Случайности и совпадения

К полудню состояние Брока нихрена не улучшилось. Он проснулся в испарине, чувствуя себя еще хуже, чем после самой жуткой миссии в джунглях, когда он выжил чудом и с трудом вернулся в форму. Только вот тогда он верил, что ему по силам справиться, что у него есть будущее, но сейчас… Все укусы воспалились, поднялась сумасшедшая температура, ниже талии всё нахрен парализовало, причем сначала онемели лишь ступни, но судя по тому, как быстро шел процесс, уже этой ночью наступит его черед отчитываться перед высшим судией за свои многочисленные грешки. Брок поначалу не сразу сообразил, к чему всё идет, проснувшись в луже пота от дикой головной боли… да и вообще от боли, поскольку у него, кажется даже волосы болели. Он сразу выпил аспирин, понадеявшись на свое никогда не дающее сбоев здоровье. Лучше не стало. Он доковылял до уборной и едва не убился, когда начали отказывать ноги. Потом некоторое время в ступоре разглядывал вспухшие посиневшие укусы на шее и… блядь, где этих долбанных укусов только не было! По идее надо было сразу звать уебищного модификанта, сотворившего всё это с ним, но Брок задумался и упустил время. Наверное. Думал-то он всего ничего – минут пятнадцать, пока пытался вернуться обратно в постель, но за это время онемение добралось до таза. Он на чистом упрямстве дополз и загрузил себя на влажное и смятое белье, всё еще не желая орать «на помощь» по одной простой причине – Брок додумался до одной нехорошей мысли. Точнее до нескольких, тесно связанных между собой нехороших мыслей. И больше не видел смысла звать на помощь, шансов на его взгляд уже не было, разве что стоило позвать детку для прощания – не хотелось, чтобы парень винил себя за произошедшее. Ну и дать последние ЦУ, сколько успеет, пока еще может дышать, говорить и думать. - Детка!.. *** Стива было слишком много, так много, что Баки задыхался от его всеобъемлющего присутствия, а еще мучительно не хватало Брока, с его легким подшучиванием, покровительственным контролем, поддержкой. А потом вдруг стало тревожно. И когда он в пятый раз неловко рассыпал бумаги, споткнулся на ровном месте и облился чаем, то услышал что-то странное в хриплом голосе Командира, зовущего его. Сердце застучало как ненормальное, и он бросился в комнату Брока, почему-то испуганный до холодной испарины. Одного взгляда хватило, чтобы его ноги подкосились. Баки грузно осел на колени. За спиной бесшумной тенью возник Стив. Брок хотел бы всё изменить, и в то же время нет. В любом случае ничего не изменилось бы – не Баки, так Стив, они оба модификанты, так что конец был предсказуем. Брок слишком пристрастен, он всегда стремился к лучшему. Выбирал лучшее. А Баки и Стив были лучшими из всех, кого он когда-либо встречал – он всё равно не удержался бы от того, чтобы затащить кого-то из них в постель. Так что… жаль, что именно детке выпало сомнительное удовольствие убить его своей любовью: жуткая аналогия, но что есть, то есть. - Малыш, дыши. Роджерс, не оставляй Баки. В списке контактов есть «Доставка». Пароль: «Пиздюк мелкий». Введешь в курс дела, получишь инструкции, как укрыться от Всевидящего Ока Дядюшки Сэма. Баки помогут. Тебе, Роджерс тоже не помешает отправиться с ним. Дом лучше сжечь, заберите все игрушки – детка в курсе, в принципе найдете, куда их приспособить. Номера счетов детка знает. - Брок, я звоню в 911… - мужественно начал Стив, но Брок разразился кашляющим смехом, мысли начали путаться, появился звон в ушах и пальцы быстро теряли чувствительность. - Сделаешь это и подставишь Баки, да и себя, Принцесса. - Что… - Вас обоих запрут в лаборатории, и… даже твое звездное звание не спасет твою прекрасную задницу от такого у… уебищного будущего. - Брок, тебе нужна помощь и… - И ты позволишь мне тихо сдохнуть, по…скольку нет противоядия от мод…дифицированной спермы, Стиви. Как и от слюней. И очень н-надеюсь, что те анализы, что с тебя нас-сосали, пока размораживали, не… использовали на людях в такой вот комби-нации, иначе хрен от вас отцепятся… - Боже… - Давай, Стив, не тормози – я… уже кончился. Но… за детку с того света вернусь, чтобы тебе навалять, если… просрешь его, как понял? - Я… конечно, но… - Пиздуй, дай… попрощаться с котиком… - Брок, Баки не… - Никто… не винит его, я сам хотел и… не жалею, а теперь съебись в туман, жаль, что у… нас с тобой теперь не сложится, но… даже мечтать о тебе было… охуительно… - Командир… - задыхаясь, просипел Баки и Брок привычно оскалился, стараясь не показывать того, что в глазах уже темнело. - С-сладенький, я не зря на тебя с юности дро…чил – ты космос, д-даже не знай я тебя – всё равно в-влюбился бы насмерть… - Брок хмыкнул, с трудом держа глаза открытыми, - блядь, я прям… мастер д-дурацких сравнений… - Нет! ...дир! – подполз к нему Баки, которого Брок уже не мог толком рассмотреть, больше угадывая детку в большом темном пятне, до кучи еще и слух стал отказывать. - К-котик, не проеби свободу, живи и не с-смей хуйней стра-адать, жи-ви на полную, обещай! – дышать стало тяжело и Брок уже не был уверен, что его слова можно разобрать, но упрямо до последнего старался удержать улыбку на лице, остро сожалея о том, что своей ебливостью нанес Баки такую жуткую психотравму, наверняка тем самым надолго отвратив от такого замечательного занятия, как секс… хотя может так даже лучше. Сдохни под Баки или Стивом кто другой, которого начнут искать, о пропаже которого возбудят уголовное дело, то парни ни за что не отпинались бы. А теперь суперы в курсе, чем грозит секс с ними обычным людям и… хорошо, что Брок хоть так некрасиво, но посодействует их сближению… - Обе-щай, к-ко…тик… Ответа он уже не дождался, поглощенный холодной темнотой, в которой не было ничего. Совсем. *** Баки смотрел и не видел, точнее не понимал и не хотел принимать того, что он видел. Никак не получалось осознать происходящее. В голове билось рефреном одно и то же беспомощное: «Нет! Пожалуйста! Нет! Пожалуйста!..» но Командир лежал перед ним всё такой же неподвижный, серый и… его сердце не билось. Совсем. На непослушных коленях он медленно подполз ближе, с какой-то отчаянной надеждой прикоснулся к безвольно свесившейся с кровати кисти, которая еще совсем недавно дарила ему тепло и защищенность. Сильные смуглые пальцы были жесткими и холодными. Ледяными. Весь мир Баки обрушился. Вот так. Он убил Командира. Ненасытный жадный ублюдок – он убил того, ради кого так сильно старался быть человеком, того, кто стал для него всем миром. А Баки убил его… На плечо легла теплая ладонь, но Баки больше не хотел тепла. Он хотел замерзнуть, провалиться в беспамятство, умереть вместе с Броком. Баки дернул плечом, мотая головой из стороны в сторону, повторяя бесполезное: «Пожалуйста! Пожалуйста! Пожалуйста!..», но чуда не происходило, командир не шевелился, а проклятая ладонь так крепко держала его и так сильно грела, что не давала отключиться… - Баки, пожалуйста, не оставляй меня… - о чем говорит Стив? – Он… Брок хотел, чтобы ты жил, слышишь?.. - Б-брок… - что-то щелкнуло в голове у Баки и тот исподлобья уставился на Стива, поежившегося от его взгляда. - Бак? Командир был таким холодным, таким невыносимо жестким… а Стив таким горячим… Мелькнула странная мысль, что Командира нужно согреть… - Поцелуй его! – Баки не понимал, почему пришел к такому решению, но… Брок так сильно горел Стивом, а в итоге умер не получив от него ничего, кроме неприятия и подозрений. Пусть Командир называл Стива Принцессой, но именно он заслужил этот чертов поцелуй любви. - Что? О чем ты говоришь, Бак… нам нужно вызвать скорую или… наверное нужно сделать сердечно-легочную реанимацию… - Баки вдруг представил, как сильные руки Стива проламывают грудь кажущегося сейчас таким хрупким Брока в попытке запустить его сердце, что в ужасе замотал головой. - Поцелуй его. - Я не буду целовать его! Он… уже умер и… - И это единственное, чем ты можешь его отблагодарить за то, что встретился со мной. - Бак… - растерялся Стив, но Баки уперся, желая хоть так, запоздало, но подарить Броку исполнение его мечты. И… наверное, он должен прямо сейчас оттащить Командира в медблок, в котором есть практически всё необходимое на любой случай, но ему стало так страшно! Потому что он слышал, точнее уже не слышал биения сердца Брока, и чувствовал только этот ужасающий холод! Командир был слишком холоден для того, чтобы его можно было считать живым! - Ты поцелуешь его. Тебе это уже ничего не стоит. Он не сможет тебе ответить. Но ты сделаешь это. Благодарность и прощание, Стив. - Баки, к чему все это? – поморщившись, вздохнул Стив. – Я… да, благодарен ему, за то, что он помог тебе, но… он мне чужой, понимаешь? Я сожалею о его смерти, но не скорблю. Не могу, потому что… - Просто ты не успел его узнать, точнее ты не хотел его узнавать. Заранее принимая всё, что бы он ни сделал в штыки, лишь потому, что я был у него, а не у тебя, - Баки представил, как тело Брока будет гореть, и его затошнило. - Зачем ты так… - Это правда, - пожал плечами Баки и уткнулся лбом в невыносимо жесткое и холодное плечо Брока: почему он такой холодный? – Почему он такой холодный? Поцелуй его сейчас, Стив. Подари ему этот чертов поцелуй на прощание или проваливай нахрен без меня куда хочешь! - Мой поцелуй ничего не изменит… - спокойно ответил Стив, но под взглядом Баки кивнул. – Хорошо, я это сделаю… Опустошенный потерей Баки мрачно смотрел, как человек из его прошлого наклоняется над человеком, что еще утром был его счастливым настоящим и чувствовал жуткую резь в глазах. Почему он не может плакать как женщины? Говорят, это помогает, если выплакать горе, только… слез не было. Глаза жгло, но он не мог выдавить ни единой слезинки – всё его нутро словно ссохлось и помертвело. Почти всю свою долгую не-жизнь он существовал как функция и именно так начинал ощущать себя снова. Жизнь до Гидры была слишком короткой, жизнь с Броком еще короче. И как только дом с Броком сгорит… и тут Стив вдруг повел себя очень странно. - Что-то не так. Бак, слышишь? Что-то не так… - … - Я серьезно, - Стив озадаченно нахмурился, поджимая губы, которые только что касались Брока в целомудренном поцелуе. – Это всё очень странно, он такой холодный, что я почти обжегся… но так ведь не должно быть, Бак? И все ранки… они словно… Слова до Баки доходили, будто через ватный кокон, он опять уткнулся в ледяное плечо Брока. И вздрогнул от контраста между холодным Броком и горячей ладонью Стива, что принялся тормошить его. - Баки, послушай же! Обычно трупное окоченение не происходит так быстро, и вообще – откуда мы можем знать, что именно с ним произошло? Здесь что-то не так… - А? - Баки, а может, он просто… ну не знаю, не умер, а в коме? Хотя сердце не бьется, и дыхания нет… - Кома?.. – заторможено повторил Баки и замер. В голове суматошно заметались мысли. Окатило невозможной надеждой. А если… - Переливание, - посмотрел он на Стива. - Но… - Мы с тобой… всё в нас может быть ядом или панацеей, ведь так? - Не знаю, у меня брали много раз кровь, но выделить сыворотку не получилось. - Я его отравил… но возможно, нужно больше яда? Мои… жидкости запустили в нем процесс изменения, но это же его и убивает. Клин клином? Мне уже нечего терять… - Баки? - Если… - Баки осторожно подхватил на руки одеревеневшее тело и мотнул головой. – Пойдем. Попробуем. - А куда? – растерялся Стив и замер, когда хмурый и сосредоточенный Баки, растеряв прежнее пугающее выражение безучастности, целеустремленно двинулся в чулан. Потом ему на руки сгрузили холодное тело, предварительно смерив предупреждающим взглядом, и Баки, сдвинув коробку с хламом, ввел код на открывшейся в углу панели. Закряхтело, и в полу открылся широкий проем. - Осторожно, проход широкий, но всё-таки… - Я осторожен, - недовольно фыркнул Стив, следя за Баки, который спускаясь в подвал, что-то где-то нажимал и стукал. – Охранки? - Мы оба параноики, - не оглядываясь сухо ответил Баки. Вскоре темнота под ногами рассеялась, и Стив увидел небольшую, но очень профессионально устроенную… лабораторию? - А… - Мы наемники. На мне заживает всё легко, но иногда требуются операции. Да и Командиру… - Ясно, - Стив сгрузил тело на кушетку и невольно потер замерзшие ладони. Баки быстро вскрывал шкафчики, отбрасывал какие-то пакеты и, оглянувшись на него, неожиданно приказал. - Вымой руки, потом натяни перчатки. Сначала попробуем ввести ему мою кровь, потом твою. - Но зачем мою? И потом, может нам всё-таки обратиться к настоящим врачам, то, что ты задумал, выглядит кустарщиной, ведь никто не может гарантировать… - Никаких халатов, Стив. - Но даже если каким-то чудом мы его оживим, то ему потребуется квалифицированный уход и нормальное обследование. - И всю оставшуюся жизнь он проведет в качестве подопытной свинки? – холодно поинтересовался Баки, надевая на лежащего Брока маску и подключил ИВЛ, выкладывая рядом капельницу. - Необязательно, возможно мы сможем реанимировать его тело, но мозг… в любом случае мы не имеем должных знаний и умений… - Правда, что ли? – очень по-броковски ухмыльнулся Баки, но тут же его лицо потеряло всякий намек на веселье. – Стив, ты, правда, не понимаешь? Мы с Командиром лучше умрем свободными, чем будем сидеть живыми, но в клетке. - Баки, зачем ты так? И потом, возможно на основе полученных анализов удастся создать лекарство от тяжелых болезней? Ты понимаешь, как много людей можно спасти? Нельзя быть настолько эго… - Наивным! – буркнул Баки, накладывая жгут на руку и работая кулаком. – Стив, ты специально придуриваешься? Думаешь, этих гребанных лекарств еще не изобрели? - Что… - Думаешь, тем же фармакологическим корпорациям выгодно, чтобы люди излечивались от болезней раз и навсегда? – данные на сканерах показывали прямую линию, легкие принудительно заработали, но лишь благодаря помпе, что заставляла их наполняться воздухом. - Баки. Я читал про теории заговора и скажу честно: я в них не верю. - И очень зря, - Баки придвинул кресло к лежаку, не отрывая взгляда от заострившегося профиля Брока. – Меня уже лет семьдесят как спокойно и рутинно замораживали и размораживали, тестировали на мне все эти вирусы, что потом выпускали в мир, устраивая пандемии, имея на руках отлично работающие вакцины. Но эти вакцины… - Баки устало посмотрел на Стива, - Эти вакцины, если и позволяли использовать, то только после получения нужных результатов, в качестве награды и очень ослабленные. - То, что ты говоришь ужасно, Баки… - Такова реальность, Стиви. Та же процедура заморозки – она ведь давно уже рабочая, но до сих пор почему-то никого не рискуют размораживать, потому что не умеют. Ты выжил благодаря сыворотке, как и я. Но на мне отработали это уже в такой степени, что и с обычными людьми никаких проблем не возникнет – но разве это используется? И знаешь, насчет лекарств я вовсе не шутил. Я был под кодами, меня обнуляли, но большая часть памяти ко мне вернулась, так что помню достаточно. Те же разговоры яйцеголовых, хвастающих тем, что им под силу излечить то, отчего до сих пор в мучениях умирают люди. Но… Боже, Стиви, эти лекарства были созданы и не раз – но каждый раз их изобретателей или уничтожали, или брали под крыло те, кому были выгодны лишь те средства, что поддерживают долгое и мучительное угасание заболевших. Это бизнес: стопроцентное излечение – невыгодно, а вот многолетнее получение дивидендов от надеющихся на выздоровление – очень прибыльно. - Это Гидра, да? Но если мы… - Наивный Стиви, - Баки, нервно облизнув губы, протер сгиб локтя спиртом, беря пробу. Кровь из Брока вытягивалась плохо, и выглядела откровенно странно, но при смешении принимала более… жизнеспособный вид. – Гидра – зло, не спорю, но дело не в ней. Попробуй представить миру действенное лекарство от рака, и тебя уничтожат. Не Гидра. Правительство. Фармакологические компании. Департамент Здравоохранения. Потом твое лекарство проверят, и возможно даже используют. Предварительно сильно ослабив, чтобы эффект был, но слабеньким, дающим надежду больным, но недостаточный, чтобы вылечить окончательно. - Ты сгущаешь краски, Баки. Мир не настолько… сейчас всё гораздо открытей, уже невозможно так просто вершить зло – ведь… - Ты либо помогаешь мне, либо забываешь о нас с Броком навсегда. - Баки, это неприемлемо. Ты знаешь, что я от тебя никогда не откажусь. - Тогда… - Но считаю, что ты неправ, а твой Брок нуждается в помощи тех, кто… - Кто? Я уже сказал тебе, мы с Броком против клетки… - Не факт, что он выживет, не факт, что если даже сейчас ты добьешься успеха, он проживет долго, поэтому клетка или нет, но зато у него будет больше шансов выжить… - Ты не слышишь? Прошло всего несколько минут – его мозг еще может быть жив, ясно? И я знаю, что значит быть бесправным пациентом, и лучше убью его лично, чем обреку на подобное… - Ты не можешь решать за него… - А ты можешь? Кто ты такой, чтобы решать за нас с ним? За нашу с ним жизнь или смерть? - Зачем ты так, Баки? Я никогда не сделаю ничего во вред тебе, но Броку… - Его ты с удовольствием запрешь там, где он до меня не дотянется? И даже будешь гордиться своей сознательностью во благо мира и человечества, так? – рыкнул Баки и зло скривился, когда обнаружил, что сломал иглу в пальцах. Смешанный образец хоть и выглядел получше, чем то, во что стремительно превращалась кровь Брока, но до желаемого не дотягивал. – Ты… - Баки, твоя связь с этим человеком тянет тебя вниз. Он беспринципен – сам это говорил, что тут скажешь. Он, признаваясь в любви ко мне – очень странной, так легко и просто заменил меня тобой, прекрасно осознавая, что ради тебя я соглашусь на что угодно. Он просто воспользовался нашей с тобой слабостью, нашел уязвимые места и прекрасно сыграл на них. И… ты прав, у меня нет никаких сожалений о его смерти, и если его смерть или жизнь окажется полезной для мира – я это использую. - Вот как, - Баки отвернулся от Стива, - согласишься на что угодно ради меня? - Да, ради тебя я… - Я уже сказал, ЧТО для меня важно, но ты от этого отмахнулся, как от какой-то незначительной мелочи. Ты готов использовать самого важного для меня человека как предмет торга? - О чем ты? - Я пойду за ним. Если его посадят в клетку, то рядом окажусь и я. - Нет, Баки! Я не позволю… - запальчиво начал Стив и осекся от презрительного фырка Баки. – То есть… тебе, как и мне придется, конечно, сдать некоторые анализы и какое-то время… но потом, мы с тобой… - То есть всё, что рассказал тебе Брок, что ты видел в документах, тебя совсем не убедило? – сердце Командира не билось, внешние показатели указывали, что пациент мертв, но то, что тело так быстро охладело, словно бы самопроизвольно впадая в анабиоз – дарило хрупкую надежду. - Послушай, - осторожно начал Стив. – То, что вы оба считаете весь мир опасным для себя, не означает, что он таков и есть. Тем, кто отличается от остальных, как бы неприятно это ни звучало, требуется… присмотр. Мы с тобой обладаем силой, а значит и ответственностью… - Стив. Я думал, что это мне обнуляли мозги и впаривали всякую чушь, но ты меня переплюнул… - Баки… - О нет, на этом всё, - Баки оборвал готового спорить Стива, и наконец, смог ввести иголку под странно жесткую и в то же время хрупкую кожу Командира, что вдобавок к аномально быстрому окоченению буквально на глазах начал быстро терять вес, будто превращаясь в мумию. – Стив. Ты сейчас либо со мной, либо против. Если со мной, то не споришь, если против – тогда получишь меня и Брока только мертвыми, причем я позабочусь о том, чтобы ни его, ни меня не смогли реанимировать. - Баки, - подобрался Стив, но Баки предупреждающе взмахнул железной рукой. - Попробуешь обыграть меня в надежде на свою скорость и силу, я активирую неприятный сюрприз, в итоге и от тебя не останется ничего, что можно будет опознать. Ты НЕ быстрее и НЕ сильнее меня, а вот я гораздо опытней. Семьдесят лет активных действий, как-никак. - Нет, Баки! Не нужно, не со мной… - Нужно, и именно с тобой. Я… Это Командир смотрел на тебя влюбленными глазами, считая, что тебя, такого несчастного, нужно спасать, холить и лелеять. А я вижу правду – ты засранец. Самоуверенный, не считающийся с реальностью и фактами. Ты считаешь себя вправе определять, что есть истина и благо, не видишь полутонов и готов верить в обман, если он тебе по вкусу… - Не смей так говорить, я никогда… - Всегда и сейчас в том числе, - безразлично ответил Баки, введя первую порцию своей крови. Да, так нельзя было делать. Пусть у Брока группа крови четвертая, но то, что в венах у Зимнего кровью назвать уже было нельзя, как и то… чем он его убил. Наверное, это просто глумление над трупом, но Баки не мог не попытаться. Поэтому он рискнул, не забывая отслеживать краем глаза перемещения Стива, который оказался недостоин доверия. - Баки, - твердый и уверенный голос Стива раздражал, отвлекал и настораживал, а вот то, что он вдруг сказал, еще и удивило. - Если ты действительно в этом нуждаешься, то я согласен. Можешь взять и мою кровь. - Возьму, - кивнул Баки, - но пока не подходи. Я тебе не настолько верю. - Баки, я не обману. Только не тебя – если ты меня помнишь, то знаешь – я могу быть не согласен, могу спорить до хрипоты – но не обманывать. - Да, - снова кивнул Баки. – Ты не обманешь, ты просто сделаешь так, как считаешь правильным. Поэтому ты будешь стоять на месте и не приблизишься, пока я не позволю. И не уйдешь – чтобы притащить сюда уродов из ЩИТа. - Баки… - Не нужно. Я тебя услышал. Ты услышал меня. - … Хорошо, Баки. Я докажу тебе, что мне можно верить… - горько вздохнул Стив, но Баки не проникся, чутко отслеживая состояние тела… черт возьми, как это ужасно: говорить о Командире: «тело»!.. Чудо не спешило происходить. То есть… Баки понимал – не бывает всё так, по щелчку, как в сказке. Но ждать и быть терпеливым оказалось мучительно сложно. Поминутно делая сканы, и почти забыв о тихо стоящем посреди медблока Стиве, Баки не сразу увидел эту разницу. Хрупкость. Трещины на коже от укола перестали походить на сухие разрывы и увеличиваться. Сердце по-прежнему не билось. Кровь, насильно введенная в вену, словно осторожный разведчик, потихоньку рассеивалась в том, что сейчас замерзало в теле Командира. Хуже не стало, как и лучше. Но кожа действительно перестала ссыхаться. Баки ввел еще одну порцию под встревоженный вздох Стива. Наверное, он сильно спешил, но… Баки просто не мог иначе… После третьей порции и час спустя Баки обмяк, услышав то, на что, честно говоря, уже совсем перестал надеяться. Сердце в ледяном теле его самого любимого человека неуверенно бухнуло. Завопил дисплей, но потом снова раздался монотонный гул. Потом это случилось еще раз. Слишком длинные паузы, но оно билось! Баки перевел растерянно счастливый взгляд на помрачневшего Стива и взял себя в руки. В момент эйфории очень легко похерить любую победу – уж это в него Командир сумел вбить намертво. Поэтому: не расслабляться – бой только начался. - Стив, - Баки бросил ему пакет с системой, - возьми у себя кровь. Из вены. - Мне можно уже подойти? – поджал губы Стив, но Баки покачал головой. - Нет. Ты и так справишься. И я за тобой присматриваю. - Это уже смешно, Бак, я не собираюсь причинять вред… - Мне – нет, а Командиру – очень даже. С твоим пониманием вреда и пользы, у нас с тобой мало общего. Так что не трать время на пустые разговоры. Продезинфицируй кожу на сгибе и введи иголку в вену… - Я в курсе, как это делать, Бак. Если ты помнишь, то моя мама была медсестрой, и я сам очень много времени провел… - Тогда делай, а не спорь! - Уже!.. – Стив морщился, но делал всё четко и правильно, наполняя шприц очень яркой кровью. Баки видел, что она из вены, но цвет… впрочем, это же Стив, Капитан Америка, суперсолдат с сывороткой в крови. У самого Баки цвет крови скорее отливал серым, да и по составу мало был схож с обычной кровью, так что удивляться необычному цвету не стоило. Баки потряхивало от мысли, что кровь Стива может оказаться как панацеей для Брока, так и финальным аккордом, но ему, как говорил Командир, вожжа под хвост попала, и он не мог остановиться. Поэтому он пнул в сторону Стива тумбочку на колесиках, с еще одним набором для экстренного переливания крови. - Положи сюда и наполни следующий. - Ба… - Или делаешь, или отказываешься. - Хорошо, - укоризненный вздох, и к Баки подкатилась тумбочка с кровью Капитана Америки, что ж. Пан или пропал… Уже введенная кровь, щедро нацеженная с Баки, помогла притормозить процесс мумификации, потому что серая кожа всё еще оставаясь бледной, перестала превращаться в пергамент, возвращая прежнюю упругость. А главное: сердце действительно билось. Очень медленно. Будто Брок действительно впал в спячку. Умер ли мозг Командира? В любом случае, пока не появились трупные пятна, как признаки некроза, то существует возможность реанимировать пациента – так говорилось в какой-то статье, которую обсуждали халаты при обнуленном Зимнем. К тому же все жуткие следы воспаления от укусов на Командире уже не выглядели так ужасно, хотя до сих пор вызывали в Баки отвращение к себе. Но главное, прошло сколько времени? С какого момента перестало биться сердце, ведь у Баки получилось? Брок не умер, просто… это была такая реакция на телесные жидкости того, кто уже давно очень сильно отличался от обычного человека. Баки следовало давно проверить совместимость и провести анализы, сейчас было бы гораздо проще. Больше того, самой этой ситуации могло не случиться, будь он предусмотрительней! Но смысла жалеть о прошлом не было, действовать нужно было здесь и сейчас. За Командира дышал аппарат, потеря веса и замерзание прекратились. Он оставался еще холодным, но сердце хоть и медленно, но уверенно билось. Будто Брок действительно впал в кому. Предположительно кровь Баки стабилизировала это не-живое и не-мертвое состояние, и Брок завис где-то между. Кто знает, может именно кровь Стива, носителя идеальной сыворотки, окажется тем самым спасением, на которое надеется Баки? А может, он спешит и всё этим сейчас испортит, и Брок умрет окончательно? Баки взял в руки наполненный алой кровью шприц и попытался успокоиться. Командир как-то говорил: «Когда ничего не понятно, действуй по зову сердца. Пусть даже ошибешься, но нужно верить себе – всегда верить себе. Ибо если ты сам не веришь себе и в себя, то никто в тебя не поверит, и вот тогда – ты точно просто пустое место»… Не то чтобы Баки так верил в себя – Гидра жестко обтесала его, но… в Брока он верил. И в чуйку, которая всегда помогала Броку выбраться из самых отчаянных ситуаций. Раз Брок верил в чуйку и никогда не жалел о принятых решениях, то и Баки поверит. Иголка вошла в катетер, введенный в вену Брока и… с этого момента всё, что оставалось Баки – это верить и молиться.