Black Rose

"В центре столицы собрались толпы протестующих. По некоторым данным здесь находится около восьми тысяч человек. Главный лозунг, как ни странно, звучит так: "Любите друг друга без рамок и ярлыков". За всеми этими людьми стоит важное лицо, но личность анонима до сих пор не раскрыта. Напомним, несколькими днями ранее президент в своей речи поделил людей на низший класс и высший. К первым относятся люди, принадлежащие определенным и давно сложившимся видам, а вторые те, цитирую: "кто противится судьбе и природе". Год, примерно, шло обсуждение в правительстве о том, чтобы ввести определенные законы для противоборствующих. Пока что это...- без умолку говорит репортер, пытаясь перекричать стоящих рядом людей. Намджун долго терпеть эти крики не может, поэтому выключает зомби-ящик. Он устал от одних и тех же новостей. По каждому каналу в течение недели лишь один, будто заученный, текст про митинги и причину, по которой они неожиданно вспыхнули по всей стране. Ему остается только в очередной раз вздохнуть, швырнуть пульт на диван и просто не включать телевизор ближайшие несколько дней. Ким садится на небольшую тумбочку в крошечной кухне и, откинув голову назад, задумывается о происходящем. В темных глазах, направленных на облезлый потолок, промелькнула некая тоска. На самом деле, не особо волновало то, что творится, однако всегда было интересно, насколько далеко зайдет этот конфликт власти, не воспринимающей настоящие права своих граждан, и обычных людей. Народ постоянно ущемляют, не дают спокойно дышать, но при этом скребут с них деньги и в критической ситуации оставляют без гроша, ещё и новые законы приписывают, когда захочется. Деление на классы показало очередную попытку правительства установить полный контроль и сделать так, чтобы богатым досталось лишь лучшее. Соулмейты, это ведь идеальный тип - вы во многом схожи и можете прожить счастливую жизнь, но второе лишь по мнению многих романтиков. Для насильников не существует весомых поводов, чтобы засунуть свои увлечения куда подальше. Власть им только угождает, подстраивая под них даже законы и легализируя насилие. Никто из них не остановится. Все чиновники продолжат творить что вздумается, пока их не посадят в клетку, как хищных зверей. Омеги и беты, являющиеся соулмейтами для альф, чаще всего подвергаются домашнему насилию, а в ответ всегда получают: "Ты же мой...", "Кроме друг друга у нас никого и быть не может!". Сильные имеют власть над слабыми и распоряжаются ими так, как того хотят сами, не взирая ни на что. Намджун хмыкнул собственным мыслям и прикрыл глаза, нахмурив густые брови. Он хотел бы уже со всем этим покончить лично, желательно расстреляв верхушку. Каждому легче бы жилось. В этой ситуации есть только одно важное "но": против власти и природы не попрешь. Ким закурил сигарету с ментолом и выглянул на палубу своего катера, по которой раздраженно носился Чонгук с пластмассовым ящичком, в котором полный бардак, инструменты там явно не на своих местах, из-за чего слышен звон металла. Взгляд устремляется на небо, затянутое серыми тучами, где кружат чайки. Намджун выходит из комнатки и сразу же вдыхает полной грудью запах морской воды, а вместе с ней и сырость от недавнего проливного дождя. Парень поправляет обеими руками на своей голове подвернутую шапку цвета хаки, закрывающей лишь кончики ушей и макушку. Прозрачные волны шумно бьются об берег, превращаются в пушистых барашков и с шипением растворяются на каменистом пляже. Даже с катера слышно то, как где-то там камни бьются друг об друга, от чего этот звук очень схож со звуком электрического тока. Расстраивает только то, что намека на солнца совсем нет. Ни единого солнечного просвета уже пару недель точно. А расслабляет лишь то, что слышны несмолкающие ни на секунду звуки дикой природы. Всё впечатление портит Чон своим топотом и бормотанием. Когда только проникаешься такой тишиной, её, естественно, нарушают. Из ящика с инструментами выпадают плоскогубцы и со звоном приземляются на железную поверхность. Наверное, в панике из-за грохота даже косяки мелких рыб рассредоточились, пытаясь спрятаться в водорослях. — Черт бы тебя отодрал, Ким Намджун, при чем во всех позах,- громко ругается себе под нос Чонгук, цепляя длинными пальцами выпавшие инструменты и идя сразу же к люку.— Любишь же ты звонить мне и просить о помощи перед тем, как отплыть. Раньше нельзя было? Может, тебе так сильно нравится издеваться над бедным студентом? Это удовольствие приносит? Джин, у меня для тебя плохие новости...- Чон замолкает и щурится, смотря на самодовольного друга, в зубах которого зажат фильтр с сигаретой. Сморщившись и продолжив мысленно покрывать знакомого всеми известными ругательствами, замечает, что тот лишь тихо посмеивается и закуривает уже вторую сигарету. Намджун видит поломки только перед отправлением в море, а младшему приходится включать режим «флэш», чтобы успеть всё исправить и потом не пожалеть. Такое происходит уже не в первый раз, поэтому Чонгук даже спокоен. — Он был занят, Гук-и. Прости,- доносится хриплый голос из крошечной кухни, откуда не так давно выполз, как сказал бы Чон, Намджун. Держась руками за дверной проем, из темного помещения выглядывает Джин, широко улыбаясь и слегка щурясь от дневного света. Чонгук мимолетно взглянул на того, а злость уже улетучилась, что можно было заметить по одному только лицу, морщинки на котором за секунду разгладились сами по себе. Запахи пары буквально смешались, сплелись как ветки колючей розы и надоедливого сорняка. Не сложно было догадаться, чем они занимались. Омега хотел сделать шаг перед и выйти на палубу, но споткнулся об железный порог, когда очередная волна тихо толкнула катер. Он схватился за крепкое плечо Кима, стоявшего перед ним, тот в свою очередь его вовремя подхватил. — Как бы я хотел чувствовать то же, что и ты,- наигранно вздохнул и поставил ящик с инструментами на пол.— Чтобы приходить пораньше и заставать вас за непристойностями,- Нам аккуратно отходит от омеги и уже готовится снимать с себя обувь, чтобы приложить ей извращенца.— Но...- младший останавливается у люка, который уже был открыт, и поправляет лямки рабочего комбинезона, потрепанного в некоторых местах.— У тебя есть только один человек, который может ощущать все твои эмоции на себе,- подмигнул Джину и спустился по небольшой железной лестнице вниз к самому сердцу катера. — Чонгук, мы ни чем таким не занимались!- громко говорит парень вслед, возражая ровеснику и обходя смеющегося Намджуна. — Ага,- шумно выдыхает шатен, приземлившись на дно судна.— А те ваши вздохи, когда Нам звонил мне, это вы по палубе километр бегали наперегонки,- достает фонарик, зажимает его меж передних зубов, и ищет поломку, уже чуть позже аккуратно нащупывает руками её причину. — У нас свой спорт,- старший еле заметно улыбается и подходит к люку, подобрав по пути ящик с инструментами.— Что там?- спрашивает с нотками волнения в голосе, присаживаясь на корточках у дыры. — Блять,- парень начинает кашлять, уткнувшись лицом в локоть.— Ты когда в последний раз здесь всё чистил?- возмущается Чон, будто его собственность испортили.— Тут работы на день точно, если не больше,- продолжает уже серьезно говорить, пытаясь отойти от атаки пыли, запаха горючего и непонятного липкого, вонючего слоя чего-то неизвестного под ногами. — Черт...- Намджун встает с места и, сложив руки на груди, смотрит куда-то вдаль, беспокойно бегая глазами по горизонту. Чонгук вытирает руки куском и без того грязной ткани, затем поднимается по небольшой лестнице обратно. — Придется на другом плыть?- обеспокоенно спрашивает Джин, стараясь сейчас не подходить к альфе. Чонгук смотрит на пару сверху вниз, сидя у края люка и слушая чужой разговор. На его лице появляется малозаметная улыбка, а вместе с ней и немного хмурый взгляд. Взъерошив собственные волосы, теперь торчащие в разные стороны ещё больше, студент тихо цокнул и отвернулся. Ему никогда не будут понятны отношения двух мужчин, как бы он не хотел. Всегда приходится говорить себе, что это нормально. — Раздевайся и ныряй,- Чон ухмыляется и вытирает уже другой тряпкой свою вспотевшую шею.— Он,- указывает лишь глазами на лучшего друга.— На тебе поплывет. Вы же спортсмены, справитесь. Солнца нет, но всё же жарко и душно. Даже прохладный ветер с моря, встречающийся с лицом и треплющий короткие, темные волосы, не помогает прийти в себя. Чонгук поднимается на ноги и встречается с двумя совершенно разными взглядами: один - смущенный, другой - напряженный. Глаза сами по себе отводятся куда-то в сторону берега, лишь бы не видеть друзей. До сих пор непонятно то, каким образом они стали парой. Даже сейчас Чон прокручивает в голове моменты с нытьем лучшего друга. Намджун всегда переживал, что останется без соулмейта и умрет в раннем возрасте. Его страхи рассеялись после теста. Хватило всего лишь часа для того, чтобы найти омегу Джина, живущего буквально через пару улиц. Все родственники и знакомые были рады в тот день, кроме одного только Чонгука. Он проходил тестирование вместе с Кимом, чего никогда не хотел делать, ведь считал, как и те безумцы из столицы, что у любви не должно быть ограничений в виде природы, какой-то предрасположенности. Вместо точного ответа, кто его соулмейт, врачи дали ему сразу несколько вариантов, несколько таблиц, фотографий. Растерянный Чон запомнил только единственную девушку. Однако даже здесь парня поджидала проблема, которая заключалась в том, что незнакомка мертва. — Прекращай,- старший проходит мимо Чонгука и похлопывает его по плечу.— Не смешно,- бросает напоследок и, ловко достав из кармана джинс телефон, уходит с катера. Джин идет следом за альфой, уже активно разговаривающему с кем-то, и хмурится. Чон как обычно швыряет всё в ящик, убеждая самого себя, что вечером всё в нём переберет. Взглянув на пару, он ловит себя на мысли, что Намджун сегодня сам не свой. Обычно друг тоже пропустит несколько безобидных шуток, предложит выпить на выходных и просто поговорит о жизни. Ким слишком сосредоточен на работе, что одновременно и пугает, и разжигает нехилый интерес. Возможно, поступил важный заказ. Но от кого? В этом небольшом у моря городке каждый второй друг друга знает. Намджун при любом раскладе сразу бы рассказал, кто попросил его об услуге, однако здесь что-то слишком важное, поэтому тот наверняка и молчит.

***

Маленькая комната, погруженная во мрак, наполнилась плотным сигаретным дымом. Стены уже давно успели впитать в себя подобные неприятные и токсичные запахи. Сквозь всю белую пелену пытается прорваться небольшой просвет из окна, когда-то забитого досками. В помещение такая тишина, что слышно то, как из-за скопившейся сырости отклеивается маленький кусочек подранных обоев. Где-то под завалами бумаг раздается топот маленьких лапок серого зверька, отчаянно пытающегося найти себе еду. Мышиная мордочка выглядывает из под старых книг и тянет носиком приятный запах свежей выпечки. Через пару секунд возле мыши приземляется несколько небольших крошек от кекса. Зверек сначала пугается и прячется, но через пару секунд, набравшись смелости, выглядывает снова. Мышонок забирает желанную еду и удирает со всех лап. — На тебя похож,- пухлые губы растягиваются в ухмылке, после к ним льнет фильтр сигареты. Пальцами одной руки Чимин аккуратно берет зажигалку, крутит перед лицом, зажигает её и швыряет её на небольшой столик. Металл бьется об деревянную поверхность и оставляет на ней легкую вмятину. Белоснежные зубы зажимают мягкий материал сигареты. — Разве я покупаю это тебе, чтобы ты делился с грызунами?- осевший голос в очередной раз нарушает тишину, которая, казалось, уже полностью воцарилась в этой комнатушке. Поменяв позу и закинув одну ногу на другую, нервный парень полностью откидывается на спинку старого скрипучего дивана, цвет которого издалека напоминает темно-зеленый. Носок черных берц медленно разрезает сигаретное облако, делая его больше похожим на млечный путь. — Но с тобой же делюсь, а значит да, чтобы я делился с грызунами,- бесцветно отвечает Мин, из под черной водолазки которого выглядывают сине-красные следы от укусов. Только губы юноши трогает улыбка, как исподлобья на него бросают взгляд, не внушающий ничего хорошего. Темные глаза буквально закрадываются в самые глубины, но, к сожалению или к счастью, ничего там не задевают. Из-за дыма зрительный контакт на мгновение теряется. Напряжение всё это время то накалялось, то растворялось где-то в тишине. Дойдя до самого фильтра сигареты, парень выбрасывает окурок куда-то в сторону, потушив его перед этим об старый диван. Пак встает с места, поправив на себе пиджак, напоминающий ночное небо, по которому разбросано огромное количество звезд, и осматривает халупу, в которой они просидели уже больше часа. Откинув голову назад, молодой человек громко выдыхает и поправляет пальцами свои черные как смоль волосы. Его прищуренный взгляд становится хмурым, когда он слышит мотор знакомой машины снаружи. — Чертов Ким Тэхен с его встречами!- говорит громко, чтобы его услышали и, возможно, упали позже в ноги с извинениями. Через несколько секунд дверь со скрипом открывается, после чего в прокуренное помещение входит темноволосый, достаточно высокий альфа, который выглядел как модель, ушедшая только что с показа диор. Мужчина мимолетно осмотрел присутствующих и улыбнулся. — Ты можешь говорить и потише, Чимин-и,- одарил друга квадратной улыбкой и приземлился на пыльный диван. Ким достает из кармана кнопочный телефон, вибрировавший уже, примерно, минуту, и меняется в лице. Он сбрасывает входящий и принимается набирать кому-то сообщение. После минуты напряженного клацанья по крохотным кнопкам, телефон летит на столик, разбиваясь об деревянную поверхность на несколько частей. Парень, сидящий напротив Тэхена, как ни в чем не бывало продолжал есть увлеченно кексы. Такая импульсивность старшего никого не удивляла. — Они скоро начнут меня искать,- шепчет альфа в собственные ладони перед лицом и пялится куда-то в пустоту, бегая глазами. Сделав через некоторое время глубокий вдох и тихо рассмеявшись, откидывает голову назад, параллельно цепляя длинными пальцами пачку с сигаретами, выпавших из кармана дорогого пальто. — Признавайся, на помойку не решился позвать, чтобы поговорить?- Пак берет стул, поворачивает его и садится так, что спинка оказывается между ног.— Ну да, здесь попрестижнее, согласен. В обшарпанной комнате повисла всё та же тишина, царившая здесь до прихода парней. Никто не был под впечатлением от того, что у главного из их компании какие-то проблемы, ведь он с ними буквально родился. Сборы в подобных местах очень редкое явление, поэтому каждый из присутствующих осознавал масштабы тех трудностей, которые должны на них вот-вот свалиться. — У меня есть предложение,- задумчиво произнес омега, откладывая в сторону любимую еду и укладывая на стол свои стройные ноги, из-за чего светлое пальто медленно разошлось в разные стороны, скользя по черным джинсам и открывая бедра. Блондин ухмыляется и вскидывает брови, с неким азартом смотря на знакомого. Ким заинтересованно поддался к парню вперед и, устроив локти на коленях, закурил сигарету. — И какое же?- мужчина затягивается, наполняя свои легкие едким, но очень нужным сейчас дымом, и уже из под полуприкрытых век смотрит на заговорившего. — Тебе стоит связаться с семьей Чон,- одного только "Чон" хватило, чтобы вывести Чимина из себя. Он обхватил ладонью колено Мина и некрепко сжал его пальцами, строго взглянув на него. — Тебе не хватило одного твоего похода к ним, Юнги-я? Может, устроим тогда им дружественную вечеринку?- проговорил Пак, чуть ли не плюясь и совсем не скрывая своего возмущения. — Прекрати,- раздался низкий и томный голос Тэхена, который одним только взглядом вцепился рукой в глотку друга, после чего, не отрывая глаз от того, бросил: — А ты продолжай,- смотря в глаза отчаянного Кима, Чимин замечает некий животный страх, безысходность. Если всё действительно настолько плохо, то альфа, конечно же, даже на мгновение не задумается о какой-то личной неприязни и поступит так, как будет лучше, если это даст ему хоть какое-то спасение. — У Чон Чонгука, насколько я знаю, есть крейсер, который он уже долгое время пытается восстановить. Думаю, он никогда в жизни не сможет починить махину, которая ещё и устроилась на мели,- Юнги крутит пальцами идеальные кексы, привезенные Паком из столицы и слабо улыбается, вспоминая тот самый поход к семье Чон, о котором заговорил бета. — Точно-точно...- шепчет себе под нос Ким с задумчивым выражением лица, касаясь пальцами губ.— Это, вроде как, крейсер их отца?- бормочет Тэхен, взгляд медленно скользит от одной вещи в комнатушке к другой, пока наконец не останавливается на вновь заговорившем Мине. — Он находится на отшибе и все на него забили, кроме Чона младшего. Там точно искать не станут, но...- вновь отодвигает от себя выпечку и начинает тихо смеяться, облокотившись на спинку деревянного, потрескавшегося в некоторых местах стула. — Но?- шатен хмурится и бегло осматривает знакомого, даже выпрямившись. В этом плане, по мнению самого Тэхена, не должно быть ни одного "но", которое бы помешало ему дальше существовать. — Как ты поладишь с ним, мистер жулик?- поворачивает голову в сторону Кима и наклоняет её, смотря тому прямо в глаза с легкой ухмылкой на губах.— Он гомофобный альфа, к себе никого не подпускает, кроме близких друзей, матери и брата. Думаю, просто заговорить с ним будет что-то из мира фантастики, а просить помощи тем более. — Оо, птичка,- Чимин недовольно поджал губы, услышав это нелюбимое "птичка", и закатил глаза, после чего скрестил руки на груди. Ему не хотелось вмешиваться во всё это, тем более по одним только глазам друга можно было понять серьезность его намерений.— Чон Хосок мой должник, буквально номер один в списке,- Тэхен довольно улыбнулся, сам себе несколько раз кивнув. — Мы тебя поняли, стратег. Что насчет наших действий?- Пак устало трет пальцами переносицу, после взглянув на Кима, который уже горел идеей с крейсером. — Ты поедешь в столицу, там уж очень неспокойно,- альфа выдыхает и расслабляется, словно только что все свои проблемы за раз решил с помощью одного только Чон Чонгука.— И этот блестящий костюмчик айдола не забудь надеть, когда приедешь в офис,- скользит взглядом по телу Чимина, при этом не скрывая своей белоснежной улыбки.— Я уверен, твои фанаты-чиновники оценят тебя,- подмигнул темноволосому парню и почти сразу изменился в лице, кусая себя за нижнюю губу и хмурясь. — Скоро будет мероприятие в честь строительства ненужной больницы для зажравшейся власти...- Тэхену говорить о подобном противно. Невыносимо противно. — Собираешься просто наблюдать со стороны?- с усмешкой спрашивает Чимин, не заметив никакого энтузиазма и огонька в глазах друга. — Смеешься? Я целое шоу устрою. Мне удалось нарыть на них столько материала. Всё по классике, Чимин-и,- смеется, толкая язык за щеку и улыбаясь после.— Только потребуется твоя помощь кое с чем или, скорее, кое с кем. Это наш будущий друг. Мне кажется, он тоже должен быть на этой огненной вечеринке. Витая всё так же где-то в облаках от предвкушения провала власти, Тэхен переводит свой взгляд на омегу, который успел устроиться рядом на диване, и вскоре поворачивается к нему полностью. — Как я понял, ты заинтересован Чоном старшим,- в очередной раз в несвежей комнатушке появляется напряжение, которое Ким разряжает своей фирменной широкой улыбкой. Он встает с места, немного пританцовывая на месте.— Поэтому хочу тебя предупредить, птичка. Не играй лишний раз с огнем,- последние слова отчеканил, чтобы до омеги точно дошло то, о чем сейчас вообще идет речь. — Что за херню ты несешь?- возмутился Юнги, мимолетно взглянув на Чимина, на лице которого было полное непонимание.— Мне всего лишь нужны его бабки. — Ах, вот как? Значит, наш Юнги-я всё так же безумен?- Тэхен встает напротив младшего и аккуратно кладет ладонь на его щеку, залитую легким румянцем, и оглаживает её большим пальцем.— Будь аккуратен. — Буду слушаться тебя, когда ты сделаешь уже что-то более масштабное с верхушкой,- Мин ухмыльнулся и отвернулся в сторону Пака, на лице которого было написано буквально: "доиграешься". — Что же...- Ким усмехается и идет к двери.— Все хотят от меня шоу? Я дам им шоу,- оборачивается и осматривает помещение. Наткнувшись взглядом на разбитый телефон, чуть хмурится и вздыхает.— Этот телефон эпохи Чосон следовало бы убрать. У меня на это, к огромному моему сожалению, времени нет, поэтому оставляю это на тебя, птичка. Иначе мы все втроем пойдем просить милостыню у Чон Чонгука.