Точка невозврата

      В жизни всегда происходит сумасшедшая вереница разносортных событий. Каждое по-своему вносит некоторые коррективы, что могут окончательно выбить из колеи или же склеить обратно в собранную фигурку. Жизнь слишком непредсказуема, даже череда обыденных действий и событий может нарушиться в одночасье. Всё это и произошло с семьёй Хилл некоторое время назад. Привычный расклад дел улетел в тартарары, а все семейные устои канули в лету.       Мир этой семьи был разрушен до основания, да, скорее всего, до самого ядра, где бурлила оранжевая лава, что могла сжечь всё на своём пути. И этот самый хрупкий элемент спокойствия и умиротворения получил значительные трещины и был готов взорваться в любой момент. Выдержать натиски повседневного урагана достаточно сложная задача, с ней справиться практически невозможно. Эта стихия готова снести всё вокруг, не оставляя после себя ничего.       Единственное, что, возможно, сейчас помогало держать здравый рассудок хоть в каком-то порядке, это маленький Калеб, что сопел на заднем сиденье внедорожника Аарона. Стихия разбушевалась не на шутку, под натиском ветра деревья склонялись до земли, а стена из дождя сильно затрудняла видимость. Дворники кое-как справлялись с водой, Хилл лишь тихо ругался себе под нос, боясь разбудить своё маленькое черноволосое счастье, что так сильно прижимал к себе плюшевого дракона.       Сара кое-как смогла успокоиться, а поток нескончаемых слёз наконец-то перестал раздражать глаза. Она подобрала свои ноги и уткнулась носом в колени. Тело дрожало, хоть истерика и отошла уже на второй план. Материнский инстинкт сыграл свою роль, выгоняя из головы мысли о событиях из недавнего прошлого. Сара то и дело посматривала в зеркало заднего вида, изредка поворачивалась, она боялась за сына. — С ним всё в порядке. Перестань то и дело поворачиваться, — Аарон мельком посмотрел на супругу, сжимая рукоятку руля. — Я боюсь, что он не дышит, — прошептала Сара, но Хилл её отчётливо услышал. — Калеб никогда так быстро не засыпал. — Он слишком переволновался, — мужчина остановился на светофоре, — так же, как и я, — еле слышно произнёс он.       Брюнет надеялся, что Сара не услышала его крайнюю реплику, но острый слух никогда не подводил девушку, а с появлением маленького сына всё только обострилось. Девушка подняла изумлённый взгляд на супруга, что сидел с сосредоточенным взглядом, рассматривая непроглядную тьму впереди. Погода портилась с каждой минутой, уличное освещение не справлялось с этим натиском.       Аарон вёл автомобиль аккуратно, ведь ответственность на плечах лежала слишком большая. Одно дело, когда он ездил с членами группировки, там счёт шёл на секунды, ведь в этот самый момент шальная пуля могла зацепит кого-то из своих. Но сейчас всё было не так. Он вёз самый ценный груз в своей жизни, как шесть лет назад.       Прошло уже три дня с момента рождения Калеба Хилла. Малыш с самых первых минут своей жизни смог подарить родителям только лучшие эмоции. Сара заботливо выполняла все функции ответственной матери, подскакивая с постели с мимолётного кряхтение комочка. Маленький мистер Хилл был копией своего отца: сосредоточенный взгляд, тёмные волосы, но глаза были Сары.       Время подходило к выписке из родильного отделения главной больницы Сентфора, девушка укутывала сына, чтобы его не продуло на улице. На лице застыла счастливая улыбка, но тело всё ещё предательски напоминало о прошедших родах. Было до одури тяжело, но если бы не Аарон, что провёл все пятнадцать часов подле супруги, она бы точно не справилась. — Любимая, вы готовы? — Хилл распахнул дверь палаты, лучезарно улыбаясь. Мужчина держал в руке букет алых роз. — Тише ты, — Сара погрозила супругу пальцем, — Калеб только уснул. Но мы готовы.       Брюнет медленно, словно хищник, подходил к своей супруге, но не мог скрыть радостную улыбку на своём лице. Аарон до умопомрачения любил эту девушку, что перевернула привычный устав его жизнь с ног на голову, ещё в далёком прошлом. А когда она практически пять лет назад согласилась стать законной супругой, Аарон был готов перевернуть весь этот чёртов мир и уложить его перед ногами свой возлюбленной.       Маленький сонный комок, что так мило собрал свои губки бантиком, мирно посапывал на пеленальном столике, пока Сара надевала последние элементы одежды. Аарон не сводил взгляда с сына, пока нежная рука не коснулась его щеки. Миссис Хилл провела пальчиками по острым скулам своего мужчины и нежно улыбнулась. — Он так похож на тебя, — прошептала девушка, утыкаясь в грудь супруга. — Спасибо тебе, — Аарон поцеловал Сару в макушку, вдыхая аромат её волос. — За что? — серо-зелёные глаза уставились на Хилла. — За сына. Я очень тебя люблю. — И я тебя люблю. Пойдём, мама уже заждалась. — Не только Мередит, — усмехнулся брюнет.       Сара вопросительно уставилась на Аарона, но тот лишь пожал плечами, показывая, что говорить что-то ещё он не намерен. Девушка фыркнула и взяла в руки букет, потому что Хилл уже успел подхватить маленький кулёк на руки. Весна в этот год радовала солнечными днями, даже на утро после рождения Калеба, настырные солнечные лучи так и пытались пробраться в палату.       Аарон крепко держал сына одной рукой, а второй он ухватил Сару за кисть и переплёл их пальцы. Это невинный жест дарил девушке точное умиротворение и уверенность в завтрашнем дне. Только с ним она чувствовала себя, как за каменной стеной. Пара дарила друг другу самые нежные улыбки, пока двери больницы не распахнул персонал учреждения.       Многочисленные Драконы стояли с воздушными шариками синего цвета, кто-то с цветами. Мередит О’Нил плакала где-то в стороне, пока Уилл заботливо протягивал своей возлюбленной платок. Бабушка Аарона не смогла сдержать улыбку на своём лице, когда новоиспечённые родители вышли на улицу. Радостные крики окутали всю улицу, а Сара лишь недовольно шикала на этих балбесов. — Если вы мне разбудите сына, познаете меня в гневе. — Я бы на вашем месте начинал бояться, — хохотнул Аарону, за что получил самый уничтожающий взгляд от супруги.       Каждый человек подходил и рассматривал спящего Калеба, которого ничуть не смутили сторонние шумы. Малыша точно не разбудить и пушечным выстрелом, настолько крепко он спал. — Он так похож на Аарона, — в один голос произнесли Мередит и Элеонора.       Пока Драконы загружали цветы в свои автомобили, чтобы отвезти всё в дом семейства Хилл, Аарон заботливо усадил супругу на заднее сиденье и передал самый важный кулёк в жизни. Всю дорогу до дома смотрел в зеркало заднего вида и понимал, что он самый счастливый человек на всём белом свете.

***

      Внедорожник остановился на подъездной дорожке. Пока Сара пыталась выбраться на улицу, Хилл остановил её одним движением руки. Мужчина первый вышел из автомобиля и устремился в дом. Он вернулся буквально через пару минут с огромным зонтом. Брюнет помог супруге выбраться на улицу и передал ей защиту от стихии, пока сам вытаскивал спящего сына с заднего сиденья.       Войдя в дом, Сара была приятно удивлена, ведь порядок был идеальным. Не зря Аарон буквально пару дней назад вызывал клининговую компанию. Мужчина устремился на второй этаж, пока девушка проводила своими пальчиками по многочисленным предметам интерьера, что сама же и расставляла всю их совместную жизнь. Рамки с фотографиями заставляли мозг вспоминать самые важные моменты долгих лет.       Сара уселась на огромный диван подле камина и уставилась в одну точку. Её жизнь вновь перевернулась и неизвестно, сможет ли всё когда-то наладиться. На первом этаже был прохладно, ведь окно была нараспашку. Девушка пыталась укутаться сильнее в халат, пока на её плечи не упал тёплый плед. Аарон уселся рядом, протягивая супруге тумблер с янтарным напитком. — Тебе надо обработать повреждения, — прошептала Сара, принимая алкоголь из рук Аарона. — Херня, пройдёт, — отмахнулся Хилл. — Ты как обычно пренебрегаешь здоровьем. — Хватит делать вид, что тебе это так важно.       Повисла угнетающая тишина. Девушка устало выдохнула и поднялась с дивана. Она прошла в ванную комнату, ведь именно там хранилась аптечка. Память не подводила, да и Аарон не имел такой привычки переставлять вещи. Выудив огромную коробку с предметами перевязки, Сара вернулась в исходную точку. Под недовольное бурчание Аарона она взяла его руку и с трепетом начала незамысловатые манипуляции.       Миллиметр за миллиметром подвергся натиску марлевой салфетки смоченной кожным антисептиком. Сара помнила, как Аарон не любит все эти манипуляции. Она заботливо обдувала костяшки, пытаясь хоть как-то поубавить боль. Мужчина следил за каждым её движением. В этот самый момент сердца пропускали удары, а воздуха катастрофически не хватало. — Что будет дальше? — прошептала Сара, убирая в коробку нетронутые средства. — Развод, — отрешённо произнёс Аарон, поднимаясь с дивана.

***

      Стихия не унималась вплоть до самого утра, только редкие капли дождя напоминали о ночном плачущем тёмном полотне. Небо было затянуто грузными облаками, а жёлтая листва уже стремилась соприкоснуться с землёй. Сара проснулась в комнате своего сына на кресле. От неудобной позы сна спина нещадно ныла, а шея требовала массажа. Девушка потянулась и поднялась со своего места.       Калеб всё ещё спал, что было неудивительным, ведь вчерашний стресс сыграл свою злую шутку. Сара подоткнула одеяло, оставила невесомый поцелуй на лбу и вышла из комнаты. Она всё ещё была во вчерашнем халате, а тело требовало водных процедур. Девушка убедилась, что Аарон ещё спит и устремилась в ванную комнату. Вода заботливо смывала ночь и болезненные воспоминания.       Сара рассматривала своё отражение в зеркале: разбитая губа, тёмные круги под глазами и испуганный взгляд. Девушка сняла махровый халат с крючка и укуталась в тёплое одеяние. Голые ступни касались прохладного пола, пока она шла до кухни. На удивление холодильник был забит продуктами, что значительно упрощало задачу. Сара буквально через полчаса закончила приготовление завтрака, как послышался топот со второго этажа. — Мама, — крикнул Калеб и побежал к девушке. — А где папа?       Сара подарила сыну самую нежную улыбку и обняла его. Она оторвала мальчика от пола, заставляя обвить свой силуэт ногами. Это был их самый любимый вид обнимания. Только девушка хотела ответить о местонахождения Аарона, как со стороны лестницы вновь послышался топот. Так ходил только Хилл. Он был лишь в одних пижамных штанах, волосы находились в беспорядке. — А вот и папа, — Сара опустила сына на пол, и он устремился к мужчине. — Папочка, — крикнул Калеб, прыгая на руки своего отца.       Хилл давно не чувствовал себя так, как сейчас. Сердце болезненно сжималось, но душа была умиротворённой. Самые важные люди вновь рядом. Но была ли Сара, как и прежде, важным человеком в жизни? Определённо да. Но истерзанный орган всё ещё напоминал про измену. — Привет, малыш, — Аарон крепко обнял сына и направился с ним к столу.       Завтрак проходил, как и раньше. Калеб чувствовал себя просто превосходно, словно вчера он не наблюдал картину избиения своей матери. Он старался шутить, рассказывал про подготовительный класс, ведь совсем скоро он пойдёт в школу. С едой было покончено, юный Хилл убежал вновь в свою комнату, чтобы поиграть, а Сара принялась убирать со стола. — Никуда не уходите. Я привезу ваши вещи. У тебя есть телефон? — Сара отрицательно мотнула головой. — Хорошо, если что, позвоню на городской. Только никуда не уходи, — Аарон заправил прядь волос за ухо супруги и оставил короткий поцелуй на лбу. Он чувствовал, что это сейчас необходимо.       Сара стояла в шоке и наблюдала за супругом, который уже отошёл от неё и надевал кожаную куртку. Девушка смотрела на его левую руку с обручальным кольцом, нервно покручивая свои кольца. Только хлопок входной двери привёл её в чувства.

***

      Уверенным и торопливым шагом Аарон Хилл — глава Сентфорских Чёрных Драконов — продвигался по тёмным коридорам казино. Было ещё утро, члены банды отсутствовали на своих рабочих местах, но у Хилла была только одна цель — кабинет. Он знал, что уже около двадцати минут его там ожидают, но он не мог в абсолютной тишине покинуть дом, не сказав Саре ни слова, это не в его правилах.       Мужчина достал из-за барной стойки пачку сигарет, которая лежала там на всякий случай, и отправился прямиков в кабинет. Там была напряжённая тишина, а Вишня стоял около окна. Всё его тело было напряжено и каждое движение отдавалось болью. Он услышал, как сзади него распахнулась дверь и обернулся. Два яростных взгляда были готовы испепелить друг друга, но однозначно оба мужчины сдерживали свой пылкий нрав, дабы не наломать дров. — Садись, — Хилл указал на диван, а сам устроился на своём кресле.       Вишня не стал перечить бывшему приятелю, а беспрекословно выполнил просьбу Главаря. Они оба понимали, что разговор будет изматывающим и серьёзным. Любое дело, которое касается женщины — сложное. Аарон нервно отстукивал незамысловатый ритм своими пальцами по столешнице, пока Вишня пытался найти что-то интересное на стене. — Ты понимаешь, что после вчерашнего я не дам тебе никакой возможности остаться в городе и пытаться строить свою жизнь? — спросил Хилл, поворачиваясь в сторону Вишни. — Ночью ты перешёл всевозможные границы, пострадал мой сын. Если бы не Сара, которой требовалась моя помощь, я бы пристрелил тебя на том самом месте. Ты осознаёшь, что ты натворил? — А что ты натворил, Хилл? Она была моя. Понимаешь, МОЯ! — крикнул брюнет. — Ты влез в нашу жизнь, ты забрал её, а я попытался вернуть своё. — Сара тебе не вещь, — прорычал Аарон. — И ты сам свалил из её жизни одиннадцать лет назад. Я всеми силами помогал ей вернуться в себя. Знал бы ты, какой она стала после твоего отъезда. Знал бы ты, сколько мы всего прошли вместе. А она тебе не рассказывала, как пыталась покончить с собой? А сколько раз она была у психолога? Вишня, ты сломал ей жизнь тогда, не делай этого снова. — Мы были бы с ней счастливы, если бы твой отпрыск не мешался под ногами. — Ещё одно слово о моём сыне, — Аарон достал пистолет и снял его с предохранителя, — пуля окажется в твоей пустой башке быстрее, чем ты успеешь сказать «упс».       Мужчины смерили друг друга ненавистными взглядами и были готовы кинуться в драку, как два самых горделивых льва. Последние месяца их жизни окончательно сломали весь фундамент здравого рассудка и душевного равновесия. Вишня понимал, что вчера он перешёл все границы дозволенного, но он был действительно зол на самого себя.       Мужчина осознавал, что Аарон в очередной раз прав во всём. Он сам сломал всё, что когда-то они с Сарой строили. Он сам испортил их мир. Вишня его просто взорвал. А что было в последние месяцы? Влечение? Скорее да, чем нет. Была ли там любовь? Он и сам не мог ответить на этот вопрос. Это было сродни маниакальному влечению, что, по сути, ничем хорошим никогда и не заканчивалось. — Я даю тебе пять часов, чтобы ты убрался из города. Или ты знаешь, что с тобой будет, — проговорил Аарон и уткнулся в документацию. Его голос был настолько спокойным, что становилось действительно страшно. — Свободен.

***

      Стоило стрелке настенных часов указать, что отведённое время Вишне завершилось, на сотовый Аарона Хилла пришло сообщение: «Ключи от дома под ковриком. Прощайте».       Мужчина устало выдохнул и покинул казино, в котором уже вовсю начинала кипеть жизни. Время стремительно двигалось к вечеру, но солнце пока ещё не стремилось пасть за горизонт. Ленивые осенние листья разлетались от дуновений ветра. Впервые за долгое время Аарон смог вдохнуть полной грудью.       Чёрный внедорожник устремился по улицам Сентфора в ту сторону, откуда Хилл забрал ночью двух самых важных людей в жизни. В голову усердно пытались пробраться вчерашние воспоминания, но трезвость ума следовало сохранять, иначе он сожжёт бывший дом Вишни. Мужчина оставил своё транспортное средство на подъездной дорожке и вошёл в дом.       Небольшие капли крови на полу напоминали о ночи, а разбросанные вещи вводили мужчину в ярость. Он кое-как смог перебороть себя и прошёл на второй этаж. Сначала он сложил в чемодан каждую вещь своего сына и отнёс его в машину. А когда очередь дошла до вещей Сары, руки вдруг затряслись. В её чемодане он нашёл тот самый фотоальбом, который пара начала вести после того, как поженилась. Каждый снимок был заботливо подписан рукой супруги. Две счастливые пары глаз смотрели на Аарона с фотографии.       Мужчина уселся на кровать и рассматривал каждый кадр, что и так сидел в его голове. Он помнил каждый, ведь Сара подолгу упрашивала супруга сфотографироваться. Сердце больно стучало где-то в груди, а небольшое количество влаги почему-то появилась на глазах. Хилл убедился окончательно, что девушка искренне хранила все воспоминания, и даже сейчас он был готов перевернуть весь чёртов мир, лишь бы она была счастлива. Аарон достал свой телефон и набрал номер. В трубке послышались гудки, которые быстро прервал женский голос: — Аарон? — голос Сары немного дрожал. — Я скоро буду дома. Нам надо поговорить.