infelix

Море утопленников никогда не меняется – спокойное и наводящее ужас. Пожирает всех – и серых, и белых, и красных – кого только не. В вечном страхе Пак Сонхва – чёрный-чёрный житель чернильных вод. Хищник. Всю жизнь одно и то же – разноцветные люди тонут в черном море. Сонхва в очередной раз зевает, наблюдая за всем стороны. Маска безразличия сидит идеально. Очередной красный утопленник. Но не факт, что очередной мертвый. Кто их знает. Он родился в страхе и сразу под водой. Не повезло. Хищник не значит безопасность – так он думал. Жизнь в тревоге, потому что вершина пищевой цепи не он. Если море решит его забрать на самое дно – он падёт. Сонхва жил в тревоге, с трудом перенося реальность. Он хотел достичь безопасности. Любой угрожающий ему объект он топил – хищник. Кажется, что одноклассник хочет сделать его изгоем? Сонхва сделает его таковым раньше, сам не марая руки. Он подпускал к себе людей близко, но как только чувствовал тревогу – подстава. Родитель или брат – никто не исключение. И никаких угрызений совести. В этой сказке Пак Сонхва злодей. Он хочет достичь безопасности, а цель всегда оправдывает средства. Так ведь? Вокруг всегда крутиться три спутника – тревога, боль и одиночество. И все чёрные-чёрные. И Сонхва всегда – в чёрном. Не любит говорить о себе, не любит людей рядом, ничего не любит – наблюдает лишь со стороны. Так и должно быть. Жизни вроде ничего и угрожать не может, если ты – один. Но. Но, тревога. Один неосторожный взгляд – рискуешь быть утопленным им. Потому что Пак Сонхва боится всех. Тревога, боль и одиночества – друзья и враги. Чёрный-чёрный Пак Сонхва – злодей. А море всех поглотит. Сонхва работал в офисе, а из взаимодействий с коллегами ограничивался лишь наблюдением со стороны. Тихий-тихий Чхве Сан совершил ошибку, сев рядом с Пак Сонхва. Но. Никакой тревоги – Сонхва и сам был удивлён. Такое впервые, да и Сан как аквариумная рыбка – сидит рядом молча, иногда поглядывает, но не больше. И так каждый рабочий день. Одиночество недовольно отходит в сторону – Сонхва достаточно и такой компании, чтобы чувствовать себя почти не как всегда – дерьмово. Они оба сидели в дали и наблюдали за остальными, но он не спешил отправлять Сана во злодеи – он был как будто не здесь – ни рядом с морем, ни в реальности. Ни то слишком обычный, ни то слишком странный – черт его пойми. — Будешь? В один момент Сан протянул шоколадный батончик и впервые заговорил. Сонхва даже захотел рассмеяться – первые слова ни приветствие, ни желание познакомиться – предложение поесть. Забавно. — Ну давай. Так и познакомились. Пак оставил попытки понять коллегу – они оба, кажется, были с слишком разными тараканами. Сонхва рос в вечной тревоге, перегрызая ближним и не очень глотки – ведь по другому все грозят его безопасности, а он хочет быть в спокойствии. А Сан просто тихий-тихий, может быть и мирный, а может и нет – кто его знает? Для Сонхва он был рыбкой. Пак Сонхва редко позволял касаться себя, но впервые захотел сделать это сам, тревожась не за то, что он ощутит, а что ощутит Сан. Это было дико. Это было противоестественно для него. Не в стиле Сонхва. Так что когда он коснулся чужой руки – внутри чуть не вывернуло наизнанку. Противоречия встали поперек горла – это не безопасно, но и жуткой тревоги за себя не возникло. А Сан лишь улыбнулся, ничего не предприняв. Терзало ли его так же? Шел ли он против своих принципов? Сонхва не понял. В другой раз Дальше начались встречи вне работы. Сонхва сам предложил – ломал себя. В первый раз – тихое кафе на окраине парка, а Сан потом позвал в кино на серый-серый неинтересный фильм. Они редко разговаривали, оба – тихони, но в мрачной со стороны тишине было комфортно. И Сонхва был доволен вроде, но – ломало. Слишком далеко он заходит, потом его раздавит – он уверен, поцелуй был ошибкой. И с новой силой накатила тревога. Лёжа посреди темной и пустой комнаты Сонхва выл. Ему одиночество вторило. Тревога улеглась прямо на грудь – не продохнуть, тяжко. А боль жутко смеялась на ухо – как всегда. Часть его тянулась к Сану, сблизиться с ним, она тянулась к избавлению от трёх вечных спутников; другая сжала свои пальцы на бледной шее, закрыла ему глаза, другая – его больная чёрная-чёрная природа. Пак Сонхва – хищник. В этой сказке Пак Сонхва – злодей. А их спутники – тревога, боль и одиночество. Очередная встреча с Саном – благословение и кошмар наяву. В этот раз – берег моря, как иронично. Одиночество вновь завыло. — Пак Сонхва, вы боитесь меня? Тревога начала душить сильнее. — Так знай – я тоже боюсь. Тебя. — остальное не слышно. Было ли продолжение его речи? Не важно. Боль оглушительно хохочет на ухо – ты заслужил. На предночном небе все темное чернеет. Море в этот день было тёмно-синим, но постепенно становится чернильным. Пак Сонхва стоит на берегу, рядом как всегда крутиться три его спутника – друзья и враги – и делают все только хуже. Чёрный-чёрный Пак Сонхва никогда не улыбается, и такие как он – тоже. Они – жители моря – родились в страхе и сразу под водой. Не повезло. Его спутники хохочат в унисон – он сделает шаг к морю или нет? Море утопленников никогда не меняется – спокойное и наводящее ужас. Пожирает всех – и серых, и белых, и красных – кого только не. В вечном страхе Пак Сонхва – черный-черный житель чернильных вод. Хищник или такая же добыча?