Их осталось двое

Следующие несколько дней слились в сплошную чёрную полосу. Нечто похожее было на втором курсе, тогда многие подозревали Гарри в нападениях на школьников. Сириус Блэк на следующий день после статьи в газете о Чемпионате прислал письмо, которое Гарри показал Роуз, украдкой передав на первом занятии: [Гарри. Я не могу сказать в письме всё, что хочу: слишком опасно, вдруг его кто-то увидит. Нам нужно переговорить с глазу на глаз. Сделай так, чтобы мы могли встретиться у камина в вашей гостиной в час ночи с 21-го на 22 ноября. Я, как никто, знаю, что вы с Роуз сами себе лучшие стражи, а рядом с Дамблдором и Грюмом вряд ли кто отважится причинить вам вред. Но кто-то, явно могущественный, замыслил недоброе. Ведь ваши имена попали в Кубок под самым носом у Дамблдора. Сириус] Гарри, натренировавшийся в беспалочковой магии, просто сжёг письмо, мысленно пояснив, что не хочет общаться с насильником его сестры. На уроке Флитвика Гарри показательно так плохо применял манящие чары, что один из всего класса получил дополнительное домашнее задание. На неумение Роуз преподаватель отреагировал более снисходительно, просто пожав плечами. Гермиона весь урок притягивала к себе всё, что было в классе. — Это совсем не трудно. Просто ты плохо сосредотачиваешься, — утешала его после урока Гермиона. Мимо шёл Седрик в окружении глуповато восторженных девушек. При виде Гарри они округлили глаза, будто столкнулись в коридоре замка с соплохвостом. Роуз фыркнула на подобное отношение к тому, на кого все предыдущие годы старшекурсники обращали внимание постольку-поскольку, считая себя выше “малышни с другого курса”. Гарри же, наоборот, развеселился. По той же причине. После обеда они спустились в подземелье, возле двери кабинета толпились слизеринцы, у каждого на груди большой значок. На них горела яркая надпись: “Седрика поддержим — он Настоящий Чемпион.” — Нравится, Поттер? — заметив Гарри, воскликнул Гойл. — Но это ещё не всё! Полюбуйся! Он нажал на значок, красная надпись исчезла, её сменила зелёная: “Гарри Поттер, ты смердяк, Задавала и дурак.” Слизеринцы загоготали. Все, как один, нажали на значки, и на Гарри и Роуз отовсюду теперь смотрели блестящие зелёные буквы. Гарри непонимающе смотрел на это представление. Ситуация была явной демонстрацией. И только внимательнее всмотревшись в буквы, увидел настоящее послание. И не разобрать. Губы так и расползались в дебильной улыбке от слов поддержки: “Поттерам не требуются фанаты — Они чудеса творят без них!” — Очень смешно! — язвительно бросила Гермиона, презрительно глядя на группу слизеринских девчонок во главе с Панси, смеявшихся громче всех. — Верх остроумия! — Дать тебе, Грэйнджер? — Гойл протянул Гермионе значок. — Ой, не дотрагивайся до меня. Я только что вымыл руки. Видишь, какие чистые. Не хочу испачкаться о какую-то грязнокровку. Вдруг это заразно. — Почему здесь так шумно? — прозвучал вкрадчивый бархатный голос. У дверей лаборатории показался профессор Снейп. После его появления повисла гробовая тишина. Зельевар, осмотрев студентов, велел заходить на занятие. Все тихо подчинились, занимая свои места. — Займёмся противоядиями! — Северус обвёл класс глазами. — Составы у вас готовы? Теперь осторожно заварите их. После чего выберем кого-нибудь и попробуем на нём их действие. Но приготовления противоядия прервал стук в дверь. В класс шмыгнул Колин и, одарив Гарри сияющей улыбкой, подошёл к Снейпу. — В чём дело? — сухо спросил декан Слизерина. — Простите, сэр, но Гарри и Роуз Поттер вызывают наверх. Северус, нагнувшись, приблизил к Колину крючковатый нос, и улыбка сползла с восторженного лица малютки. — Поттерам предстоит ещё час работы с зельями. Наверх они поднимутся после урока. — Сэр, сэр, его ждёт мистер Бэгмен, — испуганно проговорил краснеющий Криви. — Все Чемпионы должны идти. Их, по-моему, будут фотографировать. Гарри чуть не взвыл вслух от этой фразы. Роуз же не удержалась и закатила глаза. После второго курса и помешанного на своих изображениях Локхарта это слово вызывало у обоих лишь раздражение. — Ладно, — сдался Северус. — Идите. — Профессор, нам осталось совсем немного, — подал голос Гарри, заметив выражение лица сестры. — Мы можем доделать и сдать работы? Северус на это ничего не сказал, лишь с деланно кислой миной кивнул. Пять минут — и две подписанные склянки стояли на его столе. Колин что-то пропищал и кинулся на выход из кабинета. Гарри с Роуз переглянулись, взяли сумки и вышли за дверь. — Роуз! — воскликнул третьекурсник. — Я — Колин Криви. Ты, наверное, ещё меня не знаешь... — Колин, веди уже, — поморщился Гарри. — Знает она. Я про тебя много рассказал. — Ой, правда? — просиял мальчишка. И стал восторженно рассказывать, что именно сам слышал про столь знаменитых близнецов. Идти им было недолго — недалеко от холла они остановились у одной из дверей. Так что третьекурсник недолго изливал на них своё многословное восхищение. — Желаю удачи, — попрощался у двери Колин и сбежал. Гарри глубоко вздохнул как перед прыжком в воду, постучал и вошёл следом за Роуз. Они очутились в небольшой аудитории. Она была явно неиспользуемой, потому что оба ещё ни разу не бывали в ней, да и парт было очень много для такого скромного помещения. Большинство столов сдвинуты в конец, образуя в центре пустое пространство. Три составлены вместе перед доской и накрыты длинной бархатной скатертью. За ними пять кресел. В одном сидел Людо, беседуя с незнакомой ведьмой в алой мантии. Крам задумчиво стоял в стороне от всех. Седрик и Флёр беседовали. Вид у неё довольный, не то что в день приезда. Она то и дело откидывала голову, и длинные белокурые волосы на свету красиво переливались. Пузатый коротышка с большой чёрной камерой, слегка дымившейся, открыто любовался ею. — А вот и четвёртый с пятым чемпионы! — увидев Поттеров, Бэгмен вскочил и радостно запрыгал к ним. — Входите, Гарри, Роуз, входите! Не волнуйтесь, это просто церемония проверки волшебных палочек. Необходимо проверить, в каком они состоянии, нет ли поломок. После церемонии вас будут фотографировать. Познакомьтесь, Рита Скитер, — Бэгмен жестом указал на женщину в алой мантии. — Она делает небольшой материал о Турнире для «Пророка». — Не такой уж и небольшой, Людо, — жеманно поправила Рита. Волосы у неё были уложены в причудливое сооружение из тугих локонов, нелепо сочетающееся с массивным подбородком; очки украшены драгоценностями, пальцы, сжимающие крокодиловой кожи сумочку, завершаются длиннейшими ногтями, покрытыми вишнёвым лаком. — Нельзя ли до начала церемонии взять у Гарри и Роуз коротенькое интервью? — обратилась она к Бэгмену, не отрывая от Поттеров глаз. — Самые юные чемпионы, несомненно, прибавят статье живости. — Разумеется! Гарри, Роуз, не возражаете? — Нет, благодарю, — покачал головой Гарри, оглядываясь на сестру. — Не стесняйтесь, — засмеялся Бэгмен. — Уверен, все хотят знать как можно больше о вас. — Зачем? — заинтересованно склонил голову набок Гарри. — Мы ведь обычные студенты. Ничем не отличаемся от однокурсников. Скитер тут же что-то застрочила в своём блокноте. — Ну как же, Гарри, — стушевался Бэгмен. — Мне тут по секрету рассказали, что ты занимаешь первую строчку в рейтинге, деля её с мисс Смит… — Она умерла, — резко оборвал его Гарри. — И мисс Скитер об этом писала. — Да, припоминаю, — кивнула женщина. — Студенты поговаривают, что вы с ней дружили. А в последний год очень часто проводили время вместе. Скажи, Гарри, она являлась твоей подругой сердца? — Нет, — вздохнул Гарри. — Она пригласила меня на свою помолвку в качестве свидетеля. Глаза Скитер зажглись. Но внезапно дверь отворилась: в проёме стоял Дамблдор и глядел на репортёра «Пророка», явно замявшись. За его спиной маячил ещё один пожилой волшебник. — Дамблдор! — возликовала Рита Скитер, разбивая своим восклицанием возникшую мимолётную неловкость. — Как поживаете? — Рита протянула директору Хогвартса руку для пожатия. — Надеюсь, вы видели мою летнюю статью о Международной конференции колдунов? — Отменно омерзительна, — блеснул очками Дамблдор. — Особенно меня потешил мой собственный образ выжившего из ума болтуна. Рита Скитер нимало не смутилась. — Я только хотела подчеркнуть старомодность некоторых ваших идей и то, что многие простые волшебники… — Был бы счастлив узнать подоплёку ваших инсинуаций, Рита, — прервал журналистку Дамблдор, — но боюсь, придётся перенести нашу беседу на другое время. Сию минуту начнётся церемония проверки палочек. Гарри и Роуз расселись вместе с остальными Чемпионами на стульях у двери. Выделенное им место больше походило на угол для неудачников и наказанных, какие были у маглов. Гарри поделился этими соображениями с сестрой, и теперь оба пытались не заржать в голос, комментируя фразы друг друга. За накрытым бархатной скатертью столом уже восседали четверо судей: Каркаров, Максим, Крауч и Бэгмен, что пришли вместе с Дамблдором и были сперва незамеченны другими, заранее пришедшими в кабинет людьми. Рита расположилась в углу, разложила начатую статью на колене и, пососав кончик Прытко Пишущего Пера, водрузила его стоймя на пергамент. — Позвольте представить вам мистера Олливандера, — обратился к чемпионам Дамблдор, заняв место за столом судей. Названный скромно поклонился, стоя рядом с судейским столом. — Он проверит ваши палочки, дабы убедиться в их готовности к турнирным сражениям. — Мадемуазель Делакур, начнём с вас, если не возражаете, — Олливандер вышел на середину класса. Флёр Делакур лёгкой походкой подошла к нему и протянула палочку. — Хм-м, — протянул Олливандер, повертел её в длинных пальцах как дирижёрскую. Из палочки посыпался сноп розовых и золотых искр. Мастер поднёс её к глазам и внимательно рассмотрел. — Ясно, — сказал он спокойно. — Двадцать сантиметров, не гнётся, розовое дерево. Боже милостивый! Содержит… — Волос с головы вейлы, моей гран-маман. — Да… да, — кивнул Олливандер. — Я никогда не использовал для палочек их волос. Они получаются темпераментные. Но каждому своё, и если она вам подходит… Мистер Диггори, ваша очередь. Флёр полетела на своё место, по пути одарив Седрика улыбкой. — А-а, узнаю своё изделие, — заметно оживился Олливандер, беря палочку Седрика. — Прекрасно её помню. Содержит один волос из хвоста уникального экземпляра жеребца-единорога, около двух метров в холке. Чуть не проткнул меня рогом, когда я дёрнул его за хвост. Тридцать пять сантиметров, ясень, хорошая упругость. Олливандер выпустил из палочки Седрика серебристую спираль дыма на весь класс, остался ею вполне доволен, и пригласил на середину комнаты Крама. Виктор встал, повёл плечами, ссутулился и вразвалку подошёл к мастеру. Протянул палочку и, сунув руки в карманы, нахмурился. — Хм-м. Если не ошибаюсь, творение Грегоровича? Прекрасный мастер, хотя стиль не совсем тот, какой… Ну, это ладно… — он поднёс палочку к глазам и тщательно рассматривал её, вертя так и этак. — Да… саксаул и сухожилие дракона? — метнул он взгляд на Крама. Тот кивнул, и мастер вернул своё внимание палочке. — Толстовата, довольно жёсткая, двадцать семь сантиметров… Авис! Палочка выстрелила как ружьё, из кончика выпорхнула стайка щебечущих птичек и вылетела в окно навстречу солнцу. — Отлично, — сказал Олливандер, возвращая Краму его палочку. — Мистер Поттер! Гарри поднялся с места и протянул свою палочку. — О-о! — расцвёл Олливандер, глаза его вдруг вспыхнули. — Я очень хорошо её помню. Двадцать восемь сантиметров, остролист и феникс. Олливандер изучал его палочку дольше всех. Наконец пустил из неё фонтан вина и возвестил, что палочка по-прежнему пребывает в безупречном состоянии. — Осталась мисс Поттер, — провозгласил Олливандер. Девушка покраснела, вставая с места, и подошла к старому мастеру. Она протянула палочку, ожидая вердикт. — О, помню, её, — вдохновился Олливандер. — Дуб и феникс, двадцать восемь сантиметров. За палочкой регулярно ухаживают. Смену хозяина перенесла легко. Раньше принадлежала… Лилиан Смит, верно? — Да, — подтвердил Гарри с его места, рассказывая заранее сочинённую историю. — Она мне дала палочку, чтобы не потерять в толчее… Потом я дал её Роуз, чтобы немного попрактиковаться. А так как палочка стала слушаться сразу же, решили не приобретать новую. Из палочки завитками понеслась по всему кабинету радуга. Олливандер вернул Роуз палочку. — Благодарю всех, — сказал стоящий за судейским столом Дамблдор. — Возвращайтесь на занятия. Хотя, пожалуй, можете идти обедать, урок вот-вот кончится… Гарри уже сделал шаг к выходу, но толстяк с камерой вскочил и прокашлялся. — А снимки, Дамблдор, снимки! — заволновался Бэгмен. — Всех судей и участников! Что вы скажете, Рита? — Да, конечно. Сначала всех вместе, — она впилась взглядом в Гарри, — а потом по отдельности. Фотографу пришлось изрядно потрудиться. Мадам Максим заслоняла всех, какой ракурс ни возьми, а ему отойти некуда, чтобы великанша попала в кадр. В конце концов ей пришлось сесть, а все остальные встали вокруг. Каркаров наматывал на палец козлиную бородку, чтобы получился ещё один завиток. Крам занял место позади. Фотограф желал выдвинуть на первый план Флёр, но Рита опередила его, поместив в центр Гарри с Роуз как самых юных. А когда снимок был готов, настояла, чтобы участников Турнира сняли ещё и по отдельности. “Интересно, а если невидимого человека снимать то на фото будет что-то видно?” — вдруг заинтересовалась Роуз. “Кстати, может как раз волшебники под чарами невидимости попадали на снимки маглов?” — поддержал идею Гарри. — “Надо у Колина спросить, поддержит ли нас. Он в этом году точно свою камеру притащил. Его фотографии разлетаются как выпущенные снитчи. Слышал, и неподвижные фото тоже пользуются успехом.” Наконец всех отпустили. Гарри и Роуз пошли обедать, Гермионы всё не было, — наверное, в библиотеке опять закопалась. Поели в тишине и отправились в башню. — Давай потренируемся в Манящих чарах, — предложил Гарри по пути. — Они у меня совсем не выходили на уроке. — Прекрасная идея, — кивнула Роуз. — А может, потанцуем? — подскочила к ним Полумна, до этого подпиравшая стенку в коридоре. — Расслабляться тоже надо, — задумался Гарри, улыбаясь девушке. — Рад тебя видеть, Луна. — Только нам надо вытащить Ледяного принца, — огорчилась Луна. — Сама знаешь, просто так к нему не подойти. Но ты можешь его вытащить, — тут же достала кусок пергамента Роуз, что-то строча на нём. Затем вручила его Луне. Блондинка улыбнулась и поскакала в сторону вышедшего из зала Драко. Роуз с Гарри решили не стоять истуканами, а отправиться в сторону Выручай-комнаты. — Но всё же Манящие чары потренируем перед сном. Нам надо выпустить немного магии, — схватилась за локоть брата Роуз. Тот лишь удобнее перехватил её руку. Лестница их уводила всё выше. Студентов становилось меньше с каждым пройденным пролётом. Вот и знакомая комната напротив полотна с танцующими троллями, в этот раз лишь с зеркалами на стенах и граммофоном в углу. Вместе с ними зашёл Драко, пропустив перед собой Полумну. — Ну и как это понимать? — поднял одну бровь слизеринец, скрещивая руки на груди, только дверь была закрыта. — Знакомься, это Луна Лавгуд. И она прекрасный собеседник, — представил её Гарри. — Только если нарглов поблизости нет, — фыркнула блондинка, присаживаясь на ближайший к ней пуф, любезно предоставленный Комнатой. — Луна, что ты хотела сказать о причине сбора? — подтолкнул её Гарри к озвучиванию собственных выводов. — Зачем вам нужны торжественные мантии, если вы не сможете в них блистать в лунном свете? — обезоруживающе улыбнулась Полумна. — Жаль, конечно, что вас вынудят подыскивать себе пару, и если вы выберете не тех… — А как ты об этом узнала? — прищурил глаза Драко. — Мне звёзды рассказали, — хихикнула Луна. — А что, если мы заранее подберём пары? — задумался Гарри. — Драко, давай согласимся, — подошла к нему Роуз и погладила по груди. — Ведь Малфои всегда должны быть идеальны… А так у нас будет больше времени на подготовку. Драко рыкнул и впился в губы своей невесты поцелуем. — А я думал, что он сорвётся раньше, — подошёл к Луне Гарольд, скрестив руки на груди и стараясь отвлечься от эмоций, что долетали до него от сестры. — Дракон не обладает никаким терпением, когда дело касается его сокровища, — заметила Луна. — Что тут вообще происходит? Откуда она обо всём знает? — наконец оторвался Драко от Роуз и вопрошающе уставился на остальных. — Мы нашли с Лордами общий язык и интересы ещё в позапрошлом году, — оповестила Луна. — Но из-за одного Паука мы могли общаться только с Гарри. Ой, прошу прощения, милорд Гарольд. В этом году всё немного изменится. Вы будете освещены вниманием всех скрещенных палочек, а Паук будет всё сильнее оплетать, дёргая за ниточки филина. — Видящая? — наконец понял слизеринец. — И если кто её обидит, то мы этому негодяю руки оторвём, — промурлыкала Роуз. — Женщина, я тебя уже боюсь, — вздохнул Драко, потирая переносицу. — Раз уж мы собрались блистать, а я знаю немного больше вашего в классических танцах, начнём с простых движений. Поттер, не будь деревянным, тебе ещё быть главным в паре. — Можешь составлять танец только на нашу четвёрку, — великодушно разрешила Луна. — Другие Чемпионы всё равно не будут вступать в нашу компанию. — Мы же для них слишком маленькие, — скривилась Роуз. — Погодите с танцами, — нахмурился Гарри. — Что-то придумал, Поттер? — усмехнулся Драко. — Скорее, вспомнил, Малфой, — отразил усмешку Гарри. — На первом курсе, в последней комнате Дамблдор сказал Лилиан, что слизеринка, которая общалась до неё с представителями других факультетов, умерла. Как думаете, это был намёк? И кто эта слизеринка? Драко с Роуз переглянулись и в один голос сказали: — Лита Лестрейндж. — Родственница Рабастана и Родольфуса? — решил уточнить Гарри. — Ветвь из Франции, — кивнул Драко. — И что же там такого было? — прищурил глаза Гарри, внимательно рассматривая сестру. — Эта история из первой половины этого века, — предупредила Роуз. — Было объявлено о свадьбе Тесеуса Скамандера и Литы. Но прямо перед торжеством… В общем, они все были втянуты в противостояние Дамблдора и Гриндевальда. Лита погибла в первой же стычке. Подробности неизвестны никому, а официальные источники, как ты понимаешь, могут не рассказать главного. Вроде как её очень часто замечали рядом с Ньютом Скамандером, и оба Скамандера тогда хотели скрыться от намечающегося противостояния. Хотя о нём никто прямо не говорил. А когда Лита погибла, оба вступили в борьбу. — Мне это не нравится, — нахмурился Гарольд. — Тогда погибла слизеринка, и началось противостояние Тёмному лорду. В этот раз при первом заявлении о себе Пожирателей смерти погибла слизеринка… Это намёк на то, что Тёмный лорд восстанет и будет новое противостояние? И не будет ли… фатально для Драко? — Не забывай, что мы не всё знаем, — покачал головой Драко. — Только общие черты. Они сходятся, согласен. Но то, что мёд и вода текучи, ты же не будешь им приписывать одинаковые свойства? — Намекаешь на то, что следует лучше разобраться в ситуации? — вопросительно глянул на него гриффиндорец. — Намекаю, что при отсутствии исходных данных не стоит строить теории, — фыркнул блондин, взмахивая палочкой. — А пока что стоит заняться тем, для чего мы тут собрались. По Комнате полилась музыка темпа анданте, и друзья распределились по парам, начав практиковаться. Гарри то и дело сбивался, спотыкаясь о собственные ноги. Роуз с Драко же лишь повторяли то, что учили в детстве, приноравливаясь к своим новым габаритам. Луна терпеливо ждала, пока её партнёр оправится от очередного падения, добивала его своей колкой репликой, чем вызывала улыбки у слизеринца и гриффиндорки. Ближе к ужину они разошлись, договорившись, что будут встречаться так через день. Гермиона, отошедшая от насмешек однокурсников, вновь отчитала Гарри, что он пропадает неизвестно где, а нужно заниматься. Несмотря на освобождение от экзаменов в этом году, СОВы в будущем никто не отменял, и именно на это упирала Грэйнджер. Роуз чуть не засмеялась в голос — они с братом уже фактически готовились к ЖАБА, лишь немного повторяя программу для текущего года. По настоянию Роуз, после ужина они ушли практиковаться в её комнату. Там было меньше восторженных восклицаний, да и никто не помешает. Сидя в центре комнаты, Гарри пытался приманить к себе всё то, что Роуз разложила по всему периметру помещения. Спустя полчаса Гарри с присоединившейся Роуз заставили летать по всей комнате множество вещей. Потрясение от свалившегося как снег на голову участия в Турнире слабело, уступая место страху перед приближающейся опасностью. Первый тур надвигался неотвратимо. Роуз постоянно потряхивало от одной только мысли, что ей предстоит сражаться перед сотнями зрителей. Не выдержав такого настроения сестры, Гарри в первые выходные после проверки палочек предложил ей немного расслабиться. Вдохновившись его идеей, Роуз помчалась за ним на улицу, попросила Ровера принести ей метлу, и через несколько минут уже парила высоко в небе. Они с Гарри выписывали различные фигуры в воздухе на фоне догорающего заката. И подобные полёты оба стали совершать регулярно, тренируясь в синхронности и расслабляясь от давлеющего на них Турнира. Жизнь, казалось, текла своим чередом. Но у Роуз часто возникало ощущение нереальности происходящего. В прошлом году она была ученицей Слизерина, посещавшей занятия и занимающаяся в библиотеке. В этом же стала студентом Гриффиндора, ходившим на занятия и летавшим по вечерам вместе с братом. Но кем бы она ни была, волнение, переходящее в страх, перед первым испытанием не покидало её. И мнимая свобода, которой кичились представители львиного факультета, казалась ей золотой клеткой из-за невозможности в открытую поговорить с друзьями-змеями. Это постоянно поднимало волну раздражения, которую сдерживали лишь успокоительные зелья. Тем временем житья в стенах замка вовсе не стало. Рита Скитер опубликовала в «Пророке» статью о Турнире Трёх Волшебников. Но о состязаниях там говорилось мало. Большую её часть составляло красочное жизнеописание Гарри и Роуз. Едва ли не половину первой страницы занимали их фотографии. Фактически вся статья, занимавшая половину выпуска, посвящена только им, имена чемпионов Шармбатона и Дурмстранга перевраны, о них сказано несколько слов в самом конце статьи, а имя Седрика вовсе не упоминалось. Статья появилась десять дней назад, но стоило Роуз о ней вспомнить, ей хотелось засмеяться в голос, а Гарри — провалиться сквозь землю от одного намёка на вышедший опус. Рита Скитер такого понаписала, чего Гарри и Роуз в жизни своей никогда не говорили. [— Моя сила — это дар, унаследованный от родителей, — говорит Гарри. — Если бы они увидели меня сейчас, они бы очень мною гордились. Да, по ночам я всё ещё плачу, вспоминая о них, и не стыжусь в этом признаться. Я знаю, на Турнире ничего со мной не случится, потому что родители смотрят на меня с небес. Я не считаю себя выдающейся личностью, но стараюсь делать всё от меня зависящее, что порадовало бы родителей… — Я очень рада, что, наконец, обрела свой дом, — поделилась Роуз. — Мне было тяжело быть пленницей. Постоянные смены местонахождения очень утомляли. Мой путь до Хогвартса занял немало времени. Но всё же мне удалось в стенах замка воссоединиться с семьёй…] Рита Скитер ещё и опросила других хогвартцев, желая узнать их мнение. [В Хогвартсе Гарри встретил свою любовь. Это всем известная Лилиан Смит, что погибла при нападении Пожирателей смерти во время проведения Чемпионата мира. Но его близкий друг Колин Криви говорит, что сейчас Гарри всюду появляется в обществе Гермионы Грэйнджер, сногсшибательной красавицы-маглы, которая, как и Гарри, является одной из самых блестящих студентов школы. Что это — настоящая любовь или попытка справиться с утерей? Сам же Гарри Поттер сообщил, что Лилиан Смит пригласила его на помолвку лишь в качестве свидетеля, а не непосредственного участника. Сложно представить, как в столь юном возрасте можно было справиться сначала с разбитым сердцем из-за отказа возлюбленной, а затем пережить её утрату. Но напоминание о возлюбленной у него всегда находится рядом. Гарри рассказал, что Лилиан Смит ему доверяла настолько, что палочку передала ему прямо перед смертью, хотя и не думала о подобном исходе. Теперь эта палочка принадлежит его сестре, о чём поделился герой. И теперь его окружают постоянно две девушки: одна почти настолько же умна, как и Лилиан Смит, другая обладает таким же характером. Не разбивает ли сердце героя такое общество? Может, он в темноте ночи горюет не только о родителях, но и о несбывшихся мечтах?] С появлением статьи многие, завидев Гарри, цитировали её, отпуская шутки. Гермионе тоже доставалось. Но она приняла свою славу как должное и не видела в ней ничего плохого. О ней говорят все в школе! Даже в статье признали её красоту! В день, когда вышла статья Скитер, Рон ещё больше надулся и старался отсаживаться от Гарри как можно дальше на занятиях. Гермиона очень на них сердилась. Подходила то к одному, то к другому, стараясь помирить их. Гарри был непреклонен: он заговорит с Роном, если тот поверит, что Гарри не бросал в Кубок своего имени и попросит прощения за «лжеца». — Он первый начал, — стоял на своём Гарри, когда Гермиона в очередной раз попыталась воззвать к его разуму. — Пусть первый и подойдёт. — Но тебе его не хватает! — теряла терпение Гермиона. — И я точно знаю, ему тоже без тебя плохо. — Мне… мне его не хватает? — возмутился Гарри. — Ничего подобного! Он говорил правду. Ему с лихвой было бы достаточно общения с сестрой, Луной и Драко. Жаль, что происходило это тайно, а на уроках приходилось изображать лютую ненависть по отношению к слизеринцу и безразличие к рэйвенкловке при редких столкновениях в коридоре. Гарри с Роуз вновь зачастили в библиотеку за редкими экземплярами книг, которые отсутствовали в библиотеке Блэков. Главным образом это были фолианты, более подробно раскрывающие базовые понятия артефакторики, тогда как Блэки были больше чароплёты и ритуалисты. Виктор Крам тоже проводил за книгами много времени. Гермиона часто жаловалась при всех за гриффиндорским столом, что Крам постоянно торчит в библиотеке. Нет, Крам ей не докучал. Но из-за книжных полок за ним вечно подглядывали хихикающие девчонки, и это мешало ей сосредоточиться. — Чего они в нём нашли! Красивым его не назовёшь! — возмущалась Гермиона, глядя на носатый профиль Крама. — Он знаменитость, вот девчонки и бегают за ним. Они бы и не взглянули на него, если бы он не владел этим приёмом, финтом Вонки… — Не Вонки, а Вронски, — буркнул Гарри. Странно, когда чего-то страшишься и отдал бы всё, лишь бы замедлить время, оно, наоборот, мчится, как сумасшедшее. Дни перед первым туром летели так, словно кто заговорил стрелки часов и они стали бежать с удвоенной скоростью. Лишь вечерние занятия танцами, дополнительные занятия зельями в пустом от студентов кабинете и регулярные полёты на метле скрашивали дни. В субботу, накануне первого тура, ученикам позволили пойти в Хогсмид. По мнению Гермионы, Гарри не мешало бы немного развеяться. Поттер только отмахнулся, уставившись в очередной талмуд. Взглянувшая на название Гермиона возмущённо фыркнула и заявила, что ничего глупее не видела. “Как понять, что твои волосы чёрные”. Что за название! — А как же Рон? — спросил Гарри, вздохнув и отложив книгу. — Может, ты хочешь пойти с ним? — Э-э… — Гермиона слегка покраснела. — Я подумала, мы могли бы с ним встретиться в «Трёх мётлах». — Хорошо, вот и погуляете, — кивнул Гарри, утаскивая из-за стола зачитавшуюся учебником по скандинавским рунам Роуз. — Но Гарри, тебе надо отдохнуть! Скоро соревнование… — Герми, — он почесал затылок будто от неловкости. — Я не хочу никого сейчас видеть, а в Хогсмид вся школа рванёт! Никто не даёт мне проходу. Все думают, что именно я подложил своё имя в Кубок… — Поляна? — предложила Роуз, позволяя себе с некоторого времени изредка произносить отдельные слова в присутствии других. — Думаю, хорошая идея, — кивнул Гарри. — В Хогсмид пошёл бы, будь у меня мантия-невидимка. Мне ещё расслабиться надо. Встретимся за ужином. Гермиона задохнулась от возмущения. Она придумала такой отличный план помирить друзей! Но не вышло… Гарри с Роуз подошли к Запретному лесу. На поляне перед ним резвился Ровер. Вокруг него важно вышагивал почти достигший его в росте Цербер. — Он быстро растёт, — заметил брюнет. — Потому что ты питаешь его своей магией, — улыбнулась девушка. В этот миг деревья будто сотряслись от грохота, производимого чем-то неподалёку. И звук был весьма характерным. — Это… это наше испытание? — сглотнула Роуз. — Похоже, — такими же круглыми от страха глазами посмотрел на неё Гарри. Несколько раз глубоко вздохнув, она предложила: — Давай сходим и посмотрим. Хотя бы характеры узнаем. — Это нечестно по отношению к другим участникам. — Шармбаттонцы в любом случае уже знают. Их карета недалеко. Думаю, и дурмстрангцы могли заметить что-то странное, пока транспортировали этих ящериц. Ведь Каркаров раньше состоял в Вальпургиевых рыцарях, опыт в наблюдении имеется. Папа просвещал, когда решался вопрос, куда будет поступать Драко. Остаются лишь хогвартцы. Мы уже знаем, а Седрику… можно рассказать, чтобы он не был в неведении. — Ладно, — вздохнул Гарри. — На всякий случай напомню. Стандартное протего не подействует против огня дракона, но уменьшит его мощь. — Противоожоговая мазь у меня с собой. И Поттеры продолжили путь. Гарри всё сильнее злился, что поддался уговорам. И боялся за них обоих. Шли по опушке леса, описывая дугу, пока озеро и замок не скрылись из виду. Неожиданно послышались громкие голоса людей и сразу же свирепый душераздирающий рёв. Обойдя последнюю кипу деревьев, они увидели их. По загону, ограждённому крепкими брусьями, ходили на задних лапах пять огромных злобного вида драконов, издавая громоподобный рык, из клыкастых пастей вырывались в небо яркие языки пламени. Серебристо-голубой с длинными острыми рогами скалился на волшебников и щёлкал зубами. Зелёный, покрытый гладкой чешуёй, извивался и топал могучими задними лапами. У красного шею украшала бахрома из тонких золотых пик. Были ещё два гигантских чёрных, больше других похожих на ящеров, они находились совсем рядом. Не менее тридцати пяти волшебников, семь или восемь на каждого дракона, старались утихомирить их, крепко держа в руках цепи, прикреплённые к толстым кожаным ремням, опоясывающим шеи и лапы драконов. — Назад! — крикнул волшебник у забора, натягивая цепь. — Они стреляют огнём на расстояние семь метров. А эта хвосторога на все пятнадцать. На счёт три — Усыпляющее заклятие! Все драконологи вынули волшебные палочки. — Митескере! — крикнули они почти одновременно, и из палочек огненной ракетой вылетело Усыпляющее заклятие, осыпав звёздным дождём чешуйчатые бока драконов. Ближайший к ним дракон опасно заколыхался на задних лапах, пасть раскрылась в беззвучном рыке, пламя из ноздрей больше не вырывалось, хотя дым всё ещё валил. Дракон повалился на землю с таким стуком, что содрогнулись деревья. Драконологи опустили палочки и подошли к поверженным подопечным. Затянули потуже цепи и, торопясь, привязали к чугунным прутьям, вбитым глубоко в землю. — Чарли! — послышалось в стороне от Гарри с Роуз, из-за чего они на автомате активировали мантии-невидимки. С другого конца поляны к такому же рыжему брату спешил Рон. — Ну как тебе? — начал, ещё не отдышавшись, Чарльз. — Они скоро придут в себя. Мы их в дорогу усыпили снотворным, думали, им лучше проснуться глубокой ночью, когда темно и тихо. А видишь, что получилось. Они очень недовольны… — Просто потрясно! Никогда не видел таких огромных, и вблизи… А что здесь за виды? Я только валлийского зелёного отличил. — Это самка венгерского хвосторога, — сказал Чарльз. — Рядом — гебридский чёрный. Тот, что поменьше, синевато-серый — шведский тупорылый. А красный — китайский огненный шар. — Да-а-а, — протянул Рон. — Значит, пять. На каждого по одному дракону. А что они будут с ними делать? Сражаться? — Кажется, просто пройдут мимо. Мы будем всё время рядом. Если ситуация станет опасной, заклятие Уничтожения наготове. Организаторам понадобились почему-то драконихи-наседки. Понятия не имею, почему. Могу только сказать: не завидую тем, кто вытянет хвосторогу или гебридского. Они сзади так же опасны, как и спереди. Чарли махнул на хвосты. И вправду, у одной вдоль хвоста бежал частокол длинных цвета бронзы шипов, а у другой тянулся по всей спине острейший гребень, заканчивающийся на кончике хвоста серебристым шипом. Пятеро драконологов поднесли в огромном решете на одеяле несколько крупных гранитно-серых яиц и осторожно поставили его под самым боком драконихи хвостороги. — А как там Гарри? — поинтересовался Чарли. — Прекрасно, — буркнул Рон. — Надеюсь, после встречи с этой командой он будет в том же самочувствии, — мрачно проговорил Чарли. — Я не решился рассказать матушке, что Гарри ждёт в первом туре. Она и так едва не расплакалась. “Как они могли включить его в этот Турнир! Он ещё совсем маленький! Я думала, в школе он в безопасности. Думала, возрастное ограничение будет соблюдено”, — передразнил он голос миссис Уизли. — Она обливалась слезами, когда читала эту статью в «Пророке». “Он всё ещё плачет по своим родителям, бедняжка. Я этого не знала!” Конечно, обрадовалась, что нашлась Роуз, но это одновременно её расстроило ещё больше. “Бедный ребёнок, скитался где только можно все эти годы! А как только был найден, сразу же был втянут в такое жестокое соревнование!” — Ты бы чаще с ней виделся. Мать пытается с тобой наладить отношения. С Биллом почти получилось. И всё из-за Перси. Он теперь дома почти не ночует, в Министерстве пропадает. — Да знаю я, как она пытается, — отмахнулся Чарли. — Весь вечер перед Чемпионатом по квиддичу прожужжала уши про какую-то Лилиан Смит. Что она такая же любознательная, как и я, с единственным недостатком — слизеринка. Это потом я понял, что она меня сосватать за неё хотела. Вот только жаль девочку. Умерла же. — Она тебе ещё не подобрала никого после Чемпионата, а мне пихает Гермиону. Как же! Карьеристка, которой будет плевать на собственных детей до такой степени, что бросит их на маму. А она и рада будет их воспитывать. В принципе, я согласен с её мнением относительно Гермионы, но мне до чёртиков надоело притворяться тупым. Да и нравится мне другая… — После школы проще будет, — хлопнул брата по плечу Чарли. — Не знаю, как Билл, но я из Румынии возвращаться не планировал. Моя невеста, Рейжина, ждёт там. И её родители согласились ввести меня в свой Род, минимизировав откат ритуалами. “Вот это новости”, — удивилась Роуз. — “Не все Уизли рады тому, что творит их матриарх.” “Может, Рон всё же нормальный?” — задумался Гарри. “Пока его заставляют не быть собой — нет. Кто знает, что он может на самом деле. Я бы и не против поменять своё мнение, правда”, — поняла накатившую грусть на брата девушка. — “Но в нашем случае лучше перестраховаться.” Они медленно пошли в сторону замка. Теперь ясно, что им предстоит. К лучшему или нет, что они узнали про драконов? Наверное, всё-таки к лучшему. Во всяком случае, они теперь не так сильно волновались и не беспокоили друг друга приступами страха. “Что ты можешь сказать об этих драконах?” — поинтересовался Гарри, снимая невидимость вслед за сестрой. Они уже выходили на полянку перед лесом, и ничего неправомерного не совершали своей прогулкой. “Наседки агрессивнее остальных. Но характер можно узнать только из учебника. Я не помню всё, что прочитала, наизусть. Я не Гермиона.” Дойдя до замка, Гарри и Роуз прошли в парадные двери и поднялись по мраморной лестнице. В библиотеке нашли книги про драконов и взяли их. В храме знаний хоть и было пусто, они решили сразу пойти в гостиную. А то, зная себя, они зачитаются и не заметят пролетевшее время. Ровер с Цербером, конечно, будут им таскать разные бутерброды и чай, но подниматься с нагретого места всегда было больно. Поэтому в гостиной Гриффиндора они вдвоём забрались в одно огромное кресло. Оно стояло в отдалении от остальных студентов, решивших позаниматься в непривычно тихой гостиной. Гарри сел на кресло, почти утонув в нём, а Роуз уселась ему на колени, оперевшись спиной о спинку и свесив ноги с подлокотника. “Не боишься, что Гермиона опять начнёт орать?” — усмехнулся Гарри, открывая книгу. “Так теплее. И это её проблемы”, — в тон ему ответила Роуз. Гарри открыл книгу, и они вдвоём стали её читать, периодически указывая на какие-то строчки и тихо обсуждали их. Другие старшекурсники вполне сносно отнеслись к такому поступку. Ну учатся и учатся, спорят о чём-то своём. Подумаешь, девчонка сидит на коленях парня, но ведь не целуются или не делают чего-то более… открытого. Да и брат с сестрой это, не положено им ничего запрещённого совершать. Гермиона, до этого радостно влетевшая в гостиную, словно наткнулась на стену. Взгляд её упёрся в Гарри, на плече которого спала его сестра. Так мало того, что спала, ещё и сидела на нём! А этот брюнет укрывает бесстыдницу вместо того, чтобы отчитать! — Гарри Джеймс Поттер! — отмерла Грэйнджер. — Ты почему до сих пор потакаешь своей сестре?! Роуз вздрогнула и недовольным сонным взглядом нашла нарушительницу спокойствия. — /Стоило тебя послушаться. Была не права/, — призналась Роуз, поднимаясь на ноги. “Не сказал бы, что это было бесполезно. Посмотри на тех, кто был с нами всё это время. Большая часть просто восприняла как должное наше поведение. А когда Герми закричала, состроили кислые мины. Но и не защитили.” Поттеры собрали библиотечные учебники и не спеша пошли в комнату Роуз. Когда за ними закрылась дверь, девушка тут же разлеглась на кровати. — Тебя считают слишком маленькой из-за показного отсутствия воспитания и соответствующего поведения. Плюс тут многие магловоспитанные, и у них подобное не считается выходящим за рамки приличия в отношении маленьких детей, — задумался Гарри. — Но тогда что не так с Грэйнджер? — Потому что твоё окружение многое говорит о тебе, — пожала плечами Роуз. — Она применяет это выражение лишь на мнимость и первое впечатление, но не личностные качества. Девушка потянулась. Гарри лишь хмыкнул на её слова, но не возразил. — Блин, такой шикарный сон спугнули! — посетовала она. — Как можно быть такой жестокой к ребёнку, который только вышел в общество? — Делает вид, что строгая мамочка для всех несмышлёнышей? Напоминает МакГонагалл. Она с таким же видом и так же непонятно читает лекции. В комнату вдруг постучали. Гарри глянул на свернувшуюся в клубочек сестру, рядом с которой уже успели улечься оба фамильяра. Девушка едва заметно кивнула. Брюнет открыл дверь. На пороге стоял Рон и мялся. — Можно войти? — смотря себе под ноги, спросил рыжий. — Только не споткнись, — немного отошёл с дороги Гарри. Рон, смутившись, всё же прошёл внутрь. Оглядел комнату внимательно. Заметил, что один из чёрных псов положил лапы на девочку, и оба наблюдали за ним. — Это что, фамильяры? — смущение сменилось восторгом. — Я о них слышал только легенды. У прапрапрадеда был такой, но красного цвета, огромный волкодав. — Это, по сути, обычные собаки, — усмехнулся Гарри. — Ну так из них тоже могут получиться фамильяры, — косо глянул на него рыжий. — Устанавливаются доверительные связи, идёт обоюдная магическая подпитка… — А ты много всего знаешь, — склонил голову набок Гарри. — Гермиона нашла упоминание о них как о помощниках, и теперь разыскивает представителей, чтобы насильно освободить. — Она и о домовиках ничего не хочет слушать, — пробурчал Рон. Но вскинул тут же голову. — Я не по этому вопросу пришёл. Сегодня Чарли прилетел с полосой препятствий для испытания… — Мы подумаем, что можно сделать, — нахмурился Гарри. — Мы их видели, когда гуляли рядом с Запретным лесом. — Я не могу тебе что-то сказать наверняка, потому что не драконолог, но помогу с книгами, — Рон, с горящими глазами, сделал шаг к Гарри. — И… постараюсь всё объяснить так, чтобы твоя сестра тоже поняла. — Какая самоотверженность, — пробормотала Роуз. — Дайте отдохнуть. Уже в четверг нам надо будет посмотреть в лицо смерти. — Какие ты слова знаешь уже, — нервно усмехнулся Рон. — Она знает и проклятия. И характер у неё скверный, — хмыкнул Гарри, уже выходя из спальни вместе с рыжим. Поворчав немного для порядка, Роуз всё же встала с постели, переоделась в пижаму и наконец расслабилась под одеялом. Длинный месяц переживаний почти подошёл к концу. В воскресенье утром Роуз спешно оделась и побежала на завтрак в Большой зал. Сегодня им с Гарри предстояло довольно много изучить более подробно, чем они раньше занимались поверхностно. А именно — особенности драконов и их поведения. Против обыкновения, Поттеры решили немного задержаться в библиотеке, оккупировав один из столиков в разделе Магозоологии. Рон пришёл некоторое время спустя, присоединившись к Золотым близнецам. В отличие от них, рыжий натащил стопку книг по “драконьим” заклинаниям. Рон едва слышно что-то бурчал и отодвигал в сторону очередную книгу. Как только одна его стопка закончилась, он принёс ещё одну и стал просматривать. Гермиона, не способная упустить подобное мероприятие, присоединилась к ним после завтрака и теперь без устали тараторила у Гарри над ухом: — Отключающее заклятие… Зачем отключать дракона? Ведь ты же не хочешь вылечить ему клыки. Беда в том, говорится в той книге, что их шкура непроницаема для магии. Применить заклятие трансфигурации? Нет, с такими гигантами не пройдёт. Даже профессор МакГонагалл не справилась бы. Может, тебя самого подвергнуть трансфигурации? Будешь намного сильнее. Но это заклятие очень сложное, мы его не проходили. Я про него знаю, потому что уже пишу курсовую для СОВ. — Гермиона, пожалуйста, помолчи хоть немного. Мне надо сосредоточиться, — взмолился Гарри. В библиотеке появился Крам. Мрачно взглянув на их столик, он втянул голову в плечи, прошёл мимо, сел в дальний угол, обложившись горой книг. — Он опять здесь! Что ему у себя на корабле не сидится? — разозлилась Гермиона. — Пойдём отсюда. Позанимаемся лучше в гостиной. Сейчас сюда сбегутся его поклонницы и начнут трещать. И правда, стайка девчонок на цыпочках скользнула в библиотеку; у одной вокруг пояса был повязан болгарский флаг. — Иди, мы чуть позже присоединимся, — отмахнулся Гарри, резонно предполагая, что щебетание девушек будет фоновым шумом, тогда как Гермиона орёт ему в самое ухо. Но им не суждено было остаться в тишине. На выходе из библиотеки внезапно вырос Грюм. — Идём со мной, Поттер. Оба, — прохрипел он. — А вы, Грэйнджер, Уизли, подождёте их в башне. Гарри смотрел на Грюма с опаской. — Простите, профессор… э-э… нам нужно подготовиться к занятиям. — Ничего страшного. Следуйте за мной. Гарри и Роуз переглянулись, но повиновались, собрав все выбранные книги с собой. Вошли в кабинет преподавателя, куда тот их провёл в полном молчании. Грюм закрыл дверь и пристально посмотрел на них обоими глазами. — Садитесь, — пригласил Грюм. Гарри и Роуз сели и осмотрелись. Каждый преподаватель обставлял комнату так, как ему было удобнее. Так что было интересно, на что способна фантазия очередного преподавателя. На столе стоял треснутый стеклянный вредноскоп. В углу на небольшом столике золотой предмет, что-то вроде скрюченной телевизионной антенны, которая тихо гудела. На стене — пластина напоминающая зеркало, комната в нём не отражалась, по его поверхности двигались расплывчатые фигуры. — Нравятся мои распознаватели чёрной магии? — спросил Грюм. — А это что? — показал Гарри на антенну. — Детектор лжи. Начинает вибрировать, когда засечёт ложь, тайный умысел. Здесь он не работает. Слишком много помех. Ученики то и дело говорят неправду, почему не сделали уроков. С того дня, как я здесь, не умолкая гудит. А вредноскоп вообще пришлось отключить — свистит и свистит. Повышенная чувствительность, ловит опасность на расстоянии мили. И конечно, распознаёт не только детские шалости. — А зеркало для чего? — Это Проявитель Врагов. В нём сейчас затаились мои враги. Но пока вижу белки их глаз, беда не грозит. А как начнёт грозить, тут-то я и открываю мой сундук. Издав короткий хриплый смешок, он указал на вместительный сундук под окном. На нём было семь отверстий для разнокалиберных ключей. — Так, значит, про огнедышащее препятствие вам известно? — Профессор вернул внимание на Поттеров. — Не волнуйтесь. — Грюм сел, вытянул деревянную ногу с хриплым стоном. — Обман был всегда неотъемлемой частью Турнира Трёх Волшебников. — Мы никого не обманывали, — ощетинился Гарри. — Так получилось… случайно… Грюм усмехнулся. — Я не обвиняю вас, малыш. Мадам Максим и Каркаров жаждут победы. Хотят Дамблдора обставить. Особенно из-за того, что от Хогвартса участвует три студента. Так что они наверняка постарались донести всю информацию до своих студентов. А Дамблдор хочет, чтобы правила были соблюдены, и подобным подлогом заниматься не собирается. Грюм опять усмехнулся с хрипотцой, магический глаз завращался очень быстро. — Так… так вы уже знаете, как справитесь со своими испытаниями? — Пока нет. — Я не намерен вам помогать, — жёстко произнёс Грюм. — Любимчиков у меня нет. Просто могу дать несколько полезных советов. Первый: используй свои сильные стороны. — У меня нет никаких сильных сторон, — вырвалось у Гарри. — Извини, — прохрипел Грюм, — они у тебя есть. Раз говорю — есть, значит, есть. Ну-ка подумай! Что тебе лучше всего даётся? — Полёты на метле, — осторожно отозвался он. — Верно. — Грюм буравил его волшебным глазом, который почти остановился. — Ты, я слыхал, потрясающе летаешь… — Да, но… метлу-то нельзя захватить. Только волшебную палочку… — Второй самый общий совет, — продолжил Грюм. — Используй простое заклинание и получишь то, что необходимо. Необязательно учить какое-то высшее колдовство, чтобы поразить остальных. Простыми методами тоже всё можно преодолеть, хоть и подключив смекалку. Гарри недоумённо глядел на Грюма. — Думай, мальчик, — прошептал Грюм. — Сложи два совета вместе. Не так уж это и трудно. И лицо Гарри посветлело. — Ну а что до тебя… — уставился Грюм своим голубым глазом на Роуз. — Ты довольно талантлива, хоть и пропустила большое количество занятий. Никто из Чемпионов не знает, на что ты способна. — Но откуда вы об этом знаете? — нахмурилась Роуз. — Наблюдательный, — хрипло усмехнулся Грюм. — Профессия обязывала иметь и подобное качество. Это полезно при работе мракоборцем. — Я подумаю, — кивнула девушка. — А теперь идите, готовьтесь к занятиям, — отпустил их Грюм. Всю дорогу они мысленно совещались, что лучше всего будет применить в борьбе с драконами. Раз уж Гарри был превосходным ловцом, придётся использовать манящие чары и метлу. Ну а Роуз — что-то простое, но такое же действенное.Они прошли мимо Гостиной факультета, даже не заметив разложившуюся Гермиону. Как и она их. — Несушки — агрессивные, но чем дракониха старше и крупнее, тем спокойнее она будет. Если опытная — то одним движением может убить человека, — подвела итог одной из статей в книге Роуз. — Так, по психологии более-менее понятно. Нам выбрали, хоть и крупных, но менее вёртких и более спокойных. Ещё эти драконы любят поиграть в любом возрасте. Хммм… Главное, чтобы их игры не дошли до крайности. — Может, тебе сделать упор на их силу и слабость одновременно? — задумался Гарри. — У них, конечно, почти непробиваемая чешуя, но вот зрение, слух и обоняние обострённое… — Заклинание вони, ослепления и шума, — задумалась Роуз. — Для вони можно и обычными манящими чарами воспользоваться, приманив из леса гниющие трупы. В лесу водятся акромантулы, наверняка подобное добро будет. — Это как крайний вариант, — едва заметно побледнел Гарольд. — Доставай учебники по Чарам, будем искать. Они обложились целыми стопками учебников. Рон, принёсший примирительный перекус, в шоке оглядел творческий хаос. На всех поверхностях лежали раскрытые книги, а сами брат с сестрой зарылись в кусках пергамента, валявшихся на кровати. Буркнув что-то про всезнаек и их пародистов, рыжий оставил бутерброды на свободном месте (крайне небольшой уголок стола), и решил удалиться из комнаты. Хоть в комнате было тихо, никто не разговаривал, но по выражению их лиц заметно, что Гарри с Роуз спорили, и не стоило влезать в их семейные разборки. Не то крайним сделают. Уж он-то знал это на опыте, когда его мама кого-то из братьев отчитывала. Проще было дать ей выговориться, чем пытаться остудить пыл. Понедельник и вторник прошли для Поттеров практически в тумане. Профессора их сильно не донимали, поскольку прекрасно осознавали: им вскоре предстоит первое испытание. МакГонагалл даже за опоздание не выговорила, а Флитвик — за посторонние учебники во время занятия. Утром в среду вся школа нехотя собиралась за столами, предчувствуя тяжёлые занятия. Но было и предвкушение — ведь завтра состоится первый тур. На первый урок Гарри опоздал. Вбежал в оранжерею номер три, второпях извинился перед Спраут и подошёл к Гермионе и Роуз. — Ты где был? — шёпотом спросила у него Гермиона. — Рассказал Седрику про первое испытание, — также тихо ответил Гарри. Одноклассники стали прислушиваться к разговору. Но Гарри сказал всё, что хотел, поэтому никто больше ничего не услышал. Обеденный перерыв Гарри с Роуз пропустили, взяв с собой достаточно еды для перекуса. Их нашёл Драко и накричал, что не соглашался становиться вдовцом ещё до свадьбы. Потом, конечно, успокоился (не обошлось без умиротворяющего бальзама), более основательно накормил обоих брюнетов и немного помог с составлением плана для Роуз. Для Гарри давно был готов: заклинание, метла и импровизация. А вот для Роуз ещё не было выбрано заклинания. Затем была Нумерология. Гарри с Роуз сначала спотыкались об уже известные им примеры, но потом взяли себя в руки и худо-бедно сдали работы. — В этот раз хуже, чем в прошлый, — остановила их профессор Вектор. — Вы сильно волнуетесь перед Турниром? — Есть такое, — покраснел Гарри. — Сегодня в обязательном порядке отоспитесь. Нервы целее будут, и голова сообразит быстрее, — улыбнулась она им. Женщина внешним видом походила на МакГонагалл, но в версии на тридцать лет младше. И улыбчивее. С виду строгая, но не скрывающая доброту и понимание к детям. Гарри с Роуз наклонили головы в знак принятия совета. — И вы понимаете, что я жду от вас работы сильнее, чем эти? На следующее занятие перепишете. Я знаю, вы можете. Поттеры открыто улыбнулись, и лёгким шагом направились в башню. Последний вечер перед соревнованиями следовало действительно отдохнуть. Поэтому они, в комнате Роуз, уселись в уже привычную медитативную позу. Рядом с ними улеглись Ровер и Цербер, образуя круг (размеры фамильяров уже позволяли так лечь), тоже принявших участие в медитации. Через пару часов оба уже чувствовали себя немного сильнее и значительно спокойнее. — Не против сегодня выспаться в одной комнате? — внезапно предложил Гарри. — Мы уже и без этого хорошо помедитировали, — заметила Роуз, склоняя голову на один бок. — У меня в комнате сейчас Симус и Дин будут обсуждать, что же будет на первом задании. И обвинять меня в недоверчивости, что не раскрыл им тайну моего имени в Кубке, — поморщился брюнет. — Тебе надо быть спокойным, а не выслушивать капанье на мозги, — вздохнула Роуз. — В прошлом году тебе было бы всё равно на эти разговоры. Наследие принесло некоторые… недостатки. Но они могут обернуться и достоинствами. — Ты о чём? — не понял Гарри. — Мы теперь более эмоциональны. Думаю, ты и сам заметил. Чаще всего проявление эмоций помогает понять, что за человек перед тобой, как ты к нему относишься и как относится он к тебе, — пожала плечами Роуз. — Так что? Можно останусь? — повторил попытку Гарри. — Да, — вздохнула Роуз. — Иначе и меня завтра доведёшь до нервного срыва. Цербер, виляющий хвостом, уже стоял с принесёнными пижамой и одеялом Гарольда. — О, как неожиданно. Спасибо, дружок, — потрепал он пса по голове. Использовав балдахин на кровати как ширму, они быстро переоделись, улеглись под разными одеялами, чтобы не мешать друг другу, и крепко заснули. На следующее утро Гарри, что не странно, не так сильно волновался и не донимал своими страхами Роуз. Уроки были отменены в связи с Турниром. Вся школа гудела и волновалась. Но напряжение всё равно было. Оно проявлялось в некоторой апатии и небольшой рассеянности. Гарри и Роуз переоделись в форму, специально выданную на время соревнований. Роуз поморщилась, натягивая юбку. Она может зацепиться за что-то, да и не грела особо из-за своего фасона, так что ей пришлось надевать на ноги дополнительно спортивные штаны, которыми снабдила её тётя Петунья. Гарри был полностью согласен с сестрой, что удобнее было бы в брюках. Но никто ведь не собирался даже слушать студентов. Они спустились на поздний завтрак. На них оглядывалась вся школа и что-то тихо обсуждала. Но гул всё равно стоял такой, будто они попали в огромное осиное гнездо.Внезапно к ним подошла МакГонагалл, и разговоры стали тише. — Поттер, Чемпионы уже ушли. Пора готовиться к первому туру. — Иду. — Гарри поднялся. Следом за ним встала Роуз. Вместе с МакГонагалл Поттеры покинули зал. Ей тоже было не по себе. Лицо встревоженное. Сошли по каменным ступеням, вышли на холодный ноябрьский воздух, МакГонагалл опустила руки им на плечи. — Не бойтесь, — сказала она. — Держитесь молодцом. На случай осложнений дежурят волшебники… Главное, сделайте всё, что можете, плохого о вас не подумают… Вы как, в порядке? — Вполне, — за обоих ответил удивлённый Гарри. Ещё ни разу за прошедшие годы декан его факультета не проявляла участие. Похоже, и МакКошку проняло от осознания того, какое им предстоит испытание. Пошли к драконам опушкой леса. Они вышли за пределы защитного купола. Похоже, собирались допустить множество зрителей помимо учеников школы и прилетевших на отбор гостей. У купы деревьев, за которыми находился загон, поставили палатку, загородившую ящеров. Остановились у входа. — Войдёте сюда к другим Чемпионам, — дрожащим голосом сказала МакГонагалл. — Будете ждать своей очереди. Там мистер Бэгмен. Он объяснит вам, что делать… Счастливо вам. — Спасибо, — безучастно произнёс Гарри. Профессор удалилась, и Гарри с Роуз вошли внутрь. В углу на низком деревянном стуле сидела Делакур. Бледная, на лбу капельки пота. Крам ещё сильнее хмурился. Седрик ходил из угла в угол. Увидев Гарри, слегка улыбнулся, Гарри ответил тем же. Обе девушки-участницы были в юбках, на что указал Гарри. Роуз лишь пожала плечами и завела мысленный диалог с братом, отметив, что организаторами турнира являются мужчины. Вот они и решили, какая форма будет стандартной для участников, не принимая в расчёт того, что на улице холодно. Им хотелось соблюсти традиции. В их понимании это означало, что девушки в любых ситуациях и обстоятельствах должны носить юбки. — Привет, Гарри, Роуз! — радостно воскликнул Бэгмен. — Входите, входите! Чувствуйте себя как дома! Бэгмен был одет в старую спортивную мантию с чёрно-жёлтыми, как у осы, полосками. Толстый, весёлый, он выглядел карикатурой в окружении бледных, напряжённых чемпионов. Оно и понятно. Не ему же сейчас надо было выступать. — Итак, все в сборе. И я сейчас сообщу вам, что делать! — бодро заявил Бэгмен. — Когда зрители соберутся, я открою вот эту сумку. — Он поднял небольшой мешочек из красного шёлка и потряс им. — В ней находятся копии тех, с кем вам предстоит сразиться. Все они разные. Каждый по очереди опустит руку и достанет, кого ему послала судьба. Ваша задача — завладеть золотым яйцом. Роуз огляделась. Седрик кивнул, дав понять, что понял, о чём речь, и вновь принялся ходить по палатке. Флёр и Крам не шевельнулись. Очень скоро послышался топот множества ног. Зрители шли, шутя, смеясь, возбуждённо переговариваясь… Тем временем Бэгмен развязал шёлковый мешочек. — Леди, прошу вас, — объявил он, предлагая мешочек Флёр. Она опустила внутрь руку и вынула крошечную точную модель валлийского зелёного с биркой номер два на шее. Флёр не выказала ни малейшего удивления, скорее осознанную обречённость. Что подтвердило её осведомлённость. Роуз спряталась за Гарри, наблюдая за происходящим, делая вид, что опасается всех присутствующих. Так что вторым выбирал Крам. Ему выпал китайский огненный шар с номером три. Крам не моргнул и глазом, просто смотрел под ноги. Седрик вытащил сине-серого шведского тупорылого под номером один. Гарри сунул руку в мешочек — венгерская хвосторога, номер четыре. Появившаяся на свету дракониха растопырила крылья и оскалила крошечные клыки. Настала очередь Роуз. С биркой номер пять все увидели гебридского чёрного, кругами носившуюся по её руке. Самый сложный, судя по описаниям Ньюта Скамандера. Агрессивный, непредсказуемый, и более кровожадный, чем его сородич валлийский зелёный. — Ну вот! — воскликнул Бэгмен. — С этими драконами вам предстоит встретиться. На шее у дракона номер очереди. Всё ясно? Тогда вынужден вас оставить, я сегодня ещё и комментатор. Мистер Диггори, по свистку первый войдёте в загон, ясно? Гарри, Роуз, можно вас на два слова? — Э-э… — протянул Гарри и вышел, ведя за руку Роуз, из палатки вслед за Бэгменом. Тот отошёл за деревья и обратился к ним с отеческой заботой в голосе: — Как вы? Могу я чем-то помочь? — Что? — не сразу понял Гарри. — Нет. Ничем. — У вас есть план действий? — Бэгмен заговорщически понизил голос. — Я хотел бы подкинуть вам пару советов. Вы младше всех, я бы помог вам, если, конечно… — Ни в коем случае, — перебил Гарри и, чтобы смягчить свою грубость, добавил: — Благодарю, я уже знаю, что делать. — Никто не узнает, Гарри, — подмигнул Бэгмен. — Нет. Я чувствую себя прекрасно, — ответил Гарри. — У нас есть план действий. Прозвучал свисток, останавливая комментатора от расспросов. — Боже! Мне пора бежать! — спохватился Бэгмен и поспешил прочь. Гарри и Роуз вернулись в палатку, им навстречу вышел ещё сильнее побледневший Седрик. Гарри пожелал ему удачи, Седрик в ответ лишь кивнул и вышел. Гарри, Роуз, Флёр и Крам услышали, как снаружи взревели зрители. Значит, Седрик уже в загоне, лицом к лицу с живой копией своего дракончика. Это было ещё хуже, чем Роуз представляла. Каждую попытку Седрика подойти к шведскому тупорылому зрители встречали воем, криками и улюлюканьем. Крам по-прежнему сидел, глядя в пол. Флёр, как ранее Седрик, расхаживала по палатке. А от комментариев Бэгмена недолго и с ума сойти. — Ну! Ещё чуть-чуть… мимо!!! Он идёт на риск! Давай же!!! Эх! Умный ход — жаль, не сработал! Спустя двадцать минут оглушительный рёв возвестил, что Седрик перехитрил дракона и схватил золотое яйцо. — Превосходно! — кричал Бэгмен. — Молодец! А сейчас оценки судей! Но результат не назвал. Вновь раздался свисток. — Осталось четверо! — провозгласил Бэгмен. — Мисс Делакур, прошу! Флёр дрожала с головы до ног. Она покинула палатку с высоко поднятой головой, сжимая в руке палочку. Роуз, Гарри и Крам остались втроём. Всё началось сначала. — Не уверен, что это мудрая тактика! — доносился весёлый комментарий Бэгмена. — Близко!!! Совсем близко!!! Ну, как так можно?! Внимательней надо! Чёрт!!! Думал, сейчас схватит! Пятнадцать минут, и опять взрыв аплодисментов. Значит, Флёр тоже справилась. Показывают оценки, очередная овация… и третий свисток. — Мистер Крам, ваш выход! — объявил Бэгмен. Крам, сутулясь, вышел, и Гарри с Роуз остались одни. — Они же так дракону подсказывают своим рёвом, что что-то будет, — нахмурилась Роуз. — Это же болельщики, — пожал плечами Гарри. — Они по-другому не умеют. — Больше злят драконов… А ведь это наседки! Драконы и в обычное время не лапочки, а в такой период становятся наиболее опасными. Единственный плюс — с места не сходят, охраняют кладку. Комментарии Бэгмена и рёв трибун продолжались примерно двадцать минут. — Вот это дерзость!!! Здорово!!! — кричал Бэгмен. Крики его заглушил жуткий рык китайского огненного шара, трибуны стихли. — Ну и нервы! Не человек, а машина! Да!!! Он схватил яйцо!!! Аплодисменты сотрясли воздух. Крам завершил раунд, настала очередь Гарри. Гарри поднялся. Роуз вздохнула, пытаясь брату и себе придать спокойствия. Закрыла глаза и стала наблюдать за ним, заодно решив посмотреть, что ожидает её. Гарри вышел из палатки и осмотрелся. Его глазами сейчас видела и Роуз. Вокруг созданной каменной площадки воздвигли трибуны. С них на Гарри смотрели сотни лиц. Гораздо больше, чем на школьных соревнованиях по квиддичу, но всё же меньше, чем на чемпионате мира. В другом конце загона, как огромная курица, на яйцах восседала хвосторога. Крылья полураскрыты, свирепые жёлтые глазки уставились на противника. Громадный чешуйчатый хвост, весь в пиках, бьёт по промёрзлой земле, оставляя глубокие, метровой длины следы. Гарри поднял палочку и крикнул: — Акцио «Молния»! И стал ждать. Пока ожидал, он стал волноваться ещё больше. Хвосторога пыталась его задеть своим огнём, но Гарри вовремя отпрыгнул за камень. Уже было слышно, как мчит к нему «Молния», со свистом рассекая воздух. Вскоре метла зависла позади него, ожидая наездника. Зрители зашумели сильней… Бэгмен что-то крикнул. Перекинув ногу через метлу, Гарри высоко взмыл. Лица зрителей стали как булавочные головки, хвосторога — не больше собаки. Гарри глянул на кладку яиц. Золотое блестит на фоне серых. Сохранности ради, все лежат между передних лап драконихи. Спикировал. Голова хвостороги потянулась за ним. Гарри это предвидел и вовремя вышел из пике — там, где он был секунду назад, хлестнула огненная струя. Зрители взревели. Гарри взлетел выше, описал круг, хвосторога следила за ним, вращая головой на длинной шее. Но нельзя уповать на удачу, как бы опять огнём не стрельнула… Хвосторога разинула пасть, а Гарри нырнул вниз. На сей раз повезло меньше. Избежал пламени, но дракониха махнула хвостом, Гарри ушёл влево, длинный шип задел плечо и порвал мантию. Плечо как ужалили. Трибуны зашлись в крике. Ничего, царапина неглубокая… Гарри развернулся, подлетел к хвостороге и стал кружить у неё над спиной. Кажется, то, что надо. Хвосторога не взлетает, стережёт яйца, как и сказала Роуз. Извивается, расправляет, сжимает крылья, держит Гарри под прицелом жёлтых, устрашающих глаз. Но отойти от яиц боится. А Гарри именно это нужно… Он летал то в одну сторону, то в другую, соблюдая расстояние — под драконий огонь попадать нельзя. Но надо и угрожать, пусть беспокоится. Голова драконихи крутилась за ним, вертикальные зрачки наблюдали, клыки скалились. Он взмыл выше. Шея у хвостороги удлинилась, голова поднялась, как у змеи по велению заклинателя. Гарри дразнил дракона, то приближаясь, то отлетая. И дракониха не выдержала, расправила чёрные крылья размером с небольшой самолёт. Гарри среагировал мгновенно. Не успела дракониха понять, в чём дело, а Гарри стремглав мчался к незащищённому гнезду яиц. Оторвав руку от «Молнии», схватил золотое яйцо и на огромной скорости взмыл вверх. Он пролетал над трибунами, держа в здоровой руке тяжёлое яйцо. Гарри услышал шум довольных зрителей. — Нет, вы только посмотрите! — кричал Бэгмен. — Самый юный чемпион быстрее всех завладел яйцом! У него есть все шансы на победу! Но у нас ещё один участник, дождёмся его! А пока что посмотрим оценки жюри! Гарри увидел, как стражи драконов кинулись укрощать хвосторогу, а у входа в загон столпились МакГонагалл, Грюм и Хагрид. Они махали, подзывая его к себе. Гарри соскочил с «Молнии» рядом с ними. — Прекрасно, Поттер! — воскликнула МакГонагалл. Дрожащей рукой она махнула на раненое плечо. — После оценок, идите к мадам Помфри… вон туда. — Ты сладил, Гарри! — басил Хагрид. — Сладил! Да с кем! С самой хвосторогой, а ты бы слыхал слова Чарли, что она самый… — Смотри, судьи приняли решение, — обратила внимание МакГонагалл. — Судьи оценивают чемпионов по десятибалльной шкале, — пояснил Хагрид. Но Гарри оценки не интересовали. Для него важнее всего было выжить в этом испытании. И план, придуманный им вместе с Розалин, помог этого достичь. Так что он пошёл в палатку первой помощи, не дожидаясь оценок. У входа в неё стояла разгневанная мадам Помфри. — Драконы! — возмущалась она, таща Гарри внутрь. Хорошо хоть схватила за здоровую руку. Палатку разделили на два отсека. Сквозь занавески проглядывала чья-то тень. Мадам Помфри осмотрела у Гарри плечо, всё время причитая: — В прошлом году дементоры, в этом драконы! А на будущий год кого ещё приведут?! Тебе очень повезло, рана неглубокая. Сейчас я её обработаю и буду лечить. Она промыла царапину ваткой, смоченной в красной жидкости. Тампон дымил и обжигал. Мадам Помфри направила палочку на плечо, и боль как рукой сняло. — Ну вот, минуту посиди спокойно, и можешь пойти посмотреть на сестру. Она вышла, и её голос донёсся из-за перегородки: — Диггори, как ты себя чувствуешь? Гарри надоело сидеть. В крови всё ещё кипел адреналин. Хотел посмотреть, что происходит снаружи, но не успел — в палатку ворвалась Гермиона. — Гарри, ты был великолепен! — зазвенел голос Гермионы, а сама девушка бросилась обнимать Гарри. Рядом стоял Рон и улыбался другу. — Потрясающе, Гарри! Честное слово! Но на это Роуз уже не могла смотреть. Прозвучал свисток. На негнущихся ногах Роуз вышла из шатра, прошла вдоль загона и встретилась взглядом с ней. Гебридская чёрная дракониха уставилась на неё своими такими же чёрными глазами. Гребень вдоль спины встопорщен. Из глотки раздавался низкий рык. Змеиное тело не оставалось в покое, постоянно извиваясь вокруг кладки яиц. Кожистые крылья вздувались двумя горбами по бокам. Очень молодая, судя по активному пышущему виду. Роуз вздохнула. Что ж, метлу она применить не может, ведь это сделал только что Гарри. Превратиться в пса тоже — на глазах у такой толпы означало бы разглашение секрета, тем более запрещённого законом. Да и не поможет ей — гебридские обладают острым зрением. Как и все зрячие драконы. Следовало сосредоточиться для применения составленной с братом тактики для неё. Попытки успокоиться прервала струя огня, выпущенная прямо в неё. Роуз отпрыгнула от опасного жара. Рёв толпы ушёл на второй план. А за ней по следам мчались огненные струи. Каменистая поверхность не позволяла нормально бегать. И, закономерно, нога попала между камней, заставив перекувыркнуться через себя. Роуз сделала вид, что так оно и надо, вот только красное расплывающееся пятно под ногой говорило об обратном. Создав кокон вокруг повреждения и останавливая кровь, девушка побежала дальше, вливая магию в поддержание организма. — Мои чемпионы! — внезапно крик какого-то мужчины раздался с трибун, перекрывая остальной гомон. Роуз обернулась в ту сторону. Невзрачный мужчина вырывал на себе волосы и смотрел куда-то в сторону, не на происходящее. Роуз показалось это странным. Проследив за его взглядом, она увидела, что именно так взволновало этого зрителя. Две птицы с едва заметными вторыми парами крыльев около хвоста. Сам хвост походил на львиный, длинный, с кисточкой на конце. Чёрный и красный, размером с ворона, они немного нелепо летели в сторону драконихи. Которая тоже заметила новую цель и уже прицеливалась. И план созрел мгновенно. Роуз подняла руки, в одной из них зажав палочку для вида, и, повинуясь её движению, взлетело множество камней, преграждая обзор на птиц и заодно пресекая дальнейший путь случайной добычи. Камни были различного размера, кружились, создавали иллюзию танца. Голова дракона, повинуясь этому танцу, отвернулась от Роуз и птиц, но сама дракониха с кладки не сходила. Ещё немного магии — и послышалась чарующая музыка, которой обычно гипнотизируют змей в магловских цирках. Несколько камушков, приблизившись с невидимой для драконихи стороны, облепили золотое яйцо. Они приподняли его в воздух и понесли к Роуз. Зрители, как и дракон, этого не видели, наблюдая за танцем крупных камней и неподвижно стоящей Роуз. Одновременно с этим девушка создала вокруг птиц защитную сферу и направила её с содержимым подальше от поля, уже вызвав Ровера и дав ему задание. Очень быстро и весьма внезапно дракониха оказалась рядом с прячущейся за камнем Роуз. Трибуны мигом смолкли. — Бригаду, быстро! — взревел Бэгмен. Дракониха выдохнула из ноздрей горячий воздух. Роуз почувствовала запах горелого металла и рыкнула в ответ. Дракониха ткнулась головой ей в живот и Роуз под общий гомон удивления провела рукой по её чешуйчатым щекам. Гебридский стал извиваться хвостом, стоя рядом с Роуз. Девушка приманила свежий стейк и вручила драконихе. Та в один миг проглотила предложенное лакомство и, не спеша, вернулась к своей кладке. Обернулась кольцами вокруг яиц и прикрыла глаза. Роуз схватила золотое яйцо, казалось, из воздуха. Секунду непонимающий стадион молчал. Но затем потряс воздух своими громовыми выкриками. — Второй юный претендент показал такое же короткое время, что и предыдущий! — разразился Бэгмен. — Дадим судьям время на размышления. Роуз подошла к своим преподавателям, что до сих пор стояли у выхода. — Ну… мисс Поттер… — от шока у МакГонагалл закончились слова. — Роуз, ты точно получишь высшую оценку по уходу, — басом смеялся Хагрид. — Так расположить к себе дракона, да ещё настолько быстро, мог только Скамандер! — Вы нас всех испугали, мисс, — наконец строго проговорила МакГонагалл. Роуз лишь опустила глаза. — Молодец, девочка! — довольно подковылял к ним Грюм. — А вот и оценки, — кивнула в сторону судейской скамьи МакГонагалл. Но Роуз даже не стала рассматривать то, как её оценили. Она только увидела, что из палочек судей начали вылетать лиловые ленты. И в тот же момент отвернулась от судейского помоста и пошла в сторону медицинского шатра. В первом же отсеке она столкнулась с мадам Помфри. Гарри в палатке уже не было. — Подумать только, как тебя не угораздило получить травм, — суетилась она вокруг Роуз. — Вот, держи, это укрепляющий отвар. Выпей его и можешь идти. Опрокинув в себя содержимое фиала, Роуз почувствовала странный привкус на языке. Подождав, пока медведьма отвернётся, девушка выплюнула зелье. Роуз хотела было выйти из палатки, но её за край мантии схватил Ровер. “Ты чего?” — не поняла девушка. “Хозяйка, тебя Драко ждёт”, — сообщил Ровер и в тот же миг провёл её сквозь плотную ткань. Роуз очутилась в раздевалке своей старой команды по квиддичу. — Лилс! — тут же набросился на неё с обьятиями Драко. — Как же было страшно! — Драко, задушишь, — прохрипела Роуз. Но блондин её явно не собирался отпускать. — Когда этот дракон подбежал к тебе, я думал, что он хочет тебя съесть! — продолжал прижимать её к себе парень. Роуз чувствовала, как у него в груди сильно и часто бьётся сердце. — Драко, я ногу сломала, — опять прохрипела Роуз. Юноша наконец отпустил её и, не давая опомниться, достал палочку и уложил на ближайшую лавку. Роуз сняла маскирующие чары с правой ноги, заодно с помощью магии сняв спортивные штаны. Вокруг неё сплетались голубые нити, не давая повреждению стать обширнее. — Адреналин позволил на некоторое время забыть о боли, — водя над девушкой палочкой, понял по диагностирующим чарам блондин. Тем временем по трибунам бегал Гарри. С того самого момента, как Роуз споткнулась, он чувствовал, что с её ногой что-то не то. Слишком сильная боль для обычного ушиба. Наконец он добежал до того человека, что искал. Он откачивал ближайших к нему людей от гипнотических чар Розалин, что сильно подействовали и на зрителей. — Профессор Снейп! У Малфоя… Перелом! — запыхавшись, выдал Гарри и попутно пропустил кучу слов. — Где он? — тут же глаза зельевара сузились. — Я проведу, — схватился он за край чёрной мантии и потянул за собой. — Гарри, пошли в палатку! — громогласно оповестил всех ближайших зрителей Бэгмен. Как он нашёл в этой толчее Чемпиона, было непонятно. — Там сейчас всех будут поздравлять! — У студента перелом. Мистер Поттер мне понадобится, — отрывисто сообщил мужчина. — А… ну, тогда мы ждём, — хохотнул полосатый мужчина и ушёл, подпрыгивая. — А теперь по порядку, Поттер, — повернулся Лорд Принц, взметнув полы своей мантии и двигаясь вслед за студентом. — Роуз упала и сломала ногу. С ней сейчас Малфой, оказывает первую помощь, — тихо проговорил Гарри, но не сбавлял быстрого шага. — Цербер! Проводи нас! Из-за дерева выскочил огромный чёрный пёс с синим ошейником и гавкнул. Гарри и Северус спустились с трибун. Два мага взялись за ошейник пса и под трибунами, где их не было видно никому, прошли сквозь стену, очутившись в раздевалке слизеринской квиддичной команды. Представшая картина не понравилась зельевару. Роуз лежала на скамейке и, закусив губу, старалась не подвывать от боли. Ровер вытаскивал из небольшой сумочки одно зелье за другим. Драко накладывал обезболивающие и охлаждающие заклинания одно за другим. Сумел остановить кровотечение, что уже радует. Роуз старалась не шевелить ногами, чтобы не тревожить и так больную конечность, машинально поправляя юбку, в которые нарядили девушек-Чемпионов. Впрочем, это не скрывало раны. — Перелом обеих берцовых и бедренной правой ноги, — отрывисто сообщил Драко. — Противоожоговая мазь есть? Займись Гарри, ему плечо сожгли просроченной мазью, — отдал практически приказ Снейп. — Мне понадобитесь вы оба. Драко кивнул и мигом выхватил нужную склянку. Гарри оголил плечо и понял, что Снейп был прав. На месте царапины теперь расцветали волдыри, а кожа вокруг стремительно наливалась красным цветом. Ледяная мазь заставила сначала дёрнуться, но ощущение жжения быстро прошло. Северус тем временем снял свою мантию и положил на соседнюю лавку, чтобы не мешалась. Закатал рукава рубашки. — Готовы? Гарри держит её за плечи, а Драко — за вторую ногу. Магия уже начала сращивать кости, и делает это неправильно. Роуз, ты принимала зелье? Когда начинается цикл? Все расположились вокруг Роуз, там, где указал Северус. — Зелье по расписанию, в пятницу. Цикл начинается завтра, — едва проговорила девушка. На лице уже выступил пот, тело мелко потряхивало. — Повышенная чувствительность, — поморщился зельевар, приманивая склянку. — Обезболивающее, но его тебе не хватит. Больше нельзя. Роуз с трудом проглотила зелье. Гарри опустил ладони ей на плечи, Драко — на бедро левой ноги. Северус, кивнув, направил палочку на перелом и снова раздробил срастающиеся кости. Роуз не выдержала и закричала. Её тело самопроизвольно пыталось убежать от боли, но парни держали крепко. — Самое болезненное закончилось. Теперь неприятное, — предупредил профессор зельеварения. Кости вставали на свои места, раня мышцы. Девушку стала бить крупная дрожь. Сквозь сжатые зубы периодически прорывался болезненный стон. Наконец, с костями всё закончилось, и срастили повреждения мягких тканей. — Спасибо, — едва слышно проговорила Роуз. — Тебе нельзя двигаться как минимум сутки, — отошёл от неё зельевар, вытирая выступивший на лбу пот. — Но сомневаюсь, что кто-то тебе позволит отлежаться. Драко, наложи шину на ногу. Ровер, принеси её брюки. Придётся ходить пока что так, чтобы не было видно шину. — А заклинание отвода глаз? — поинтересовался выдохнувший Гарри. — Поттер, Вы — дурак, — закатил глаза Снейп. — Первая же Финита — и заклинание спадёт. Её потащат в больничное крыло, и её статус станет известен. Драко тем временем крепил деревянные палки к ноге, обвязывая всю конструкцию бинтами. Вручную, без магии. И так же, вручную, закрепил всё. Благо, всё нашлось под рукой. Палки выломали из скамейки, а бинты достали из сумочки на ошейнике Ровера. Иначе бы его заклинание быстро развеялось. — За какие грехи на меня свалилось столько Блэков? — потёр переносицу Северус, отворачиваясь от учеников к лавке с батареей склянок в поисках умиротворяющего бальзама. Неожиданно для себя, Гарри залюбовался открывшейся ему фигурой зельевара. Тонкая талия, подчёркнутая удлинённым жилетом. Перекатывающиеся мышцы, едва скрываемые рубашкой. Ещё и брюки сидели прекрасно на этой… “Гарри, ты не мог бы немного усмирить разбушевавшиеся гормоны? А то сейчас Драко пострадает, даже несмотря на то, что я ранена. И это только ухудшит ситуацию”, — привёл его в чувство голос сестры внутри головы. Парень был благодарен ей за то, что сейчас общалась наедине с ним. “Давай не доводить до крайности”, — запунцовел Гарольд. — Пап, помоги, пожалуйста, — позвала вслух Роуз, когда с шиной было закончено. Северус подошёл к скамейке, поднял падчерицу на руки и отнёс в отдельную секцию, скрыв от парней. Придержал её за талию, пока девушка натягивала брюки. Прямой крой действительно скрыл шину. Только после этого Роуз сняла юбку и отдала её Роверу. — Тебе придётся, хоть и немного, но ходить, — напомнил Северус. — Опирайся на меня, проверим сейчас, насколько хорошо у тебя это получится. Стараясь как можно меньше задействовать повреждённую ногу, она встала. Зацепилась за локоть отчима, и вышла к парням, нервно расхаживавшим по раздевалке. — Восстановление может занять примерно неделю, — предупредил Северус. — Пока что пользуйся своим живым костылём. Не перенагружай ногу. Вечером дам зелья для ускорения восстановления. Приподнявшись на цыпочки, Роуз поцеловала в щёку отчима и едва слышно проговорила: — Спасибо, пап. — Жаль, что подопытный так сильно вырывался, — покачал головой Северус. Драко с Роуз наконец расслабились и засмеялись, привыкшие к чёрному юмору зельевара. Гарри только усмехнулся, соображая над смыслом сказанного. — Ровер, проведи папу и Драко. Цербер, выведи нас поближе к этой палатке ужасов. В смысле, Чемпионов, — попросила Роуз. Гарри подхватил сестру, приобнимая за талию, чтобы уменьшить воздействие на повреждённую ногу. Два пса подошли ближе и развели всех, куда было сказано. Цербер перенёс Роуз и Гарри за палатку Чемпионов. Обойдя её, близнецы столкнулись с Роном и Гермионой. — Роуз! Ты молодец! — тут же зачастила Грэйнджер. — Как же хорошо, что я сидела с вами и помогала в библиотеке! Иначе бы не знали всех этих заклинаний. Гарри с Роуз синхронно, не глядя друг на друга, подняли брови. Это когда шатенка успела им подкинуть идею про манящие, музыкальные и левитационные чары? — Роуз, что-то с ногой? Ты хромаешь, — заметил более внимательный Рон. — Ушиб оказался немного серьёзнее, чем показалось в самом начале, — отмахнулся Гарри. — Пришлось помочь приманить одежду, чтобы скрыть этот огромный синяк. — Сходи к мадам Помфри, — тут же предложила Гермиона. — Не волнуйся, скоро пройдёт, — успокоил шатенку Гарри. — Вот и наши задержавшиеся Чемпионы! — выглянул из палатки довольный Бэгмен. — Ну? Чего стоим? А ну быстро внутрь! Рон напоследок пообещал подождать, и Гарри с Роуз зашли в палатку. Флёр, Седрик и Крам уже сидели там. У Седрика одна сторона лица была густо намазана оранжевой противоожоговой мазью. И, в отличие от Гарри, ему явно не грозил ожог от мази. — Вы все просто молодцы! — лучился довольством Бэгмен. — Я хочу вкратце изложить дальнейшие планы. До второго тура почти три месяца. Он состоится двадцать четвёртого февраля в девять тридцать утра. За это время вам будет о чём подумать. Взгляните на золотые яйца, которые у вас в руках, видите, они открываются… вот петельки. Внутри яйца спрятан ключ ко второму заданию. Он поможет вам подготовиться. Всё ясно? Уверены? Тогда отдыхайте! Гарри и Роуз вышли из палатки, прихватив свои яйца. Рон их ждал, и ребята, беседуя, зашагали к замку. Гарри расспрашивал подробности, как перехитрили драконов другие Чемпионы. Рядом шагал Рон и делился впечатлениями: — Вы были самыми лучшими! Седрик применил заклятие трансфигурации и превратил камень в собаку. Хотел отвлечь на неё внимание дракона. Хорошая идея и почти сработала: яйцо-то он схватил, но дракон в последний момент предпочёл собаке человека, и обжёг его. К счастью, Диггори успел увернуться. Эта Флёр применила какие-то чары, сумела погрузить дракона в транс. Он оцепенел, но вдруг всхрапнул, и из пасти вырвалось пламя. Юбка Флёр вспыхнула, но она залила огонь водой из волшебной палочки. Крам, не поверишь, ему даже в голову не пришло взлететь! Он каким-то заклятием засветил дракону прямо в глаз. Всё было хорошо, только чудище заметалось от боли и передавило половину серых яиц. Кстати, это были трансфигурированные камни. Организаторы решили, что это будет хорошая замена яйцам, да и они сами стоят огромных денег, чтобы предлагать компенсацию при повреждении или уничтожении. Они подошли к краю загона и зашагали вдоль него. Рон начал возмущаться. — Каркаров вам самые низкие баллы поставил! Краму то он вручил всю десятку! Но Гарри и Роуз только отмахнулись. Да пусть хоть все судьи ноль ставят, главное что они живы. Не только Рон, все гриффиндорцы приветствовали их. Да что говорить! Почти вся школа рукоплескала Гарри и Роуз не меньше, чем Седрику. Но Роуз было немного не до этого. Каждый шаг вызывал крайне болезненные ощущения в ноге. Заметив, что сестра идёт всё медленнее и медленнее, Гарри просто подхватил её на руки. Пискнув, девушка зацепилась за его шею и так и продолжили путь. — Самое трудное позади, на других турах уж точно будет полегче, — говорил Рон. — Знаешь что? Думаю, тебе по силам выиграть Турнир. Серьёзно, Гарри. Гермиона хмуро посмотрела на Рона. Шатенка присоединилась к ним почти у дверей школы, не пожелав стоять и ждать остальных. — Впереди два тура. Если в первом были драконы, представляете, что будет дальше? — По-твоему, никаких надежд? — возмутился Рон. — Ты иногда ничем не отличаешься от профессора Трелони. Пророчишь одни беды. — Эй, остынь, — откликнулся Гарри. — Будем решать проблемы по мере их поступления. Ребята все вчетвером вошли в гостиную, и попали в балаган, гордо именуемый организаторами этого события праздником, устроенный в честь Поттеров. Их появление полная народу гостиная встретила единодушным воплем приветствия. Роуз, услышав эти крики, мигом спряталась за Гарри. — Ты чего? — удивился Рон. — Не люблю толпу, — поморщилась Роуз. Столы, каминная полка, всё, что можно, заставлено кувшинами с тыквенным соком, сливочным пивом, горами пирожных и другими лакомствами. Седьмой курс о чём-то шушукался в уголке полным составом. Ли Джордан пускал влажные чудо-хлопушки доктора Фейерверкуса, и воздух заполнили разноцветные искры и звёзды. Дин нарисовал несколько плакатов. На одних Гарри на «Молнии» кружится над хвосторогой, другие же показывали спираль из камней, зависшую в воздухе, и Роуз, гладящую гебридского чёрного. Ещё на двух — Седрик, объятый пламенем. Как только Поттеров перестали окликать каждые пять секунд (спустя примерно полчаса пиршества), и все отвлеклись на Невилла, вдруг ставшего кенором, Гарри с Роуз мигом сбежали с этого шумного праздника. Зайдя в свою комнату, Роуз увидела, что всё было разбросано, а по полу скакали две странные птицы. Они агрессивно реагировали на приближение к ним, шипели и отпрыгивали как можно дальше. Потеряв терпение, брюнетка их обеих обездвижила. Наконец притронувшись к ним, она поняла, что не зря они летали так странно, а Ровер не отнёс их к хозяину, нарушив приказ. Многочисленные ушибы, перелом крыла и хвоста… — Ровер, можешь подойти. Ты чего спрятался? — вздохнув, она позвала своего пса. Тот появился в комнате и стал поскуливать. “Я не послушал тебя. Так нельзя”, — отозвался он. — И правильно сделал, — кивнула Роуз, уже накладывая шины на повреждения у птиц и нанося заживляющую мазь. Правда, она была на человека и могла вообще не подействовать, но хоть что-то надо было сделать. — Сомневаюсь, что от хорошего хозяина животные так стремились бы убежать и прилететь в пасть дракону. Принеси им еды. Они голодны. “Они ещё совсем маленькие. Им нужно что-то другое, а не то, чем обычно кормят взрослых”, — склонил голову Ровер. — Но они уже такие большие… — опешила Роуз. “Это птица-гром”, — пояснил фамильяр, после чего девушка стала внимательнее рассматривать малюток. — Они живут за океаном, а цвет более светлый, — задумчиво проговорила она. — Может, кто-то привёз к нам уже давно их, вот цвет и поменялся? Или развёл новый вид? Ну, неважно. Посмотрим, что с ними будет. И всё же сходи им хоть за какой-то едой. Потом посмотрю, что им надо. Гарри зашёл в комнату сестры как раз в тот момент, когда Роуз уже переоделась, а птенцы немного подкрепились и уснули. С помощью Ровера переместились в кабинет ожидавшего их Северуса. Тот расхаживал по помещению, задумчиво оглядываясь. Как только девушка появилась, он встрепенулся и сгрёб её в охапку. — Лилиан! Ну наконец. — Всё в порядке, пап, — улыбнулась она, немного скривившись от болезненных ощущений. — Вот, использую по полной свой костыль. — В порядке?! — воскликнул он, отстраняясь и усаживая Роуз в кресло. — На тебя набросился дракон! Знаешь, как я переживал?! Ещё и этот перелом… — Знаю. Мне уже Драко рассказал, как он волновался. Чуть не задушил перед тем, как ты успел использовать меня как подопытного. Представляю, что ты чувствовал. — Это же был гебридский чёрный! — тем временем бушевал Северус. — Даже хвосторога была менее опасной. Она хоть прямолинейна. А гебридский слишком хитрый. Мог сделать вид, что ему всё равно, а сам дождался бы, когда подойдёшь, и без проблем съел. Их спор прервал грохот ударившейся двери о стену и ворвавшийся Драко. — Лилс! — бросился он обнимать девушку. — Тебя там не пытали? — Нет, — выдохнула она. — Но было очень шумно. — Предлагаю отпраздновать, — вздохнул Северус. Он уже выговорился и чувствовал себя спокойнее. — Если, конечно, ты этого хочешь. — Хочу, — кивнула Лилиан. — Мне хорошо отдыхается только вместе с вами. Драко, отправишь письмо мистеру Скамандеру? Мне очень надо. Глядя в умоляющие глазки невесты, Драко сделал вид, что для него это будет сложно, но он сделает всё возможное и невозможное для выполнения просьбы. Роуз, когда он забрал конверт из её рук, поцеловала парня в щёку в благодарность. Северус на это представление лишь едва заметно усмехнулся. Только в полночь Северус, Драко, Гарри и Роуз закончили приятные посиделки. Пожелав друг другу спокойной ночи, они разошлись по спальням. Роуз поставила крошечную фигурку гебридского чёрного дракона на свой стол. Дракончик зевнул, свернулся калачиком и закрыл глазки. Засмотревшись на то, как мерно вздымаются у него бока, Роуз уснула… Всю следующую неделю Роуз ходила лишь с поддержкой Гарри. Ни о каких занятиях танцами не могло идти и речи, но всё же девушка присутствовала и наблюдала за стараниями брата. Гермиона все уши прожужжала о том, что Роуз могла бы сходить в Больничное крыло и не мучиться, на что Розалин едва заметно морщилась. На следующий же день после первого испытания, Драко отдал Роуз ответ от знаменитого магозоолога. Там был рецепт зелья, которым выкармливали именно детёнышей птицы-гром. Оно было довольно сложным, но не невозможным. И почти все ингредиенты у неё уже были, а недостающую шерсть пушишки Роуз попросила у одной из второкурсниц, у которой оказался этот милый зверёк, больше похожий на пушистый комочек с глазками. Спасённые птенцы относились сначала с агрессией к человеку, который их вновь запер в четырёх стенах, даже пару раз цапнули своими острыми клювиками, но затем немного успокоились и лишь настороженно следили. Этот двуногий, в отличие от предыдущего, не забывал их кормить. После того, как обмазал их каким-то противным веществом, им стало легче летать. А уж на бои магических птиц не таскал и не накладывал на них заклинания, после которых они чувствовали себя отвратительно. Так что и чёрный, и красный, целыми днями отдыхали в комнате, набирались сил и присматривались к девочке. Начало декабря принесло в Хогвартс ветер с мокрым снегом. Зимой по замку гуляли сквозняки, но в школе горели камины, толстые стены защищали от лютого холода. Правда, в коридорах всё равно было стыло, и многие утеплялись. Хагрид, как заметил однажды Гарри, не оставлял коней мадам Максим без ячменного виски — конюшня постоянно источала характерные пары. На уроке УЗМС весь класс был слегка навеселе. Это мешало. Они всё ещё работали с соплохвостами, и ясная голова была им очень нужна. — Не очень ясно, впадают ли они в спячку, — сказал он на очередном уроке. — Поместим их вот в эти ящики и поглядим, берёт их зимой дрёма или не берёт. Соплохвостов осталось всего десять: страсть убивать друг друга прогулками не отшибло. Длина их приблизилась к трём метрам. Толстая стальная броня, мощные чешуйчатые лапы, огнедышащие сопла, жала и присоски — таких животных Роуз никогда не видела. Хагрид принёс ящики, выложенные пуховыми одеялами и подушками, и класс в унынии уставился на них. — Запустим их в ящики, — объяснял Хагрид. — Закроем крышками и глянем, что будет. Соплохвосты и не думали впадать в спячку. В уютные ящики их загнали силой, крышки прибили гвоздями. Такой заботы соплы не оценили. Разнесли ящики, выскочили и принялись носиться по тыквенным грядкам, усеянным дымящимися обломками дощечек. — Не бойтесь! Не бойтесь! — кричал лесничий. Большинство, возглавляемое Крэббом и Гойлом, спряталось в хижине Хагрида и забаррикадировало заднюю дверь. Рон, Гермиона и ещё человек пять поспешили на подмогу Хагриду. Ценой ран и ожогов скрутили девятерых соплохвостов. За смертельным номером, опёршись на изгородь, наблюдала вездесущая Рита Скитер. Сегодня на Рите был тёплый малиновый плащ с воротником из лилового меха, крокодиловая сумочка перекинута через плечо. Хагрид оказался неподалёку от неё. Рита разговорила лесничего. Роуз, усмиряющая своего соплохвоста вместе с Гарри, стояли слишком далеко, чтобы услышать их слова. Да и им было на это как-то без разницы. Взрослые играют в свои странные игры, в которые никто из Поттеров не жаждал встревать. В замке прозвенел звонок с урока, пора идти в Хогвартс. Гарри с Роуз не спеша направились в сторону замка. Гермиона умчалась сразу в библиотеку. Рон, скривившись, сообщил, что у него после обеда прорицание. А у близнецов в то же время стояла нумерология. После занятий они отправились на тренировку танца. Восстановившись, Роуз уже наравне с Драко кружилась в различных фигурах. Гарри с Луной постепенно догоняли их. Придя после насыщенного дня в Гостиную с отбоем, Роуз и Гарри хотели было пойти отсыпаться, но их встретила раздражённая Гермиона. — Гарри! — позвала Гермиона. — Где вы были? Я искала вас везде, по всему замку! — Учились, — зевнул Гарри. — И мы очень устали. — Но это важно! — воскликнула она, отрывая Рона от своей карты для прорицаний. — Нам надо сходить на кухню… — Гермиона! — всплеснул руками Рон. — Ты опять хочешь втянуть нас в это ГАВНЭ! — Нет, нет! Что ты! — поспешно возразила Гермиона. — И это никакое не ГАВНЭ, Рон… — Ага, переименовала небось? — прищурился Рон. — Как мы теперь зовёмся? Фронт Освобождения Рабского Труда? С меня хватит! Не пойду на кухню. Пусть работают… — Я не для этого туда ходила! — нетерпеливо оборвала Гермиона. — Я там встретила Винки и Добби! Гарри прищурился. Близнецы Уизли рассказали о кухне совсем недавно, на празднике в честь первого испытания, а Добби умер ещё в сентябре. Этот сумасшедший эльф с промытыми мозгами воскрес? Или Гермиона врала, что не знала, где вход на кухню? — Добби рассказал, что уже давно работает в Хогвартсе, и получает зарплату. И помните Винки? Она всё ещё страдает, что Крауч её освободил. А должна гордиться, как Добби! Хорошо, что у них есть пример перед глазами, как должны поступать люди с эльфами. — Видно, ты всё же не читала про домовых эльфов, — опять зевнул Гарри и побрёл в свою спальню следом за Роуз. — Гарри Джеймс Поттер! Ты ничего не понимаешь в живых существах! — закричала в спину им Гермиона. — Ты ещё скажи, что освободишь фамильяров от гнёта их хозяев, и начнёшь с Фоукса, — усмехнулся брюнет. — Фоукс? — не поняла Гермиона, что позволило уйти Поттерам. — Феникс Дамблдора, — пояснил Рон, вновь утыкаясь в домашнее задание по прорицаниям. — Дамблдор точно относится к своему фамильяру хорошо, — решила Гермиона. — У него ведь даже домовые эльфы получают зарплату! Тогда кто ещё может быть фамильяром? — Твой кот может им стать, — предложил ещё одну версию рыжий. — Фамильяров могут иметь только сильные волшебники, так что они крайне редки. Гермиона, не заморачивай мне голову с ними, мне надо доделать прорицания. — Сделал бы ещё вчера, и тогда бы не мучился, — отрезала гриффиндорка, забыв, что у друга урок состоялся только сегодня.

* * *

Следующая неделя принесла лишь новые проблемы. В понедельник, сразу после занятий, МакГонагалл собрала весь факультет в просторном кабинете. Туда были приглашены только студенты четвёртого курса и старше. Они выстроились вдоль стен, освободив центр комнаты. У одной из стен стоял видавший виды граммофон. — Итак, — начала декан львов, когда все студенты замолчали. — В первый день Рождества пройдёт торжественное событие. Факультет Гриффиндор всегда славился строгим следованием традиций. И танцы — одна из них. Сегодня вы обучитесь основам. Мистер Рональд Уизли, прошу продемонстрировать, что требуется от остальных. МакГонагалл подняла палочку, запустила граммофон, и заиграл вальс. В центр комнаты вышел отчаянно краснеющий Рон. Декан показывала, куда надо класть руки, заставляя всё сильнее багроветь Рона. Близнецы Уизли смеялись над братом. — А теперь пробуют все остальные, — провозгласила МакГонагалл. Гарри тут же схватил за руку Роуз. Брат с сестрой вышли к Рону и подбежавшей к Уизли Лаванде, и стали топтаться на месте. — Мистер Поттер, вам придётся пригласить другую девушку на бал. По традиции, Чемпионы приходят каждый со своей парой, а не друг с другом, — подошла к ним декан, поджимая губы. — Я понял, профессор, — кивнул Гарри, однако от сестры не отошёл. — Мы же сейчас просто тренируемся, а не разбиваемся на пары сразу. Роуз думала, что Турнир был единственной её проблемой. Но как только по всей школе объявили о Святочном бале, ей проходу не давали от предложений пойти на бал. Прячась за брата, она отбивала охоту у всех потенциальных кавалеров подойти. Перед ужином, сразу после объявления, Роуз с Гарри столкнулись в дверях Большого зала с Полумной. — Привет, Гарри! Привет, Роуз! — замахала она рукой. — Леди Лавгуд, Вы пойдёте со мной на бал? — подошёл к ней Гарри под удивлённые взгляды Рона и Симуса, стоявших рядом. — Конечно, да, — деланно засмущалась девушка, протягивая руку. — Вы оказали мне огромную честь, — поцеловал Гарри ей тыльную сторону ладони. Луна, радостная, запрыгала к своему столу. А к Поттерам подошли гриффиндорцы. — Ты прямо вот так сразу и пригласил? — не поверил Рон. — Зато не буду мучиться с выбором, — пожал плечами Гарри. — Она даже не умеет танцевать! — возмутился Симус. — Как будто мы лучше, — фыркнул Рон. Уизли и Финниган загоготали, довольные своей шуткой. За ужином Роуз заметно нервничала. Сильнее, чем обычно. “Прекращай, а”, — поморщился Гарри. — “Всё получится.” “Что получится?” — встрял Драко. “Повторное укрощение дракона”, — передёрнула плечами Роуз. — “Нужно же объявить, что мы с тобой идём вместе.” “Необязательно”, — лениво отозвался Драко. — “Многие скрывают свой выбор до последнего. Так что приглашаю тебя быть моей спутницей.” “У тебя уже есть моё согласие”, — заметно расслабилась Роуз. “Papa приедет на бал. Он хотел бы увидеть нас вместе”, — предупредил Драко. — “Так что наш танец должен быть идеален. Теперь тренируемся каждый день, Поттер.” “И зачем я согласился на эти пытки?” — мысленно застонал Гарри. В этом году старшекурсники не поехали домой на рождественские каникулы. И все, казалось, были помешаны на Святочном бале. Последние дни семестра были на редкость шумными. Какие только слухи не витали по замку о предстоящем бале. Поговаривали, например, что Дамблдор купил у мадам Розмерты восемьсот бочек хмельной медовухи. Но то, что приглашена группа «Ведуньи», было истинной правдой и заставляло слизеринцев кривиться. Это же бал, а не дискотека. Зачем на мероприятии рок-группа? Некоторые преподаватели махнули рукой на старшекурсников, ополоумевших от предстоящего бала. Флитвик позволил на своём уроке играть кто во что горазд, а сам беседовал с Гарри о блестящем применении Манящих чар в его поединке с драконом. Другие учителя подобного понимания не проявили. Ничто не могло отвлечь Бинса от истории магии, даже собственная смерть. МакГонагалл и Грюм заставляли студентов работать на уроке до последних минут. И конечно, преподнёс сюрприз Северус. Окинув класс не предвещающим ничего хорошего взором, он сообщил, что на последнем уроке будет контрольная по противоядиям. — До чего вредный тип! — возмущался Рон, сидя в гостиной. — Обрушить на нас такую контрольную! Столько придётся зубрить! Испортил последние дни перед Рождеством! — М-м… Ты, кажется, не очень себя утруждаешь, — сказала Гермиона, глядя поверх стопки книг на Рона, который строил карточный замок из взрывчатых карт. — Но это ведь Рождество, Гермиона, — благодушно заметил Гарри, при этом под пристальным вниманием Роуз изучая учебник зелий. Гермиона и его окинула укоризненным взглядом. — А я-то думала, ты займёшься другим, более полезным делом, — сказала она, — раз уж тебе так отвратительны противоядия. — Каким, например? — спросил Гарри. — Загадкой яйца! — Да успокойся, Гермиона. У меня уйма времени. — Но, может, для разгадки нужны недели и недели. Представь себе, все додумаются, в чём состоит вторая задача, а ты — нет. Вид у тебя будет идиотский. Надеюсь, хоть Роуз догадается. — У меня пока что нет на это времени, — задумчиво ответила Роуз, переводя задание по рунам. — Гермиона, оставь Гарри и Роуз в покое. Они заслужили хотя бы короткий отдых, — вмешался Рон, пристроив две последние карты на замок. Конструкция вдруг взорвалась, опалив ему брови. Гермиона лишь поджала на это губы, но ничего не сказала. Всем своим видом она показывала, что обиделась на остальную компанию.