Глава 34. Внеочередное испытание
19 февраля 2023 г., 01:01
Администрация школы, обуреваемая желанием поразить гостей из Шармбатона и Дурмстранга, проявила небывалую изобретательность. Замок никогда ещё не выглядел так аляписто. Нетающие сосульки свисали с перил мраморной лестницы, традиционные двенадцать ёлок Большого зала увешаны светящимися желудями, ухающими совами из чистого золота и другими волшебными игрушками. Рыцарские доспехи пели рождественские гимны. А Пустой Шлем радостно призывал: «О, чистые души, стекайтесь во храм…» К сожалению, он помнил только половину этого гимна. Филч раз десять извлекал из доспехов Пивза, откуда тот между гимнами распевал песни собственного сочинения и весьма грубого содержания.
С момента объявления бала Гарри тренировался вместе с Драко, Роуз и Полумной в танцах чаще, чем прежде. Все классические танцы они прогнали уже несколько раз, и получили оценку от Драко “сойдёт, но только если вдруг погаснут все свечи в зале”.
После изматывающих тренировок близнецы отправлялись к себе в Гостиную, где могли либо читать развлекательную литературу, либо доделывать задания от преподавателей.
— Роуз, может, я пойду с тобой на бал в качестве кавалера? — однажды предложил Уизли, когда все четверокурсники уже собрались в Гостиной.
— У меня уже есть, — отозвалась девушка, не отрываясь от свитков с нумерологией.
— И когда только успела? — вздохнул Рон.
— Сам в шоке, — отозвался Гарри, откидываясь на спинку кресла. Перед глазами у него стояли формулы зельеварения.
— Кто это? — тут же заинтересовалась Гермиона.
— Сначала твой, — отмахнулась Роуз.
Гермиона обиженно фыркнула. Она никому не раскрывала личность пригласившего её парня. Или скрывала, что идёт одна, никто точно не знал.
— Гарри, — решительно заявил Рон в пятницу утром, — я должен совершить этот подвиг. Даю слово, к вечеру точка должна быть поставлена.
— Угу, — кивнул Гарри. — Будет.
На контрольной у профессора Снейпа Рон нервничал и забыл добавить главную составную часть в зелье. Роуз, Драко, Гарри и Гермиона закончили одними из первых и отправились на обед. Рон же пришёл последним, лицо у него было пепельно-серое. Рон сел рядом с Джинни, и та стала говорить с ним тихим ласковым голосом. Как оказалось, переживал он не из-за зелий. Его попытка пригласить кого-то из Шармбатона оказалась провальной.
На рождественские каникулы четверокурсникам задали очень много уроков. В гостиной Гриффиндора было почти так же людно, как в учебные дни. Поэтому Роуз и Гарри практически не выходили из комнаты девушки, чтобы не столкнуться с такой толпой. К этому моменту птенцы уже перестали вести себя так, будто их пленили, и часто забирались на двуногих, чтобы они почесали им пузико, как они и любили. Ровер благосклонно наблюдал за этим сквозь едва прикрытые глаза. Цербер же, немного ревниво, тыкался в Гарри носом, и тоже получал свою порцию ласки. А пока в комнате никого не было, птенцы игрались с миниатюрными дракончиками, что были вручены близнецам как памятный подарок.
Канареечные помадки Фреда и Джорджа пользовались большим успехом, и первые дни каникул кто-нибудь то и дело обрастал жёлтыми перьями. Но очень скоро гриффиндорцы распознали подвох и стали с опаской принимать предложенное угощение: вдруг внутри окажется канареечная помадка? Джордж с Фредом по секрету рассказали Гарри, что готовят ещё кое-что почище, и Гарри дал зарок ничего съедобного из рук близнецов не брать. А Роуз лишь кривилась на их изобретения — если такое съест первокурсник или маглорождённый, то проблем с обратным превращением будет очень много. Да и никто не отменял индивидуальную непереносимость ингредиентов.
Снег всё падал, и скоро всё покрылось толстым белым одеялом. Голубая карета Шармбатона напоминала огромную обледенелую тыкву; домик Хагрида смахивал на имбирный пряник; иллюминаторы дурмстрангского корабля заиндевели, а с мачт и снастей свисали тяжёлые витые сосульки. Обеденные столы ломились от изысканного жаркого и разнообразных десертов. Все радовались жизни, только Флёр всё время на что-нибудь жаловалась.
— Эта ваша еда слишком тьяжолая. Моя красивая мантия будет мне маленький! — недовольно воскликнула она как-то вечером в Большом зале. Роуз, Гарри, Рон и Гермиона как раз выходили оттуда. Рон, пригнувшись, прятался за спиной Гарри, чтобы Флёр его не заметила.
— Бедняжка! Какой ужас! — с иронией посочувствовала Гермиона. Но Флёр уже вышла в холл и не слышала её слов. — И чего себе воображает!
— Гермиона, а с кем ты идёшь на бал? — Рон прямо-таки сгорал от любопытства и уже не раз задавал этот вопрос — вдруг Гермиона проговорится.
— Смотрите, Сычик прилетел! — перевела она тему. Сова Рона сидела на верху перил, украшенных сосульками, и громко без умолку верещала, к её лапке был привязан свёрнутый в трубку кусок пергамента.
— Глядите, какая малютка! Просто прелесть! — умилялись случившиеся рядом девочки.
— Глупый комок перьев! — прошипел Рон. Взбежав по ступенькам, он схватил Сычика в кулак. Голова Сычика торчала из кулака Рона, и совёнок даже защебетал от счастья. — Нечего тут прохлаждаться у всех на виду!
— И чего это ему вздумалось? — удивлённо посматривал на птицу Гарри.
Рон, открывший свёрток, предупредил, что письмо от Сириуса. Гарри на миг скривился. Но пришлось сделать заинтересованный вид. Поттера последнее время стали донимать расспросами о “неподобающей” реакции. Все четверо поспешили к себе в башню, чтобы прочитать письмо. Да и Гарри с Роуз не хотелось в очередной раз выслушивать лекции о морали от шатенки.
В гостиной все развлекались кто во что горазд, не обращая на других внимания. Роуз, Гарри и Рон с Гермионой прошли в комнату на одного студента, уселись где смогли, и Гарри стал читать вслух:
— «Здравствуйте, Гарри и Роуз! Поздравляю, вы отлично справились с хвосторогой и гебридским. Тот, кто опустил ваши имена в Кубок, сейчас очень разочарован. Я хотел предложить заклинание Коньюнктивитус: самое слабое место дракона — глаза…»
— Именно этим воспользовался Крам, — прошептала Гермиона.
— «А вы придумали лучше. Молодцы! Но успокаиваться рано. Позади только первое испытание; у того, кто вовлёк вас в состязание, будет ещё возможность подставить вас под удар. Глядите в оба, особенно сейчас. Будьте предельно осторожны, чтобы, не ровён час, не попасть в беду. Пишите, если столкнётесь с чем-то необычным. Всё время держите меня в курсе дела. Сириус». Совсем как Грюм, — прокомментировал Гарри. — «Гляди в оба!» А я что, хожу зажмурившись, натыкаюсь на стены?
— Он прав, Гарри, — возразила Гермиона. — У тебя впереди два испытания. Давно пора взяться за загадку яйца…
— Да у него ещё куча времени! Давай, Гарри, сыграем в шахматы, — предложил Рон.
— Сыграем, — согласился Гарри и поймал взгляд Гермионы. — Надо подумать лучше, прежде чем опять открывать. Даже не расслышу, что там в яйце.
— Пожалуй, ты прав. — Гермиона вздохнула и направилась вслед за парнями в гостиную.
* * *
Рождественским утром Роуз проснулась рано. Она обнаружила у своей кровати несколько разноцветных свёртков. Гермиона подарила Роуз книгу «Команды по квиддичу Великобритании и Ирландии»; Рон — пакет с карамельными тянучками; Сириус — складной перочинный ножик с отмычками для всех замков и шилом, которое мгновенно распутывает все узлы; Хагрид — огромную коробку кексов, которые тут же стали долбить своими клювиками птенцы. Миссис Уизли, конечно, прислала очередной свитер, в этот раз алого цвета. Подарком от Северуса был том «Продвинутые заклинания в защите от Тёмных искусств». Среди всего многообразия крупных посылок чуть не затерялся подарок Драко — небольшая бархатная тёмно-зелёная коробочка, где лежал серебряный кулон, украшенный драгоценными камнями в виде свернувшегося дракона. В приподнятом настроении, Роуз вышла из своей комнаты. В гостиной она встретила Гарри с Роном и Гермионой, и все вместе они отправились на поздний завтрак, больше похожий на обед. Столы так и ломились от жареных индеек, пудингов и разноцветного волшебного печенья. Джинни, заметившая Гарри, демонстративно отвернулась и прошла мимо. — Чего это с ней? — поднял брови Поттер. — Она думала, что раз уж ты свободен, то пригласишь её. Сегодня ведь последний день… А у тебя до сих пор пары нет. Гарри, это безответственно! — просветила Гермиона. Рон, в этот момент отхлебнувший чай, поперхнулся и стал откашливаться. Гермиона недоверчиво посмотрела на Уизли. — Гермиона, он ещё в первый день пригласил Полумну, — наконец прочистив горло, сказал Рон. — Но все считают, что это была шутка, — задумалась Гермиона. Гарри фыркнул, и решил последовать примеру сестры. Подкрепиться перед ожиданием бала. После столь сытного застолья Роуз с Гарри отправились на небольшую прогулку. Ровер радостно прыгал в снег, оставляя после себя огромные траншеи. К нему присоединился уже порядком выросший Цербер, создававший целые фонтаны снега. Пушистый снег лежал ровным покрывалом, только к кораблю Дурмстранга и карете Шармбатона протоптаны дорожки. Конечно, если не считать вырытых фамильярами лазов. Неподалёку от озера был слышен смех — там устроили снежную баталию гриффиндорцы. Усмехнувшись, Роуз и Гарри пошли в замок после короткой прогулки. Девушка ушла в свою комнату, оставив брата в гостиной факультета. Повсюду то и дело носились наряженные студентки, прося помощи друг у друга с чем-то сложным. Роуз проскочила творящийся хаос и глянула на время. Ещё оставалось довольно много, и брюнетка решила доделать то, что начинала летом. Достав из чемодана уже готовую сумочку, она расшила её рунами, заклинанием расширила пространство внутри него и решила заняться перекладыванием вещей позже. К семи часам стемнело, и все вернулись в замок. Для Роуз, зачитавшейся очередной книгой это стало чем-то вроде будильника. Девушка принялась доставать свою мантию, но её прервал внезапно вбежавший Ровер с огромным свёртком. В свёртке лежали всевозможные сладости в просто гигантских количествах, мантия и платье бордового цвета, а внутри записка: [Мы думаем, что эта парадная мантия тебе будет больше к лицу. С любовью, бабушка, Аврора и Юджин] Кинув на кровать свою чёрную мантию, Роуз решила сначала облачиться в подарок от родственников. Платье, как и мантия, были по крою очень похожи на те, что купила сама девушка. Простое, без украшений, дополнительных слоёв ткани или модного пошива. Но в некоторых местах швы располагались на пару миллиметров либо свободнее, либо уже. Наряд сел так идеально, как будто был сшит именно на неё. Роуз, стоя перед зеркалом, придирчиво рассматривала себя. Свободно падающие немного завитые волосы, уже отросшие до поясницы, почти незаметный макияж, и она уже готова. Вырез треугольником позволял рассмотреть подарок Драко, открывая его взорам любого желающего. Были заметны и шрамы. Знаменитый шрам в виде молнии украшал Роуз чуть ниже правой ключицы. Слева, пересекая наискосок вниз грудь, тянулись шрамы от гиппогрифа. В дверь постучались. Роуз открыла. На пороге стояли Гарри и Рон. И если у Гарри был обычный магловский костюм под мантией, отличающиеся от школьной формы только бордовым цветом, в тон её платью, то у Рона был бархатный фиолетовый костюм с такой же бархатной мантией. По манжетам и воротнику Рона торчали нитки. — Вау, — разинул рот Рон. — Круто выглядишь. — Рон, на тебе слишком уж… классический наряд. Можно подправлю? — поморщилась Роуз. — А ты можешь? — с надеждой в голосе воскликнул Рон. Вместо ответа Роуз провела сверху вниз палочкой, как будто стирая картинку. И на Роне в тот же миг очутилась мантия и костюм точь-в-точь как на Гарри, только оранжевого цвета. — Спасибо тебе, — отряхнул мантию Рон. — А откуда у тебя второй шрам? Дракон же тебя не задел. — Это старый, — отмахнулась Роуз. Гарри подставил локоть, и Роуз за него ухватилась. Все вместе они спустились в гостиную. — Понять не могу кто это заполучил самых красивых девчонок в классе! — воскликнул Дин, увидев Роуз и Гарри с Роном. — Животный магнетизм, — пробурчал Рон. Гриффиндорская гостиная уже наполнялась участниками бала. На всех вместо обычных чёрных мантий — цветные. На лестнице стояла Парвати в ярко-малиновой мантии, которая очень ей шла, чёрные волосы заплетены в перевитые золотыми лентами косы, на запястьях золотые браслеты. Рон, увидев её, неуверенно произнёс: — Ты… э-э… здорово выглядишь. — Спасибо, — поблагодарила Парвати. — Лаванда сейчас спустится. Подойдя к Симусу, Парвати вышла из гостиной. И вскоре спустилась Лаванда в ярко-жёлтой мантии, гармонично сочетавшейся с костюмом её партнёра по танцам. Рон, просияв, подал руку Лаванде и пошёл вместе с ней к выходу. — А где Гермиона? — решила уточнить Роуз. — Она полчаса назад ушла, наверняка уже ждёт своего кавалера в холле, — пожала плечами Лаванда. — Интересно, с кем она идёт? Ни разу не сказала. Роуз, а кто твой кавалер? — Скоро всё равно увидишь, — пожала плечами Роуз, не спеша направляясь вместе со всеми к Большому залу. — Вот именно, скоро увижу, — важно кивнула Лаванда. — Так в чём проблема сообщить об этом на пять минут раньше? — Ни в чём, — весело согласилась Роуз. — Но тогда сюрприза не получится. Кстати, как ты думаешь, какие предметы лучше всего выбрать из дополнительных? — Я хожу на прорицание и уход за магическими существами, — ответила Лаванда. — Это самые лёгкие предметы. — Спасибо за совет, — улыбнулась Роуз. — Так ты в следующем году будешь учиться с нами? — уточнил Рон. — Но она не перейдёт на прорицания, — закатил глаза Гарри. — Почему? — заинтересовался Рон, глядя на стремительно краснеющую девушку. — Стесняется, — хмыкнула Лаванда. — Ты же помнишь, что предсказывала в прошлом году Трелони для Гарри? Наверняка и её не обойдёт стороной. Друзья рассмеялись. Все прекрасно помнили, что Поттеру на этих занятиях постоянно предрекали смерть, да и оценки повыше могли заработать, выдумав похожее заключение. Именно это и принялись обсуждать. В болтовне они дошли до холла. В холле яблоку было негде упасть. Многие всё ещё искали в толпе своего кавалера или даму с других факультетов. А время начала бала стремительно приближалось. Заметив Делакур, Рон шагнул за спину Гарри и пригнулся. Оказалось, именно её пытался пригласить рыжик, но не вышло. Флёр, не замечая остальных студентов, шла в сопровождении капитана команды рэйвенкловцев. На ней была мантия из серебристо-серого атласа. Подождав, пока эта пара пройдёт, Рон вынырнул из-за спины друга и встал на цыпочки. — Да где же Гермиона? — опять спросил он. Из подземной гостиной по лестнице поднялись слизеринцы. Впереди вышагивал Блейз в тёмно-синей атласной мантии, ведя под руку Панси в нежно-розовой мантии. Крэбб и Гойл были оба в зелёном и походили на валуны-стражники. — Привет, — подошёл ближе к друзьям Драко. — У меня, оказывается, сносная пара. — А ты думал, что полукровки поголовно уродливые? — хмыкнула Роуз. Рон в шоке переводил взгляд с блондина на брюнетку. Гарри уже убежал в поисках Полумны, оставив Уизли разбираться самостоятельно со своими эмоциями. — Надеюсь, не пожалею потом о твоей компании, — скрестил руки на груди Драко. Его молочного цвета костюм матово отражал свет от факелов. — А ты вообще умеешь переставлять ноги в такт? — фыркнула девушка, отражая позу блондина. — Не смей сомневаться в Малфоях, — опасно сузил глаза Драко. — Ты будешь не опаснее гебридского, — оглядела парня с головы до ног Роуз, как будто прикидывая, какие заклинания подойдут в этом случае. — Подумаешь, одна ошибка влечёт летальные последствия. — Начнём? — хищно улыбнулся Драко, протягивая девушке цветок. Такого же молочного цвета, как его костюм. Брюнетка приняла подарок, прикрепляя розу в волосах над ухом. — Вот это страсти, — выдохнула Лаванда. — Малфой, поговаривают, что ты в прошлом году заключил помолвку со Смит. Кого теперь держишь на примете? Паркинсон? Вы в этом году практически не разлучаетесь. — Ты думаешь, что человека можно заменить? — вопросительно выгнул бровь Драко. — Нет, конечно, — отмахнулась блондинка, ничуть не смутившись холодного тона. — Не существует двух идентичных людей. Даже близнецы Уизли и Роуз с Гарри отличаются друг от друга. И это будет тебя раздражать сильнее всего. — Глубокие мысли, — наклонил голову Малфой. — А ты, недоразумение, пошли. — Сам-то не опозоришься, якшаясь с гриффиндорцем? — ядовито хмыкнула Роуз. — Два дикобраза, — покачала головой Лаванда, когда эта пара отошла к другим Чемпионам. — Наверное, хороший танец покажут. — Они же через слово ругаются! — воскликнул Рон. — Чтобы так ругаться, как сейчас они, надо хорошо друг друга знать, — заметила Браун, заставляя своего кавалера задуматься. Дубовые входные двери тяжело отворились, и в холл вошли гости из Дурмстранга во главе с Каркаровым. Сразу за ним шёл Крам с Гермионой в синей мантии. Шатенка явно хорошо поколдовала над собой и выглядела привлекательно. Вот только странно, что она не ухаживала за собой в обычные дни. В раскрытые двери Роуз успела заметить сад, полный розовых кустов, среди которых высились каменные скульптуры Санта Клауса и северного оленя. Над кустами и скульптурами порхали разноцветные светляки. — Участники Турнира, пожалуйста, пройдите сюда, — прозвучал голос МакГонагалл. Драко, вскинув подбородок, подал ладонь Роуз. Девушка взяла его руку, но ближе не подошла. Между ними так и осталось сорок сантиметров расстояния. За ними встали Гарри с Полумной. Рэйвенкловка надела серебристое лёгкое платье, напоминая звёздочку. Флёр Делакур с Роджером Дэвисом встали первыми у самых дверей. Дэвис не верил своему счастью и не отрывал зачарованного взгляда от красавицы Флёр. Подошли Седрик с Чанг, следом — Крам с Грэйнджер. Гермиона пыталась прожечь взглядом Роуз за выбор партнёра, но не получалось. Впрочем, эта парочка метала искры друг в друга и не переставая ругалась, и Грэйнджер довольно улыбнулась. Двери в Большой зал наконец распахнулись, и толпа хлынула внутрь. Поклонницы Крама, проходя мимо, казалось, готовы были убить Грэйнджер. Парни с завистью смотрели на Драко — они ведь тоже хотели пойти на бал со знаменитостью. Гриффиндорцы лишь разевали рот — подумать только, студент их факультета идёт под руку со змеёй! Конечно, злобно друг на друга смотрят и тихо переругиваются, что уж отнекиваться, но точно к драке дело не шло. Большой зал преобразился. Вдоль стен стояли фуршетные столики с закусками и напитками. Близнецы Уизли явно присматривались к длине скатерти. Что-то хотели скрыть или протащить? Преподаватели и судьи расположились прямо перед сценой. Но вместо Крауча рядом с Бэгменом, важно сияя, стоял Перси Уизли. Рядом с профессором Снейпом, о чём-то с ним переговариваясь, расположился Лорд Малфой. Эти два Лорда, Сиятельный и Мрачный, выделялись среди пестроты преподавателей и учеников. Чёрные мантии, белые сорочки и тёмно-синие костюмы-тройки выдавали их серьёзность, в отличие от цветастых мантий остальных взрослых. Ученики разошлись вдоль стен, предоставляя довольно большое пространство для манёвров Чемпионов с их парами. Они вошли в зал, как только Дамблдор сделал приглашающий жест. На сцену в тот же момент выскочили “Ведуньи”, стали разбирать инструменты и устраиваться на своих местах на сцене. Они были одеты в чёрные мантии, чёрные брюки и футболки, и всё это было рваным. Четыре пары Чемпионов остановились в центре зала, на расстоянии в четыре шага друг от друга. В центре этого квадрата разместилась довольная Флёр. Роуз нервно повела плечом, ощущая множество взглядов на себе. — Наверняка друг друга подставят, да ещё и при всех, — хихикал кто-то с Гриффиндора. — Львы со змеями никогда не смогут ужиться. А её брат не лучше. С полоумной связался! — Роуз, дыши глубже, — едва слышно проговорил Драко, заметив волнение девушки. — Или тебе так важно, что они о тебе болтают? — Они боятся, и поэтому пытаются быть больше, раздувая своё эго и унижая других, — зыркнула на партнёра девушка. — Меня больше волнует твой отец. — Будь собой. Этого достаточно, — подбадривающе улыбнулся блондин. Наконец заиграли первые ноты. Все пары стали танцевать вразнобой. Кто-то за такт делал множество движений, кто-то слишком растягивал одну фигуру… На этом фоне не все заметили, что Драко с Гарри ведут своих партнёрш ровно так, как требовал рисунок мелодии. Но те, кто поняли, стали больше обращать внимания в их сторону. Постепенно их разные танцы стали одинаковыми, движения синхронными и более смелыми. Роуз всё время танца смотрела в сторону с недовольным выражением на лице, доверившись своему партнёру и тренированному телу. Через пять минут мелодия закончилась. Грянули аплодисменты. Дамблдор, возглавлявший судейский строй, озарил всех сияющей улыбкой. Каркаров смотрел на Крама с явным неодобрением. Бэгмен в пурпурной мантии, расшитой золотыми звёздами, громко аплодировал вместе со всеми. Мадам Максим в свободной мантии из лёгкого светло-лилового шёлка, тоже вежливо хлопала. Перси Уизли в тёмно-синей, с иголочки, мантии, довольно сверкал глазами. — Браво, Чемпионы! — обратил на себя внимание Дамблдор. — Все вы доказали, что можете быть смелыми перед лицом опасности и грациозны на мероприятиях. Прошу наших выдающихся ребят повторить свой подвиг. Все желающие могут присоединяться! “Ведуньи” заиграли следующую мелодию. Драко вновь повёл в танце. Роуз заметила, что к ним присоединяются и зрители, разобравшись на пары. Каким-то образом она оказалась недалеко от брата и Полумны. Рядом с ними танцевали Невилл с Джинни, которая всё время морщилась. Дамблдор вальсировал с мадам Максим. Она была чуть выше него, впрочем, для дамы её роста и полноты, мадам Максим танцевала вполне грациозно. Грозный Глаз неуклюже топтался в тустепе с профессором Синистрой, которая явно опасалась его деревянной ноги. Услыхав последнюю дрожащую ноту, выведенную волынкой, Гарри облегчённо вздохнул. Роуз и Драко вновь поклонились друг другу. — Пойдём посидим? — предложил Гарри. "Ведуньи" заиграли новый танец, весёлый и быстрый. — Гарри! — подбежала Гермиона, за руку тащившая Виктора как на буксире. — Мы везде вас искали! Пойдём танцевать, это замечательная песня! — Я не люблю танцевать, — поморщился Гарри. — Пойдём посидим немного, Поттер, — едко усмехнулся Драко. — Нашим дамам нужно перевести дыхание. — Они могут и сами… — начала было Грэйнджер. — Гермивонна, они правы, — вдруг высказался Крам, чем удивил свою спутницу. — Кавалеры ответственны за своих дам. Гермиона только хлопала глазками. В сочетании с небесно-голубым платьем и аккуратной косой, она выглядела наивной девочкой, которой только что сказали, что куклы — это не единственная вещь, которой она будет заниматься в жизни. Гарри с Драко, подхватив своих дам под руки, поспешили ретироваться подальше от слишком деятельной гриффиндорки. Оккупировав чашу с лимонадом, четвёрка наконец смогла промочить горло и отдохнуть. — Милорды, всё же с вами интересно, — захихикала Луна. — Гермиона считает нас всех парнями и настаивает на равном отношении. — В некоторых случаях она права, — Драко выразительно глянул на Роуз. — На испытании с драконом столько вбухать магии не каждой под силу. У девушек её обычно меньше. — А по-другому не удалось бы заставить двигаться все эти камни, — покраснела Роуз. Они ещё немного постояли, перекусили закусками со стола. Услышав, что “Ведуньи” начинают играть свой традиционный репертуар, а Гермиона предприняла вторую попытку их вытащить в толпу, успешно отступили в сад. Парадные двери были распахнуты настежь. Друзья спустились по лестнице и очутились в небольшом лабиринте, полном цветущих розовых кустов, между ними бежали извилистые дорожки, мощённые цветной плиткой, над кустами высились каменные статуи. Где-то плескалась вода. Здесь и там на резных скамьях сидели ученики, отдыхая от танцев. Компания прошла, обходя всех студентов, в самую глубину сада. Нашла лавочку подальше ото всех и села отдохнуть. — Тебе понравились танцы? — решил поинтересоваться Драко у Роуз. — Ты же знаешь, я не люблю толпу, — поморщилась Роуз. — И всё же танец вышел великолепный, — приобнял Драко за плечи девушку. — Ты тоже неплохо справился, Поттер. — Так гонял — и неплохо?! — разозлился Гарри. Луна засмеялась. Блондинка откинулась на спинку, стала мотать ногами, немного не доставая до земли. — Да, именно неплохо, — не смутившись, кивнул блондин. — Я показал лишь основные связки и движения, и это только для традиционных танцев. А сколько национальных, обязательных для изучения, ты даже не представляешь. — Дракон, не останавливай обучение плавности, — мечтательно проговорила Луна. — Оно нам всем поможет. — Интересно, где нам понадобится эта вертлявость? — буркнул Гарри, сложив руки на груди. — Для тебя это незаметно из-за того, что уже немного натренировался в квиддиче на позиции ловца, — заметила Роуз. Вдруг они услышали знакомый голос. — Не вижу, Игорь, никаких причин для беспокойства. — Как ты можешь, Северус, закрывать глаза на происходящее? — с явной тревогой возразил Каркаров, понизив голос. — Тучи сгущаются все последние месяцы, и меня, не стану скрывать, это очень тревожит… — Тогда беги, — посоветовал Снейп. — Беги, я уж как-нибудь объясню твоё бегство. Что до меня, я остаюсь в Хогвартсе. Голоса слышались всё ближе, и скоро из-за поворота появились их обладатели. Снейп с какой-то поспешностью раздвигал кусты волшебной палочкой, оттуда с испуганными возгласами то и дело выскакивали тёмные фигурки, а Северус так и сыпал наказания. Мимо него прошмыгнула девочка. — Минус десять очков Хаффлпаффу, Фосетт, — проскрипел он. — Минус десять и Рэйвенкло, Стеббинс, — следом за девочкой из кустов выскочил мальчик. — Или вы думали, что правила не для вас? Роуз чуть не подпрыгнула, когда внезапно зажёгся Люмос на конце палочки Северуса прямо перед ней с Драко, Гарри и Полумной. — А вы что тут делаете? — Северус внимательно осмотрел мирно сидящих студентов. Каркаров, явно недовольный такой встречей, нервно схватил кончик козлиной бородки и стал накручивать её на палец. — Просто болтаем, — кратко ответил Драко. — Правилами не запрещено. — Ну и продолжайте разговаривать, — рыкнул раздражённый Северус и вихрем пронёсся мимо, только мелькнула за спиной, как надутая ветром, чёрная мантия. Каркаров не отставал. Ребята переглянулись, но решили не обсуждать увиденное. Северуса явно кто-то допёк, и он срывается на учениках. Конечно, не орёт на тему “почему вы тут дышите”, но более жёстко наказывает провинившихся. Луна и Роуз, запрокинув головы, рассматривали ночное небо. Гарри и Драко оглядывались и рассматривали окружающую обстановку. Вдруг прилетел огромный жук и сел прямо напротив их лавочки. Казалось, он внимательно наблюдал за студентами. Но, не найдя ничего интересного, полетел дальше. Мимо промелькнула чья-то тень. Гарри и Драко моментально вытащили палочки. — Эй, спокойно, это я, — поднял пустые руки Кассиус, выходя к лавочке. — Хотел только сказать, что все наши уже ушли с этого дурдома, прозванного балом. Мы организовали свой вечер. — Понял, — кивнул Драко, убирая палочку. Вслед за ним это же сделал Гарри. — Поттеры и Лавгуд тоже приглашены, — хмыкнул Уоррингтон. — Вроде вы адекватные… Но если начнёте выделываться, не обижайтесь, сразу выпроводим. — Хочу, — надула губки Роуз, хватая руку брата. А заодно сделала глазки оленёнка, чтобы наверняка. — Пойдём. — Э-э-э, — завис Гарольд. — Я не против учесть пожелание леди, — поднялся со скамейки Драко. — Поттер, вы с Лавгуд идёте? Роуз плавно встала и подошла к своему жениху, взяв под услужливо протянутую руку. Луна мгновенно подскочила ближе к паре. Гарольд, вздохнув, встал и подошёл к застывшей в ожидании его решения четвёрке. — Я почему-то так и думал, — усмехнулся Кассиус. Ребята вернулись в замок, спустились в подземелья. Гарри заплутал сразу же, а вот Роуз заметно оживилась. Луна, вторя настроению брюнетки, шла вприпрыжку. — Надеюсь, правила этикета на балу объяснять не требуется? — задал вдруг вопрос Кассиус. Из-за того, что целых три минуты шли в тишине, ребята вздрогнули. — Я им расскажу, если понадобится, — отмахнулся Драко. — Но, думаю, их уже натаскали. — Бабушка Вальбурга просто безжалостна в этом, — простонал Гарри. Остальные чуть слышно засмеялись. Кассиус остановился у резных деревянных дверей. За ними едва различимо разливалась музыка. После того, как створки открылись, звук стал ненамного громче. Это оказался Бальный зал Слизерина. Очертаниями он походил на Большой, но размерами был гораздо меньше. Так же, как и наверху, столики с закуской и напитками стояли вдоль стен. Старинный огромный граммофон, умостившийся в дальнем от входа углу, проигрывал пластинки с классической мягкой музыкой. С потолка свисали редкие цветочные гирлянды. Но они смотрелись не настолько аляписто, как в большом помещении на цокольном этаже, а вполне уместно. Под потолком плавали свечи, на стенах горели факелы в фигурных скобах. За их спинами закрылась дверь, будто отрезая от остального мира. — Заканчиваем через пару часов, до завершения основного торжества будет ещё много времени, так что при желании можете вернуться. Наш небольшой бал согласован с деканом. Никому не навязываться. И не устраивать дуэли прямо здесь, — протараторил Кассиус. — Принято, — кивнул Поттер. И Уоррингтон убежал к девушке, что ждала его у одного из столиков. — Пошли пока к столам, присядем, — предложил Гарри. — А я бы ещё один танец урвал, — глянул на свою спутницу Драко. — Пошли, — довольная кивнула Роуз. — После него присоединимся за столик. Драко потянул девушку к краю танцевальной площадки. Как раз закончился один танец и начался следующий. Брюнетка заинтересованно глянула на парня: он же практически весь вечер не выпускал её из рук, а тут танец со сменой партнёров. Блондин только улыбнулся и пожал плечами. Встав в круг, Роуз закружилась в плетении движений. Танец был простым, рассчитанным на тех, кто только познакомился с этой стороной развлечений для аристократов. Так что сделать полный круг и вернуться к Драко не составляло значительных усилий. Пара присоединилась к Гарри и Полумне даже не запыхавшаяся. А Гарри тем временем наблюдал за происходящим в комнате и понимал, что это действительно интересно, не создавало такого шума, что обычно присутствовал на всех мероприятиях, что он посетил. Ему было… уютно и тихо. Даже спокойно. — Знал бы, что я буду постоянно сталкиваться с шумихой, и что тут так спокойно, то пошёл бы на Слизерин, — выдохнул он, когда сестра села на соседний стул. — Приятна похвала от того, кто постоянно находится в центре шумного дурдома, — отсалютовал стаканом с соком Драко. — Тут и поговорить есть с кем, — заметила Роуз с грустным вздохом. — В гриффиндорской башне ограниченное количество тем. Квиддич, как ужасны слизеринцы, как жестоки преподаватели с кучей заданий и насколько они ненавидят профессора Снейпа. — И как вы только такое выдерживаете, — деланно вздохнул Драко. К их столику подскочил Блейз, невольно заставляя Гарри напрячься. Всё же это оказалось очень неожиданно, будто Забини практически материализовался из воздуха у их столика. Хотя Поттер знал, что трансгрессия с аппарацией блокированы в пределах школы, а сам парень довольно близко был знаком с Драко. Да и сам блондинчик не заволновался, а так и продолжал сидеть со спокойным выражением лица. — Всем привет, — склонил голову Забини. — Мисс Поттер, разрешите потанцевать с вами. — Панси не проклянёт? — заинтересовался Драко. — Нет, конечно, — фыркнул парень. А у самого глаза забегали. Роуз посмотрела на Гарри и Драко, спрашивая без слов их согласие. Драко только кивнул. Гарри немного посверлил взглядом Забини, но тоже разрешил. Роуз поднялась, и Блейз закрутил её в вальсе. — Всё же откручу ему уши позже, если ей не понравится, — решил Гарри, одним глотком допивая свой лимонад. — Ты слишком её опекаешь, — закатил глаза Драко. — Сам такой же, — фыркнул Гарри. — Мальчики, а могу я сама пойти к спальне? — невинно хлопая глазками, поинтересовалась Луна. — Нет! — в один голос отрезали парни. — Я тебя провожу, — собрался было вставать Гарри, но звонкий смех Полумны заставил его сесть обратно. — Вы переживаете за тех, кто вам дорог и кто проявляет те же чувства в ответ, — пояснила Лавгуд. — Это нормально. Вот только другие могут завидовать. Роуз по окончанию танца вернулась к довольным парням. И это её насторожило. — Что? — не поняла она, оглядывая своё платье. — Платье прекрасно, не волнуйся, — встал Гарри, беря её руку. — Хотел бы потанцевать немного. — Поттер, ты не против, если украду на тот же танец твою спутницу? — поинтересовался Драко. — Если она будет в целости и сохранности, то не против. Но пусть она сама решит, — поглядел Полумне в глаза Гарольд. — Спасибо за приглашение, — приняла протянутую руку блондина Луна. Танец. И ещё один. И следующий. Ребята веселились, заставляя расслабиться остальных слизеринцев. Ничего не происходило, красно-золотые не рушили праздник змеям и сами в него влились. Но команда по квиддичу и четверокурсники поглядывали на Поттеров с сомнением. Кого-то девушка им напоминала. Не зелёными глазами и чёрными волосами. Она была копией брата, это не отнимешь. Но своим поведением… Да ещё как к ней относился Драко, который ходил чуть ли не мрачнее тучи прошедшие два семестра из-за смерти Смит, рядом с ней стал привычно доволен жизнью. И в их головы закрались закономерные подозрения. Драко, проводивший Луну до её гостиной после мероприятия, даже не догадывался о том, что за мысли засели в головах змей. Так что, улыбающийся, он зашёл в свою гостиную и наткнулся на серьёзные лица однокурсников. — Что случилось, пока я ходил в башню Рэйвенкло? — насторожился он. Его подхватили под руки Винс с Грегом и подтащили к креслу. Насильно усадив в него блондина, они остались стоять за его спиной, пресекая попытки встать. На диванах вокруг расположились Панси, Дафна, Астория, Блейз и Тео. — Это случилось ещё раньше, — как будто готовясь к прыжку, выдохнула Панси. — Мы посовещались и поняли, что тебя опоили любовным зельем. — С чего вы так решили? — приподнял одну бровь в удивлении Драко. Все переглянулись. Такая холодность свидетельствовала о том, что блондин раздражён. — А что нам ещё думать, Малфой? — всплеснул руками Забини. Только он не опасался навлечь на себя гнев слизеринского принца, потому что из присутствовавших мог быстрее всего его успокоить. — Ты с самого начала года ходил хмурый, меньше участвовал в наших посиделках. Мы знаем, что ты чувствовал к Лилс. Она нам всем была если не другом, то близким и хорошим союзником. Поэтому мы понимали, что тебе требовалось время и пространство. Поэтому девчонки тебя не донимали с этим чёртовым балом. Но ты пришёл! Нам было странно видеть тебя с этой пропавшей девчонкой. Хотя бы потому, что ты поцапался с Поттером в день, когда умерла Лилс и появилась… его сестра. У тебя горе, а у Золотого мальчика радость! Ты всю дорогу с ней ссорился, до того момента, как начался первый танец. В отличие от гриффиндурков мы видели, что она тебе безоговорочно доверяет. Как это могло произойти?! Вы же на дух друг друга не переносите! При каждой встрече вы с Поттером поливали друг друга грязью, а она до сегодняшнего дня лишь отмалчивалась в тряпочку. А потом ещё Кассиус пригласил Поттеров и Лавгуд к нам, и ты любезничал с ними! Как будто ничего не произошло. Я даже решил пригласить её на танец, чтобы проверить твоё состояние. Так что у нас другого предположения нет. Либо любовное, либо ментальное. — Всё гораздо сложнее, — покачал головой Драко, успокоившись и понурив голову. — Позволь хотя бы проверить твою кровь, — заглядывая ему в глаза, попросила Панси. — Проверяйте, но нового вы ничего не найдёте, — кивнул блондин, откидываясь на спинку кресла. Девушки мгновенно достали колбу с прозрачной плотной жидкостью, протянули её Драко. Парень взял в одну руку колбу, заодно проверяя зелье, на пальце другой руки сделал надрез, капнул несколько капель. Жидкость сначала немного порозовела от крови, а затем вновь стала прозрачной. — Ты чист, — задумчиво глядя на колбу, проговорил Блейз. — Покажи своё запястье. — Зачем? — не поняла Астория. — Ты ещё маленькая, наверное, поэтому не знаешь, — улыбнулась Панси. — Когда заключается помолвка, есть два способа её обозначить. Они оба признаются Магией и даются на выбор пары. Либо у тебя будет отпечаток на магической ауре, и тогда все знающие будут видеть его. Главное — знать, как смотреть. Либо на запястьях, тогда отпечаток будет видимым на коже. Конечно, его можно скрыть чарами, которые, опять же, будут видны. А при разрыве помолвки эти отпечатки оставляют следы, напоминающие шрамы. Даже если разрывом служит смерть одного из пары, шрам остаётся, хотя и немного другой. — Но я не понимаю, зачем смотреть на шрам, — уставилась на неё Астория. — Потому что шрама нет, — расстегнул манжет Драко и показал всем свой отпечаток помолвки. Он чернел тонкой полоской, обвивая запястье причудливыми линиями. — Лорд её Рода смог спрятать Лилс. Она жива. Я сегодня хотел просто пообщаться с Поттером. Вспомнить прошлый год. Потому что неизвестно сколько времени пройдёт, прежде чем... — Это тяжело, — согласился Тео. — Отец просил не рассказывать об этом, — одёрнул рукав блондин. — Судя по поведению того Пожирателя, искали именно её на Чемпионате мира. И искали для убийства, а не для приглашения на чай. На разные лады ребята пообещали не рассказывать об этом никому. — Ну и навертели вы теорию заговора, — провёл рукой по волосам Драко. — А что ещё делать оставалось? — скрестила руки на груди Панси. — Ты странно себя вёл сегодня. Все это заметили, и попросили нас разобраться. Никто не забыл предыдущих лет. — Мне что, теперь каждого посвящать во все свои мысли? Благодарю покорно, но нет, — не удержался от язвы блондин. — И вообще, уже пора спать. Нам ещё задания от преподавателей делать, они задали нам действительно много. Пробурчав, что вместо Лилс теперь у них такой же Драко, все разошлись по спальням. А слизеринский принц пребывал в смешанных эмоциях. За него беспокоились, что отдавало в груди теплотой. Он сам беспокоился, что информация о его невесте выйдет дальше доверенного круга лиц. И приятное послевкусие от танцев с Роуз, которое едва не было забыто. Из-за редких встреч, эмоции от праздника были ярче. Драко был доволен произведённым эффектом на отца. Он заметил довольную улыбку Люциуса, что с самого начала не отрывал взгляда от Роуз. Под мерное сопение с соседних кроватей, Драко не заметил, как уснул сам.* * *
Рано утром Северус мерил свою комнату широкими шагами. Люциус вчера перед тем, как уйти, выразил желание поближе пообщаться с будущими родственниками. Невесту он уже оценил. Вроде расчётлива, осторожна, амбициозна… Но он надеялся, что этими качествами она ничего не скрывает. А вот Гарри Поттер… Он стал тёмной лошадкой. Казалось бы, гриффиндорец, который вечно лезет везде и в каждую неприятность. Причём самостоятельно. Ещё и придурок. Но на третьем курсе, как ни странно, оказался в стороне от участия в организации побега. Помогла чистая случайность: он сказал, что устал, и отправился отдыхать после экзаменов. А его друзья полезли участвовать в заранее спланированный спектакль, который мог окончиться плачевно из-за заявленного в эту актёрскую команду оборотня. В этом году ему явно кто-то помог. Приплетая в его приключения ещё и Роуз, которая для всех приехала на свой первый учебный год, попав на тот же курс, что и брат. Они делали вид, что нагоняют программу, стараясь не высовываться. И вот — объявление участников. Северус думал, что поседеет на месте. Или сердечным приступом обзаведётся. Старшекурсники могли с трудом справиться с заданиями и нередко умирали на состязаниях, а тут двое четырнадцатилетних! Их особенность помогла принять Род и встать по силам вровень с остальными участниками, но это не уменьшало вероятности быть убитым в процессе Турнира. Но это напоказ они лоботрясничали, лишь обучаясь программе текущего курса. На индивидуальных уроках с парнем Северус замечал, как тот стремится изучить всё необходимое для защиты, часто показывая знания уровня среднего выпускника. На зельях он справлялся довольно неплохо, не отвлекаясь на жужжание толпы. Вот только на уроках стоило ему быть немного более внимательным. Ведь просто так преподаватель не мог поставить нормальные отметки, а об индивидуальных занятиях мало кто знал. Приходилось каждый месяц оставлять его на отработки. И следовало подумать над тем, как будет его вызывать в следующем году… Так что теперь Лорд Принц, внезапно ставший обладателем целых двух Наследников в лице Лордов Блэк (Магия явно над ним насмехалась, связывая всё сильнее с этим семейством), раздумывал, как можно было выцепить этих двух идиотов и отправиться вместе с ними к Малфою. Насчёт бдительного ока Дамблдора он не волновался: тот запас антипохмельного зелья, что он ему сварил в начале прошлого учебного года, был уже давно и бесповоротно просрочен. Да и директор предпочитал похмеляться у мадам Розмерты. Так что четыре часа до пробуждения Дамблдора, ушедшего спать только в пятом часу утра, было. Плюс на опохмел время до конца дня. План вроде выстроился. Вздохнув, Северус призвал Афину. Ворониха вымахала за короткое время до приличных размеров после вступления в наследство Поттеров. “Слушаю, хозяин”, — присела она на плече зельевара. “Надо позвать Роуз и Гарри ко мне. Найди Ровера или Цербера и передай им это”, — почесал он перья возле клюва, как любила его фамильяр. “Поняла”, — чуть не замурлыкала Афина и, взмахнув крыльями, улетела сквозь стену. Так было лучше. Фамильяры тратят энергию на каждый прыжок в пространстве, даже на собственное перемещение. Поэтому Цербер и Ровер обосновались в резервации, чтобы могли резвиться. На кухню не наведывались: им приносила всё Пикси. Через десять минут в кабинет явились Поттеры, заставив Лорда Принца вздрогнуть. Он никак не мог привыкнуть к тому, что псы могут проводить людей сквозь стены. — Отработка у тебя? Круто! Надо будет как-нибудь взорвать котёл, чтобы было основание, — потянулась Роуз. Дети явно только вылезли из постелей, выглядели немного помятыми, но школьные мантии были безупречны. Очки одинаковой прямоугольной формы смотрелись на их носах немного непривычно. — Доброе утро, Северус, — пробормотал Гарри, почему-то смущаясь. — Афина передала вам, по какой причине такой ранний сбор? — уточнил зельевар. Оба кивнули. — Отлично. У нас есть сегодняшний день, но не советую весь тратить на дела. Чем скорее вернёмся — тем будет лучше. Ещё один кивок и понимание на столь юных лицах. Северус понял, что они что-то задумали. Плохо это будет или хорошо — покажет встреча. Но деваться некуда, он уже оповестил Люциуса о гостях, и намекнул, что не знает, когда может выдаться ещё один удобный случай. — В камин, — кивнул он на своё украшение кабинета, которое действовало по назначению в крайне редкие моменты. А в остальное время сам зельевар блокировал его так, чтобы не было понятно, что этот способ действует. Да и сейчас Дамблдор разрешил проход через камин в связи с мероприятием, так что это было удачей. Поттеры зашли в камин, набрали горсть летучего пороха и произнесли одновременно: — Малфой-мэнор! Во вспышке зелёного пламени они унеслись к месту назначения. Лорд Принц последовал за ними. Все трое оказались в вестибюле Мэнора. Мрамор, украшавший все поверхности, блестел от чистоты. — Мистер и мисс Поттер! Рад, что вы решились на скорейшую встречу, — улыбнулся Сиятельный Лорд, ожидавший появления гостей. — Здравствуйте, Лорд Малфой. Она была интересна и мне, — склонил голову Гарри. — Рад, что наконец лично с вами познакомился. Копии не отражают действительности. — Копии? — не понял Люциус. Похоже, у этих двоих была фамильная черта — вводить в такое состояние Лорда парой фраз. — На нашем втором курсе кто-то под оборотным зельем встретился со мной, используя Ваше лицо, — пояснил брюнет. — Они также сказали, что Добби был эльфом семьи Малфой, но потом Роуз сказала, что это ложь. — Юны, проницательны, — прищурился Люциус. — А, поскольку по обоюдному согласию мы вскоре должны породниться, хотелось бы услышать о планах на будущее. Возможно, наши дела пойдут рука об руку на взаимовыгодном сотрудничестве. Если вы задумывались о будущем, конечно. Лорд взмахом волшебной палочки наколдовал кресла, домовик принёс чай. — Задумывались, естественно. Я не сомневаюсь, что пойдут, — кивнул Гарри. — Если Вы согласитесь в этом принять участие, конечно. Что удивительно для Северуса, брат с сестрой были напряжены и серьёзны. Что же за мысли витали в их головах? На свою беду, он хорошо их научил защищать сознание. Но так было даже интереснее. — Ваша сестра сказала, что планирует стать артефактором. Весьма полезная… и опасная профессия, если добывать ингредиенты планируете сами. — У меня те же планы на обучение в будущем, — кивнул Гарольд. — Но для начала я хотел бы вытащить свою семью из-под удара. Как показали события на Чемпионате по квиддичу, кое-кто начинает терять терпение или приближает свою партию игры жизнями других к развязке. Так что наше обучение, возможно, придётся немного отложить. — И что же вы планируете в таком случае делать? — заинтересовался Лорд. — Сначала думал просто куда-то уехать, — честно ответил Гарри. — Нас всего двое, за родственниками-маглами не следят, я спрашивал у них, затеряться в другой стране смогли бы. И всё равно была бы вероятность того, что нас найдут. Затем, когда меня усадили за учебники по родовой магии, подумал, что Мэнор был бы неплохим местом для того, чтобы спрятаться. Но, как оказалось, риски те же, если не больше. Да и появился Драко, а он без семьи и друзей не уедет никуда. Добавилась угроза угнетения и порабощения. Так что мы пришли к решению, что нам требуется много территории и мощные защитные чары. Мы уже начали разработку плана. — Почему хотите куда-то сбежать? — Малфой скептически осмотрел сидящих перед ним подростков. — Мы не хотим участвовать в том, во что нас втягивают насильно, — пожала плечами Роуз, вступая в диалог. — Множество семей подвергаются сейчас нападениям. Все студенты Слизерина опасаются, что однажды, приехав домой, могут увидеть вместо родителей и всей семьи гробы. Многие дети хотят что-то поменять в жизни, защитить родных. Но они понимают, что ограничены в силах и возможностях. — Как-то же мы до сих пор справляемся, — хмыкнул Люциус. — Живы. Вот, с вами сейчас общаемся. Лорд Принц чуть челюсть не уронил. А дети действительно выросли! Задумываются о подобных вещах, и даже решили не откладывать столь серьёзный разговор с признанным дипломатом, не зная, когда выпадет ещё раз такая удача. Он понял, что речь пойдёт о тех разработках, что Поттеры ему показывали ещё на третьем курсе и после просили подсказать, где можно найти ответ на тот или иной вопрос. Он не знал, насколько сильно они продвинулись. Но, если у них уже была основа, пусть и без подробностей и нюансов, их исследование поражало воображение. — Мы знаем, что нет, — поморщился Гарри. — Мы видели статьи в газетах, Роуз слышала разговоры. Для того, чтобы отвадить от себя нападающих, в последнее время Лорды используют своих же подданных, согласных на самоубийственные миссии. Сначала появляется информация, что Лорд умер в результате нападения, заодно убивая или калеча убийцу, а через пару дней публикуется опровержение о смерти и настоящее имя жертвы. — Допустим, — признал Лорд. — И что же вы предлагаете? Сбежать всем, кто подвергается гонениям и создать свою страну, оградив её защитными чарами и заклинанием ненаносимости, а Вы станете королём? — Не свою, а нашу, — поправил его Гарри. — Я немного изучил правовую систему магов и полностью в ней разочаровался. Палата Лордов до её нивелирования превосходно справлялась со своими обязанностями. Министерство же кучей декретов и постановлений завладело всей властью, но как таковую ответственность оно не несёт, бюрократическая система неимоверно запутана. Случись что — найдут козла отпущения, накажут, и дальше всё будет по-старому. Так что в новом месте хотел бы вернуться к старой практике. Малфой молчал минут пять, что-то обдумывая. — Значит, нужна территория? — спокойно произнёс Лорд Малфой, а Роуз заметила в его глазах мелькнувший на миг огонёк азарта и удивления. Гарри в это же время восхитился полным контролем Лорда над лицом. — Это сложно сделать, мистер Поттер. Все существующие земли заняты и поделены, а цены на них такие, что легче поднять землю со дна океана. — Лорд Малфой, — усмехнулся Гарри, — я уже этот момент упомянул. Кто нам даст спокойно жить и, тем более, поднимать целую страну с нуля? Нас тут же кто-нибудь либо завоюет, либо возьмёт над нами покровительство, и мы все станем рабами. Результат гораздо хуже, чем смерть, не находите? И это я не говорю о запрете создания новых земель. За подобное нас точно посадят в одну из международных тюрем. Слышал, там не лучше, чем в Азкабане, если не хуже. Рабом или заключённым я становиться не хочу. А с новой землёй поступят также, как и прежде. Миф об Атлантиде не на пустом месте появился. — Вы сгущаете краски, — усмехнулся Лорд Малфой. — В мире не всё так просто, однозначно… и не так мрачно. — Верно, но, как вы и сказали: чтобы построить новую страну — нужна территория. — Которой у вас нет. — Что мешает её создать? — усмехнулся Гарри, выгибая одну бровь. — Создать? То есть, всё же Мэнор? Ха-ха-ха-ха! Так вот в чём дело! Вам нужны именно вассалы из сильных семей и магическая поддержка древних родов. А не просто финансы и ресурсы. — Малфой рассмеялся в голос. — Мальчишка, а Вы амбициозны! Допустим, вы сможете создать свой Мэнор, но нас Вы явно впустите туда только после вассальной клятвы. И после такого заявления Вы говорите, что не хотите стать королём? — Я этого не желаю, но это не значит, что мы, угрохав множество сил и рискнув жизнью, захотим удара в спину. Роуз в любом случае поделится своими запасами, даже если я или она этого не захотим делать, — взгляд Гарри похолодел. — И я говорю не про Мэнор, хотя изначально планировал именно это, но… Мэнор маловат будет, ведь все вы не бросите своих людей, что находятся под вашей рукой. Плюс многие ваши текущие союзники находятся в той же ситуации и могут сделать свой вклад в новое место, тем самым немного сняв нагрузку с остальных. Единственный выход — создать полноценный мир и уйти туда. — Домен? — сильно удивился Малфой. — Искусственный Домен очень сложно создать. Нужно многое, очень многое, начиная с силы мага и заканчивая силами родов-вассалов. Но главное… Это миф, мистер Поттер. Создать искусственный Домен под силу лишь богам или тем, кто достиг этого уровня, а такие, как правило, в мире простых смертных не ходят и уж тем более не будут тратить силы или как-то иначе помогать Вам. И это мы не берём в расчёт того, что данная магия запрещена, причём очень давно. Как раз из-за таких мечтателей, как Вы. Совет Лордов принял такое решение ещё до создания Министерства магии из-за смертей многих участников подобных ритуалов. Гарри вместо ответа достал сферу, в которой клубились облака. Эта сфера уже была знакома Северусу. Ребята показывали некоторые наработки, и это явно была микроскопическая часть того, что они успели откопать в библиотеках Хогвартса и Блэков. — У нас есть записи. Идея вполне реализуема. После расчётов всего необходимого, конечно. Этот пробный экземпляр мы с Роуз сделали два года назад. Мы хотели выявить достоинства и недостатки развития мира с нуля. То есть с того момента, когда наш мир представлял из себя лишь море и бесконечно взрывающиеся вулканы. Этот способ ненамного легче получился, чем создание полноценного мира с уже оформившимися живыми организмами. Мы тоже читали выкладки тех волшебников, что пытались создать Домены. И выявили… некоторые недочёты в их ритуалах. Роуз достала ещё одну сферу из кармана. В ней были видны только облака, лишь изредка сквозь разрывы виднелась огненная поверхность. В гостиной повисла тишина. Блондин, словно сова, вылупился на молодого человека и его сестру. Снейп веселился, смотря на эмоции друга, а Гарри с Роуз были внешне спокойны, но с нетерпением ждали реакции Люциуса Малфоя. — У вас, — Малфой сглотнул, — уже одиннадцатый октан? — Нет, пока что только шестой у каждого. — Тогда и разговаривать не о чем, — пренебрежительно фыркнул Люциус. — Впрочем, можете оставить записи. Если они стоящие, мы проведём исследования и найдём человека с подходящим уровнем октан. И, если у нас получится, мы вам сообщим. — Нет, — Гарри встал. — Не принимайте меня за дурака, мистер Малфой, — насмешливо посмотрел Гарри на Лорда. — Может, я и не собираюсь брать власть в руки, но это не значит, что я упущу её. И уж тем более не отдам тем, кто вручил её другим и спустя столетия окончательно просрал оставшиеся крохи. Всего хорошего, желаю безболезненно сдохнуть в предстоящей войне. — ВАС эта война тоже касается, — в спину сказал Сиятельный. Гарри, посмотрев в серо-голубые глаза, оскалился: — Уже нет. Жаль, конечно, будет разрывать помолвку. Гарри блефовал. Он знал, что Драко ни за что не разорвёт помолвку, но будет до последнего пытаться сохранить семейные узы с родителями. — Чем вас не устраивает кандидатура нынешних Лордов? Почему именно Вы? Раз это не жажда власти, то что? — даже по его глазам было видно — такую помолвку Сиятельный не хотел упускать из рук. А уж зная отношение сына к этой девчонке, так и вовсе опасался, что тот просто сбежит со своей зазнобой, отказавшись от Рода. — Мне не нравятся их методы ведения политики? Когда от слов тут же переходят к кровавому террору? Можете выбрать сами? Причин довольно много, любая подойдёт. — Мы защищались, мистер Поттер, — холодно произнёс Малфой. Он крепче сжал свою трость и с вызовом посмотрел на молодого человека. — Нет, — хмыкнул Гарольд, посмотрев тяжёлым взглядом. — Вы наслаждались этим. Иначе всё это прекратили бы ещё в зародыше. Но вас перехитрили, сыграли на амбициях, вере в людей. И, как итог — уничтожили. — Согласен, мы не невинные агнцы, — кивнул блондин. — Но иногда проще запустить Авадой или проклясть. А после пыток и вовсе шёлковыми становятся. Пару акций на самых отпетых мерзавцах, и остальные будут думать дважды, прежде чем что-то сделать. Страх за свои жизни всегда был прекрасным сдерживающим фактором, — жёстко произнёс лорд Малфой. — И почему же вы этого не сделали с самого начала? Что вам мешало уничтожить сердце этой группировки, которая постоянно подставляла вас? Но нет, вы игрались, вам было весело, вы были слишком самоуверенны. И к чему это привело? — поднял одну бровь Гарри, не впечатлённый холодностью мужчины. — Рыцари, во-первых, уничтожили свою репутацию, а во-вторых — заработали на срок в Азкабане. И пусть половина дел, приписанных им, не имела ни малейшего отношения к осуждённым, но в двух-трёх случаях никакой подставы не было. Используй вы менее опасные чары и заклинания, то народ боялся бы не меньше, а вот со стороны закона всё выглядело бы пристойно. Но вы нападали на мелких сошек, защищались довольно впечатляющими заклинаниями, а сердце всего этого хаоса и боли сидело себе в кабинете и чаёк попивало, закусывая лимонными дольками и судьбами выдающихся людей. — Что вы хотите от нас, мистер Поттер? Да, мы ошиблись. И сполна заплатили за свою ошибку. — Мне от вас ничего не надо, но я пояснил, почему не желаю отдавать способ спастись в руки нынешним Лордам. Я не хочу быть центральной фигурой, но лишь мне с сестрой удастся провести ритуал, других кандидатов нет. Мы будем рисковать своей жизнью, ритуал меня может убить. Я сделаю всё возможное, чтобы Роуз осталась жива и невредима. Я буду в центре, а после отойду в тень. — Хотите всё лично проконтролировать? — Именно, не хочу создать вторую магическую Англию нынешнего времени. — Это так не работает... у вас нет опыта. — Всё будет создаваться с нуля, и правила будут действовать те, что мы установим. Мне не нужно будет уметь «как надо», я сделаю так, как считаю нужным. И остальные, надеюсь, мне помогут, а не будут всё портить. Вся проблема... — В нас, старших магах... я понял, — Сиятельный скривился. В комнате повисла тишина. Лорд Малфой просчитывал варианты. Гарри его не торопил — вопрос действительно сложный. Фактически Гарри сказал, что создаст им мир, но взамен все они принесут ему клятву, тем самым отдав ему всё, вплоть до души и верности. Может, в подчинении и нет ничего постыдного, всё-таки нынешние аристократы ждали короля. Это — одна из причин, почему они с такой радостью шли к Волдеморту. Но вот где гарантия, что Гарри Поттер выполнит обещание? Жизнью битые Лорды потребуют многое, и даже сверх этого… — Вы делаете ставку на наследников, — наконец произнёс Люциус Малфой, дёрнув уголком рта. — Повелитель в своё время так же сделал. — Я не собираюсь вечно бороться с системой, я хочу создать новую, и уж простите, но гордые старики с опытом нам нужны лишь в качестве советников, но решения оставьте нам. — То есть «вам», мистер Поттер, — хмыкнул сиятельный. — Многое на себя берёте. Вы слишком молоды, но амбиций у вас… Даже Повелитель был скромнее. Думал, ваша сестра единственная с подобным… складом ума. — Мы в год отправили в небытие того, кому вы ноги целовали, — хмыкнул Гарольд. — Расчёты, о которых вы упоминали, наверняка трудные. Сейчас мало кто сможет вам помочь. Но раз вы пришли с требованиями, значит, у вас есть кто-то на примете. Кого вы хотите попросить о помощи? Флитвик, ваш профессор чар, лоялен Дамблдору. — И это ещё мягко сказано, — впервые за всё время заговорил Северус. — Чем его прижал наш добрый дедушка — не знаю, но сидит Флитвик тихо-смирно и докладывает любителю лимонных долек обо всём происходящем у него на уроках. Талантливые ученики частенько пьют чаёк с директором, а после окончания Хогвартса лишь единицы всплывают за границей — остальные гении словно исчезают. — Да ясно, куда исчезают, — махнул рукой Малфой, отпивая чай из чашки. В течение разговора домовики споро накрыли стол, даже незамеченные, поставив дополнительно вазочки с печеньем. Гарри глотнул чаю, Роуз незаметно расслабилась. Начало вроде положено. — Если им не заблокировали их таланты, а то и вовсе в сквибов не превратили, то тихо убили или подстроили ситуацию, где выживает один из сотни. Единицы поумнее искали помощи у нас, а остальные… — Спасение утопающих — дело рук самих утопающих? — хмыкнул Гарри. — Верно, мистер Поттер. Практика показала, что если насильно предлагать помощь, то её не ценят, а так... просят только действительно умные люди и те, кто будет благодарен в будущем. Вам нужно научиться смотреть на мир более расчётливо. Ну, или на вашей шее будут ездить, декларируя, что вы ещё и за эту милость им всем должны. — Для этого у меня есть сестра, — хищно улыбнулся Поттер, чем заставил похолодеть Сиятельного и бросить на невинно хлопающую глазками невестку опасливый взгляд. — Со стороны виднее, верно? Она подсказывает мне, когда на шею пытаются сесть. Гарри прекрасно понимал сказанное Сиятельным. Но опыт очень скудный. Школьники да взрослые, что дальше школы и носа не высовывают — так себе интриганы, но ему и этого с лихвой хватило для наглядного понимания. Главное, что школа чётко показала — в большом мире он лишь маленькая сошка. Хорошо, что Дамблдор его всерьёз не воспринимает и не любит менять своих решений. Гарри поёжился. Теперь он понимал, что от доброго старичка можно было ожидать всего. Акция на Смит прекрасно говорила, что «Великий светлый волшебник» не потерпел вмешательства в его планы, и применил жёсткие меры. После этого небольшого совета Гарри нахмурился. Может, это он слишком просто смотрит на ситуацию? Глупцы действительно не нужны, но ведь бывают разные ситуации. — И всё же не посвятите ли, на что вы рассчитываете, мистер Поттер? — немного расслабившись, спросил Малфой после некоторых уточнений и неспешных пикировок о политике. — Разговаривать с каждым у меня нет ни времени, ни желания. Но и массовость сейчас нам помешает. Нежелательные личности могут заметить наши действия. Достаточно будет узкого круга на первое время. Эти семьи составят основу, самые важные места в организации нового устройства. Позже, когда у нас будет больше наработок, соберём крупное собрание. Первыми я хотел бы привлечь больше… политических деятелей, чем учёных, хотя они тоже понадобятся. Мы не торопимся, чтобы не вызвать подозрение своей активностью. — Хотите вынести этот вопрос на голосование? А вы не боитесь, что вас пошлют? — Нет. Если пошлют — я просто уйду, и сами хлебайте то дерьмо, что заварили ваши предки и вы. — Вам бы поучиться манерам, — поморщился Люциус. — Не отказался бы от парочки уроков. — Почту за честь, о будущий Владыка мира, — немного шутливо ответил Лорд Малфой, отсалютовав чашкой. — И всё же. — Я предоставляю шанс. Воспользоваться им или нет — решать будет каждый сам за себя. — Будете ли вы принимать новых вассалов после? Даже тех, кто откажется сейчас? — Тех, кто откажется — нет, но в будущем я хочу приводить в мир свежую кровь, в том числе и сквибов с маглами. — Шпионы будут обязательно. — Мистер Малфой, — развеселился Гарри, — вам бы стоило побольше общаться с обычными людьми, узнавать об их культуре и увлечениях. Поверьте, все эти шпионы будут вычислены тут же, все их уловки давно показаны и рассказаны, в том числе как с ними бороться и находить ещё на старте. — Взгляд зелёных глаз потяжелел. — Крыс в свой дом я не пущу. — И как же вы хотите этого достичь? — искренне заинтересовался Сиятельный, подавшись чуть вперёд. — Легилименция мне на что? И сыворотка правды? Это я ещё не упоминаю о простом сборе информации. — Это запрещено, — губы Малфоя сложились в тонкую полоску. — Верно, но Домен — это другой мир. Там будут действовать местные законы. — Хорошо. Я напишу некоторым в ближайшее время, но сможете ли вы их убедить — зависит только от вас. — Мне этого достаточно, благодарю за помощь, — приложив руку к груди, склонил голову Гарри. — И я не пожалел о встрече. В Вас есть черты короля, но вы немного неотёсаны и слишком зависимы от других. Вы боитесь власти. Гарри замер, удивляясь тому, что Лорд Малфой понял про его страх так быстро. Уголок губ Сиятельного дёрнулся, поднимаясь в насмешке. Гарри только фыркнул: — Для моей задумки мне нужны люди, но без меня ничего не получится. Это взаимовыгодная сделка. Как я и сказал, буду прислушиваться к вашим советам и урокам. — И кто же будет центром всего этого мероприятия? Какие семьи хотели бы видеть? — окончательно расслабился Малфой. — Малфой, Забини, Нотт, Гринграсс, Паркинсон, Крэб, Гойл, Уоррингтон, Монтегю, Фарли, — перечислила Роуз. — Остальных на Ваше усмотрение, но не слишком много. Не против собраться в Остару? Как раз начнутся пасхальные каникулы, а у нас ещё запланирована встреча с одним крайне важным человеком. Вам не помешает познакомиться с ним. Да и Наследников надо будет пригласить на мероприятие, чтобы начинали перенимать управление. Уверена, из перечисленных семей никто не откажется, и будущим Лордам будет полезно вникнуть в семейные дела. — Неплохой выбор, — усмехнулся Люциус в который раз за встречу. — Ну что ж, я вам помогу в меру своих сил. Книги пришлю, прочтёте их до следующей встречи. — Отправляйте на имя Розалин Блэк, — подумав, кивнул Гарри. — Либо на Гарольда Блэка. А вам передам некоторые наши наработки. Чтобы Вы не были голословными. Я же верно понимаю, что Вы будете вести переговоры ещё до встречи? Гарри протянул Люциусу серебристую папку. Она была гораздо тоньше той, что они составили для тех, кто согласится принять участие в этой авантюре. И, конечно, ни в какое сравнение не шла с кипами, которые брат с сестрой нашли и оставили для себя. — Раз уж с делами между родственниками решили, предлагаю озаботиться темой наследников, — хлопнул по подлокотникам Сиятельный. — Лорд Малфой, я не инкубатор, — улыбнулась одними губами Роуз, а глаза остались такими же холодными. — С меня и так уже взяли обещание предки о продолжении Рода. Так что не волнуйтесь, об этом… мы успеем обсудить с непосредственным участником ещё много раз. — Вижу семейное сходство, — намекнул Сиятельный на столь же резкий ответ от Гарольда немного раньше. — Папа попросил не затягивать с ответом Вам. А это сравнение наиболее чётко описывает отношение к женщинам со стороны многих представителей мужского пола. В нашем с Гарольдом случае, Вы знаете, есть некоторые особенности в развитии ядра. Я бы сказала, это — семейное проклятье, предоставляющее некоторые привилегии. Так что мужчинам придётся смириться с возможностями, как они называют, “девчонки”. — Подобных вам давно не было, — вздохнул Люциус. — Да и прежде это было редкостью. — Кстати, — поднялась Роуз с кресла. — Раз вы всё же один из тех, кто слышит, то попрошу узнать, кто скрывается в школе под лицом Грюма и что он хочет от нас с Гарольдом. — Откуда такие выводы насчёт слежки? — прищурился Северус. Люциус же нахмурился. Ему не нравились подобные выводы. Шпион в месте, где находится его сын, не способный получить всю поддержку семьи в критический момент? Это попахивало на диверсию в отношении к будущему магическому обществу. — Его запах не соответствует виду, — пожала девушка плечами. — Он должен пахнуть ржавчиной, мылом или металлом. А на деле — запах грозы и подорожника. — На неё уставились удивлённые серые глаза. Пришлось пояснить. — У меня есть фамильяр-пёс. — Проверим, — кивнул Лорд Принц. — Хернандес как раз приставлен опять к школе в качестве охраны. Он довольно дельный и хваткий молодой человек. — До встречи на Остаре, — улыбнулась Роуз. Это была её обычная улыбка, но после разговора она смотрелась непривычно. — Сами дойдёте? Мне ещё переговорить надо, — уточнил Северус. — Да, дойдём, — кивнула Роуз и утянула Гарри обратно к камину.Мужчины сидели десять минут в обществе друг друга и наслаждались лёгким вином. Всё же день только начался, и не стоило злоупотреблять спиртным. — А дети быстро выросли, — хмыкнул Люциус. — Даже не думал, что они будут спорить с нами или разговаривать на такие серьёзные темы. Правда, все эти сравнения… — Люциус, дорогой, ну где твои манеры? — спародировал Нарциссу Северус. — Один ребёнок рос у маглов, другой — со мной. — Ты прав. Я удивлён, что Розалин не вставила слова покрепче, — хихикнул Сиятельный. — Ты разбил мне сердце, — оскорблённо приложил руку к груди Северус. — Поговорю с ней на досуге. Может, выберет другого жениха? — Эй, не смей портить девочке будущее, — и в Северуса полетел серебристый луч. Зельевар даже не шелохнулся, но вокруг явно обозначился щит. — Как? — глаза у Сиятельного полезли на лоб. — Гарольд подарил пару лет назад, — он довольно усмехнулся, показывая скрытый под одеждой артефакт. — Как эти двое встретились, то с завидной упёртостью нарабатывали опыт. И это без наставника! Они тратили кучу сил на каждый артефакт, прежде чем находили баланс. А теперь представь, что они смогут с наставниками и с нужными книгами. — Да это же чистые алмазы! — загорелся Люциус. Северус практически видел, как у его беловолосого друга задвигались шестерёнки в голове. С кем посовещаться и где можно достать базовые книги для повышения опыта в артефаторике, а также выяснить, на каком этапе находятся эти двое. — Надо бы ему составить список нормальных претенденток в невесты. Не хотелось бы, чтобы Драко терпел избранницу шурина. — Не смей давить на мальчишку, — грозно сверкнул глазами Северус. — Роуз недавно рассказала ему о планах Дамблдора на определённую часть его тушки. Теперь этот гриффиндорец шарахается и от директора, и от девчонки Уизли, ради которой его опоили. — Северус… Ты что, сам хочешь лапку приложить? — округлил глаза Малфой. Вместо ответа зельевар достал палочку и послал заклинание в Сиятельного. Тот не успел выставить щит, луч попал в плечо, переворачивая Лорда вместе с креслом. А от самого Люциуса заблагоухало сиренью. — Фу-у, ты же знаешь, я ненавижу её, — подскочил блондин, устремляясь к двери в сад и распахивая её, впуская морозный воздух. — И ты так только подтверждаешь мою правоту. — Зато тут запахло весной, — пожал плечами Северус, поднимаясь с кресла. — И вообще, что Гарольд в тебе нашёл? Злой, ядовитый, ещё и в друзей швыряется всякой дрянью… — видя дёрнувшийся от удивления глаз, Люциус растянул губы в довольной улыбке. — Он очень часто бросал на тебя взгляд, мой ядовитый друг. Чаще, чем на сестру, хотя именно в ней должен был искать поддержку. — Тебе показалось, — пробурчал Северус, поправляя мантию. — Пока будешь приглядывать за детьми, сам не нарывайся. Не нравится мне, что метка стала опять наливаться краской. Возможно, план Гарольда единственный, который сможет спасти всех нас, а не отсрочить неизбежное. Хотя меченные могут из-за этого умереть, но все они, думаю, захотят даже ценой собственной жизни спасти детей и остальной Род. — О, так ты тоже проникся к мальчишке? — усмехнулся Снейп и, уворачиваясь от очередного заклинания, исчез в пламени камина.* * *
Гарри с Роуз вышли из подземелий и отправились на обед (завтрак они благополучно пропустили в разговоре с Лордами), где уже шумели проснувшиеся студенты. За преподавательским столом несколько мест пустовало. Директор, сидя в своём резном кресле, пытался как можно менее заметно потирать виски. Всё же в таком почтенном возрасте пора было научиться пить. — Гарри Джеймс Поттер! — взвизгнула Гермиона, увидев однокурсника. Её соседи подпрыгнули от неожиданности. — Вы где были? Мы с Роном везде вас искали! — Отработка у Снейпа. Ему не понравилось моё последнее эссе, — буркнул брюнет. Всё время переговоров он старался незаметно поглядывать на зельевара. За несколько месяцев, проведённые бок о бок с Роуз, он понял, что этот невозможный человек защищал его. Даже те пыточные занятия окклюменцией, что вспоминались исключительно с чувством ненависти, предстали в новом свете. Ещё и внезапное открытие, что мужчина, по сути, молод и прекрасно выглядит. Явно следит за собой. Все эти моменты сложились в один пазл осознания: этот мужчина ему нравился. Но как такое могло произойти? Это же наваждение? — Что за эссе? — прервала его размышления Гермиона. — Это то, что ты делал без меня? Тебе надо было всего лишь попросить у меня список учебников, который тебе пригодился бы. И не отлынивай! Освобождение от экзаменов в этом году ещё ничего не значит. В следующем году сдавать СОВ! — А потом ТРИТОН, ЖАБА и вступительные в Академию, — кивнул Гарри. — У нас Академий никаких нет, — удивлённо глянула на него Гермиона. — Только школа Целительства и Аврорат, где предоставляют спецкурсы. И туда принимают лишь по рекомендациям. Брюнет чертыхнулся про себя. Ещё донимать этим будет! Да и планами зачем направо и налево распространяется? Ещё не отошёл от Лорда Малфоя? — Герми, Академии есть, но не в Англии, — спас положение Рон. — Туда наши не едут, потому что слишком сложно обучаться после Хогвартса. Либо слишком дорого… Но, Гарри, ты что, решил в умники податься? Из наших туда может поступить только Гермиона, и то, будет в конце рейтинга. Других-то практически с пелёнок натаскивают на все эти академии. — Не пробьюсь, значит, мне этого не надо, — отмахнулся Гарри, поглощая отварной картофель вперемежку с купатами с огромной скоростью. — Ты ешь как Рон! — воскликнула Гермиона. Роуз чуть не поперхнулась от смеха, увидев совиные глаза брата. — У меня здоровый аппетит, — выпятив грудь, с гордостью произнёс брюнет, быстро оправившись от шока. — Мне нужно расти и сражаться на испытаниях. Такого количества, что ты ешь, мне не хватит. Гермиона с подозрением смерила свою тарелку и тарелку Роуз. У брюнетки было практически столько же, сколько и у брата. То есть в три раза больше, чем у неё самой. Смиренно вздохнув и приняв правоту Гарри, она уже спокойнее стала поглощать свой обед. Как ни странно, закончив быстрее Гермионы, близнецы встали из-за стола и отправились в библиотеку. Но в холле их окликнул Седрик: — Гарри, Роуз, постойте! Чжоу ждала Седрика внизу, неодобрительно посматривая в сторону Роуз. — Послушай, Гарри, — начал Седрик, подойдя ближе, — я у тебя в долгу за дракона. Вы открывали золотое яйцо? Оно у вас воет? — Ну, воет, — ответил за обоих Гарри. — Тогда… примите ванну, ясно? — Что-что? — Примите ванну… только захватите с собой яйцо. Откройте его в горячей воде и послушайте. Это наведёт вас на мысль, поверьте мне. Гарри вытаращил глаза. — Только идите в ванную старост. Пятый этаж, четвёртая дверь слева от статуи Бориса Бестолкового. Пароль — «Сосновая свежесть». Ну всё, мне пора, пойду кое с кем погуляю… Седрик снова улыбнулся и побежал вниз, где его ждала Чжоу, бросавшая заинтересованные взгляды на Гарри. Гарри с Роуз побрели в библиотеку, а после — в башню Гриффиндора. — Странный совет, — размышлял Гарри. — Как это ванна поможет разгадать загадку воющего яйца? Может, это Седрик так шутит? — В его словах есть смысл, — потёрла подбородок Роуз. — Может, среда, в которой открывают яйцо, изменяет свойства звука? Ведь и обычные звуковые волны при прохождении через другую среду изменяют свою частоту… Близнецы зашли в Гостиную. Там уже находилось большинство студентов красно-золотого факультета. Гермиона сидела с Живоглотом на коленях и почёсывала его за ухом — кот благодарно мурлыкал. Волосы у неё снова торчали пышной копной. Лаванда, оглядывая её сухие кудри, посмеивалась. Гермиона, не прочитав инструкцию полностью, перед балом хорошенько полила голову снадобьем «Простоблеск» для укладки волос. А теперь расплачивалась здоровьем шевелюры из-за пропущенного мытья головы и чрезмерного использования зелья. Роуз и Гарри зашли в комнату девушки, достали учебники, пергамент и перья и принялись за работу. Ближе к ужину прилетела невзрачная сова с мешочком на лапе. Избавившись от посылки, крылатый почтальон тут же улетел. Роуз открыла мешочек и вытаращилась на содержимое. — Что там? — заинтересовался Гарри. Не говоря ничего (ведь проще один раз увидеть, чем миллион раз выслушивать), Роуз вытащила миниатюрные книги, каждая из которых была не больше подушечки пальца. Положила на стол, провела над ними рукой, и фолианты приняли свой первоначальный вид. Их было огромное количество. Весь стол оказался покрыт всеми этими знаниями в бумаге. — Тут ещё записка, — протянула развёрнутый пергамент, усеянный острыми буквами. [Гарольд и Розалин. Все эти книги вам необходимо будет прочесть до Остары. Можете оставить себе — это копии, оригиналы остались в Мэноре. Лорд Малфой.] — Ещё и это учить, — взвыл Гарри. — Ты же хочешь, чтобы нас послушали? — уточнила Роуз. — Да, понимаю, что насильно насаждать добро не будем, но нам всё ещё не хватает людей. Десяти семей и одного вассала может оказаться мало для принятия второго Рода. Нам надо немного больше. Вдруг раздался стук. Роуз с Гарри переглянулись, парень активировал мантию-невидимку, а девушка резко открыла дверь. За ней стоял первокурсник. Блондин с голубыми глазами, строил взгляд оленёнка. Только нимба не хватало для полноты картины. — Привет. Меня зовут Теодрен Каннингем. Я у Колина спросил, кто знает лучше всего зелья, а то они у меня не получаются. На последнем занятии вообще котёл взорвал! И Колин мне сказал, что Гарри последний экзамен сдал на “Превосходно”. Ну и Грэйнджер, но она о чём-то спорила с рыжими, причём очень громко. Мне в комнате Гарри сказали, что он не выходил из Гостиной факультета и может быть только тут… Первокурсник тараторил не переставая, осматривая комнату Роуз и не находя нужного ему человека. — А ты же Роуз Поттер? Круто! А ты можешь мне помочь? Ты же в этом году поступила, но уже на четвёртый курс! Как ты это сделала? Роуз вздохнула, приманила из своего чемодана книгу для дошкольников по зельям, сделала с него копию и вручила гостю. Он в шоке смотрел на протянутый экземпляр. — Как… как ты это сделала? — с придыханием спросил он. — Если разболтаешь — отравлю, — прошипела Роуз. — Иди учись и не взрывай больше котлы. — А можно я буду у тебя спрашивать совета? — делая щенячьи глазки, попросил Теодрен. — Ладно, — рыкнула Роуз. — Но не мешай мне учиться. — Договорились, — довольный первокурсник ускакал в свою комнату. — Ты очень похожа на своего отчима, — проговорил появившийся Гарри, едва дверь закрылась. — И как только Драко это выдержал? — Он же Дракон, — пожала плечами девушка, мгновенно теряя воинственный вид. — У него самого могут быть скелеты в шкафу. Роуз решила в этот же вечер воспользоваться советом Седрика. Если он был прав, то больше времени останется на подготовку. Если же был прав Гарри, то попыток узнать загадку яйца будет больше. Взяв с собой пижаму и облачившись в школьную мантию, Роуз вышла из гостиной Гриффиндора. Ровер провёл её к нужной комнате. Назвала пароль, и вошла в комнату. Просторная комната была выложена белым мрамором. С потолка свисала великолепная люстра с горящими свечами. Посередине комнаты прямоугольный бассейн — тоже из белого мрамора, по краям около сотни золотых кранов, украшенных самоцветами, у ближнего края трамплин. На окнах льняные занавеси почти до пола; в углу расположилась большая стопка белых пушистых полотенец. На стене единственная картина в золотой рамке: на скале спала русалка, светлые волосы разбросаны по лицу и мерно вздымаются от её дыхания. Роуз положила на скамейку свою одежду и подошла к бассейну. Шаги гулким эхом отдавались в пустой мраморной комнате. Роуз положила полотенце и яйцо поближе к краю бассейна, залезла в бассейн и открыла сразу несколько кранов. Из кранов полилась вода с пеной для ванн. Из одного вырывались розовые и голубые мыльные пузыри размером с футбольный мяч, из другого текла густая белоснежная пена. Третий кран испускал душистые лавандовые облака, и они медленно расплывались над самой поверхностью воды. Роуз открывала и закрывала краны, любуясь разноцветными струями, наслаждаясь обволакивающей её водой. Бассейн хоть и немаленький, очень быстро наполнился горячей водой, пеной и пузырями. Бассейн был довольно глубокий, Роуз едва касалась ступнями дна у самого мелководного края. Она несколько раз переплыла бассейн туда и обратно, вернулась к яйцу, встала у бортика и призадумалась. Роуз стряхнула пену с рук, взяла с пола яйцо. Затем опустила в воду и раскрыла. На этот раз яйцо не завыло, как бывало прежде, в нём забулькала какая-то песенка, но слов её Роуз не разобрала. Девушка набрала в грудь воздуха, села под водой на мраморный пол и прислушалась: из раскрытого яйца звучал хор голосов, от которых у неё мурашки побежали по коже: Ищи, где наши голоса звучать могли бы, Но не на суше — тут мы немые рыбы. Ищи и знай, что мы сумели то забрать, О чём ты будешь очень сильно горевать. Ищи быстрей — лишь час тебе на розыск дали На возвращение того, что мы украли. Ищи и помни, отправляясь в этот путь, Есть только час, потом пропажи не вернуть. Роуз оттолкнулась от пола, вынырнула и, встряхнув головой, откинула волосы с лица. — Выходит, они… живут под водой, — вслух начала рассуждать Роуз. Она достала яйцо из бассейна, попросила Ровера отнести его в спальню, а сама решила ещё немного полежать в горячей ванне. Роуз глянула на картину. — Ну конечно! — воскликнула Роуз. — Но что они могут забрать? И как мне целый час дышать под водой? — Зачем тебе настолько задерживать дыхание? — раздался тихий девичий голос. Роуз заозиралась вокруг. Это могло быть привидение. Либо кто-то из студенток решил подкараулить её брата здесь, подслушав его разговор с Седриком? — Можно к тебе присоединиться? — вышла на свет Джинни. Она розовела и смущалась, опуская глаза в пол, но маленькими шажками приближалась к бассейну. — Я уже выхожу, — выбираясь из бассейна, сказала Роуз, закутываясь в полотенце и накладывая на свою метку заклинание иллюзии в надежде, что рыжая не успела её заметить. Она отвыкла держать заклинание, ведь рукава рубашек и без него скрывали метку. — Прости, я не хотела тебя смущать, — тут же замельтешила руками Джинни. — Просто… хотела бы немного с тобой познакомиться. Ты вроде уже освоилась в замке, но так до сих пор не общаешься ни с кем. Вот, решила, что тебе одиноко, а сама боишься первой подойти. — Мне неинтересно, — хмыкнула Роуз, уже одевшись, пока Уизли ей что-то говорила. Все в школе были в курсе, на кого эта девушка положила глаз. Так что она поджидала тут явно не Роуз, а задержавшаяся брюнетка наверняка путала планы рыжей искательницы лёгкой наживы. — Ты даже не пробовала с нами общаться, — подошла ближе к ней Джиневра. Роуз тут же почувствовала запах яблок, влажного ветра и лёгкого одеколона. Те запахи, которые она ощущала от Драко. Глаза брюнетки мгновенно сузились. В голове немного помутилось, но в целом контролировать себя она могла, хоть и чуть заторможенно. А Уизли сделала ещё шаг, сокращая расстояние до неприлично минимального. Рыжая потянулась к Роуз губами… — /Иди в свою спальню и ложись спать/, — зашипела Роуз, увидев поползновения в свою сторону. Джинни замерла, часто заморгала, и немного замедленно ушла из ванны. А Розалин чуть не засмеялась. Похоже, логика у Уизли была проста. Раз уж не вышло с одним Поттером, можно попытаться и другого привязать к себе. Тем более, что Роуз ни разу ни на кого не засматривалась. Но стоило вернуться к испытанию, которое вновь подвергнет риску её жизнь. Пребывая в раздумьях, Роуз вместе с Ровером вернулась прямиком в свою спальню. Выпила противоядие от того зелья, которым надышалась из-за Джинни. Оставалось немного времени до отбоя, и Роуз стала перекладывать свои вещи из чемодана в рюкзак. Конечно, остались лежать на столе те учебники, которые могли пригодиться, но места в рюкзаке оставалось всё равно довольно много. Создав специальную противопожарную сферу прямо в комнате, Роуз повесила в неё котёл и стала варить зелье. Заклинания заклинаниями, вот только она не нашла ничего подходящего для её курса. Если вообще найдёт. Так что запасной план должен быть. Зашедший в комнату Гарри удивлённо посмотрел на сестру. — Сходи в ванную старост и поймёшь, — отмахнулась от него Роуз, нарезая очередной ингредиент и кидая в котёл. — Как раз отбой был недавно. Ровер проводит тебя до нужного места. И не забудь запереть за собой дверь. Оказывается, внутрь может попасть любой, если этого не сделать. Брюнет, задумавшись, согласился с сестрой. Ровер провёл его в нужное помещение. Вернулся Гарольд через час, отдохнувший и озадаченный. И сразу же взялся за учебники, которых было довольно много в этой комнате. Теперь у обоих прибавилось проблем и убавилось часов для сна. — Кстати, пока я плавал, в ванну заходил дежурный преподаватель, — поделился Гарри. — Он всё проверил, а когда убедился, что я один, вышел, ничего не сказав. — Похоже, старшекурсники любят занимать эту ванну для уединения, — фыркнула Роуз, решив немного отдохнуть от расчётов. — Ты думаешь, что старшекурсникам действительно это надо? — задумался Гарри. — Ну, Молли Уизли, которая в тот момент была Прюэтт, забеременела именно в школе, — пожала плечами Роуз. — Хотя не понимаю её. Всем же девочкам рассказывают о важности первой близости, как это влияет лично на них и на будущее всей семьи. А так как в магическом мире тоже существует такое понятие как изнасилование, то своих дочерей снабжают дополнительно специальным зельем. В числе одного из эффектов — противозачаточный. Гарри чуть порозовел. — Но если первый парень у девушки настолько важен, то зачем ещё и оно? Если она подвергнется насилию. — Это — один из эффектов, — вздохнула Роуз, повторяя. — Я тебе дам почитать про брачные традиции в магических семьях. Ну так вот, в более… грубые, так сказать, времена, старались уберечь дочерей и от насилия, но не всегда справлялись. Да, на брачном ритуале будет не так много бонусов, как от девственницы, но она хотя бы будет здоровой. Ну и появление бастардов таким образом пресекали. — Ты говоришь про то, что мать напитывает ребёнка в любом случае? — задумался Гарри. Роуз кивнула. — И в магловском мире, слышал, что это довольно травматично для организма матери. Но в магическом, возможно, всё серьёзнее… — Намного, — вновь кивнула Роуз. — Вот представь, что какой-то барон решает жениться на дочери соседа, потому что она подходит по вектору магии. А оказывается, что она для него сможет выносить максимум только одного ребёнка, потому что все свои силы тратит на бастардов от подобных насильников, даже если не желает этого. Ему придётся смириться с этим. Ну и подождать, пока её дети вырастут, и она сможет ещё парочку родить, а там уже жизненная энергия может быть на исходе, мало ли каким октаном она обладает. — Понятно, — заметно побледнел Гарри. — Но я пока что не хочу знакомиться с этой… стороной вопроса. — А придётся, — хмыкнула Роуз. — Не затягивай с этим ознакомлением. Так уж и быть, дам книжечки летом, или около того, чтобы не сильно отвлекать. А позже их прервал стук в дверь, и оказавшийся на пороге Теодрен просил помочь ему разобрать новую тему. Каким-то непонятным образом все младшие курсы стали каждый день приходить в комнату Роуз, устраиваться кто где, и совместно заниматься. Хотя, понятно кто был инициатором. Теодрен каждый раз невинно хлопал глазками и спрашивал, можно ли его однокурсникам присоединиться. Роуз, перемещая ближе к подоконнику котёл, тёрла переносицу и махала рукой в сторону ковра на полу. Довольные дети рассаживались, засыпали вопросами Гарри и Роуз и делали домашнюю работу. Птенцы, что до сих пор жили в комнате Роуз, в такие моменты забивались под кровать, где им оборудовали уютное гнёздышко и где регулярно пополнялась еда. А потом младшие попросили научить чему-нибудь помимо школьной программы. Роуз им вручила один справочник по магическим профессиям и академиям на всех и сказала решать самим, чем они в дальнейшем займутся. Озадаченные дети ходили и обсуждали между собой понравившиеся варианты. — Почему вы других не донимаете этим? — в конце одного такого дня устало спросила Роуз. — Потому что старосты с нами не хотят сидеть, а преподаватели постоянно говорят, что заняты, — буркнул Теодрен. — /На Слизерине было по-другому/, — прошипела со стоном Роуз. Гарри удивлённо посмотрел на сестру: он и не догадывался, что можно так говорить на парселтанге. — Ух ты! — восхитился Теодрен. — А ещё раз так сможешь? — А тебе зачем? — не понял Гарри, оглядывая притихших детей. — Ну, это круто, иметь королевский дар. Со змеями умели разговаривать только короли, — замялся блондин с ангельским личиком. — То есть ты историю всё же знаешь и умеешь искать нужное, — довольная Роуз оглядела его с ног до головы. — А что ты можешь сказать про профессора Снейпа? — Он — самый молодой Мастер Зелий, получил ещё в трёх областях титул Мастера, сотрудничает с Мунго и подал заявку на степень Магистра, — с придыханием сообщил первокурсник. — Постоянно печатается в научных журналах, причём в основном зарубежных. Его достижения признают очень много учёных и в своих работах ссылаются на него. Роуз заметила, как в глазах брата зажёгся азартный огонёк. Возможно, эта незапланированная акция по обучению трёх младших курсов в почти полном составе выльется во что-то стоящее. За подготовкой к урокам и дополнительными занятиями кончились каникулы. Роуз за это время сварила пару вариантов зелья. Результаты были обнадёживающими, но не теми, на что рассчитывала девушка. Действие зелья проходило самое максимальное через десять минут. Можно бы было, конечно, добавить ударную дозу подводных чешуекрылок, но тогда эффект зелья отменялся бы только другим зельем. Которое Роуз ещё предстояло разработать, если она решится именно на этот вариант. На улице по-прежнему лежали сугробы; стёкла теплиц заросли ледяными узорами. На УЗМС в такой холод не хотелось идти. — С соплохвостами не замёрзнешь, — буркнул перед уроком Рон, — придётся от них побегать. А если хижину Хагрида подожгут — совсем будет жарко! Снегу навалило за ночь очень много. До хижины добрались, проваливаясь по пояс. У двери их встретила пожилая колдунья с короткой стрижкой и выдающимся вперёд подбородком. — Быстрее, звонок прозвенел пять минут назад! — ещё издалека недовольно приказала она. — Вы кто? А где Хагрид? — спросил её Рон. — Моя фамилия Граббли-Дёрг, — представилась колдунья. — Я буду временно вести у вас уход за магическими существами. — А Хагрид где? — повторил громко Рон. — Нездоров. За спиной у Роуз кто-то злорадно хихикнул. Она обернулась — к хижине приближалась Панси с другими слизеринцами. Их нисколько не удивило появление профессора Граббли-Дёрг. — Идёмте за мной. — Преподаватель пошла вдоль загона, где ёжились и подрагивали от холода огромные золотые лошади Шармбатона. — А что с Хагридом? — едва поспевая за профессором, спросила Гермиона. — Не ваше дело, — отрезала Граббли-Дёрг. — Очень даже моё, — возразила Гермиона. Но профессор будто оглохла. И правильно сделала: на подобные личные вопросы могли отвечать только те, кого это непосредственно касалось. Обсуждать с учениками здоровье других преподавателей как минимум неэтично. Обогнули загон — лошади для тепла сбились в кучку — и пошли дальше к лесу. На опушке к одному из деревьев был привязан единорог. Девочки так и ахнули при виде горделивого жеребца. — Какой красивый! — всплеснула руками Лаванда. — Где она его раздобыла? Их так трудно поймать! Единорог был чистейшей белой масти, и по сравнению с ним даже снег выглядел сероватым. Он волновался, месил золотыми копытами снег, то и дело вскидывая голову с прямым, как стрела, рогом. Рон устремился было вперёд, но профессор Граббли-Дёрг остановила его, больно ткнув в грудь. — Мальчикам остаться. Единороги предпочитают женскую руку. Девочки, вперёд, осторожнее. Идём медленно, не торопясь… И профессор во главе кучки девочек осторожно двинулась к единорогу, а мальчики остались у ограды загона. Роуз решила не ходить с девчонками — ей не понравилось, как профессор Граббли-Дёрг осадила парней, хотя и была частично права. — Что с ним, как ты думаешь? Может, соплохвост… — спросил Рон, едва профессор отошла. — Цел твой Хагрид и невредим, — сказал тихо Гойл. — Просто ему стыдно показаться на людях. — Стыдно? Это ещё почему? — резко обернулся к Грегу Гарри. Тот запустил руку в карман и достал свёрнутую газету. — На, полюбуйся, — ухмыльнулся он, скроив притворно-жалостливую гримасу. Гарри взял газету, развернул и начал читать. Гриффиндорцы, заглядывая через плечо, присоединились к нему. Газетная статья начиналась с фотографии Хагрида, выглядел он на ней как настоящий головорез. [КОЛОССАЛЬНАЯ ОШИБКА ДАМБЛДОРА Альбус Дамблдор, директор школы «Хогвартс», всем известен своими чудачествами. Он, не колеблясь, назначает на должности преподавателей людей, которых иные не пустили бы на порог. В сентябре нынешнего года он удивил многих в Министерстве магии тем, что сделал учителем Защиты от Тёмных искусств свихнувшегося экс-аврора, печально известного Аластора Грюма. Грюм славится тем, что нападает на любого, кто сделает рядом с ним резкое движение. Но Грюм просто сама доброта и надёжность по сравнению с учителем-получеловеком, преподающим уход за волшебными животными. Зовут его Рубеус Хагрид. Он когда-то и сам учился в школе Хогвартс, но, как он сам признаётся, был отчислен на третьем курсе. Директор Диппет дал ему тогда должность лесничего. В прошлом году, однако, Хагрид, пользуясь влиянием на директора, получил должность учителя ухода за волшебными животными. Более достойным кандидатам на это место было отказано. Многие профессионалы своих сфер даже не пытаются предложить свои услуги школе, поскольку тенденция странных назначений сохраняется уже длительное время. На Хагрида страшно смотреть — так он свиреп и огромен. Обретённая власть позволяет ему проводить над учениками бесчеловечные эксперименты — натравливать на них чудовищ. Уже есть жертвы. Дамблдор на всё закрывает глаза, студенты говорят, ходить на его уроки опасно. — На меня бросился гиппогриф и поранил, а моего друга Винсента Крэбба укусил флоббер-червь, — сообщила нам студент четвёртого курса Панси Паркинсон. — Мы все терпеть не можем этого Хагрида, но дрожим от страха и потому молчим. Хагрид и дальше намерен запугивать учеников. Месяц назад в беседе с репортёром «Пророка» он рассказал, что вывел новый вид монстров, помесь мантикор с огненными крабами, и назвал их огненными соплохвостами. Эти соплохвосты очень опасны. Эксперименты по выведению волшебных животных, как известно, проводятся только с разрешения Департамента по надзору за волшебными существами. Но Хагрид, очевидно, считает себя выше таких мелочей. — Я занимаюсь этим забавы ради, — пояснил Хагрид во время интервью и тут же сменил тему. С недавних пор «Пророк» обладает неопровержимыми доказательствами, что Хагрид не чистокровный волшебник, каким он всегда притворялся. Он даже не человек. Его мать не кто иная, как великанша Фридвульфа, чьё нынешнее местонахождение неизвестно. Великаны жестоки и кровожадны, весь прошлый век они воевали между собой и едва не истребили себя полностью. Горстка оставшихся в живых примкнула к Тому-Кого-Нельзя-Называть, и именно они виновны в самых чудовищных массовых убийствах маглов. Большинство великанов были истреблены аврорами Министерства магии, но Фридвульфа каким-то образом уцелела. Возможно, бежала за границу и была принята в одну из горных общин великанов. Судя по урокам ухода за магическими существами, сын Фридвульфы унаследовал свирепость матери. Сам Хагрид уверен, что мальчик, благодаря которому Сами-Знаете-Кто лишился силы и могущества, является его другом. Гарри Поттер, возможно, не знает горькой правды о своём преподавателе. Долг Альбуса Дамблдора — известить Гарри Поттера и других студентов о том, что иметь дело с полувеликанами чрезвычайно опасно. Специальный корреспондент «Ежедневного Пророка» Рита Скитер] Гарри дочитал статью и взглянул на Рона. Тот раскрыл рот и вытаращил глаза. — Откуда ты взял, что Хагрида «терпеть не могут»? А о Крэббе какая чушь написана? — Рон указал на Винса. — Когда это его червь кусал? У червей и зубов-то нет! Крэбб, довольный собой, хохотнул. — Надеюсь, теперь-то этого идиота выгонят. — Гойл злобно сверкнул глазами. — Надо же, полувеликан! А я-то думал, он в детстве бутылку «Костероста» случайно выпил… Вот папочки с мамочками засуетятся: а ну как это чудовище съест их деток… — Ты… ты… — Вы где, на уроке? — прикрикнула профессор Граббли-Дёрг. Но даже не удосужилась подойти, и продолжила вести лекцию о единорогах. А оставшиеся парни будто разделились на два лагеря, отойдя друг от друга на приличное расстояние. — Хорошо бы она у нас осталась! — воскликнула Парвати после урока по дороге в замок. — Вот это, я понимаю, УЗМС. Единороги — не то что всякие там чудища… — А как же Хагрид? — Дин сердито поглядел на Парвати, шагая по каменной лестнице. — А что? Будет лесничим, как и был, — пожала она плечами. — Очень хороший урок, — сказала Гермиона. — Граббли-Дёрг столько всего рассказала! Я, оказывается, и половины не знаю о единорогах… — Это всё есть в книгах Скамандера, и даже больше, — возразила Роуз. — На, почитай! — Гарри сунул Гермионе под нос статью из «Пророка». Гермиона пробежала листок глазами, разинула рот совсем как Рон и задала тот же самый вопрос: — Откуда Скитер всё это узнала? Сам Хагрид ей сказал? — Может, подлила ему зелье болтливости? — предположил Рон. — Конечно, нет! — Гермиона остановилась у дверей Большого зала. — Он и нам-то этого не говорил. Думаю, она здорово разозлилась на Хагрида, что он не стал на Гарри наговаривать. Где-то сама всё это разнюхала и отомстила ему. Вечером комнату Роуз можно было назвать второй Гостиной. Вернувшиеся с каникул младшекурсники, услышав о подготовке к занятиям, проводимой Поттерами, тоже решили поучаствовать. И, как ни странно, было относительно тихо. Теперь и третьекурсники помогали младшим с выполнением, если старшие не успевали отвечать на все вопросы. Хагрид не показывался всю неделю: за завтраком, обедом и ужином его место за учительским столом пустовало, в лесу и окрестностях замка он не появлялся, а уроки УЗМС вела профессор Граббли-Дёрг. Панси открыто ликовала. В середине января объявили прогулку в Хогсмид. Поттеры вздохнули с облегчением: будет меньше шума. Гермиона очень удивилась, узнав, что Гарри с Роуз не собирались идти. — Я думала, вы расслабитесь. Столько времени проводите за поисками! — Мы ещё не нашли способ пройти испытание, — соврал Гарри. На самом деле, зелье Роуз было давно готово, и даже опробовано в той же ванной старост. — Правда? — поразилась Гермиона. — Ну, удачи! В субботу Гостиная факультета опустела, и Поттеры вместе с младшекурсниками засели в ней, занимая небольшой уголок. Наколдовали подушки, уселись поудобнее и принялись за работы. Многие третьекурсники тоже не пошли, уже насмотревшись на имеющиеся магазины в деревне. Они там откровенно скучали. Прибежавшие вечером Рон и Гермиона хотели было что-то рассказать Поттерам, но увидели рассевшуюся вокруг них толпу. И младшекурсники явно не собирались в ближайшее время уходить. А когда наконец расползлись по спальням, обнаружилось, что Гарри вновь убежал в комнату к Роуз. На стук никто не отвечал, а дверь была заперта. Постучав ещё немного, больше для порядка, друзья Золотого мальчика тоже ушли. В воскресенье Рон сообщил недовольной Гермионе, что Гарри не появлялся в спальне мальчиков. Или появился настолько поздно и проснулся настолько рано, что Уизли не заметил его. На самом деле Гарри с Роуз проходили мимо гриффиндорцев, и не единожды, но активировали свои мантии-невидимки, чтобы не попасться на глаза никому и не застрять с остальными за разговорами. Их ждали талмуды Лорда Малфоя, которые не были осилены и на треть, а Остара приближалась с пугающей скоростью. Ещё и домашние задания, выполнение которых было обязательно. Ведь Поттеры планировали стать сюзеренами для многих сильных магов, а они явно не потерпят тупых людей, управляющих их судьбой. И Гарри практически поселился в комнате сестры, благо гриффиндорские кровати были огромны и позволяли им спать вместе, укрывшись разными одеялами. Так что в понедельник на первом уроке Роуз и Гарри выслушали от Рона и Гермионы всё, что произошло без их участия в выходные. Они как раз сидели за последней партой на уроке заклинаний. Проходили Отбрасывающие чары, которые действовали как Манящие, только наоборот. Флитвик снабдил студентов подушками. Учитель полагал, что уж подушкой, даже если она полетит не туда, никого не пришибёшь. Так-то оно так, да вышло всё по-другому. Невилл, к примеру, всё норовил вместо подушки запустить что-нибудь ещё. Студенты так увлеклись весёлыми полётами подушек, что не обращали больше ни на что внимания, и можно было спокойно поговорить. Гермиона успела в красках расписать их посещение “Трёх мётел”: шатенка почти вывела, по её мнению, Скитер на чистую воду. Рон при этом добавил, что не стоило обзывать журналистку и вскоре от неё можно было ждать любой подлости. И они оба с довольными лицами поведали, что Хагрид возвращается к преподаванию. Гермиона заклинанием откинула подушку; подушка пролетела весь класс и угодила как раз куда нужно — в коробку. Гарри, к её удивлению, проделал ту же манипуляцию. Рон засмеялся от реакции подруги и сказал, что им должно же было хоть раз на уроках повезти. В один из редких моментов, когда Гермиона снисходила до Гарри своими предложениями о том, как справиться с испытанием, брат с сестрой сидели около камина в гостиной и как раз хотели немного отдохнуть. Грэйджер подсела к ним вместе с Роном и стала сыпать идеями. В подобные моменты Гарри жалел, что поделился с однокурсницей результатом его похода в ванную комнату старост. — Лучше всего, — сказала Гермиона, — превратиться во что-нибудь, например, в подводную лодку. Жаль, что мы ещё не проходили превращение человека! Оно будет только на шестом курсе. Лучше теперь и не пытаться, может плохо кончиться… — Да уж, только перископа на голове мне и не хватало, — заметил Гарри. — Может, кого-нибудь заколдовать при Грюме? А он меня во что-нибудь такое и превратит… — Станет он спрашивать, во что ты хочешь превратиться! — серьёзно сказала Гермиона. — Нет, тут нужно хорошенько подумать. — Роуз, а ты как собралась решать эту проблему? — полюбопытствовал Рон. Роуз посмотрела на рыжего, фыркнула и вернулась к роману, который взяла для разнообразия. Уход вёл снова Хагрид. И то ли в извинение за соплохвостов, то ли оттого, что соплохвостов осталось всего два, то ли Хагрид желал доказать, что он ничем не хуже профессора Граббли-Дёрг, он тоже взялся рассказывать о единорогах. Для урока Хагрид привёл двух маленьких единорожиков. Взрослые единороги белого цвета, а жеребята — золотые. Парвати и Лаванда пришли в совершеннейший восторг, даже у Панси при виде двух малышек перехватило дыхание, хотя она всеми силами старалась это скрыть. — Жеребят заметить проще, чем взрослых, — объяснил Хагрид. — Года в два они делаются серебряными, а рога вырастают годам к четырём. Взрослыми они становятся в семь лет и уж тогда белеют. Жеребята доверчивые, мальчиков не боятся. Коли хотите, можете погладить. Да сахаром их покормите. Толпа студентов ломанулась гладить бедных единорогов. — Что, Гарри, Роуз, идут дела? — спросил потихоньку Хагрид. — Угу, — ответил Гарри. — Волнуетесь? — Да, чуть-чуть. — Послушайте, что скажу. — Хагрид похлопал громадной рукой Гарри по плечу, у Гарри подогнулись коленки. — Я тоже волновался за вас перед хвосторогой и гебридским. А вы их вон как! Я-то знаю, раз Гарри чего захотел, так уж добьётся. И Роуз от тебя не отстаёт. Теперь-то я не беспокоюсь. Всё у вас получится. Подсказку-то вы отгадали? Гарри кивнул. — Вы победите, — уверенно пробасил Хагрид, снова похлопал Гарри по плечу, и Гарри по щиколотку завяз ногами в грязи. — Уж я-то знаю, знаю и всё тут. Вы обязательно победите! Хагрид бодро поглядел в глаза Гарри и Роуз и радостно улыбнулся. Гарри вновь кивнул и отошёл, сделав вид, что ему хочется вместе со всеми поласкать маленьких единорогов. За день до испытания Рон с Гермионой пытались затащить в библиотеку Поттеров, вот только тех оккупировали младшекурсники, и Грэйнджер с Уизли были вынуждены отступить под таким напором. А позже их вместе с Джинни увела куда-то МакГонагалл. Поттеры, закончив с младшекурсниками, разогнали их по постелям и сами отправились читать переданную им литературу Лорда. Они даже не заметили, как заснули, сидя на кровати и обложившись фолиантами вперемежку с пергаментами.
