Бесподобные

Наверняка вы задумывались, как они познакомились друг с другом? Знакомство началось между Бакуго и Мидорией. Не поверите, до настоящего времени веснушчатый демон работал в стрип-баре. В том самом баре, где они отдыхают, когда появляется своеобразные «выходные». Какова ирония, что Мидория являлся самым хорошим стриптизером, который завлекал большинство мужчин, ведь его телосложение не позволяло захватывать внимание девушек. Демон был полной недотрогой и отказывался ходить в уборную с кем-то, ведь он понимал, что его могут там изнасиловать или заставить отсасывать. Но Бакуго был исключением… Кацуки сидел в первых рядах, ближе к стриптизерам. Его не возбуждали девушки-демоны, который так и пытались завлечь его внимание к себе, но было ровным счетом ноль. А все потому, что Бакуго любил трахать юношеские тела. И Изуку был его целью, ведь по слухам (а они были правдивы) говорили, что веснушчатый демон еще тот девственник и ни с кем не занимался сексом. Мидория очень любил свою работу, поэтому полностью отдавал себя этому делу. Профессионально крутился на шесте, вилял задницей и вставал в различные стрип-позы, получая за это деньги. Правда ему приходилось терпеть, что его могли постоянно лапать. И когда смена заканчивалась, он уходил. А потом мог спокойно посидеть за барной стойкой, дабы выпить неалкогольный напиток. Не хотел просто, чтобы получилось по пьяне. К нему подсел блондин и, чтобы не спугнуть свою жертву, ненавязчиво приблизился к нему и спросил, как его зовут, но так спросил, чтобы было слышно, так как в баре гремела музыка и басы. Мидория оглядел Кацуки и усмехнулся, что нашелся еще один демон, который хочет ему вставить. Но вежливо ответив, он отвернулся и стал отпивать свой напиток дальше. — Не очень вежливо с твоей стороны. Мог бы спросить, как меня зовут. Меня зовут Бакуго Кацуки. — Вот видишь, сам представился. Спрашивать не пришлось. А он был острый на язык. И блондину это очень нравилось. Нравилась эта неприступность, что этот демон не хотел прогибаться. И это чувствовалось. Бакуго сталкивался с таким демоном впервые. — Может, хочешь коктейль? — Знаю я вас. Нет, я не пью алкоголь. Бакуго приблизился, обвивая талию демона одной рукой, и кончиком носа провел по загривку Изуку, вдыхая аромат кожи. Мидория отбился от него и, быстро допив свой напиток, быстро смешался с толпой. Блондин только усмехнулся, показывая свой хищный оскал. — Какой недотрога… Бакуго вдохнул воздух, прикрывая глаза. Много запахов женских духов, алкоголя, пота и… тот самый сладкий запах, приятный и ненавязчивый. Кацуки не заметил, как зарычал. — Я найду тебя, куда ты бы не уходил. И ты будешь моим. Блондин долго наблюдал за этим юношей, поэтому неудивительно, что он так думает. Он всегда был по жизни собственником. И то, что он пожелает, исполнится. Кацуки последовал за ним. Перед глазами мелькали разные лица, но не то самое лицо, усыпанное веснушками. Запах вел к гримерной. Притаившись и прислушавшись, слышал шуршание одежды и тихие вздохи. Мидория всего лишь переодевался, тяжело вздыхая. Казалось, что он занимается чем-то грязным. И как только он закончил с последней пуговицей и галстуком, юноша открыл дверь и перед ним предстал Бакуго. — Долго меня будешь преследовать? — Сколько понадобится. — Тебе нечего здесь ловить. Проваливай. — Оттолкнув демона, Мидория быстро ушел. Блондин и не торопился догонять, просто чувствовал, что начнется самое веселое. У барной стойки он выпил еще один неалкогольный коктейль, но перед глазами заметно поплыло. Бармен лишь похотливо улыбался, ведь он так долго втирался в доверие Изуку. — Думаю, я пойду домой. Подустал что-то… — Улыбнулся Мидория, почесывая затылок. И как только он ушел, то бармен позвал своего напарника, дабы тот его заменил ненадолго. Правда один демон ему не дал, загораживая ему проход и нажимая на сонную артерию. — Не сегодня, похотливый ублюдок. Бакуго последовал за шатающимся Изуку. Демон так и грозился вот-вот упасть и уснуть, но его вовремя подхватили. А далее – темнота. Веснушчатый демон пришел в сознание тогда, когда его раздевали. И, увидев этого настойчивого демона, сразу дал с ноги в живот. От неожиданности Бакуго обомлел. — Чего дерешься? Ты сам себе сейчас подписываешь смертный приговор. Если будешь себя хорошо вести, то тебе обязательно понравится. Мидории было все равно тяжко двигаться. Да и перед ним такой накаченный красавец-демон, которому грех не отдаться. Но надо немного еще побыть недотрогой. — Я вижу, тебе тяжело. Ничего, в твой первый раз я постараюсь не порвать тебя. Изуку дал снова с ноги, но теперь заехал по лицу. — Ты что творишь, придурок? — Разъяренно возмутился Кацуки, перехватывая за лодыжку и потянул к себе, — ты мне, кстати, очень понравился. — Это заметно. Таким извращенцам, как ты, естественно нравлюсь. — Хмыкнул Изуку, прикрывая глаза от головокружения. Однако почувствовав твердый бугорок, тут же посмотрел на блондина. Тот отстранился и снял свои боксеры, демонстрируя свой размер. Мидория округлил свои глаза и тут же запищал от смущения. — Что, ни разу не видел такой размер? Что ж, тогда советую тебе перетерпеть, подготавливать не собираюсь. Из-за тяжести Изуку пришлось смириться. И ладно, зато с красавцем переспит в здравом уме, но с тяжелой головой. Головка пристроилась ко входу и начала протискиваться. От непривычки Мидория весь сжался, сгребая в руках простынь и шумно вздыхая. А в один миг громко закричал, но крик заглушили мокрым поцелуем. И, не дождавшись, когда демон привыкнет, стали драть, как истинную шлюху. По щекам потекли большие капли слез, по спине прошелся неприятный холодок, а ноги словно отнимались. Однако Изуку пытался отвлекаться на жадный поцелуй Бакуго, который хозяйничал в чужом рту, переплетая жарко языки. Кацуки перешел к шее, целуя каждый сантиметр кожи и вдыхая ее аромат. Ему хотелось как можно больше вкусить такой запах, чтобы в подкорках его сознания он щекотал и запоминался надолго. — Только не кусай… - Прошептал Изуку, — пожалуйста, очень прошу. — Ладно, сделаю тебе скидку, только потому, что у тебя работа. — Ответил Кацуки, вколачиваясь в, уже податливое, тело Изуку. Демон царапал спину другого демона, не пытаясь заглушать уже свои стоны. От царапаний блондин только громко и утробно рычал, пока не задел простату, от которой Мидория сладко застонал и сразу излился. — Для девственника это в порядке вещей. — Усмехнулся Бакуго, но и сам он был на пределе, посему через пару тройку толчков обильно излился прямо вовнутрь, вырывая из уст Изуку протяжный стон. Кацуки хоть и любил несколько заходов, но юноша слишком устал после работы, так ему еще и подсыпали гадость. Но в следующий раз он его замучает, уж его он точно не отпустит, так как подстилка с него была просто отменной на первый раз. *** С Тодороки обстояли дела по-другому. Гетерохром приходил выпить и посмотреть на других демонов-стриптизеров. Девушки его также не привлекали. Попивая алкогольный коктейль и наблюдая за всеми, к нему подсел один из стриптизеров – Мидория Изуку. Не замечая гетерохрома, он заказал напиток, но пригрозил, чтобы без всяких шуток было. Бармен пообещал, что больше делать так не будет, поэтому спокойно делал ему коктейль. Шото осмотрел юношу с ног до головы и обратно, невольно улыбаясь и облизывая свои губы. — Эй, красавчик, не угостишь коктейлем? — Подсела к нему девушка, обнимая за руку и прижимая к своей пышной груди. Тодороки на нее посмотрел с невозмутимым лицом и хмыкнул. — Извини, но меня не привлекают девушки. — Да ладно тебе. Всего лишь угостишь, а там можем попробовать что-нибудь поинтереснее. — Заулыбалась, будучи такой настойчивой, демон-девушка. Тодороки коснулся ее лба промывая мозг и разворачивая даму от себя, а затем щелкнув пальцем, девушка проснулась и не могла понять, где она. — У тебя интересная способность. Тодороки обернулся и посмотрел в зеленые глаза Изуку, сразу теряя дар речи. Прочистив горло, он мягко улыбнулся ему. — Спасибо. — И что здесь делает такой красивый парень в таком баре, полным извратов? — Есть тут один демон, который меня привлек. Захожу сюда время от времени. — Дал тонкий намек Шото, но Изуку улыбнулся и посмотрел на сцену со стриптизерами. — Да, они очень привлекательные. Гетерохром понял, что тот ни черта не понял, поэтому тихо вздохнул и отпил свой алкогольный коктейль. — Я заметил, ты не пьешь алкоголь. — Я быстро пьянею, а я очень боюсь, что меня могут изнасиловать. — Удивительно… Ты единственный, кто так говорит. Я действительно поражен. — Не все же демоны такие. Иногда мне кажется, что я в Аду по ошибке. — Тихо посмеялся Мидория, почесывая пальцем около губы. Оба разговорились, однако зеленоволосому пора было уходить. Допив один единственный алкогольный коктейль, который ему заказал Тодороки, шатающийся походкой стал проходить сквозь толпу веселящейся нечисти. Однако одного (всего лишь одного!) такого коктейля хватило, чтобы немного шататься из стороны в сторону. Изуку вышел на улицу, вдыхая свежий воздух. Чуть шатаясь, он пошел по улице. Остановившись около одного закоулка, демон подумал, стоит ли укоротить путь, будучи таким пьяным? Ладно, один раз можно. Мидория ускорил шаг, но его тут же схватили, зажимая рот, чтобы не кричал. — Какая пташка пожаловала. Изуку сразу откинули к стене и тут же прижали, стали стягивать на нем одежду, перед этим засунув в его рот тряпку, дабы заглушить крики. Сильная рука прижала тонкие запястья демона. Свободная рука спускала брюки. Однако еще чуть-чуть, и ему вставят. Зажмурившись от страха, Мидория ждал своей участи, но его резко отпустили. Приятный одеколон защекотал нос веснушчатого юноши. Его прижимали нежно и аккуратно к себе. Изуку поднял глаза и посмотрел на своего спасителя. И он наткнулся на разноцветные глаза. Глаза слипались, голова кружилась от одного бокала алкоголя, хотелось просто-напросто спать. — Спи. Это последнее слово, что услышал Изуку перед тем, как полностью закрыть глаза. Тодороки одел его и подхватил на руки, понесся в ближайший отель. Там он его искупал и положил на мягкую постель, а сам взял книгу и стал читать, усевшись в кресло. Спать он не хотел, но надо себя замучить, чтобы клонило в сон. Этого и добивался Шото. К утру Мидория медленно открыл глаза и повернулся на другой бок, натыкаясь на спящее лицо гетерохрома. Изуку сразу же подорвался, падая с кровати и тихо ойкая. Ускользнув в ванную, стал осматривать себя с головы до ног. Меток нет, засосов нет, да и задница не болит, даже ощущения липкости нет. Значит, его не трогали. Облегченно выдыхая, демон стал умываться. А как только поднял лицо, чтобы посмотреться в зеркало, как в отражении увидел Шото. Вздрогнув от неожиданности, резко развернулся к нему. — Д-доброе утро! — Доброе утро. Ты чего так рано вскочил? — А… ну… Просто умыться! И спасибо, что вчера спас меня. — Пожалуйста. Но «спасибо» в карман не положишь. Может, ты меня вознаградишь? — На лице появился хищный оскал, а глаза загорелись на мгновение красным цветом, а затем снова вернули гетерохромию. Изуку нервно сглотнул. Шото прижал к умывальнику, расставляя руки по сторонам, чтобы демон не убежал. — Не бойся, я буду нежным. Посмотри на меня, Мидория. Демон послушно поднял взгляд зеленых глаз. Последовал поцелуй. Сначала это были мягкие касания губ, затем более настойчивые поцелуи, пока к нему не присоединились языки. Мидория стал более открытым по отношению к демону. Ему хотелось верить и довериться. Тодороки подхватил под ягодицы и прижал к стене, а Изуку обнял ногами за бедра юноши. Под халатом веснушчатого демона ничего не было, так как вся одежда сушилась еще со вчерашнего дня. Гетерохром при помощи телекинеза изъял с полки смазку и выдавил себе на пальцы, дабы подготовить это маленькое создание. Мидория томно вздыхал, крепко держась за шею Шото. Он вспомнил, как его трахал Бакуго. И тот, и этот случай были абсолютно разными. Один был груб, этот был внимательнее и нежнее. Сладко застонав, для Тодороки это послужило звоночком. Раздвигая одной рукой полы своего черного халата, приставил головку ко входу, плавно входя в подготовленное тело. — Боже, Тодороки-кун! — Протяжно застонал демон, шумно дыша. Толчки были плавными и мягкими, пока вскоре они не ускорились. От этого Изуку скользил по стене в такт толчкам. Стоны были не такими громкими, но в ванной было эхо, которое только усиливало громкость. Шото поменял позу, устраивая раком перед умывальником, но поднимая лицо Мидории за подбородок, дабы тот смотрел на себя в зеркало. Гетерохром кончиком языка дотронулся до основания рога веснушчатого демона и лаская его предельно аккуратно. От этого у Изуку тихонько задергалась нога от кайфа. Теперь Тодороки стал вколачиваться в юношу, звонко шлепаясь об ягодицы демона. Ладони гетерохрома легли на тыльные стороны кистей Изуку, переплетая пальцы. Зубами он оттянул ворот халата и, поцеловав в загривок, кончиком языка облизнул место. И спустя какое-то время вцепился в него, впиваясь клыками и выпуская широко свои демонические крылья, Изуку сделал точно также. И как только тот впился зубами, то сразу обильно излился вовнутрь, вырывая с губ протяжный стон. — Ты такой прекрасный. — Прошептал на ушко Мидории Шото, складывая свои крылья и выходя с него. — Спасибо. — Смущенно пробурчал Мидория, чуть надувая губы и разворачиваясь лицом к Тодороки, на что получил еще один поцелуй в губы. *** — Ты смеешь покушаться на мою собственность? — Зарычал Бакуго, хватая за грудки Тодороки. Мидория наблюдал за всем этим и не знал, как реагировать, пока ноги сами не побежали, дабы обнять со спины блондина и оттащить. — Каччан, не нужно! Но в порыве ярости Бакуго откинул Изуку. Шото дернулся, чтобы помочь ему, но Кацуки ему не дал, прописывая удар по челюсти. Началась драка. Два сильных демона сцепились между собой. Благо никого не было, и никто бы не смотрел на бои без правил. Мидория часто задышал и встал между ними, вовсе не беспокоясь о том, что его могут ударить. — Стойте-стойте! Не надо драться. И делить меня не нужно. Может, решим вопрос по-другому? — Мидория зажмурил глаза и выдохнул, — только не ругайтесь, пожалуйста. Бакуго сначала похлопал глазами, а затем показал свой фирменный оскал и подошел к Изуку, заключая в крепкие объятья. — Тогда удовлетвори нас. И после этого Изуку стал их личной подстилкой. Когда им захочется (а вообще по инициативе Бакуго все происходило) заняться грязным делом, они уводили после работы Мидории в общую квартиру (они втроем сняли, потому что так было легче и не нужно тратиться на отели). Демон им часто отсасывал, пачкаясь по итогу в их семени, а после этого в него проникали двойным проникновением, затыкая его рот кляпом. Помимо кляпа еще и украшала сперма демонов на лице. И к концу секса они вместе принимали душ, повторно натягивая Мидорию и там. Поначалу Изуку это все нравилось. Нравилось утопать в любви двух парней, которые властвовали по-своему над Мидорией. Однако с каждым днем веснушчатый демон чувствовал себя погано. После каждого секса он не мог подолгу заснуть, слыша размеренное дыхание с двух сторон. Он чувствовал себя ненужным после такого, поэтому тихо лил слезы, понимая, до чего докатился. «Я хочу быть любимым и сам любить…» И как будто его услышал Всевышний. На утро к нему стали относиться более теплее. Даже завтрак в постель принесли. Пока до этого момента Мидория спал, Тодороки спустился с Бакуго на кухню и тихо поговорил с ним, что не может смотреть на страдания демона и что больше не будет так над ним «издеваться». — Он заслуживает любви. Вспомни, что, когда мы его встречали, он часто рассказывал нам о своем дне, даже если нечего рассказывать. Он сиял и сияет, как звездочка. И нас он выслушивал, тепло улыбаясь. Извини, Бакуго, но я полюбил этого демона. Я часто размышлял насчет этого и пришел к такому выводу. Бакуго помолчал, пока не потер переносицу, переваривая слова Тодороки. — Понял. Бакуго до последнего не хотел признавать это. Ведь с их совместной встречи прошло пару месяцев. Да и Кацуки должен признать, что кроме Мидории, он никого больше не натягивает. Но признавать все равно не хотел из гордости своей. Однако в ближайшие дни за столом блондин точно бомбанет по этому поводу… История звучит фантастична и слишком натянута, но в Аду бывает абсолютно все. Абсолютно все. Абсолютно.