Пленница

      Прежде чем Сакура наконец пришла в сознание, прошло почти трое суток. Все это время она пребывала в комнате Саске, находясь под капельницей. Рана от пореза была вылечена ещё в первый день, но яд, остатки которого не попали под действие антидота, представляли собой опасность для жизни молодой куноичи.       Учиха, так и не признавшись, что принёс девушку сюда неосознанно, был резонно назначен надзирателем, на время пребывания Сакуры в подземелье. И тем не менее, приходя каждую ночь в комнату, где лежала девушка, казалось бы, каменное сердце — больно сжималось в груди. Даже сейчас он помнил, как был вынужден защищать девушку буквально от всего. Учиху всегда раздражало то, что она не могла постоять за себя, и только Какаши-сенсей задал один вопрос, после которого Саске начал злиться ещё больше: «—Тебя ведь раздражает не то, что она слабая, а то, что может настать момент, когда ты не сможешь ее защитить?» Правда глаза колет.       Как обычно зайдя внутрь комнаты, Саске закрыл за собой дверь. Он снял с себя боевую амуницию и, посмотрев в сторону Сакуры, подошёл к её кровати. Посмотрев на капельницу, он убедился в правильности её работы, перед этим получив инструкции от Кабуто. Юноша хотел было направиться к шкафу со свитками, как заметил, что девушка немного пошевелилась.       Сакура медленно, но верно начала возвращаться в сознание сперва просто мыча, а затем совершая незначительные телодвижения. Саске, склонившись над ней, аккуратно поднял её руку и распутал шнур от капельницы чтобы она, если и дернет рукой, не вырвала из вены катетер. Примерно в этот момент Сакура смогла приоткрыть глаза и лицо Учихи было первым, что она смогла разглядеть. — Саске… — она аккуратно протянула руку и дотронулась пальцами до щеки парня. «— Тёплая, мягкая», — подумала девушка, прикладывая ладонь. Только проснувшись, розововолосая ещё не осознавала, что делает на самом деле, думая, что это сон.       Тем временем Саске даже не шелохнулся. Парень буквально замер на месте, немного шокированный действиями бывшей сокомандницы. Хотя он и привык к чрезмерному вниманию девушек — таких как Карин, например действия Сакуры застали его врасплох.       К счастью или сожалению, состояние сна быстро развеялось и как только розововолосая поняла, что происходит, тут же отдернула руку, будто от огня. — С… Саске? П… Прости… — прошептала та, отползая на другую сторону кровати и тут же хватась за разболевшуюся после долгой отключки и резкого подъема голову, — Что происходит? Где я? Почему я лежу под капельницей?       Вопросов было слишком много и Учиха, поморщившись, отошел в другой угол комнаты, садясь на стул. — Я забрал тебя из логова Акацуки, когда ты лежала при смерти. В логове Орочимару. Потому тебя осмотрел Кабуто, в тебе был какой-то яд, — медленно и раздраженно произнес бывший член команды номер семь, всем своим видом демонстрируя, что больше ни на один вопрос не ответит.        Полученная информация хоть и была ничтожно мала, но дала примерно оценить общую картину, хоть и не раскрыла мотивов юноши. Странно было слышать, что Саске забрал ее, лежащую при смерти, ещё сложнее было поверить в то, что он сделал это по доброте душевной. В то, что он, скорее всего, добил бы её на месте — да, спасти — нет.       Сакура, держась за голову, спустила ноги с кровати и медленно осмотрела помещение, в котором она находится. Все было мрачным и свет шел только от одного факела на стене, отчего глазам было довольно тяжело привыкнуть к данного вида освещению. Кроме кровати в комнате стоял стол и стул, на котором сидел Саске, небольшой шкаф. В комнате имелись две двери: одна была открыта и вела в ванную, другая — закрыта, по-видимому, в коридор. Окон не было.       Затем взгляд упал на сидящего перед ней Саске. Девушка подметила, что он очень сильно изменился с их последней встречи. Он стал выше, черты лица поменялись с мягких, детских — во взрослые, более острые. Розововолосая ещё долго бы его рассматривала, но заметив на себе недобрый взгляд, поняла, что так, только его разозлит. Размышление прервала острая боль в груди. Нет, не моральная, а реальная, физическая боль. Сакура тут же схватилась за ткань своей рубашки и тяжело дыша рухнула на пол, теряя равновесие. В ушах звенело, а в глазах бегали звездочки. Тело тут же пробрал озноб.