Жемчужная серёжка

***

      Елизавета не была ни жаворонком, ни совой. Она была прекрасным дятлом, когда редактировала очередной «шедевр» современной русской литературы, пробивая головой столешницу от тупости и безысходности.       Но сегодня она проснулась не от противного звонка будильника на смартфоне, да даже не от мягкого тона медсестры, а от отвратительно-мускусного запаха, заполонившего всю спальню. Она лежала пять минут, понимая, что находится ещё в мире галлюцинаций своего больного мозга. В мире волшебства, магов, мальчика со шрамом и всякими прилагающимися непотребствами, а ты в этом мире «прилипала» — просто человек, занимающий чужое место. Однако Лиза тут же находила противоречия — она всегда ведь думала, что живёт не в том времени и месте. Теперь же, когда условия и обстановка изменились, она тоже недовольна. Разболевшаяся от амбре голова всё-таки заставила Елизавету встать и найти источник «аромата». Открытая дверь ванной была подозрительно окутана лёгкой дымкой ярко-оранжевого цвета. Сложив два и два, Лиза стянула покрывало и замотала голову в надежде, что это предотвратит возможные травмы. Но в голове было только празднество и радость от этой дымки. Все мысли крутились вокруг той самой «росянки» и необходимости проверить данное чудо больной фантазии и магического вмешательства.       Несмотря на все подозрения, Елизавета по наитию отбросила покрывало и вдохнула полной грудью. Если у неё что-то и болело, то сейчас во всём теле была лёгкость и приятная нега.       Тем не менее это было слишком подозрительно, Лиза вышла из некого транса и подошла к стопке книг на столе. Ей был до жути интересен данный экземплярчик магической флоры. Тонкая книжка лежала отдельно, призывая открыть и прочитать потаённое. Поднеся дневник в кожаном переплёте, Лиза перевернула хрупкую страницу, читая убористый почерк. Это был дневник Вергеллы: все её переживания, страхи, мысли и эмоции хранились на страницах ветхой книжечки.       Вергелла не обучалась в Хогвартсе, только домашнее обучение у тьюторов и матери под строгим наблюдением. Она впервые увидела своего мужа, да и вообще мужчину, только перед алтарём в день свадьбы.       Вергелла существовала со своим мужем, их отношения даже нельзя назвать отношениями между приятелями и знакомыми. Он ничего не хотел знать о холодной и тихой мышке с вечно стянутыми рыжими волосами в пучок. Она, в свою очередь, думала, что это нормально, и главное для её блага — это родить ребёнка.       Следующая запись была о её долгожданной беременности, после восьми лет стараний у них будет ребёнок. Верга была счастлива, даже муж стал с ней здороваться и спрашивать о самочувствии, изредка даря дорогие подарки. Скоро ей нужно рожать, она с трепетом писала всё на бумаге, нещадно заливая её слезами и проявляя эмоции только своему дневнику.       Ещё запись, только привычно аккуратный и правильный почерк плыл, буквы все шли в разнобой, отражая состояние того, кто пишет. У Вергеллы родилась дочь, только она сквиб. Это было потрясение настолько сильное, что Верга не хотела даже прикасаться к этому невинному ребёнку. Муж сразу после родов жены привёл беременную любовницу, показывая её место.       Третья запись, помеченная, как глава книги, одним словом — «Развод». У магов не было принято разводиться, для девушек это был приговор на вечное презрение, без возможности выйти замуж опять. Это были крайние меры, но здесь она просто поставлена в известность. Родители скончались от Драконьей Оспы, и из всего приданого остались только сбережения да полусгнивший домик на Косой Аллее, куда Вергелле пришлось уехать. Дочку она не видела, об этом позаботился её бывший супруг. Теперь Верга, некогда завсегдатая вечерних приёмов, даже не вдова, а разведённая. Ей остаётся только уехать или зарыться в песок, надеясь, что о ней забудут.       Так она и оказалась у небольшой лавочки со странной соседкой напротив. Женщина была примерно одного с ней возраста, но разница между ними была осязаема. Вергелла, не растерявшая гордости, с прямой спиной и брезгливостью в глазах оглядывала Лукрецию. Однако все её звали «Лу», как какую-то бродячую кошку. Лу постоянно смолила такой же дрянной табак, как и когда-то муж Верги, дым от которого разъедал глаза.

***

      Не зная, чем ей заняться, Вергелла решила делать то, о чём мечтала, однако замужней даме о таком думать ужасно. Она откроет парфюмерную с богатыми ароматами, как во Франции, а не с тем ширпотребом на Косой Аллее.       Бизнес не приносил никакой прибыли — никому не нужны духи от какой-то женщины с сомнительной репутацией. Совершенно отчаявшись, Верга сидела на крыльце, сдерживая слёзы и не показывая страх от безысходности. Тут же к ней подсела Лу, протягивая мундштук с сигаретой, предлагая попробовать. Сперва Вергелла оттолкнула руку Лукреции от своего лица, но потом услышала приятный запах вишни и табака. Она вскинула глаза на Лу, не решаясь попросить попробовать закурить. Однако соседка хмыкнула и поднесла мундштук Верге.

***

— Верга, старая ты карга, когда ты табачку старушечке принесёшь? — грубая манера подруги была привычна так же, как и её брюзжание. — Когда деньги будут, тогда и дам. Это элитный товар! — невозмутимо-серьёзно ответила Вергелла, но, только взглянув в глаза Лу, рассмеялась как девчонка. — Стой здесь, сейчас я принесу, я тут такое намешала! Не поверишь! — последняя фраза заглушилась хлопком двери.       Лукреция всё смеялась, смотря на теперь известный в узких кругах магазин «антиквариата». Тут всегда можно было достать санкционные вещи, отличный табак разного вида и с добавками, элитный алкоголь, а также сдать некоторые артефактики до облавы доблестных «Алых мантий».       Лу до сих пор не верила в то, что эта лавка стала такой популярной, и вспоминала о встрече с Вергеллой и её безумной идее с табаком. Но, смотря в горящие неприкрытым азартом глаза, Лукреция решилась помочь тогда новой соседке. Сколько они ругались, пока она пыталась обучить аристократку сажать растения, собирать, сушить и прочее. Затянувшееся отсутствие закадычной подруги обеспокоило Лу, она последовала в теплицы и застала ужаснейшую картину: Вергелла лежала на земле, распластавшись и не подавая признаков жизни. Эмоции захватили разум, и Лукреция подлетела к телу подруги, рыдая как безумная. Она обнимала пока ещё тёплое тело некогда единственного близкого человека.

***

      Лу стояла у каменного памятника на могиле. Где-то вдали показушно рыдали женщины, раскладывая пышные букеты роз, поворачиваясь своей рабочей стороной к объективу колдокамеры. Лукреция не приносила цветы, она посадила несколько кустов прекраснейших розовых пионов. Она навещала Вергеллу каждый месяц только в четверг, который так любила Верга. В четверг они вместе пили чай, пока Лу рассказывала о тех или иных растениях, а увлечённая подруга внимала, спорила или расспрашивала.       Поставив небольшую чайную пару на столик, Лукреция очистила от остатков чая свою чашку. Она собрала вещи и трансгрессировала домой, к травам, но одинокая пара с остывшим чаем ждала следующего прихода посетителя.

***

      Елизавета со слезами на глазах отложила дневник, последняя страница была небольшим некрологом, написанным той самой Лу. Но она нашла, что требовалось — эта «росянка» была подарком Лукреции на Рождество. Даже она не знала, что это за растение, передававшееся по наследству.       Лиза встрепенулась и пошла пересаживать все эти «прелести» на грядки. Подняв горшок с «Роськой», она понесла его в теплицу подальше ото всех других растений. Отпрыгнув от резкого звука, Елизавета завороженно наблюдала за образовавшейся сеткой вокруг растения. Её отвлёк колокольчик, доносившийся будто прямо над головой.       Побежав в лавку, она удивлённо взирала на ту самую старушку, что помогла ей попасть в госпиталь. Та, облокотившись на стойку, смотрела будто прямо в душу молодой девушки. — Так вот ты какая, внучка Верги. До чего же ты похожа на неё, как две капли воды, да только ты капелька покрупнее будешь, — ухмыльнулась Лукреция. — Вы Лукреция? — помедлив, спросила Елизавета. — А кто же ещё? Эка тебя примяло от росянки, совсем другой человек, — помотав головой, протянула Лу. — Эм, кстати, о той прелестной росянке, это что за чудо инж… магии? — чуть не оговорившись, произнесла девушка. — Понятия не имею, — весело пожала плечами старушка. — Ты продолжишь вести дела или снесёшь здесь всё? — недобро спросила Лукреция, резко переменившись в лице. — Я хочу продолжить, — осмелилась сказать Лиза. — Тогда надо бы тебя погонять по всей этой нашей бухгалтерии, — уже снисходительно хмыкнула Лу.       Тут-то Елизавета поняла, что просто так от неё не отстанут.       Теперь возвращение «домой» ушло на второй план, а то и на десятый, когда перед тобой такой «палач».