Последняя роль

Довольно забавно наблюдать за тем, как люди реагируют на наше появление. Мне просто не верилось в то, что они так легко поверили в этот спектакль, что был перед ними разыгран. Хотя в то же время, я не особо хорошо знаю своего нанимателя. Возможно в силу того, что это общество знало Шинру-младшего лучше, они были готовы верить всему, что видят. Идя рядом с этим человеком-манекеном, что, как и раньше слишком идеален, можно почувствовать себя особенной. Только было множество нюансов, что не давали мне возможности потерять голову и заставляли разум держаться все время в напряжении. Самым главным, на мой взгляд — это его надменность. Она словно стена ограждала его от всего человеческого и просто не давала никакой возможности хоть самую малость понять этого человека. Меня же это к моему удивлению уже перестало интересовать. Ибо работа была превыше всего. Сейчас был именно тот самый момент, когда ты ожидаешь выхода на сцену перед зрителями. «Да начнется очередное представление!» — громогласно заявила я мысленно самой себе и в этот момент окинула презрительным взглядом всех присутствующих в комнате. Я успела заметить на себе беглый взгляд Шинры. Явно в очередной раз желал убедиться, что я ослепительно улыбаюсь, излучая радость нахождения рядом с ним. Но идя с ним под руку одетая в небесно-голубое платье, длиной до пола из тончайшего шелка, цена которого была для меня заоблачной, я знала, что весь Мир готов перед нами склониться. Вполне возможно считать, что я и правда, рада быть рядом с этим человеком. Хотя…он меня бесит! «Блин! Как же это круто, чувствовать себя лучше других». — Еще одна мысль, что останется при мне, ведь это ощущение скоро пройдет, и я вернусь к старой жизни. — Задерживаетесь, дети мои, — странное обращение, что исходило от Президента, и явно должно было показать, как он рад за сына. — Президент. — Сухо произносит Руфус и делает короткий кивок головой. С моей стороны в этот раз была лишь улыбка и протянутая рука в сторону мужчины, который стоял уже рядом с нами. — Леди Фавар, вы сегодня сказочно прекрасны, — его лживая фраза с прикосновением губ к моей руке. — Ну что вы, Президент, — отмахнулась я словестно и после сразу же обращаюсь к своему спутнику, — Ру, милый, ты же не забыл? Вначале Шинра-младший не сразу понял, что я обращалась к нему весьма фамильярно и еще укоротила его имя, но через пару секунд его замешательство проходит и он, немного склонившись ко мне, целует меня в щеку, со словами: — Я ничего не забываю, если это касается тебя. Нужно признать то, что эти слова для меня прозвучали как-то двояко. Вроде бы и звучали как комплемент для окружающих, но в то же время было прямой угрозой мне. Но стоит заметить, что пока ни одна его угроза не была воплощена в реальность. Это говорило лишь о том, что я пока в полной безопасности. Только в данный момент был лишь один источник угрозы для меня — это Президент. Он все еще продолжал меня жадно пожирать взглядом, словно хотел залезть с мою голову и узнать обо мне все. — Дамы и господа, я благодарен вам, что вы пришли сюда в этот чудный вечер. Дабы разделить со мной радость, — внезапно начал Президент и направился в центр зала, все еще держа меня за руку заставляя таким образом идти за ним. Все естественно тут же обратили внимание на Шинру-старшего, едва он заговорил. Я же продолжая улыбаться, старалась не обращать внимания на то, что все происходящее явно шло не по плану. Беглый взгляд на моего нанимателя, он выражал внешне полное спокойствие. И все равно при взгляде на мою руку, что держал в своей Президент, на его лице появлялась легкая тень недовольства. «И что теперь мне делать? Опять импровизировать?!» — задала я самой себе вопросы, что естественно останутся без ответа. — … Я как отец, безмерно рад за своего единственно наследника. Надеюсь, леди Фавар станет той, кто будет всегда рядом с Руфусом и во всем его поддержит. Мне радостно объявить этим вечером, о помолвке Руфуса Шинры и Ванессы Фавар! — торжественно Президент заканчивает свою краткую речь, передает мою руку своему сыну, словно благословляя наши лживые отношения и в зале раздались аплодисменты. — Сейчас же уходим. — Приказ-шепот Руфуса мне пока он делает вид, что целует меня в щеку, и приобнимет за талию. «Какой же он наивный». — Вздыхаю я про себя. После того что сделал его отец, нам просто так не дадут уйти. Вслед за аплодисментами, нас окружили люди желая поздравить. Все их слова были наполнены ложью и лестью. По взгляду на Вице-Президента, он это понимал так же хорошо, как и я. Но его рука, что все еще была на моей талии подталкивала меня вперед заставляя медленно двигаться в сторону выхода. Не знаю почему, но что-то заставило меня слегка оглянуться и посмотреть на Президента. Его взгляд на нас, а точнее на меня. «Какая я дура!» — выругалась я мысленно, едва мой взгляд и взгляд Президента встречаются. — Ой, — вздрагиваю я, когда меня что-то укололо, словно иголка. — Все в порядке? — любезный вопрос «заботливого» жениха. — Да, — с очаровательной улыбкой отвечаю я, и мои ноги подкашиваются, а в глазах темнеет. Последнее что я вижу, это гнев и злость, что отражается в глазах Руфуса Шинры. «Интересно, это он на меня злиться?» — мысль, перед тем как я теряю сознание. За полчаса до появления в зале. Люди в белых халатах стараются поскорее уйти, чтобы оставить меня наедине с Вице-Президентом. Тсенг придерживал для них дверь, я стояла молча глядя на Шинру. На нем был одет белый смокинг, на лацканах ближе к краю шла черная отсрочка, что была в тон бабочке и жилету с брюками. Волосы зачесаны назад и явно закреплены фиксирующим средством. Запонки с черными камнями на рукавах белоснежной рубашки. На ногах начищенные до блеска черные туфли. «Оказывается, он может носить вещи и другого цвета». — Ехидно подмечаю я про себя. В то же время негодование во мне побеждало здравый смысл и я отвернулась от этого ледяного принца закусывая щеку изнутри. — «Как он может так быть шикарен?! Где справедливость этого Мира?» Как бы это глупо не было, но внешне мне этот человек действительно начинал нравиться, но зная, какая «тварь» сидит за этой личиной, обидно становилось до слез. Я не надеялась на что-то. Да и было бы глупо все это. Мне хватило бы просто нормального отношения ко мне, без его нравоучений и ограничений в плане роли. — Мисс Ванесса, с вами все хорошо? — обращается ко мне Тсенг, когда дверь закрывается за работниками. — Тсенг, оставь нас, — не успеваю я ответить, как звучит приказ. — Но уже по… — хотел, что-то сказать брюнет, как его перебивают: — Я не стану повторять. — Слушаюсь. — С поклоном отвечает Тсенг, и я могу только слышать тихие шаги и звук закрывающейся двери. Молчание. Мне, конечно, было любопытно, что он там делает за моей спиной, но поворачиваться к нему обратно лицом, просто не хотелось. После нашего последнего разговора, что был несколько часов назад и то, как он на меня смотрел, я начала его побаиваться. Если бы тут был Тсенг, я, возможно, еще повернулась, а так нет. Да и чтобы ему сделал Тсенг, он ведь его подчиненный. «Сама виновата, что теперь боишься его до чертиков!» — ругаю я себя. Если б не мой язык, то возможно все было бы нормально. В конце концов, он не был плохим нанимателем. Тем более, что он пока еще ни разу меня не ударил, как бывало порой раньше в моей жизни. — Ванесса, подойди, — зовет он меня, и от этого по моему телу проходит дрожь. Медленно поворачиваюсь, ибо глупо сейчас пытаться его игнорировать. Вижу, Руфус стоит у зеркала, что еще не успели убрать, и его рука вытянута в мою сторону. Небрежный жест, которым он меня подзывает к себе словно я домашняя зверюшка блин. Шаг за шагом, медленно приближаюсь к нему, при этом стараюсь не смотреть в глаза. «Так, стоп! Почему это я должна его бояться?! Да кто он такой, чтобы меня так загонять в угол?!» — пока я об этом размышляла, он касается моих плеч и заставляет встать перед собой напротив зеркала. — Знаешь, я тут подумала и… — хотела я извиниться за ту резкость, с которой критиковала сегодня его. Но он меня перебивает прошептав: — Молчи. Всего одно слово и я готова забрать обратно свои слова. Вскидываю голову и вижу в отражении зеркала нас рядом друг с другом. Его странный и какой-то другой взгляд, которым он меня одаривает, одновременно с этим в его руках появляется изящно тонкая нить из камней. Довольно ловко он застегивает ее на моей шее. — Интересно, сколько ты платишь своим любовницам за свой мерзкий характер?! — вырывается из меня яд, что я чуть ли не выплевываю ему в лицо. Ледяной взгляд, что он бросает на меня и довольно красноречивое молчание, после резкий разворот на каблуках, и он направляется к дверям. — Тебе нужно только улыбаться, а думать, твоя пустая голова не должна. — Слова, что все же я слышу, прежде чем он выходит из комнаты, оставив меня одну. — Ванесса, ты опять ляпнула не подумав, — ворчу я сама на себя из-за своей импульсивности.