ наблюдали за Мизинцем, свернувшимся в клубок на жёстком ложе и, казалось, уснувшим. Обычно, Высокородные, попав в эту камеру, приходили в ужас и ударялись в панику. Отсутствие одежды тоже играло свою роль – говорило об утраченном статусе и намекало, в каких целях заключённого могут использовать. Даже до опускающегося потолка иногда не доходило. А уж когда заключённые понимали, что потолок начинает опускаться – медленно, но неотвратимо – о, тут была возможность насладиться такими сценами… Но проклятый мальчишка отреагировал на обстановку совершенно спокойно. А когда понял, что потолок опускается… Ши-Гэ и Эд-Рэ ожидали чего угодно – всплеска ужаса, криков, мольбы о пощаде, попыток прорваться в закрытую дверь, слёз… Но поведение Лесного не укладывалось ни в какие рамки – он спокойно понаблюдал за потолком, сделал выводы, нашёл камеру, улыбнулся в неё, сделал неприличный жест, как бы говоря: «Имел я вас всех!», завернулся в свою подстилку и… заснул? Неужели заснул? Эд-Рэ приблизил изображение лица мальчишки и убедился, что тот либо спит, либо поразительно спокоен и расслаблен. Глаза закрыты, дыхание ровное, ни одна ресничка не дрогнет… - Ну, до чего же хорош! Вот это нервы! – с некоторым восхищением произнёс Ши-Гэ. – Не знаю, смог ли бы я так! Эд-Рэ вздохнул: - Ты понимаешь, что это – катастрофа? Моей карьере теперь точно конец! Второй ошибки с помолвкой мне не простят! - Тихо, любовь моя, тихо, - обнял Ши-Гэ любовника и поцеловал в висок, - Одну помолвку ты точно заключил совершенно правильно… - Что бы я без тебя делал… - вздохнул в ответ Эд-Рэ, - если бы не ты – парнишка бы удрал. Представляешь, что бы началось? - Именно! А теперь давай подумаем, как превратить эту неудачу в частичный успех. Чтобы не пострадали ни ты, ни твоя Семья. - А это возможно? - Ещё как! Любовь моя, со мной нет ничего невозможного! Я переговорю с твоим отцом – пусть валит всё на Семью Лэ. В конце концов, это ведь не ты признавал Дикаря своим родственником. Не ты стал его опекуном, в надежде получить наследство. Не ты ввёл его в высшее общество… Более того – тебя бессовестно обманули. Всё это преступная халатность Семьи Лэ. К тому же, ты смог задержать преступника, а ниточкой к раскрытию заговора послужил твой слуга… как там его… Кэр, кажется? - Да, Кэр! Но ведь Ми-Лэ задержал не я, а ты! Это видели полсотни стражей Охраны Порядка! - И что? Я вполне могу сказать, что ты предвидел это, потому и попросил меня об одолжении, помочь тебе… ммм…не желая заранее сеять панику среди своих подчинённых. - И ты пойдёшь на это? Лишишь себя заслуженного почёта? Задержание государственного преступника – это совсем не шуточки! - Зачем мне почёт, любовь моя? Я беспокоюсь только о тебе. - Ах, Ши-Гэ, Ши-Гэ! – вздохнул Эд-Рэ. – Как я мог столько лет не замечать очевидного? - Ничего, - улыбнулся рыжеволосый Высокородный, - думаю, у нас впереди ещё много времени… - А что будем делать с мальчишкой? - Если его не сломила эта камера – может быть, сначала возьмём своё? - То есть? - Ми-Лэ – девственник, а мы вроде как его женихи, хоть и бывшие… Может, стоит с ним развлечься? А потом, я думаю, желающие найдутся… Групповые изнасилования в столь юном возрасте, как правило, здорово ломают психику. От такого он может и не оправиться. - Тебе приятно будет видеть его сломленным? - Мне приятно будет видеть его шлюхой на рудниках «тяжёлой воды», где он будет отсасывать у всякого отребья за стакан питьевой воды и половину чёрствой лепёшки. Долго он там не протянет, но перед смертью получит всего вдосталь. Эд-Рэ ласково провёл рукой по волосам Ши-Гэ: - Ты так забавно ревнуешь. - Да, ревную. Я хочу, чтобы ты принадлежал мне. А этот щенок сын той женщины, которая чуть было не стала твоей женой! И он чуть было не стал твоим мужем! - По-моему, ты сам на это согласился… - Пустое! Не хотел портить отношения с Нэ-Рэ! К тому же через годик-другой с малышом произошёл бы несчастный случай… После того, как мы с тобой вдоволь наигрались бы с ним… - Ты просто ужасен, мой возлюбленный… - Это комплимент? – поинтересовался Ши-Гэ. - Само собой, - отозвался Эд-Рэ, - только вот с распечатыванием его задницы повременим немного. Ты не знаешь, но десять минут назад со мной связался отец. - Нэ-Рэ? Что-то случилось? - Похоже на то… - Говори быстрее! Нэ-Рэ вряд ли стал бы беспокоить тебя, зная, в каком ты сейчас душевном волнении. - Ты прав. И теперь я пробую связаться с отцом, но не могу. Его коммуникатор не отвечает. - Эд-Рэ! И ты молчал? - Я пытался обдумать информацию. Как ты мне советовал. Смотри. Мальчишка поразительно спокоен. Наверняка он рассчитывает на какой-то козырь… - И? - Похоже, этот козырь сработал. В Городе вспышка очень странной болезни. Случаи заболевания начались через пару часов после ареста Ми-Лэ. У всех заболевших одинаковые симптомы – головная боль, повышение температуры, сыпь по всему телу, рвота. Больные чувствуют ужасную слабость. По словам Нэ-Рэ, пока никто не умер, но болезнь продолжает распространяться. И все заболевшие – и Высокородные, и Низшие – взрослые. Нет случаев заболевания среди детей и подростков помладше. Нет случаев заболеваний среди харалл из Центра Воспроизводства. Высокородные, рождённые от харалл заболевают точно так же, как и чистокровные. Состояние больных понемногу, но ухудшается. Служба Охраны Здоровья сбилась с ног, пытаясь определить неизвестный возбудитель, но там тоже много заболевших. - Ничего себе… - присвистнул Ши-Гэ. - А пробы? Они брали пробы? - Пробы чего? - Воды. Воздуха. Пищи, которую ели заболевшие… хотя, если это дело рук мальчишки – третий вариант отпадает. Воздух… тоже вряд ли. Тогда заболеваемость была бы куда выше. Остаётся… - Вода? – охнул Эд-Рэ. - Вода. Её и следует исследовать в первую очередь. Так. Нужно отследить список перемещений Ми-Лэ и узнать, приближался ли он к водонапорной станции Города… - Ты считаешь, что он каким-то образом отравил воду? - Не отравил. Яд любой концентрации в разбавленном состоянии начал бы действовать слабее, а потом бы его действие вообще бы сошло на нет. А если заболевания продолжаются, значит это не яд, а болезнетворные бактерии. Или вирусы, что ещё хуже. Одной ампулы хватит, чтобы заразить всю воду в Городе – бактерии, знаешь ли, имеют свойство размножаться. И весьма быстро. Я свяжусь со службой Охраны Здоровья. Дело срочное. - Ты прав! А что делать мне? - Тащи-ка этого малолетнего преступника в комнату для допросов и позови Да-Лу. Он туп, как пробка, но обожает причинять боль и большой дока в этом. Я-то это знаю прекрасно – он постоянный особый клиент Распределителя. Потрясите мальца насчёт этой странной болезни – может быть, полученная информация нам хоть чем-то поможет. - А если нет? - А если нет, то мы все в дерьме, любовь моя. В глубочайшем дерьме. Эпидемия в Городе – представляешь, чем это пахнет? - Представляю. Я должен позвонить отцу. И Кэру. Пусть поберегутся. - Думаю, самое главное – не пить воды. Только консервы и напитки, сделанные несколько дней назад. Я даже за дважды очищенную воду не уверен, хоть никто из Лесных в центре Воспроизводства и не заболел – может быть, у них иммунитет? Так что, запасись напитками, любовь моя – никакой воды. - Но послушай, как у Лесных дикарей хватило ума создать бактериологическое оружие? - А вот у него и спросите, думаю, что за ними кто-то стоит, как я и предполагал ранее. Всё, я в службу Охраны Здоровья. Потом в Распределитель. Я свяжусь с тобой. - Береги себя, Ши-Гэ! - Всё будет хорошо! Мизинец действительно задремал под непрекращающийся скрип потолка. Ему снился родной Лес, отец, обе мамы, сестрёнки и братья… Теперь улыбка мальчика была вполне искренней. Неожиданно скрип прекратился, и мальчик открыл глаза. Потолок остановился в нескольких сантиметрах от его лица, так что несколько минут Мизинец ощущал кожей жар лампочки. Потом потолок стал медленно и бесшумно подниматься. Мизинец вновь прикрыл глаза. Кажется, он выиграл первый раунд. На несколько минут, пока потолок не вернулся на своё место, наступила тишина. А потом дверь в камеру открылась.