Их осталось двое

Этот день начался немного необычно. В середине завтрака МакГонагалл попросила тишины. — У меня хорошие новости, — начала она, и притихший было Большой зал взорвался криками. — Дамблдор возвращается! — шумно обрадовались многие. — Поймали наследника Слизерина! — воскликнула какая-то девушка из Рэйвенкло. — Матчи по квиддичу возобновляются! — вопил Вуд за столом Гриффиндора, заглушая половину присутствующих. — Профессор Спраут известила меня, — продолжила МакГонагалл, когда гвалт стих, — что мандрагоры наконец-то созрели и готовы к употреблению. Уже вечером мы сможем вернуть к жизни всех претерпевших заклятие Оцепенения. Хочу вам напомнить, что одна из жертв, по-видимому, знает, кто именно на них напал. Горячо надеюсь, что этот кошмарный год успешно завершится поимкой преступника. Зал радостно зашумел. — Пошли уже на занятия, — поморщилась Лилиан, вставая из-за стола. — А то слишком уж шумно здесь. Занятия проходили уже не в такой гнетущей обстановке, что присутствовала во всём замке в последние недели. Объявление профессора трансфигурации явно поселило во всех надежду на лучшее. Гарри и Рон планировали посетить Гермиону вместо занятия по Истории магии. Призрак всё равно не отмечал присутствующих, а перед ним у студентов стояло занятие с Локхартом. От него проще простого было смыться, что проделывали многие уже не раз. — Мисс Смит, вы остаётесь, — только прозвенел звонок и все стали собираться, оповестил Локхарт. Заметив, что Драко не торопится покидать класс следом за остальными, преподаватель отметил: — Остаётся только мисс Смит. Мистер Малфой, прошу проследовать за остальными. Драко поморщился, но всё же вышел следом за однокурсниками. Медленно собираясь, Лилиан размышляла. А с чего это вдруг её оставили? Повесив сумку на плечо, Лилиан отошла к столу преподавателя. Вскоре в класс вошли первокурсники барсуков и воронов. Ещё через пару минут появился и сам хозяин кабинета и попросил Лилиан пройти в другую дверь, дав время студентам на подготовку. Войдя первой в другое помещение, Лилиан почувствовала, как к ней применили какое-то заклинание. Оно пыталось очистить разум. И характер его действия стал ясен после того, как жёсткий голос позади слизеринки произнёс: — Сядь в кресло. Хотелось подчиняться безоговорочно. Так что девушка подошла к креслу и села на самый край. Она не могла оглядеться, чтобы понять, как выглядит помещение. Перед глазами было лишь второе кресло, кофейный столик между ними, и окно. Всё было в синих тонах. На ковре под ногами (таком же синем) вился хитрый золотой узор. На краю сознания Лилиан понимала, что происходит что-то не то. Но не могла сразу сбросить с себя это ощущение подчинения. — Да, защита замка и правда ни к чёрту, — хмыкнул такой знакомый, но одновременно такой странный голос. — Заклинание легко подействовало. Даже тревоги не подняло. А теперь слушай сюда, девочка. После того, как я закончу урок, ты мне расскажешь всё, что знаешь о прошлогодних приключениях Поттера. Лилиан кивнула. А что ей оставалось делать? Заклинание постепенно поддавалось. Ментальные воздействия можно сбросить своей волей, так что слизеринка старалась, хоть и не подавала виду. А то ещё что-то взбредёт в голову этому человеку… — Отлично. Не скучай тут, пока я буду вести урок. Лилиан вновь кивнула и достала, для разнообразия, развлекательную литературу из своей сумки. За её спиной хмыкнули и закрыли дверь. Лилиан тут же попыталась дозваться до Ровера. Но никто не реагировал! Внимательно осмотрев узоры на ковре, она заметила знакомые символы. Руны. Расположенные в своеобразном порядке. Девушка даже не могла предположить, что именно они могли означать, и решила не рисковать и даже с места не сходить. Мало ли, какое ограничение тут наложено. Прикрыв глаза, Лилиан стала размеренно дышать. Забавно, но история прошлого года повторяется. Её вновь похитили. И вновь преподаватель ЗОТИ. В этот раз хотя бы не оглушили. Локхарту от неё что-то требовалось. И если это была только история её похождений в прошлом году, то звучало странно. Мало кто знал, что она была в последней комнате, а заодно и поспособствовала Гарри остаться в живых. Самого Гарри не трогали. Ведь за ним следят абсолютно все. И неважно, объявили ли ему бойкот. Квиддичная команда наверняка будет оберегать хотя бы для того, чтобы с его помощью зарабатывать баллы и победы. Рона — из-за многочисленного семейства. Братья точно в обиду не дадут. Гермиону ещё вытащить из библиотеки надо, а на данный момент она вообще была статуей. Да и кто сказал, что Локхарт уже не побеседовал с ней? А вот она… Гарри, хоть и был на виду у всех лишь с гриффиндорцами, но явно пересекался с ней чаще, чем с однокурсниками других факультетов. Их могли заметить вместе, когда они несколько раз выходили на улицу, погреться на солнышке. Или когда друг друга поздравляли после матчей. Кто вообще будет обращать внимание на безопасность сироты? Но ведь обращали, и весь Слизерин следил друг за другом, не обращая внимания на статусы семей студентов. В основном, там были представители знаменитых семей. И лишь одна сирота. Она. А к студентам, как всем известно, не сильно прислушиваются. Локхарт вернулся гораздо раньше, чем прозвенел звонок. Когда он открывал дверь, Лилиан не услышала никакого шума за ней. Возможно, он закончил своё занятие досрочно. Но это оставалось неизвестным для слизеринки. — Итак, — появилось довольное лицо с золотистыми кудрями в кресле напротив. — Рассказывай. Лилиан отложила книгу обратно в сумку и молча смотрела на того, кто пытался захватить её разум. Она практически сбросила с себя заклинание, но предосторожность не помешает. — Ждёшь уточняющего вопроса? — хмыкнул Локхарт. — У меня впервые появился собеседник со змеиного факультета. Остальные рассказывали всё, что вздумается. А ты молчишь. Раз тебе так будет проще, то давай начнём с простого. Как ты познакомилась с Гарри Поттером? — В лавке мадам Малкин, мы одновременно приобретали мантии, — последовал тут же ответ. Чётко. Лаконично. Без подробностей и эмоций. — И вы до сих пор общаетесь? — Да. — Удивительно, — откинулся на спинку кресла Локхарт. — Расскажи, что было в прошлом году на твоей отработке в Запретном лесу. — Нас попросили найти раненого единорога. Мы разделились на две группы. Наша группа нашла мёртвого единорога, у которого кто-то пил кровь. Мы пытались уйти, но неизвестный нас заметил. Его спугнул кентавр. Пришёл Хагрид и мы отправились в замок. — Хм-м-м, — протянул Локхарт, взмахнув палочкой. По кабинету тут же закружились листы бумаги, в которых перья сами что-то записывали. — Сухо. Слишком сухо. Где же история, как вы пробирались сквозь голые ветви кустов, что пытались порвать на вас одежду? — Одежда вышита рунами, — монотонно пояснила Лилиан. — Защита от мелких повреждений ткани. — А, тогда всё ясно, — вновь хмыкнул Локхарт. — Так, про тролля я уже знаю, — стал он бормотать под нос. — Ссора на Рождество не стоит упоминания… Так, ещё был дракон… Но про него тоже всё уже рассказали. А вот про то, что случилось в комнате, где прятали Философский камень, ходят довольно интересные слухи. Ты там была? — Да. — И как же ты помогала с прохождением испытаний? — любопытствовал Локхарт. — Никак. — Почему? — нахмурился преподаватель. — Меня оглушили и перенесли к самому зеркалу. — Что за зеркало? — Еиналеж. В нём был спрятан камень. — С чего бы… Но вопросу не суждено было прозвучать. Потому что по замку пронёсся голос МакГонагалл, усиленный магией. — Всем ученикам немедленно вернуться в свои спальни. Всем преподавателям собраться в учительской. Пожалуйста, как можно скорее. — Придётся отложить наш разговор, — поморщился Локхарт. Он хлопнул ладонями по подлокотникам, поднялся на ноги, нацепил свою улыбку и направился на выход. — Можешь заняться тем, чем занималась до моего возвращения. Если будешь хорошо себя вести, то может быть вернёшься к своим друзьям. После этого раздался щелчок закрываемого замка. Лилиан откинулась на спинку кресла, пытаясь дышать глубже. Её накрывала паника из-за чувства беззащитности. Но не стоило ей поддаваться. Она верила, что её друзья и семья смогут помочь.

* * *

Гарри и Драко шли рядом. Недавно закончился последний урок, который ознаменовался объявлением МакГонагалл. И если бы их однокурсники обернулись, то очень удивились, увидев одинаково обеспокоенных гриффиндорца и слизеринца. Но видеть это мог только Рональд, шагавший прямо перед ними. “Я не могу найти Хозяйку!” — вскрик Ровера заставил обоих парней вздрогнуть. “Она не в гостиной факультета?” — уточнил Гарри. “Следилка показывает, что она не покидала кабинет Локхарта”, — задумчиво отозвался Драко. “Это тот кабинет на третьем этаже, где у вас был предыдущий урок?” — уточнил Ровер. “Да!” — одновременно воскликнули парни. “Я туда проникнуть не могу. Что-то сделали с кабинетом ещё в начале года”, — оповестил фамильяр. “Лилиан говорила, что у вас есть какая-то поддержка. Похоже, надо их оповестить. Им надо время добраться из Хогсмида”, — подсказал Драко. Он не был в курсе, что имела ввиду подруга, но если кто-то сможет помочь им, то станет гораздо легче. “Я их оповестил ещё тогда, когда вы встретились с акромантулами. Хозяйка попросила”, — поведал Ровер. — “Они в замке. И одна из них сейчас вас заберёт.” Навстречу их процессии шла незнакомая волшебница. Она была едва ли старше выпускников. В строгом брючном костюме тёмно-синего цвета, она выглядела как представитель Министерства. Её тёмно-рыжие волосы были завязаны в высокий хвост, чуть болтавшийся при ходьбе. — Перси Уизли, правильно помню? — обратилась она к старосте, что провожал оба курса до развилки, где его должен был ждать староста Слизерина. — А Вы… — замялся староста Гриффиндора. — Тулип Снайд, — кивнула она. — Мне нужны трое студентов, чтобы опросить их для составления отчёта и статьи в “Придиру”. После разговора, я провожу их по гостиным. — Кто вам нужен? — уточнил Перси. — Лилиан Смит, Драко Малфой и Гарри Поттер, — улыбнулась Тулип. Второкурсники молча покинули колонну и направились за молодой женщиной. — Где Смит? — немного опешил староста. — Её оставил после урока профессор Локхарт в своём кабинете, — отозвался Драко. Ещё несколько шагов — и небольшая процессия скрылась за углом коридора, явно направляясь к учительской. — Что тут происходит? — тут же начала расспрашивать Тулип. — Мне передали о подражателе василиска. Более строгая дисциплина была введена только после четвёртой жертвы. И никто не расследует это дело. — Ну почему же не расследует, — хмыкнул Драко. — Один гриффиндорец ради этого завёл нас в гнездо акромантулов. Предположительно, всё связано с Тайной комнатой. Вход в которую, опять же предположительно, в туалете Миртл. — Лилиан сказала, что это выглядит на нападения моей ревнивой фанатки, — покраснел Гарри. — Подробнее, — нахмурилась Тулип. — Первая жертва — миссис Норрис. Считается, что с ней никто не ладит. Потом был Колин Криви. Я с ним часто общался до нападения. Мы с ним хотели организовать фотоагентство в рамках школы. Потом Джастин — он меня оскорбил при всех. Гермиона тоже постоянно рядом со мной бывала. А старшекурсница просто оказалась не в том месте и не в то время, и тоже попала под раздачу. — Логика есть, — кивнула Тулип. — Но где сама девочка? Преподаватель должен был отправить её на урок… — Либо напрямую в факультетскую гостиную, если закончил разговор после окончания последнего урока, — задумался Драко. Они как раз подходили к учительской, когда из её дверей как ошпаренный вылетел Локхарт, даже не услышав, что его зовут. Спустя пару минут из кабинета постепенно стали выходить и остальные преподаватели. Заметив своего студента, профессор Снейп нахмурился и подошёл к компании. — Где ещё одна пропажа? — поднял он бровь. — Лилиан не было на Истории. Она не в гостиной? — заволновался первым Гарри. — Нет. Северус смерил тяжёлым взглядом второкурсников. — Я так понимаю, отговорить вас не удастся, — потёр он переносицу. — Простите, сэр, но не удастся, — твёрдо посмотрел в глаза преподавателя Гарри. — Тогда не мешайтесь под ногами более… взрослым, — хмыкнул он, посмотрев на Тулип. — Лилиан не приходила в гостиную. Также пропала ещё одна студентка, Джинни Уизли. Если верить настенной живописи, то её утащили в Тайную комнату. И к вам присоединится ваша подруга, Тулип, как только я дойду до своих комнат. Куда её направить? — Место обитания мисс Уоррен, — склонила голову Тулип. — И пусть приготовит наши стандартные сюрпризы. На всякий случай. — Чем скорее вы найдёте мою дочь, тем меньше вероятность, что школа развалится, — напоследок сказал зельевар и поспешил в сторону подземелий, одновременно накладывая какое-то заклинание. — Его посадили варить сложное зелье, при этом отрывают от работы, — бурчал Гарри, пока они продвигались в сторону кабинета ЗОТИ. Тулип ничего не ответила, лишь хмыкнула. В тишине они шли по знакомым коридорам, вот только с опаской осматривались. Никому не нравилось, что за день было похищено целых две студентки. В случае Лилиан это уже становилось дурной закономерностью. Показалась дверь кабинета ЗОТИ. Тулип немного притормозила. — Слушайте внимательно. Вам лучше остаться в коридоре. Драко с Гарри кивнули и не стали лезть вперёд. Действительно, они могли помешать. А, в случае чего, смогут помочь дотащить Лилиан до Северуса в поисках медицинской помощи. Тулип попыталась открыть дверь. Она оказалась незапертой. Тулип неслышно прошла внутрь, а парни стали рядом с дверью и теперь слышали изменившийся голос Локхарта. Он был со стальными нотками. И его обладатель явно взбешён. — Ты можешь мне нормально отвечать или нет?! По какой причине тебя в прошлом году похитили? — Чтобы обезопасить похитителя от действий моего родственника. — Ты сирота? — Да. — Так какой, к чёрту, родственник?! Ты издеваешься? — Нет. — Голди, ну чего ты прицепился к девочке? — наигранно детским голосом возмутилась Тулип. — И вообще, ты неправильно спрашиваешь. Послышался грохот, какие-то неразборчивые звуки ругани на неизвестном языке. И всё же Локхарт соизволил отреагировать: — Воронёнок, зачем так пугать? И когда ты только успела приехать? — Когда вернулась с одного задания Лавгуда, и получила сразу же другое, — фыркнула Тулип. — Он сказал, что у его дочери интересные данные по наблюдению за нарглами. Кстати, довольно занятное заклинание Доверия. Ни разу не видела, чтобы оно было одновременно сплетено с чарами Честности, ещё и держались настолько долго. Из Уагадугу привёз? — Из Рукколии, — фыркнул Локхарт. — Так как же правильно задавать вопросы? Раз уж ты тут умнее. — Лилиан, милая, а какого именно родственника ты имела ввиду, когда рассказывала, что похититель его опасался в стенах школы? — Северуса Снейпа, — последовал незамедлительный ответ. — Чт… что?! — удивился Локхарт. Парни как наяву увидели, как он вытаращился на слизеринку. — Вот, видишь, Голди, как легко узнать нужную информацию, — ворковала Тулип. — Стоит только задать правильные вопросы. И всё же я беспокоюсь за твоё здоровье, рыбка. Надо вернуть девочку. Ты же знаешь Северуса Снейпа лучше моего. — Ещё не всё, — отмахнулся Локхарт. — Лилиан, ты знаешь, где расположена Тайная комната? — Нет.— У тебя есть предположения об этом? — Да. — И где же она предположительно находится? — В подземельях. — Как туда пройти? — Не знаю. Тулип шумно выдохнула. — Ты же слышал, Голди, что ребёнок только предполагает, как туда попасть. Лилиан, а ты можешь нас туда провести? — Да. — Учти — она под моим заклинанием, — предостерёг Локхарт. — Поттер, быстро накидывай мантию, — прошипел Драко, первым сообразивший, что сейчас последует. Драко исчез в одно мгновение. Гарри замешкался, но в тот же момент, как шаги приблизились к двери кабинета, и он скрылся от глаз посторонних. — Ну, веди, — ехидно ухмыльнулся Локхарт. Второкурсникам было дико видеть подобное выражение лица у преподавателя, что расточал слащавые улыбки. Гарри и Драко невидимками следовали за преподавателем, новой знакомой и однокурсницей. Они спустились по ближайшей лестнице и пошли по тёмному коридору, где на стене горели послания наследника. И вошли в неработающий туалет. Там под потолком парила Миртл, горестно вздыхая. — Кто вы? — удивилась она, увидев целую процессию. — Меня зовут Тулип. Я хотела бы спросить тебя, как ты умерла, — ответила рыжеволосая ведьма. Миртл в мгновение ока преобразилась, буквально расцвела на глазах, точно ещё никто никогда не задавал ей столь лестного вопроса. Локхарт же внимательно наблюдал за Тулип, не отпуская далеко Лилиан. — О-о-о! Это был кошмар! — заговорила она, смакуя каждое слово. — Я умерла прямо здесь, вот в этой кабинке. Как сейчас помню, спряталась я сюда, потому что Оливия Хорнби смеялась над моими очками. Я заперлась и стала плакать. Потом услышала, что в туалет вошли и стали говорить что-то, наверное, на другом языке. Один из говоривших был мальчик. Я отперла дверь и сказала ему, чтобы он шёл в свой туалет. Тут это и произошло. — Миртл надулась от важности, лицо её просияло. — Я умерла. — Но как? — Сама не знаю. — Миртл сбавила торжественный тон. — Помню только два огромных-преогромных жёлтых глаза. Всё моё тело сдавило, куда-то понесло… А потом я снова сюда вернулась. Я решила постоянно являться Оливии. Ох, как она жалела, что смеялась над моими очками… — Покажи точно, где ты видела эти глаза? — А-а, где-то там. — Миртл неопределённо махнула в сторону умывальника перед её кабинкой. — Там ещё был кран, который никогда не работал. Тулип внимательно осмотрела одну из раковин. На одном из медных кранов была нацарапана крохотная змейка. Попробовав его открыть, Тулип поняла, что как раз из него ничего не течёт. — Отлично, вы нашли вход, но не можете этого подтвердить, — осклабился Локхарт. — Ну что, думаю, я тут завершил. Он поднял палочку, направляя её на Лилиан. Гарри и Драко сбросили невидимость. Кто из них это сделал, они так и не поняли, но слизеринка отлетела в сторону, приложившись спиной о кафель стены. Она сместилась в сторону, опадая на пол и оставляя на стене кровавый след. — Как же хорошо, что вы появились, — вновь улыбнулся своей слащавой улыбочкой Локхарт. — Мистер Поттер, подозреваю, что именно вам под силу открыть вход. Ну же, дерзайте. У вашей подруги заканчивается время, а ведь вы хотели бы отвести её в Больничное крыло… Гарри мрачно кинул взгляд на того человека, что был их преподавателем почти весь год. Он всё ещё держал на прицеле Лилиан. И успел бы быстрее, чем они с Драко. Про возможности Тулип он не знал, но рисковать не решался. Поттер вздохнул, подошёл ближе к нужной раковине и склонился рядом с ней: — /Откройся!/ Кран вспыхнул опаловым светом и начал вращаться. Ещё мгновение — и умывальник уполз вниз, погрузился куда-то и пропал из глаз, открыв зев широкой трубы. — А теперь, прошу вас, по очереди, — кивнул на отверстие в полу Локхарт. И тут заскрипели двери. В помещение вошла ведьма, явно тяготеющая к магловским нарядам. Высокие берцы на ногах, в которые были заправлены рваные тёмные джинсы. Фланелевая клетчатая зелёная рубашка расстёгнута ровно наполовину, открывая вид на многочисленные небольшие амулеты, висевшие поверх чёрной футболки. Её каштановые волосы спадали тяжёлой волной на плечи до талии. Но необычнее всего у ведьмы примерно возраста Тулип были глаза. Фиолетовые, яркие. Как будто они пытались засветиться изнутри. Новоприбывшая ведьма застыла в дверях, оглядывая представшую перед ней картину. — О-о-о, Голди, — ядовито улыбнулась она. — Тебе не хватило одного отказа? Решил, что второкурсников тоже можно привлекать в наши внутренние разборки? — Как ты смеешь со мной так разговаривать? — практически зашипел Локхарт, похоже, впечатлившись парселтангом. — Я старше тебя… — При этом ты очень активно пытаешься создать гарем из малолеток, — закатила глаза шатенка. Драко закашлялся, пытаясь скрыть смех. Уж он-то знаком с этой ведьмой, и в курсе, что ничего у преподавателя не получится. В этот момент к Локхарту в руку скользнул кинжал. И обе ведьмы, как и Драко, напряглись. С подобным оружием всё осложнялось. Лишь Гарри смотрел с непониманием. — О, я вижу, что многие из вас знакомы с этим творением ремесленников, что обитают в довольно опасных землях, — усмехнулся он. — Раз уж так, то слушайтесь меня. Мисс Карасу, прошу вас первой проследовать в эту кроличью нору. — Я уже не Карасу, — оскалилась Тулип, но всё же подчинилась требованию. — Теперь мистер Поттер, — как только исчезла женщина в деловом костюме в провале, приказал Локхарт. Гарри лишь оглянулся на Лилиан. И заметил, что у неё едва подрагивают пальцы. А вот кровь на стене стала какой-то немного прозрачной. “Иллюзия?” — решился он. “Да, и если ты сейчас же не последуешь приказу Локхарта, то будет хреново. Предупреди Тулип, чтобы была готова”, — отозвалась Лилиан. Драко и Гарри едва заметно, но расслабленно выдохнули. Значит, не всё потеряно. Их подруга что-то придумала, и поэтому даже не связалась мысленно, когда была возможность. Гарри ухнул в провал. В этот же момент Лилиан подала признаки жизни, заворочавшись и простонав от боли. Лежать в одном положении на твёрдом — та ещё задачка. — О, и ты в порядке, — хмыкнул Локхарт. — Мистер Малфой, поднимите свою подругу, и вместе с ней отправляйтесь в путешествие. Драко злобно зыркнул на преподавателя, но всё же подчинился. Подставив руку, он помог дойти Лилиан до провала. Но не решался прыгать. Она только оправилась от удара, и вот опять неизвестно как приземляться? — Давай, не медли, мальчишка, — вновь сбросил свою маску простофили Локхарт. — Мне ещё надо поговорить с мисс Снайд. — Миссис, вообще-то, — довольно оскалилась шатенка, незаметно принимая стойку. “Драко, пора. Иначе он заметит”, — поморщилась Лилиан. Всё же падение не обошлось без последствий, хотя она и не теряла сознания, как показалось всем остальным. Драко приобнял одной рукой подругу за талию, собираясь в падении полностью её прижать к себе. И они одновременно сделали шаг вперёд. Позади послышался грохот. Подняв голову, Драко понял — прямо за ними падает Локхарт. То есть Мерула вскоре последует за остальными. И Драко постарался ускорить скольжение его и Лилиан, чтобы быстрее достичь финиша и не мешаться “взрослым тётям”. Полёт в трубе был похож на скольжение с крутой горы — бесконечной, тёмной, покрытой слизью. Мимо пролетали отходящие в стороны рукава, но ни один не был таким широким, как главный канал, который, извиваясь, круто уходил вниз. Труба внезапно плавно изогнулась, выпрямилась и оборвалась. Драко, прижавшего к себе Лилиан, выбросило из неё с влажным чмоканьем, и они приземлились на мокрый пол во тьму каменного тоннеля высотой в человеческий рост. Приземление получилось мягким — их явно кто-то подхватил. — Локхарт на подходе, — кратко сообщил Драко, быстро подскакивая на ноги. Тулип лишь кивнула и вновь сосредоточилась на трубе. Драко отвёл Лилиан подальше от места предполагаемых военных действий. Там уже стоял Гарри, с помощью слабых шаров Люмоса осматривая ближайшие коридоры. — Что это вообще такое? — тихим шёпотом поинтересовался Гарри, постепенно отходя от нервного потрясения. — Почему Локхарт напал? Что вообще за бред творится? — Помнишь, как я говорила, что книги Локхарта — это развлекательное чтиво? — напомнила Лилиан. Оба парня кивнули. — Так вот, оказалось, что он специально искал людей, что совершили какие-то подвиги, подробно их расспрашивал о произошедшем, стирал им память и писал книги. В своих историях, конечно же, вместо главных героев вписывал себя. — Я так понял, с этими двумя у Локхарта друг на друга зуб, — кивнул в сторону уже вылетевшего из трубы золотокудрого преподавателя. Он кружил вместе с Тулип, но пока что никто не собирался первым нападать. Присматривались друг к другу. — Одна из дальних родственниц Тулип как раз оказалась жертвой нашего преподавателя. Ну и, конечно же, пошла выяснять причины плохого здоровья тётушки. Она его нашла в очередных поисках историй… Локхарт попытался её охмурить, что уже не понравилось Меруле. Потому что он использовал почти те же методы, как и при сборе информации. — Кого угодно может взбесить то, что у него пытаются отбить жену, — понимающе хмыкнул Драко, с уважением оглядывая Мерулу, что уже приняла боевую стойку. Тут прогремели первые заклинания. С потолка стали сыпаться мелкие камни. — Я, конечно, всё понимаю, но наши щиты не выдержат полноценного камнепада, — спокойно заметила Лилиан. — Предлагаю отступать в тоннель. — Тут может где-то ползать василиск, — напомнил Драко. — Смотрим под ноги, при первой опасности — закрываем глаза. Тем более, что надо найти мелкую Уизли. Ты же слышал, что её утащили. А спасателей явно заняли, — махнул рукой в сторону побоища Гарри. Заклинания летали уже рядом с друзьями, так что они решили, что действительно лучше отступить. Вспыхнули три Люмоса на палочках, чуть рассеивая тьму. Компания принялась идти по тоннелю. Шаги по мокрому полу разносились под сводами подобно гулким шлепкам, вторя мелким камушкам. Гонимая лучом света, тьма отступала, открывая всё те же влажные, облепленные илом стены. Внезапно раздался хруст — Гарри наступил на крысиный череп. Драко направил на него луч света — весь пол был усеян костями мелких (и не очень) животных. — Там впереди что-то есть, — прошептал Драко, одновременно задвигая себе за спину Лилиан. Путники замерли, всматриваясь в черноту, едва освещённую огоньками и сполохами пролетавших мимо заклинаний. Впереди Лилиан различила контуры огромных колец, лежащих поперёк тоннеля. Кольца не двигались. — Может быть, чудовище спит? — предположил Гарри. Очень медленно, почти зажмурившись, Гарри пошёл вперёд, высоко подняв палочку. Свет скользнул по гигантской змеиной шкуре чёрно-зелёного цвета. Существо, сбросившее её, было в длину метров двадцать. Лилиан подошла к голове змеиной шкуры, Драко стал рассматривать хвост. Внезапно в потолок рядом с ними ударила молния заклинания. Стали сыпаться камни. Лилиан бросила взгляд на Драко. Он стоял прямо под тем местом, куда должны были свалиться камни. Заметив нишу в стене, Лилиан одним мановением руки отбросила его туда, одновременно притягивая ближе Гарри, чтобы они оба могли быстрее отбежать с опасного места. Драко оказался по другую сторону практически мгновенно выросшей преграды. — Лилс! — в панике кричал Драко. Голос казался немного глухим из-за преграды. — Мы в порядке! — в ответ прокричала Лилиан. — Можешь разобрать завалы? — спросил Гарри. — А мы пойдём вперёд, не будем терять времени. Хочу быстрее оказаться в спальне. — Лилс, только не нарывайся, — вздохнул Драко. Он хорошо знал подругу. — Скоро увидимся. — Гарри попытался придать уверенности нетвёрдо звучащему голосу и, миновав исполинскую змеиную шкуру, отправился дальше. Лилиан последовала за ним. Постепенно звук передвигаемых камней и всё ещё летавших заклинаний затих в отдалении. Тоннель поворачивал снова и снова. Лилиан хотела, чтобы тоннель побыстрее кончился, и одновременно боялась того, что там ожидает. Наконец миновав ещё один поворот, Лилиан и Гарри увидели перед собой гладкую стену, на которой были вырезаны две свернувшиеся в кольца змеи с поднятыми головами, вместо глаз у них блистали огромные изумруды. Гарри подошёл вплотную, оставив Лилиан за своей спиной. Он прокашлялся, и глаза-изумрудины, казалось, замерцали ярче. — /Откройтесь!/ — приказал Гарри низким, тихим шипением. В стене появилась щель, разделившая змей, и образовавшиеся половины плавно скользнули в стороны. Дрожа, Гарри вошёл внутрь. Лилиан зашла следом. Они стояли на пороге просторной, тускло освещённой комнаты. Уходящие вверх колонны были похожи на исполинских змей, наблюдавших за пришедшими. Их хвосты поднимались до теряющегося во мраке потолка и отбрасывали длинные чёрные тени сквозь странный зеленоватый сумрак. Сердце Лилиан бешено стучало. Мрачная обстановка давила своей помпезностью. Лилиан вслушивалась в холодную тишину. Они с Гарри синхронно подняли палочки в боевую позицию, переглянулись, и в молчании и двинулись между колонн вперёд. Лилиан опустила взгляд, готовая плотно сомкнуть веки при малейшем движении. За последней парой колонн, у задней стены, высилась циклопическая, до потолка, статуя. Гигантское лицо над ними с удлинёнными чертами и длинной бородой, ниспадающей почти до самого подола каменной мантии, принадлежало древнему старцу. Из-под мантии виднелись две громадные серые стопы. Статую частично отделял от остальной комнаты наполненный водой бассейн. Около края воды лежала ничком маленькая, облачённая в чёрное, фигурка с огненно-рыжими волосами. — Джинни, — прошептал Гарри и, бросившись к ней, упал рядом на колени. — Джинни! Только не умирай! Пожалуйста, не умирай! Лилиан склонила голову набок, заинтересованно рассматривая Гарри. Он никогда так не бросался к друзьям, а эту девочку видел довольно редко. Значит, зелье всё же действует. Или были ещё какие-то причины так поступить? Гарри отбросил в сторону палочку, схватил Джинни за плечи и перевернул. Лилиан присела рядом, убрав свою палочку в кобуру. Лицо Джинни было белое как мрамор и такое же холодное, глаза закрыты — значит, она не окаменела. Но тогда она… — Джинни, пожалуйста, очнись, — отчаянно шептал Гарри, тряся её. Голова безжизненно моталась из стороны в сторону. — Она не очнётся, — произнёс тихий голос. Гарри выпрямился и, как был на коленях, круто обернулся. Лилиан подняла голову. Высокий темноволосый юноша стоял, прислонившись плечом к ближайшей колонне, и наблюдал за ними. Контуры его фигуры были странно расплывчаты, словно он находился позади мутноватого стекла, однако ошибиться было невозможно. — Том? Том Реддл? — решил уточнить Гарри. Реддл кивнул, пристально глядя на Гарри. — Что это значит: она не очнётся? — тоскливо спросил Гарри. — Она не… Она не… — Она пока жива, — сказал Реддл. — Но только пока. Лилиан и Гарри уставились на него. Том Реддл учился в Хогвартсе пятьдесят лет назад, но здесь он стоял в таинственном свете ни на день старше шестнадцати лет. — Ты что, призрак? — спросил Гарри нерешительно. — Воспоминание, — ответил Реддл спокойно. — Полвека был заключён в дневнике. Он указал на книгу, которую держала в руках Джинни — ту самую, что они нашли в туалете Миртл. — Помоги мне, Том. — Гарри снова поднял голову Джинни. — Давай унесём её отсюда. — Он тебе не поможет, — покачала головой Лилиан, незаметно начиная колдовать над Джинни. Реддл не шелохнулся. Гарри напрягся. — Лилс, ты не видела мою палочку? — озираясь по сторонам, спросил Гарри. Лилиан подняла глаза. Реддл по-прежнему наблюдал за ними, палочка Гарри вращалась в его бледных пальцах. — Спасибо, — сказал Гарри, протягивая за ней руку. Улыбка скривила углы рта Тома Реддла. Он продолжал смотреть на Гарри, лениво крутя палочку. — Послушай, — начал Гарри, — надо скорее уходить отсюда! Появится василиск, и тогда… — Он не появится, если не позвать, — равнодушно бросил Реддл. — Объясни, что происходит! И, пожалуйста, верни мне палочку. — Она тебе больше не понадобится. И ты, девочка, дай мне свою, — властно протянул руку Реддл. — Почему не понадобится? — не понял Гарри. — Палочка — моя собственность. Кому попало мне запрещено её отдавать, — замотала головой Лилиан. У Реддла едва заметно раздулись ноздри. Нехотя он опустил руку. И решил переключить внимание на другую фигуру, более важную для него самого. — Я долго ждал этой минуты, Гарри Поттер. Возможности увидеть тебя. Поговорить с тобой. Конечно, было бы отлично, будь и твоя сестра здесь. — Том, — Гарри начал терять терпение, — нет у нас этой возможности. Мы в Тайной комнате. Давай поговорим в другом месте. — Мы будем говорить именно здесь, — промолвил с той же вежливой улыбкой Реддл, пряча палочку Гарри в карман. Гарри растерянно смотрел на него. Он всё ещё не понимал, что тут происходит. Лилиан стала создавать вокруг себя и Джинни защитный купол. — Что случилось с Джинни? — произнёс Гарри медленно. — Интересный вопрос, — любезно ответил Реддл. — Причина её нынешнего состояния в том, что она открыла сердце и свои маленькие секреты некоему невидимому незнакомцу. — Ничего не понимаю! О чём ты? — Мой дневник, — пояснил Реддл. — Малышка Джинни писала в нём много месяцев, поверяя свои горести и печали: её дразнит брат, ей приходится носить поношенную мантию, учиться по старым учебникам. — Тут глаза Реддла сверкнули. — Как слаба её надежда понравиться знаменитому, прекрасному, великому Гарри Поттеру, который вечно ходит с двумя подругами. Лилиан и Гермионой… За всю беседу Реддл ни разу не оторвал глаз от лица Гарри — они выражали какую-то странную алчность. — Я так понимаю, ты пришёл сюда с Лилиан. Слизеринка, что недостойно её факультета, якшается с гриффиндорцами. — Принадлежность к какому-то факультету не должна делать людей высокомерными дураками и определять круг общения, — зло ответила Лилиан. — Плохая черта — перечить старшим, — покачал головой Реддл. — Но вернёмся к вопросу Гарри Поттера. Смертельная скука — выслушивать глупенькие излияния одиннадцатилетней девчонки. Но я был терпелив. Я отвечал, я проявлял сочувствие, я был добр. И Джинни полюбила меня: «Никто никогда не понимал меня так, как ты, Том… Я так рада, что у меня есть этот дневник и я могу ему довериться… Это всё равно что иметь друга, который всегда с тобой, неотлучно…» Реддл залился леденящим хохотом, дико не соответствующим облику шестнадцатилетнего подростка. — Если уж я решил, Гарри, то непременно очарую того, кто мне нужен. Джинни изливала душу, а мне как раз её душа и была нужна. Я впитывал её страхи, потаённые секреты, становился крепче, сильнее. Моя мощь выросла — куда там маленькой мисс Уизли. У меня накопилось столько энергии, что я начал обратное излияние — напитал мою маленькую подружку моими собственными секретами. Секретами моей души… — Какой-то бред! — воскликнул Гарри. — Так ты ещё ничего не понял, Гарри Поттер? — вкрадчиво спросил Реддл. — Это ведь Джинни Уизли открыла Тайную комнату. Это она передушила школьных петухов и малевала на стенах угрожающие послания. Естественно, поначалу она не понимала, что делает. Но постепенно Джинни стала что-то подозревать и попыталась избавиться от дневника. Тут-то ты и явился на сцену, Гарри. Ты нашёл мой дневник, и это был подарок судьбы. Из всех на свете людей нашёл его именно ты, человек, с которым мне так не терпелось встретиться… — Почему же ты так желал встретиться со мной? — Гарри уже явно кипел от гнева, и ему стоило больших усилий говорить спокойно. — Ну, видишь ли, Джинни мне многое о тебе поведала. Твою захватывающую историю. — Взгляд Реддла скользнул по шраму в виде молнии на лбу Гарри, и алчность в его лице усилилась. — Я захотел разузнать о тебе побольше, познакомиться с тобой. Чтобы приобрести твоё доверие, решил воочию показать тебе мой легендарный подвиг — разоблачение Хагрида… Ведь только и было что моё слово против слова Хагрида. Но ты представь, как это выглядело для директора Диппета. С одной стороны, Том Реддл — бедный, но талантливый сирота, школьный староста, идеальный студент. С другой — здоровенный, всё путающий Хагрид, который выращивает детёнышей вурдалака под кроватью… Кажется, только преподаватель трансфигурации Дамблдор не верил, что Хагрид виновен. Он уговорил Диппета оставить Хагрида в школе, выучить его на лесничего. Ему я никогда не нравился, как другим учителям… — Не сомневаюсь, Дамблдор видел тебя насквозь, — с сарказмом хмыкнул Гарри. — Да, — кивнул Реддл. — После исключения Хагрида он устроил за мной настоящую слежку, — насмешливо заметил Риддл. — Я понимал: пока я в школе, небезопасно ещё раз открывать Комнату. Но и отступать так просто не собирался. Не хотел пустить на ветер годы, потраченные на её поиски. И я решил оставить дневник, хранящий на своих страницах меня самого, такого, каким я был в шестнадцать лет. Тогда я смог бы направить кого-нибудь по моим стопам и закончить великое дело Салазара Слизерина. — Но тебе не удалось его закончить, — вкрадчиво сказал Гарри. Однако Реддл ничуть не смутился. — Разве я не сказал, что убийство грязнокровок потеряло для меня смысл? Уже много месяцев моя новая цель — ты. Гарри посмотрел на него с изумлением. — Представь себе мою злость, когда в дневнике снова стала писать Джинни. Эта дурочка выкрала у тебя дневник. Но я уже знал, что делать. Было ясно, что ты в двух шагах от разгадки тайны наследника Слизерина. Из всего, что Джинни поведала о тебе, я понял: ты не остановишься ни перед чем, но тайну раскроешь, тем более что нападению подвергся твой друг. Джинни мне описала в красках, как вся школа гудела, обнаружив, что ты знаешь змеиный язык. Я внушил Джинни написать на стене собственное прощание, а самой отправиться сюда. Она тут билась, брыкалась, кричала. Но в ней уже мало оставалось жизни — слишком много сил она вложила в дневник, то есть в меня, зато я благодаря этому смог покинуть его страницы… Я жду твоего появления с первой минуты, как мы с ней вошли сюда. Я знал, что ты придёшь. У меня к тебе много вопросов, Гарри Поттер… — Каких же? — Гарри по-прежнему с яростью сжимал кулаки. — Первый вопрос. — Реддл располагающе улыбнулся. — Как это вышло, что дети, не обладавшие особенными чарами, смогли одолеть величайшего в мире волшебника? Как ты спасся, отделавшись только шрамом, а Лорд Волдеморт утратил всю мощь? В его алчущих глазах загорелись красные огоньки. — А почему это тебя так волнует? — тихо спросил Гарри. — Волдеморт был несколько позже тебя… — Он и есть Волдеморт — подала голос Лилиан. — А ты сообразительная, — хмыкнул Реддл. — Я так называл себя ещё в Хогвартсе, естественно, лишь среди самых близких друзей. Я не собирался вечно носить имя этого ничтожества, моего магловского папочки. Я, в чьих жилах с материнской стороны течёт кровь великого Салазара Слизерина! Называться именем вульгарного магла, который отказался от меня ещё до моего рождения, обнаружив, что его жена колдунья? И я создал себе новое имя. Я знал: наступит день, и я стану самым великим магом мира! Лилиан закончила создавать защитную сферу вокруг себя, пока Реддл разглагольствовал. Гарри ошалело смотрел на Реддла. Преодолев ступор, Гарри выдавил из себя два слова: — Не стал. — Не стал? — рыкнул Реддл. — Не стал величайшим магом. — У Гарри перехватило дыхание. — Жаль тебя разочаровывать, но величайший маг мира — Альбус Дамблдор. Все это знают. Улыбка сползла с лица Реддла, её сменил взгляд, полный ненависти. А Гарри довольно смотрел на взбешённого мага. Этого он и добивался. Вышедшие из себя люди предсказуемее. Но опаснее. — Дамблдора выдворило из замка всего-навсего моё воспоминание! — зло сказал Реддл. — Не так далеко он ушёл, как ты думаешь, — возразил Гарри. Гарри явно сказал это наобум, чтобы только задеть Реддла. Том открыл было рот, но замер. Откуда-то донеслась музыка. Реддл оглядел пустынную комнату. Музыка становилась громче. Она была жуткой, потусторонней, от её звуков волосы на голове вставали дыбом, а сердце словно пыталось вырваться из тесной грудной клетки. Когда звук достиг такой силы, что можно было телом ощутить его колебания, с вершины ближайшей колонны рассыпались во все стороны огненные брызги. И неведомо откуда тяжело впорхнула под своды комнаты огненно-красная птица величиной с лебедя, поющая эту песнь. У неё был сверкающий золотой хвост, длинный, как у павлина, и блестящие золотые лапы, которые сжимали какую-то ветошь. Секундой позже птица подлетела к Гарри, уронила ношу к его ногам, а сама опустилась на его плечо, сложив огромные крылья. Птица умолкла. Она сидела неподвижно. И с неприязнью смотрела на Реддла. — Феникс? — удивился Реддл. — А это что? — Реддл присмотрелся к бесформенному куску фетра на полу. — Да ведь это старая Распределяющая шляпа! Так вот что Дамблдор прислал в помощь своему соратнику! Ну как, Поттер, ощущаешь прилив храбрости? Гарри не отвечал. И Лилиан его прекрасно понимала. В самом деле, чем тут могли помочь Фоукс и Шляпа? — Вернёмся к делу, Гарри, — переведя дух, заговорил Реддл. Улыбка всё ещё освещала его лицо. — Дважды — в твоём прошлом и моём будущем — мы встречались, и дважды мне не удавалось убить тебя. Как ты сумел уцелеть? Расскажи мне. Чем подробнее будешь рассказывать, тем дольше останешься жив. Лилиан уже начала чувствовать лёгкое покалывание в пальцах. Это значит, что скоро у неё сил препятствовать возрождению спятившего Тёмного лорда не останется. И расстановка сил была не в их пользу. У Реддла — палочка Гарри. У Гарри — Фоукс и Шляпа. Ни то, ни другое для схватки не подходит. Дело плохо. Ладно. Но чем дольше Реддл находится здесь, тем больше он выпивает жизнь Джинни. А Реддл становился более зримым, хоть его овеществление и замедлилось благодаря усилиям Лилиан. "Гарри, отвлекай его, как только сможешь. Я пытаюсь разорвать его связь с Джинни" — напрягшись, Лилиан использовала умение Ровера общаться мысленно. — Никто не знает, почему ты, сражаясь со мной, слабеешь, — сказал Гарри. — Я ведь и сам себя не знаю. Мне ясно одно, почему ты не можешь меня убить. Моя мама отдала жизнь, чтобы спасти меня, — вдохновенно вещал Гарри, — отвела от меня мою смерть. В прошлом году мы с Лилиан видели тебя, твоё истинное лицо. Ты развалина. Ты еле жив. Твоя сила обернулась против тебя. Ты в бегах. Ты отвратительный уродец. Лицо Реддла потемнело, пересилив себя, он скривил его в улыбку. — Значит, ты спасся, потому что мать пожертвовала своей жизнью… Это мощное средство против чар? Но я вижу теперь, в тебе самом нет ничего особенного. Это странно, ведь между нами существует сходство. Даже ты должен заметить. Оба мы полукровки, оба сироты, обоих вырастили маглы. И возможно, только мы с тобой со времён великого Слизерина говорим на змеином языке. Видимо, тебя от меня спасал просто счастливый случай… Вот всё, что я хотел знать. Гарри стоял в напряжении. Но Реддл вновь расплылся в отталкивающей усмешке. — А сейчас, Гарри, я хотел бы устроить маленькое представление. Тёмный Лорд Волдеморт, наследник Слизерина, против знаменитого Гарри Поттера и лучшего оружия, каким мог снабдить его Дамблдор! Он весело окинул взглядом Фоукса и Шляпу, повернулся и пошёл к каменному изваянию. В панике Гарри глянул на Лилиан. — Я буду помогать как только смогу. Но если я не останусь здесь, Реддл скоро полностью выйдет из этого дневника, — почти прошептала Лилиан. Гарри только кивнул. Реддл тем временем остановился между колонн, поднял голову и посмотрел в каменное лицо Слизерина, высившееся в полумраке под сводами. Затем широко открыл рот и зашипел: — /Говори со мной, Слизерин!/ Гарри отступил назад. Гигантское лицо Слизерина пришло в движение. Лилиан отчётливо различила, как раскрывается каменный рот, образуя чёрное жерло. Что-то во рту шевелилось, выползало наружу. Гарри попятился назад и стукнулся о стену; глаза его были плотно сомкнуты. Лилиан быстро опустила глаза на Джинни. Что-то непомерное сотрясло пол — Лилиан почувствовала, как дрогнули плиты. Она знала, что происходит, почти видела чудовищную змею, выползающую изо рта Слизерина. Голос Реддла прошипел: «/Убей его/». — Ты следующая, Лилиан, — предупредил Реддл. Василиск двигался в сторону Гарри — было слышно, как тяжёлое туловище, шурша, извивается по каменному полу. По-прежнему не отрывая глаз от Джинни, Лилиан колдовала над телом студентки. Жизнь Джинни почти ускользнула из её магических пут, но Лилиан сосредоточилась ещё сильнее. Реддл закатывался от хохота, наблюдая за Гарри. Долго так продолжаться не могло. Судя по звуку, Гарри обо что-то споткнулся и упал. Лилиан подавила желание обернуться, вместо этого настроившись на внутреннюю связь с ним. Змея была едва ли не в метре от него. Прямо над ним протяжно оглушительно просвистело, что-то увесистое с силой толкнуло Гарри, он отлетел к другой стене. Где-то рядом слышались хлещущие удары по колоннам. Без палочки Гарри не мог сопротивляться. Да и как она могла помочь, если шкура василиска способна выдержать любые заклинания? А беспалочковое колдовство у брюнета пока что не получалось. Гарри чуть-чуть приоткрыл глаза. Исполинская ядовито-зелёная змея высоко поднялась на хвосте, беспорядочно вертя тупой треугольной головой. И Лилиан увидела, что отвлекло чудовище: над василиском кружил Фоукс — змея пыталась схватить его узкими клыками. Фоукс спикировал, его длинный золотой клюв сделал несколько едва уловимых движений, и на пол хлынули струи тёмной крови. Удар змеиного хвоста чуть не задел Гарри, и не успел он зажмуриться, как василиск обернулся. Гарри взглянул прямо в его морду: змеиные глаза были выклеваны фениксом; кровь хлестала на пол, чудовище свирепо шипело и плевалось от боли. — Да оставь ты птицу! — бешено надрывался Реддл прямо над Лилиан. — Сейчас же оставь! Мальчишка сзади! Ты ведь его чуешь! Убей его! Ослепшая змея качнула головой. Фоукс носился над ней, вновь затянув свою песнь, долбя клювом чешуйчатый нос врага; кровь из расклёванных глазниц продолжала хлестать. Гарри, улучив момент, бросился в один из боковых проходов. Змея, замерев, поймала след и быстро заскользила за ним. — Ну а ты, — вернулся к Лилиан Реддл. — Расскажи свою историю, и я, может быть, не убью тебя. Лилиан не открывала глаза, судорожно наблюдая за происходящим у Гарри. Он нёсся по хитросплетениям тоннелей, пока что удачно выбирая повороты. Но удача может в любой момент отвернуться от него. — Как студент Слизерина, ты должна отвечать на вопросы старосты, — не дождавшись ответа, строго приказал Реддл. — Декан факультета мне сказал: если я сомневаюсь в приказах старосты, я должна сначала подойти к нему, — отмахнулась от призрака Лилиан. — Слизнорт всё ещё делает поблажки своим студентам? — усмехнулся Реддл. — Слизнорт уже давно не преподаёт, — покачала головой Лилиан. И девочка содрогнулась — Гарри забежал в тупик. И в то же ответвление вползал василиск. Судя по тому, что змея не набрасывалась на стоящего прямо перед её носом мальчика, она ориентировалась по слуху. С обонянием у неё тоже было плохо. Не зря Фоукс несколько раз попал ей в нос своим крепким клювом. Лилиан глубоко вздохнула и создала иллюзию, распространяющую звуки. Она побежала дальше по туннелю, соседнему ответвлению. Василиск выполз из тупика, где прятался Гарри, и устремился следом за иллюзией. Гарри побрёл в обратном направлении, постепенно переходя на бег. — Что это ты притихла? — поинтересовался Реддл. — Что ты там делаешь? Лилиан оставила вопрос без ответа. Её уже начало пошатывать от усталости. — Так вот что ты там делала всё это время! — воскликнул Реддл. — Ты удерживаешь жизнь Джинни в её теле, мешаешь мне! Я уже давно должен был оторваться от этого куска бумаги! Напомни, как тебя зовут? — Меня зовут Лилиан Смит, — чётко ответила Лилиан. — Ты врёшь, — покачал головой Реддл. — Я только сейчас заметил твоё маскировочное заклинание. Как же хорошо оно наложено! Причём создатель должен находиться всегда недалеко... — Лилс! — вбежал в зал Драко. — Ты в порядке? — Да, я жива, — слабо откликнулась Лилиан. Драко подбежал к девочке, сел рядом и приобнял, позволяя опереться на себя. — А это кто? — недоумённо уставился Драко на Реддла. — Это Тёмный лорд, знакомься, — хмыкнула Лилиан. — Да что вы себе позволяете! — возмутился Реддл. — В мои годы такого пренебрежения к старшим не было! — Уважение надо заслужить, а не по факту возраста требовать, — отрезал Драко. — Лилс, ты чего творишь? Опять в полуобморочном состоянии. Меня же твой папа убьёт! — Не убьёт, — замотала головой Лилиан, не переставая накладывать волшбу. В зал вбежал Гарри. — А где остальные? — заозирался он в поисках спасательниц. — Всё ещё сражаются, — сообщил Драко. Тут из бассейна с диким рёвом вырвался василиск. Лилиан заметила, что в Шляпе что-то засверкало. Гарри, тоже это заметивший, достал из шляпы серебряный меч с рубиновым набалдашником. Василиск, услышавший жертву, ринулся на Гарри. Змея смотрела на них огромными пустыми глазницами. Василиск сделал слепой бросок, пытаясь схватить жертву своими клыками длиной с меч Гарри. Поттер уклонился, и голова змеи врезалась в колонну. Ещё бросок, и раздвоенный язык стегнул Гарри по боку. Обеими руками Гарри поднял меч. Василиск атаковал снова и на сей раз не промахнулся. Но и Гарри по рукоять всадил клинок в нёбо змеиной пасти и всей тяжестью навалился на эфес. Горячая кровь залила руки Гарри. Лилиан, не разрывавшая с ним связь, почувствовала острую боль в левом плече. Один из длинных ядовитых клыков вонзился Гарри в руку. На рану капала кровь поверженной змеи. И в тот же миг василиск в конвульсиях рухнул на пол, сломав свой клык. Гарри сполз вниз по стене. Схватил клык, вливавший яд в его тело, и выдернул из руки. Но было поздно: вокруг раны медленно расползалась боль, точно к руке прикоснулись раскалённым железом, которую чувствовала и Лилиан. Гарри увидел свою кровь, пропитавшую мантию, и зрение затуманилось. Или это было истощение Лилиан? Не разобрать. Сумрачная комната расплылась, стала вращаться. В глазах вспыхнуло что-то красное, и Гарри услышал рядом тихое постукивание когтей. — Фоукс, — с трудом проговорил Гарри. — Ты молодчина, Фоукс. Птица приблизила голову к кровавой ране на руке Гарри. Прозвучало эхо шагов, и перед Лилиан встал смутно различимый Реддл, повернувшийся к ней спиной. — Умираешь, Гарри Поттер, — раздался голос Реддла. — Можно сказать, умер. Даже птичка Дамблдора поняла. Видишь, Поттер, она плачет. — Драко, передай Гарри эту книжку, — тихо попросила Лилиан, наконец сообразившая, что надо сделать. — Очень надо. Драко огляделся. Кроме дневника в руках у Джинни, он никаких книг закономерно не увидел. Тихо вытащив у оцепеневшей девочки из рук чёрный блокнот, Драко поднялся на ноги и, постаравшись находиться вне поля зрения Реддла, стал приближаться к Гарри, обходя сзади колонны. — Я побуду с тобой, посмотрю, как ты умираешь. Можешь не спешить. Ни мне, ни тебе торопиться некуда. Голова Гарри тяжелела, он с усилием её держал прямо. Лилиан практически лежала, но не переставала колдовать. И всё ещё следила за происходящим глазами Гарри. Собственные от усталости давно закрылись. — Вот так кончил свой земной путь знаменитый Гарри Поттер. В Тайной комнате, сражённый наконец Тёмным лордом, которому он столь неосмотрительно бросил вызов. Ты скоро снова будешь вместе со своей ненаглядной матушкой-грязнокровкой. Она думала, что купила тебе двенадцать лет времени, но на самом деле взяла его взаймы. А твои друзья к тебе вскоре присоединятся. И первой на очереди стоит слизеринка, поправшая законы факультета. Боль постепенно утихала, но усталость никуда не исчезала. Гарри легонько потряс головой. — Убирайся прочь, феникс! — неожиданно загремел Реддл. Гарри поднял голову. Реддл направил на Фоукса палочку, что-то грохнуло, и феникс взлетел, закружившись в красно-золотом вихре. — Слёзы феникса, — протянул Реддл в задумчивости, глядя на руку Гарри. — Ну, разумеется, как я про них забыл. Но это мало что меняет. На самом-то деле я предпочитаю единоборство — только ты и я, Гарри, ты и я… Реддл поднял палочку. Мощно взмахнув крыльями, Фоукс стремительно пронёсся над головами противников, отвлекая внимание Реддла на себя. Драко, воспользовавшись заминкой, наконец добрался до Гарри и сунул тому в руки дневник. Реддл, отбившийся от птицы, увидел книгу в руках Гарри. Лилиан надеялась, что Гарри сообразит, что делать с ним. И к её великому облегчению, Гарри размахнулся ещё находящимся в его кулаке клыком василиска и всадил зуб в самую сердцевину блокнота. Грянул долгий, продирающий до мозга костей вопль. Чернила потоком хлынули из дневника, по рукам Гарри потекли красные и синие ручьи, заливая пол. Реддла корчило и выворачивало, он бился в судорогах, а потом… Потом он испарился. Палочка Гарри со стуком упала на холодные плиты, и наступила тишина. Полная тишина, нарушаемая лишь упорным «кап, кап, кап» — это чернила всё ещё сочились со страниц дневника: яд василиска прожёг в нём шипящую сквозную дыру. Гарри с трудом поднялся на ноги и неспешным движением подобрал Шляпу, палочку тут же спрятал в карман и с неимоверным усилием извлёк блестящий меч из пасти василиска. Рядом с Лилиан послышался слабый стон. Слизеринка с усилием открыла глаза. Джинни пошевелилась, Гарри бросился к ней, но она уже села. Ошеломлённый взгляд обежал колоссальных размеров мёртвого василиска, собравшуюся компанию с разных факультетов, чёрный дневник. Она глубоко, судорожно вздохнула, и по лицу её заструились слёзы. — Гарри… Гарри, я пыталась всё рассказать тебе за завтраком, но я не могла говорить в присутствии Перси. Это была я, Гарри, но, правда, правда, я не хотела… Реддл заколдовал меня, командовал… А как ты убил эту… эту зверюгу? Где Реддл? Последнее, что я помню, как он вышел из дневника… — Всё хорошо, Джинни. — Гарри показал ей дыру в дневнике от клыка василиска. — Видишь? С Реддлом покончено — и с ним, и с василиском. Пойдём отсюда. Гарри попытался встать. Одна попытка. Вторая… Земное притяжение, усталость и боль всё же взяли своё, и Гарри свалился, тяжело хрипя. Драко, попытавшийся взять за руку Лилиан и помочь встать, был остановлен её одним грозным взглядом. Лилиан практически проползла пару метров, отделявших её от Гарри. Сделав надрез на своей ладони, она немного отдышалась и повторила действие с ладонью Гарри. — Ты что делаешь? — осторожно поинтересовался Драко. — Кровная защита срабатывает крайне редко у детей. Особенно если учесть, что вы не родственники. — Надо к мадам Помфри! — начинала истерить Джинни. Лилиан ничего не ответила, лишь поморщилась от громких звуков. Она соединила свою руку с рукой Гарри так, чтобы разрезы совпали. Глаза девочки сами собой закрылись. Она стала шептать заклинание-молитву. И не видела, как вокруг неё и Гарри взметнулись кроваво-красные полосы магии. По стенам бродили сполохи отсветов, зачаровывая остальных студентов. Долгие три минуты ленты магии скрывали происходящее, и наконец опали. — Это что было? — с сомнением посмотрела Джинни на Лилиан. — Я разделила яд на двоих, — открыла глаза Лилиан. — Прочитала в книге это заклинание. — Спасибо, — кивнул очнувшийся Гарри и осмотрел всех. Оба постепенно восстанавливали дыхание и возвращали краски на лица. Драко сначала помог подняться Гарри, а затем они оба поддержали Лилиан. И гриффиндорец, и слизеринка держались лишь на упрямстве и помощи блондина. Они медленно шли в сторону выхода. — Меня исключат, — плакала Джинни. — Я так мечтала поступить в Хогвартс. С тех самых пор, как в школу пошёл Билл. Что скажут папа с мамой? — Мне точно влетит, — вздохнула Лилиан. — Нам обоим влетит, — исправил подругу Драко. Не успели четверо студентов дойти хотя бы до середины зала, как в него влетела Мерула. — Какого дохлого фестрала вы полезли без нас сюда?! — начала заводиться она. — Эй, спихни всё на меня, — фыркнула Лилиан. — Вы же были заняты, а мы сюда случайно набрели. — Случайно завалили василиска?! — тяжело дышала молодая женщина. — Снейп нам всем головы открутит. Вам — за то, что полезли. Нам — что не уследили. И не жалко вам столько жизней гробить? — Он всего лишь отравит, не утрируй, — закатила глаза Лилиан. Мерула лишь покачала головой, попыталась продиагностировать студентов. И если у Драко с Джинни она точно определила магическое истощение, то с Лилиан и Гарри творилась какая-то чертовщина. Решив, что специалист в этом деле лучше поможет, Мерула подхватила Гарри, облегчая ношу Драко. Джинни плелась в конце процессии, всё ещё заливаясь слезами. Лилиан обхватила Драко за шею. Он, придерживая её за талию, помогал идти. Они перелезли через мёртвые кольца василиска, прошли сквозь гулкий, отвечающий эхом сумрак и снова оказались в тоннеле. Каменные двери сомкнулись за ними с тихим шипением. А через несколько минут они уже слышали звуки передвигаемых камней. — Милая! — воскликнула Мерула. — Я их нашла! Они живы, но не совсем здоровы. Нам быстрее надо к профессору Снейпу. — Согласна, — пробурчала Тулип за преградой, подготавливаясь к помощи при перелезании через каменные завалы. Первой запихнули Джинни. Вслед за ней в пролом влетел Фоукс. — Это ещё что за птица? Откуда она взялась? — нахмурилась Мерула. — Это птица Дамблдора, — ответил Гарри, протискиваясь в брешь. Гарри подал руку Лилиан, помогая ей пролезть через проём. Последним втиснулся Драко, снова подхватывая подругу. Лилиан едва держалась на ногах от усталости. Впрочем, как и все остальные. — А Локхарт где? — вспомнила Лилиан о преподавателе. — Он там, — ухмыльнулась Тулип, махнув рукой в сторону выхода. Вслед за Фоуксом, чьи широкие крылья испускали в темноте мягкое золотое сияние, они скоро добрались до устья трубы, где сидел с самым добродушным видом Гилдерой Локхарт и что-то безмятежно мурлыкал себе под нос. — Ему отшибло память, — объяснила Мерула, почесав затылок. — Заклятие Забвения ударило по нему самому, отразившись от зеркального щита. Сам для себя опасен. Кто ж знал, что этот идиот решит принять его грудью. Локхарт окинул всех радостным взглядом: — Привет! Странное местечко, не правда ли? Вы что, здесь живете? Все дружно решили проигнорировать Локхарта. Гарри наклонился и заглянул в чёрную, уходящую вверх трубу. — И как нам выбираться? — горестно вздохнул Гарри. — По двое подходим ко мне, — скомандовала Мерула. — Больше не уместятся в эту трубу. Первыми отправились Лилиан с Джинни. Джентльмены решили уступить право первыми выбраться на поверхность девочкам. Подъём оказался быстрым. Джинни, только оказалась в туалете, попыталась было смыться, но наткнулась на заблокированные двери. — За тебя ответственны на данный момент Мерула и Тулип, — жёстко произнесла Лилиан, заметившая метания гриффиндорки. — Изволь дождаться их. Джинни ничего не оставалось как послушаться. Затем Мерула вытащила Гарри с Драко. Прямо за ней выбралась из лаза Тулип, поддерживающая Локхарта. Гарри вновь зашипел, и раковина встала на место. — Куда теперь? — задал животрепещущий вопрос Драко. Гарри кивнул на Фоукса — тот полетел вперёд, заливая всё вокруг золотистым светом. Они пошли за ним и через минуту оказались перед кабинетом МакГонагалл. Гарри постучал и толкнул дверь. — А теперь нам точно попадёт, — прокомментировал Драко. Семеро подземных путешественников с головы до пят мокрые, грязные, а Гарри ещё и в пятнах крови, вошли в кабинет. Все, кто там был, ошеломлённо замолчали, но тишина в тот же миг взорвалась воплем: — Джинни! Увидев дочь, миссис Уизли, сидевшая в слезах перед камином, вскочила, за ней — мистер Уизли, и оба бросились к дочери. У камина остался стоять, улыбаясь, Дамблдор, рядом — МакГонагалл, она тяжело дышала и держалась за сердце. Прошуршав крыльями, феникс опустился на плечо Дамблдора. Миссис Уизли сунулась было с объятиями к Гарри, но напоролась на грозный взгляд Мерулы. — Вы спасли её! Спасли! Как вы это сумели? — Нам всем очень бы хотелось это узнать, — произнесла МакГонагалл утратившим обычную твёрдость голосом. Мерула и Тулип по очереди принялись рассказывать о том, что же приключилось. Довольно сжатый рассказ о подземных похождениях всё равно вышел почти на четверть часа. — Замечательно! Итак, вы отыскали вход в Тайную комнату, нарушив вопиющим образом сотню школьных правил. Но как же вы оттуда выбрались живыми, Поттер? — МакГонагалл сгорала от любопытства. Тулип гневно посмотрела на директора и профессора, но ничего против не сказала. Хотя, по её мнению, всех следовало не расспрашивать о событиях, а отправить в Больничное крыло! — Я вот что хотел бы узнать: как Волдеморт изловчился околдовать Джинни? — тихо спросил директор. — Ведь он, по моим источникам, укрылся сейчас в албанских лесах. — Что? — ошеломлённо воскликнул мистер Уизли. — Вы-Знаете-Кто… околдовал Джинни? Но Джинни, разве она… разве она не была… — Во всём виноват дневник. — сообщил Гарри присутствующим, впервые подав голос. — Реддл его вёл, когда ему было шестнадцать. Дамблдор взял у Гарри дневник и принялся с любопытством рассматривать его, склонив длинный крючковатый нос над мокрыми прожжёнными страницами. — Изумительно, — проговорил он негромко. — Да, Реддл был один из самых одарённых учеников Хогвартса. Дамблдор повернулся к супругам Уизли, окончательно сбитым с толку. — Очень немногим известно, что Волдеморта когда-то звали Том Реддл. Я учил его здесь пятьдесят лет назад. Окончив школу, он исчез, скитался в дальних краях, якшаясь с самыми опасными колдунами и магами. И всё глубже погружался в тайны чёрной магии. Он подверг себя такому количеству чудовищных превращений, что, когда вновь появился, уже под именем Волдеморта, был совершенно неузнаваем. Не было ничего общего между зловещим Тёмным Лордом и умным славным мальчуганом, который был когда-то старостой школы. — Но что могло с ним связывать нашу Джинни? — воскликнул мистер Уизли. — Его… его дневник, — всхлипнула Джинни. — Я в нём писала, а он отвечал… Мистер Уизли был потрясён. — Джинни! Как ты могла! Что я тебе всегда говорил? Мало ли кто или что может прикинуться добрым и понимающим! Как можно идти на поводу у того, кого совсем не знаешь! Почему ты не показала дневник мне или маме? Такая подозрительная вещь! Ясно же, что она полна чёрной магии! — Я этого не знала, — рыдала Джинни. — Он был в одном из учебников, помнишь, которые мама купила. Я подумала, кто-то вложил его в книгу и забыл… — Мисс Уизли следует немедленно отправить в Больничное крыло, — не терпящим возражения тоном вмешался Дамблдор. — На её долю выпало слишком тяжёлое испытание. Ни о каком наказании и речи быть не может. Волшебники гораздо старше бывали обмануты Волдемортом. Директор широким шагом подошёл к двери и открыл её: — Джинни нужен сон и ещё, пожалуй, кружка горячего шоколада. Мне это всегда прибавляет сил, — добавил он и дружески подмигнул девочке. — Мадам Помфри ещё не спит, она сейчас раздаёт зелье из мандрагоры. С уверенностью могу сказать, что жертвы василиска придут в себя с минуты на минуту. Миссис Уизли, поддерживая Джинни, повела её из кабинета, мистер Уизли, который никак не мог опомниться, побрёл за ними. — Теперь я хотела бы знать, что вы двое забыли в столь поздний час, — повернулась МакГонагалл к Лилиан и Драко. — Профессор Локхарт оставил Лилиан у себя после урока, — вышел чуть вперёд Драко, загораживая собой Лилиан. — Когда она не появилась в гостиной факультета, я вызвался сопровождать миссис Снайд. В этот момент без стука в кабинет залетел Северус. Он явно едва сдерживался, чтобы не начать проявлять эмоции при других. Правда, знали его настолько хорошо только Драко и Лилиан, поэтому они единственные вжали головы в плечи при его появлении. — Так вот вы где! — воскликнул Северус, как только увидел Лилиан с Драко. — Мы хотели отвести их к вам сразу, как только нашли, — оповестила Мерула. Северус кивнул и встал около двери, дожидаясь окончания этого собрания. — А знаете, Минерва, — улыбнулся профессор Дамблдор, — пожалуй, эта история стоит хорошей пирушки. Можно попросить вас пойти поговорить с поварами? — Можно, — сухо кивнула МакГонагалл и уже у дверей спросила. — Полагаю, в моё отсутствие вы разберётесь с Поттером и Уизли, не правда ли? — Истинная правда, — заверил её Дамблдор. МакГонагалл кивнула и ушла. — Помнится, я говорил, что придётся исключить вас из школы, мистер Поттер, если вы ещё раз нарушите правила, — начал директор. Гарри пытался вспомнить: когда это ему поступало подобное предостережение от директора? — Это лишний раз доказывает, что даже самые лучшие из нас иногда вынуждены брать свои слова обратно, — усмехнулся Дамблдор. — Вы получите Особую награду за услуги школе. И… дайте-ка подумать… да, двести баллов для Гриффиндора. Гарри лишь кивнул, принимая эту информацию к сведению. Он жутко устал и хотел побыстрее достичь спальни, а ведь ещё предстояло посетить Больничное крыло… или наведаться к Снейпу, раз уж мадам Помфри занята ожившими статуями. — Но почему-то ещё трое здесь присутствующих хранят слишком упорное молчание. А было бы интересно послушать об их участии в этом рискованном предприятии. — Дамблдор посмотрел на Локхарта, Драко и Лилиан. И начал с первого. — К чему эта излишняя скромность, Гилдерой? Тот стоял в углу комнаты, по-прежнему улыбаясь растерянной улыбкой. Услыхав Дамблдора, он огляделся вокруг, силясь понять, к кому это обращаются. — Профессор Дамблдор, — прокашлялась Тулип. — Произошёл несчастный случай. Профессор Локхарт потерял память. Полностью. — М-м-да. — Дамблдор покачал головой, и его длинные серебряные усы задрожали. — Значит, поражён собственным оружием? — Оружием? — эхом отозвался Локхарт. — У меня нет оружия. А вот у этого мальчика есть. — Локхарт указал на Гарри. — Меч, очень красивый. Он вам может его одолжить. — Мерула, пожалуйста, отведи профессора Локхарта в больничное крыло, — обратился Дамблдор к шатенке. — Мне ещё нужно сказать остальным несколько слов. Локхарт неуверенно поплёлся к двери. Мерула, выходя, оглянулась и, безмолвно переговорила с Тулип. Вместе с Локхартом она покинула кабинет. Пройдя через комнату к камину, Дамблдор опустился в одно из кресел. Поняв, что директор ещё очень долго будет их держать при себе, Лилиан начала невербально читать заклинания поддержки. Силы ещё понадобятся Гарри, но он, в отличие от неё и Драко, не скоро сможет выпить укрепляющее зелье. — Садитесь, — предложил он, и все расселись по креслам, благо их количество позволяло это сделать. Дамблдор разгладил усы. — Итак, Лилиан и Драко. Что же вы там делали? — Я лишь помогал разгребать завалы, которые устроил профессор Локхарт, — пожал плечами Драко. — Ну а ты, Лилиан? — сверкнул глазами директор. — Я ничего не делала, — замотала головой Лилиан. — Гарри сам победил василиска. — Ну что же, — вздохнул явно разочарованный директор, — тогда я вас более не задерживаю. Северус, можете забрать своих студентов. Тулип, вы тоже можете отправляться по своим делам. Северус просто кивнул и вышел из-за двери. Лилиан и Драко поплелись за ним. Тулип следовала за студентами, готовая помочь. — В мой кабинет, — отрывисто сообщил им профессор зельеварения. Никогда Лилиан не казался путь до подземелий таким длинным и таким коротким одновременно. Но, заинтересовавшись, что говорит директор, она вновь сосредоточилась на связи с Гарри. После кровного ритуала это сделать оказалось проще, чем раньше. — Прежде всего, я должен поблагодарить тебя. — Глаза директора вновь блеснули. — Там, внизу, ты проявил настоящую доблесть — иначе Фоукс не прилетел бы к тебе. Он провёл рукой по перьям феникса, который легонько хлопал крыльями, сидя на его колене. Гарри лишь неловко улыбнулся в ответ. — Значит, ты встретился там с Томом Реддлом, — произнёс Дамблдор в раздумье. — Я полагаю, что ты-то и интересовал его больше всего… — Профессор… Реддл сказал, что я похож на него… — Он так сказал? — Дамблдор внимательно глядел на Гарри из-под густых седых бровей. — А ты сам что об этом думаешь? — Думаю, что совсем не похож! — слишком громко для пустого помещения выпалил Гарри. — Я ведь учусь в Гриффиндоре… Профессор, — через мгновение продолжал он, — многие думали, что наследник Слизерина — я, ведь я могу говорить на змеином языке. — Ты говоришь на языке змей, Гарри, — ответил Дамблдор спокойно, — потому что на нём говорит Волдеморт. Единственный оставшийся потомок Салазара Слизерина. Если не ошибаюсь, он нечаянно вложил в тебя толику своих сил — в ту ночь, когда наградил этим шрамом. Уверен, сам он этого не хотел. — Волдеморт в меня вложил… частицу самого себя? — прошептал Гарри как громом поражённый. — Судя по всему. — Значит, моё место в Слизерине. Распределяющая шляпа почуяла во мне эту частицу, и… — продолжил было Гарри. — Определила в Гриффиндор, — успокаивающе договорил Дамблдор. — Видишь ли, Гарри, так вышло, что в тебе много качеств, которые столь высоко ценил Салазар Слизерин у своих любимых учеников. Находчивость, решительность, чего греха таить, некоторое пренебрежение к школьным правилам. — Тут усы директора вновь задрожали. — И, наконец, редчайший дар — змеиный язык. Однако же Шляпа направила тебя в Гриффиндор. Знаешь почему? Подумай! — Потому, что просил не посылать меня в Слизерин… — сокрушённо произнёс Гарри. — Верно. — Дамблдор опять улыбнулся. — Именно в этом твоё отличие от Тома Реддла. Ведь человек — это не свойство характера, а сделанный им выбор. И если тебе нужны ещё доказательства, что ты не случайный гость в Гриффиндоре, прочитай-ка, что здесь написано. Дамблдор подошёл к столу МакГонагалл, взял испачканный кровью серебряный меч и протянул его Гарри. Тот перевернул его и прочитал выгравированное под рукояткой имя: Годрик Гриффиндор. — Знай, Гарри, вынуть меч из этой Шляпы может только истинный гриффиндорец. Минуту оба молчали. — Что тебе сейчас нужно, Гарри, — Дамблдор перешёл на обычный тон, — это еда и отдых. Ступай-ка ты к себе, вымойся — и за праздничный стол. А я сейчас напишу в Азкабан. Надо вызволять нашего лесничего. Заодно набросаю объявление в «Ежедневный пророк». — Выдвинув верхний ящик стола, Дамблдор достал пузырёк чернил, ножичком заточил перо и прибавил: — И ещё нам потребуется новый преподаватель Защиты от Тёмных искусств. Что-то они у нас не задерживаются… Гарри встал, пошёл к выходу и уже протянул руку, чтобы открыть дверь, как вдруг та распахнулась, да с такой яростью, что, ударившись, отскочила от стены. Гарри едва успел отойти в сторону, чтобы не быть задетым. На пороге стоял Люциус Малфой с перекошенным от бешенства лицом. Чуть позади съёжился весь обмотанный бинтами Добби. — Добрый вечер, Люциус, — дружелюбно приветствовал его Дамблдор. Едва не сбив Гарри с ног, Малфой-старший подскочил к столу. Добби юркнул за ним с подобострастным ужасом на лице и, согнувшись в три погибели, засеменил следом. — Так, значит, вы вернулись. — Холодные глаза Малфоя-старшего впились в Дамблдора. — Попечительский совет отстранил вас, но вы, как я вижу, пренебрегли мнением совета. Сочли для себя возможным вернуться в Хогвартс. Гарри, не горевший желанием слушать дальнейшую перепалку, выскользнул незамеченным из кабинета. Решив, что ничего больше не произойдёт, Лилиан вернулась к происходящему перед её собственными глазами. И весьма вовремя — они как раз заходили в кабинет к Северусу. Наложив за вошедшими заклинание против подслушивания и заперев кабинет, преподаватель зельеварения одарил двух своих студентов грозным взглядом: — Кто из вас мне честно расскажет, как они могли вляпаться в такую ситуацию и что на самом деле там произошло? — скрестил руки на груди Северус. — Меня оставил после урока Локхарт, — начала издалека Лилиан. — Он привёл меня в личные комнаты, наложил какое-то заклинание и велел садиться в кресло. Я сопротивлялась, но не смогла сразу сбросить внушение. Из его комнаты не выходила, потому что боялась, что там что-то защитное и неожиданное стоит. Связаться с Ровером пыталась, но не удалось. Потом Локхарт стал меня расспрашивать про предыдущий год и этот, одновременно что-то делая с пергаментом. После объявления МакГонагалл он дополнительно ещё и вещи стал собирать. А потом меня нашла Тулип. Локхарт, угрожая моей жизни, приказал показать вход в Тайную комнату. Ну, я и показала. Там потом оказались Гарри с Драко. Локхарт заставил открыть вход и, похоже, собирался отправить всех нас на съедение василиску. Лилиан немного выдохлась и остановилась перевести дыхание. — Дай угадаю, — фыркнул Северус. — Ты помогла нашему профессору попасть в подземный проход. Супруги Снайд организовали с ним дуэль, при этом упустив из виду детей. А вы тем временем разыскали Уизли и вытащили её. — На самом деле, был ещё и обвал. Гарри с Лилиан быстрее нашли Уизлету. Я в той комнате оказался уже почти в конце, — вставил своё слово Драко. — Смотрел, чтобы с Лилиан было всё в порядке. Ну и передал Поттеру эту тетрадь, когда надо было. После того, как Поттер уничтожил тетрадь, Тёмный лорд исчез. А до этого разгребал завал, который устроил наш профессор ЗОТИ. — А что в это время делала Лилиан, пока ты таскал камни? — с подозрением уточнил Северус. — Та девочка, Джинни Уизли, когда мы с Гарри зашли в комнату, почти умерла, — потупила взгляд Лилиан. — Я стала над ней произносить заклинание Ловушки, чтобы забрать обратно ту жизненную силу, что пытался вытянуть из неё призрак Тёмного лорда через чёрную тетрадку. В той тетрадке, как он сам говорил, было заключено воспоминание о нём самом, и он хотел жить. Если бы я этого не сделала, сейчас по школе гулял бы этот самый Тёмный лорд в шестнадцатилетней версии, причём спятившей. — Ох, Лилиан, — потёр переносицу Северус. — Ты же понимаешь, что всё могло закончиться гораздо хуже? — Понимаю, пап, — кивнула Лилиан. — Ты сердишься на меня? — Да, — взмахнул руками Северус. — Как я могу не сердиться?! Ты могла погибнуть! — Крёстный, — подал голос Драко. — Пожалуйста, не говори отцу о том, что произошло. — Уж постараюсь, — усмехнулся Северус. — Но тебе следовало отговорить Лилиан от такого поступка... — Пап, не надо его ругать! — возмутилась Лилиан. — Он не мог знать, чем окончится приказ преподавателя! — Ну ладно, — поджав губы, кивнул Северус. — По одному подходим ко мне. Надо проверить, всё ли с вами в порядке после этого… события. Ужин подождёт. Первым подошёл Драко. Северус наложил диагностическое заклинание и стал всматриваться в хаотическое переплетение графиков и схем. Проводя рукой и убирая заклинание, он внимательно оглядел Драко и вручил ему голубоватое и красное зелья. — Зелье восстановления и укрепляющее, — определил Драко и выпил оба фиала. — Верно, — кивнул Северус. В дверь постучались. Нахмурившись, Северус открыл её. На пороге стоял Гарри Поттер, поддерживаемый Мерулой. — Простите, что отвлекаю, профессор Снейп, но вы не могли бы дать заживляющую мазь? В медпункте творится дурдом, Гарри оттуда выгнали. Гриффиндорец едва стоял, пошатываясь. — Мистер Поттер, только закройте за собой дверь, — поморщившись, кивнул Северус. Гарри зашёл и почти без сил рухнул в кресло. В соседнее также рухнула Мерула, прикрывая глаза. На подлокотник её кресла уселась Тулип и принялась массировать ей голову. Лилиан вздохнула и подошла к отчиму. Северус повторил заклинание диагностики. Она наблюдала, как зельевар становится всё мрачнее и мрачнее. — Зачем ты приняла часть крови василиска на себя, ещё и ускорила процесс интеграции? — наконец спросил Северус. — Иначе бы он умер, — просто ответила Лилиан. — Две недели тебе точно надо будет отдохнуть, — нахмурился Северус. — Слишком сильные перепады использования сил нежелательны, тем более волшебникам вашего возраста. И возьми зелья укрепления и восстановления. Правда, я не уверен, что теперь они тебе помогут... — Почему? — заволновался Драко. — Потому что теперь в крови Лилиан всегда будет ядовитая кровь василиска. Уже началось соединение всей этой неразберихи с твоей кровью, Лилиан, прервать процесс не удастся. Я так понимаю, после твоего ритуала, такая же гремучая кровь у Поттера… Просто чудо, что никто из вас не умер. — Прости, что работы стало больше из-за нас, — опустила глаза Лилиан. — Лилс, ты… что… умереть могла? — неверяще посмотрел на неё Гарри. — Зачем разделила яд? Лилиан со злостью кинула взгляд на гриффиндорца. Тот сразу же замолчал. — Поттер, подойдите, — вздохнул Северус. — Вас же не успели проверить в медпункте, как я понял. Гарри, шатаясь, подошёл к преподавателю. Мужчина вновь заставил появиться цветастые диаграммы. — Гриффиндорство заразительно, — застонал Драко. — Профессор Снейп, от этой болезни есть противоядие? — Нет, — безапелляционно заявил преподаватель. — Надеюсь, у меня от него иммунитет, — покачал головой Драко. — Главное, вы все живы, — ответил Северус, выпивая ударную дозу умиротворяющего бальзама и протягивая Гарри два фиала и небольшую баночку мази. — Поттер, возьмите эти зелья. Они помогут продержаться чуть дольше на застолье. У вас всё не так плохо с магическим истощением. Хотя тоже следовало бы другое зелье сварить на вас. А теперь идите переоденьтесь. Директор организовал торжественный ужин в честь приготовления зелья из мандрагоры. — Это же ты зелье сделал? — уточнила Лилиан. — Да, — устало сел в своё кресло Северус. — Мадам Помфри доверила мне эту обязанность. — Почему все решили, что именно василиск убил Миртл? — вдруг спросил Гарри. — У него глаза были по разные стороны морды, и одновременно их не увидеть. А Миртл сказала, что видела два глаза. — Может, это была Мосаг? — предположила Лилиан. — Арагог же не рассказывал, когда у него появилась жена. А у всех пауков, которых мы видели, первыми заметны именно два огромных жёлтых глаза. Да и как можно было не заметить огромную змею, ползающую по школе? Трубы? Так выход из этих труб должен быть настолько же огромен, чтобы змея пролезла. — Тогда как же у нас появились все эти потерпевшие? — потёр переносицу Драко. — Джинни Уизли сама и заколдовывала их, — пожала плечами Лилиан. — Заклинание не такое уж и энергозатратное. — Это всё дурно пахнет, — поморщился Гарри. — Ладно, я пойду. До встречи. — Простите, профессор, но мы хотели бы немного поговорить о случившемся. Некоторые факты вызывают беспокойство, — проговорила Мерула. — Сначала диагностика, — проворчал Северус. — У нас лишь истощение и несколько царапин, — улыбнулась Тулип. — Не волнуйтесь, с этим мы могли немного потерпеть. Студенты решили не дожидаться, пока их начнут посылать подальше от важных разговоров, и сами направились к выходу. Гарри, наскоро влив в себя зелья, вышел первым и потащился к себе в башню. Драко и Лилиан отправились в гостиную. Она оказалась почти пустой — многие уже отправились в Большой зал. Но на ближайшем диване спиной к выходу расположилась Панси. — Что-то канализацией запахло, — громко завозмущалась Панси. — Спасибо, Панси, за комментарий, — прошёл мимо Драко. — Прости, я не хотела, — тут же изменилась в голосе подскочившая Панси. — Я не то имела в виду... Лилиан, постаравшись быть незаметной, быстро прошмыгнула в коридор крыла девочек. Она всё ещё чувствовала себя жутко уставшей. Лучше бы она сейчас просто легла и уснула. Вот только надо было сначала предупредить Драко... А то он вечно за неё переживает. Быстро освежившись под душем, Лилиан накинула на свою чёрную пижаму школьную мантию и вышла в гостиную. Кольцо тянуло именно туда, оповещая, что Драко уже собрался. — Лилс, а ты чего в таком похоронном наряде? — удивился Драко. — Никогда раньше не видел у тебя этой чёрной рубашки. — Я думаю, что лучше мне остаться, — покачала головой Лилиан. — И это не рубашка, а пижама. — Нет, ты пойдёшь, — взял за руку подругу Драко и потащил её к выходу. — Ты потратила слишком много сил. Тебе сначала надо поесть, а потом уже пойдёшь спать. — Если только так... — нехотя признала правоту друга Лилиан. — Только дай мне переодеться в форму. А то в пижаме... — Тебе будет удобнее, — отрезал Драко. — Никто не заметит. Все будут заняты вернувшимися после оцепенения. — Поверю, — зевнула Лилиан. Как оказалось, зря переживала Лилиан по поводу своего внешнего вида: половина школы была в пижамах. — Лилс, красивая рубашка, — заметил зевающий Блейз, когда она села за свой стол. — А ты говорил, никто не заметит, — бросила Лилиан. — Эй, я также сказал, — устало засмеялся Драко. Лилиан принялась за еду. Стоило отметить, что этот поздний ужин мог сравниться с пиршеством в начале года. Столы были заставлены всевозможными торжественными блюдами, тарелки учеников едва помещались на столах. Десерты соседствовали с первыми блюдами и гарнирами. Наверное, в расчёте на то, что кто-то не захочет задерживаться. Пока все сидели за столами, объявили выигравший факультет. Конечно же, это оказался Гриффиндор, ведь директор только что им подарил очки. МакГонагалл мимоходом заметила, что все экзамены были отменены. Школа разразилась торжественными воплями. А после объявления о заболевании Локхарта ликовала. — Лилс, тебя шатает, — заметил обеспокоенный Драко. — Я же тебе говорила, что устала, — тихо ответила Лилиан, доедая последний кусок отбивной со своей тарелки. — С каких это пор люди, отдыхающие после уроков, стали настолько уставшими? — поинтересовался Блейз. — И когда ты стал таким внимательным, Драко? — Когда надо, — отрезал Драко, встав из-за стола. Драко нашёл старосту факультета в толчее, переговорил с ней и быстро вернулся к Лилиан. — Ещё и заботливый, — прокомментировал поведение друга Блейз. — Лилс, пошли. Я предупредил, что мы пойдём в спальни, — не обращая внимания на Блейза, Драко поддержал подругу под локоть и помог подняться. Они прошли вдоль стены, стараясь не мешать отмечающим отмену экзаменов. В дверях они чуть не налетели на лесничего, который резко их распахнул. Обойдя радостного Хагрида, они продолжили путь в подземелье. — Теперь я начинаю понимать, почему ты не любишь толпу, — хмыкнул Драко, когда шум пира стих в отдалении. — В тишине спокойнее, — слабо улыбнулась Лилиан. Внимательно посмотрев на подругу, Драко вдруг воскликнул: — Лилс, эй, держись, немного осталось! — Ты о чём? — не поняла девочка. Но в этот момент мир перед её глазами пошатнулся и она чуть не упала на ровном месте. Драко успел подхватить её, крепко взяв за плечи. — Вот об этом. Я уже насмотрелся в прошлом году, как ты пыталась себя истощить. — И ничего я не пыталась. Само всё выходило, — надула губы Лилиан, но пошла рядом с Драко. Наконец, они зашли в гостиную. Такую пустую в праздничный час. — Спасибо, что помог, — начала было Лилиан. — Я тебя проведу до спальни, — покачал головой Драко. — Сейчас никого в спальнях нет, — возразила Лилиан. — Никто не будет набрасываться на меня. — Ты едва держишься на ногах, — повёл Драко её в сторону спальни. — Можешь упасть на ровном месте. Не в силах больше возражать, Лилиан просто замолчала и покорно последовала за Драко. Когда они наконец вошли, он даже помог Лилиан стянуть с себя мантию, в которой та запуталась. Наконец, она поддалась. Драко обнял подругу. Слишком крепко. Лилиан даже почувствовала его сердцебиение. — Надеюсь, хоть во сне с тобой ничего не случится, — шёпотом проговорил он на ухо Лилиан. — Постараюсь ничего не заколдовать, — пообещала та. Драко проследил, пока она не уснула. А затем вышел из спальни, тихо затворив за собой дверь.